Жанр: Любовные романы
Сердцу не прикажешь
...о
пыталась выяснить, что его беспокоит, но, по-моему, безо всякой пользы.
Элизабет ошарашенно на нее уставилась.
Если бы я только могла сказать ей правду, — думала она с
грустью. — Возможно, она смогла бы забыть о Джордже и сосредоточиться
на том, чтобы встать на ноги в прямом смысле слова!
Но девушка знала, что не может ничего рассказать Инид. Она могла лишь
немного успокоить подругу. Рано или поздно та узнает правду, но Элизабет не
хотелось быть источником информации.
Хотя размышляя об этом, Элизабет сомневалась, хватит ли сил у ее подруги,
чтобы обходиться без Джорджа.
4
Джессика никогда не видела спортзал таким красивым. Танцевальный оргкомитет
украсил его живыми цветами, а на возвышении в конце зала играли
Друиды
,
рок-группа школы Ласковой Долины. У всех было приподнятое настроение, и
Джессика собиралась замечательно провести вечер.
Не так уж плохо, — уверяла она себя, — что я не пришла с Жан-
Пьером
.
Ее спутником был Кен Мэтьюз, блондин с классическими чертами лица,
бесспорно, один из самых привлекательных юношей школы. Кен был капитаном
школьной футбольной команды, и хотя он не был таким сексуальным и
загадочным, как француз, зато был хорошим танцором и веселым собеседником.
Джессика предстала во всей красе. Она знала, что выглядит великолепно.
Светлые волосы спускались на плечи, а кремовый наряд подчеркивал талию, над
которой она хорошенько потрудилась. Кен — милый, хотя и простоватый, купил
ей розу, которую она прикрепила к одежде. Цветок дивно благоухал, и Джессика
чувствовала себя замечательно. Она не могла дождаться начала танцев.
Для затравки Джессика решила хорошенько рассмотреть знакомых.
— Давай пойдем что-нибудь выпьем, — предложила она, направляясь
прямо к столу с прохладительными напитками, стоящему в углу зала.
— Эй, посмотри-ка на это. — Кен слегка подтолкнул спутницу локтем,
указывая на мистера Коллинза, самого красивого учителя школы, стоящего в
центре зала.
Сегодня тот был распорядителем на танцах. И то, что он был похож на Роберта
Рэдфорда светлыми волосами и смеющимися голубыми глазами, и его сердечность
и индивидуальность завоевали ему немало поклонников среди учеников.
Элизабет была одной из главных почитательниц, хорошо зная преподавателя по
работе в
Оракуле
. Мистер Коллинз был куратором школьной газеты.
В этот вечер всеми любимый учитель выглядел еще привлекательнее, чем обычно,
в бело-синем полосатом жакете и голубых брюках в
морском
стиле. Но не это
привлекло внимание Кена. Мэтьюз указывал на партнершу мистера Коллинза, Нору
Дальтон, молодую, красивую учительницу французского.
— Кажется, у них все серьезно? — парень хихикнул.
— Возможно, — согласилась Джессика.
Готова спорить, что Лила рада видеть это
, — усмехнулась она.
Все знали, что прошлой зимой Нора Дальтон встречалась с отцом Лилы, и
девушке это совсем не нравилось. Теперь, кажется, между ними все кончено.
Наверное, милая, очаровательная преподавательница предпочла другого.
Кен прав, — решила Джессика. — Стоит лишь посмотреть, как они
танцуют. Они явно влюблены друг в друга!
Но тут ее отвлекло кое-что поважней.
— С кем это Робин Уилсон? — спросила она, разглядывая брюнета в
ярко-красном костюме.
Кажется, она действительно слегка потолстела
, — критически отметила
она.
— Это парень из Лос-Анджелеса, — проинформировал Кен. —
Кажется, его зовут Стэном или как-то вроде этого. У Робин вроде бы были
сложности с партнером, а это чучело подвернулось в последнюю секунду.
Кажется, он друг ее двоюродного брата.
— Хм, — промычала Джессика.
Стэн был совсем непривлекательным. Он носил толстые очки, и все время,
скучая, оглядывался по сторонам. Робин тоже кидала тревожные взгляды.
