Жанр: Любовные романы
Обещания
...г пришло на ум, что либо Сэм, либо Алис Файе
"обрабатывают" Линну, и в худшем случае ему снова придется разогревать остывшее блюдо.
Черт бы побрал эту предсвадебную нервотрепку. Он несколько раз превысил скорость по
дороге от своего дома до особняка Боумонтов. Однако, встретившись в дверях с Линной, он
был крайне удивлен, когда она предложила ему пообедать вместе в ресторане. Что бы там она
не собиралась сказать ему, он не был намерен долго ждать ее объяснений.
После того как официант принял заказ и отошел, она сразу же перешла к делу, застигнув
его врасплох:
- Кто такая Кристи?
- Старая знакомая. Я знаю ее... Господи, да еще со школьной скамьи, - спокойно сказал
он.
"Проклятье, каким образом она могла узнать о Кристи?" Курт внимательно смотрел на
лицо Линны и молчал. Он ждал, пока она раскроет карты. До тех пор пока он не будет знать,
что ей известно, лучше всего молчать. Это испытанный тактический прием. Она не видит, но
зато прекрасно слышит, и Курт решил следить за интонациями своего голоса.
- В прошлую субботу вы были вместе в ночном клубе "Эмеральд".
- Да, были.
Совершенно ясно, что их там кто-то видел, отрицать было бы глупо.
- Мы случайно встретились на улице и зашли туда, чтобы выпить по рюмке за успех ее
новой работы.
Такое оправдание было достаточно убедительно. И ведь это была правда: они на самом
деле зашли выпить, а по какому поводу, это не важно. Он ждал, чтобы она выложила всю
известную ей информацию, и тогда станет понятно, откуда ветер дует.
Но она молчала, и тогда Курт решил перейти в наступление.
- Я уже собирался было ехать в Чикаго, когда встретил Кристи, и она предложила зайти
в "Эмеральд", - повторил он.
Курт с удовлетворением отметил, что его голос звучит вполне искренне. Он взял лицо
Линны в свои ладони.
- А ты ревнивица! Она не хотела сдаваться:
- Я не знаю, кто я.
- Зато я знаю. Ты ревнивица. Ты ревнуешь меня. И это просто здорово. Это значит, что
ты действительно не равнодушна ко мне.
Он сжал ее лицо в своих ладонях и поцеловал, оценивая тем временем положение вещей.
"Да, она сейчас холодна, но наверняка хочет, чтобы он убедил ее", - решил Курт. Если он
попытается узнать, что еще ей известно, вопросы могут подвести их к той двери, открывать
которую у него не было желания. Он направил дальнейший ход разговора в нужное ему русло,
ухватившись за очевидное и заставив Линну перейти к обороне.
- Ты же не должна... - он коротко и неловко рассмеялся, - ты же не можешь думать,
что я прошу твоей руки и одновременно подыскиваю себе кого-нибудь еще?
Прежде чем она успела ответить, он добавил немного правды:
- Ты должна понимать, что я нормальный здоровый мужчина, Линна, и если я встречался
с другой женщиной, то отнюдь не из легкомыслия. Такие вполне естественные отношения
существуют между большинством мужчин и женщин. Посмотри хотя бы на своего брата и
Джолин. Что же мне оставалось делать? Ведь между нами нет физической близости. А мужчине
это просто необходимо.
- Я знаю, но...
- Но что? - он перешел к атаке. - Ты абсолютно ясно дала понять, что тебе не хочется
секса, и мне пришлось строго придерживаться правил, а это, как сама понимаешь, в наши дни
считается аномалией. Сейчас уже люди не хранят целомудрие до свадьбы. Я хочу сказать, что
пытался следовать всем условностям и соблюдать все приличия. Но теперь я начинаю
сомневаться, действительно ли ты хочешь выйти за меня замуж, или же ты сказала "да" только
из-за боязни, что другого случая не предоставится.
Очко. По ее словно замороженному взгляду он понял, что задел ее за живое. Совершенно
непредвиденно он попал прямо в цель, и это открытие вызвало в нем внутренний трепет. Линна
боится потерять его! Имея такую карту на руках, играть с ней будет, очень легко. Поздравив
себя с победой, он расслабился и решил переменить тему разговора.
