Жанр: Любовные романы
Бумажные розы
... бровью не повел, глядя только на Дэниела.
— Тайлер... — Юноша неуверенно смотрел через его плечо на притихшую
троицу.
Тайлер молча дал ему знак следовать за собой и вышел на улицу. Дверь
закрылась, и их поглотила ночь. Тайлер раздавил окурок черуты башмаком и
стал внимать Дэниелу, который взволнованно сообщил:
— Хосе и Мануэль вновь будто сквозь землю провалились. Бена тоже нигде
не видно. Как вы думаете, они могут быть вместе?
— Если бы Бен поймал их, то связал бы по рукам и ногам и притащил
домой. Эви слишком их балует. В это время суток пацаны должны тихо
посапывать в своих постелях.
С этими словами Тайлер направился в сторону конюшен, стараясь подстраиваться
под хромоту Дэниела.
— Да она бы им голову отвернула, если бы нашла. Они убежали сразу после
ужина и до сих пор не вернулись.
— Им было сказано держаться подальше от конюшни, — со злостью
заметил Тайлер. Он пожалел, что бросил сигару, потому что теперь свободная
рука невольно тянулась к кобуре. У него были нехорошие предчувствия. Бен
всегда говорил, что чует приближение беды, и Тайлер сейчас готов был
поклясться, что у него такое же чувство. Конечно, мальчишки могут быть где-
нибудь далеко отсюда, но интуиция подсказывала Тайлеру иное.
— Я сходил туда первым делом. Их нет на конюшне, — сказал Дэниел,
стараясь поспеть за Тайлером, ускорившим шаг.
— Ты видел Бена?
— Нет, я же сказал.
— Он здесь. — Миновав ворота для фургонов и колясок, Тайлер
свернул в переулок к боковому входу.
Вынув револьвер и встав в темном проходе, он негромко свистнул. Изнутри тут
же донесся ответный свист, и спустя мгновение из тени выступил темный
силуэт. Когда он приблизился, на него упал свет из окна гостиницы, и они
увидели, что это Бен.
— Что случилось?
Тайлер убрал револьвер обратно в кобуру.
— Пацаны опять потерялись. Ты их видел? Бен покачал головой:
— Но я уходил тут ненадолго, чтобы перекусить. Может, они в это время
как раз залезли.
Тайлер чертыхнулся.
— Ладно, тебе придется поискать их. — Он обернулся к
Дэниелу. — Свистеть умеешь? — Юноша утвердительно кивнул. —
Отлично, тогда стой здесь и подашь знак, если кто-нибудь пройдет Сам держись
в тени, а если заметят, скажешь, что просто возвращаешься домой. Только не
пытайся удирать. Если начнут расспрашивать, ври без стеснения. Ты много
общался с Эви, так что наверняка знаешь, как это делается. Дэниел кивнул:
— А вы куда?
— К Эви, — мрачно бросил Тайлер и направился дальше по переулку.
Из окна гостиной лился яркий свет, но даже если бы его не было, Тайлер все
равно знал, что Эви не спит. Она не ляжет до тех пор, пока не дождется двух
этих балбесов. Вновь помянув их недобрым словом, озабоченный Тайлер занес
ногу над первой ступенькой крыльца. Он запретил им ходить на конюшню, но
этого было явно недостаточно. Не исключено, что у тех головорезов, которые
пытались взять пацанов в заложники, имелись сообщники. А если выяснится, что
Бен прав насчет того открытия, которое он сделал на конюшне, то сообщники
есть наверняка.
Однако не успел он протянуть руку к двери, как из тени дома выступил
человек. В свете окна блеснуло дуло револьвера.
— Монтейн? Хэйл говорил, что ты попытаешься это сделать. Тебя ведь
предупреждали держаться подальше от леди.
Шериф Пауэл поднялся на крыльцо и знаком велел Тайлеру отойти от двери. Тот
выставил на свет руки, чтобы показать, что он безоружен.
