Жанр: Любовные романы
Вернуть любовь
..., как обезьяна. Джо?". Теперь
лицо женщины сияло. Она приняла связку воздушных шаров, горилла заковыляла по
своим делам дальше, а счастливая
обладательница сюрприза в превосходном настроении уселась за письменный стол.
Как это похоже на Джо! Она привязала
серебристые шары за ручку ящика стола и принялась размышлять, как лучше тому
ответить.
Звонить в лагерь по телефону она терпеть не могла. Спортсменов вызывать
очень трудно, надо передавать записку, а этого
ей не хотелось. Письмо идет долго. Ей же не терпелось немедленно связаться с
Джоном. Ему можно было бы тоже послать
что-нибудь с забавным почтальоном, наподобие гориллы, если бы тренер Сойер не
слишком сурово относился к озорным
выходкам в спортивном лагере. В итоге она остановилась на телеграмме. Она
позвонила на телеграф и продиктовала текст:
"Все прощено. У меня всегда была слабость к Тарзану. Сесиль".
После необычного визита остаток дня промелькнул незаметно. Закончив работу
над интервью, она включила в сеть
телефон. Сеси рисковала вновь нарваться на скучающих дамочек, лишь бы не
упустить возможность поговорить с Джонни,
если он захочет позвонить. В отличие от первой половины дня вечер тянулся
слишком медленно. Сеси едва осилила легкий
ужин, который быстренько приготовила. Попыталась работать над книгой, но из
этого ничего не получилось. Каждый раз,
когда звонил телефон, она в трепетном ожидании снимала трубку, однако вновь и
вновь радость угасала, и она спешила
поскорее отделаться от очередной приятельницы.
Наконец объявился Джон с сообщением о том, что телеграмма получена.
- Дорогой! Я... Я так рада, что ты позвонил.
- Я сожалею о своем поведении вчера вечером.
- Не беспокойся об этом. У тебя столько забот перед началом сезона.
- Не в этом дело, но я рад, что ты меня простила.
- А в чем же было дело?
- Видимо, в злых индейцах.
Сесиль представила, как он пожал плечами и усмехнулся, как поползли вверх
брови. Одна из них пересечена шрамом и
придает его лицу какое-то дьявольское выражение. Зато на левой щеке неожиданно
появляется ямочка.
- В чем? - переспросила Сеси.
- Сразу видно городскую жительницу. Любая девушка с фермы знает, что так
говорят, когда нападает тоска. Понимаешь,
это когда тошно на душе и все тебе противно без особой на то причины.
- В наши дни это называют стрессом. Он хмыкнул.
- Что ж, как это ни называй, глупость не служит оправданием. Проклятие!
Коротко и ясно, меня просто одолела ревность.
Ужасно, когда ты соперничаешь с мертвым, особенно с человеком, которого любил
тоже.
- Ты с Рори не соперничаешь.
- Мне это не под силу. Я знаю. Но я хотел бы выйти с тобой на новый старт,
как будто мы Столько что познакомились,
никто и ничто не :, стоит у нас за спиной.
- Но это невозможно. Однако думаю, мы можем попытаться сделать так, чтобы
прошлое не мешало нам.
- Я - за.
- Я тоже.
- Вот и хорошо. Значит, я увижу тебя после игры на нашем стадионе?
- Да, буду рада.
Речь шла о встрече через две недели, когда закончатся показательные
товарищеские матчи и члены команды возвратятся
из тренировочного лагеря. Джон будет после этого все время в Финиксе, если не
считать выезды на уик-энды на игры в
других городах. Они смогут видеться регулярно. При мысли об этом ей стало и
страшно, и приятно. Ей очень хотелось быть
снова с Джоном, наслаждаться его ласками и поцелуями. Ведь стоило подумать о
нем, как ее бросало в жар. Однако
предвкушение радости слегка омрачалось, когда на нее нападала паника. После
возвращения Джонни со сборов их
отношения должны пойти своим путем, то есть рано или поздно привести ее в его
любовные объятия. Вероятность этой
близости пугала. Готова ли она снова погрузиться в пучину чувств? Да способна ли
она вообще отдаться другому мужчине?