Без сомнения, высматривает Джорджа
, — решила Джессика.
— Я принесу напитки, — вызвался Кен. — Что ты предпочитаешь?
Джессика решила отделаться от спутника.
— Пожалуйста, колу.
Едва Кен удалился, как к Джессике подошла Лила.
— Что же случилось с Жан-Пьером? — полюбопытствовала она. —
Только не говори мне, что ты отступила.
— О, он просто слишком стар для меня, — беззаботно ответила
Джессика. — Впрочем, никаких серьезных чувств у меня к нему и не было.
Наши ребята намного веселее.
— Еще бы, — фыркнула Лила.
— А ты как? С кем сегодня?
— Ты его не знаешь, — уныло произнесла Лила. — Зовут Луис
Скотт. И, между нами, не знаю, как и переживу этот вечер. Он — студент-
второкурсник колледжа Ласковой Долины и непрерывно болтает только о бизнес-
классах. Представляешь, какая скука! К тому же оттоптал мне все ноги, пока
мы танцевали.
— Кстати, о больных ногах, — прошептала Джессика, уставившись на
центральный вход. — Смотри-ка, кто здесь!
Дверь зала распахнулась, и, держась за руки, вошли Элизабет с Тоддом. За
ними следовал Джордж Уоррен, катя перед собой кресло с Инид. Казалось, все
замерли, а больная, бледная как бумага, смотрела прямо вперед.
— Как это неуместно! — холодно произнесла Лила. — Что за
странная мысль — показаться на танцах в инвалидной коляске! Интересно, что
она собирается делать весь вечер?
— Возможно, не спускать глаз с Джорджа, — хихикнула Джессика.
— Впрочем, не она одна, — заметила Лила Фаулер. — Взгляни на
Робин Уилсон.
Та с пылающим лицом разглядывала вошедших. Было ясно, кто из них ее
интересует, и от выражения ее лица Джессике стало не по себе. Она никогда не
видела, чтобы девушка была так безумно влюблена. Потом Джессика перевела
взгляд на Джорджа. Он заметно вздрогнул, когда они с Робин посмотрели друг
на друга. У Джессики появилось предчувствие, что в этот вечер что-то
произойдет.
Инид никогда не чувствовала себя так неловко, как в тот момент, когда ехала
в кресле среди танцующих. Казалось, все смотрели на нее, и даже то
обстоятельство, что она провела долгие часы, готовясь к празднику, не делало
ее более уверенной.
— Должно быть, я выгляжу как идиотка! — прошептала она
Элизабет. — Ты когда-нибудь слышала о калеке, заявившемся на бал?
— Инид Роллинз, — вспылила подруга, — ты — не калека. И не
выглядишь идиоткой! У тебя ровно столько же прав на танцы, как и у
остальных.
Элизабет всегда знает, как меня успокоить, — с благодарностью думала
Инид. — Но нельзя же ждать от нее, что она простоит со мной рядом весь
вечер, занимаясь этим. Она пришла сюда веселиться. Хватит и того, что они с
Тоддом согласились встретиться с нами
.
Инид не могла больше притворяться, что они с Джорджем — любящая пара. Тот
был так напряжен и неловок, что девушке было неудобно за него перед
друзьями. Поэтому она почти расслабилась, когда Тодд пригласил Элизабет
танцевать.
Почти, но не совсем. Оставшись с Джорджем наедине, она вдруг обнаружила, что
им нечего сказать друг другу. Она чувствовала, что очень несчастна.
— Почему бы мне не принести нам чего-нибудь выпить? — предложил
Джордж после неловкого молчания.
— Иди смело, — кивнула Инид. — Обещаю, что не убегу, —
неловко пошутила она и не удивилась, когда парень не рассмеялся.
— Инид! — окликнул чей-то голос. Неожиданно ее окружили Кэролайн
Пирс, Оливия Дэвидсон, Диди Гордон... Вокруг собралась целая куча народу,
задающего вопросы и с сочувствием поглядывающего на инвалидное кресло.
Девушка не ожидала, что ей так тяжело будет болтать о пустяках.
Где же Джордж?
— Ей казалось, что он ходит за напитками целую вечность.