— Эта леди — моя жена. Пацаны убежали гулять и до сих пор не вернулись.
Я пришел справиться, только и всего...
— Пусть о пацанах болит голова у их дяди. А я приготовил тебе небольшой
сюрприз. У меня в конторе сидит человек с ордером на твой арест.
Тайлер с тоской поднял взор на ярко освещенное окно, желая хоть одним
глазком взглянуть на Эви. За последнее время он успел соскучиться по этой
уютной комнатке. По запаху свежеиспеченного хлеба, по детскому смеху и по
женщине, которая готова принять его вне зависимости от того, в каком он
настроении. И если он мрачен, ей по силам его развеселить... Тайлер
представил себе, как он сидит за столом, лениво переговаривается с Дэниелом,
а ему через плечо заглядывает эта женщина и требует к себе внимания.
Впрочем, Эви была самой нетребовательной женщиной из всех, что он знал до
сих пор, включая и родную мать, которую Тайлер боготворил. Наконец-то он
нашел девушку, которая не требовала от него никаких обязательств, и что из
этого вышло?..
Тайлер покосился на револьвер шерифа и пожал плечами:
— Как скажешь, Пауэл. Но если с детьми что-нибудь случится, это будет
на твоей совести.
Они направились по переулку в обратную сторону. Дэниел куда-то исчез.
Слава
Богу, что он не видит, как шериф держит меня на мушке, — подумал
Тайлер, но тут же спросил себя: — Куда же он так быстро подевался?
Когда они дошли до конторы шерифа и открыли дверь, Тайлер пожалел о том, что
добровольно подчинился Пауэлу.
Сайлас Дорсет поднял глаза от бумаг, которые подписывал, и, увидев Тайлера,
широко улыбнулся:
— Ба, какие люди! Это один из их шайки, шериф. Осталось найти бабу и
черномазого.
Рука Тайлера невольно опустилась к кобуре, но Пауэл перехватил ее, не дав
достать револьвер.
— Мистер Хэйл, я не ждала увидеть вас здесь так поздно, —
растерянно проговорила Эви. Она поискала глазами отца и Хардинга, но адвокат
был на крыльце один.
— Я все понимаю и прошу прощения, леди, но дело крайней важности.
Сначала я пытался поговорить с вашим отцом, но он и его друзья уже
находились под влиянием... э-э... ну, вы меня понимаете. Мистера Монтейна
только что арестовали и, боюсь, с минуты на минуту пожалуют за вами. Поэтому
необходимо срочно вывезти вас из города в безопасное место.
Потрясенная услышанным, Эви открыла дверь и жестом пригласила Хэйла войти.
Но тот, покачав головой, остался на месте.
— Нет времени. Нас ждет экипаж. Я отвезу вас на ранчо Хардингов. Там вы
будете в безопасности. По крайней мере до тех пор, пока я не улажу ваше
дело. Э-э... Дорсет. Вам что-нибудь говорит это имя?
В первое мгновение Эви машинально покачала головой, но почти тут же
вспомнила. Дорсет! Тот человек, который украл у Тайлера его плантацию и
жульничал в карты! Глаза ее округлились.
— Но это же смешно! Этот человек сам вор и мошенник! Не могу поверить в
то, что он не поленился приехать сюда со своими лживыми обвинениями!
— И тем не менее он приехал, а на то, чтобы уличить его во лжи,
потребуется время. Поедемте сейчас со мной, если, конечно, вы не хотите
очутиться на период разбирательства за решеткой.
Хэйл протянул к ней руку. Эви покачала головой:
— Я не могу. Мануэль и Хосе еще не вернулись домой, я должна их
дождаться. Вот увидите, они скоро появятся!
Сзади к ней подошла Кармен. Эви стало дурно оттого, что вся эта неприятная
история разворачивается прямо на глазах у детей. Разве это воспитание?
