Любви тернистый путь

Аннотация

Путь настоящей любви — тернистый путь. Множество препятствий встретил
молодой судовладелец Лайон Хэмпшир, дерзнувший пренебречь суровыми законами
света и подарить свое сердце красавице служанке Миген Саут. Бурный водоворот
событий закружил влюбленных, однако никакие смертельные опасности, никакие
коварные интриги не в силах разорвать огненную нить страсти, связавшую
Лайона и Миген, — страсти, преодолевающей все...

Глава 1

Зимнее солнце блистало во всех еще тающих сосульках, которые подобно
сказочным алмазам свисали с крон ореховых деревьев. Миген Сэйерс верхом на
своем сером мерине по кличке Лафтер направлялась на прогулку.
Покрытая грязью дорога под копытами Лафтера была отнюдь не идеальна для
верховой езды. Однако — по сравнению с предшествующей зимой — этот день в
начале января казался просто райским. Солнце светило и пригревало так, что
можно было отказаться от тяжелой накидки.
Миген совершала верховые прогулки каждый день и утверждала, что делает это
исключительно ради Лафтера. Однако Миген самой становилось не по себе, если
она не могла покинуть дом. А последние недели обернулись бесконечной чередой
дождей и снегопадов.
Ореховая роща была одной из самых больших плантаций в Виргинии и с самым
прекрасным особняком к западу от горы Верной. Никто из местных жителей не
мог бы назвать мисс Сэйерс южной красавицей. Проводящая целые дни в лугах
верхом на Лафтере, конечно, без дамского седла, она представляла собой
весьма оригинальное зрелище: с детства Миген прятала свою женственность под
одеждой, которую выпрашивала у молодых грумов.
Родители Миген всю жизнь наслаждались охотой на лис, петушиными боями,
танцами и картежными играми и любили попутешествовать. Девочка редко видела
их, а когда это случалось, то мать и отец ограничивались тем, что изредка
поглаживали ее по головке. А потому Миген росла вольным существом, со
свободно развевающимися волосами цвета воронова крыла, умело и дерзко
(подобно любому мужчине) державшимся в седле.
Миген ускользала от своих гувернанток, предпочитая брать книги из библиотеки
и проводить послеполуденное время за чтением под одним из ореховых деревьев.
Минувшая осень выпала такой же, как и все остальные.
Рассел и Мелани Сэйерсы решили совершить вояж через океан, чтобы хорошенько
повеселиться в Версале и Париже. Дочь же ехать не захотела. С чувством
облегчения, прикрываемым беспомощными вздохами, они согласились, давно
смирившись с тем, что Миген яростно сопротивляется их внезапным попыткам
приобщить ее к светским развлечениям.
Сейчас, когда Лафтер мчался галопом по заболоченному лугу, девушка вновь
унеслась мыслями к тому октябрьскому вечеру, когда узнала о кораблекрушении.
С сообщением о гибели ее родителей прискакал их давний сосед Джеймс Уэйд.
Миген тогда больше обеспокоило его отталкивающее братское объятие, чем
трагическое известие о неожиданной потере матери и отца.
Вновь и вновь Миген ждала, когда же ее охватят горе и печаль. Но они так и
не пришли. От понимания того, что она недостаточно любила своих родителей, у
девушки было тяжело на душе. И тем не менее присущий ей здравый смысл
подсказывал, что родители не сумели завоевать привязанность дочери,
поскольку любили только себя...
Из чащи ореховых деревьев кто-то окликнул Миген, она нехотя сдержала бег
Лафтера и повернула обратно к дому. Там ее ждал один из мальчиков-конюхов.
— В большом доме Уэйды, мисс.
Миген скорчила недовольную гримасу, но, зная, что соседи все равно будут
пить чай и ждать ее, решила перебороть свое раздражение. Она отдала поводья
конюху и направилась к внушительно выглядевшему кирпичному зданию в стиле
эпохи короля Георга.
Крупная чернокожая повариха Флора при появлении Миген на кухне насупилась,
но промолчала. У девушки были испачканы бриджи, а ее черные как смоль волосы
разметались по плечам.
Но кто мог противиться ее обаянию? Румяные щеки, вызывающе обезоруживающая
улыбка и сверкающие темно-фиалковые глаза. Маленькая, изящная Миген источала
энергию и здоровье. Она промаршировала через кухню, пересекла холл и прошла
в гостиную, где традиционно распивали чай вот уже четыре поколения Уэйдов и
Сэйерсов.
Присцилла и Джеймс уже не удивились, увидев в дверях небрежно одетую
хозяйку. За свои семнадцать лет она редко появлялась в приличествующем ее
положению платье.
— Все отлично! Вижу, что ты не забываешь о себе! — воскликнула
Миген, заметив в руках у Джеймса бокал с двойной порцией бренди.
Брат и сестра Уэйды, как всегда выглядевшие пристойно, молча улыбнулись
плюхнувшейся в угловое кресло владелице дома.

