Жанр: Любовные романы
Шелк
...ое, как
поцелуй ребенка, дыхание. Она чуть не
расплакалась. Это большое нежное животное почему-то напомнило ей Джули.
- Как ее зовут?
- То-то и оно, что никак. - Микен повернулся к Диону: - Ты не придумал?
- Пока нет, - очень серьезно ответил тот. - Не простое это дело - дать имя
такой красавице.
- Верно.
Лошадь, будто понимая, что речь идет о ней, стояла неподвижно, навострив уши
и слегка раздувая ноздри.
- Какая красивая масть. - Жанна осторожно провела рукой по блестящей коже
кобылы.
Она была гладкая, изумительного серого цвета, вобравшего в себя все возможные
оттенки, смешанные рукой мастера.
- Гэлуэй Грей - так я думал ее назвать, - сказал Микен и выразительно
приподнял брови.
Жанна вздрогнула. Конечно, и Грей, и эта лошадь - чистокровки. Божественная
красота, недостижимая для простых
смертных, к каковым относится и сама Жанна.
- Может быть, Грей... - В глазах Диона вспыхнул какой-то непонятный огонек. -
Но Гэлуэй... нет, не то.
- Ты прав. Но надо дать ей имя и побыстрее. Вот что... Пусть будет, как
скажет леди. Наша королева в больших сапогах,
- вдруг заявил Микен с пугающей убежденностью.
- Я?.. - Жанна удивилась так, словно с ней заговорила сама лошадь.
- Леди лучше понимает в таких вещах. - Микен важно кивнул. - Вы принесете ей
счастье, это уж точно.
Жанна не верила своим ушам. Ей всегда казалось, что право давать имена
породистым лошадям - это привилегия
принцесс и жен миллионеров. И вдруг она, никому не известная Жанна Браун,
превратилась в авторитет чуть ли не мирового
масштаба. С ней консультируются, просят совета. Глупо, конечно, но Жанна была
польщена до глубины души. И, как назло,
в голову ни приходило ни одной идеи.
- Я знаю, - задумчиво промолвил Дион. Жанна почувствовала облегчение - и
горечь, что упустила свой шанс. -
Назовем ее Дженьюри, в честь этой леди. Дженьюри Герл.
- Дженьюри Герл... - Кобыла повела ухом и ткнулась носом Микену в плечо. -
Звучит неплохо.
Все трое посмотрели на лошадь и сразу поняли: имя подходит ей идеально. У
Жанны от волнения закружилась голова, как
будто ее крестили заново.
- Это самый лучший подарок, какой одна хорошенькая леди может сделать другой.
- Микен улыбался так, словно
выиграл скачки. - Да и масть у нее в точности под цвет ваших глаз.
- Правда? - Жанна чуть не загарцевала под одобрительным взглядом конюха. Но
Микен еще не закончил свою
хвалебную речь.
- Они у вас серебристо-серые, точно снег в тени деревьев... хоть, конечно, мы
его редко видим в нашем зеленом краю.
Дион расхохотался, заметив выражение лица своей спутницы.
- Не обращай на него внимания, моя милая Дженьюри. Он слишком долго жил один,
а за это приходится
расплачиваться. Если у женщины не будет хвоста и четырех копыт, он на нее и не
посмотрит.
- Да разве последние четыре года я не экономил каждый пенни на свадьбу? -
плаксиво запротестовал Микен,
подхватывая шутку Диона.
- Спасибо, Микен. Я очень польщена. Надеюсь, что принесу ей удачу. - Эти
слова прозвучали несколько официально,
но Микен был доволен. А Жанне почему-то страстно хотелось понравиться другу
Диона.
- Доброе у вас сердечко, дорогая. Почему ты мне о ней не рассказывал, Дион
Мэллой?
- Ты же четыре года ищешь себе жену. Надо быть круглым дураком, чтобы
говорить с тобой о Дженьюри.
Жанна улыбнулась, вспыхнула и снова улыбнулась. Она знала, что мужчины шутят,
но их высокопарные комплименты,
насмешливый тон и притворно колючие взгляды, которыми они одаривали друг друга,
доставляли ей удовольствие. Она
чувствовала себя королевой в окружении верных рыцарей.
