Большая игра

страница №7

...ю команду?
— И вовсе не целую команду. Я соглашалась на свидание только с игроками
первой линии.
— О, ты, конечно же, очень разборчива, — улыбнулась Элизабет.
— Я это сделала, чтобы поднять настроение команды, — сказала
Джессика, — и всем ребятам очень понравилось.
— Это уж несомненно. Так чем же я могу тебе помочь?
Джессика сразу стала серьезной:
— Во-первых, помоги мне с выбором одежды на каждый день, до дня
голосования Как ты знаешь, все на этом будут основывать свой выбор. Кстати,
как тебе нравятся мои новые джинсы Джордаш? Стоит их надеть в понедельник?
— Ты в них неотразима.
— И мою майку капитана болельщиков во вторник?
— Ты хочешь прийти в ней на занятия? Это же будет привлекать всеобщее
внимание.
— Да что с тобой, Лиз? Ведь в этом и заключается весь смысл.
Обсуждение гардероба заняло целых два часа. После бесконечных поправок и
замен Джессика наконец была удовлетворена.
— Теперь поговорим о моей избирательной кампании, — сказала она.
— Что еще тебе надо?
— Когда ты будешь писать о соискательницах, я хочу, чтобы ты не
помещала их фотографий. Ты дашь их мне, а я их сожгу.
— Джессика!
— В чем дело?
— А как же Лила Фаулер? Она ведь тоже участвует в, конкурсе, — У
Лилы нет сестры, которая была бы без пяти минут редактором Оракула. Она
все поймет, — мило улыбнулась Джессика.
— Ну уж нет! Ни за что. Я ко всем соискательницам буду относиться
одинаково.
— Это самая большая низость, что я слышала в моей жизни! —
выкрикнула Джессика и бросилась вон из комнаты, хлопнув за собой дверью. На
следующий день после уроков Лила подошла к Элизабет и проводила ее до
редакции газеты. Она снова благодарила Элизабет за все, что та для нее
сделала.
— Ну, не стоит об этом. Ничего особенного я не сделала.
— А папа взял меня в Сакраменто посетить компанию Лепарже, —
сказала Лила, — как это было восхитительно! Потом она вздохнула:
— К сожалению, он будет страшно занят в следующие два месяца, но, может
быть, потом.
Элизабет было нечего сказать. Два месяца? Кажется, все началось по новой.
Бедной Лиле снова придется мучиться от недостатка родительской заботы.
— Я просто хотела еще раз сказать тебе, насколько мне стало легче. И
очень благодарю тебя, что ты никому ничего не рассказала. А Джессика
спрашивала у тебя что-нибудь?
Элизабет укоризненно покачала головой.
— Спрашивала ли Джессика? Лила, скажи, мокрый ли Тихий океан? —
вопросом на вопрос ответила Лиз.
Они обе весело рассмеялись, — К счастью, Джессика была так занята
выборами капитана команды болельщиков, что оставила меня в покое.
— Не знаю, как ты можешь заниматься литературой, Лиз, и держать и не использовать такой сюжет.
Лила, как и прежде, не преминула отпустить колкость, и Элизабет задалась
вопросом, как долго будет Лила сохранять дружеские отношения с единственным
человеком в школе, кто знает ее тайну.
Следующие две недели были напряженным временем, ибо каждая красавица,
жаждавшая завоевать титул Мисс школы, в своем желании вырваться вперед жала
на все педали. Исчезли с глаз удобные блузки. Полетели в чулан кроссовки.
Тщательно одетые претендентки бродили по школьным лужайкам и
перешептывались, прислонившись к белым дубам; казалось, что все они сошли с
обложки журнала мод. Джинсы Джордаш соперничали с Кальвин Клейнз, мини-
юбки бросали вызов конусообразным миди. Косметика и новые прически
превращали девушек в модели от Глемура. И впереди всех соперниц, конечно,
была Джессика. Ее красота, блестящие зеленовато-голубые глаза, золотистые
волосы и великолепная фигура давали ей весомые шансы на победу.
Первая линия футбольной команды однажды появилась в школе в спортивных
майках с именем Джессики, — Какой у них спортивный вид, — говорила
Джессика каждому встречному.
Но вот, однажды листок бумаги с отпечатанным на машинке текстом появился на
всех школьных досках для объявлений. Текст гласил:
Вызов принят.
Как мне стало известно, члены Пи Бета Альфа запретили каждой девушке, кто
не является членом клуба, участвовать в конкурсе за звание Мисс школы. Я
знаю все об их махинациях. В свое время они забаллотировали меня на выборах.
Я принимаю их вызов и прошу вашей поддержки.
Робин Уилсон.
Заявление произвело сенсацию. Повсюду только о нем и говорили, будь то на
лестничных площадках, в столовой, аудиториях и даже в раздевалке футбольной
команды.