Может ли снова полюбить? Со смертью Робина любовь для нее слилась с болью и
горем.
В то же время Сесиль понимала, что избежать близости с Джонни можно только
путем полного разрыва. Другого выхода
не было: отступать под сень дружбы прежних лет невозможно. Они давно перешагнули
рубеж товарищеских отношений. Или
стать любовниками - или прекратить видеться навсегда. Выбора не было. Сеси
знала, что рвать с этим человеком было бы
против ее желания. Он ей слишком нравится, слишком волнует кровь сладостная
дрожь при его прикосновениях. Это путает,
спору нет, но желание сильнее страха.
Последние две недели до окончания сборов тянулись медленно. Если бы Сеси не
погрузилась в работу над книгой, она -
ясное дело - превратилась бы из-за переживаний в развалину. К счастью, удалось
снова договориться об интервью, и она
вылетела в Лос-Анджелес, чтобы встретиться с Мигелем Лопесом и детективом,
занимавшимся делом при вторичном
расследовании. В результате пересмотра показаний и фактов был арестован
настоящий похититель, который и предстал
перед судом. Сыщик еще продолжал служить в полиции. Этот приземистый плотный
человек с обнаружившейся лысиной
выглядел слегка встревоженным. Поначалу он боялся говорить, ему явно не
улыбалось бросить тень на то, как велось
следствие в первый раз, поскольку там наломали дров сверх всякой меры. Однако
Сесиль сумела повести разговор с
предельной осторожностью, избегая всякого упоминания о первом расследовании, и
детектив разговорился. После этого
сделать интервью с Лопесом оказалось пустяком.
Она вернулась домой, довольная успехом, и засела за заметки, чтобы
превратить их в осмысленный текст.. Все шло
хорошо, но мысли постоянно возвращались к Джону. Как ни радовалась Сеси его
телефонным звонкам, одних разговоров ей
было мало. Ее все сильнее влекло к нему, накал страсти возрастал с каждым днем.
В воскресенье она уселась у телевизора посмотреть "Мустангов". В целом матч
показался ей скучным: новички команды
делали массу ошибок. Но когда на поле появился ее кумир, сердце Сесиль бешено
заколотилось.
Игра закончилась около одиннадцати. Вскоре Сесиль пошла спать, однако была
слишком взволнована, чтобы сразу
заснуть. Тщетно она упрекала себя за глупое поведение. Разве можно подобно
девочке-подростку приходить в ажиотаж при
появлении любимого на экране? Но умные мысли бессильны перед эмоциями. Заснула
она очень поздно, но тут же вскочила,
разбуженная резким звонком телефона у изголовья кровати. Она нащупала в темноте
трубку, промычала что-то невнятное.
- Дорогая, это я, Джо, - он говорил тихо, почти шептал.
- Джо! - воскликнула она, раскрывая глаза, в села. - Который сейчас час?
- Не знаю. Должно быть, поздно. Все спят.
- Три часа ночи! - она с грохотом поставила будильник на тумбочку. - Чтонибудь
случилось?
- Нет. Мне хотелось поговорить с тобой. Я не мог заснуть, потихоньку
выбрался из постели и добрался до автомата в
холле.
Джон помолчал.
- Как я желал увидеть тебя!
- Я тоже хочу быть с тобой, - призналась Сеси.
- Правда? - в его голосе звучала несказанная радость. - Сеси, ты будешь на
матче в следующее воскресенье?
- Я не собиралась.
- Я хотел бы, чтобы ты была. Приятно знать, что ты на трибуне.
- Ну что ж, раз тебе так хочется.
- Обычно после матча я уезжаю домой и забираюсь в ванну с гидромассажем.
Иначе на следующий день мои мышцы
превращают жизнь в пытку. Ты не против поехать со мной? Потом я отвезу тебя
домой.
Сесиль улыбнулась. Он осторожно обходил вопрос об их отношениях, хотя и дал
понять, что не предполагает, чтобы она
легла к нему в постель.
- Очень хорошо.
- Прекрасно. Захвати купальный костюм на случай, если тебе тоже захочется
забраться в горячую ванну.
- Ладно.
