Жанр: Любовные романы
Прерванная музыка
...есь, — сказал он, заметив ее взгляд. — Мне просто нужно чем-то
занять руки. Я хочу предложить вот что — мы с тобой можем сделать вид,
что у нас роман.
Удивление и страх ясно отразились у нее на лице. Однажды он просто вышвырнул
ее из своей жизни, а теперь имеет нахальство просить сделать вид, что у них
роман? Это жестоко!
- Я так и знал, что тебе не понравится мое предложение, — сказал
он, наблюдая за девушкой. — Но все-таки подумай о нем. Мириам приедет
только через неделю-другую. Есть время хорошенько подготовиться.
- А почему ты не можешь просто сказать ей, чтобы она не приезжала?
— неуверенно спросила Арабелла.
Он внимательно разглядывал носки сапог.
- Я мог бы сказать, но это не решит проблему. Она так и будет то
появляться в моей жизни, то исчезать. Лучший, и даже единственный способ
— это найти вескую причину. Роман с тобой вполне для этого подходит.
- Мириам просто умрет от смеха, если кто-нибудь скажет ей, что у тебя
роман со мной
, как ты говоришь. Мне было всего восемнадцать, когда ты
женился на ней. Она никогда не считала меня соперницей и была права. Я не
была ей соперницей ни тогда, ни сейчас. — Арабелла гордо вздернула
подбородок. — Я талантлива, но не красавица. Она никогда не поверит,
что ты заинтересовался мной.
Итан с трудом сдержался. Как больно слышать эти слова! А еще больнее
вспоминать, как ему пришлось обидеть Арабеллу. Но тогда у него не было
выбора. Объяснять же это сейчас, через четыре года, не имеет никакого
смысла.
Потемневшими глазами Итан смотрел на Арабеллу. Сможет ли он во второй раз
позволить ей уйти из своей жизни? Но, по крайней мере, они пробудут
несколько недель вместе под предлогом договора о взаимопомощи. Лучше, чем
ничего! Хоть останутся какие-то воспоминания, которые помогут прожить
ожидающие его пустые и бессмысленные годы.
- Мириам не глупа, — произнес он вслух. — Ты теперь молодая
женщина, пользующаяся известностью в своих кругах, а не тихая деревенская
мышка. Она не узнает, какую замкнутую жизнь ты вела, если, конечно, сама не
расскажешь. — Он с нежностью взглянул на девушку. — Даже без
вмешательства твоего отца не думаю, чтобы у тебя оставалось много времени на
мужчин.
- Мужчины — предатели! — ответила Арабелла. — Я
предложила тебе свое сердце, а ты швырнул его мне в лицо. Я больше никому
его не предлагала и не собираюсь. У меня есть моя музыка. Больше мне ничего
не надо.
Он не верил ей. Юношеская влюбленность не оставляет такой горечи. Возможно,
лекарства несколько затуманивали сознание, но Итан готов был отдать
собственную руку, только бы знать, что она действительно любит его.
- А что, если у тебя больше не будет музыки? — вдруг спросил он.
- Тогда я брошусь с крыши! — твердо ответила она. — Я не
могу жить без нее. Не хочу даже пробовать.
- Это же трусость!
- Вовсе нет, — возразила Арабелла. — Мне нравится то, что я
делаю. Большая часть того, что я делаю, — поправилась она. — Я
не люблю толпы и переездов, но вполне довольна своей жизнью.
- Ну, а муж? Дети? — осторожно поинтересовался он.
- Мне не нужно ни то, ни другое. — Она отвернулась. — Моя жизнь уже распланирована.
- Это твой папаша, черт бы его побрал, распланировал ее! Он командует
даже тем, как ты должна дышать, а ты ему позволяешь!
- Тебя не касается, что я делаю! — Зеленые глаза в упор смотрели
на него. — Ты не имеешь никакого права говорить, что отец мной
командует. Ты сейчас сам пытаешься манипулировать мною, хочешь заставить
помочь тебе избавиться от Мириам.
Глаза Итана превратились в узкие щелочки.
- Это поразительно. Ты с такой отвратительной легкостью расправляешься
со мной, но слова не можешь сказать своему папочке!
