Пират и русалка

Аннотация

Не в добрый час свела судьба красавицу Доминик и грозного пирата Джуда Гэлланта на его корабле, бороздящем волны Карибского моря. Он не знал, кто она и что нужно ей на его корабле, но не мог устоять перед ее обаянием.

1

Бостон. Май 1801 года Неяркие лучи утреннего солнца позолотили высокие крыши домов на Бодойн- сквер. В этот ранний час одинокая карета проехала по пустынной улице и остановилась перед трехэтажным особняком, принадлежавшим капитану Джуду Гэлланту. Из кареты вышел седой господин, одетый во все черное. Тяжело опираясь на трость, он поднялся по ступеням к массивной парадной двери. Взявшись рукой за голову льва, служившую дверным молотком, трижды постучал. Дверь отворилась почти в то же мгновение, и на пороге показалась полная женщина. Судя по висевшей у нее на поясе связке ключей, это была экономка. Миссис Уитворт приветствовала незнакомца с некоторой опаской. — Доброго вам утра, сэр, — сказала она. — Если вы хотите повидать капитана Гэлланта, то он теперь никого не принимает. Человек снял шляпу и, учтиво наклонив голову, произнес: — Простите мне столь раннее вторжение, мэм, но я вынужден настаивать на встрече с капитаном. Экономка даже не подумала сдвинуться с места. — Если у вас имеется визитная карточка, сэр, я отнесу ее капитану. Вы можете зайти завтра, и тогда я дам вам знать, примет ли он вас. — Мэм, — настойчиво проговорил седовласый господин, — мое имя Уильям Йорк, и я прибыл с важным поручением от президента Джефферсона. Мне велено переговорить с капитаном Гэллантом с глазу на глаз, так что будьте добры проводить меня к нему безотлагательно. Лицо экономки все еще выражало сомнение, но она, хоть и неохотно, посторонилась. — Входите и подождите здесь, мистер Йорк, — сказала она. — Я узнаю, примет ли вас капитан. Оказавшись в огромном холле, Уильям Йорк принялся разглядывать бесценные сокровища, окружавшие его со всех сторон. На стенах висели полотна европейских художников, и среди них две картины Рембрандта. Он достаточно хорошо разбирался в искусстве, чтобы определить, что перед ним подлинники. Роскошные китайские вазы покоились на изящных подставках красного дерева, а дорогие персидские ковры устилали натертые до блеска паркетные полы. Уильям попытался припомнить все, что ему рассказывали о семействе Гэллантов. На протяжении трех поколений они слыли преуспевающими кораблестроителями и купцами. Драгоценные предметы, украшавшие дом капитана, несомненно, были свезены сюда со всего света. В эту минуту вернулась экономка, и на сей раз она повела себя более радушно. — Капитан Гэллант согласился принять вас, — сказала она. — Соблаговолите следовать за мной. Уильям Йорк прошел за женщиной по длинному коридору, ведущему на заднюю половину дома. Миссис Уитворт остановилась у одной из дверей и негромко постучала. Она дождалась разрешения хозяина и только тогда вошла в комнату. — Капитан Гэллант, к вам мистер Уильям Йорк, — объявила она. Джуд Гэллант сидел у стола, но при появлении гостя поднялся на ноги. Он кивнул экономке, и та бесшумно удалилась. Чтобы мистер Йорк понял всю степень его недовольства, Гэллант остался стоять. Он, так и быть, позволит этому человеку изложить причину своего неожиданного визита, но потом немедленно от него отделается. Уильям устремил на хозяина дома пытливый изучающий взгляд. С виду Джуд Гэллант был настоящий морской волк. Темноволосый, с холодными голубыми глазами, молодой капитан походил на красавца разбойника. Он стоял, высокий и прямой, и в нем чувствовалась уверенность, обычно свойственная людям, привыкшим повелевать судьбой — будь то их собственная судьба или судьба других людей. Вдруг пожилой господин заметил на столе откупоренную бутылку вина. Взгляд его упал и на недопитый бокал, красноречиво свидетельствовавший о многом. То, что капитан пьет с раннего утра, было весьма важным обстоятельством, и ему, Уильяму Йорку, должны были доложить об этом заранее. Кто мог предположить, что такой человек — человек-легенда — подвержен подобной слабости? Уильям нахмурился. Сведения, полученные им о Джуде Гэлланте, характеризовали его как человека, сломленного смертью жены. Со времени, когда капитан подал в отставку и оставил службу во флоте, он жил почти затворником и, по всей