- Подумай хорошенько. Я люблю тебя и хочу, чтобы мы поженились, - он притянул
Линну к себе и прижался носом к ее щеке. - Мы пригласим Кристи на нашу свадьбу. А если
существует какая-то причина, по которой ты избегаешь физической близости со мной, скажи
мне, любимая, я все пойму, вот увидишь.
- Но это не совсем так, - наконец ответила она. Линна оставалась в его руках, но по ее
голосу он понял, что она крайне смущена и сильно взволнованна. Ее тело напряглось, когда он
произнес слова "секс". Ну конечно, она нервничала, думая о близости с ним. Ему вспомнился
случай в конюшне. Да, с этого момента жизнь с ней обещала быть лакомым куском сладкого
пирога.
- В двух кварталах отсюда есть маленькая гостиница, очень уютная, - прошептал он. -
Тихое место, все останется в тайне. Мы могли бы провести там сегодняшнюю ночь, и я
гарантирую, что завтра утром у тебя не останется ни малейшего сомнения насчет того, как я
отношусь к тебе.
Она сидела молча, не шевелясь, будто застыла, и он моментально понял, что зашел
слишком далеко, но механизм был уже приведен в действие, и он решил наказать ее:
- Но с другой стороны, я не думаю, что все дело в сексе. Вполне вероятно, что секс здесь
ни при чем, проблема не в этом.
Он демонстративно отодвинулся от нее и, сделав глубокий выдох, замолчал. Выдержав
паузу, он продолжил:
- Похоже, это не тебе, а мне нужно хорошенько все взвесить. Я-то знаю, как к тебе
отношусь, но, наверное, мне не стоит связывать себя браком до тех пор, пока я не буду уверен в
твоих чувствах ко мне.
Он затолкнул салфетку в ее пальцы, и она испуганно вздрогнула.
- Посмотри, как ты вся передернулась. Совершенно ясно, что ты не доверяешь мне.
Курт подозвал официанта, чтобы заказать вина. Своим поведением он дал понять Линне,
что остаток вечера пройдет в официально-натянутой обстановке. Он отослал принесенное ей
блюда назад на кухню, сделав замечание, что оно не годится для слепой. Курт заставил
растерявшегося официанта бегать взад и вперед. Затрагивая то одну, то другую тему, он сумел
создать иллюзию откровенной попытки преодоления нараставшего в нем разочарования в
невесте. И все время он был подчеркнуто вежлив и рассудителен, что чуть не заставило Линну
расплакаться. А он с удовольствием наблюдал за каждым ее неверным шагом и за каждым
попаданием в расставленные им ловушки.
За всю дорогу до дома ее отца он так и не произнес ни слова и только, поцеловав на
прощание во дворе, холодно сказал:
- Я прилетел из Чикаго потому, что действительно хотел увидеть тебя. Это правда.
- Завтра после обеда у меня будет деловое свидание.
И это тоже была правда. Он проводил ее до дверей.
- Когда я вернусь, мне кажется, нам нужно будет принять окончательное решение. Одно
из двух: либо назначить день свадьбы, либо все отменить.
Он видел, как она дрожала, когда входила в дом. "Все-таки попалась на крючок!" -
сказал он про себя. Нет сомнений, она побоится начать все сначала с кем-нибудь другим. Ее
мачеха-драконша хорошо постаралась и вселила в нее комплекс неуверенности в себе. Он
послал воздушный поцелуй окнам Алис Файе, потом сел в машину и поехал куда-нибудь
выпить, чтобы отметить полный успех.
В своей комнате Линна дрожащими руками снимала с себя одежду. Впервые за все время
их знакомства Курт рассердился на нее. Их отношения каким-то непонятным образом
вывернулись наизнанку. Она вошла в ванную и, забыв попробовать не горяча ли вода, чуть не
ошпарила ногу. Включив кран на полную мощность, она добавила холодной воды и,
забравшись в ванну, постаралась восстановить в памяти логическую цепь событий.
