Последний разбойник
Аннотация
Ее сумасбродства стали легендой, ее любовные приключения шокировали светское общество. Любовница наследного принца, красавица герцогиня Уинтербрук в двадцать лет полностью разочарована в мужчинах. Она уже готова покинуть лондонский свет, но ее похищает таинственный Брайтонский разбойник, в котором Кристина неожиданно для себя находит родственную душу. Неудивительно, что она стала его спутницей, ведь враг у них общий — сам принц Уэльский...
1
Все началось поздно вечером, когда Оскар постучал в знакомую дверь. Услышав от горничной, что хозяйка не принимает, он сердито стукнул тростью. — Не принимает? — закричал Оскар. — Это кого же она не принимает? Меня? Нетерпеливым взмахом руки он отослал горничную прочь, а сам уверенно прошел через огромный холл с высокими потолками и мраморными колоннами. Резко распахнув дверь гостиной, Оскар остановился на пороге в театральной позе. — Не принимает! — еще раз воскликнул он. — Кристина, радость моя, как ты можешь не пускать к себе в дом меня? Кристина рассмеялась и посмотрела на Оскара. Ничего не скажешь, привлекательный мужчина. Темные, блестящие, с какой-то сумасшедшинкой глаза. Высокий, широкоплечий... Настоящий образец мужской красоты и силы, если бы не странная вялость, изнеженность в каждом движении. Сегодня Оскар был одет в бледно-зеленый сюртук, который дополнял свободно повязанный ярко-желтый галстук.Он верен себе, — подумала про Оскара Кристина. — Любит дразнить гусей. Оскар и вправду любил шокировать свет своим внешним видом, манерами, особенно остроумием, блестящим и злым одновременно. Последнее создало Оскару репутацию опасного человека. Со временем он так вжился в эту роль, что возомнил себя гением. Даже Кристина порою чувствовала себя неуютно рядом с этим человеком. В Лондоне Оскар появился пару лет назад. Блестящий поэт, остроумный собеседник, он сразу же вспыхнул яркой звездой и в высшем обществе, и в кругах литературных. С первого же дня их знакомства Кристина с Оскаром стали настоящими друзьями, несмотря на десятилетнюю разницу в возрасте. Эта разница была тем более несущественной, так как далее дружбы их отношения не развивались. Именно с помощью Кристины Оскар покорил лондонский свет и был ей за это весьма признателен. Небрежно швырнув чулки в дорожный чемодан, Кристина поспешила навстречу Оскару и подставила надушенную щечку для поцелуя. — Не сердись на меня, дорогой. Я действительно сказала, что не принимаю. Посетителей. Но ты-то не посетитель, верно? Завтра утром я наконец- то покину этот кошмарный дом. Оскар внимательно посмотрел на подругу. Кристина Уэнтворт-Гиббонс. Двадцатилетняя герцогиня, одна из самых молодых герцогинь в королевстве. А из вдовствующих — наверняка самая молодая. Хороша, ничего не скажешь! Изящная фигурка с теми прелестными, красиво очерченными выпуклостями, при виде которых в жилах каждого настоящего мужчины закипает кровь. Искусно уложенные вьющиеся волосы неуловимого оттенка, между темно-каштановым и иссиня-черным. Ярко-зеленые, словно лесной мох, глаза. Аристократические руки с тонкими запястьями и узкими ладонями. Длинная лебединая шея. Нежная, матовая, как жемчуг, кожа. Породистые черты лица — высокие скулы, тонкий нос, изогнутые густые брови. И хотя Кристина не была первой красавицей Лондона, но живость характера, мгновенные переходы от высокомерной холодности к пылкой страсти, вызывающая манера поведения — все это завораживало и привлекало внимание мужчин. Сама же Кристина считала себя колдуньей — прекрасной, обворожительной и загадочной. На Кристине было зеленое с золотой вышивкой бархатное платье, соблазнительно облегавшее ее фигуру. При каждом движении из-под подола выглядывали кружева нижней юбки.
