Жанр: Любовные романы
Тайна брачной ночи
...ала, что она не станет болтать об этом на каждом углу.
Кроме того, я нисколько не ревновала тебя к ней. Вы всегда были как кошка с
собакой. Миа никогда не смотрела на тебя, как на героя своего романа. Ее
привлекали совсем другие мужчины.
— Терри, я тебе не верю. — Уилл встал со скамейки и начал нервно
расхаживать перед Терри взад-вперед.
— Тебе придется поверить мне. — Она откинула с лица выбившуюся
прядь волос и продолжила рассказ: — Накануне свадьбы я сходила в салон
красоты, который мне порекомендовала Миа. Она сама записала меня на кучу
процедур. Они стоили целое состояние, но Миа была так щедра... — Терри
горько усмехнулась. — Если бы я знала, чем обернется ее
расточительство. Ночью на моем лице появилась жуткая сыпь. Маленькие красные
пятнышки прямо на глазах превращались в огромные волдыри.
Уилл недоверчиво смотрел на нее. Похоже, он до сих пор сомневался в
здравомыслии Терри.
— Я побежала к Миа... я не знала, что делать, ведь утром у нас было
бракосочетание. Все было готово.
Уилл кивнул. Он вспомнил, как нервничал в то утро. Несмотря на то что они с
Терри уже жили вместе, свадьба была для него ответственным шагом и он так
волновался, что боялся забыть собственное имя перед алтарем.
— Я попросила Миа заменить меня на церемонии.
— Брось, Терри, я бы сразу вас отличил.
— Она тоже так думала. Мне пришлось целый час уговаривать ее. Что я
только не делала! Умоляла, плакала, кричала, угрожала, предлагала сделки...
Наконец Миа согласилась. Она всегда была талантливой актрисой, что бы там ни
говорили.
— Хочешь сказать, что и родители ничего не заметили? Или они были с
вами заодно? — с нескрываемой злостью спросил Уилл.
— Нет-нет, они ничего не знали. Миа удалось их провести. Наверное, мама
и папа слишком нервничали, потому и не заметили странностей в ее поведении.
— А где была ты?
— Сидела в гостинице, рассматривала свое лицо и молила Бога, чтобы сыпь
поскорее прошла. Я до последнего надеялась, что к вечеру, когда придет время
уезжать с праздничного ужина, мое лицо приобретет прежний вид. Но этого не
случилось...
— И... в отель мы поехали с Миа? — догадался Уилл.
На его лице отпечатался ужас прозрения. Он изменил любимой женщине в первую
брачную ночь! И она знала об этом. Знала, но молчала все это время.
Терри низко опустила голову. Она не знала, что еще сказать. Оправдываться?
Но она не чувствовала себя виноватой. Каяться? Уилл не в силах отпустить ей
страшный грех. Она молчала.
— Ты никогда не любила меня. — Его холодность покоробила Терри.
Она ожидала от Уилла чего угодно, но только не подобного обвинения.
— Нет, это неправда! Я всегда... всегда любила тебя.
— Ни одна любящая женщина не поступила бы так.
— Я ведь уже сказала, что доверяла Миа. Мы были как одно целое. У нас
даже мысли совпадали. Как я могла ревновать тебя к ней?! Уилл, если бы ты
изменил мне с другой женщиной, то я бы никогда не смирилась с этим... но
Миа...
— Я ласкал ее, думая, что это ты. Целовал ее губы, гладил ее грудь,
бедра... Ты хоть понимаешь, что я сейчас чувствую?!
— Прости меня, Уилл. Я не знала...
— Простить?! Теперь ты говоришь
прости
и думаешь, что это все
исправит?
— Нет, Уилл, я понимаю, что поступила неправильно... — Терри
набрала полные легкие воздуха и сокрушенно добавила: — Ужасно.
— Да, Терри, ты поступила ужасно. И по отношению ко мне, и по отношению
к невинному ребенку, появившемуся в результате всего этого фарса. Я думал,
что вы с Миа разные, но теперь вижу: вы ничем не отличаетесь. У вас обеих
нет никаких человеческих чувств. Вы используете людей, когда вам это надо.
Увидев, что Уилл собирается уйти, Терри поднялась и, заламывая руки,
запричитала:
— Уилл, я люблю тебя! Пожалуйста, не уходи! У нас ведь семья...