- Прости, что разбудил тебя. Но я не мог удержаться от того, чтобы не
поговорить. Ты все время в моих мыслях. - Он
говорил тихо, спокойно, но в его словах звучал насыщенный чувственный подтекст.
- Джо... - у нее захватило дыхание от непреодолимого желания.
- Если бы я рассказал, о чем думаю в этот момент, меня, вероятно,
арестовали бы за употребление непристойных слов по
телефону. Я лучше повешу трубку, иначе мне будет еще хуже, чем до звонка тебе.
Так увидимся в воскресенье?
- Да.
Последний показательный товарищеский матч заставил зрителей поволноваться.
Игра все время проходила в борьбе, и
уровень ее был несравним с предыдущими выступлениями. Джонни выходил на поле в
начале встречи и под самый конец.
Он и завершил на последней минуте игру быстрым рывком через все поле и решающим
голом. Место Сесиль попалось очень
неудобное - в последнем ряду верхнего яруса, к тому же сбоку. Правда, это не
помешало ей ясно видеть, как игроки из
другой команды бросались на Джона, едва он овладевал мячом. Всякий раз она
стискивала руки, сердце было готово
вырваться из груди, когда его сбивали с ног, хватали, жестко атаковали уже без
мяча.
Несмотря на охватывавшее ее беспокойство в такие минуты, игра увлекала,
если Джон был на поле. В прошлом она
научилась понимать футбол, и ей стало интересно бывать на стадионе. И сейчас,
когда был забит победный гол, Сесиль
вскочила с места, как и все вокруг, захлопала в ладони, закричала.
Ей потребовалось немало усилий и времени, чтобы спуститься с трибуны и,
обойдя стадион, добраться до выхода для
игроков. Когда она все-таки оказалась на условленном месте, Джона все еще не
было. После заключительного броска
репортеры, разумеется, не выпустят его так быстро из рук, как остальных. Другие
игроки "Мустангов" проходили мимо,
улыбались ей, стремясь скрыться от преследований болельщиков. Наконец появился и
Джон. Его немедленно захлестнула
волна поклонников. Добродушно ухмыляясь, он принялся раздавать автографы.
Одновременно он пытался незаметно занять
такую позицию, чтобы можно было видеть Сесиль. Встретившись с ней взглядом, он
смотрел какое-то время ей прямо в
глаза. Ручка замерла у него в руке. Губы медленно сложились в улыбку...
Сесиль наблюдала, как он приближается к ней. Его длинные ноги быстро
сокращали расстояние между ними. Тренер
Сойер, строгий во многих отношениях, не придирался к внешнему виду игроков,
когда они съезжались на матч или
разъезжались домой. И Джон был одет в скромные желтовато-коричневые брюки,
трикотажную рубашку серо-голубого
цвета с короткими рукавами, которая подчеркивала мощную линию его рук и плеч.
Лицо его напряглось, ясные глаза
сверкали. Он сказал только одно слово:
- Сес!
Его рука обняла ее за плечи. Он прижал ее тесно к себе и тут же увлек к
машине. Женщина ощутила его силу, как
напряглись его мускулы:
он сжимал ее, почти не давая дышать. Сеси понимала, что он уводит ее
подальше от толпы, чтобы была возможность
приветствовать ее, как хочется ему. Он не ручался за свою сдержанность и не
хотел поэтому озадачивать своих болельщиков.
- Дорогой, - с легкой улыбкой повернулась к нему Сесиль, - ты меня
задушишь.
Они укрылись за одной из гигантских бетонных колонн, на которых держалась
чаша стадиона, и теперь Джон обвил ее
руками, поднял в воздухе. Затем он завладел ее ртом, в жадном порыве терзая и
сдавливая ее губы. Его пальцы шарили по
бедрам.
Выгнув шею и грудь, Сесиль откинула голову назад, уступив его настойчивым
губам. Она вся горела, словно заряженная
электричеством, став вдруг беззащитной. Она непроизвольно крепко ухватилась за
его рубашку, словно это был
спасительный якорь. Джон глубоко втянул в себя воздух и, закрыв глаза, оперся
спиной о бетонную колонну. Сесиль
чувствовала яростное биение его сердца и видела капельки пота на его лице и шее.
