Жанр: Любовные романы
Свидание с прошлым
...шлялась, поперхнувшись дымом.
Ей захотелось что-нибудь выпить, чтобы отпраздновать свой успех. Она встала
и прошла в бар.
Здесь света уже не было, и ей пришлось включить освещение задней части бара,
чтобы видеть, где стоят бутылки со спиртными напитками.
Она налила изрядную порцию бренди в коньячный бокал, обошла стойку и уселась
на табурет, подтянув к себе пепельницу.
Она смаковала бренди и курила, думая о том, как здорово все у нее
получилось. И малютка Стейси очень помогла осуществить задачу, порученную
Карли.
То, что она застала Стейси на чердаке, сделало проще простого все остальное.
— Начиная со Стейси... — хихикнула Пэм. Свалить ее ударом по
голове и привязать к креслу — лучшего было и не придумать. Пэм оставалось
только сойти вниз, запереть дверь и забыть, что девчонка там, наверху. Она
умрет естественной смертью — от жажды, голода и... что там еще. А между тем
Пэм удалось незаметно для всех собрать, упаковать вещи Стейси и отнести их в
машину. Еще один успех.
Она встала, чтобы вновь наполнить бокал, и хотела уже отпить от новой
порции, как вдруг сообразила, что, когда девчонка умрет, ей придется найти
способ избавиться от трупа. Она содрогнулась и одним махом осушила бокал,
тут же потянувшись опять за бутылкой. Не обязательно думать об этом сейчас.
У нее будет потом время, чтобы найти решение.
Она снова наполнила бокал и вернулась на прежнее место.
Самым приятным во всем этом деле было отогнать машину на заброшенную ферму,
которую ей оставил по завещанию отец. Она спрятала машину Миллман в сарай,
заперла на замок двери и вернулась в город на старом пикапе, стоявшем в
гараже с тех пор, как умер отец.
Завести пикап удалось не сразу, и несколько минут, пока мотор чихал и
кашлял, она думала, что в город придется возвращаться пешком. Но недаром ей
сегодня целый день везло: мотор завелся и она доехала без приключений.
Ферма под конец окупилась, хотя до сих пор не приносила никакого дохода в
смысле денег. Никто сейчас не приобретал такую недвижимость, как фермы, и
пока что она вводила Пэм в одни расходы — уплата налогов и все такое. А вот
сегодня выяснилось, что ферма эта просто клад. Идеальное место, где можно
спрятать машину.
Карли и другие будут в восторге от находчивости Пэм. Она сделала то, что они
хотели, и не оставила за собой никаких следов. Но главное — ей удалось
организовать для себя премию.
Пройдет несколько недель, и Дерек забудет девчонку. Тут уж Пэм больше не
будет терять время и терпеливо ждать. Ведь моложе она не становится, и
никакому другому мужчине никогда не удавалось привлечь ее так сильно, как
Дереку. Пора пришла, и надо делать ход — теперь ее очередь. Неважно, как он
отреагировал на тот ее поцелуй, — он еще вернется к ней, когда она
снова станет единственной добычей в городе.
Пэм была за стойкой бара — наполняла в очередной раз свой бокал, когда
услышала какой-то шум у себя за спиной. Пэм резко обернулась и увидела, что
у входа в бар стоит Дерек.
Она широко улыбнулась и приветственным жестом подняла бокал.
— Коктейль для двоих? — пропела она. Дерек заколебался, но потом
кивнул, проходя внутрь.
— Конечно, Пэм, почему бы нет?
Он сел на соседний с ней табурет и положил свой стетсон на стойку бара,
глядя, как Пэм достает с полки второй коньячный бокал и наполняет его на
треть.
Когда она подошла к нему и села рядом, он ощутил запах ее духов пикантный и
экзотический, как сама эта женщина. Она не в его вкусе, но можно
предполагать, что многие мужчины потеряли бы из-за нее покой. Он помнил,
что, когда был еще мальчишкой, она всегда как-то выделяла его среди других
своим вниманием и это было ему приятно. Ему и в голову не приходило, что она
питала к нему вожделение. Разница в возрасте между ними препятствовала
подобным фантазиям. А если бы он знал, то воспользовался бы этой
возможностью? Нет, его никогда не привлекали шикарные женщины — может быть,
потому, что он всегда считал их недосягаемыми. Девушки, с которыми он
встречался — до Стейси, — были более земными и, скорее, соответствовали
типу
девушки из соседнего дома
. Стейси тоже была по-своему пикантной, в
ней была своя изюминка, но при этом она была... натуральней, больше в его
вкусе, чем Пэм Рокка.