Кобылу загнали в фургон для перевозки лошадей, бросили туда охапку свежего
сена, после чего Дион усадил Жанну в
пыльную кабину.
- И куда мы теперь едем? - шепотом спросила она, оглушенная грохотом и
дребезжанием.
- На скачки, - ответил Дион одними губами и усмехнулся.
Они уже выехали с проселочной дороги на шоссе, когда Жанна, взглянув на свои
огромные грязные сапоги, спохватилась,
что туфли так и остались лежать возле каменной ограды конюшни.
Но вот фургон, весь серый от пыли, прибыл на место. Это были даже не скачки,
а скорее пикник или ярмарка. У Жанны
глаза разбегались. Мужчины с порыжевшими от табака усами, одетые в унылые
твидовые костюмы; ясноглазые ребятишки;
великолепные лошади, привязанные у обочины дороги; лудильщики и их жены с
каменными лицами; множество собак;
лоточники; танцевальная площадка под открытым небом, где играли трое скрипачей;
мальчишки, бегающие по дощатому
настилу... Скаковую дорожку, отгороженную белым забором, было еле видно.
- Самое время позавтракать! - провозгласил Дион.
- Но мы же только поели, - возразила Жанна.
- В Ирландии завтракать можно сколько душе угодно.
Жанна поняла, что он имел в виду, когда отведала "сандвич букмекера" - так
окрестил Дион величественное сооружение
из белого хлеба и ветчины. "Я еще пожалею об этом", - подумала она, вонзая зубы
в хлеб с солоноватым привкусом соды.
Но остановиться не могла. К тому же после бессонной ночи надо было себя как
следует подпитывать, чтобы не свалиться с
ног от усталости.
Микен завтракать не стал, зато усердно налегал на виски (по объему его
"двойная порция" раза в три превышала
обычную), дабы успокоить нервы. А потом, неприступный, как судья, он, слегка
пошатываясь, отправился выяснять
отношения с администрацией и искать своего жокея.
Жанна поплелась за Дионом в самую гущу толпы. Тут явно происходило что-то
важное: люди перешептывались,
передавали друг другу деньги, крутились возле замызганного табло.
- Что они делают? - спросила Жанна, изумленно глядя на всю эту суету. Впервые
в жизни она не чувствовала страха
перед толпой. Видимо, ужасное путешествие по морю превратило Жанну в другого
человека. По крайней мере на время. Это
было странное, чудесное ощущение - легкости и свободы.
- Сейчас увидишь, - ответил Дион и стал пробиваться через толпу, размахивая
фунтовой купюрой.
На табло появились новые имена, зрители охали и ахали. Подойдя к букмекеру,
Дион что-то сказал ему, но тот покачал
головой и отвернулся. Купюра исчезла в его оттопыренном кармане.
- Ты проиграл? - Как ни странно, для Жанны это явилось неожиданностью.
- Конечно, - безмятежно улыбнулся Дион. - Так всегда бывает с Файнд Леди. И
воЬбще если постоянно выигрывать,
то и играть не стоит.
- Зачем же бросать деньги на ветер? - Жанна не могла сдержать возмущения.
Дион пожал плечами:
- Чтобы смотреть... на это волшебство, на работу истинного художника.
Попробуй сама, поставь... ну, скажем, на Кроун
или Эмкор...
- Вот еще, - презрительно бросила Жанна. - Я не одобряю азартных игр.
- Эх, вы, англичане! - В глазах Диона мелькнула издевка. - Что же сильнее
оскорбляет ваши чувства: желание
побеждать или страх поражения? Значит, ты не будешь ставить на Дженьюри Герл?
- Не знаю. - Жанну одолевало искушение. Ведь эта кобыла - вроде как ее
крестница. - Ты считаешь, она победит?
- Трудно сказать.
Это ее первые скачки. Рискни. Жанна несколько мгновений раздумывала, потом
покачала головой:
- Нет. Не стоит.
- Так я и думал. - Дион закатил глаза в притворном отчаянии. - Само
Провидение открывает тебе объятия, а ты
хочешь сначала пощупать его бицепсы. - Он глубоко вздохнул. - Ну ладно. В таком
случае дай деньги мне.
- Что?
- Мы ведь договорились, помнишь? - сказал Дион с самым невинным видом. -
Перед тем как вышли из дома.
