Жанр: Любовные романы
Строптивая беглянка
.... Он решил вычеркнуть вас обоих из
своей жизни.
Это был неожиданный удар, и Одри даже слегка покачнулась, как будто ее
действительно ударили. Она предвидела возможность такой реакции со стороны
Стивена, но все равно услышать это из уст его матери... Она промолчала, а
Сесилия, посмотрев на нее, произнесла:
— Разве это удивляет тебя? И ты этого не хочешь, не так ли? Стивен
рассказал нам, что ты скрыла от него, кто отец твоего сына. И если бы этот
мерзкий Трейси не сообщил ему, что ты была беременна, когда внезапно
исчезла, Стивен так никогда и не разобрался бы в этом деле. А эта старая
фотография только послужила ему еще одним доказательством.
Одри перевела дыхание.
— Я хотела сказать ему...
— Так почему же не сказала?
— Потому... потому что... потому, что он спал со мной... — Потому,
хотела она добавить, что я поняла: он может причинить мне боль...
— Потому, что он тебе неприятен? — спросила Сесилия. — Может
быть, ты вообще хотела вычеркнуть этот период из своей жизни?
— Нет.
— Тогда в чем же дело?
— Потому, что я люблю его, — с болью произнесла Одри. — И Кен
наш с ним сын.
Сесилия долго и внимательно смотрела на Одри. Затем, когда та начала
чувствовать себя неуютно от ее взгляда, проговорила:
— Ты думаешь, я должна поверить в это? И мой сын спивается только
потому, что ты любишь его?
— Он не...
— Тогда отчего он упал в обморок?
— Да... вы говорили, что он пьет...
— И пьет здорово с тех пор, как Трейси выгнал его с работы. И ты не
знаешь, что это произошло из-за тебя? Но это правда. Он не сообщил, где ты
находишься. Кто-то другой отправился на Роти, чтобы разыскать тебя.
Одри облизнула пересохшие губы. Совершенно очевидно, что Стивен не рассказал
матери о том, что виделся с ней на острове. Трудно сказать, хорошо это или
плохо. Ей с трудом верилось, что она призналась Сесилии, что любит его. Но
теперь сказанного не вернешь.
Сесилия протянула руку.
— Тебе больше нечего сказать? Не думаешь ли ты, что у Стива есть шанс?
Ведь ты сказала, что любишь его. Тогда докажи это. Скажи ему об этом,
дорогая. И пусть он решает, что делать дальше.
14
Это напомнило ей то время, когда она впервые приехала в Гринланд. Весна
только началась, но погода стояла исключительно теплая. Одри захотелось
прогуляться, и она попросила шофера такси остановиться у ворот. Вдоль дороги
к дому росли тюльпаны, а кругом летали птицы. Возле кобыл, которых выращивал
Грег, резвились жеребята, и вся природа как бы замерла в ожидании чего-то.
Но что ожидает меня? — подумала Одри, вступая на гравийную площадку
перед входом в дом и каждой клеточкой ощущая тревогу за будущее. По иронии
судьбы, она приехала сюда, чтобы повидать Стивена. Подобно раненому
животному, он, видимо, приехал в родной дом, чтобы залечивать раны. А
вернее, чтобы утвердиться в своем решении. По словам матери, он избегает
общества, редко бывает трезв и не знает, как жить дальше.
А знает ли она, как ей жить?
Отбросив с лица волосы, Одри огляделась. Она знала, что Сесилии здесь нет, а
Грег уехал в Германию на ярмарку-распродажу лошадей.
Оставался сам сэр Харлан, но Сесилия предупредила, что он будет работать в
своем кабинете, и пообещала позвонить дворецкому, чтобы тот встретил Одри.
Казалось, все обстоит благополучно, но все же она нервничала.
Одри никак не могла свыкнуться с мыслью, что вновь находится здесь. Пожелает
ли Стивен встретиться с ней? Ведь он хотел вычеркнуть ее из своей жизни. Во
всяком случае, он так сказал. То, что его мать не верила ему, ни о чем не
говорит. Она считает, что он теряет контроль над собой. А подумала ли
Сесилия, что будет с Одри, если Стивен отвергнет ее? Или для нее главное
дать сыну шанс принять правильное решение? В лучах полуденного солнца дом
выглядел очень гостеприимным. Поблескивали стекла увитых плющом окон. Из
труб на крыше вился легкий дымок.