Однако ему представлялся случай использовать этот предполагаемый интерес Пэм
к нему в своих целях. Он принял протянутый ею бокал, чокнулся с ней и
пригубил. Пэм, напротив, ополовинила свой, и он видел, что зрачки у нее уже
начали расширяться от выпитого ранее спиртного.
— Ты всегда пьешь в одиночку? — спросил он с дразнящей улыбкой.
— Только когда меня к этому вынуждают обстоятельства, — ответила
она. Но сегодня — мой вечер, и мне не придется пить одной. — Она
хихикнула и снова чокнулась с ним. Потом наклонила голову набок и подняла
бровь. — Ты искал Стейси?
— Нет. Я получил ее записку и знаю, что она уехала.
Пэм явно удивилась.
— Ты пришел ко мне?
— А что тут такого? Раньше я всегда заходил выпить с тобой стаканчик на
сон грядущий, как только заканчивал смену. А сегодня вдруг подумал, что
давненько этого не делал. Вот и решил, что сейчас подходящее время, чтобы
исправить оплошность.
— Я рада, что ты так решил. — Она одарила его блаженной улыбкой и
поднялась, чтобы взять бутылку бренди, которую поставила на стойку бара.
Допивай, Дерек, этого добра хватает.
Дерек отпил еще немного.
— Я люблю пить не торопясь, — сказал он со значением. — Тогда вечер кажется длиннее.
— О, мне нравятся такие мужчины, — томно протянула Пэм и чуть не
промахнулась, водружая на табурет свой великолепный зад. — Хоп-ля!
Дерек подхватил ее под локоть и помог взобраться на табурет.
— Осторожнее, Пэм, нельзя, чтобы ты упала и вышла из строя.
— Обо мне не беспокойся, шериф, сегодня вечером я в отличной форме.
— Ты все время говоришь так, будто сегодняшний вечер какой-то
особенный. Неужели я что-то забыл? Сегодня твой день рождения или еще какой-
то праздник?
— Не-а. Просто чувствую, что мне везет. Думаю, не пойти ли потом в
казино и не попытать ли счастья.
Дерек засмеялся.
— Мне придется арестовать вас, мисс Рокка, если вы попробуете сесть за
руль, будучи под воздействием спиртного.
— И ты посадишь меня к себе в тюрьму? — жеманно спросила она.
— Ммм... гм. — Дерек проглотил немного бренди, потом облокотился
на стойку и заглянул Пэм в лицо. — Ну, Пэм, и кто же этот парень,
которому так повезло?
— Что? Какой парень?
— Шеф-повар Дэриен сказал, что ты ушла на свидание. Мне ревновать или
как?
— Ревновать? — Пэм возилась с сигаретой, которую хотела зажечь.
Дерек мягко отнял у нее зажигалку и поднес к кончику сигареты. — С
какой стати тебе ревновать, Дерек? — спросила Пэм, выпуская дым. —
Ты же никогда мной не интересовался в этом смысле.
Дерек сделал удивленное лицо.
— Не могу поверить, что ты это серьезно. Я уже много лет посылаю тебе
сигналы, но ты их, похоже, не принимаешь.
— А как же эта сучка Миллман?
Он застал ее врасплох. Ее злоба доказывала, что Стейси была права.
— Я думал, что не интересую тебя, — сказал Дерек.
— Ты хочешь сказать... хочешь сказать, что если бы я проявила интерес,
то ты бы...
Выражение панического ужаса исказило черты ее лица. Дерек приготовился
нанести решающий удар. Он привлек Пэм к себе, держа голову поверх ее головы,
чтобы Пэм не видела его лица, не могла догадаться, что он питает к ней
отвращение.
— О, Пэм, мы потеряли столько времени из-за глупости! Не будем говорить
о Стейси Миллман — у нее не было ни единого шанса на выигрыш.
Он чувствовал, как тело Пэм сотрясает дрожь. Пэм что-то сказала, но слов он
не разобрал, так как ее лицо было прижато к его рубашке. Он немного
отстранил Пэм от себя и постарался придать взгляду нежность.
— Что ты говоришь, дорогая?