Та усмехнулась, перебросив обутую в сапог изящную ножку через обитый розовым
бархатом подлокотник.
— Чем объяснить подобную честь?
Темноволосый, полный Джеймс ответил несколько смущенно:
— Миген, ты ведешь себя так, будто бы ничего не изменилось. Мы
обеспокоены и хотим узнать о том, каково состояние твоего духа...
Миген несколько смягчилась. Она перевела фиалковый взгляд с распутного
Джеймса на его тоненькую рыжеволосую сестру. С детства две эти девочки — с
несовместимыми характерами — были подругами, хотя в душе Миген относилась к
Присцилле по-матерински.
— Я отнюдь не хочу быть непочтительной, но уж вам-то двоим должно быть
известно, что мое существование не зависело ни от матери, ни от отца! В
конечном счете...
— Миген! — одернула ее Присцилла. — Тебе следует научиться
выражать уважение...
— Фи! — прервала Миген, еле сдержавшись от крепкого
выражения. — Я порой прихожу к выводу, что честность — более достойная
добродетель. Присцилла, ты превосходно знаешь, что мы с тобой никогда ни по
одному вопросу не имели единого мнения. Не могу поверить тому, что ты теперь
поучаешь меня! Я много размышляла о своих родителях и удовлетворена
выводами, к которым пришла. А потому в советах твоих не нуждаюсь.
Миген привстала с кресла, и похожие на бусинки глаза Джеймса уставились на
ее твердые груди под мальчишеской курткой.
В этот момент вошла служанка с чашкой и блюдцем для Миген, и невольная пауза
позволила присутствующим несколько остыть.
— Тебе что-нибудь известно о состоянии твоего отца? — спросил
Джеймс.
— Ничего сколько-нибудь обнадеживающего. Наш поверенный, мистер
Бампсток, сообщил мне в письме о том, что отец, видимо, оказался в долгах.
Адвокату, конечно, хочется, чтобы я подольше пребывала в томительном
ожидании. Можно надеяться, что окончательные выводы будут сделаны к концу
месяца. Однако, зная привычку мистера Бампстока затягивать...
Джеймс одним глотком выпил оставшееся в бокале бренди (Довольно жаден, судя
по его жесту, — подумала Миген) и облизал губы, дабы не пропало ни
капли жидкости.
— Милая Миген, я очень не люблю торопиться, но на некоторые проблемы
приходится обращать внимание. Завтра я отправляюсь на Север, в Филадельфию.
И я просто не мог выехать, снова не повидавшись с тобой и не убедившись, что
у тебя все хорошо. — Джеймс подошел, приблизив свое лицо к Миген так,
что та сморщила нос от окутавшего ее запаха бренди. — Если я тебе
потребуюсь до завтрашнего дня, то буду рад оказаться рядом с тобой в любое
время.
— Я запомню, милый Джеймс. Надеюсь, ты не лишишься сна в ожидании моего
зова? — Миген произнесла эти слова с нежнейшей улыбкой, которая,
правда, не могла скрыть от собеседника ее сарказма.
— Тогда я пойду. — Джеймс нелепо откашлялся. — Уверен, что у
вас двоих найдется о чем поболтать. Позже я пришлю экипаж обратно. До
свидания!
Он удалился, и Миген с любопытством взглянула на Присциллу:
— Филадельфия!.. Что привлекает туда твоего очаровательного братца?
— Фактически он отправляется туда ради меня. Надеется там сосватать
свою сестренку.
— Что?.. Ну продолжай же... Оставаться в неизвестности для меня
мучительно!
— Если все пойдет нормально, — приободрилась Присцилла, — то
к весне я стану женой богатого человека. Разве это не волнующая перспектива?
Я буду дамой светского филадельфийского общества!
— О черт побери! Ну и простушка же ты! Ведь Джеймс еще даже не выехал!
Ты что, воображаешь, будто он зайдет в некий магазин и подберет тебе
богатого мужа?
В голосе Миген все резче звучала обида, она вскочила и стала ходить взад-
вперед по толстому восточному ковру. Ох как она злилась на Джеймса Уэйда!
Присцилла была глупенькой, дабы понять все, но Миген-то знала, что брат
успел растранжирить состояние Уэйдов после смерти их отца. Джеймс не
ограничивал свои расходы на выпивку и сигары, картежную игру и путешествия,
исходя из некоего предположения, будто поместье Зеленые холмы может
приносить доходы вечно и само по себе, без каких-либо затрат и вложений. А
теперь он намеревался продать свою сестру точно так же, как уже распродал
ценные картины, дорогих лошадей и богатую землю.
— Боже мой, Миген, ты ведь знаешь, что Джеймс сделает для меня все! Он
считает, я должна занять в обществе положение, достойное моей красоты. Разве
это не сладостные речи любящего брата?
— Они слаще того, что я способна переварить, — проворчала Миген и
посмотрела в изумрудного цвета глаза своей подруги. — Ты действительно
счастлива? Ты хочешь выйти замуж за незнакомца?