Ворота с левой стороны дома открывали проход к конюшням и псарням,
расположенным позади дома за деревьями. Насколько она помнила, за мощеным
двориком должна была быть большая оранжерея, в которой выращивали фруктовые
деревья.
— Позвольте мне помочь вам?
Внезапно раздавшийся голос человека в рабочем комбинезоне заставил ее
вздрогнуть. Охваченная воспоминаниями, она не слышала, как он подошел к ней.
Ее наряд, состоявший из длинной, по щиколотку, юбки и замшевых туфель,
неизвестно какое впечатление мог на него произвести. Возможно, даже вызвать
некоторое подозрение, подумала Одри.
— Мм... я приехала к мистеру Харлану, — сказала она. — К
мистеру Стивену Харлану, — добавила она на всякий случай. — У меня
есть договоренность.
Человек улыбнулся. Это был приятный мужчина лет сорока, на вид довольно
суровый.
— Ну как же! Бог мой, как вы похожи на кинозвезду Одри Дафф!
Одри заколебалась.
— Да, мне уже говорили об этом. А теперь, если позволите...
— Но ведь вы же Одри Дафф! — воскликнул мужчина, снимая шляпу и
расплываясь в улыбке. — Я вас недавно видел по телевизору. А раньше вы
часто приезжали сюда к леди Харлан. Я видел, как вы играли в теннис с
мистером Стивеном, ведь правда?
Одри вздохнула от нахлынувших воспоминаний.
— Возможно.
— Я вас сразу узнал. — Он ткнул в себя пальцем. — А меня
зовут Питер Уайз. Я уже двадцать лет служу здесь садовником.
— Неужели? — Одри не хотелось проявить невежливость, но она не
желала здесь задерживаться, боясь, что в любую минуту из окна может
выглянуть Стивен и увидеть ее. А вдруг он вообще откажется разговаривать с
ней? Никакой уверенности в хорошем окончании этого предприятия у нее не
было.
— Совершенно точно. — Казалось, садовник готов разговаривать с ней
целый день. Но затем, видимо почувствовав ее нетерпение, улыбнулся. —
Если вы хотите повидать мистера Харлана, вам не нужно идти в дом.
— Что вы имеете в виду?
Ей вдруг стало страшно, что садовник скажет, что Стивен вернулся в Лондон и
его нет здесь, но Уайз указал пальцем на ворота.
— Он в конюшне. Минут десять тому назад я видел его там. Он
приглядывает за лошадьми младшего брата, пока тот в отъезде.
У Одри пересохло во рту.
— За лошадьми?
— Совершенно верно. Хотите, я провожу вас к нему?
— Нет. — Она смягчила отказ улыбкой. — Спасибо, мистер Уайз,
я знаю дорогу.
Юбка хлестала ее по ногам, когда она поспешно зашагала по дорожке за дом, и
она пожалела, что не надела джинсы. Но разве она могла подумать, что Стивен
будет заниматься чисткой лошадей?
После того что ей наговорила Сесилия, она думала, что Стивен не встает с
постели.
Желая избежать встречи еще с кем-нибудь, Одри прошла мимо оранжереи напрямую
к конюшне. Боже, она, вероятно, вообще совершила ошибку, приехав сюда! Ей
уже следовало лететь в самолете на Роти, вместо того чтобы изливать душу
Стивену.
Конюшня была построена в виде буквы
Г
, частично закрывая небольшой дворик
для разминки лошадей. Здесь их прогуливали после быстрой езды. Стивена нигде
не было видно: ни во дворе, ни внутри конюшни. Возможно, он уже куда-нибудь
ушел.
В конце здания она увидела открытую дверь, которая вела на сеновал, и, хотя
ей очень не хотелось идти в полутемное помещение, Одри все же решила довести
дело до конца и убедиться в том, что объекта ее поисков здесь нет. Запах
сена, кожи и резкого конского пота ударил ей в нос.
Стивена она увидела, едва переступила порог. Он накладывал вилами сено в
кормушку, а за его плечами в стойле стояла, судя по очень толстому брюху,
жеребая кобыла и жевала овес. Господи, неужели тут больше никого нет, кроме
Стивена? А если кобыла начнет жеребиться?