— Вы слышали, что они устроили Робин?
— Какие снобы!
— Но все это просто чепуха, — говорила, защищаясь, Лила. —
Как мы могли кому-то запретить участвовать в конкурсе?
Но разговоры по школе продолжались. Как ни протестовали члены Пи Беты, как
ни настаивали, что никому ничего не запрещали, обвинение все же висело в
воздухе. Наконец, собравшись перед входом в школу, Лила, Кара и Джессика
потребовали, чтобы Робин при всех назвала имя той, кто ей сказала о таком
глупом запрете.
— Конечно, — ответила Робин, — я сразу же назову это имя,
если вы скажете мне, кто на моем голосовании бросил черный шар.
— Но ведь это не разглашается, — запротестовала Джессика. Она
никак не могла понять, как это можно — объявить на всю школу, что тебя
забаллотировали. Неужели у нее совсем нет гордости?
— Тогда моя информация тоже не для разглашения, — сказала Робин и
прошла в здание школы.

Глава 14

Робин пришлось буквально продираться сквозь толпу, чтобы выйти на футбольное
поле. Перед ней, прокладывая дорогу, суетился Брюс Пэтмен, всем своим видом
давая понять, что он — парень новой Мисс школы.
— Отойди с дороги, — командовал он, расталкивая людей направо и
налево. — Робин идет. Проходи, Робин!
Как только она вышла на поле, она тут же оказалась в лучах прожекторов,
направленных бригадой операторов телевидения. Элизабет, освещающая это
событие для Оракула и Городских новостей, подошла к сияющей Робин.
— Ты рассчитывала победить в конкурсе?
— Нет, не очень. Если не слишком на что-то надеешься, не так трудно
разочаровываться — Что ты можешь сказать нашим соученикам?
Робин на секунду подняла глаза к небу.
— Только то, что все хорошо знают, но не всегда помнят: Узнай самого
себя и не пытайся играть чужую роль.
— О'кэй, — улыбнулась Элизабет. И тут она увидела Аллена Уолтерса,
пытавшегося пробраться сквозь толпу.
— Пропустите парня с камерой! — крикнула она. — Оракулу
нужны фотографии Мисс школы.
Толпа расступилась, и Робин оказалась одна у кромки поля. Мистер Купер
преподнес ей огромный букет изумительных роз, и Аллен Уолтере снял этот
момент для Оракула.
— Круг почета, круг почета! — требовали зрители.
Уже стало традицией, что королева в знак триумфа объезжает поле стадиона на
заднем сиденье лимузина. Машина стояла наготове, но Робин не торопилась.
— Брюс — Робин помахала ему рукой — Может быть, мы прокатимся в твоем
порше?
— Конечно! — Брюс засиял от радости. — Машина сейчас будет!
— Это так мило с твоей стороны, — сказала Робин, наградив его
ослепительной улыбкой Брюс опрометью бросился по полю к выходу, прыгнул в
свою блестящую черным лаком машину и вырулил на поле. Робин добилась своего
торжества. Она стала королевой футбольной команды и теперь сделает круг
почета в черном порше Брюса Пэтмена.
Черная машина подкатила и остановилась перед лимузином. Брюс сам выскочил,
чтобы открыть дверцу. Робин подошла к машине, повернулась и помахала
трибунам, прося тишины.
— Большое спасибо, — сказала она, — а теперь я хочу объявить,
что сопровождать меня будет Аллен Уолтере Элизабет подошла к скамейкам
команды, где сидела Джессика, — Трудно сказать, кто из них более
ошарашен, Аллен или Брюс, — хмыкнула Элизабет, но Джессика, казалось,
не слышала ее. Она смотрелась в карманное зеркальце, недоумевая, почему
проиграла.
— Аллен Уолтере?
— пробормотал Брюс.
— Я? — громко переспросил Аллен.
— Иди сюда, Аллен, — приказала королева, и все еще не пришедший в
себя Аллен подошел к Элизабет и протянул ей свой фотоаппарат.
— Лиз, кажется, я тоже участвую в этом. — Красный от смущения, но
счастливый Аллен забрался на заднее сиденье черного порше, рядом с Робин,
и все еще не веря своему счастью, проехал круг почета по полю, следом за
марширующим впереди оркестром. Претенденты на титул капитана болельщиков, за
исключением Джессики, набились в лимузин и следовали за порше в этом
триумфальном кортеже, Робин тепло улыбнулась Аллену, и он взял ее за руку.
Глаза всех присутствующих были устремлены на черный порше, но они смотрели
только друг на друга.
Джессика, спрятав зеркало, заметила оскорбленное выражение на лице Брюса
Пэтмена. Хоть она и не получила свой законный титул, но ее порадовало, что и
Брюс остался ни с чем. Элизабет еще больше усилила его страдания,
сфотографировав его в качестве шофера.