Когда она спросила о Кристи, Курт не стал отрицать, что был с ней. В его голосе не
слышалось ни растерянности, ни вины. Он даже не пытался обмануть ее, а откровенно
признался, что знает ее, что они друзья. Действительно он был прав: должно быть, она слишком
ревнива.
Анализируя свое поведение, она ужаснулась, поняв, что допрашивала его, словно
неуверенная в себе жена-собственница. Несомненно, ему было за что рассердиться на нее. С
какой бы стороны Линна не рассматривала их разговор, она приходила к выводу, что вела себя
отвратительно - унизилась до подозрений. И все потому, что была слепа. И ведь это правда,
что она не спала с ним и что день свадьбы не был назначен по ее вине. Да, все это ее вина, а не
его. И вот теперь он сомневается, стоит ли ему вообще на ней жениться.
Она легла в постель, готовая расплакаться.
Джиллиан растирала пальцами виски, пытаясь хоть немного ослабить головную боль. С
того момента как Джолин, со стуком хлопнув входной дверью, влетела в дом после встречи с
Джеем, а потом ворвалась в ее спальню, с криками умоляя и одновременно требуя посоветовать
ей что-нибудь, голова Джиллиан начала раскалываться. Сознание того, что все это было делом
ее рук, что это она дала ход событиям, никак не давало ей покоя.
Уже в третий раз она выслушивала перемешанный мольбами о помощи рассказ сестры о
поцелуях Джея, о ее смятении и о нахлынувших на нее противоречивых чувствах.
- С Паркером весело, у него большое будущее, и он достаточно богат, чтобы обеспечить
мне беззаботную жизнь, - повторяла Джолин. - А у Джея только и есть, что его грязная
работа и все эти братья и сестры на шее... Но, о-о-о, Джил, один его поцелуй заставляет забыть
обо всем на свете. В этот момент для меня ничего не существует! Боже, если Паркер узнает...
Джолин бросилась на кровать и застонала, глядя в потолок:
- Я не знаю, что мне делать! Помоги же мне! Горькое чувство наждачкой царапало
прямо по сердцу Джиллиан. Но нужно было исполнить долг сестры, и она сказала Джолин то,
что думала:
- Признай, Джо, ты ведь не можешь быть одновременно с обоими.
Джолин вскочила с кровати, ее глаза светились злым упрямством.
- А я считаю, что могу, - она театральным жестом вытащила свой лифчик из кармана
шорт.
Лицо Джиллиан вытянулось от изумления. Оказывается, они занимались не только
поцелуями. Боль так и пронзила ее виски.
- Джей от меня никуда не денется, - Джолин рассмеялась и, покачав свисавшим с
пальца лифчиком, небрежно перебросила его через плечо. - А мне только останется выбирать,
кого захочу.
Она исчезла в коридоре. Через секунду Джиллиан выбежала из своей спальни и, подойдя к
комнате сестры, остановилась в дверях, чтобы дать ей совет, который, она заранее знала,
Джолин проигнорирует:
- Они не согласятся делить тебя. И если ты будешь морочить им головы, рано или
поздно они все равно обо всем узнают, и что тогда? Тогда никто из них тебе уже никогда не
поверит. А без доверия о каких отношениях может идти речь?
Она беспокойно ходила по комнате, пока Джолин переодевалась.
- Прости, но я не могу сказать тебе то, что ты хочешь от меня услышать, Джо, -
печально закончила Джиллиан. - Знаешь, я подумала и решила вернуться в Нью-Йорк.
По правде говоря, она бы не хотела уезжать, но эта встреча Джея с ее сестрой не
оставляла другого выбора. Ей следовало немедленно уехать из Уолден-Сити. То, что Джей
продолжал интересоваться Джолин, причиняло Джиллиан чертовски мучительную боль, но зато
теперь она знала, что больше ей не на что надеяться. К чему обманывать себя?
- Но ты не можешь сейчас уехать, - стала доказывать ей Джолин. - Ты же обещала,
что останешься до моего дня рождения. Только поэтому родители согласились не брать меня с
собой. Из-за тебя.