— Что тебе нужно? — резко спросил он, и она почувствовала
исходивший от него запах алкоголя.
Значит, Сесилия ничего не преувеличивала! Казалось, он вовсе не удивился,
увидев Одри. Создавалось впечатление, что он ожидал ее.
— Значит, так ты меня встречаешь... — Одри почувствовала, как
волнение вновь охватывает ее. В поношенных джинсах и грязной рубашке он
выглядел таким привлекательным! Она так хотела увидеть его, что и речи не
могло быть хотя бы о малейшей объективности.
— А чего другого ты ожидала? — ответил Стивен, глядя на нее из-под
нахмуренных бровей.
Он выглядит таким усталым, подумала Одри. И очень циничным. И все это из-за
меня? Или я льщу себе?
Она вздохнула.
— Ты знал, что я приеду? Твоя мать сказала тебе...
— Моя мать ничего не говорила мне. — Его губы искривились. —
Ясно, что она на твоей стороне. Я слышал, как с ней недавно разговаривал
дворецкий.
— Ты в этом уверен?
Стивен пожал плечами.
— Во всяком случае, я подумал, что это была она.
Одри нервно облизала пересохшие губы.
— Если ты не хотел, чтобы я приехала, почему не сказал ей об этом?
— Что?! Меня еще в чем-то обвиняют! — Он отбросил вилы в
сторону. — Да, я хочу услышать, что ты мне скажешь. Зачем же мне
противиться твоему приезду? Ты целых десять лет поступала так, как тебе
хотелось.
— Да нет же...
— Нет? — Он устало откинул рукой волосы. — Извини, но я не
припоминаю, чтобы меня спрашивали о моих чувствах.
— Ты... ты имеешь в виду Кена?
Стивен сердито посмотрел на нее.
— Я полагал, что между нами существовало нечто гораздо большее, чем
боязнь иметь нежеланного ребенка.
Одри вспыхнула.
— Кен не был нежеланным...
— Но его отец был!
— Нет.
— Что
нет
? — Стивен шагнул в ее сторону, но потом остановился и
засунул руки в карманы джинсов. — Как же ты могла так поступить, Одри?
Как же ты могла не только лишить меня права знать, что у тебя будет ребенок,
но и не предупредить или объяснить причину отъезда?
— Я думала, так будет лучше.
— Тебе лучше?
— Нет, для всех лучше! — воскликнула Одри, теребя руками полу
шерстяного жакета, который она держала в руке. — Стив, ты же был еще
мальчиком...
— Боже!
— И ты знаешь, — продолжала Одри дрожащим голосом, — как бы к
нашей связи отнеслись твои родители!
— Хватит долдонить одно и то же! — рассвирепел Стивен. — Тебе
хотелось уйти от меня, и ты придумала это оправдание...
— Да нет же...
— Прекрати некать! Ради бога, Ри, если не желаешь быть честной со мной,
то хоть себя не обманывай! Я надоел тебе тогда, ты устала от необходимости
искать предлоги, чтобы отказываться от приглашений в поместье на вечера и
встречи со мной. Тебе захотелось других мужчин...
— Это неправда!
В глазах Одри застыла боль, но Стивен просто отвернулся от нее, наступая на
навоз, покрывавший пол конюшни. В воздух поднялся целый рой мух, сверкавших
крылышками в лучах проникавшего через узкое окно света.
— Ладно, — наконец произнес он. — Теперь это не имеет
никакого значения. Полагаю, моя мать посетила тебя, но, что бы она ни
сказала, я не собираюсь предъявлять свои права на ребенка. Не хочу причинять
ему излишнюю боль и, пока он не вырастет и не сможет самостоятельно
принимать решения, не буду вмешиваться в его жизнь.
Одри перевела дыхание.
— И ты... Неужели ты этого хочешь?
Стивен внимательно посмотрел на нее.
— Не спрашивай, — проговорил он хрипло, — не спрашивай, чего
я хочу, в противном случае я буду вынужден сказать тебе все...
— Я не понимаю...
— Чего ты не понимаешь?! — обозлился Стивен. — Хочешь убедить
меня, что сожалеешь обо всем случившемся, что теперь будешь вести себя
совершенно иначе? Но ты даже не хочешь понять, что я чувствую по отношению к
тебе!