— Семья? — повторил последнее слово Уилл, словно пробуя его на
вкус. — И кого ты считаешь семьей? Себя? Меня? Джимми? Миа? Да, мы одна
большая семья, — с горькой иронией произнес Уилл. — Вот только
меня не устраивает быть одним из вас. Возможно, кого-то бы это устроило: две
женщины вместо одной. Но не меня. Я не хочу чувствовать себя идиотом,
который не в состоянии отличить свою жену от ее сестры. Вы играли мной, а я
радовался как ребенок.
— Нет, Уилл, это не так. Я любила тебя, а Миа... она сделала это ради
меня.
— Ну разумеется! Не ради меня же. Она и впрямь отличная актриса. Я ведь
действительно ничего не заподозрил. Я занимался с ней любовью, и она вела
себя так, будто любит меня. А ведь Миа никого никогда не любила. Даже своего
родного сына. Если она так умело изображала страсть, то где гарантии, что и
ты не обманываешь меня? Ваша любовь ничего не стоит.
— Уилл, не говори так! — взмолилась со слезами на глазах
Терри. — Я люблю тебя!
— Твоя сестра тоже так говорила.
— Уилл, Миа здесь ни при чем. Она только сыграла свою роль.
— Весьма талантливо, должен признать. Представляю, как вы потешались
надо мной.
— Я поругалась с Миа. Я сочла, что она перегнула палку. Мы не
договаривались о брачной ночи. Я обвинила Миа в том, что она хотела увести
тебя. Именно поэтому мы с ней не общались три месяца после свадьбы. Помнишь?
— Значит, ты все-таки приревновал меня к ней?
— Да. Потому что я любила тебя!
— Но потом ты смирилась?
— Потом Миа сообщила о своей беременности, и все отошло на второй план.
Я узнала, что никогда не смогу подарить тебе ребенка, а она предложила взять
Джимми на воспитание. У меня голова шла кругом. Миа шантажировала меня,
угрожала открыть тебе правду...
— Почему ты не пришла ко мне тогда и все не рассказала?
— Ты бы меня не простил.
Уилл пожал плечами.
— Но твою вину смягчило бы признание. А сегодня я совершенно случайно
узнал правду. И долго ты была намерена скрывать ее от меня?
— Не знаю, — прошептала Терри. — Я боялась потерять тебя и
Джимми.
— Мне жаль, Терри, но я не могу тебе ничего обещать, — сказал
Уилл.
Он вышел из беседки. Терри не побежала за ним. Она даже не посмела окликнуть
его. Силы и надежды оставили ее. Она сидела на скамейке и рыдала, пока на
город не опустились густые влажные сумерки.
11
Миа приехала в больницу поздним вечером. Джимми уже спал, и ее к нему не
пустили. Терри она нашла в кафетерии. Сгорбленная фигура сестры одиноко
застыла в дальнем от входа углу. Перед Терри стояла чашка с остывшим кофе.
Терри смотрела в окно и вздрогнула, когда Миа позвала ее.
— Эй, привет! Спишь сидя на стуле? — Миа натянуто улыбнулась.
Сестры давно не виделись, но радость встречи омрачали обстоятельства, при
которых она состоялась.
— О, Миа, ты приехала! — Терри с неожиданной легкостью подскочила
со стула и обняла сестру.
— А как же иначе. Тебе нужна была поддержка. Как Джимми?
— Лучше. Он уже пришел в сознание. Правда, врачи дали нам всего пять
минут, чтобы поговорить. Сейчас он спит.
— Знаю. Я уже поднималась к нему. Меня не пустили. Спасибо хоть
сказали, где тебя искать. — Миа села напротив Терри. — Неважно
выглядишь.
Терри усталым жестом поправила волосы и пожала плечами. Однако обсуждать
свою внешность у нее желания не возникло. Были дела и поважнее.
— Уилл узнал правду.
— Какую? — не сразу сообразила Миа.
— Всю. Он в курсе, что является настоящим отцом Джимми.
Миа округлила глаза и прикрыла ладошкой открывшийся от потрясения рот.
— Это ты ему сказала?
— Нет. Джимми требовался донор. Кровь Уилла подошла ему. Лечащий врач
сделал анализы и... — Объяснения Терри прозвучали путано и сбивчиво, но
Миа уловила суть.
— Уилл обрадовался?