- Я тебя не боюсь! — Она сплела пальцы. — А отца всегда
побаивалась. Мой талант — единственное, что его интересует. Я думала,
если стану знаменитой, может быть, он меня полюбит. — Она горько
рассмеялась. — Но ничего не получилось. И теперь, когда я больше не
смогу играть, я ему не нужна. — Арабелла взглянула на Итана полными
слез глазами. — И тебе тоже, если бы не приезд Мириам. Я всегда была
для мужчин пешкой, а ты утверждаешь, что только отец пытается распоряжаться
моей жизнью.
- Это просто твое воображение, — тихо произнес Итан.
- Я знаю свои недостатки. — Арабелла закрыла глаза. — Я
помогу тебе избавиться от Мириам, но не нужно защищать меня от собственного
отца. Сомневаюсь, что я еще когда-нибудь увижу его.
- Если рука заживет как следует, увидишь. — Итан бросил сигарету
в пепельницу. — Мне нужно заехать за мамой и Мэри. Скоро должен
вернуться человек, которого я послал за твоими вещами. Я привезу их сюда.
- Спасибо, — сдержанно поблагодарила Арабелла.
Он еще постоял возле кровати, внимательно глядя на нее.
- Я тоже не люблю зависеть от других. Но ты со своей независимостью
можешь зайти слишком далеко. На данный момент я — это все, что у тебя
есть.
- Каким образом ты намерен убедить Мириам, что наши отношения не просто
выдумка?
- Ты, похоже, нервничаешь, — заметил он. — Неужели боишься,
что я буду заниматься с тобой любовью прямо перед ней?
- Разумеется, нет! — вспыхнула она.
- Ну, так расслабься! Я не прошу у тебя никаких жертв. Несколько
улыбок, нежные рукопожатия — и все станет ясно. — Он горько
рассмеялся. — А если это не поможет, я объявлю о нашей помолвке. Да не
пугайся ты! — холодно добавил Итан, увидев выражение лица Арабеллы.
— Мы сможем ее расторгнуть, когда она уедет.
Сердце билось как сумасшедшее. Итан и не представляет, что от одной мысли о
помолвке с ним... Она любила его так отчаянно!... Увы! Совершенно ясно, что
он не испытывал подобных чувств.
- Ну, хорошо, я согласна, — сказала Арабелла и закрыла глаза. — Итан, я так устала!
- Отдыхай. Я приду попозже.
Итан вернулся с Кориной и Мэри, но сам в палату не вошел.
Маленькая изящная Корина обладала, по мнению Арабеллы, всеми качествами
идеальной свекрови. О сражениях этой доброй, энергичной и жизнерадостной
женщины с Итаном ходили легенды. Но она любила Арабеллу и Мэри как родных
— так же, как и Джен, свою замужнюю дочь, жившую в другом штате.
- Счастье, что Итан оказался дома, — рассказывала Корина
Арабелле, пока Мэри, ее лучшая школьная подруга, сидела рядом и слушала с
улыбкой в карих глазах. — С тех пор как развод признан окончательным,
он почти каждый день уезжал из дома. В основном деловые поездки. Он стал
мрачным и беспокойным. Просто поразительно, что в этот раз он послал вместо
себя Мэта.
- Может, после развода он нагоняет упущенное, — предположила
Арабелла. — Итан ведь слишком порядочен, чтобы встречаться с другими
женщинами, пока... официально считался женатым.
- В отличие от Мириам, которая уже в первые недели после свадьбы готова
была лечь в постель с любым, кто носит брюки! — резко сказала Корина.
— Бог знает, почему она так долю цеплялась за него. Мириам никогда не
лобила Итана.
- В Техасе жена не получает алиментов от бывшего мужа, —
усмехнулась Мэри. — Может, это и ответ на твой вопрос.
- Я предложила ей отступного. — Слова Корины изумили Мэри и
Арабеллу. — Мириам отказалась. Я слышала, что она встретила кого-то на
Карибском море и собирается замуж за своего нового приятеля. Вероятно,
именно поэтому она и согласилась на развод.
- Так почему же она хочет вернуться? — спросила Арабелла.
- Возможно, для того, чтобы доставить Итану как можно больше
неприятностей, — мрачно предположила Корина. — Она частенько
бросала ему в лицо такие слова, от которых у меня просто сердце разрывалось
на части. Бог свидетель, он старался сопротивляться, но даже сильный мужчина
может не выдержать непрестанные насмешки и унижения. Однажды Мириам прямо на
званом обеде соблазнила одного из деловых партнеров Итана. Он наткнулся на
забавлявшуюся парочку в своем собственном кабинете.
Арабелла закрыла глаза.