— Что... что ты чувствуешь по отношению ко мне? — повторила она
слабым голосом. — Ты хочешь сказать, что у тебя еще сохранились какие-
то чувства ко мне?
— Нет! — закричал он, не оставляя ей ни малейшей надежды. — Я
ничего не чувствую! Ничего хорошего, кроме ненависти и презрения. — Не
обращая внимания на ее тяжелое дыхание, он продолжал: — Ты меня обманула,
Одри! Ты лишила меня десяти лет жизни с сыном! Боже! Он даже не знает, кто
его отец! И ты спрашиваешь о моих чувствах к тебе. Мне следовало бы давно
свернуть эту нежную шейку!
Одри никогда не думала, что он может так разозлиться. Даже в тот вечер в
гостинице она не была так напугана, как сейчас. Но боялась она не за себя, а
за него. И еще она поняла, что у них, кажется, нет никаких перспектив в
будущем...
Пора. Мне нужно немедленно уходить. Не имело смысла сюда приезжать. У нее
сложилось неправильное представление о его поведении в гостинице. К тому же
она поверила Сесилии, которая убеждала, что Одри нужна Стивену. Ей просто
хотелось верить. К тому же, когда Стив овладел ею, ей показалось, что он не
может без нее...
Но, видимо, Одри ошибалась. Единственное, чего Стивен хочет, это наказать
ее. Она подозревала об этом, ощущала каким-то внутренним чувством. Он
никогда не простит ее. И, если говорить честно, она сама не могла себя
простить.
— Я должна идти, — высоким нервным голосом сказала Одри.
Стивен озабоченно посмотрел на нее.
— Идти? — переспросил он, как будто не понимая, что происходит.
Одри слегка развела руками и кивнула.
— Так будет лучше, — сказала она сухо, чувствуя, как эмоции вновь
начинают переполнять ее. Если она сейчас же не уйдет, слезы у нее брызнут в
его присутствии. А ей вовсе не хотелось, чтобы он это видел.
Стивен вынул руки из карманов.
— Нет, — глухо заявил он.
Одри удивленно посмотрела на него.
— Но мы уже все обсудили, не так ли? Если ты изменишь решение о Кене, я
пойму тебя. Может... возможно, ты обсудишь этот вопрос со своим адвокатом...
— Долой адвокатов! — воскликнул Стивен, нахмурив брови. — Я
не хочу, чтобы ты уезжала.
Какое-то время Одри растерянно глядела на него, затем, сообразив, что тем
самым дает ему возможность еще поиздеваться над собой, решительно повернула
к двери.
— Извини, — произнесла она сдавленным голосом, борясь с
волнением. — Я не могу...
— О боже!
В возгласе Стивена послышалась мука. В другое время Одри, безусловно,
осталась бы, но сейчас она не могла это сделать. По щекам ее потекли слезы,
и она направилась к двери.
Внезапно она услыхала звук его шагов и замерла на месте. Если она бросится
бежать, это только подтвердит сложившееся у Стивена мнение о ней. Придется
выслушать его.
Но, подойдя к ней сзади вплотную, он не дотронулся до нее. Она только
почувствовала его дыхание у себя на шее.
— Но почему? — спросил он дрогнувшим голосом.
Одри не нужно было спрашивать, что он имеет в виду.
— Ты же сам знаешь почему, — проговорила она неуверенно. — Я слишком стара для тебя.
— Да нет же.
— Твоя мать считала так. Да и сейчас продолжает так думать.
Стивен тяжело дышал.
— Мать не имеет никакого отношения к этому.
— Но ты не всегда так считал.
— Неправда. Ты же знаешь, что я хотел рассказать о нас родителям.
Господь свидетель, я хотел жениться на тебе.
Одри смахнула рукой слезы.
— Я не думала, что наши отношения продлятся долго.
— Почему?
— Ты повзрослеешь, а я стану...
— И мое отношение изменится?
— Да.
— Но ведь ты видишь — ничего не изменилось.
Одри покачала головой.
— Но это не так...
— Конечно так. — Стивен сердито дернул головой и, положив руки ей
на плечи, повернул лицом к себе. — Иначе зачем бы я позволил тебе
появиться здесь? — Его глаза потемнели от волнения. — Но скажи
прямо: зачем ты приехала?