— Я с-сказала... все было зря.
Она была пьяна — это было ясно по стеклянному блеску ее глаз и неразборчивой
речи.
— Что было зря, дорогая?
— М-Миллман. Не надо было... зря я...
Подождав несколько секунд, Дерек тихо спросил:
— Это ты заперла ее, Пэм?
Пэм попыталась совладать со зрением, посмотреть прямо на него.
— С н-ней все в п-порядке... нормально.
Дерек взял ее за подбородок, чтобы она могла смотреть ему в лицо.
— А ее машина, ее вещи?
— Т-тоже в п-порядке... Точно...
Ему хотелось бросить ее прямо там, оставить валяться на полу. Он не помнил,
чтобы когда-нибудь раньше испытывал подобную тихую ярость. И не ожидал, что
потребуется столько усилий, чтобы подобрать ее и отнести на стоявшую у стены
банкетку. Устроив Пэм, как мог, он стоял и смотрел на нее. Ну вот, разгадана
еще одна тайна: это Пэм напала на Стейси на чердаке, она же спрятала машину
и остальные вещи.
Но почему? Из ревности? Думала, что ей удастся заполучить его, если она
уберет Стейси с дороги?
Недостаточно веско. Что-то не сходится. Если уж он был так нужен Пэм, то
почему она не предпринимала никаких решительных шагов раньше, до появления
Стейси? Он знает свои сильные стороны, знает и слабости, и как-то не видит
себя в роли сердцееда, способного довести такую шикарную женщину, как Пэм
Рокка, до покушения на убийство. Здесь должно быть что-то гораздо большее.
Он уже пошел к двери, но вдруг остановился и оглянулся на Пэм. Неужели она
перерезала веревки подвесного моста? Ладно, это он узнает, когда она придет
в себя в тюремной камере и поймет, что ее песенка спета.
Он вышел в холл, подошел к столу администратора и позвонил к себе в офис.
— Кто-нибудь из ребят есть на месте, Майк? — спросил он у
дежурного.
— Кларенс только что вошел, шериф. Он подойдет?
— Да. Скажи ему, что я жду его в гостинице. Немедленно. А ты, Майк,
начинай оформлять заключение под стражу Пэм Рокку — по обвинению в покушении
на убийство и, возможно, в похищении человека. Это я проверю по
справочникам. В любом случае мы забираем ее в пьяном виде, и пусть она
проспится в камере номер четыре. Видимо, надо договориться, чтобы завтра с
утра нам прислали надзирательницу.
Прибывший в гостиницу Кларенс начал ворчать по поводу того, что и так уже
опаздывает домой после конца смены и что Рут будет ждать его с ужином.
— Это не долго, Клар, ты будешь мне нужен всего на какой-то час. Дерек
повел его в бар. Не останавливаясь, бросил через плечо: — Можешь свалить все
на меня, если Рут захочет сорвать гнев на ком-нибудь.
Реакция Кларенса при виде Пэм, лежащей в бессознательном состоянии, была в
точности такой, как и ожидал Дерек:
— Ух ты! Ее кто-то ударил?
С удовольствием бы сдашл это, подумал Дерек.
Вслух он сказал:
— Она пьяна, отключилась. Кроме того, она арестована за покушение на
убийство. Ты мне нужен, чтобы переправить ее в тюрьму, пока я осматриваю
место происшествия и ищу улики, которые можно будет использовать в суде.
Он отступил назад, давая Кларенсу возможность взять на руки спящую Пэм.
— Когда запрешь ее, возвращайся сразу сюда. Нам нужно будет кое-куда
съездить.
Кларенс вернулся через полчаса. За это время Дерек нашел достаточно улик,
чтобы убедить окружного прокурора возбудить дело.
— Куда мы едем? — спросил Кларенс, когда они сели в патрульную машину и пристегнули ремни.
— За город, на ферму Рокки. Я почти уверен, что там мы и найдем машину
Стейси Миллман.
— Как она?
Дерек пожал плечами.
— Последний раз, когда я видел ее, была в порядке. — На щеке у
него шевельнулся желвак, когда он подумал о Пэм, о том, как она ударила
Стейси, потом связала ее и оставила на чердаке. Дерек заставил себя думать о
чем-нибудь другом. — Ты почему так задержался на работе, Кларенс?
Обычно ты в одну минуту двенадцатого уже в полной готовности отбыть.