Жанна сжала зубы.
- Я понятия не имела, что ты собираешься играть.
- А для чего же еще могли понадобиться деньги? - изумился Дион. - На жизнь
мне хватает, даже с избытком.
Жанна вздохнула. Почему он всегда выставляет ее этакой мелочной и
ограниченной провинциальной дамочкой?
- Хорошо. Я одолжу тебе деньги, но при одном условии: если выиграешь,
используй их разумно.
- Разумно... - В его глазах сверкнула насмешка. Как Дион не хочет понять, что
она заботится о его же интересах? -
Сколько крыш нужно человеку над головой? Ты еще скажи, что мне следует завести
свинью-копилку и откладывать деньги
на старость!
- Не будь таким легкомысленным, Дион. - Жанна протянула ему толстую пачку
банкнот. Это безумное
расточительство, но, может, после проигрыша в его лохматой голове наконец-то
застрянет мысль об осторожности. - Если
ты не в состоянии придумать, как потратить их разумно, спроси меня.
- Ладно. - Дион взял деньги и озорно улыбнулся. - Давно мечтал снова
почувствовать себя маленьким мальчиком. -
Он послал ей воздушный поцелуй. - Чтоб мне сдохнуть.
Жанна поморщилась, увидев, как все ее деньги перекочевали в кожаный кошелек
букмекера. Она не собиралась
вмешиваться в жизнь Диона, но надо же помочь ему, наставить на путь истинный...
Хотя бы окольным путем. Но... благими
намерениями вымощена дорога в ад.
И наверное, сам дьявол вселился в Дженьюри Герл, потому что она летела, едва
касаясь копытами земли, и первой
пришла к финишу, на два корпуса оторвавшись от других лошадей. Все произошло так
быстро, что Жанна, пожалуй,
почувствовала бы некоторое разочарование, не будь она так взволнована. Конечно,
Жанна радовалась за Диона. Хотя
вообще-то лучше бы он не выиграл. Это ему только во вред.
- Мы должны отпраздновать победу. Подожди здесь, я вернусь через секунду.
Жанна кивнула. Она-то вовсе не чувствовала себя победительницей. Между тем
Микен, хохоча от восторга, уселся на
Дженьюри Герл и умчался прочь.
Увидев Диона, Жанна не смогла удержаться от улыбки. Он вел за собой
маленького пегого пони с бубенчиками и
искусственными цветами на уздечке, впряженного в желтую тележку.
- Ты купил его?
- Не посоветовавшись с тобой? - Голос Диона был исполнен праведного гнева. -
Да разве бы я посмел? Нет, я просто
нанял его до вечера. Залезай.
Жанна понятия не имела, какое это удовольствие - ехать на телеге. Впереди
ровной лентой расстилалась дорога. Можно
было слушать жужжание пчел, вдыхать ароматный воздух, разглядывать траву и тени
бегущих облаков. Тележка равномерно
покачивалась, хлопали вожжи, пони ритмично кивал лохматой головой с бархатистыми
ушами.
Дион передал Жанне поводья (ей понравился сыроватый запах кожи, потемневшей
от времени и конского пота), а сам с
глубоким вздохом откинулся на деревянную спинку сиденья.
- Мы похожи сейчас на Джона Уэйна и Маурин О'Хара, - рассмеялась Жанна.
- Куда же по девался твой изысканный вкус? - Дион бросил на нее взгляд,
красноречиво возвещавший о нанесенной
ему смертельной обиде. - Это не комедия, а роман. Голубые холмы Коннемары,
прекрасная девушка и пони с седоками
задом наперед...
- Хватит, Дион. - Жанна села попрямее. - Не забывай, я правлю.
- Верно. - Он сурово нахмурился. - Не хочу оказаться в канаве, ведь я только
вчера принимал ванну... Или позавчера?
Не важно.
- Уже поздно, Дион. Не пора ли возвращаться?
Дорога вдруг пошла под уклон, и удивленному взору Жанны предстало море. Гдето
на горизонте виднелись неясные
очертания островов. А между ними и белым песчаным берегом - ровная, как зеркало,
морская гладь в лучах закатного
солнца и черное пятнышко рыбачьей лодки.
