Жанр: Любовные романы
КЛЯТВА ВЕРНОСТИ
... катились по щекам, попадая ей в уши. Она шептала имя своего мужа,
словно молитву.
- О, прошу тебя, милый! - вдруг воскликнула она, не понимая, о чем просит. Но Слейд,
давно ожидавший ее слов, истолковал их так, как требовалось.
Он поднялся чуть выше, приподнял запрокинутую голову Ханны, заставив ее смотреть
на себя.
- Будет... немного больно, милая. В первый раз всегда так. После я никогда больше не
обижу тебя.
О чем он говорит? И зачем? Зачем он тратит время на слова, когда внутри ее все
пылает огнем?
- Ну же, Слейд! - взмолилась Ханна. - Войди в меня. Я не могу больше... терпеть.
Он улыбнулся и заставил ее обвить ногами его ягодицы. Что-то настойчиво ткнулось
Ханне между ног, горячее и твердое. Она дернулась навстречу, чувствуя, как проникает в
нее плоть Слейда.
- Осторожнее, Ханна, - сдавленным голосом предупредил ее Слейд. - Я держусь из
последних сил. Позволь я сам все сделаю.
Ханна кивнула, чувствуя, как на короткое время закаменели мышцы Слейда. Он быстро
дернулся ей навстречу, прикусив зубами ее губу. Короткая, странная боль резанула
девушку между ног и быстро стихла. Вместо нее пришло незнакомое доселе чувство
наполнения. Слейд замер.
- Скажи, когда боль уйдет, Ханна. Скажи, когда будешь готова.
От его голоса у Ханны побежали по спине мурашки. Она улыбнулась и приподняла
бедра навстречу мужу, затем еще раз и еще. Слейд застонал.
- Ты убьешь меня, Ханна, - пожаловался он, стискивая ее руками. - Что означают твои
движения? Ты готова продолжать?
Она молча обняла его, прижимаясь грудью к его груди, потерлась об него, словно
кошка. Ей нравилась ее власть. Ей нравилось, что она может обнимать и целовать Слейда
вот так, как сейчас, не испытывая стеснения, не спросив разрешения. Ее опьяняло, как
часто начинает дышать ее муж от движения ее бедер.
Нет-нет, ее опьяняла не только его реакция! Словно мягкие тиски сжали ее изнутри, и
тянущее, вязкое ощущение нарастало, пульсируя все сильнее с каждым толчком Слейда,
пока все внутри вдруг не взорвалось мириадами искр, не разлилось сладкой, тягучей
волной по всему телу.
Ханна запрокинула голову, хрипло застонав. Слейд задышал чаще, пульсация, которую
Ханна чувствовала внутри, подсказала, что ее мужу так же хорошо, как и ей сейчас.
Раскинув слабые руки, Ханна пыталась восстановить дыхание, бессознательно
вглядываясь в лепнину потолка. Два пухлых ангелочка метились в нее из луков.
Почему они попались на глаза? Знак свыше? И что она должна делать сейчас? Встать и
одеться, велеть подать чаю? Или лежать тихо, пока не оденется муж?
Слейд осторожно перекатился на бок и некоторое время отдыхал рядом. Затем он
поправил волосы Ханны, разбросанные по ковру.
- Тебе надо обмыться, - мягко подсказал он.
Ханна стрельнула в него глазами и смущенно отвернулась. Теперь собственная нагота
стесняла девушку.
- В первый раз бывает кровь, - пояснил Слейд, взяв ее осторожно за подбородок и
повернув лицо Ханны к себе. - Наверняка мы испачкали ковер. Придется прибрать за
собой, чтобы не вызвать кривотолков.
Ханна, романтическое настроение которой вдруг сменилось скепсисом, немедленно
представила, как оттирает щеткой ворс ковра прямо так, нагишом, под чутким
руководством Слейда.
Она поднялась и посмотрела на смятые нотные листы, измазанные темно-красным.
Н-да, быть женщиной не так уж и удобно.
Нащупав в полумраке рубашку, Ханна принялась спешно вытирать ноги и ягодицы. Ее
охватило чувство отвращения.
- Позволь мне, - попросил Слейд, отбирая у нее испачканную рубашку. Его движения
оказались мягкими и заботливыми. Он улыбался Ханне, догадываясь, что она смущена. -
Как ты себя чувствуешь?