- Должно быть, для него это было просто ужасно!...
- Ты даже не представляешь, до какой степени, — кивнула Корина.
— На самом деле он не любил Мириам, и она об этом знала. Ей хотелось,
чтобы Итан обожал ее, носил на руках, а он никак не желал этого делать. К
тому же эти постоянные измены! Итан как-то проговорился, что Мириам кажется
ему просто отвратительной, а возможно, и ей он говорил то же самое... Как
раз в это время она старалась устроить как можно больше скандалов. Она
добилась своего. Итан привык соблюдать правила приличия. А Мириам ничуть не
стеснялась соблазнять даже его деловых партнеров. — Корину при этих
словах передернуло. — Мужское
эго
— самое чувствительное
место. И она это знала и била туда, где больнее всего. Итан очень изменился.
Он всегда был молчалив и замкнут, но то, что сделала с ним эта женитьба!...
— Корина развела руками.
- Он никогда не подпускал к себе слишком близко, — тихо сказала
Арабелла.
- Ты одна могла развеселить его, — улыбнулась Корина. — Ты
учила его играть. Таким счастливым, как в то лето, четыре года назад, я его
не видела.
- В самом деле? — с трудом улыбнулась Арабелла. — А ведь мы
поссорились из-за Мириам. Думаю, он так и не простил мне те слова, что я
тогда сказала.
- Гнев может скрывать самые разные эмоции, — тихо произнесла
Корина. — Это не всегда то, что кажется.
Еще долго после их ухода Арабелла думала о словах Корины. Как такого
мужественного человека, как Итан, могла ранить слабая женщина? Может, Мириам
имела над ним какую-то власть? Например, чувственную, подумала она, и боль
ревности добавилась к физической боли. Мириам была светской, изысканной
женщиной. Вполне понятно, что он так сильно поддался ее чарам.
Вошла медсестра с огромным букетом, и Арабелла едва не расплакалась от такой
красоты. Записки никакой не было, но по роскоши подарка она сразу поняла,
что цветы от Корины. Нужно будет завтра поблагодарить ее.
Ночь оказалось беспокойной. Арабеллу мучили воспоминания и физическая боль.
Она окончательно проснулась, когда было еще темно, и так и лежала, глядя на
потолок, а память снова и снова возвращала ее к тому летнему дню, в котором
было жужжание пчел над цветами, пышно разросшимися в том месте, где речка
широко разливалась и была достаточно глубокой, чтобы плавать. В тот жаркий
день они с Итаном отправились купаться...
Она словно наяву видела бабочек, слышала стрекотание кузнечиков. Они поехали
туда на грузовичке Итана, потому что под палящим солнцем южного Техаса
дорога была бы слишком долгой и утомительной. На нем были только белые
плавки. Сильное тело, широкие плечи и грудь, узкие бедра, длинные ноги. Он
дочерна загорел, грудь и плоский живот густо покрывали завитки темных волос.
До этого дня вид Итана в плавках не волновал Арабеллу, но тут она вдруг отчего-
то засмущалась и прыгнула в воду.
Она была одета в закрытый желтый купальник, очень скромный и недорогой.
Заработки ее отца позволяли им едва сводить концы с концами, и Арабелле
приходилось подрабатывать, чтобы оплатить свою учебу в музыкальной школе в
Нью-Йорке. Она мечтала стать первоклассной пианисткой, и будущее ласково ей
улыбалось. Арабелла приехала навестить сестру Итана, но та с приятелем
уехала куда-то в гости, поэтому он и предложил девушке искупаться.
Его предложение испугало ее, но, в то же время, и обрадовало. Итан был на
несколько лет старше ее. Обычно он вел себя очень сдержанно, но в тот ее
приезд следил за ней пристальным взглядом, который одновременно беспокоил и
волновал. Арабелла уже давно любила этого человека, любила до боли. И вот, в
тот день, когда он так небрежно пригласил ее поплавать, мечты, казалось,
начинали сбываться.
Когда они подъехали к реке, что-то случилось. Арабелла не понимала взглядов,
которыми Итан окидывал ее тело, откровенно жадных, возбуждающих,
соблазняющих. Она заливалась румянцем всякий раз, как он смотрел на нее.
- Тебе нравится твоя музыкальная школа? — спросил он. Они сидели
на траве у берега, Итан курил сигарету.
Она с трудом оторвала взгляд от его широкой груди.