- Я знаю, и все равно я возвращаюсь.
- Делай что хочешь. Мне нужно решить вопрос с Паркером. Тогда и с Джеем все сразу
станет ясно.
Джиллиан выскользнула из комнаты сестры, не находя в себе больше сил оставаться
беспристрастной. Ее снедали угрызения совести, она готова была вот-вот предать сестру. Две
сестры, влюбленные в одного и того же мужчину - хороший сюжет для фильма, но в жизни
такие ситуации оборачиваются настоящим кошмаром. Она сделала все, что могла, чтобы не
нарушить закон чести и остаться верной преданной сестрой, но теперь у нее вовсе не было
уверенности, сможет ли она выдержать все до дня рождения Джолин.
Весь оставшийся день Джоллиан избегала отвечать на телефонные звонки, боясь, что это
Джей ищет Джолин. Но он не позвонил, и ночь в спальне сестры провел Паркер.
На следующее утро они получили приглашение от Линны поплавать в бассейне
Боумонтов. Все они сидели в тени пляжных зонтиков и болтали, пока Джолин и Паркер не
захотели прокатиться на машине. Поплескавшись еще немного в воде, Джиллиан стала
медленно выходить из бассейна, подставляя тело лучам приятно припекавшего августовского
солнца. Остановившись на деревянном настиле, чтобы дать воде стечь с купальника, она
расслабилась под шум легкого ветерка, игравшего уже почти сухими листьями буков, росших
на краю лужайки.
- Здесь так спокойно.
Солнце сильно нагрело ее лицо. Сделав большой глоток ледяного чая, она почувствовала
приятную прохладу, разлившуюся под ложечкой. Проведя по лбу холодной стенкой стакана,
Джиллиан отставила его в сторону и развалилась на шезлонге, чувствуя приятную истому в
теле.
- Мне просто страшно подумать, что придется возвращаться в Нью-Йорк, - рассеянно
сказала она.
- Я думала, тебе нравится Нью-Йорк.
- Нью-Йорк не может нравиться. Его можно или любить, или ненавидеть.
- А ты?
- Я и люблю его, и ненавижу. А когда наступает конец августа, я просто его не выношу.
Линн рассмеялась:
- Почему же ты не останешься здесь? Джиллиан глубоко вздохнула.
- Это сложно объяснить. Мне нужно вернуться, вот и все.
Она сделала еще глоток и, перевернувшись на шезлонге, сдвинула немного ниже завязки
купальника на спине, чтобы на коже не оставалось белых полос, и закрыла глаза.
Прошло несколько долгих минут, прежде чем Линна, повернув голову в направлении
поскрипывавшего шезлонга, решилась спросить:
- Паркер говорил вам с Джолин что-либо обо мне?
Она чувствовала себя крайне неловко, когда задавала этот вопрос, но брошенная ее
братом фраза о "бедняжке, у которой водятся денежки" и разговор с Куртом не давали ей
покоя. Если она ни с кем не поделится своими переживаниями, то просто взорвется от
изводящих ее мыслей.
- Он говорил нам, что ты помолвлена... - Джиллиан отвечала
простодушно-откровенно, в голосе не слышалось никакой преднамеренной осторожности.
Начав этот щекотливый разговор, Линна решила довести - его до конца.
- Можешь не отвечать, но не говорил ли он, что я выхожу замуж за Курта, потому что
боюсь?.. Шезлонг снова заскрипел.
- Боишься чего? Мне кажется, он считает тебя самым смелым человеком на свете. По
крайней мере, я именно так и думаю.
Линна отвернула лицо в сторону.
- Боюсь... что никто другой не женится на мне, - наконец она выговорила эти слова.
Джиллиан ответила не сразу. Ей было оказано доверие, дружеское доверие. По-видимому,
это был наболевший вопрос Линны, и стоило серьезно подумать, прежде чем дать на него ответ.
- Я считаю, что зрение здесь ни при чем. И похоже, Паркер убежден в том, что ты не
выйдешь замуж за человека, которого не любишь, - сказала она. - Мне кажется, если бы ты
не любила Курта, то уже почувствовала бы это.