Наконец она разглядела его сквозь окружившую ее толпу. Он стоял спиной к ней
возле столика с прохладительными напитками, с кем-то оживленно беседуя. Кто
же эта темноволосая девушка в алом платье, которая так сильно жестикулирует?
Инид узнала Робин Уилсон, и у нее засосало под ложечкой. Что она недавно
слышала об этой девушке? Ах да — она рассталась с Алленом из-за какого-то
другого парня. Никто не знал его имени...
А ведь Робин занималась на летных курсах с Джорджем, — неожиданно
вспомнила она. — Но Джордж не стал бы... Это просто не мог быть Джордж!
Это простое совпадение, — уверяла себя Инид. — Возможно, они
обсуждают несчастный случай
.
Но она не смогла отделаться от неприятного чувства, когда Джордж вернулся с
напитками и попытался заговорить с Оливией и Диди.
Джордж и Робин, — апатично повторяла она. — Этого не может быть
.
Но, как это ни ужасно, предчувствие беды витало в воздухе.
У меня начинается паранойя, — поставила себе диагноз Инид, пока все
вокруг беззаботно болтали. — Что за странные у меня мысли? Джордж все
еще любит меня, просто чувствует свою вину из-за аварии. А я так
раздражительна, что легко могу обвинить каждого. Следует вести себя так,
будто бы все как обычно
.
— Ты не должен все время быть рядом, — упрекнула она Джорджа,
стараясь, чтобы ее голос звучал естественно. — Почему бы тебе не
пригласить кого-нибудь на танец?
— Нет, — отказался Джордж, покачав головой. — Мне и так
хорошо. Я побуду здесь с тобой.
— Иди! — безрассудно приказала она. — Это танцы, Джордж. И
все должны веселиться.
— Ну, — медленно взглянул на подругу Джордж, — если я
действительно сейчас тебе не нужен, то, пожалуй, станцую один танец.
Конечно, нужен! — Инид была близка к истерике. — Я так хочу,
чтобы ты все время оставался здесь, со мной! — Но она же поклялась
себе, что будет вести себя так, будто бы все в порядке. — Может быть,
он пригласит Лиз? Вот было бы здорово!
Но когда Элизабет подошла к подруге, Джордж уже направился в сторону бара.
— Инид! — удивилась она. — Где Джордж?
Та лишь покачала головой, и слезы закапали из прекрасных зеленых глаз.
— Я заставила его пойти танцевать, — грустно пробормотала она, не
в состоянии более делать счастливое лицо.
— О, это действительно отличная мысль, — весело прощебетала Элизабет. — Тебе весело?
— Лиз, — закричала Инид, и ее лицо искривилось, — я не знаю,
что случилось, но он ведет себя так дико! Едва слушает, что я говорю, и...
Ее голос сорвался. Впрочем, продолжать и не стоило. Инид увидела Джорджа.
Перед медленным танцем свет померк, и сначала трудно было определить, с кем
он. Но она заметила отсветы алого шелка и поняла, что обманывать себя больше
нет смысла. Джордж танцевал с Робин Унисон, его руки крепко обнимали ее за
талию, а ее головка мечтательно опустилась на его плечо.
Элизабет вздохнула, глядя на искаженное лицо подруги.
— С тобой все в порядке? — испугалась она.
Инид не смогла произнести ни слова. Она лишь смотрела на танцевальную
площадку, и последние краски схлынули с ее лица. Она явно страдала, и какой-
то голос внутри холодно нашептывал ей, что былое счастье ушло навсегда.
— Ох, Тодд, это было просто ужасно, — стонала Элизабет. — Ты
бы видел ее лицо!
Элизабет все рассказала своему другу. После того как Джордж покинул
площадку, он вернулся к Инид. И та взорвалась, невзирая на присутствие
Элизабет.
Ты влюблен в Робин Уилсон, да?
— потребовала она ответа.
— И что же сделал этот парень? — спросил Тодд.
Элизабет покачала головой:
— Знаешь, я не слишком хорошо относилась к нему, полагала, что он
специально делает Инид больно, но сама правда читалась на его лице. Он был
так подавлен, когда истина открылась!