- До тех пор пока ты не заговорил о крови, хорошо,- призналась девушка. Она
бессознательно прикрыла грудь руками, скрестив их перед собой. - А ты? Как ты себя
чувствуешь?
- Кто? Я? - Слейд расхохотался и откинулся на ковер, заложив руки за голову. В его
позе сквозило столько вызывающего нахальства, что Ханна невольно улыбнулась. - Да
мне никогда не бывало лучше! Ты задала странный вопрос. Ведь не я распростился
сегодня с девственностью.
Ханна пихнула пяткой лодыжку Слейда.
- Глумишься, пещерный медведь? - возмутилась она.
- Ни капельки. - Он ущипнул Ханну за попу, отчего она ахнула, а затем поднялся с
ковра. - Пора прибрать за собой. Бедные слуги сидят по комнатам и боятся высунуть нос.
Я обещал Серафине, что успокою тебя и отберу пистолет. Вот во что вылились мои благие
намерения. А между тем близится время обеда. Пора сообщить миссис Эдгарс, что уже
можно безопасно пройти на кухню и приготовить ростбиф.
- Что, все слуги сидят по комнатам? Я думала, ты сильно преувеличиваешь! -
изумилась Ханна, уставившись Слейду между ног. Почему-то ей хотелось поподробнее
рассмотреть его мужское достоинство. Слейд заметил ее взгляд, но не подал виду; лениво
потянувшись, он повернулся к Ханне животом.
- Ничего я не преувеличиваю, - фыркнул он.
Ханна, заметив, что за ней наблюдают, торопливо отвела взгляд в сторону.
- Тогда действительно стоит здесь прибраться. Помоги мне подняться. - Она
схватилась за руку Слейда. Бриллиант на ее пальце коротко блеснул, рассыпав искры по
ее лицу.
И Ханна, и Слейд уставились на кольцо.
- Вот все и свершилось, правда? - спросила Ханна.
- Правда,- эхом откликнулся Слейд. Он притянул девушку к себе и нежно поцеловал в
висок. - Давай поступим так: я займусь пятном - в конце концов, моя рубаха все равно
пришла в негодность, и ее можно использовать в качестве тряпки, - а ты иди к себе и
переоденься. Волосы оставь распущенными, про корсет тоже забудь. Не хочу, чтобы моя
жена мучила себя, сдавливая ребра. Кроме того, ты хороша и без корсета.
Ханна послушно кивнула, польщенная комплиментом. Она поискала глазами
собственную сорочку, заметила ее на спинке дивана и протянула за ней руку,
повернувшись к Слейду спиной. И вдруг сзади нее раздался громогласный хохот.
Недоумевая, девушка обернулась. Слейд смеялся, тыча пальцем в направлении ее спины.
- Не подавись на радостях, - проворчала Ханна, не зная, чем вызвано веселье Слейда. -
Что тебя так рассмешило, дорогой супруг?
- Подойди-ка ко мне, - отсмеявшись, попросил Слейд.
- Не подойду! - Ханна упрямо подняла подбородок. - Сначала скажи, что во мне
смешного.
- Да подойди ты! Вот увидишь, тебе тоже станет забавно, - увещевал Слейд.
Ханна насупилась и уперла руки в бока.
- Если ты тотчас же не объяснишь мне, что происходит, я тебе задам!
Слейд быстро сдернул с ее ягодиц прилипший лист бумаги.
- Такой упрямице попробуй объясни. К твоей попе пристали ноты. - Он ухмыльнулся. -
Знак свыше: наша песня сама нашла нас. - Он снова весело расхохотался, расправляя
нотный лист. - Так, посмотрим, как она называется...
- Читай скорее! - велела Ханна, довольная затеей Слейда.
- Итак, наша песня называется... "И ждет меня несчастий череда". - Он нахмурился и
отвернулся. - Ерунда какая! - И отбросил смятый лист в сторону.
Сэмюел Ригби старался двигаться беззвучно. Узкая улочка, ветхое двухэтажное здание
с множеством жилых комнатушек даже в такой непоздний час казались заброшенными.
Ригби, извозчик Гарретов, а ныне шпион Слейда, следовавший за Оливией, быстро, как
мышка, шмыгнул на второй этаж здания и затаился в темном уголке общего коридора.