— Полагаю, о мальчиках прекрасно сумеют позаботиться их сестра и ваш
брат. Захватите необходимые вещи, надо торопиться. Мы не можем терять ни
минуты.
Хэйл все-таки вошел в дом. На лице его были написаны крайняя тревога и
напряжение.
Эви захотелось снова возразить, но Кармен уже бросилась в спальню за
саквояжем. У мистера Хэйла был такой вид, будто его хватил апоплексический
удар. Бросив на него внимательный взгляд, Эви подумала, что, пожалуй, лучше
сесть за решетку, чем куда-то ехать с ним. Но вместе с тем она понимала, что
на ранчо ей будет гораздо приятнее коротать время, чем в тюрьме. И потом,
будучи на свободе, она сможет оказать реальную помощь попавшему в беду
Тайлеру.
— А мистер Хардинг едет с нами? Они ушли вместе с моим отцом. Я не могу
уехать, не повидавшись с кем-нибудь из них.
— Мисс Хауэлл, не будем терять времени Кармен все им расскажет, когда
они вернутся из салуна.
Хауэлл... Он назвал ее мисс Хауэлл!
Эви бросила на него острый взгляд — он все знает. В душе ее поднялось
великое волнение. Не нужно больше притворяться, выдавать себя за другую,
сочинять всякие небылицы. Он объяснит ей все, расскажет про мать и про
наследство, а с деньгами на руках она поможет Тайлеру одолеть Дорсета, уж не
говоря о том, что у детей будет хороший дом и все остальное... И начнется
такая жизнь! Почти как в Сент-Луисе под крылом воспитательницы.
Эви бросилась в спальню собирать вещи. Она вернулась спустя несколько минут
с накидкой, наброшенной на плечи, и в шляпке.
— А вы уверены, что Хардинги не будут возражать? Ведь они друзья
шерифа. Разве они позволят прятаться у них на ранчо человеку, который
разыскивается властями?
— Вы член их семьи, мисс Хауэлл. Своих Хардинги никогда не дадут в
обиду. А теперь поспешим.
— Но Дэниела до сих пор нет. Боюсь, с мальчиками что-то случилось.
Давайте попытаемся сначала хоть кого-нибудь найти. Я не могу уехать просто
так, никому ничего не объяснив. — Эви быстро направилась к двери.
Хэйл забрал у Кармен из рук саквояж и поспешил за ней. Нагнал он ее уже в
переулке и схватил за руку.
— Туда нельзя, мисс Хауэлл. Вас увидят.
— Я этого и добиваюсь! Мне нужен Дэниел! — резко ответила Эви,
продолжая идти вперед. Вскоре она заметила в темноте какое-то движение и,
вырвав руку, побежала в ту сторону.
— Дэниел! — Эту походку она могла бы узнать где угодно.
Юноша вышел из тени.
— Эви, что происходит? Я только что видел, как шериф провел мимо
Тайлера под дулом револьвера! Как это понять?
Дэниел бросил быстрый взгляд на Хэйла, но тут же вновь посмотрел на Эви,
заметив на ней накидку и шляпку.
— Дорсет в городе. У него ордер на арест меня и Тайлера. Мистер Хэйл
предложил переждать какое-то время на ранчо Хардингов, где меня никто не
найдет. Ты ищешь ребят?
— Бен мне помогает. Не беспокойся, мы их найдем Я могу чем-нибудь
помочь?
— Главное, не волнуй детей. Скажи им, что я уехала к подруге или что-
нибудь в этом роде. Мистер Хардинг объявит в школе, что мне пришлось срочно
уехать. Тем более что завтра все равно последний день учебы Я обещала детям
пикник, но сам видишь, как все складывается. Может быть, ты устроишь его
сам?
— Мисс Хауэлл, теряем время! Шериф вернется сюда с минуты на
минуту! — прошипел над самым ухом Хэйл и потянул ее за руку.