Одри вздрогнула.
— Ты же знаешь!
— Да нет, не знаю. Мне очень хотелось бы знать. Когда я увидел тебя,
такую холодную, элегантную, красивую, то мог только предположить, что тебя
привело сюда...
— Чувство вины? — Одри вопросительно посмотрела на него.
Он утвердительно кивнул.
— Что-то вроде этого. Какой я негодяй, да?
— Ах, Стив... — В глазах Одри светилась любовь. — Ты когда-
нибудь простишь меня?
— За то, что ты бросила меня?
— За то, что я прятала от тебя Кена. И не сказала, что у тебя есть сын.
Стивен обхватил ее голову руками.
— Я готов попробовать, — хрипло сказал он, вытирая пальцами слезы
с ее щек. — Но я должен тоже кое в чем сознаться.
У Одри перехватило дыхание.
— Ты помолвлен с той молодой женщиной, о которой говорил...
— Нет, дело в том, что Сэнди... обвинила меня в любви к тебе еще до того, как я сам это понял.
— Тогда...
— Ри, — прошептал он, касаясь губами ее губ, — я еще не знаю
по-настоящему ни тебя, ни Кена. Конечно, я буду любить малыша. Он так похож
на меня. Но боль я испытал из-за тебя. Тебя я хотел и хочу. — Он чуть
прикусил ее губу. — Я люблю тебя, Ри. Неужели тебе нужно потратить всю
жизнь, чтобы доказать мне, что ты чувствуешь то же самое?
— О Стив... — Ее руки обвились вокруг его шеи. — Я была такой
дурой!
Стивен прижал ее к себе и начал целовать впадинку на ее шее.
— По этому поводу я ничего другого сказать тебе не могу, —
согласился он.
Прошло несколько часов. Внезапно послышался шум подъехавшей к дому машины.
Одри находилась в комнате Стивена, расположенной в угловой части старого
дома, и звук мотора вывел ее из дремотного состояния.
— Кто это? — прошептала она взволнованно, обращаясь к любимому,
лежавшему рядом на огромной кровати с балдахином. В ее глазах проскользнула
тревога. — Только бы это была не твоя мать...
— Вполне возможно, — беззаботно заметил Стивен, — она могла
примчаться домой, чтобы убедиться, что твой визит дал результат.
— Ах, Стив!
— Но, вероятнее всего, это Грег. Сегодня он должен вернуться домой из
поездки в Германию.
Приподнявшись, Одри облокотилась на подушку и, заметив, как приоткрылась
грудь, запахнула халат.
— Нужно вставать.
— Зачем? — Стивен вновь распахнул ее халат и начал гладить большим
пальцем ее напрягшийся сосок. — Еще совсем рано, а до обеда так долго.
— До обеда?! — ахнула Одри. — Я не могу остаться на обед!
— Можешь. И останешься на всю ночь, — твердо сказал Стивен. Глаза
его потемнели. — Конечно, если тебя никто не ждет и ты никуда не
торопишься.
Одри бессильно повалилась на подушку.
— Не говори глупостей. Ты прекрасно знаешь, что меня никто не ждет, но
мне даже не во что переодеться, нечем подкрасить лицо.
— Ты и без косметики прекрасна, — сказал Стивен, раздвигая ее ноги
своей. Посмотрев с удовлетворением на ее раскрасневшиеся щеки, он обнял
ее. — Неужели тебе хочется встать?
— Да. Нет, не нужно. Стив, прекрати!
— Тебе это не нравится?
— Слишком много... — призналась она, беспомощно двигая
ногами. — Стив, а если это твоя мать?
— Она может подождать, — нетерпеливо успокоил он ее. — А
теперь пусти меня...
— Стив, мы не должны!
— А я думаю — должны! — настаивал Стивен. — О боже! Ри, это
так хорошо!
Да, действительно очень хорошо. И Одри перестала думать о том, что может
произойти, если возле постели появится Сесилия. Что бы ни случилось, ее
любимый принял решение и она согласилась с ним. Обратного пути нет...
— Надеюсь, мы не останемся в Англии долго?
Желания Кена отличались от ее, поняла Одри через несколько дней, глядя через
голову сына на Стивена с искренним раскаянием.
— Мы... пока будем здесь.