Грудь гиганта быстро поднималась и
опускалась, однако постепенно дыхание успокоилось. Широко расставив ноги, он
слегка обхватил ее и дал ей возможность
прижаться к нему всем телом в интимном порыве. Казалось, ему нечем было дышать.
- Я сейчас думаю только о ряде непристойных в даже, возможно, порочных
действий, которые я хотел бы совершить с
тобой прямо сейчас.
- Здесь? - задохнулась от нахлынувших чувств Сеси.
Джон улыбнулся.
- Все-таки лучше, наверное, сначала отвезти тебя ко мне домой.
Они вышли из-за укрытия и направились к машине Сесиль. Джон держал ее
осторожно за руку, шагая как бы в стороне,
однако она ощущала жар, пышущий через его ладонь. Они подошли к машине. Сесиль
протянула в нерешительности ключи:
- Ты не хочешь повести машину?
- Нет, садись за руль ты. Я хочу любоваться тобой.
Женщина вспыхнула.
- Из-за тебя я буду нервничать. Она завела мотор и выехала со стоянки. Джон
разместился рядом. Всю дорогу они
непринужденно болтали, но Сесиль подозревала, что только какая-то малая часть
его сознания воспринимала сказанное. Ей
захотелось узнать, о чем он думает, но потом она решила, что ей лучше этого не
знать. Сеси никогда не предполагала, что
под невозмутимой внешностью может скрываться такая чувственная натура.
Проехав по пустынной местности, усеянной кактусами и огромными валунами,
машина стала медленно двигаться по
голому склону в гору. Внизу виднелись дома города. Сесиль затормозила у дома
Джона, вышла, и раскинувшаяся перед ней
картина привела ее в восторг.
- Я всегда забываю, что у тебя здесь так красиво, - вздохнула она.
Джон отпер дверь, и они вошли внутрь. Его дом нравился Сеси - много комнат,
и все просторные, полные воздуха.
Отделка стилизована по индейскому образцу - с росписями, коврами, настенными
украшениями. Мебели очень мало, зато
всюду свободно.
- Я должен переодеться и сделать гидромассаж, - сказал Джон. - Ты привезла
с собой купальный костюм?
-Да.
- Очень хорошо. Что касается меня, то мне надо немного отмокнуть в воде,
иначе мускулы занемеют, и я буду завтра, как
старик. Вон там ванная, где ты можешь переодеться.
Махнув рукой, Джон исчез. Не спеша, Сеси направилась в ванную. Она натянула
купальный костюм, довольно скромным,
но достаточно пикантный - черного цвета, без бретелек, с высокими вырезами на
бедрах, на шее - пурпурная полоса. На
левом боку вышиты тоже пурпурные цветы на длинных стеблях, тянущиеся до уровня
груди. Черный костюм выгодно
оттенял красоту ее тела, а рисунок цветов подчеркивал стройность фигуры,
направляя внимание на ее груди. Сесиль
поглядела на себя в зеркало и усомнилась, стоило ли покупать такой купальник.
Впрочем, это не имело никакого значения. Сегодня вечером этот парень,
кажется, не нуждается в подстегивании.
Неизбежность надвигалась на нее, как поезд. Судьбы не избежать. И хотя
предстоящее немного путало, трепет прошел по
всему телу, ясно показывая, что ей вовсе не хотелось избегать испытания. От
мыслей о Рори теперь она избавлена - и вообще
от всяких рассуждений. Она чувствовала лишь вскипающее в груди волнение и
болезненную тяжесть лона. Она хотела
Джона. В ней заговорила женщина, жаждущая прикосновений его рук и рта, желающая
увидеть его обнаженное крепкое
тело, горящие черные глаза, над которыми слегка нависают припухшие от страсти
веки. Сесиль отвернулась от зеркала,
покрывшись румянцем. Когда она открывала дверь, рука ее задрожала. Она шла к
Джону.
Он стоял на коленях на настиле у бурлящей горячей ванны и регулировал режим
работы воды. Услышав, как раздвинулась
стеклянная дверь, он повернулся и замер. Его плотно облегающие голубые плавки
четко просигналили о воздействии на него
появившейся в купальном костюме женщины. Джон медленно поднялся с колен, пожирая
ее глазами.