Дэниел уставился на адвоката, потрясенный тем, как тот обратился к Эви, но
прежде чем он успел что-то сказать, Хэйл уже утащил ее. Что ж, может, все и
к лучшему. Хэйл знает, кто она такая, значит, он отдаст ей деньги, которые
помогут им выпутаться из этой неприятной истории.
В следующую минуту Дэниел услышал со стороны конюшни чей-то свист и
торопливо заковылял туда. Как странно, ведь если кому и положено было
свистеть, так это ему самому!
Глава 37
Тайлер чувствовал, как в спину ему упирается револьвер, и поэтому ему ничего
другого не оставалось, кроме как усмехнуться в глаза своему врагу.
— Так, так, Дорсет... Неужели ты настолько соскучился по мне, что не
поленился преодолеть столь длинный путь?
На красивом лице Дорсета было больше морщин, чем при их последней встрече, а
глаза светились отнюдь не радостью. Было очевидно, что он устал от бешеной
скачки. У любого человека бывает в жизни момент, когда он доходит до ручки
Тайлер готов был поклясться, что Дорсет эту стадию давно миновал.
— Не знаю, как в вашем городе принято обращаться с карточными шулерами
и ворами в этом городе, шериф, но лично я ему спуску не дам! — Дорсет
поставил лихую закорючку на последнем документе. — Наверняка при нем
еще есть часы, которые он украл у меня. Прелестная вещица, а на крышке
портрет моей матери в красивом розовом платье. Я хочу, чтобы мне их вернули,
ибо часы эти дороги мне как память.
Пауэл достал часы из кармана у Тайлера и открыл их. Дорсет оказался прав: на
крышке действительно был портрет женщины. Шериф ткнул Тайлеру в бок
револьвер.
— Бьюсь об заклад, ты божился перед своей женой, что это твоя
собственная мать, а? Черт возьми, а я-то уж было поверил тебе! Ну-ка, давай
туда. — Он подтолкнул его к камере.
— Это моя мать, Пауэл, — сказал Тайлер, не двигаясь с места.
С ним происходили странные вещи. Казалось бы, подобные обстоятельства
неизбежно должны были пробудить в нем бешеного зверя, но на самом деле
никогда еще он не чувствовал себя таким спокойным и уравновешенным. Он не
позволит, чтобы на Эви навесили ярлык воришки или жены вора. Он не допустит,
чтобы на их семью легло пятно позора. Пришла самая пора сделать хоть одно
доброе дело.
Быстро обернувшись, он спокойно выхватил револьвер из рук шерифа,
несообразительность которого уже стала действовать ему на нервы.
Разрядив его и вытащив все патроны, Тайлер вернул его разъяренному Пауэлу и
произнес:
— Телеграфируйте шерифу в Натчез. И наведите справки о нас обоих. После
этого, думаю, вам все станет ясно. Дорсет — один из паршивых янки-
саквояжников, которые обрушились на нас, как саранча, хапая все подряд Лично
он украл у меня плантацию со всем, что там было, включая и эти часы. В
Натчезе вам об этом каждая собака скажет.
Дорсет вскочил и уперся в стол кулаками.
— Я честно выкупил эту плантацию. А ты, мошенник, украл у меня деньги,
которые я хотел в нее вложить' — Он обернулся к шерифу: — Вы когда-нибудь
пробовали сеять хлопок и вести хозяйство, не имея наличных? Эти вонючие
ниггеры теперь отказываются работать за просто так. Поэтому я хочу, чтобы вы
засадили Монтейна и его девку на всю оставшуюся жизнь и вернули мне мои
деньги.
Пауэл смерил обоих кислым взглядом, но свои самые яркие эпитеты адресовал
гостю:
— Я уроженец Техаса, мистер И если бы я знал, кто вы такой, как только
вы вошли сюда, я вышвырнул бы вас прежде, чем вы успели бы раскрыть свой
жалкий рог. Таких, как вы, я достаточно навидался в своей жизни!