Вообще-то Кен отнесся довольно спокойно к тому, что Стивен приехал с его
матерью на Роти. Он сначала надеялся, что Стивен увезет их обоих в Лондон.
Но когда надежды его не оправдались, энтузиазма у него поубавилось.
— А мистер Харлан останется с нами?
— Называй меня Стивом. — Он взглянул на Одри, в глазах которой
мелькнуло беспокойство. — Да, останусь, если ты и твоя мама не будете
возражать. Как ты на это смотришь?
Мальчик радостно улыбнулся.
— Нормально, — сказал он задумчиво, поглядывая на Стивена, —
но ведь вы-то живете в Кентербери?
— Жил, — сказал он спокойно, и Одри обрадовалась, что инициатива
перешла к нему. — У меня там большой дом, и мы сможем пожить в нем,
когда у тебя начнутся каникулы.
Кен радостно взглянул на него.
— В самом деле?
— Конечно, — заверил его Стивен.
Мальчик обернулся к матери.
— А пока мне нужно ходить в школу?
Мать вздохнула:
— Конечно, сынок.
— Но ты никуда не уедешь, пока я учусь?
— Обещаю.
В разговор вмешался Стивен.
— По выходным мы сможем заняться чем-нибудь интересным. Ты покажешь
мне, как управляться с парусом, а я погоняю с тобой мяч.
— В футбол? — Кен удивленно уставился на него, и Стивен
рассмеялся.
— Я, конечно, не Пеле, но кое-что умею.
— Ого! — воскликнул мальчик, посмотрев на мать. — Как
здорово!
— Я рада, что тебе это нравится, — спокойно произнесла
Одри. — Но я предчувствую, что и мне придется участвовать в этих играх.
— Точно. Ты станешь в воротах, — заявил Стивен, заслужив
одобрительную улыбку сына. — Тебе это пойдет на пользу.
— Я что, толстая? — возмутилась Одри, встретив лукавый взгляд
Стивена.
— Как я могу такое сказать? — ответил он.
Сердце Одри радостно забилось — теперь они со Стивом всегда будут вместе.
— Не знаю, — проговорила Одри, впервые пожалев, что присутствие
сына не позволяет его отцу обнять ее. Но ничего, успокоила она себя.
Постепенно Кен привыкнет к нему, и тогда они смогут сказать мальчику, кем
ему доводится Стивен Харлан.
— Нет, — повторил Стивен, говоря ей глазами то, что не могли вслух
произнести губы. — Ты для меня самая красивая.
— И для меня тоже. — Кен решил не отставать от него, а затем
спросил у матери: — Можно мне перед ужином показать Стиву лодку?
— Ну как? — тихо спросил Стивен, слегка покусывая оголенное плечо
Одри.
Они сидели вдвоем в шезлонге на террасе после того, как мальчик отправился
спать.
— Все прошло очень хорошо, — мягко ответила она. — Ты очень
нравишься ему.
— Прекрасно, — суховато произнес Стивен, и по его тону Одри
поняла, что этот вопрос тоже волнует его.
— А ты... тебе он нравится?
— Что за вопрос! — Стивен поцеловал ее за ушком. — Конечно,
он замечательный парнишка. Он же наш. Твой и мой. Мне бы только хотелось...
— Я знаю. — Взглянув не него, Одри погладила его по щеке. —
Но, может, у нас будет еще ребенок.
— Ну, я бы сказал, это дело можно считать решенным, учитывая, как мы
занимались любовью в последние дни. Не предохраняясь. Должен сказать, я
делал это намеренно.
Одри рассмеялась.
— Зачем?
— А чтобы знать наверняка, что мы теперь всегда будем вместе!
— Ты думаешь, — лукаво спросила Одри, — что я позволю себе опять отказаться от тебя?
Стивен поцеловал ее, лаская губы языком и проникая в глубь ее рта.
— К тому же мне так нравится быть в тебе. Я уже говорил, что при этом
чувствую.
— Можешь при случае еще раз повторить, — ответила Одри, когда он
дал ей возможность нормально дышать. Она поерзала у него на коленях. —
Стив, тебе удобно?
— Очень удобно, и мне это нравится, — заверил он ее, прижимая к
себе так, чтобы она почувствовала, как он возбужден.
Закладка в соц.сетях