- Дорогая... - пробормотал он внезапно охрипшим голосом.
Он подошел и остановился в нескольких дюймах от нее. Не сводя с Сеси глаз,
он плавно протянул руки, обняв Сесиль за
шею, затем провел ладонями по открытым плечам и груди. Сеси ощутила, как при
этом подрагивают его пальцы. Почти
благоговейно его руки спустились по ее спине, обвели линию бедер и, скользнув
снова вперед, остановились на нежных
холмах грудей. Джон закрыл глаза, хрипло дыша, головой прижался к Сесиль.
- Я не хочу... подгонять тебя, любимая. Но очень хочу, чтобы ты осталась
сегодня вечером со мной. - Он скрутил жгутом
ее волосы, закинул их наверх и обернул ими руку. - Есть хоть малейший шанс, что
мне удастся уговорить тебя, и ты
останешься.
Сеси засмеялась, откинувшись назад, чтобы заглянуть ему в глаза.
- А почему бы тебе не попытаться сделать это?
Глава 9
Джон ступил в ванну и сел под пульсирующую струю воды. Сеси устроилась
напротив по многолетней привычке, не
осознав, что так они располагались в прежние времена: они с Рори с одной
стороны, а Джон со своей девушкой - с другой.
Теперь Джон, заметив автоматизм поведения Сесиль, понял причину этого, однако
прогнал от себя неприятную мысль.
Прошлое ничего не обещало, все надежды, связанные с этой женщиной, могли
осуществиться лишь в будущем. Джон не
собирался омрачать перспективу, оплакивая то, что происходило прежде.
Он вытянул скрещенные ноги, опершись пятками о сиденье рядом с Сесиль.
Окутывая их облаком, в вечерний воздух
поднимался пар. Здесь, в пустыне, после захода солнца бывало прохладно. Джон
откинул голову, прикрыл глаза,
сосредоточиваясь на благотворном движении воды, избавляющей мускулы от боли.
Сейчас не время думать ни о завтрашнем
дне, ни о душевной тоске. Таким путем он всегда побеждал страдание, чем бы оно
ни было вызвано. Надо просто отсечь его,
перенести в другое место, на другое время. Если делать вид, что не чувствуешь
боли, она не так мучительна. Правда, для
этого нужен специальный талант, способность рассортировать несчастья по полочкам
и запереть их в разных уголках мозга.
Благодаря этим способностям Джон мог играть, даже получив травму, или будучи в
дурном настроении, или, наконец,
испытывая почему-либо страх. Однажды в колледже он оставался на поле почти весь
матч, хотя повредил левую руку. Он не
позволил себе тогда признать, что рука болит, пока игра не кончилась. Потом врач
команды сделал ему рентген и установил,
что предплечье сломано. Но уж зато тренер команды в колледже с удовольствием
распространялся о стойкости Джонни.
Сесиль была удивлена, что Джон вдруг прервал ласки. В горячей воде она
расслабилась, наблюдая, как пузырьки воздуха
облепляют кожу. Они успокаивали и в то же время, скользя по ногам, вызывали
щекотку. Через некоторое время она
почувствовала, что температура воды для нее слишком высока. Сеси села на край
ванны, свесив ноги в воду, и подставила
тело ветру из пустыни. Джон смотрел на нее, прищурившись. В воде купальник Сеси
еще плотнее облепил ее. Под
прохладными дуновениями соски на груди напряженно поднялись. Под взглядом Джона,
казалось, они выдались вперед еще
заметнее.
Джон, оттолкнувшись, переплыл на другую сторону ванны. Сесиль наблюдала за
ним в восхищении. От его еще не
остывшей кожи поднимался пар, придавая ему фантастический вид, что и влекло, и
пугало. Он опустился на сиденье рядом с
ней и тронул губами ее сосок. Джонни втянул твердый бутон в рот прямо с тканью
купальника. Женщина вздрогнула и
внутренне напряглась в ожидании. Язык мужчины околдовывал, лаская, щекоча,
ударяя плененный сосок, пока Сесиль не
задохнулась от наслаждения. Тогда язык отступил, а зубы стали прикусывать и
перекатывать сосок. Сеси со стоном
произнесла его имя, а Джо оторвался, чтобы приняться за другую грудь.