— Ну, понимаешь, я засек типа, который ехал с превышением скорости по
61-му шоссе, и, когда я его останавливал, у него возьми да и лопни шина.
Говорю как перед Богом, Дерек, этот парень даже не знал, как поменять свою
собственную шину. И это взрослый мужик! — Кларенс покачал седеющей
головой и посмотрел в окно. — Эй, Дерек, вон поворот, притормози.
Они осмотрели гараж и не обнаружили там ничего, кроме масляного пятна на
месте, где обычно стоял старый красный пикап.
— Она что, продала этот старый пикап? — спросил Кларенс. —
Черт, я все собирался спросить у нее, не продаст ли она его мне.
— Вряд ли, — сказал Дерек, опять сжимая зубы. — Пошли, надо
посмотреть в сарае.
Им пришлось ломать замок с помощью ломика, имевшегося в багажнике патрульной
машины. Непосредственно занимался этим Дерек, а Кларенс бубнил что-то о
незаконном проникновении.
— На обратном пути ты поведешь патрульную, а я — машину Стейси,
распорядился Дерек, как только они распахнули двери сарая.
— Она спит, — прошептала Иди, когда Дерек вошел в дом, неся багаж
Стейси. Сама Иди прикорнула на диване, свернувшись калачиком и укутав ноги
пледом.
— Мам, ты иди-ка поспи на моей кровати. Думаю, в этот поздний час
ничего больше не случится.
— Где ты нашел вещи Стейси?
Дерек поморщился, вспомнив весь этот фарс с Пэм.
— За городом, на ферме Рокки.
С минуту Иди казалась озадаченной, потом ее лицо прояснилось.
— Ты хочешь сказать, что это была Пэм... Ну конечно же!
— Что значит
конечно же
?
— Ну, во-первых, она всю жизнь тайно страдала по тебе, и ей не могло
понравиться то, что ты увлекся Стейси.
— Если она страдала тайно, как же узнала об этом ты?
— Будет тебе, Дерек! Мы живем в маленьком городе, где такие вещи
становятся известны всем.
Дерек раздраженно фыркнул.
— Однако же никто не знал — или не подозревал, — что я родной сын
Боба Хантера. И все хранят какую-то тайну, связанную с Миллманами.
Иди даже бровью не повела.
— Тайна Пэм не охранялась Хантерами.
— Да. Похоже, что этим все и объясняется.
Иди пожала плечами и зевнула.
— Наверное, я действительно пойду, полежу немного. Если буду нужна,
позови меня, сынок.
Дерек на цыпочках вошел в гостевую комнату и стал рассматривать лицо спящей
Стейси при слабом свете, проникавшем в комнату через открытую в коридор
дверь.
Стейси казалась спокойной и безмятежной; ни один из ужасов, пережитых ею за
последние несколько дней, не оставил заметного следа на ее лице. Судя по
всему, сейчас ее не мучили и эти странные сны.
Дерек сбросил мокасины и осторожно прилег на кровать. Стейси пошевелилась,
но не проснулась. Он полежал так несколько минут, вдыхая запах ее
свежевымытых волос и размышляя над загадкой своего родного города и его
обитателей. Вдруг он подумал, что не спросил у Стейси, как она оказалась на
чердаке гостиницы, где ее застала Пэм. Дерек зевнул, веки его опустились под
собственной тяжестью, и он заснул с мыслью о том, что первым делом утром
спросит об этом у Стейси.
Стейси пыталась рукой отмахнуться от света, падавшего ей прямо в глаза.
Собственное движение разбудило ее, и она поняла, что это солнечный свет
наводнял комнату и омывал ее, словно теплая вода.
Стейси осторожно повернула голову, ожидая, что ее пронзит боль, но вид
головы Дерека на соседней подушке моментально положил конец ее копанию в
своих ощущениях.
Во сне Дерек был прекрасен. За сутки он оброс щетиной, но от этого его рот
стал казаться более чувственным, а его мальчишеский облик уступил место
очень идущему ему выражению мужественности и силы. У него были темно-
золотистые ресницы, отчего она ощутила укол зависти, а нос был чуточку
искривлен, словно Дерек его когда-то сломал.
Он тихонько похрапывал, и Стейси улыбнулась. В первый раз услышать, как
храпит мужчина, значит испытать совершенно особенное чувство интимности
отношений. А они с Дереком между тем даже ни разу не занимались любовью.