видимости, пристрастился к вину. Уильям попытался себе представить, что за женщина была жена Джуда, если ее кончина столь убийственно подействовала на молодого человека. Осведомители Уильяма утверждали, что после того, как Мэри, жена капитана, умерла, в его жизни было множество женщин, но такого сорта, что ни одна из них не могла представлять угрозы ее памяти. — Капитан Гэллант, — произнес мистер Йорк после долгого неловкого молчания, — я недавно читал о ваших подвигах, в частности о том, как вы захватили пять мавританских судов-каперов. Вы, кроме того, раскрыли существовавший в Алжире заговор, целью которого было, атакуя американские торговые суда, ослабить нашу экономику. Не знаю, известно ли вам это, но именно благодаря вашей рекомендации удалось убедить Конгресс в необходимости увеличения нашего флота и строительства большего числа военных кораблей. Губы Джуда скривились в ироничной усмешке. — Вряд ли Конгрессу надобны были советы желторотого юнца-капитана, чтобы осознать необходимость усиления флота. — Вот тут вы ошибаетесь. Имя Гэллантов в высшей степени уважаемо. Ваш отец был героем Войны за независимость Соединенных Штатов. Вы же доказали свою доблесть, потопив три фрегата Наполеона. Поистине ваша семья послужила отечеству на славу. Во взгляде голубых глаз Джуда читалось недоверие. — Я всегда с подозрением отношусь к людям, которые обращаются ко мне со столь цветистыми речами, сэр. Может быть, мы обойдемся без лести и приступим к истинной причине вашего визита? Уильям Йорк улыбнулся. — Я был предупрежден, что вы не терпите пустой болтовни. Вижу, меня не обманули. В первый раз с начала беседы Джуд внимательно присмотрелся к пожилому политику. Его камзол и жилет хотя и были сшиты из добротной материи, но уже лет двадцать как вышли из моды. Длинные волосы были собраны сзади в косицу — также по старому образцу, хотя теперь было принято стричься короче. — У вас есть передо мной преимущество, мистер Йорк. Вы обо мне осведомлены, а я между тем уверен, что никогда прежде вас не встречал. Уильям неспешно уселся в мягкое кресло и наклонился к огню, жарко пылавшему в камине. — Это правда. Мы с вами никогда прежде не встречались, но я с огромным интересом следил за вашей карьерой. Возможно, потому, что я и сам всю жизнь втайне мечтал плавать по морям и командовать кораблем.Вихрь. — Да, Вихрь, — сказал Джуд, произнеся это название с невольной гордостью. — В последнем сражении он получил кое-какие повреждения, но, чтобы спустить его на воду, потребуется не так уж много времени. — Великолепно! Я уполномочен дать вам разрешение снарядить корабль по собственному усмотрению. — Уильям встал и протянул Джуду руку. — Наберите команду из людей, которых сочтете подходящими. Но не забудьте: дело это требует строжайшей тайны. До выхода в море у вас есть два месяца, капитан. У Джуда, казалось, расправились плечи. Он закупорил бутылку с вином, затем пересек комнату и дернул шнурок звонка. Экономка появилась мгновенно — очевидно, ожидала, что ее позовут, сделал вывод Уильям. — Миссис Уитворт, велите Диккенсу подавать карету. И немедленно. Миссис Уитворт изумилась — хозяин уже несколько недель не покидал дом. Но она была достаточно вышколена и ничем не выказала своего удивления. С нее было довольно и того, что капитан Гэллант улыбается. Как давно она не видела у него на лице улыбки! — Ожидать ли мне вас к обеду, сэр? — Думаю, нет. Я буду на верфи. Пожалуй, я отобедаю и переночую там. И вообще, не ждите меня домой некоторое время. Он повернулся к Уильяму Йорку и нетерпеливо произнес: — Ну что, едем? И вот настал день, когда фрегат Вихрь, снаряженный пятьюдесятью пушками, вышел из дока под новыми парусами на новых мачтах. Его палубы были надраены до блеска. Длинный, гладко струганный и быстрый, он нес на борту команду из ста двадцати человек, из которых лишь единицы знали о его миссии. Это был огромный, мощный и красивый корабль, гордо скользящий впереди ветра. Подняв паруса, залитые ярким солнцем, Вихрь взял курс в открытое море. У руля стоял сам капитан Гэллант. В первый раз за много месяцев он почувствовал, как горе отпустило его. Пришло время похоронить старые печали и отдать себя новому делу, принять новую цель жизни, предоставленную ему судьбой.

Закладка в соц.сетях