— А как Инид? — продолжал выспрашивать Тодд. — С ней было все
в порядке?
Элизабет еще раз грустно покачала головой:
— Не думаю. Она казалась совсем опустошенной. Джордж ничего ей не
ответил, но этого и не требовалось. Его выдали глаза. Инид с трудом нашла
нужные слова, так была расстроена. Она лишь бросила ему, что хочет домой. И
когда они уходили, я видела, как исказилось ее лицо. Она выплакивала свое
сердце.
— Может быть, тебе стоит навестить ее? — предложил Тодд. —
Возможно, ей понадобится дружеская поддержка и утешение.
— Я не согласна с тобой. По-моему, ей хочется побыть одной. Но я
обязательно поеду проведать ее завтра.
Элизабет не могла не думать о подруге весь остаток вечера. Как она ни
старалась, танцы ее не радовали. Все время вспоминалось выражение лица Инид,
когда она уставилась на Джорджа с Робин, обнимающих друг друга.
Что было бы со мной, случись подобное с Тоддом?
— с ужасом прикинула
девушка. Что бы она без него делала?
Невыносимо больно даже представить, что Тодд влюбился в кого-то другого. Это
кажется невозможным! Но что же тогда чувствовала Инид?
Тодд, как всегда, словно прочитал ее мысли.
— Пошли танцевать, — настаивал он, взяв ее за руки. — Лиз, я
не знаю, что бы я без тебя делал, — шептал он ей на ухо во время
танца. — Надеюсь, тебе в голову не лезут глупости о других парнях?
— О, Тодд, — пробормотала Элизабет, еще крепче обнимая любимого.
Я так счастлива, — говорила она себе. — Невероятно счастлива из-
за того, что в меня влюблен такой чудесный парень, как Тодд
.
— Как насчет того, чтобы поужинать со мной завтра вечером? —
спросил Тодд, гладя светлые волосы Элизабет. — Я подумываю о каком-
нибудь особом местечке, типа
Домика Паломара
.
— Но это же стоит целое состояние! — Элизабет задыхалась от
восторга. — И по какому поводу банкет?
— Как быстро эти девушки все забывают, — с грустью произнес Тодд.
Но по сиянию глаз Элизабет определила, что юноша шутит.
— Наш ежемесячный праздник — вот повод!
— Праздник! — прошептала Элизабет. — Ой, Тодд, а я совсем
забыла о годовщине свадьбы родителей! Она в следующую пятницу, а я еще
ничего не приготовила для них.
— Почему бы тебе не купить им билеты на обед с театрализованным
представлением в Бай-сайд? — предложил Тодд. — Я сделал моим такой
подарок в прошлом году, и они были очень довольны.
— Какой ты у меня замечательный, — радостно произнесла
девушка. — Какая прекрасная идея! О, это будет отличный сюрприз!
— И все же мы не решили вопрос о нашем празднике, — продолжал
настаивать Тодд, провожая ее на место.
— Твое желание — приказ для меня, — рассмеялась Элизабет,
высвобождаясь из его сильных объятий.
Ей так нравилось быть рядом с Тоддом, что, даже не желая того, она
расслабилась и наконец-то обрадовалась музыке.
Хотя, конечно, мысли о несчастной подруге не отступали.
Как Инид восприняла сегодняшние события? — крутилось у нее в
голове. — И как повлияет раскрывшаяся правда на ее выздоровление?
Только время может ответить на эти вопросы, понимала Элизабет. Ей
потребуется намного больше сил, чтобы встать на ноги без поддержки Джорджа.
Но Элизабет очень надеялась, что воли у Инид достаточно.
Случилось так, что Элизабет не удалось побыть с Инид наедине до воскресенья.
Подруги не было дома, когда она заехала навестить ее в субботу. Миссис
Роллинз как раз отвезла девушку в больницу на физиотерапию. Она перезвонила
позже, но Инид спала.
Когда Элизабет приехала в воскресенье, Инид уже разбудили. Она сидела в
инвалидном кресле на террасе дома Роллинзов, выполняя какое-то
оформительское задание мистера Коллинза. Она едва взглянула на подругу,
которая плюхнулась на стул прямо перед ней.