Хотя явно спали вместе.
Чему тут удивляться, подумала она. В отношениях между ними все было вкривь и
вкось. Они ссорились, словно давно женатая супружеская пара, изнывали от
вожделения друг к другу, словно подростки, и отшатывались друг от друга,
когда огонь между ними разгорался слишком сильно.
Ее изучающий взгляд как будто развеял его сон. Дерек проснулся и улыбнулся
ей.
— Доброе утро.
— Привет, — сказала она, внезапно смутившись. Он протянул руку и
потер отворот махрового халата большим и указательным пальцами.
— А что у тебя надето под этим?
Она шлепнула его по руке и плотнее запахнула отвороты.
— Узнай, попробуй!
Он вскочил на колени, придавил ее к постели своим весом и уткнулся лицом ей
в шею.
— Ладно, — прорычал он, — именно это я и собираюсь сделать.
Стейси взвизгнула, но тут же зажала рот ладонью. Потом отняла ладонь и
шепотом спросила:
— А где твоя мать?
— Она спит, — сказал Дерек, подняв бровь. Стейси с неожиданной
силой оттолкнула его и скатилась с кровати.
— И будить ее мы не будем, — предупредила она.
Дерек оперся на один локоть и умоляюще посмотрел на нее.
— Я не издам ни звука.
— Вот это правильно, шериф. — Она отступила еще дальше от кровати,
опасаясь, как бы он не погнался за ней. Она не собирается заниматься с ним
любовью в этой постели, почти в присутствии его матери, которая спит в
соседней комнате. Даже если они запрут дверь на ключ, Иди может постучать в
любой момент, думая, что Стейси здесь одна.
— Ну, тогда я пошел в душ, — сказал Дерек, скатываясь со своей
стороны кровати.
— Неплохая идея. А я еще немного посплю, пока ты моешься. — Стейси
села на край кровати и стала смотреть, как он бредет в ванную. На полпути он
стянул с себя рубашку, и при виде его обнаженного торса сердце подпрыгнуло у
Стейси в груди. У Дерека было тело пловца, длинное и худощавое, но с
широкими плечами и хорошо развитыми руками.
Она снова легла, но сон не приходил. Она ворочалась с боку на бок, меняла
положение, взбивала подушки. Ничего не помогало. Тело Дерека было у нее
перед глазами, и от этого адреналин бурлил у нее в крови.
Стейси слышала ровный шум воды, и воображение ее разыгралось.
Она накрыла голову подушкой, но картинки не желали исчезать.
Если Иди постучит в дверь ванной и не получит ответа, то подумает, что
Стейси не слышит ее из-за шума льющейся в душе воды.
Стейси вылезла из постели, прокралась через комнату и приложила ухо к двери
ванной — плескалась вода. Дерек явно не из тех, кто поет под душем. А может
быть, он просто старается не разбудить ее.
Она стала бесшумно поворачивать дверную ручку, думая, что будет чувствовать
себя по-дурацки, если он запер дверь. Но он ее не запер.
Ванную уже наполняли клубы пара, и это напомнило ей туман в то утро, утро ее
первого дня в городе. Это также придало ей храбрости: Дерек не сможет ясно
рассмотреть ее лицо.
Должно быть, он увидел ее силуэт сквозь стеклянную дверь душевой кабинки. Он
открыл дверь и остановился на пороге, глядя на Стейси глазами, полными
страстного желания и томления. Он не пытался скрыть от нее свою наготу, а
стоял выпрямившись, словно статуя, как будто позировал на занятиях в классе
живописи. Он не был первым обнаженным мужчиной, которого она видела, но у
нее возникло ощущение, что он предлагает ей себя так, как никто другой
никогда не предлагал.
Они стояли и смотрели друг на друга сквозь наполнявший комнату пар, потом,
все так же молча, Стейси развязала махровый пояс и позволила халату
соскользнуть с плеч на пол.
Он протянул ей руку, помог войти в наполненную паром кабинку и, задвинув за
ней дверь, отгородил их от остального мира.
Они лежали в постели лицом друг к другу, держались за руки и негромко
разговаривали.
— Я привез твои вещи, — сказал Дерек.
— Где они были? — без особого интереса спросила Стейси, занятая
тем, что изучала форму подбородка Дерека, его сильную шею.
