Жанр: Любовные романы
Под покровом тайны
... Мэделин молчала, глядя на отца с явным сочувствием.
— О, папа, должно быть, все эти годы ты испытывал ужасные чувства! Я
уверена, что ты не виноват. Если моя мать была близка к сумасшествию, любой
случай мог нарушить хрупкий баланс.
— Возможно, ты права, Мэдди. Однако я не мог бросить ее тогда. Она была
в таком состоянии, что развод с ней означал бы предательство.
Мэделин пожала руку Джейка.
— Я говорила тебе, что ты необыкновенный человек, — прошептала
она, — и что я самая счастливая дочь на свете, потому что у меня такой
отец?
— За последнее время я ни разу не слышал этого, — ответил Джейк с
улыбкой.
Карл ждал их в вестибюле. Не отпуская Джейка, Мэделин подошла к нему и взяла
за руку.
— Все в порядке, Мэдди? — озабоченно спросил он. Она кивнула:
— Да, я не жалею, что пришла сюда.
Дженкинс, оставив розы у сиделки, стоял около машины, болтая с шофером,
который привез Джейка из аэропорта.
— Карл, почему бы тебе не поехать с Дженкинсом, а я поеду в машине
отца? — многозначительно сказала Мэделин. Она хотела узнать у Джейка о
дальнейшей судьбе Кимберли, и будет лучше, если этот разговор состоится без
Карла.
Карл понимающе подмигнул ей.
— Хорошо, — согласился он.
Мэделин устроилась поудобнее рядом с Джейком на заднем сиденье взятого в
аренду лимузина.
— Как дела в банке? — спросила она.
— У нас, как всегда, много работы, — ответил Джейк. — Я,
конечно, хотел бы, чтобы Карл поскорее вернулся в Нью-Йорк, хотя, по-моему,
он явно нуждается в отдыхе. Впрочем, сейчас он выглядит гораздо лучше.
— Да, мне тоже так кажется. Что там случилось с этой девицей, которую
арестовали? Карл сказал, что ее обвинили в воровстве. — Мэделин
говорила безразличным тоном, глядя на живую изгородь вдоль проселочной
дороги.
Последовала небольшая пауза, затем Джейк заговорил:
— Ты имеешь в виду Кимберли Кэбот? Ее обвинили в воровстве, и думаю,
она будет осуждена. Какая глупость с ее стороны! У нее была такая хорошая
работа в банке, а она рискнула всем ради драгоценностей общей стоимостью
всего в тысячу долларов! После этого она никогда не получит приличную
работу. Кстати, Карл с радостью услышал, что его прежняя секретарша — Эверил
Филден — хочет снова поступить к нему на работу. По-видимому, она
соскучилась по Нью-Йорку и не дождется, когда вернется назад.
Мэделин незаметно облегченно вздохнула. Джейк говорил о Кимберли так, как
будто уже почти забыл о ней.
— Это обрадует Карла! — весело сказала она. — Он очень
сожалел, когда Эверил ушла.
Джесика услышала хруст гравия под колесами автомобилей, когда уже закончила
свои расчеты. Посмотрев в окно спальни, она увидела Мэделин, Карла и Джейка,
входящих в дом, и через минуту из гостиной внизу донеслись их веселые голоса
и смех. Волнуясь, Джесика потихоньку вышла из комнаты и спустилась по
лестнице. Она представила себе, как они удивятся, когда увидят ее.
Резко распахнув дверь гостиной, Джесика распростерла руки для объятий.
— Всем привет! — весело воскликнула она.
Все повернулись к ней, и наступила напряженная тишина. Первой опомнилась
Мэделин:
— Джесика! Какого черта ты здесь делаешь?
— Не очень-то гостеприимно... — проворчала Джесика, бросаясь к ней
навстречу.
Карл и Джейк, пораженные, приветствовали ее теми же словами, что и Мэделин:
— Что ты здесь делаешь?
Джесика стояла посреди комнаты, уперев руки в бока, с обиженным выражением
лица.
— Кажется, вы не рады видеть меня! Я ведь приезжала к вам из Англии,
помните? Я жила здесь!.. И... э... сейчас живу, — добавила она
запинаясь.