— Миа, ты издеваешься?! — воскликнула Терри, не ожидавшая такого
цинизма. — Уилл был в шоке.
Миа усмехнулась.
— Еще бы! Нормальный человек никогда бы до такого не додумался.
— Уилл мне сначала даже не поверил.
Миа понимающе кивнула.
— А потом он ушел...
— Не бойся, вернется.
— Мне бы твою уверенность, — вздохнула Терри.
— Куда Уилл денется? Он любит тебя.
— Но он страшно обижен.
— На обиженных воду возят.
— Миа, какая же ты...
— Какая? — с вызовом спросила Миа, уловившая в голосе сестры
осуждение. — Если забыла, то это не я заварила кашу. И не мне ее
расхлебывать.
— Я хотела попросить тебя о помощи, — начала робко Терри.
— Снова? Однажды я тебе уже помогла и получила взамен оскорбления.
— Я ведь уже попросила у тебя прощения.
— Однако ты осталась при мнении, что ни в чем не виновата, —
парировала Миа. — Разумеется, ты ведь безгрешна как ангел. Не то что я.
В нашей семье паршивая овца — я. И это тоже твоих рук дело. Ты всегда
обвиняла меня в бессердечии, эгоизме и прочем. А чем ты лучше меня? Разве ты
когда-нибудь думала о чувствах других людей? О моих, например? Или об Уилле?
— Миа, пожалуйста... мне нужна твоя поддержка, а не упреки.
— Конечно, иначе ты бы не стала меня звать! — разгорячилась
Миа. — Тебе вечно что-то нужно от меня. Ты даже не поинтересовалась,
как обстоят дела у меня. Все ли у меня хорошо... Нет, Терри Робинс вечно
думает только о себе.
— У тебя какие-то проблемы? — тут же спохватилась Терри.
Она и в самом деле забыла поинтересоваться новостями сестры. Но вовсе не из
эгоистических соображений. Просто голова Терри была занята мыслями о
здоровье Джимми. Даже ссора с Уиллом оставалась на втором плане. Кроме того,
Терри никогда не думала, что для Миа имеет значение чье-то волнение о ней.
Миа никогда не искала у родственников понимания или одобрения своих
поступков. Возможно потому, что привыкла получать от них только критику. С
раннего детства Миа сравнивали с покладистой и спокойной Терри. А у Миа было
слишком много энергии, чтобы сидеть на месте и лепить из песка пирожки.
— Да, Терри. У меня проблемы. Я осталась без работы. Следовательно, без
денег.
— А как же твой режиссер?.. — К своему стыду, Терри поняла, что не
запомнила его имени.
Миа ехидно усмехнулась, угадав, почему Терри замялась.
— Я застукала Маршалла с его ассистенткой. Похоже, он намерен сделать
ее звездой. Как и меня в свое время. — Горькая усмешка исказила
правильные черты лица Миа.
— Мне жаль...
— Это все, что ты можешь сказать? Тебе жаль? Моя жизнь полетела под
откос, а тебе всего лишь жаль... — Миа отвела взгляд и с ледяной
решимостью произнесла: — Меня всегда считали эгоисткой и стервой. Что ж,
пора оправдать всеобщие ожидания.
— Что ты имеешь в виду?
Сердце Терри тревожно забилось. Она хорошо знала сестру. Взгляд той
красноречиво говорил о том, что Миа намерена начать кровавую войну.
— Я тоже хочу быть счастливой. Возможно, я не там искала свое счастье.
Меня носило по свету, словно былинку, но нигде я не была так спокойна, как
дома.
Терри не узнавала Миа. Что с ней произошло? Куда подевались разговоры о славе и честолюбивые планы?
Миа изменилась, но Терри встревожила эта перемена. Миа собиралась начать
спокойную, размеренную жизнь, но почему-то ее слова казались предвестием
скорой бури.
— Я намерена взять то, что принадлежит мне по праву, — решительно
заявила Миа.
Ее глаза сверкнули, и Терри похолодела. Что-то в голосе и взгляде сестры
испугало ее.
Дурное предчувствие вскоре оправдалось.
Мужчина, одиноко коротавший вечер за стойкой бара, поднял голову, почувствовав на плече чью-то руку.
— Привет, Уилл.
Женщина, стоявшая рядом с ним, обратила на себя внимание всех посетителей
бара. Они без стеснения рассматривали ее наряд. Благо он скрывал не так уж
много. Глубокое декольте и узкие джинсы притягивали взгляды как магнит.