— Пэм спрятала твою машину со всеми вещами в сарае на заброшенной
ферме, принадлежащей ее семье.
— Ммм. — Она перешла к изучению его руки, сжимавшей ее руку;
пальцами своей свободной руки она водила туда и обратно по костяшкам его
пальцев.
— Похоже, это тебя не очень удивляет.
Она подняла голову и посмотрела ему в глаза.
— Что бы я ни узнала о Пэм, ничто меня не удивит.
— Но ведь ты не знала, что это она ударила тебя и связала?
— Не знала.
— Дорогая, а что ты вообще делала на чердаке?
— Что? — Стейси перестала водить пальцами по плечу Дерека и
перевернулась на спину, уставившись в потолок. — Я слышала, как она
говорила другой гостье, что дом раньше принадлежал Хантерам и что они
оставили здесь много своих вещей, которые сложены на чердаке. Ну, я и
поднялась туда поискать каких-нибудь зацепок.
— И это после того, как я предостерег тебя от каких бы то ни было
самостоятельных расследований? — спросил Дерек, садясь в кровати и
сердито глядя на нее сверху вниз.
Она ответила ему таким же взглядом.
— Я тебе не какая-нибудь занудливая девица из готического романа. Я
сделала то, что должна была сделать, а иначе мы с тобой и до сих пор еще
пикировались бы, прячась от своих настоящих чувств.
— А ты мастерица все разумно обосновывать.
— Что да, то да, — признала Стейси, вызывающе выставив вперед
подбородок.
— Нашла что-нибудь?
— Да. Нашла коробку, помеченную 1959—1962 годами. В ней — книга
хозяйственных записей, из которых видно, что обоим моим родителям
выплачивалось ежемесячное жалованье, и фотография, где они сняты на каком-то
празднике вместе с Бобом и Изабелл. — Стейси не смогла удержаться от
самодовольной улыбки. — Теперь по крайней мере я знаю чуточку больше о
прошлом моих родителей.
— И это чуть не стоило тебе будущего, — строго напомнил ей Дерек.
— Но это привело меня в твою постель, — с лукавой усмешкой
возразила она.
— Через мой душ, — с ответной улыбкой сказал он.
Он наклонился, чтобы поцеловать ее, но вдруг остановился, и его губы замерли
в нескольких дюймах от ее губ.
— В чем дело? — спросила Стейси.
— Шшш. — Он приложил палец к губам. Она прислушалась и услышала
то, что услышал он, — на кухне гремели кастрюли.
— Мама встала, — сказал Дерек. Он со вздохом выбрался из постели и
потуже затянул на себе полотенце, которое заменяло ему одежду. — Пойду
оденусь и принесу твои чемоданы.
Когда он ушел, Стейси перестелила постель и отправилась в ванную, чтобы
навести там порядок. Она почувствовала, что краснеет, а живот вдруг пронзила
сладкая судорога, как только она увидела разбросанные везде влажные
полотенца — напоминание о самом чудесном, что ей довелось испытать за всю
жизнь.
— Что за мужчина! — тихо сказала она, протирая запотевшее зеркало
над раковиной. Лицо ее горело, но не только от естественного румянца. Она
потрогала щеки, ощутила небольшую болезненность. Наклонилась ближе к
зеркалу, чтобы рассмотреть получше. Натерла о небритые щеки.
— Вот твои вещи, любовь моя, — сказал Дерек, ставя ее чемоданы
возле двери в ванную. — Мама сказала, завтрак будет готов через десять
минут.
Стейси обернулась, прижимая ладони к щекам.
— Она спрашивала, где ты спал прошлую ночь?
— Нет. — Его лицо хранило серьезное выражение. — Сейчас пойду
скажу ей. — Он направился к двери, но Стейси побежала за ним и схватила
за руку.
— Только попробуй, несчастный.
Он молниеносно повернулся к ней, схватил в объятия и оторвал от пола.
— Мне все равно, кто об этом узнает, Стейси. Я люблю тебя.
Стейси мягко высвободилась из его объятий и взглянула ему в лицо полными
восхищения глазами.
— Я знаю. Когда я поняла, какие у меня к тебе чувства, то я решила, что
ты никак не мог не испытывать того же.
— Идите завтракать, — послышался голос Иди. Дерек неохотно
отпустил Стейси. Подняв самый большой из ее чемоданов, он положил его на
крова
...Закладка в соц.сетях