Пони остановился, повинуясь какому-то загадочному сигналу. Дион молча распряг
животное, накинул ему на спину
попону, лежавшую в тележке, свел на обочину дороги и прижал поводья большим
камнем. Жанна увидела неподалеку какойто
низенький белый домишко. Крыша его поросла бурьяном, подслеповато
поблескивали крошечные оконца.
Дион медленно шагал среди останков того, что некогда именовалось садом. Возле
двери он приостановился.
- Что это? - спросила Жанна, опасаясь обнаружить змеиное гнездо или
разбойничью стоянку.
Дион распахнул дверь, и она повисла на одной петле под немыслимым углом.
Внутри вопреки всем ожиданиям оказалось
достаточно светло. Задняя стена обвалилась, от крыши осталось одно название.
Словом, сохранился лишь фасад.
- Тысячу раз добро пожаловать в дом, где я родился.
У порога стояла лужа. Дион легко подхватил Жанну на руки и внес в дом. На
мгновение она лишилась дара речи. От
домика веяло бесконечной печалью, и в то же время он хранил атмосферу чего-то
настоящего, неподдельного и чистого.
- А король-то голый.
Дион улыбнулся, поднял камешек и запустил его вверх, в бездонный колодец
неба.
- Какой-то поэт сказал, что голым ходить веселее.
- Но что случилось? Куда все подевались?
Дион пожал плечами:
- Разъехались. Здесь, в Коннемаре, это традиция. Сестра живет в Канаде,
братья - в Штатах. Местные называют их
соседним приходом на западе.
- А почему же ты остался?
- Я самый младший в семье. Младшие братья всегда все делают наперекор другим.
- Знаешь, тебе тоже надо уехать, - вдруг выпалила Жанна. - Ты художник -
отправляйся в Нью-Йорк. Это город
художников, так все говорят.
- Значит, - Дион замер и внимательно вглядывался в ее лицо, - ты хочешь,
чтобы я уехал в Нью-Йорк?
- Ну, этого я не говорила, - смутилась Жанна. - Но для тебя так будет лучше.
Ты можешь добиться большого успеха.
Во всяком случае, стоит попробовать.
- Ты считаешь, что, добившись успеха, я буду лучше рисовать?
Жанне показалось, что он поддразнивает ее.
- А почему нет? - Ее голос окреп. - Да, я считаю, тебе надо ехать. Ты выиграл
сегодня деньги. Рискни. - Она до сих
пор не могла простить ему этого легкомыслия. - Только теперь рискни ради чего-то
стоящего.
Дион ничего не ответил. Очевидно, был слишком удивлен.
- А как же ты? Останешься одна в своем старом доме?
- Я? - Жанна улыбнулась. Никогда она не будет чувствовать себя одинокой в №
3. Если Дион уедет... Жанне вдруг
представилось, как в ее гостиную входят знакомые, садятся за стол... Кофе,
зажженные свечи, светские беседы. Жизнь
заметно упростится, когда Дион перестанет расхаживать по чердаку. - Обо мне не
беспокойся. Я прекрасно справлюсь.
- Небось этот высокий парень, блондин, будет приглядывать за тобой?
Жанна покраснела. Дион читал ее мысли.
- Его зовут Грей, - с достоинством сказала она.
- Помню, помню. - Дион окинул ее мрачным взглядом. - Он много значит для
тебя?
- О да. - Жанна вздохнула. - Грей - мой идеал.
- Хм.
- Если бы... если бы он полюбил меня... - У Жанны сорвался голос. Она не
находила слов, чтобы выразить свои
затаенные мечты.
- Ты бы достигла своей главной цели, - досказал за нее Дион. - Выиграла
дистанцию.
Жанна бросила на него осуждающий взгляд. Да что он, занятый своими
мимолетными интрижками, может понимать в
любви?
- Грей - самый лучший мужчина на свете.
- Приношу ему свои соболезнования. - Дион сокрушенно покачал головой. Жанна
смотрела испытующе: он что, хочет
ее оскорбить? Но лицо Диона оставалось непроницаемым. - А чем, собственно,
занимается этот твой Грей?
- Ну... - Жанна имела весьма смутное представление о жизни Грея. Но Дион не
должен догадаться об этом. - Он
занимается своим поместьем, разумеется.
- Значит, вы поженитесь и ты переедешь в его особняк?