Мэделин беспокойно посмотрела на нее:
— Ты хочешь сказать?.. А что с Бернардом?
— Бернард, насколько я знаю, продолжает швырять фарфоровые вазы в своих
слуг на Сардинии.
— Ты ушла от него? — удивленно спросил Карл.
— Да, ушла! — решительно сказала Джесика. — С самого начала
все это было чудовищной ошибкой, Мэдди. Должно быть, я сошла с ума! Я
расскажу тебе обо всем позже. А сейчас мне хочется узнать о твоих
новостях. — Она посмотрела на остальных: — И почему вы все собрались
здесь?
Мэделин коснулась руки Джесики.
— Мы навещали мою мать, — спокойно сказала она. — Я потом все
расскажу. — Тем не менее она подумала, что даже лучшей подруге не
следует знать о событиях последних нескольких месяцев. Все это должно
остаться между ней и Карлом.
В этот момент Хантер принес чай и поставил серебряный поднос на круглый стол
перед камином. За ним следовала одна из служанок с тарелками, на которых
лежали сандвичи, оладьи и домашний пирог с грецкими орехами. При виде всего
этого Джесика удовлетворенно хлопнула в ладоши:
— Превосходно! Учтены все детали!
Мэделин удивленно посмотрела на нее:
— Что ты имеешь в виду?
Джесика засмеялась и загадочно покачала головой:
— О, ничего. Просто я подумала, как мило выглядит сервировка!
После чая Карл и Джейк решили, несмотря на холод, прогуляться по саду, а
Мэделин и Джесика остались у камина, чтобы поделиться новостями.
Когда Мэделин описала Камиллу, а потом повторила то, что рассказал ей
Дженкинс, Джесика виновато посмотрела на нее, помедлила секунду, а затем
призналась:
— Я знала об этом, Мэдди. Мой друг Питер Торн, который работает в
газете
Ивнинг стэндард
, рассказал мне эту ужасную историю о церемонии
жертвоприношения в амбаре. Он лично писал об этом случае. У меня не хватило
решимости поделиться с тобой: все это так ужасно! Я была уверена, тебя это
очень расстроит.
— О Боже, я и не представляла, что ты все знаешь!..
— Я старалась быть сдержанной. — Джесика улыбнулась.
— Ну а теперь расскажи, что произошло между тобой и Бернардом? —
попросила заинтригованная Мэделин.
Джесика задумалась, на глаза навернулись слезы.
— Я допустила ужасную ошибку, Мэдди, — доверительно сказала
она. — Должно быть, я сошла с ума, бросив все ради Бернарда. Он
оказался совсем не таким, как я думала. Такой брюзга и такой капризный! Я
потеряла свою независимость и осталась без любимой работы. О Боже, как это
ужасно! Я вдруг поняла, что разлюбила его так же внезапно, как и полюбила.
Это была катастрофа.
— Джесика! — мягко остановила ее Мэделин. — Что тебе сказал
Бернард? Он был расстроен... или зол?
— О нет, он все понял! Оказывается, бывшая жена оставила его по той же
причине. Понимаешь, я влюбилась в его музыку и думала, что он и музыка —
одно и то же. А потом, когда обнаружила, что Бернард совсем не такой, каким
я его себе представляла... — Голос Джесики затих, и она умоляюше
посмотрела на Мэделин. Ей очень хотелось, чтобы подруга поняла ее и
посочувствовала. Она облегченно вздохнула, когда Мэделин тепло улыбнулась
ей.
— Наверное, ты ужасно переживала, — сказала Мэделин. — Слава
Богу, что не вышла за него замуж. Сейчас у тебя есть надежда вернуться к
своей карьере, и, как говорит отец,
будем считать: все, что было, полезно
для жизненного опыта
.
— Дело в том, — заплакала Джесика, смахивая слезу со щеки, —
что я уже все проворонила, Мэдди! Я не могу устроиться на прежнюю работу, в
Голдинг груп
нет вакансий. Я сделала ужасную глупость! С самого начала.