Достав из нагрудного кармашка блокнот и огрызок карандаша, он сделал несколько
пометок для хозяина. За четыре дня слежки данных для отчета накопилось немало.
Этажом ниже хлопнула дверь. Судя по скрежету петель, который Ригби научился
узнавать, дверь принадлежала Оливии. Он торопливо спрятал блокнот и засеменил по
коридору. Достигнув лестничного пролета с изъеденными жучком перилами, он
перегнулся вниз.
Ригби не ошибся. Этажом ниже по коридору шла Оливия, держа в руках крупный
сверток одеял, над которым она что-то шептала, укачивая.
Ригби, опасаясь, что горничная заметит его, отступил на шаг назад. Драная кошка,
прикорнувшая прямо на ступеньках, с воплем шарахнулась у него из-под ног и понеслась
вниз по лестнице.
Оливия остановилась, запрокинула голову и прислушалась. Ригби испуганно прижался
к стене, затаив дыхание.
- Вот глупая кошка! - в сердцах произнесла Оливия. - Так напугала! - И тотчас
склонилась над свертком. - Ничего страшного, Колет, пробежала кошка. Спи, моя детка,
не тревожься. Мама тебя покачает.
По мере того как удалялся голос горничной, Ригби приходил в себя. Он даже хотел,
чтобы Оливия заметила его. Тогда бы он, не таясь, рассказал ей о слежке и подозрениях
хозяина, а затем уговорил бы девушку вернуться в Вудбридж-Понд. Сэму Ригби не хватало
веселой болтовни Оливии, тех легких, добрых улыбок, которыми она одаривала его при
встрече.
Нахмурившись, Ригби покачал головой. Эк его занесло! Разве у него, простого
извозчика, есть хоть единый шанс завоевать сердце горничной, которая прислуживает
леди? Нет и еще раз нет! Между ними такая пропасть, перепрыгнуть которую ему не по
силам.
Осторожно спустившись по скрипучим ступеням, Сэм выглянул из-за угла. Похоже,
Оливия понесла дочку к врачу, жившему в соседней развалюхе. Значит, ее старая больная
мать осталась дома одна.
Ригби поежился, представив, каково пожилой женщине ухаживать за крохотным
младенцем, пока ее дочь работает в богатом доме. Несчастная Оливия не могла
признаться хозяевам, что у нее есть ребенок, поскольку она не замужем, и за все четыре
дня у дверей ее дома не появлялся ни один мужчина.. У самой девушки отца скорее всего
тоже не было, поэтому Оливии приходилось работать, чтобы содержать больную мать.
Ригби задумчиво почесал шею. Вот интересно, что скажет мистер Гаррет, когда
прочтет его отчет? С сильными мира сего никогда не угадаешь - то ли они вышвырнут
бедняжку вон, то ли окажут ей поддержку. Тем более сложно предсказать, как отнесется к
новости мисс Лолес.
Впрочем, насчет реакции хозяина можно не беспокоиться. Мистер Гаррет слыл
великодушным человеком, а его слежка за Оливией вызвана подозрением, что горничная
поддерживает связь со старыми хозяевами из Клостер-Пойнта.
Ригби видел, как Оливия свернула за угол аллеи. Она точно направлялась к доктору,
поэтому дальнейшая слежка не имела смысла.
Что же теперь делать? Доложить обо всем мистеру Гаррету? Пожалуй, это
единственный вариант. Возможно, хозяин приютит маленькую Колет в своем доме, а сам
Ригби заслужит тем самым признание Оливии. Кроме того, мисс Лолес, которой так
увлечен мистер Гаррет, производит впечатление великодушной особы. Она даже забрала
Оливию от прежних хозяев, чтобы уберечь ее от их гнева. Наверное, мисс Ханне тоже
можно доверить секрет.
Да, именно так и стоит поступить! Воодушевленный своим решением, Сэм Ригби, уже
не таясь, вышел из дома и, свернув за угол, направился туда, где оставил свой экипаж.
Однако ни лошади, ни повозки на месте не оказалось. Исчез и уличный мальчишка,
которому Ригби поручил охранять экипаж.
Оливия пробиралась среди детей, бегавших по аллее друг за дружкой. Она бережно
прижимала к груди сверток с малышкой, постоянно прислушиваясь к ее покашливанию.