В устах Диона это прозвучало так... прозаично.
- Я еще не строила никаких планов. - Жанна почувствовала, как вспыхнули щеки.
На самом деле вот уже несколько
месяцев она только этим и занималась.
- Просто я, человек прагматичный, не могу представить его в нашем № 3, -
пояснил Дион слегка извиняющимся тоном,
отчего Жанна ощутила еще большую неловкость.
- Вот как? - С каждой минутой она все сильнее убеждалась в том, что Диону
надо ехать в Нью-Йорк. Их разговор о
Грее совершенно неуместен. И вообще, какая личная жизнь, если за тобой
подглядывают с чердака? - Он тебе не нравится?
Дион пожал плечами:
- Он красавец, спору нет. И наверняка отличный парень, особенно когда
пропустит рюмку-другую.
Жанна открыла было рот, но решила смолчать. Дион, конечно же, завидует Грею -
его внешности и положению в
обществе.
- По-моему, тебе лучше поехать в Нью-Йорк. - Несмотря на все ее старания, это
прозвучало резковато. - Там на
каждом углу бары. Тебе понравится.
- И я забуду, что ты - самая лучшая женщина на свете. - По лицу Диона было
совершенно невозможно понять, шутит
он или говорит серьезно.
С моря вдруг подул холодный ветер, и Жанна вздрогнула.
- Что ж. - Дион отвернулся. - Пора возвращаться в цивилизованный мир.
- Поскорее бы, - поежившись, Жанна обхватила себя руками.
Она злилась, но не только на Диона. Незачем было фантазировать, надеяться,
что Дион поможет, как тогда, с Лианой.
Жанна просто забыла, каким он может быть колючим. А целоваться с ним... Она
содрогнулась. Вчерашние мечты развеялись,
как дым.
Спотыкаясь, Жанна чуть ли не бегом последовала за Дионом. Теперь-то она
отлично понимала его родственников,
покинувших этот дом. Ей самой не терпелось убраться отсюда поскорее. Не Микен,
так кто-нибудь другой отвезет ее в
Дублин. Надо во что бы то ни стало попасть на вечерний лондонский рейс - даже
если ради этого придется занять деньги у
Диона. Даст Бог, ночью она приедет в свой № 3, а завтра можно будет погладить
платье и привести себя в порядок.
Увидев тележку, она обрадовалась ей, как старому доброму Другу. Рядом стоял
Дион и смотрел на дорогу каким-то
отрешенным взглядом. Жанна насторожилась.
- Что случилось?
Он пожал плечами и кивком указал на тележку:
- Смотри сама.
Попона валялась в пыли. Пони исчез.
Глава 17
Увидев, как на горизонте сгущается тьма, Жанна решила, что это привидения
спустились с холмов и забрали пони,
оставив их с Дионом без средства передвижения. Она заставила себя прогнать эту
нелепую мысль. Нет, просто кельтские
сумерки действуют ей на нервы. Но пони не мог убежать далеко. Он где-нибудь на
берегу. И Жанна поспешно пошла по
траве, минуя заросли колючего кустарника, - туда, где перешептывались набегающие
друг на друга волны.
- На твоем месте я не тратил бы зря силы, - обронил Дион. - Это животное уже
на полпути домой.
- Откуда такая уверенность?
Дион поддел ногой камень, прижимавший поводья пони.
- Видишь, вот следы подковы. Он сделал это сам, намеренно. Наверное, хорошо
надрессирован. Старая цыганская
хитрость: продают лошадь утром, а уже в полдень получают ее обратно.
- Но если ты знал... - Жанна с трудом сдерживала раздражение. - Господи,
зачем же ты нанял этого пони у цыган?
- Позабыл, наверное. - Дион обезоруживающе улыбнулся. - Из-за скачек и нашей
Дженьюри Герл...
"Ох уж эти скачки! - в отчаянии подумала Жанна. - Я с самого начала
чувствовала, что все пойдет не так. И вот,
пожалуйста. Надо сейчас же возвращаться в Лондон".
- Не волнуйся. - В полумраке блеснули белые зубы Диона. - Ночь выдалась
великолепная. Давай наслаждаться ею, не
упуская ни минуты.