Почему я не осталась с Эндрю? Почему не могла удовлетвориться скромной
должностью в
Ройал-Вестминстере
, не пытаясь карабкаться вверх по служебной
лестнице? А теперь у меня ничего нет, совсем ничего. Ни работы, ни
Эндрю. — Джесика замолчала, безутешно глядя в пространство. — Я
действительно жалею, что потеряла Эндрю, — тихо добавила она.
Мэделин удивленно посмотрела на нее:
— В самом деле? Ты уверена, что говоришь это искренне, а не потому, что
у тебя ничего не вышло с Бернардом? Ты ведь не колеблясь предпочла карьеру и
очень огорчила Эндрю своим решением вот здесь, в этой комнате, когда вы были
в Милтон-Мэноре в прошлый раз. Джеси, ты действительно знаешь, чего хочешь,
дорогая? — Мэделин не хотелось резко говорить с подругой, но она была
обеспокоена ее судьбой. Джесика, которая всегда казалась такой уверенной в
себе, сейчас выглядела совершенно потерянной. Ее ответ удивил Мэделин:
— Да, теперь я знаю, чего хочу, Мэдди. Что касается Эндрю, боюсь,
слишком поздно возвращаться к нему. К тому же у меня есть собственная
гордость. Я не побегу к нему. Но вот относительно работы у меня есть
блестящая идея! — Она вытерла глаза маленьким кружевным платочком и
села, выпрямив спину. — Ты ведь собиралась продать этот особняк, не так
ли? А я хочу купить его.
Мэделин, не понимая, о чем речь, посмотрела на нее:
— Что ты задумала, черт побери?
— Я хочу занять денег, чтобы купить этот дом и превратить его в
первоклассный пятизвездочный отель. О, Мэдди, у меня возникли грандиозные
планы, пока я ждала тебя. Ты ведь знаешь, как я мечтала о собственном
отеле! — Джесика говорила взволнованно и серьезно. — Я вижу
фантастические возможности! Весь персонал дома может остаться... Мы построим
теннисные корты, плавательный бассейн.
Мэделин прервала ее с тревогой:
— Подожди, Джесика, послушай меня.
— В чем дело? Ты же хотела продать дом, не так ли? — Джесика
выглядела удрученной, догадываясь, что ее мечты начинают рушиться на
глазах. — Не говори мне, что передумала!
— Не в этом дело. — Мэделин была явно расстроена. — Я хотела
сказать тебе, что Милтон-Мэнор уже продан.
— Продан?! — Джесика была готова снова расплакаться. — Как же
так, Мэдди! О, какой ужас! Как ты смогла продать его так быстро? — Она
говорила почти укоризненно.
— Я очень сожалею. Как только адвокат узнал, что у меня есть законные
права, я выставила дом на продажу. — Мэделин открыла было рот, чтобы
сказать еще что-то. Но почему-то передумала.
— Что ты хотела сказать? — спросила Джесика, заметив, что подруга
внезапно замолчала.
Мэделин смущенно покраснела.
— Ничего. Только то, что дом уже продан. Думаю, вчера произошел обмен подписанными контрактами.
— О черт! — Джесика выглядела совсем безутешной.
В последние дни ей ужасно не везло. Теперь приходилось расплачиваться за
свою глупость. Она упустила Эндрю и потеряла самую лучшую работу, какую когда-
либо имела. Как она дошла до жизни такой? Этот вопрос она задавала себе,
сидя на диване, с выражением муки на лице. Как могла она бросить все и всех,
включая родителей и друзей, ради обольстительного незнакомца? Какое затмение
нашло на нее и почему она пустилась в опасное путешествие, поддавшись
безумному очарованию музыки Бернарда? Околдованная его мелодиями,
одурманенная чувственными ритмами, она позволила его музыке заглушить в ней
все остальные чувства. Она стала глухой к предупреждениям друзей и не видела
очевидного. А когда гармония нарушилась, ничего не осталось, кроме
расстроенных чувств и горечи от сознания того, что во всем следует винить
только себя.
Мэделин посмотрела на часы.