Истосковавшаяся по ласке женщина заметалась из
стороны в сторону, жадно стремясь добиться новых его прикосновений.
Он посмотрел на нее глазами, напоминавшими темные глубокие озера. Обычно
малоподвижное лицо смягчилось, выразив
жажду любви. Он протянул руки и увлек ее за собой в воду. Стоя в центре ванны,
Джон обвил ее руками и поднял так, что их
лица оказались на одном уровне. Последовал страстный поцелуй, губы их слились.
Он овладел ее ртом, как находят
сокровище: не веря своим глазам, но властно. Сеси встретила его движением языка,
приветствуя и маня в сладострастном
танце. Горячее, трепетное дыхание требовательно обожгло ей щеку.
Сесиль обхватила ногами тажию Джо. Интимность такого объятия подстегнула
эмоции атлета, заставила его затрепетать.
Поцелуи уже отдавали бешеной яростью. Он так давно добивался ее, так долго
подавлял в себе желание и скрывал его, а
сейчас она сама предлагала ему себя. Все, о чем он мечтал, теперь в его руках.
При этой мысли его пронзило пламя страсти,
голова затуманилась, по телу прошла дрожь. Однако Джон разжал объятия, позволил
ей опуститься на дно ванны. Молодая
женщина взглянула на него вопросительно.
- Все в порядке. Вперед же.
- Еще не время. Я хочу, чтобы тебе было хорошо. - Черные глаза Джонни
засияли, обещая ей счастье. - Это то, что надо
сейчас, пока, чтобы вернуть тебя в страну живых людей. . Сеси смотрела
озадаченно. Никогда еще она не испытывала такого
желания, чувствуя готовность полностью слиться с ним, до боли остро ощутить его
в своем теле.
- Но все в порядке. Я готова. Джо ухмыльнулся, блеснув ослепительно белыми
зубами в сумерках.
- О нет. Еще не совсем. Это была лишь разминка. Ты медленно входишь в
азарт. Тебе нужно немного больше времени и
внимания.
Обидевшись, женщина отвернулась и села в воду, обхватив колени.
- Это Рори тебе сообщил? - сердито спросила она.
Джон, возможно, все знает о ее сексуальной жизни! Неужели ему известно, как
долго она приходит в любовный экстаз и
как редко достигает волшебного апогея, о котором все так говорят. Сесиль всегда
слышала нескончаемые разговоры мужчин
о женщинах, в том числе и женах; однако слишком уж унизительно думать, что Джон
все время их общения был в курсе ее
проблем.
- Нет, - твердо заявил он, садясь рядом. - Рори ни слова не говорил мне о
вашей сексуальной жизни.
Он несколько покривил душой, так как пару раз Рори в пьяном виде упоминал,
что его жена умеет его удовлетворить. Но
такое случалось исключительно редко. Джон не поддерживал подобных признаний, ибо
ревность доводила его до
помешательства.
- Я разгадал твою натуру, - продолжил он. - Не забывай, что мы не вчера
познакомились.
- Да, но не так, как теперь. - Сесиль распрямила ноги, все еще избегая его
взгляда. - Ну что ж, признаю: я медленно
возбуждаюсь. - Сеси пожала плечами. - Но ведь это же не по твоей вине. Тебе
совсем не надо... отказываться ... от... лишь изза
того, что мне не дано... . - Поверь мне, я этого и не делаю. И ничего
страшного нет, когда не спешат. Мы не на - скачках.
Джон погладил ладонью ее щеку.
- Ты так прекрасна. Я не сплю по ночам, а лежу и думаю о тебе.
Его голос зазвучал глуше, губы казались припухшими. Сеси смотрела на его
рот, как заворожённая. Ей не терпелось снова
ощутить сладость его поцелуя.