— Миа?
Мужчина был явно удивлен проявленным к нему вниманием. Остальные посетители
не без зависти следили за парочкой у стойки.
Миа ослепила его белоснежной улыбкой.
— Ты совсем не изменился.
— А ты стала еще красивее, — отметил Уилл, удостоив ее секундным
взглядом.
— Льстец! — рассмеялась Миа, шутливо погрозив ему пальчиком с
длинным алым ногтем.
Она села рядом с Уиллом на высокий табурет и подала знак бармену. Тот
незамедлительно подошел к новой клиентке.
— Что налить очаровательной даме? — со сладкой ухмылкой спросил
он.
— Виски.
— С содовой?
— Без.
Бармен с удивлением посмотрел на Миа. Она не производила впечатление
женщины, злоупотребляющей алкоголем. Однако решимость, с которой она
заказала крепкий напиток, не позволила ему перечить.
— Мне повторить, — сказал Уилл, отодвинув от себя пару пустых
стаканов.
— Пьешь в одиночку? — спросила Миа, кокетливо заглядывая в его
глаза.
Уилл пожал плечами.
— Приходится.
— Переживаешь?
— Твоя сестра обманывала меня.
— Она хотела как лучше.
— Благими намерениями вымощена дорога в ад, — мрачно заметил Уилл.
Бармен поставил перед ними стаканы с виски.
Миа подняла свой и предложила тост:
— За встречу.
Уилл неохотно чокнулся с ней и одним глотком осушил свой стакан.
Миа тоже залпом выпила обжигающий горло виски. Поморщившись, она вновь
обратилась к Уиллу:
— Я давно хотела тебе все рассказать.
— Только не говори, что тебя мучила совесть.
— Не стану. Ты не хуже меня знаешь, что я не особо совестливая
натура. — Миа усмехнулась и жестом попросила бармена повторить.
Тот кивнул, и через мгновение поменял пустые стаканы на полные.
— Как ты меня нашла? — спросил Уилл, только сейчас задумавшийся об
этом.
— Это ближайший бар от вашего дома. Не нужно быть лейтенантом Коломбо,
чтобы догадаться.
Миа и в самом деле быстро разыскала Уилла. Она никогда не считала его
творческим и, как следствие, непредсказуемым человеком. Уилл привык
разбираться в сухих цифрах и отчетах. Такие люди, сталкиваясь с проблемами,
предпочитают заглушить боль в стакане виски, вместо того чтобы ринуться в
бой. Ожидания Миа оправдались: Уилл сидел в баре неподалеку от дома. Ему
было лень даже проехать пару кварталов!
— Где твоя сестра? — с напускным безразличием спросил Уилл.
— В больнице.
— Как Джимми?
— Ему лучше. Правда, меня доктор не пустил. — Миа горько
усмехнулась. — Я ведь не мать, а всего лишь тетя.
— Миа, я хотел тебя спросить... — Уилл икнул. Он был уже в
изрядном подпитии. Судя по озабоченному лицу бармена, он пил уже не первый
час.
— О чем? — подхватила Миа.
— В нашу брачную ночь ты испытывала ко мне хоть какие-то чувства? Или
ты только играла роль?
Миа протянула руку и погладила Уилла по щеке. К ее удивлению, он изменил
своей привычке ежедневно бриться. Пальцы уколола двухдневная щетина.
— Уилл, нам ведь было хорошо...
— Я думал, что занимаюсь любовью с Терри. — Уилл плотно сжал губы
и отвел взгляд, словно стыдясь себя.
— Ты ни в чем не виноват.
— Я ведь никогда вас не путал.
— Потому что мы с Терри всегда пытались быть непохожими.
— Ты была более страстной и смелой в постели, — признался Уилл.
Алкоголь развязал ему язык и избавил от привычных комплексов.
— Это лучший комплимент из всех, что мне довелось услышать. — Миа
отхлебнула из стакана. Правда, чуть-чуть в отличие от Уилла, который осушал
стаканы один за другим.
Он уже не очень уверенно сидел на табурете.
— Ты пришла сюда по просьбе Терри?
Миа покачала головой.
— Тогда зачем?
— Я пришла к тебе.
— Что это значит? — Уилл грузно облокотился о стойку. Его глаза
пьяно блуждали по бутылкам, выставленным в баре.