— Извини, Джесика, мне надо сделать несколько очень важных телефонных
звонков. Через несколько дней Карл и я улетаем в Нью-Йорк, и я хочу
закончить кое-какие дела.
— Конечно, иди. — Джесика старалась казаться бодрой.
Мэделин вышла из комнаты как раз тогда, когда с прогулки вернулись Карл и
Джейк, притоптывая ногами и похлопывая в ладоши, чтобы согреться. Мэделин
отвела их в библиотеку и несколько минут о чем-то тихо говорила с ними.
—
Центральный Манхэттенский банк
может финансировать этот
проект, — прошептал Джейк, когда она замолчала.
— Ты хочешь сейчас же позвонить им? — спросил Карл. Мэделин
кивнула:
— Пойди и поболтай с Джесикой, хорошо? Она подавлена и нуждается в
поддержке.
Вечером за обедом Мэделин заявила, что она и Карл завтра устраивают прием во
время ленча, перед тем как Джейк улетит в Америку.
— А кто будет? — спросила Джесика. — Ты знаешь кого-нибудь из
соседей?
— Я пригласила Элис Стюарт, она была подругой матери. Очень приятная
женщина.
— Хорошо бы повидать ее снова, — заметил Джейк.
— И ее сын Филип тоже приедет? — спросил Карл.
— Да. Говорят, мы встречались детьми, хотя никто из нас этого не
помнит, — с улыбкой сказала Мэделин. Джесика застонала:
— О, кажется, я поняла! Вы хотите устроить для меня свидание, не так
ли, Мэдди? Боже, вы полагаете, что благодаря ему я забуду об Эндрю и
Бернарде!
Мэделин усмехнулась:
— Вовсе нет. Филип не в твоем вкусе. Просто я полагала, что тебе стоит
познакомиться с новым владельцем Милтон-Мэнора. Он тоже приедет.
Джесика воздела глаза к небу.
— Ну, уж этого я не вынесу! — драматично заявила она. — Как
он может понравиться мне? Во всей Англии именно он купил тот дом, который
хотела приобрести я. И как после этого, по-вашему, я должна относиться к
нему? Скажи на милость, Мэдди!
Следующее утро выдалось еще холоднее. Извилистые дороги, ведущие к Милтон-
Мэнору, вытянулись, словно блестящие борозды в промерзшей земле, и с крытых
соломой крыш свисали хрустальные сосульки. В десять часов к парадной двери
особняка подкатил большой фургон, на борту которого было написано:
СЬЮВЕЛЛ.
ПЕРЕВОЗКА И ХРАНЕНИЕ. ОУКГЕМПТОН
.
— Они уже собираются вывозить мебель? — спросила Джесика,
посмотрев в окно.
Мэделин выглядела озадаченной.
— Нет. Я не договаривалась что-либо вывозить раньше следующей недели. Странно, чего они хотят?
Спустя минуту в библиотеку, где они сидели, вошел Хантер.
— К вам доставка, мадам. Сьювелл хранил эту вещь много лет, я знаю.
— Что это, Хантер... и кто просил привезти ее сюда?
— Это я, дорогая, — сказал Джейк, входя в комнату. — Хантер,
скажи, чтобы заносили.
— Хорошо, сэр.
— Что это, папа? — повторила Мэделин. — Я не знала, что у нас
здесь хранятся какие-то вещи.
— Я привез это из Нью-Йорка много лет назад и отдал на хранение, чтобы
не расстраивать твоего деда: я ведь отказался держать эту вещь у себя
дома, — пояснил Джейк.
Двое мужчин в спецовках, слегка пошатываясь под тяжестью ноши, вошли в
дверь, и Мэделин увидела, что они несли завернутую в полотно большую
картину. Она вопросительно посмотрела на Джейка, а тот медленно улыбнулся и
кивнул ей.
— Неужели?.. — спросила Мэделин.
— Да, дорогая. Я подумал, что теперь она понравится тебе... Грузчики
поставили картину к стене, и Мэделин, подойдя к ней, освободила ее от
упаковки. Это был портрет Камиллы, ее матери, который она помнила с раннего
детства. Краски были настолько живыми и чистыми, что казалось, он был
написан только вчера.