- Ты не понимаешь, - сказала Жанна, начав осознавать размеры постигшего ее
несчастья. - Мне нужно вернуться
домой сегодня. Обязательно. Завтра я должна ехать в Дин. Съемки начнутся в
понедельник в шесть утра!
- В понедельник? У тебя в запасе целый день, даже больше, - беззаботно заявил
Дион. - Не волнуйся, я доставлю тебя
в Дин вовремя. Вот увидишь.
Жанна скрипнула зубами, взбешенная его легкомыслием. Да разве для Диона
существует понятие "вовремя"? Он всегда
опаздывает или не является вообще. Делами-то занимается она. Составляет списки,
отвечает на телефонные звонки, следит за
тем, чтобы счета были оплачены в срок. Конечно, на Грея ему наплевать, но как же
быть с домом? Если в понедельник утром
она не появится на съемках, Фернан наверняка откажется платить за крышу. И что в
таком случае ждет их обоих?
А заверения Диона насчет того, что она якобы успеет вернуться, объясняются
одним: он просто забыл, что завтра уже
воскресенье. Хорошо, если удастся сесть на самолет, но ведь сначала надо
добраться до аэропорта. А поблизости нет ни
жилья, ни машин, не говоря уже о телефонах и автобусных остановках. Она
оказалась на краю света.
И что толку жаловаться Диону? Он пожмет плечами, улыбнется и, как всегда,
скажет, что все в руках Божьих. В полном
отчаянии она смотрела на своего спутника. А тот подхватил попону, упавшую с
пони, с нарочитой тщательностью встряхнул
и накинул Жанне на плечи.
- Забирайся. - Дион указал на тележку.
Жанна метнула на него испепеляющий, полный презрения взгляд. Во всяком
случае, ей хотелось, чтобы он был таковым.
- Зачем?
- Устройся поудобнее и подожди. У меня есть дела, - сказал Дион мягким
успокаивающим тоном, как будто
разговаривал со взбалмошной старой девой.
"У меня тоже полно дел. - Жанна была вне себя от злости. - Я хочу сегодня же
вернуться домой и отдохнуть перед
поездкой в Дин. Какое впечатление я произведу на Грея после двух бессонных
ночей? У меня не хватит времени принять
ванну, выгладить платье и сделать множество других вещей, о которых говорила
Лиана. Это ужасно. Я так старалась, все
заранее распланировала. Неужели из-за Диона мои усилия пропадут даром?"
Но изменить что-либо было невозможно. Она сидела, уставившись на море.
Начинался прилив. Волны лизали песок,
белый, как снег, и такой же холодный. Поплотнее завернувшись в попону, она
напряженно вслушивалась в тишину, надеясь
уловить звук мотора. Напрасно - только шуршание травы и гул моря. Жанна
посмотрела на часы. Маленький светящийся
циферблат казался ей последним оплотом цивилизации. Девять часов. Пора принимать
таблетку. С трудом протолкнув ее в
горло, Жанна чуть не поперхнулась. Совершенно нелепая ситуация! Небо и море
наверняка смеются над ней - жалким
созданием с безумными планами и наивными мерами предосторожности. И винить тут
некого. Не надо было связываться с
Дионом. Она сама напросилась на неприятности...
А главная неприятность была уже тут как тут - синеглазая и черноволосая.
Невесть откуда появившийся Дион подхватил
Жанну под локоток. Путаясь сапогами в попоне, она неуклюже слезла со своего
деревянного трона. Возбуждение прошло,
осталось лишь ощущение холода, голода и бесконечной усталости. При мысли о том,
что им предстоит еще много часов
провести в темноте, стало и вовсе невмоготу.
Прихрамывая, Жанна поплелась по тропинке к домику. Широко распахнутая дверь
словно приглашала войти.
Издевательство, да и только! Она чуть не плакала. Жанне хотелось домой, в свой
№3. Перенестись бы туда по мановению
волшебной палочки и оказаться возле камина, где весело потрескивает огонь, с
чашкой горячего чая в руке, а потом принять
ванну...
- Добро пожаловать, - с улыбкой пригласил Дион. - Пони удрал, но у нас есть
крыша над головой.
И не только крыша! В углу горел небольшой костер, укрытый от ветра пологом из
старых мешков, прижатых камнями,
еще две груды мешков заменяли стулья. Рядом с костром лежали картофелины с
налипшей на них землей, тут же на полу
стояли две банки с водой и еще одна - с какими-то желтенькими цветочками.