Выслушав ее рассудительный ответ, Линна поняла, что Джиллиан считает их с Куртом
любовниками.
- Так всегда говорит Паркер, - заметила Линна. - Он говорит, что любовь можно
только почувствовать.
Снова заскрипел шезлонг, и Джиллиан, которая теперь уже сидела, сказала:
- И он абсолютно прав.
- А ты кого-нибудь любишь?
Джиллиан глубоко вдохнула и сделала медленный выдох. Боже правый, как обойти эту
тему и в то же время не солгать?
- Я была влюблена очень долгое время, - призналась она. - Но он любит другую. Мы с
ним даже не целовались. Глупо, да?
Кусочек льда звякнул о стекло стакана.
- Нет, я не думаю, что это глупо, - Линна глубоко вздохнула и отважилась раскрыть
секрет. - Курт и я не... мы не спим вместе. Между нами произошла размолвка, и теперь мне
кажется, что мы должны были б... Может быть, тогда бы я поняла, как отношусь к нему.
Еще одно выстраданное признание и такое неожиданное! Джиллиан почувствовала, как
беспомощность, словно промокшее одеяло, окутывает ее. Каким образом Джиллиан может
давать интимные советы, если ее собственный опыт в любовных делах сводится к нулю, и она
смущается, даже когда об этом заходит речь? Еще до последней встречи Джо-лин с Джеем,
увидев его, она не решилась поздороваться с ним, не говоря уж о том, чтобы каким-то образом
выразить свои чувства. Она даже не смела подумать о том, что с ним можно переспать.
- Бог мой, Линна, хотела бы я знать, как тебе ответить. Но пойми, я совсем ничего не
смыслю в этих вопросах. Прости.
- Конечно. Это действительно такой вопрос, который каждый должен решить для себя
сам, и я не имела права пытаться поставить тебя на мое место.
Линна протянула ей руку, и Джиллиан тепло пожала ее.
- Между нами?
- Разумеется. Несмотря на то, что она не назвала имени Джея, Джиллиан расстроилась,
что все-таки призналась Линне в своих чувствах. Извинившись, она встала и отправилась
принимать душ. Когда несколько минут спустя она вышла на улицу, кудряшки ее мокрых волос
были гладко зачесаны назад и плотно прижаты к голове лентой. Босая, небрежно одетая в
мешковатую хлопчатобумажную рубашку оранжевого цвета, доходившую до колен, она
буквально затрепетала от ужаса, увидев, что Джей Спренгетен открывает железную калитку и
идет вдоль бассейна прямо к ней. Он был чертовски хорош в футболке цвета хаки, линялых
штанах из грубой простой ткани иразбитых кроссовках. Ее сердце подпрыгнуло и сбилось с
ритма, и Джиллиан стала оглядываться по сторонам в поисках, куда бы спрятаться.
- Линна здесь? - вежливо спросил он, не узнав Джиллиан.
Она безмолвно указала на освещенную солнцем площадку. Обретя, наконец, дар речи, она
крикнула:
- Линна, к тебе пришел Джей Спренгетен.
- Ну как она? - негромко спросил он.
- Кажется в порядке, - как в тумане ответила Джиллиан, до сознания которой не
доходило даже, о ком идет речь.
Господи, в нем девять футов, не меньше. Он пошел на другую сторону бассейна, и
Джиллиан не могла оторвать глаз от его высокой фигуры с гордой военной выправкой. Через
несколько секунд она тоже подошла к ним, и была представлена как сестра Джолин.
- Джиллиан! - Джей порывисто обнял ее и поцеловал в щеку, он не сразу отпустил
Джиллиан и с изумлением посмотрел ей в глаза. - Боже мой, а ведь я не узнал тебя!
Отступив на шаг, он внимательно и оценивающе осмотрел ее с головы до ног, и Джиллиан
невероятно смутил этот откровенный мужской взгляд. Она не была готова к встрече с ним -
ни косметики на лице, ни бюстгальтера. Покраснев от стыда, Джиллиан в одно мгновение
превратилась в комок нервов, и каждый ее изъян, начиная от весьма скромного размера груди и
кончая костлявыми незагорелыми лодыжками, превратился в ее представлении во что-то
неимоверно безобразное.