Перезаряжая свой револьвер, шериф бросил острый взгляд на Тайлера:
— Том, между прочим, тоже на тебя жалуется. Может быть, стоит разрешить
проблему так, как это принято в здешних местах? Телеграммы куда надо я,
положим, пошлю, но пока предлагаю обойтись без судьи и двинуть в
Красный
глаз
. Там за карточным столом мы и выясним, кто вор, а кто честный
джентльмен.
Дорсету идея не понравилась, и он недовольно запыхтел, но Тайлер лишь
коротко кивнул в знак согласия. В эту минуту он очень надеялся, что Дэниелу
и Бену уже удалось разыскать ребят и они привели их домой, успокоив Эви. А
про то, что случилось с ним, ей лучше вообще не знать.
Дэниел и Бен лежали связанные в подвале конюшни и ничем не могли утешить
Эви. Отчаянно морщась, Бен снова и снова пытался освободиться от веревки,
которой были стянуты его лодыжки и запястья, но тщетно. Эти бродяги хорошо
поработали, и разорвать путы не было никакой возможности.
— Может быть, там удастся отыскать ножик или что-нибудь в этом
роде? — шепнул Дэниел, кивнув в сторону потайного хода, который уводил
из подвала в темноту. Зная, что он калека, бандиты не стали связывать ему
ноги. Приняв сидячее положение, юноша стал изо всех сил вглядываться в узкий
черный проход, но фонарь, висевший над их головами, давал слишком мало
света.
— Давай, только побыстрее. Им так понравилось молотить меня ногами,
что, боюсь, скоро они вернутся, чтобы позабавиться и с тобой.
Бен бросил взгляд на мальчишек, которые лежали тут же, связанные между
собой. У них был очень испуганный вид, и они не проронили ни звука с той
самой минуты, как к ним сбросили Дэниела и Бена.
— Я калека, меня они бить не станут, — тихо отозвался Дэниел,
уползая в темноту. — Калека, ниггер и двое молокососов — хороша
компания, — подытожил он.
— Я не молокосос! — наконец подал голос Хосе.
— Ты не калека, а Бен... Если у него другой цвет кожи, это еще не
значит, что он не человек. Так Эви говорит. Мы лучше их и еще выберемся
отсюда, — заговорил и его старший брат. Испуганные глаза его светились
в темноте и походили на блюдца, но в голосе чувствовались твердая решимость
и уверенность в себе. Повернувшись к Хосе, он попытался развязать тому руки.
Бен усмехнулся:
— Вы храбрые ребята, но вам немного не хватает мозгов. Почему вы не
рассказали шерифу обо всех делах, которые происходят на конюшне?
Мануэль дернул плечами:
— Он бы нас не послушал. Мы отщепенцы. Это здесь все равно как быть
черномазым.
— То, что Эви говорила о ниггерах, она, наверное, относила и к
мексиканцам, так что вам надо было ее лучше слушать. — Чертыхаясь, Бен
вновь пытался что-то сделать со своей веревкой и одновременно поглядывал за
Дэниелом, который уползал в черный туннель потайного хода. Положение их было
аховое, но Бен молчал, так как не хотел лишать пацанов надежды.
— Мы сами собирались поймать бандитов, — продолжал Мануэль. —
Том украл у нас конюшню. Так мама говорила. И он ворует у таких, как Логан.
А еще я думаю, что именно он руководит шайкой, которая грабит дилижансы на
дороге.
Сами собирались... Бен невесело усмехнулся. Он хорошо запомнил рожи тех, кто
связал и бросил их сюда. Сам он в одиночку связываться с такими не решился
бы. Заметив, как они регулярно наведываются на конюшню, он сообщил об этом
Тайлеру. Тайлер знал, что Бен и Дэниел здесь, потому что он сам просил их
сторожить здесь пацанов. Оставалось лишь надеяться на то, что он приведет
помощь раньше, чем эти головорезы решат избавиться от свидетелей.