— Джеймс не выберет человека ниже нашего круга. Кроме того, есть более
важные вещи, нежели любовь. Я не знала, что ты так романтична. —
Присцилла взглянула на бриджи Миген и ее буйные локоны. — Не удивлюсь,
если в тебе проснулась ревность. Я бы не отклонила ни одного предложения о
браке из тех, которые ты на днях получила.
Миген напряглась и стала похожа на готовящегося к прыжку котенка. Густые
черные ресницы почти прикрыли ее сузившиеся глаза.
— Я могла бы тебе привести десяток аргументов, и каждый, несомненно,
заставил бы тебя упасть в обморок. Но многолетний опыт научил меня, что
ничто не способно преодолеть броню твоей восхитительной прически и
проникнуть в твой мозг.
Порой мне кажется, что у тебя и в голове только рыжие локоны.
Ответ Присциллы, неизменно терпящей поражения в подобных словесных дуэлях,
был робок и осторожен:
— Я прощаю эту грубость, которую, вероятно, можно оправдать твоим
горем. Ты даже не замечаешь, как люди интересуются тем, что ты намерена
делать теперь, когда твои мама и папа.., ушли. — Она вздохнула и
печально покачала головой.
Долив себе чаю, Миген снова опустилась в кресло и возмущенно спросила:
— Что это должно означать? Разъясни-ка, моя умница!
— Ты, конечно, понимаешь, что не можешь оставаться здесь... одна...
— Не имею представления почему! Почти всю свою жизнь я провела одна.
Кроме того, одна — понятие довольно отвлеченное, поскольку в нашем доме
больше слуг, чем пальцев у нас с тобой вместе на руках и ногах. Далее... —
Она со злостью хлопнула по столу изящным кулачком. — Далее. Это только
мое дело, и оно никого не касается!
— Ты, Миген, так глупа! Неужели предполагаешь, что тебя никто не
замечает? Семнадцатилетнюю девушку? Ведь мужчины тебя не обходят вниманием.
Ради себя, дорогая, тебе следует начать заботиться о своем будущем! О
муже...
— Не вмешивайся в чужие дела!
— Миген! — Милое личико Присциллы зарделось. — Даже Джеймс
беспокоится о тебе. Он уже подумывает, что после моего отъезда из усадьбы ты
смогла бы переехать к нам...
— Ни в коем случае! — вскочив на ноги, взорвалась Миген: на
мгновение показалось, будто вокруг нее смыкаются обшитые модными панелями
стены, и ее охватило отчаяние. — Почему вы не можете оставить меня в
покое? Конечно, лишь потому, что у меня иные представления о жизни и
счастье, вы окрестили меня неудачницей и вздорной личностью!
Присцилла удивилась, увидев засверкавшие в глазах подруги слезы. И хотя
ничего не поняла из того, что говорила Миген, тем не менее на нее это
произвело впечатление.
— Мне очень жаль, что я такая плохая хозяйка, но.., духота в комнате
сводит меня с ума. Мне до захода солнца просто необходимо еще раз проехаться
верхом. — Гнев Миген испарился; она снова была полна бурной энергии и
быстро наклонилась, чтобы поцеловать Присциллу в щеку. — Я прикажу
подать тебе еще чаю и пирожных. Пожелай от моего имени Джеймсу... успешной
поездки.
С этими словами Миген умчалась на кухню, где дала Флоре соответствующие
указания. Старая повариха последовала за ней до двери, вытирая грубые руки о
белый фартук, и долго смотрела вслед бежавшей через сад Миген.
— Тяжелые времена уже приближаются, — пробормотала Флора. —
Господи, что же станет с моим маленьким смеющимся беби?.. Когда-то ведь она
должна повзрослеть! Неужели в этом уродливом мире нет места для такой чистой
и беззаботной пташки?..

Закладка в соц.сетях