Ошарашенная приветствием Джея, она почувствовала, как загорелось лицо и как
затрепетало тело от прикосновения его рук, когда он обнял ее за голые плечи и она ощутила его
близость всем своим существом. Осмелившись, она встала на цыпочки и поцеловала Джея в
гладкую щеку, приятно пахнувшую кремом для бритья. Она не в силах была контролировать
себя, и ее рука соскользнула на его спину, мускулистую и твердую, словно железо. Он был так
близок, но в то же время недосягаем, и это сводило с ума. Каждой клеточкой своего тела она
невероятно страдала от такой несправедливости. Господи, хоть бы губы успела накрасить. Он
уже смотрел на нее по-другому: как на подросшую сестренку Джолин, и его руки отпустили ее
плечи. Она тотчас же отступила на несколько шагов. В животе Джиллиан колотились и прыгали
шарики для пинг-понга. На лице Джея появилась ослепительная улыбка:
- Тебе, наверное, уже девятнадцать?
- Двадцать. Исполнилось три недели назад. У нее в ушах стоял звон. От одного только
взгляда на него все ее тело пронзало электрическим током.
- Да, вспомнил! Ты родилась в первый день августа, а Джолин в последний. С днем
рождения! Прости, с небольшим опозданием. Помнишь, ты обещала мне танец? - он
усмехнулся, на этом его внимание к ней закончилось, и Джей повернулся к Линне. - Я
получил твою записку. Извини, не смог приехать вчера.
Джиллиан пришлось пережить еще несколько мучительных минут, прежде чем под
предлогом вымышленного телефонного звонка она удалилась в дом, чтобы дать им
возможность поговорить наедине. Быстро войдя в библиотеку и спрятавшись в тени открытого
окна, неотрываясь, смотрела Джиллиан на Джея, пока они с Линной не отошли от бассейна.
Встреча с Джеем в десять раз усилила ее страдания. Она даже не предполагала, что такое может
случиться. Теперь уже бегство в Нью-Йорк не спасет ее. Если раньше это было просто
юношеским увлечением, то теперь в душе вихрем закружился смерч страсти, неуправляемый и
непредсказуемый.
Линна сразу же заметила, как изменился тембр голоса Джиллиан, когда она разговаривала
с Джеем. Чувствовалось, что она была взволнованна и напряжена, когда извинялась, утверждая,
что ей нужно позвонить, разумеется ради того, чтобы оставить их одних. Даже манера ее речи
стала какой-то другой. И причиной всему, похоже, был Джей Спренгстен. Она говорила, что
любит кого-то, кто любит другую, а Джей любит Джолин. Если Джиллиан увлечена им, то
становится ясно, почему ей так не хочется возвращаться в Нью-Йорк. Она провела там два года,
и если она приехала домой, потому что Джей пришел из армии, то складывается весьма
занятная картинка.
Голос Джея вернул ее к действительности.
- У меня в запасе пара свободных часов. Так что же случилось?
- В любую минуту могут вернуться Паркер и Джолин, - предупредила Линна. -
Почему бы нам не проехать верхом до озера?
Он сразу же согласился. Она пошла в дом переодеваться, а Джей в это время вместе с
конюхом оседлал двух лошадей. Подъехав к озеру, они сели на ту самую скамейку, на которой
Курт сделал Линне предложение. Она стала рассказывать Джею, каким образом Курт объяснил
ей свое появление с Кристи в ночном клубе, предъявив затем ультиматум: либо объявить о дне
свадьбы, либо все отменить.
- Ты же видел тогда их, - сказала она, ненавидя себя за этот вопрос и свои сомнения, но
веря, что Джей будет с ней откровенен. - Как ты думаешь, они просто друзья или больше, чем
друзья?
Подумав несколько секунд, Джей признал, что объяснение Курта вполне правдоподобно.