— Тут какие-то ящики! — подал голос Дэниел. — Не знаю, что в
остальных, но в открытом полно динамитных шашек!
— Нет, я не собираюсь взрывать себя только ради того, чтобы избавиться
от веревок. Ящик с перочинными ножами меня устроит больше, — проговорил
Бен.
Дэниела вновь поглотила тьма. А один из головорезов принялся стучать сапогом
по полу конюшни над их головами и гаркнул, что, если они сейчас же не
заткнутся, он спустится и заткнет их сам. Бен поморщился, но замолчал. Он не
хотел, чтобы они спускались.
Он боялся, что юноша может повредить еще не до конца зажившую ногу, но
больше некому было искать способ спасения. Мальчишки были связаны между
собой, а он сам скручен так, что не мог даже сесть.
И кто их только научил
таким узлам?
Вскоре из туннеля выполз сияющий Дэниел. Оказавшись под светом фонаря, он
повернулся спиной и показал всем какую-то острую металлическую пластину,
зажатую в связанных руках.
— Не будем терять времени. Если мы сумеем развязаться, то, пожалуй,
сможем выбраться отсюда. У меня возникла одна идея, — сказал Бен.
Он не представлял себе, как ему удастся провести мимо бандитов увечного
подростка и двух детей, но сидеть сложа руки и распускать сопли он тоже не
собирался. Захватив руками металлическую пластину, он придвинулся к Дэниелу
и стал пилить его веревки.
Тайлер собрал свои карты и положил их рубашками вверх на стол, ожидая, пока
Дорсет разберется с тем, что выпало на руки ему, и сделает ставку. По правую
руку от него сидел Том и нервно мусолил только что полученные карты. Он был
полупьян и напуган, как скунс темной ночью. Глядя на него, Тайлер испытывал
недобрые предчувствия, которые не давали ему покоя весь вечер и с каждой
минутой лишь усиливались. Поначалу он думал, что это связано с Дорсетом, но
потом понял, что дело не только в нем. Какая-то неприятная мысль настойчиво
толкалась на задворках сознания, но Тайлер никак не мог определить, что же
его гнетет. Он знал одно: надо поскорее доказать шерифу, что он не шулер, и
вернуться к Эви.
Когда ставки были сделаны, Тайлер поднял глаза на зевак, окруживших игорный
стол. Пейтон, Хардинг и Логан все еще были здесь. Все трое уже прилично
набрались и пьяными глазами лениво наблюдали за игрой. Дэниела и Бена не
было видно. Может, они уже вернулись домой? Или не возвращались? Тайлеру
очень хотелось плюнуть на все и уйти к Эви, но его держали здесь две вещи:
во-первых, револьвер в руке шерифа и, во-вторых, Том, сидевший справа от
него за столом.
Если бы на конюшне что-нибудь происходило, Тома бы сейчас здесь не было
.
Тайлер швырнул золотую монету поверх денежной расписки Дорсета и зеленой
банкноты Тома. Тайлер не должен был выигрывать этот кон. Он знал, что у
Дорсета не очень хорошие карты, а у Тома и вовсе мусор.
Если я выиграю, то
добьюсь этим лишь того, что шериф станет подозревать меня еще больше. Если
проиграю, то, возможно, получу возможность уйти, но с пустыми карманами
.
Игра на подобных условиях была Тайлеру не по душе.
Ему наконец удалось привлечь внимание Джейсона, и тот подошел к нему.
Хардинг был пьян в лоск, но все же трезвее своих собутыльников.
— Проведай Эви и детей, посмотри, все ли у них в порядке. Ребята
убежали сразу после ужина и долго не возвращались. Эви очень за них
беспокоилась.