Казалось, что Колет поправляется, удушливый кашель сменился влажным, но Оливия не
переставала беспокоиться.
Ей невероятно повезло, что доктор Роу дважды в неделю бесплатно принимал больных
в соседнем здании. Он заверил Оливию, что ее дочь всего лишь слегка простыла и что при
должном лечении ей не грозит воспаление легких, но Оливия продолжала волноваться.
Малышка Колет и старенькая мать, едва передвигавшая ноги, - для нее самые близкие
люди. Мать совсем стала слабой. У нее едва хватало сил на заботу о малышке.
Девушка покусала губу от волнения. Она обязана перевезти маму и Колет в другое
место, не такое мрачное и сырое! Благодаря мисс Лолес и мистеру Гаррету у нее
появилась возможность больше зарабатывать, за что Оливия не забывала благодарить Бога
и новых хозяев.
Однако чтобы обеспечивать близких, нужно много работать, а значит, скоро придется
вернуться в Вудбридж-Понд, оставив девятимесячную малышку на попечение больной
матери.
Чуть не плача от отчаяния, Оливия прижала к себе дочь.
- Тише, Колет. Скоро тебя осмотрит доктор. Надеюсь, он порадует меня хорошими
новостями, - бормотала она. - Мы справимся, Колет, непременно справимся.
Кто-то сильно толкнул ее в плечо, и Оливию почти развернуло на месте.
- Эй, осторожнее, у меня реб... - начала она и вдруг испуганно умолкла.
Прямо перед ней стоял человек, встречи с которым она меньше всего ожидала. Она
посмотрела на него с ненавистью и страхом.
- Ты хотела сказать, что у тебя ребенок? - вкрадчиво заговорил мужчина. - Но меня
почему-то не удивляет подобное обстоятельство. - Он протянул руку и похлопал по
белому свертку. - Наверное, чудесная девчушка, да? Можно мне подержать малютку? Я
тотчас отдам ее тебе, Оливия.
Девушка попятилась. Глаза ее расширились от ужаса. Оливия не знала, откуда взялся ее
безотчетный страх, но она поклялась, что скорее умрет, чем позволит Сайрусу УилтонХьюмсу
взять Колет на руки.
Глава 12
"Поели бы Гарреты нашей степной еды! Ха, вот уж где не до изысков, так только на
Диком Западе!"
Ханна демонстративно промокнула губы льняной салфеткой и повернулась к сидящей
слева пожилой леди.
- Изабель, я начинаю думать, что мы со Слейдом ошиблись, сообщив тебе о наших
планах. Проблемы, связанные с моими родственниками, никак тебя не касаются. Я не
позволю тебе подвергать себя риску. Наш план слишком опасен!
- Пф-ф! - фыркнула Изабель презрительно. - Уж кто-кто, а я смогу о себе позаботиться,
девочка. Мало того что вы со Слейдом лишили меня возможности устроить пышную
свадьбу, так еще теперь просите не вмешиваться в ваши военные действия! Кстати, Ханна,
если кому и нужно поберечь себя, то, прежде всего, тебе. После вашего со Слейдом...
визита в музыкальную комнату ты могла забеременеть. Я не хочу, чтобы ты рисковала
моим внуком или внучкой! Ты согласна со мной, Эсмеральда?
Собака дернула ушами и чуть слышно чихнула, соглашаясь. Затем она подползла
поближе к ногам Изабель и затихла. Ханна сидела на стуле, выпрямившись, избегая
взгляда Слейда и его бабки. Щеки ее пылали от смущения.
- Музыкальная комната никогда не станет прежней, - продолжала Изабель. - Она будет
хранительницей ваших со Слейдом воспоминаний. Правда, Ровена? - На сей раз, она
обратилась за поддержкой к пожилой служанке.
Ханна нервно обернулась и заметила, что Ровена степенно склонила голову.
О Господи! В доме Гарретов что, вообще нет ничего запретного? Изабель обсуждает ее
первый опыт любви со служанкой!
Ханна поджала губы и бросила выразительный взгляд на Слейда. Муж молча поглощал
обед, не встревая в разговор. Заметив уничижительный взгляд Ханны, он, наконец,
заговорил:
- Изабель, не стоит смущать мою жену. Она всего несколько часов назад стала миссис
Гаррет, а ты уже обсуждаешь тему ее материнства. Пусть пока пребывает в неведении.