- Я хочу тебя, Сесиль, - произнес Джо. Его указательный палец нежно тронул
нижнюю губу юной женщины, и она
бессознательно приоткрыла рот, затем сжала полноватые губы, взяв палец в нежные
тенета. Веки Джона дрогнули, ноздри
расширились. Он задышал глубоко и часто. Сесиль знала, как угодить мужчине и
разжечь его страсть. Раньше ей удавалось
завести, возбудить Робина очень здорово. В этом она видела хоть какую-то
компенсацию за то, что часто не получала
полного удовлетворения. Теперь ей хотелось увидеть сжигающий огонь желания в
глазах Джона, чтобы насладиться до
конца. Каждый пламенный взгляд его, каждая омытая страстью складка на его лице
будоражили, порождали волны пламени
в ней самой. Ее испепеляло желание касаться его, познать его - без остатка.
Горячим языком Сеси лизнула сбоку палец Джо, слегка втянула его губами. Она
ощутила, соль у него на коже, бархатная
поверхность языка почувствовала шершавость. Улыбнувшись, Сеси шире раскрыла рот,
чтобы сжать зубами палец,
пощекотать его языком. Джон забормотал что-то непонятное осипшим голосом и
закрыл глаза, с такой силой схватившись за
край бассейна, что костяшки пальцев побелели. Потом Сеси отпустила его палец,
взяла его за руку и проделала такую же
операцию со всеми пальцами. Когда она закончила, Джон прижал ее тесно к себе и
обхватил ногами, словно стальным
тросом. Сесиль нежно прильнула к нему, ощущая с сильно бьющимся сердцем, как
пульсирует каждый его мускул, каждая
связка и сухожилие, как накатываются волны его желания.
В той стороне бассейна, где мелко, Джон взял ее на руки, как ребенка,
поднялся по ступеням и по бетонированному
дворику прошел к ванне с гидромассажем. Там он бережно поставил ее на ноги,
стянул с нее купальник, высвобождая ее
налившиеся белые груди с возбудившимися сосками.
Теперь пришла очередь спустить купальный костюм с ягодиц, со стройных
бедер; он упал до лодыжек, и Сеси, краснея,
переступила через мокрую ткань. Лицо и шея Джонни потемнели от прилива крови,
сгустив еще больше его загар. Он
лихорадочно облизнул губы. У Сесиль мелькнула мысль: этот парень смотрит на нее,
словно голодающий, которому
внезапно предложили роскошную еду.
Наконец он очнулся, быстро снял с себя тесно прилегающие плавки. Сесиль,
наблюдая за ним, отвернулась было в
сторону, но потом опять взгляд ее возвратился к Джону. Она была не в силах не
смотреть на его могучее тело, хотя его
нагота слегка шокировала. Джон вошел в ванну и помог Сесиль последовать за ним.
Он снова уселся под бьющую с напором
струю воды, но на этот раз уместил женщину у себя на коленях лицом к лицу. У нее
захватило дыхание, когда она ощутила в
промежье его ноги, его прикосновения в самых интимных местах. Воздушные пузырьки
щекотали кожу, тревожа и доставляя
наслаждение. Джон вновь и вновь осыпал ее поцелуями, прижимаясь к ней ртом,
играя ее грудями, лаская и поглаживая с
замиранием сердца трепещущими пальцами воспрянувшие острые бутоны. Сесиль
оперлась на колени, потянувшись к его
рту, и его рука скользнула у нее между ног, лаская чувствительный бугорок ее
женственности. Сесиль хватала воздух ртом, у
Джона глубоко в горле что-то захрипело. Он всей ладонью накрыл заветное место,
поглаживая пальцами бархатные складки,
пока Сесиль не забилась под его рукой, ждущая избавления от этой сладостной
муки. Она с трудом оторвала от него губы,
отрывисто шепча:
- Джо... пожалуйста... я хочу тебя. Я хочу чувствовать тебя внутри.
Он издал стон и спрятал лицо в ее волосах, сжимая ее спину. Наконец он
сделал глубокий долгий вдох.
- Нет, любимая. Подожди еще чуть-чуть.
- Дорогой!
- Тише-тише. Я сейчас покажу, как... Он взял ее за талию и повернул так,
чтобы ее тело легло выгнутой спиной ему на
руку, голова оперлась о край ванны. Груди выглянули из воды с похожими на
...Закладка в соц.сетях