- Очень нравится. Хотя скучаю по дому. — Она вертела в руках
стебелек травы. — Совершенно нет времени! Приходится так много
наверстывать!
- Мальчики? — поинтересовался он, поднося сигарету к губам.
- Нет! — Она с негодованием отвернулась от его насмешливого
взгляда.
Он потушил сигарету об землю.
- А у нас гости. Какая-то киногруппа снимает рекламные фильмы, и им
понадобилось настоящее ранчо. Моделям очень здесь нравится. Одна даже
спросила меня, правда ли, что корову доят, дергая за хвост.
Арабелла рассмеялась.
- И что же ты ей сказал?
- Что, если хочет, может попробовать сама.
- Как тебе не стыдно! — улыбнулась Арабелла, и тут же улыбка
исчезла: казалось, она смотрела ему прямо в душу. От этого долгого,
проникновенного взгляда Арабелле стало не по себе, а Итан вдруг встал и
шагнул к ней.
- Пытаешься соблазнить меня, да, Белла? — ласково поддразнил он,
стоя над ней и ощущая, как ее нежный взгляд скользит по его телу.
Она залилась краской.
- Разумеется, нет! Я... я просто смотрела на тебя.
- Ты делаешь это весь день. — Он опустился на колени так, что ее
бедра оказались у него между ног. Грудь Арабеллы напряглась под его долгим
взглядом. Заметив, что соски отчетливо выдаются под тонкой шелковистой
тканью, она попыталась прикрыть грудь руками, но стальные пальцы поймали ее
запястья и отвели назад. Он наклонился, теперь его бедра были совсем рядом,
и она почувствовала, как начали изменяться очертания его тела. Ее испуганные
глаза встретились с его.
- Итан, что ты... — охрипшим голосом начала она.
- Не двигайся, — низким голосом произнес он, медленно и нежно
касаясь своей грудью ее напрягшихся сосков. — Переплети свои пальцы с
моими, — шепнул он, не прекращая возбуждающих прикосновений. Его
твердые тонкие губы были совсем рядом с ее ртом. Он нежно куснул ее за
нижнюю губу, провел языком по ее влажной внутренней поверхности.
Арабелла застонала от такой близости, глаза ее изумленно открылись.
- Да, — сказал он, чуть отодвинувшись, чтобы лучше видеть ее.
— Ты и я. Неужели такая мысль никогда не приходила тебе в голову,
когда Джен несколько месяцев назад упорно знакомила тебя с молодыми парнями?
- Нет, — слабым голосом призналась Арабелла. — Я думала,
тебя не интересуют девушки моего возраста.
- Девственница имеет свою притягательность. Ты же еще девушка, правда?
- Да, — с трудом ответила она, удивляясь своей полной
неспособности произнести что-либо связное.
- Не бойся. Я остановлюсь прежде, чем ситуация станет опасной, —
тихо сказал он. — Но до этого мы будем долго наслаждаться друг другом.
Открой рот, когда я его целую, малышка, дай мне почувствовать, как твой язык
касается моего...
Арабелла застонала, позволив его языку проникнуть в нежную глубину ее рта, и
в ответ он опустил на нее свое тело.
Почувствовав ее панику, Итан успокоил девушку ласковыми словами и нежными
поглаживаниями. Она лежала на мягкой, густой траве и смотрела в светлые
серые глаза.
- Боишься? — тихо спросил он. — Я знаю, ты чувствуешь, как
я возбужден, но не бойся, я не сделаю тебе ничего плохого. Пожалуйста,
расслабься. Мы можем просто лежать вместе, вот так. Я не потеряю контроль
над собой, даже если ты позволишь мне пойти дальше.
- А что... дальше?
Итан приподнялся на локте и провел кончиками пальцев по ее плечу, шее, вниз,
к округлым линиям груди. Он едва дотрагивался до нее, и она не могла
справиться со своим телом, охотно отвечая на прикосновения его тонких
пальцев. Серые глаза с удовольствием наблюдали за ней.
- Я знаю, чего ты хочешь, — тихо прошептал он и, не отводя от нее
взгляда, легко коснулся сосков, заставив ее выгнуться дугой. — Ты когда-
нибудь делала это с другим мужчиной?
- Никогда, — прерывающимся голосом, дрожа от возбуждения,
ответила Арабелла, впиваясь ногтями в его мускулистые руки.
При этих словах его лицо изменилось: черты стали тверже, а глаза начали как-
то странно светиться. Он приподнялся на несколько дюймов.