Ханна возмущенно охнула. Слейд ухмыльнулся, довольный произведенным эффектом.
Сдерживаясь изо всех сил, чтобы не пнуть мужа под столом ногой, девушка вернулась к
предыдущей теме:
- Слейд, объясни своей бабушке, что, если она не перестанет вмешиваться в наши
планы, может случиться непоправимое. Мы все здорово рискуем! Запрети ей, в конце
концов!
Слейд так развеселился, будто она сказала что-то из ряда вон выходящее.
- Запретить Изабель? Дорогая моя, да все покойные родственники Гарретов не
поленились бы встать из могил, чтобы поставить памятник тому, кто сможет что-то
запретить нашей упрямой Изабель.
Ханна недоверчиво уставилась на Слейда, затем на Изабель.
Как такая хрупкая старая леди ухитряется держать домашних в ежовых рукавицах? Или
в ней есть нечто такое, о чем Ханна пока и не догадывается?
Все же она решилась на упрек:
- Изабель, мне не слишком нравится, что мою личную жизнь обсуждают все, кому не
лень. Как вы можете говорить о музыкальной комнате в присутствии...
- Кого? Ровены? Господь с тобой, детка! - всплеснула руками Изабель. - Да эта старая
корова меняла Слейду пеленки! - Она подмигнула пожилой служанке. - Кроме того, о тебе
и моем внуке все равно станут говорить уже завтра. Весть о вашей скорой свадьбе
распространится по всему Бостону. Приготовься к визитам и подаркам, Ханна. Поверь, с
завтрашнего дня тебя действительно будут обсуждать все, кому не лень. - Изабель
обратилась к внуку: - Она такая наивная, правда, Слейд?
Прежде чем Ханна взглянула на него, ожидая получить поддержку, Слейд ответил:
- За что она мне и нравится.
Ханна фыркнула, выказывая тем самым свое отношение к предмету разговора.
- Послушай, девочка, - строго предупредила Изабель, - в этой истории замешаны не
только вы со Слейдом. И расплата за ошибку падет не только на ваши головы. Я не
собираюсь сидеть, как беспомощная старая курица на насесте. Я не позволю Сайрусу и
Пейшенс причинить вред никому из Гарретов. - Она вдруг улыбнулась. - Ты не забыла, что
теперь твоя фамилия тоже Гаррет?
Ханна не поддалась на уговоры.
- Никто не утверждал, что ты беспомощная старая курица, - возмущенно бросила она. -
И уж тем более я! И тем более после того разговора о наших семьях в саду...
- О каком разговоре идет речь? - оборвал ее Слейд.
Не оборачиваясь к нему, Ханна испуганно посмотрела на Изабель. Понимая, что не
может выдать пожилую леди, Ханна приготовилась соврать что-то невинное.
- Я говорила о нашей болтовне в саду. Я... э-э... рассказывала о своем детстве. Изабель
говорила о твоем...
- И что именно она тебе поведала? - мрачно спросил Слейд.
Ровена, до того сидевшая молча, вмешалась в разговор.
- Да то же самое, что могла рассказать и я, - низким грудным голосом загудела она. -
Про то, что вы плохо спали в мокрых пеленках, сэр. Что вы родились крупным ребенком и
чуть не разорвали мамашу надвое во время родов.
Повисла пауза. Ханна с ужасом представила себе несчастную мать Слейда,
раздираемую изнутри младенцем, и содрогнулась. Цыпленок, лежащий на огромном
блюде посреди стола, с оторванной ножкой, усилил впечатление. Девушке стало
нехорошо.
- Взгляни на нее, Слейд, - заговорила Изабель. - Юная леди побледнела от ужаса. Она,
очевидно, думает, что участь матери не скоро ждет ее, но ошибается. Иные невесты
беременели в первую же ночь. - Почесав Эсмеральде ухо, она добавила: - К примеру, так
произошло со мной.
- Хватит, Изабель! - возмутился Слейд. - Вы с Ровеной пугаете мою жену своей
непосредственностью.
Он с беспокойством следил за Ханной, готовый вскочить с места и поддержать ее.
Ханна ощутила, как ее затопила волна благодарности. Все-таки ей достался заботливый
муж.