— Уйди отсюда, — простонал Брюс.
— Что ты, ты выглядишь как никогда, — рассмеялась Элизабет.
Через минуту началась вторая половина игры. Гладиаторы разгромили Пум из
Пэлисэдза со счетом 28 : 7.
После игры Элизабет поторопилась домой, к своему письменному столу. Она на
одном дыхании напечатала статью об этом незабываемом дне и послала ее Луису
Вестману в редакцию. Она страшно устала и провела бессонную, ночь.
Восторженное состояние, в котором она пришла домой, сменилось беспокойством,
что все, что ею написано, снова полетит в редакторскую корзину. Но два дня
спустя, трепеща от восторга, она увидела на первой странице газеты свою
статью.
— Как вы знаете, — объявила она своим домашним, — победы не
приходят по-одиночке. Мы выиграли футбольный матч, Робин стала Мисс школы
и, — потрясая газетой над головой, она торжествующе объявила:
— Элизабет Уэйкфилд напечатала свою статью в Городских новостях.
Два дня спустя члены Пи Беты, которым больше ничего не оставалось,
предложили Робин стать членом клуба. Но их ожидал твердый отказ.
— Можешь ли ты это себе представить? — жаловалась Джессика
Элизабет. — Впервые за всю нашу историю мы поступились нашими
правилами, и она нам отказала!
— Удивительное дело, правда? — смеялась Элизабет.
— Она даже благодарила меня за то, что я бросила черный шар, хотя
готова поклясться, что не делала этого. Она меня благодарила, поскольку мы
заставили ее изменить образ жизни.
— Думаю, что все так и было.
— Да, но если мы помогли ей превратиться из гадкого утенка в лебедя,
как же она может питать к нам враждебность?
Элизабет знала, что было бы бессмысленно объяснять такие истины разгневанной
Джессике.
А Робин все это время была очень занята. После того футбольного матча она и
Аллен стали просто неразлучны, Элизабет даже упомянула о них в своей колонке
Глаза и уши, написав, что Робин Уилсон, Мисс школы и Аллен Уолтере, один
из школьных талантов и фотограф Оракула, нашли друг друга.
Несколькими неделями позже Элизабет решила разузнать, как в Пи Бета вообще
и Джессика в особенности перенесли двойной удар: избрание Робин Мисс школы и
унижение их клуба.
Джессика ходила с отсутствующим взглядом и подолгу исчезала куда-то после
школы и на выходные.
Наконец Элизабет прямо спросила сестру:
— Я надеюсь, ты не очень переживаешь за клуб?
— Ах, Лиз, эта глупость на последнем месте среди моих забот.
Элизабет даже подумала, не ослышалась ли она.
— Что же тебя занимает, Джессика?
— Может, ты этого не заметила, но в Пи Бета такой детский сад. Я
удивлена, что ты уделяешь им так много внимания.
Элизабет внимательно посмотрела на сестру. Казалось, что Джессика снова все
перевернула вверх ногами. Это было в ее духе, но тон, которым это было
сказано, заставил Элизабет насторожиться.
— Джессика, что случилось?
— А в чем дело? — спросила она с самым искренним недоумением.
— Я замечаю, что в последнее время ты ходишь, как будто не в себе. Я
считала, что ты перебираешь в уме перипетии этой истории с Робин.
— Моя наивная Элизабет, — сказала Джессика. — Это все детские
забавы. — Но если ты исчезала не потому, что хотела скрыться ото всех,
то где же ты была?
— На пляже. Рисовала этюды. Я поняла. Лиз, что искусство — это самое
главное в моей жизни.
— Так ты рисуешь на пляже?
— На дюнах возле Касл Коув. Это чудесное создание природы.
Элизабет захотела уточнить, не ослышалась ли она. Касл Коув? Место, где
ежегодно собираются студенты колледжей со всех штатов.
— Джессика, ты шатаешься с этой толпой студентов?
— Да, они мне очень нравятся, — призналась Джессика. — Они
знают толк в жизни и в искусстве.
— И одно из этих природных созданий, что ты увидела на Коув, случайно
не студент из колледжа?
— Его зовут Дэн Скотт, — взволнованно выпалила Джессика. — О,
Лиз! Это такой потрясный парень. И он увлечен мною, — Джессика, а ему
известно, что тебе только шестнадцать лет?
— Он интересуется мной, а не моим возрастом.
С этими словами Джессика упаковала свои веши и направилась в Касл Коув.
Элизабет смотрела ей вслед, с тревогой думая о том, что принесет это новое
приключение ее взбалмошной сестре. Влюбленность Джессики в опытного в таких
делах студента из колледжа означала только то, что грозовые тучи скоро
появятся на горизонте. И все, что оставалось Элизабет, это надеяться, что
ветер судьбы разгонит их и расчистит небо над головой сестры и ее
собственной.