— Я о многом успела подумать за этот год, — начала Миа,
склонившись к уху Уилла.
Он повел носом.
— От тебя вкусно пахнет.
— Ванилью и кокосом, — ответила с улыбкой Миа. — Я сменила
духи. Надоело быть роковой женщиной.
— А теперь ты кто?
— Теперь я та, на ком принято жениться.
Уилл рассмеялся.
— Это не твой имидж.
— А чей? Терри?
Уилл поморщился, словно упоминание имени жены причинило ему боль.
— Не хочу о ней говорить.
— Хорошо, не будем, — согласилась Миа.
— Так о чем ты думала весь прошедший год? — спросил Уилл,
предполагая услышать очередную историю Миа о покорении Голливуда и
завоевании Спилберга.
— О нас.
— В смысле? — Уилл снова икнул. Он явно перебрал с алкоголем, но
Миа почему-то упорно этого не замечала. Или не желала замечать.
Уилл медленно потягивал виски. Причем на его лице не дрогнул ни один мускул,
будто он пил минеральную воду.
— О тебе и о Джимми. Мы могли быть семьей.
Лицо Уилла вытянулось от удивления.
Похоже, все женщины семьи Патерсон страдают психическими расстройствами.
Сначала его ввергла в шоковое состояние выходка Терри, а теперь и ее
сестрица решила доконать его.
— Вы сговорились?
— О чем ты говоришь?!
— Ты и Терри... вы хотите свести меня с ума?
— Вовсе нет, Уилл. Напротив, я хочу сделать тебя счастливым. Ты это
заслужил. Даже не зная, что Джимми твой сын, ты стал ему настоящим отцом.
— Неужели ты вспомнила о своих материнских обязанностях? —
недоверчиво поинтересовался Уилл.
— Более того, я хочу искупить свою вину перед Джимми. Ему всего год. Он
научится называть меня мамой...
— А как же Терри?
— Терри должна ответить за свое легкомыслие. Она думала, что может
запросто играть жизнями других людей.
— Миа, а чем ты лучше?
— Я и не говорю, что лучше Терри. Но я раскаиваюсь в том, что
совершила.
— Ты легла в постель с мужем родной сестры. И без всякого зазрения
совести отдала собственного ребенка...
— ...Его отцу! — гневно бросила в ответ Миа. — Я не бросила
Джимми на произвол судьбы. Я знала, что вы с Терри сделаете все от вас
зависящее, чтобы Джимми не испытывал недостатка в любви.
— Что ты знаешь о любви?! — скептически спросил Уилл.
Миа погладила его по плечу.
— Я?.. — глухо спросила она.
Ее томный взгляд завораживал. Уилл не мог отвести глаза.
Перед ним сидела Терри. Его любимая и обожаемая жена. И в то же время это
была не она. Миа источала страсть, словно цветочный нектар. И Уилл не мог
противиться инстинкту, который тянул его, словно насекомое, к прекрасному
цветку. Он едва сдерживался, чтобы не впиться губами в алые губы Миа, такие
сладкие и влажные... Это было настоящее наваждение. Миа о чем-то щебетала,
но Уилл уже не разбирал ее слов. Он как завороженный следил за ее губами,
мечтал лишь попробовать их на вкус.
— Уилл, давай я отвезу тебя домой?
— Нет... нет, — вяло начал сопротивляться Уилл. — Я не хочу
ехать домой.
— Да, я понимаю. Ты не хочешь встречаться с Терри. После того, что она
совершила... — Миа сделала выразительную паузу и продолжила: — Мы можем
поехать в отель. Я сняла номер.
— Правда? — с дурацкой пьяной улыбкой спросил он, будто Миа
говорила о чем-то сверхъестественном.
— Да. Ты можешь переночевать у меня. — Миа улыбнулась ему, и
последние сомнения рассеялись, растворившись в табачном дыме бара.
— Я немного пьян, — словно извиняясь, начал Уилл.
— Я помогу.
Миа подхватила его под руку, причем весьма своевременно. Уилл едва не упал,
сползая с высокого табурета. Миа повела его к выходу. Уилл заметно
покачивался. Перед глазами мелькали лица, но он никого не узнавал. Вдруг его
ослепили два ярких пятна.
Миа остановила такси и помогла Уиллу сесть на заднее сиденье. Затем села
сама.