- Изабель, - слабым голосом произнесла Ханна, - мы... мы так и не закончили
обсуждать наш план. Я по-прежнему придерживаюсь мнения, что тебе надо остаться в
стороне от всех событий. Кстати, возможно, что Сайрус и Пейшенс вообще никак не
проявят себя, а значит, наши волнения и споры напрасны.
Изабель отковырнула от цыпленка крылышко и протянула собаке.
- Ты плохо знаешь своих родственников. Они обязательно что-нибудь предпримут.
Помнишь, миссис Эймс сообщила, прежде чем Эсмеральда напугала ее дохлой мышью,
что Хьюмсам за всю неделю не пришло ни одного приглашения. Для них забвение
страшнее смерти, Ханна. - Изабель хитро прищурилась. - Если мы устроим вечер в честь
вашей свадьбы и пригласим Сайруса и Пейшенс, то их приход будет выглядеть, словно мы
прощаем друг друга. Прекрасное поле для действия открывается, правда?
Ханна, признав правоту старой леди, кивнула. Слейд хмыкнул:
- Вот ты и попалась. Изабель уже диктует тебе свои условия, а ты соглашаешься. А
теперь спроси себя, как вышло, что старушка с такой легкостью тебя обыграла? Помнишь,
Пембертон говорил как-то, что Изабель плетет интриги у камина? Такую хитрую
женщину еще надо поискать!
Изабель кинула во внука куском хлеба.
- Вовсе я не плету интриги! Я всего лишь пытаюсь помочь вам справиться с ситуацией.
Мне совершенно не нравится перспектива приглашать гадких родственников в свой дом,
но я не вижу иного выхода. Так что чем скорее мы разберемся с завещанием Ардис, тем
быстрее мы избавимся от отвратительных Уилтон-Хьюмсов. - Изабель осеклась, взглянув
на Ханну. - Тебя, моя милая, я не причисляю к их семье, так что мои слова к тебе не
относятся.
- О, спасибо! - рассмеялась Ханна. - Я тоже не причисляю себя к их семье. Зато я
отношу себя к Лолесам. Надеюсь, вторая фамилия не создаст мне дополнительных
проблем?
- Поздновато вы всполошились, миссис Гаррет, - хитро прищурилась Изабель. - Думаю,
кровь знаменитого бродяги и кровь достойного домоседа уравновесят друг друга. Кстати,
не торопись так легко открещиваться от Уилтон-Хьюмсов. Ардис и твоя мать слыли
чудесными женщинами, хотя и принадлежали к ненавистной мне семье.
- Браво, Изабель! - воскликнул Слейд, внимательно следивший за диалогом. - Какая
находчивость! И осудила недостойных, и похвалила тех, кого любила сама Ханна.
- Имейте хоть каплю уважения к престарелой леди, молодой человек, - пожурила внука
Изабель. - Перейдем к делу. Итак, мы пригласим Пейшенс и Сайруса. Что дальше?
- Да пристрелить их - и дело с концом, - хмыкнула Ханна. - Хотя нет, не все так
просто. - Она вспомнила, что родственники наняли человека для слежки за ней и ее
сестрами, и ненависть снова обуяла ее. Бросив взгляд на Слейда, который осторожно
покачал головой, призывая ее не делиться сведениями с Изабель, Ханна продолжала: - К
сожалению, у нас еще нет никаких доказательств вины Уилтон-Хьюмсов. А мне не
хотелось бы очередной безобразной сцены с пустыми обвинениями вроде той, что я
устроила тогда на приеме.
- О, до меня дошли слухи о твоей горячности! - рассмеялась Изабель. В тоне ее
слышалось одобрение. - Ты чересчур вспыльчива. Такое качество характера только
повредит нашему делу. Однако я горжусь тобой и твоей смелостью.
- Изабель, я разгадала твою игру, - с улыбкой покачала головой девушка. - Ты делаешь
мне комплименты в надежде, что я растаю и соглашусь на твое участие в наших "военных
действиях". Я права?
Изабель только плечами пожала:
- Я вовсе не стремлюсь изменить твое мнение. По-моему, ты пытаешься изменить мое.
А напрасно. - Эсмеральда, устав от лежания, поднялась и положила мощные лапы на
подлокотник ее кресла. - Немедленно слезь, негодная девчонка! Скоро ты попросишь
поставить тебе личное кресло за столом. И кто тебя так сильно избаловал?