- Спусти купальник до пояса, — с грубоватой нежностью попросил
Итан.
- Не могу, — покраснела Арабелла.
- Я хочу видеть тебя. Хочу показать, как приятно, когда твоего тела
касается тело мужчины и никакая ткань не препятствует этому прикосновению.
- Но я никогда... — слабо запротестовала она.
Он заговорил тихо, нежно и торжественно:
- Белла, есть ли другой мужчина, с которым ты хотела бы быть первый
раз?
- Нет, — ответила она, подумав. — Я бы не смогла, если бы
кто-то другой смотрел на меня так. Только ты.
Он глубоко вздохнул.
- Только я, — едва слышно произнес Итан. — Ну, так сделай
это!
И, пораженная собственной смелостью, она послушно стащила с плеч лямки и
спустила купальник. Он внимательно наблюдал за ее движениями и, когда она
обнажилась до пояса, чуть прикрыл глаза.
- Я не думала, что первым будешь ты, — дрожащим голосом
прошептала Арабелла.
- Я тоже, — ответил Итан, проводя рукой по ее груди.
Он накрыл ладонью отвердевший сосок, и Арабелла застонала, когда его губы
снова коснулись ее рта.
Ее тело жило само по себе, отдельно от разума. Оно отчаянно хотело Итана.
Инстинктивно она поднимала бедра, стремясь к более тесному контакту. Но
этого было мало — она пылала, словно в огне. Он просунул руки ей под
спину, и его грудь заскользила по ее нежной груди, бедра ритмично двигались
по ее бедрам. Арабелла вскрикнула.
Этот крик остановил его. С трудом оторвав от нее губы, он застонал, вскочил
на ноги и бросился в воду, оставив на берегу потрясенную Арабеллу в
спущенном купальнике.
Она успела только натянуть его, когда Итан выбрался на берег и, взяв девушку
за руку, заставил встать.
Он не отпустил ее руку, а поднес ко рту и приложился губами к мягкой
ладошке.
- Я завидую мужчине, которому ты достанешься, — серьезно произнес
он. — Ты совершенно необыкновенная.
- Почему ты это сделал? — нерешительно спросила Арабелла.
Он отвел глаза.
- Может, хотел попробовать тебя, — ответил он с циничной улыбкой
и отвернулся за полотенцем. — У меня еще никогда не было девственницы.
- А!...
Он смотрел, как она собирает вещи и обувается.
- Надеюсь, ты не приняла все это всерьез? — спросил он,
распахивая перед ней дверцу грузовичка.
Приняла, да еще как, но что-то подсказало ей, что этого говорить не надо.
Она кашлянула.
- Нет, не приняла.
- Я рад. Ничего не имею против того, чтобы продолжить твое дальнейшее
образование, но учти: я ценю свою свободу.
Его слова больно задели Арабеллу. Возможно, именно так и было задумано? Итан
едва не потерял контроль над собой, а он такого не любил. Гнев ясно читался
у него на лице.
- Я не просила тебя продолжать мое образование, — сердито
ответила она.
Он насмешливо улыбнулся.
- Вот как? А мне показалось, ты разве что плакат на грудь не повесила.
Или я просто читаю там, где не следует? Ты хотела меня, детка, и я был рад
оказать тебе эту услугу. Но только до определенного момента. Девственниц
приятно целовать, а под собой в постели я предпочитаю более опытных женщин.
Она отвесила ему звонкую пощечину. Он не сказал ни слова — лишь
улыбнулся холодной, насмешливой и высокомерной улыбкой, означавшей, что он
выиграл, а все остальное не имеет значения. Потом посадил ее в грузовичок и
отвез домой.
На следующей неделе его везде видели с Мириам, и Арабелла случайно услышала,
как та рассказывала другой фотомодели о своих видах на Итана. Несмотря на их
осложнившиеся отношения, Арабелла тут же отправилась к нему и рассказала
все, пока не поздно. Но он лишь посмеялся над ней и обвинил в ревности. А
потом выставил из своей жизни, сообщив все, что думает о ней и ее
недостатках.
И теперь, четыре года спустя, она помнила каждое слово. Арабелла закрыла
глаза. Интересно, его воспоминания такие же горькие? Вряд ли. Наверняка
Мириам подарила ему какие-то счастливые мгновения.