— Я так волновалась за тебя, — начала Элизабет. — Инид,
расскажи, что произошло, когда Джордж отвез тебя домой в пятницу?
— В пятницу вечером? — безучастно уточнила та. — Что ты
имеешь в виду?
— Ну, ты же знаешь, — смутилась гостья. — После всей этой
истории с Робин Уилсон...
— Она ничего не значит для Джорджа, — холодно проговорила
Инид. — Просто произошла ошибка.
Элизабет подняла брови.
— Но я думала...
— И ошибалась. В конце концов, я же велела Джорджу с кем-то
потанцевать, а Робин как раз была свободна.
— А-а, — беспомощно протянула Элизабет.
Она не знала, что еще добавить. Инид даже не смотрела на нее! Но Элизабет
решила выяснить, что же происходит! Лицо подруги было очень бледным, под
глазами темнели круги, и, казалось, она не выспалась.
— Значит, у вас с Джорджем все хорошо? — решилась гостья на прямой
вопрос.
Инид пожала плечами:
— Почему бы и нет?
Элизабет больше не могла выносить лжи своей лучшей подруги. Она должна была
заставить ее признать правду.
— Ты видела Джорджа после того вечера?
— Если честно, то я не хочу говорить обо всем этом, Лиз, —
отрезала Инид. — Чувства Джорджа — это его дело. Но я вот что
скажу, — добавила она. — Я слишком хорошо знаю Джорджа, чтобы
предположить, что он уйдет от меня к Робин, пока я... — Она посмотрела
на коляску, и ее голос дрогнул.
— Но если он действительно любит другую, — с трудом произнесла
Элизабет, — ты же не захочешь, чтобы он оставался с тобой, не так ли?
Подруга смотрела на Элизабет, и ее зеленые глаза были ледяными.
— Как я уже сказала, Лиз, я не хочу знать, что Джордж чувствует на
самом деле. Он не остался бы со мной, если бы не хотел.
Элизабет не верила своим ушам. Как может Инид заставлять Джорджа оставаться
с ней, зная, что на самом деле он любит не ее? Она не могла поверить в это.
— Инид, скажи мне, как ты себя чувствуешь! — взмолилась
она. — Может, тебе действительно...
— Я же говорила тебе, — повторила Инид. — Джордж — это все,
что у меня осталось. Едва ли ты ожидаешь услышать от меня, что я позволю ему
уйти, а сама останусь в инвалидном кресле. Не так ли?
— Но...
— Дело закрыто, — произнесла Инид без улыбки. — Лиз, я рада,
что ты зашла, но я не очень хорошо себя чувствую. Думаю, мне стоит пойти
вздремнуть.
Элизабет прикусила губу, не находя нужных слов.
— Как прошли вчерашние занятия по физиотерапии? — наконец спросила
она. — Доктор Макгрегор надеется на какой-нибудь прогресс?
— С чего бы это? — взвилась Инид. — Ты сама можешь видеть, не
так ли? Нет никакого прогресса!
Элизабет пристально посмотрела на свою лучшую подругу, обиженная резкостью
ее тона. Это была уже не та
старушка Инид Роллинз
, которую она знала! Куда
исчезло все ее мужество, страстное желание поправиться?
— Давай посмотрим правде в глаза, — добавила Инид, направив
коляску к двери. — Неважно, кто и что говорит, Лиз, Я никогда не смогу
ходить снова. Я буду калекой весь остаток моей жизни. И чем скорее ты и все
остальные свыкнутся с этой мыслью, тем будет проще!
— Это было ужасно, Джес, — рассказывала Элизабет, тяжело
опустившись на стул в кухне. — Я не могла поверить, что со мной говорит
Инид. Она вела себя... не знаю... так враждебно!
— Один фунт яичного порошка... — тихо бормотала Джессика,
откидывая одной рукой волосы с лица. — Вода уже кипит, щепотка соли...
— Ты меня не слушаешь!
— Естественно, слушаю, — постаралась успокоить ее сестра. —
Но этот момент очень ответственный, Лиз. Неужели ты не хочешь, чтобы обед
удался?
Джессика упросила маму разрешить ей самой приготовить обед, и ей очень
хотелось, чтобы все прошло гладко. Это была репетиция праздника в пятницу.