— Отель
Мариотт
, — сказала она водителю.
Тот кивнул и нажал на газ.
— Что же мне с тобой делать, Уилл? Зачем ты так напился? — пробормотала она себе под нос.
Уилл опустил отяжелевшие веки, но Миа не позволила ему уснуть. Она несколько
раз похлопала его по щекам, пытаясь растормошить.
— Уилл, не спи! Мы скоро приедем.
Не хватало еще тащить его на своей спине, раздраженно подумала она,
представляя лицо швейцара. Хорошо хоть, всегда можно выступить в роли
бескорыстной помощницы: мол, помогла в трудную минуту родственнику. Парень
перебрал, а она вовремя подоспела... Терри должна быть ей благодарна. Если
бы не она, то Уилл напился бы до чертиков и еще чего доброго затеял бы в
баре драку.
Миа намеренно не думала о том, что Уилл напился во многом благодаря ее
стараниям.
— Заходи, Уилл! — прикрикнула на него Миа, теряя терпение.
Уилл вцепился в дверной косяк с таким видом, будто видел в нем свое
спасение. Миа уперлась руками в его спину и буквально втолкнула Уилла в
комнату.
Миа не изменила себе. Снятый номер состоял из двух просторных комнат —
гостиной и спальни. Обе были обставлены со вкусом. Стены украшали картины-
коллажи, отображавшие все многообразие современной жизни Америки.
Миа повела Уилла прямиком в спальню.
— Ты... ты такая добрая, — произнес он неразборчиво.
— Даже не представляешь насколько.
Миа закрыла за ними дверь. Уилл опустился на кровать.
— Я ждала этой минуты, — произнесла Миа медовым голосом.
Она встала напротив ошарашенного Уилла и стянула через голову майку. Под ней
обнаружился черный кружевной бюстгальтер, сквозь который проступили
напрягшиеся от возбуждения соски.
— Миа... что ты делаешь? — беспомощно выдохнул Уилл, не в силах заставить ее остановиться.
— Хочу сделать так, чтобы ты потерял голову от желания, —
прошептала Миа, подойдя вплотную к Уиллу и прижав его голову к своей груди.
Уилл издал тихий стон, моля о пощаде. Но Миа была безжалостна.
Она положила руки Уилла на свои бедра и повиляла ими.
— Твои руки сами знают, что нужно делать.
Уилл закрыл глаза и отдался страсти, поглотившей его вместе с алкоголем.
Эта ночь отличалась от первой. Уилл ни разу не сказал
люблю
, понимая, что
ласкает не Терри, а ее сестру. Он не мог остановиться, даже осознавая, что
нарушает брачную клятву.
Он был зол на Терри. И сейчас, сжимая в объятиях Миа, он словно желал
отомстить Терри за злую шутку, которую она сыграла с ним. Она была уверена,
что он не почувствует разницы между ней и Миа. Как же Терри ошибалась! Уилл
ощущал ее.
Терри он любил, а с Миа у него только секс. Животная страсть, вырвавшаяся на
волю только под действием виски.
Он жадно, почти с остервенением впился в губы Миа. Желая обуздать его порыв,
она прикусила его губу. Поцелуй приобрел вкус крови, но это не остановило ни
Уилла, ни Миа. Они срывали друг с друга одежду, словно безумцы.
Уилл повалил Миа на кровать и припал губами к груди Миа. На мгновение она
даже испугалась, что Уилл будет слишком груб с ней. Она негромко вскрикнула
и выгнула спину, подставляя свою грудь горячему языку любовника...
Уилл проснулся от жуткой головой боли, как будто кто-то стучал отбойными
молотками по черепу. Уилл впервые в жизни испытывал такое похмелье. Правда,
и выпил он вчера гораздо больше, чем когда-либо. Он повернул голову,
сдерживая стон... и вскрикнул от неожиданности.
На соседней подушке лежала женская голова. Терри никогда не завивала
волосы... Внезапно события вчерашнего вечера сложились в целостное
воспоминание. И оно было ужасно. Признание Терри в обмане... Джимми его
родной сын... бар... виски... Миа...
— Миа? — тихо позвал Уилл, втайне надеясь, что это не она.
Женщина повернула голову и сонно улыбнулась.
— Доброе утро.
— Нет! — Уилл схватился за голову, которая стала болеть еще
сильн
...Закладка в соц.сетях