Эсмеральда сняла лапы с подлокотника и тоскливо уставилась на Ханну.
- Изабель, - стараясь говорить убедительно, начала девушка, - ты загнала меня в угол.
Если ты не откажешься от своей задумки, я просто уеду. И на бал тоже не останусь.
- Ни черта подобного! - Слейд рявкнул так громко, что Ханна подскочила на месте, а
Изабель изумленно приподняла брови. Даже глуховатая Ровена вздрогнула, чуть не уронив
на пол приборы. - Ты не покинешь дом без моего разрешения!
Ханна испуганно взглянула на мужа. Хотя Слейд не сдвинулся с места, у нее появилось
ощущение, что он подскочил к ней и вот-вот вцепится в горло.
- Только не думай, что, надев мне на палец кольцо, ты превратил меня в свою куклу, -
отчеканила она. - Я не твоя собственность! Если я захочу уйти, то уйду, и тебе меня не
остановить.
- И куда же ты собралась? - очень тихо спросил Слейд. От его тона у Ханны по спине
пробежали мурашки.
- Насколько я помню, у тебя есть своей собственный дом. Ты предлагал мне жить в
нем. Так вот, если Изабель не откажется от своих затей, я перееду туда. Вот мое
последнее слово.
Глаза Слейда сузились. Он наклонился над столом, глядя прямо на Ханну. На губах
заиграла нехорошая улыбка.
- И как далеко тебе удастся уехать, если я привяжу тебя к своей постели?
Если до того момента слова Ханны относительно отъезда были простой угрозой, то
теперь она больше не шутила. Кровь отца бурлила в венах, протестуя против насилия.
- Ты не посмеешь! - воскликнула она.
Слейд наклонил голову набок, верхняя губа вздернулась, оголяя белые клыки. Больше
всего сейчас он походил на дикого кота.
- Попробуй только!
Изабель сочла своим долгом вмешаться:
- Ладно, забудьте о дурацком бале. Я просто предложила. В конце концов, старая
женщина имеет право на ошибку.
Ни Ханна, ни Слейд не шелохнулись. Они смотрели друг на друга, не отрывая взгляда,
и казалось, даже воздух между ними вибрировал от напряжения.
"Я не должна уступать ему! Во мне течет кровь Лолесов, кровь свободных людей,
чуждых слабости и безволия. Отец говорил, что в схватке всегда становится побежденным
тот, кто первым отведет взгляд. Он знал, о чем говорил! Джейси Лолес выиграл больше
сотни схваток - с оружием или без него. Слейд Гаррет хоть и мой муж, но он не смеет мне
указывать!"
Ханна медленно начала подниматься со стула, уперев ладони в стол. Слейд делал то же
самое, его ноздри угрожающе раздувались.
Дверь позади Ханны открылась. Серафина велела Ровене потесниться и бодро прошла
к столу. В руках у нее был поднос с дымящимся чайником.
Заметив странную позу Ханны и мрачное выражение лица Слейда, Серафина бросила
беспомощный взгляд на Изабель. Сообразив, что можно вмешаться, она принялась
расставлять чашки на столе и собирать грязную посуду. Служанка старалась как можно
громче стучать тарелками и суетиться, видимо, рассчитывая, что молодожены отвлекутся
и дело кончится мировой.
Однако противостояние Ханны и Слейда продолжалось. Они, почти не мигая,
смотрели друг на друга. Теперь Ханна демонстративно уперла руки в бока, а ее муж
сложил свои на груди.
Пембертон, явившийся с чистыми салфетками, мгновенно оценил ситуацию и тоже
поспешил вмешаться. Краем глаза Ханна заметила, как он приблизился к столу, и успела
подумать, что в доме Гарретов очень дружные слуги.
- Миссис Эдгарс передала, что главным блюдом на ужин будет телячья отбивная! -
провозгласил Пембертон во весь голос, сделав широкий жест руками.
Ответом ему стала тишина.
- Телячья отбивная! - так же бодро повторил Пембертон и снова сделал нелепый жест
руками.
Тишина повисла еще более гнетущая, почти осязаемая. Пембертон отступил на шаг и
добавил чуть тише:
- Телячья отбивная для
...Закладка в соц.сетях