Несмотря на уже забрезживший рассвет, вконец измученная Арабелла вновь
уснула.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Итан и его семья жили в огромном двухэтажном особняке, построенном в
викторианском стиле. Он стоял на невысоких холмах южного Техаса. Вокруг
лежали пастбища, и все это очень напоминало декорации к старому фильму о
Диком Западе — разве что скот был совсем настоящий да изгороди
крепкие, а не по-киношному картонные. Джекобсвиль находился недалеко от
Хьюстона, совсем близко от Виктории. Арабелле всегда нравился этот городок,
она была знакома почти со всеми его обитателями.
Старый элегантный особняк Хардеманов, со светло-кремовыми стенами, башенкой
и причудливыми резными украшениями был достаточно красив, чтобы модные
журналы время от времени помещали на своих страницах его фотографии. В нем
хранились редкие вещи времен освоения Техаса, а также привезенные из Англии,
потому что первый Хардеман приехал сюда из Лондона. Состояние Хардеманов
было нажито давно, начало ему положил еще в девятнадцатом веке крупный
скотопромышленник, воспользовавшись последствиями снежной бури, сгубившей
половину всех ранчо на Западе. По правде говоря, сначала фамилия звучала как
Хартмонд, но, поскольку их предок не получил классического образования, ее
писали как придется, пока она не превратилась в Хардеман.
Итан был очень похож на того старого Хардемана, чей портрет украшал камин в
гостиной. Возможно, они вообще принадлежали к одному и тому же типу людей,
думала Арабелла, разглядывая Итана и прихлебывая кофе, который он принес в
ее комнату.
- Спасибо, что пригласил меня, — поблагодарила она.
- Места здесь хватает. — Он пожал плечами и посмотрел на высокий
потолок. — Это была спальня моей бабушки. Помнишь, мама о ней
рассказывала? Она дожила до восьмидесяти лет, та еще старушка! Когда-то, в
двадцатые, это была настоящая женщина-вамп, а ее мать прославилась как ярая
суфражистка. Одна из тех, что боролись за избирательные права женщин,
— пояснил он.
- Молодец! — засмеялась Арабелла.
- Ты бы ей понравилась. Она тоже была энергичной и решительной.
- Это я-то энергичная и решительная? — удивилась Арабелла.
— Я всю жизнь позволяла отцу командовать собой и если бы не этот
несчастный случай, то и сейчас бы делала то же самое. — Она посмотрела
на гипс и вздохнула. — Итан, что мне дальше делать? У меня даже нет
работы, а деньгами всегда распоряжался отец.
- Сейчас не время беспокоиться о том, что будет дальше, — твердо
сказал Итан. — Самое главное — выздороветь.
- Но...
- Я обо всем позабочусь! — перебил он ее. — Включая и
твоего отца.
Она поставила на стол чашку и снова откинулась на подушки. Рука у нее еще
болела, и Арабелла довольно часто принимала лекарство. В глазах все слегка
расплывалось, и было даже приятно лежать, предоставив Итану заботиться обо
всем.
- Спасибо, — кивнула она.
- Когда ты по-настоящему отдыхала?
- Не знаю. Кажется, никогда. — Арабелла вздохнула. —
Времени не хватало.
У нее все сжалось внутри при одном воспоминании о том грузе, под постоянным
давлением которого она жила все это время, о бесконечных турне, о самолетах
и комнатах в дешевых гостиницах, о концертных залах, студиях звукозаписи и
ожидающей ее публике. Последнее время ей со все большим трудом удавалось
заставлять себя выходить на сцену, сдерживая панику при виде всех этих
людей.
- Тебе, наверное, будет не хватать сцены и восхищения, — заметил
Итан.
- Наверное. — Она закрыла глаза, не заметив промелькнувшего у
него на лице странного выражения.
- Поспи лучше. Я зайду потом.
Он встал и вышел из комнаты. Она даже не открыла глаза. Здесь было спокойно
и безопасно. Не нужно думать о неудачах, о недовольном лице отца, его
холодом взгляде. Интересно, простит он ее когда-нибудь за то, что не
оправдала его надежд? Наверное, нет. Слезы потекли у нее по щекам. Если бы
он только любил ее, хоть немного, ради нее самой, а не за ее талант!
Мать Арабеллы, тихая, спокойная женщина, погибла, когда дочери было всего
шесть лет. И та ее почти не помнила. Отец потом никогда не говорил о ней, но
Арабелла смутно представляла, что до похорон он был совсем другим челове
...Закладка в соц.сетях