Готов поклясться, — подумал Оскар, — что под платьем у нее нет ничего, кроме этой кружевной юбки. Ни-че-го. У них с Кристиной было много общего. В том числе и постоянная готовность к тому, чтобы шокировать кого угодно и чем угодно. Тем временем Кристина вернулась к прерванному занятию и принялась складывать шелковую ночную рубашку. — Я не видел тебя со дня смерти герцога, — заметил Оскар, не сводя с подруги внимательных глаз. — И не надеялся увидеть вновь? — Если честно, то да. Я действительно не думал, что ты станешь так сильно горевать из-за потери нелюбимого мужа, а затем все бросишь и сорвешься бог знает куда... Куда, зачем? — Не сердись, Оскар, прошу тебя. Ты всегда был самым близким моим другом. Если бы не ты, я не знаю, как пережила бы это ужасное время. Оскар прошелся по гостиной и остановился возле набитого вещами чемодана. — Куда ты едешь? — спросил он. — Во Францию? Разогреть кровь? Ну что ж, парочка-другая случайных романов в романтическом Париже — это действительно... Еще немного, и я сам начну набиваться тебе в попутчики! — Господь с тобой! Что я забыла в этом Париже? Французы? Ха! Вялые слюнтяи, которые мнят себя героями, а на деле... Нет, они не способны ни на что, даже на самое невинное приключение. Медузы. Господи, спаси и сохрани меня от медуз, улиток и прочих слизняков! Пошли мне, господи, хоть раз в жизни мужчину, который был бы горячее меня, или, по крайней мере, такого же горячего, как я. — О, это слишком высокая планка, моя дорогая, слишком высокая! Она улыбнулась в ответ: — Ах, Оскар, до чего же я от всего этого устала! Ты сам знаешь, уж чего- чего, а мужчин я за свою жизнь повидала достаточно. И что? Все они ни на что не способны. Ни один из них тебе в подметки не годится. Не обижайся, дорогой, но с тобой, по крайней мере, хотя бы поговорить можно... Нет, все, хватит с меня! — Что ж, спасибо за комплимент! Но скажи, наконец, куда ты собралась? — В Египет. Мечтаю прокатиться по Нилу. — Господи, да как тебе это только в голову пришло? — Методом исключения. Сам посуди. Англия — тесный маленький остров. Все, что я могла совершить в Лондоне, я уже совершила. Скучно! Пора бежать подальше от этих надоевших лиц, от опостылевших балов, однообразных разговоров... Куда? В Европу? Знаю я эту Европу — чуть побольше Англии, но все те же лица, балы, разговоры. Скука! Вот и получается, что Египет — самое подходящее для меня местечко. — Тебе там не понравится. — Почему же? — Дорогая, — проникновенно начал Оскар, — я открою тебе одну ужасную тайну. Знай же, что у мужчин, которые живут в Египте, в штанах нет ничего! Ну, или почти ничего. Так... Зубочистки кожаные. Совсем, совсем не твой размер. — Оскар, прошу тебя, прекрати! — Слушаю и повинуюсь, — он картинно, на восточный лад, прижал к груди руку. — Зубочистки... Ерунда какая, — пожала плечами Кристина. — К тому же я больше не интересуюсь мужчинами. Совершенно. — Ты не интересуешься мужчинами? А не дышать ты не пробовала? Нет, дорогая, ты создана для грешных наслаждений. Без них ты пропадешь. — Значит, мне суждено увянуть, словно сорванному цветку. Пойми, я стала противна самой себе, я устала от всего и в первую очередь от этих мерзавцев из свиты принца Уэльского. Египет с его тихой, загадочной стариной — мое спасение. — Выходит, ты бежишь от принца Уэльского, от нашего красавца Берти?! — Хоть бы и так. Каждый раз, когда я вижу его, я вспоминаю о своем бедном Уинтербруке. И не могу не укорять себя. — Напрасно. Ты была Уинтербруку хорошей женой. В своем роде, разумеется. — Смеешься? Я наставляла ему рога, делала из него посмешище. Думаю, что этим и свела его в могилу. — Кристина! Умоляю! Ты разбиваешь мое сердце. Довольно самобичеваний. Поедем лучше развлечемся, птичка моя. Давай закатимся к
Мотту. — Последнее место на Земле, где я сейчас хотела бы очутиться, — это
Мотт. — Ну, считай, что это моя прощальная просьба. Подари мне напоследок веселый вечерок, чтобы было о чем вспоминать в разлуке. Тряхнем стариной! Он быстро переворошил разбросанные на диване вещи. — Вот, — сказал Оскар и протянул Кристине элегантное черное с золотом платье. — Надень его. Это то, что надо! Она задумчиво покосилась на платье, которое держал в руках Оскар.
Откажись!— прозвенел в ее голове тревожный колокольчик, но Кристина не прислушалась к нему. Не может она отказать Оскару. Действительно, одному богу известно, как надолго они расстаются и увидятся ли вновь. А ведь он так поддержал ее в те трудные дни, когда умер старый герцог. Да и самой ей не помешает встряхнуться. Кристина кивнула головой. Приключение началось.