— О, папа!.. — шепотом произнесла она, глядя на портрет. Это был
шедевр, работы Филипа де Ласло, изобразившего юную Камиллу прелестной и
невинной, в кремовом платье с кружевами и с несколькими нитками жемчуга на
шее. Такую Камиллу Мэделин помнила как идеал своих детских фантазий. Джейк
вернул ей мать, о которой она мечтала.
— Спасибо, папа! — сказала она прерывающимся голосом. — Я все
время думала, где же этот портрет?
— Рад, что ты довольна, — сказал он, тоже
расчувствовавшись. — Мы будем всегда помнить ее такой. Я верю, в душе
она осталась невинной. Той, другой, Камиллой завладела дьявольская сила, а
моей женой и твоей матерью всегда будет эта молодая прелестная женщина.
— Я повешу этот портрет дома в гостиной в Нью-Йорке. — Мэделин
порывисто повернулась и нежно поцеловала отца.
Элис Стюарт и ее сын прибыли в половине первого, и через несколько минут она
и Джейк уже болтали, как будто виделись всего несколько недель назад.
— Мой дорогой, — любезничала Элис, — ты выглядишь еще более
изысканно, чем прежде, и, конечно, Мэделин очень похожа на тебя!
Джейк расхохотался:
— Ну, должен сказать, ты совсем не изменилась, Элис! — Он
повернулся к Филипу: — Ты знаешь, что в свое время твоя мать была ужасной
кокеткой?
Филип усмехнулся:
— Она и сейчас такая!
Все оживленно разговаривали и смеялись. Хантер разносил шампанское на
серебряном подносе. Джесика, до сих пор молчавшая, вдруг вопросительно
взглянула на Мэделин.
— Кажется, подъехал еще один автомобиль, — ска — зала она. —
Неужели это?..
— Да, вероятно, прибыл новый владелец. — Мэделин подошла к окну и
посмотрела. — Так и есть. — В ее голосе чувствовалось
удовлетворение.
— О, я уже ненавижу его! — воскликнула Джесика. — Это ужасно!
— Могло быть и хуже, — небрежно сказала Мэделин.
— Не понимаю, почему... — начала Джесика, заглядывая через плечо
Мэделин. — Но ведь это же Эндрю! — Она вскрикнула и покраснела.
Мэделин кивнула и улыбнулась.
Джесика пришла в смятение, глаза ее округлились.
— Ничего не понимаю... Почему ты не сказала мне? Для чего ему нужен
такой большой дом?
Мэделин рассмеялась:
— Почему бы тебе не спросить у него?
— Но, Мэдди... — Джесика нервно ухватилась за ее руку. — Он
знает, что я здесь?
— Да, конечно. Перестань паниковать! Когда ты сказала, что хочешь
приобрести этот дом под отель, я позвонила ему и он приостановил продажу,
объяснив это потенциальным покупателям тем, что я передумала и решила
оставить его себе. Он взял ссуду в
Центральном Манхэттенском банке
. Ему
помогли отец и Карл. Эндрю сам купил этот дом... для тебя! Теперь у тебя
будет свой собственный отель, Джеси! Но я думаю, тебе лучше самой поговорить
с ним об этом, — сказала Мэделин, мягко, но настойчиво подталкивая
Джесику в — холл.
Джесика молитвенно сложила ладони. Она выглядела испуганной, молча наблюдая
за тем, как Эндрю поднимается по ступенькам крыльца.
— О Боже, Мэдди! Не могу поверить! Ты хочешь сказать, что Эндрю...
простил меня?
— Иди и поздоровайся с ним, Джеси, — у тебя такой растерянный
вид! — насмешливо сказала Мэделин, в последний раз подтолкнув ее.
Она вернулась в гостиную и тихо закрыла за собой дверь.
— Все в порядке? — шепотом спросил Карл. Мэделин скрестила указательный и средний пальцы.
— Думаю, все будет хорошо! — ответила она. — И чувствую, надо
попросить Хантера поставить на лед еще несколько бутылок шампанского!
Закладка в соц.сетях