Джейсон смерил щеголеватого Тайлера взглядом с ног до головы, отметил про
себя, как ловко тот перебирает в руке карты и одновременно не забывает
следить за выражениями лиц остальных играющих, скользнул взглядом по
кружевным манжетам его сорочки и наконец презрительно фыркнул:
— А тебе-то что за дело?
Такой ответ взбесил Тайлера, но он лишь поджал губы.
— Сделай, что я тебя прошу, или пошли туда Пейтона. Если со мной что-
нибудь случится, об Эви и ребятах некому будет позаботиться, кроме него.
Тут Джейсон как будто впервые увидел шерифа, стоявшего за спиной Тайлера с
револьвером в руке, и на него снизошло просветление. Он не понимал, что
происходит, но чувствовал, что за столом идет не простая игра Мозг его был
затуманен спиртным, но он все же ощутил висевшее в воздухе напряжение. Молча
повернувшись на каблуках, он вернулся к своим приятелям, стоявшим у бара.
Краем глаза Тайлер заметил, как Пейтон ушел из салуна. Джейсон остался, но
на его лице уже не играла пьяная улыбка, а сквозило беспокойство
Неплохо
иметь такого человека на своей стороне
. Тайлеру оставалось лишь надеяться,
что Хардинг пожелает принять именно его сторону.
Стопка расписок Дорсета росла на столе прямо на глазах Рядом с ним сейчас не
было его жуликоватых приятелей, поэтому он находился в невыгодном положении
и проигрывал. Тайлер же остро ощущал, что он единственный из всех играющих
не вооружен. И только присутствие шерифа удерживало их от неизбежного
конфликта Дорсет окончательно потерял голову, а играть с такими людьми —
неблагодарное дело. Будь его воля, Тайлер давно бы откланялся Но он
продолжал играть, потому что шериф стоял у него за спиной с револьвером.
Через некоторое время в баре вновь появился Пейтон и что-то сообщил своим
компаньонам. Тайлер со своего места не расслышал ни слова, но лицо Хардинга
приняло еще более озабоченное выражение, и этого Тайлеру было достаточно.
Там что-то случилось...
Чуть отвлекшись от игры, он едва не проморгал карту Тома.
Плевать мне, что подумает шериф Я должен закончить игру
.
Выложив на стол три
двойки
, он забрал себе банк со всеми расписками
Дорсета и стал подсчитывать выигранную сумму.
— Так, три тысячи долларов, дружище. Это больше, чем я должен был
заплатить налогов, когда ты украл у меня мою плантацию Что ставишь теперь?
Но учти: на твои бумажки я больше играть не буду. — С этими словами он
убрал расписки в карман.
— Игра еще не окончена, Монтейн. Ты передергиваешь. Клянусь Богом, это
так! Честному игроку не может так везти! Мы будем сидеть здесь и играть до
тех пор, пока шериф не поймает тебя на обмане.
— Дело не в везении, а в умении — Тайлер пересчитал выигранные им
зеленые банкноты — Том, ты почти уже банкрот Не будет ли тебе? Или у тебя
еще есть какие-нибудь салуны, от которых тебе хотелось бы поскорее
избавиться? Как насчет конюшни? Братья моей жены души в ней не чают, между
прочим Может, надумал и с ней тоже расстаться?
— Заткнись, хлыщ, и играй! Мы не уйдем отсюда до тех пор, пока либо ты
не начнешь проигрывать, либо кто-нибудь не проделает дырку в твоей башке!
Том сграбастал колоду и стал тасовать карты. Руки его дрожали, пока он
сдавал. Это был нехороший знак. Тайлер обернулся и вопросительно взглянул на
шерифа.
— Значит, я непременно должен передернуть, чтобы закончить эту игру?
Другого выбора мне не оставлено?
— Дорсет прав, нормальному игроку так долго везти не может, —
буркнул Пауэл и кликнул барм
...Закладка в соц.сетях