— Что это будет, Джес? — подозрительно поинтересовалась Элизабет,
раскалывая мидии, остывающие в дуршлаге.
— Холодные дары моря и салат-паста, — с гордостью произнесла
Джессика. — Тут масса составляющих — мидии, морские моллюски, крабы,
омары... Жан-Пьер утверждал, что это восхитительно.
— Это как-нибудь называется?
— Нет. Это слишком великолепно, чтобы как-то называться. Не переживай,
Лиз. Тебе понравится.
— Я очень волнуюсь из-за Инид, — объяснила сестра. — Как ты
думаешь, что мешает ей ходить? Доктор сказал, что все должно восстановиться.
— Ну, — философски произнесла Джессика, — посмотрим на это
дело с точки зрения Инид. Ей не с чего так уж стремиться встать на ноги, не
правда?
— Что ты хочешь этим сказать? Джессика пожала плечами, доставая филе
краба из холодильника и сливая воду в раковину.
— Судя по тому, что ты мне сказала, Инид считает, что в ту минуту,
когда она начнет ходить, Джордж убежит к Робин Уилсон.
— Но Инид не может специально отказываться ходить! — взорвалась
Элизабет.
— Я ничего не утверждаю, — заметила Джессика. — Это лишь
предположение.
— Не знаю, — вздохнула сестра. — Все это так удручающе! Она
даже не захотела со мной разговаривать, Джес. Она делает вид, что у них с
Джорджем все хорошо. А я знаю, что этого уже не может быть.
— Возможно, мама с папой правы, — предположила Джессика. — И
ты ждешь слишком быстрого выздоровления.
— Возможно, — грустно кивнула Элизабет. — Но я так не думаю.
Боюсь, что Инид так никогда не встанет, если будет столько собираться с
силами.
— Кстати, о желании собраться с силами, — заметила
Джессика, — у меня не так уж много времени, чтобы все это переминать.
— Уже сейчас много неясного. — Элизабет усмехнулась. — Разве
приготовленные крабы сохраняют такой цвет? По-моему, они хоть чуть-чуть
розовеют...
— Кто здесь главный повар? — оскорбилась сестра. — Не
волнуйся, Лиззи. Ты точно влюбишься в это блюдо.
Через два часа Джессика опустилась на стул с удовлетворенной улыбкой.
Родители и сестра съели все дочиста и теперь пили кофе.
— По-моему, обед был не так уж и плох? — взволнованно
поинтересовалась она. Действительно, она больше занималась готовкой, чем
дегустацией. Но салат, кажется, всем понравился.
— Замечательно, — оценил мистер Уэйкфилд, одарив дочь широкой
улыбкой. — Я горжусь тобой. Хотя мне и любопытно, почему повар не ест
свою стряпню?
— Простите, — сдавленно произнесла Элизабет, быстро отодвигая
стул.
Ее лицо приобрело странный оттенок, и она зажала рот рукой.
— Что случилось, дорогая? — с беспокойством произнесла миссис
Уэйкфилд.
Элизабет не ответила. Она отшвырнула стул, чтобы быстрее выбраться из-за
стола, и следующее, что услышали Уэйкфилды, был грохот закрывшейся двери в
ванну.
— О, — произнесла миссис Уэйкфилд, хватаясь за живот одной
рукой. — Я как-то странно себя чувствую. Надеюсь...
— Что? — изумилась Джессика. — Что со всеми вами случилось?
— Извините, — проговорила миссис Уэйкфилд, отодвигая стул и
вставая. — Боюсь, я немного заболела. Я уверена, что это просто...
— Джессика! — строго спросил мистер Уэйкфилд. — Что ты
положила в салат?
— Моллюсков, — пролепетала та нервно. — Мясо крабов, омара и
мидии. Я так старалась, вскрывая их после варки.
— А разве мидии не вскрывают перед готовкой? — уточнил мистер
Уэйкфилд.
Казалось, он слегка позеленел.
— Джес, если не вскрыть скорлупу заранее, по-моему, их нельзя
есть. — Он задыхался. — Ты отравила
...Закладка в соц.сетях