Он еще раз прокрутил, в памяти сцену, когда Курт поцеловал девушку в ночном клубе. Ничего
особенного, похоже на ничего не значащий дружеский жест. Какое-то внутреннее чувство
подсказывало ему, нет, не подсказывало, а кричало, что Курт все наврал, но по совести говоря,
доказать это было невозможно, а полагаться только на интуитивные догадки и домыслы он не
хотел.
- Я могу тебе только сказать. Что это не был поцелуй любовника, - честно признался
Джей, чувствуя себя неловко оттого, что ему приходится давать оценку поведения другого
мужчины женщине, на которой тот официально собирается жениться.
- Они вполне могут быть просто знакомыми, друзьями.
Он решил рассказать ей об услышанном им телефонном звонке Курта из больницы, На первой странице "Боумонт Херальд" сообщалось об утонувшей девушке двадцати
двух лет по имени Кети Райе, служащей строительной компании Милбрука,
студентке-вечернице Траксовского университета. Ее машина стояла на въезде в частное
владение Боумонта в полумиле от озера. Вскрытие показало, что ее организм был отравлен
наркотическим веществом группы РСР. Она утонула прямо в одежде и пробыла в воде
немногим более двенадцати часов. Рядом с фотографией, снятой на пристани Боумонтов, на
которой была видна только высунувшаяся из-под резиновой накидки маленькая рука, был
помещен небольшой снимок девушки, сделанный после окончания ею средней школы. Дальше
в статье рассказывалось, как Кати была обнаружена.
Курт отбросил газету в сторону и выругался. Девушка была подругой Кристи. Один или
два раза он видел ее и решил, что мог бы использовать Кати в качестве "дублерши" Кристи. Не
было никаких сомнений, это та самая девушка. А наркотик ей дала, Кристи.
Он зашагал по комнате с нарастающим беспокойством. Двести долларов, вложенные в
простое химическое вещество, приносили ему две тысячи чистой прибыли от уличной продажи
- только-только, чтобы хватало на расходы. Это действительно аналог группы РСР, только и
всего. Конечно, добавлено еще кое-что, н,. Бог мой, ничего такого, что могло бы убить
человека. Провалиться ему на месте, если это не так. Что за ерунда! Он никогда ничего не
продавал здесь, в Уолден-Сити, последние четыре партии ушли в Чикаго. Но он дал немного
попробовать Кристи. Не больше четверти унции. Нет, они не смогут напасть на след, если
только на него не донесет Кристи.
Как плохо, что он еще не женат на Линне: "фараоны" не стали бы подозревать члена
семьи Боумонтов. Черт, нужно как можно скорее придумать что-нибудь. В любом случае
первым делом необходимо замести следы. Курт нашел пару перчаток и пошел в гараж,
хорошенько его вымыл, чтобы уничтожить все отпечатки пальцев, затем запечатал в коробку
оставшиеся химические вещества и, положив коробку в багажник, отправился на местную
свалку. Он уже вырыл яму для захоронения коробки и на три четверти вынул ее из машины, как
какой-то сопляк припарковал рядом свой фургон. Разгрузив девять ящиков отбросов, малый не
на шутку разболтался и стал молоть чепуху.
И вдруг на Курта нашло озарение - в поисках наркотиков полиция первым делом
проверит свалку! Даже если он все выльет на землю, а пузырьки разобьет, то стекло за ночь не
испарится, а эти химические вещества не разлагаются годами! Выбросить содержимое ящика
где-то в округе тоже невозможно - на него вполне может кто-нибудь наткнуться, и тогда пиши
пропало.
Надо пораскинуть мозгами. Никаких свалок и мусорных ящиков в радиусе ста миль! Он
закрыл багажник и поехал на квартиру Кристи в Веллингтоне. Убедившись, что ее нет дома, он
всунул коробку в пустой бак для отбросов, стоявший во дворе, и накрыл газетами. Если
наркотик найдут, то пусть найдут здесь. Не самое лучшее решение, но пока он не придумает,
как избавиться от него, это оптимальный вариант. Он уже сел в машину и подъехал к воротам,
как увидел Кристи с воспаленными от слез глазами.
...Закладка в соц.сетях