- Дион... - Не находя слов, Жанна украдкой смахнула слезы кончиком попоны.
Дом преобразился. Огонь бросал яркие
отсветы на ветхие стены, от углей поднимался прозрачный голубой дымок. Она
стояла, очарованная древней магией огня,
послушного человеку.
- Садись и грейся.
Жанна осторожно опустилась на самодельное сиденье. Оно оказалось на редкость
удобным. Девушка протянула руки к
радостно потрескивающему огню. Дион порылся в угольях, извлек пять маленьких
картофелин и протянул ей три, аккуратно
завернув их в свой носовой платок.
- На завтрак я поймаю тебе рыбу, - заявил он с ослепительной улыбкой.
Картофелины были очень горячие, но Жанна не могла ждать, пока они остынут.
Ароматная, пахнущая углями и землей
мякоть согрела ее изнутри. Как важны иногда такие вот маленькие радости! Жанна
почувствовала себя гораздо лучше, и ей
сразу стало стыдно за недавнюю сцену. Дион вел себя куда достойнее.
- Ну. - Она отряхнула с рук золу, сбросила картофельную шелуху с носового
платка и вернула его Диону. - Это
потрясающий эксперимент. - И стыдливо покраснела, вспомнив о том, какой
эксперимент был задуман ею в Лондоне. Что
ж, к счастью, по крайней мере эта проблема снята с повестки дня.
- Ноги замерзли? - участливо спросил Дион, как будто читая ее мысли.
- Немножко. - Она потупилась. - Эти сапоги... Наверное, я похожа в них на
царевну-лягушку.
Но в душе она радовалась тому, что сидит, завернувшись в попону, обутая в
грубые сапоги. Менее романтичной
обстановки невозможно и придумать.
Дион рассмеялся и сунул руку в глубокий карман.
- Вот... я прихватил на всякий случай. - Он торжественно продемонстрировал
толстые шерстяные носки. - Ирландцы
всегда носят с собой лишнюю пару.
Жанна и опомниться не успела, как Дион стащил с нее сапоги.
- Сначала надо согреть ступни, - скомандовал он тоном бывалого
путешественника.
Жанна вытянула ноги поближе к огню и пошевелила пальцами. Это далось нелегко:
они превратились в ледышки. А на
колготках - о ужас! - появилась дыра. Жаль, что она не догадалась прихватить с
собой лишнюю пару.
Тем временем Дион надел носки на две палочки и осторожно поднес их к огню,
потом снял один, прижал к щеке и,
удовлетворенно кивнув, ловко натянул Жанне на ногу.
- Ну как?
- Прекрасно. - Жанна зажмурилась от удовольствия. Ее закоченевшие ноги,
казалось, погрузились в раскаленный
тропическим солнцем песок.
Дион закопал в угли оставшиеся картофелины.
- Мы съедим их на завтрак. Вместе с рыбой, которую я поймаю. - Заметив
выражение ее лица, он рассмеялся. -
Незачем себя обманывать. Ты проснешься голодной. Ну-с. - Дион вытер руки и
откинулся на мешках. - Печеная картошка,
костер и хорошая беседа - что еще нужно человеку?
Жанна вздохнула. Если бы все в жизни было так просто!
- У вас проблемы, мисс Браун?
- Пожалуйста, не называй меня так. Дженьюри - плохое имя, а Браун еще хуже.
Может, это и хорошо, что Дион над ней подшучивает, но кто-то же должен
оставаться серьезным.
- Ну, не знаю. - Его глаза лукаво блеснули. - А если бы твоя фамилия была
Гейл или Сейл...
- Не смейся надо мной, - сказала Жанна и невольно улыбнулась. - Даже моя мать
не позволяла себе этого. - Она тут
же пожалела о своих словах и умолкла, испытывая неловкость под пристальным
взглядом Диона. В мерцающем свете
пламени невозможно было понять выражение его глаз.
- Она очень ненавидит тебя?
- Разумеется, нет, - резко ответила Жанна и с ужасом почувствовала, как на
глаза у нее снова наворачиваются слезы.
Теперь она поняла, почему чуть не расплакалась та
...Закладка в соц.сетях
