Жанр: Любовные романы
Придумай себе любовника
...азад его вопль мог до смерти напугать маленьких детей.
— Не сомневаюсь, мисс Уайлдер.
Пораженная его внезапным добродушием, Зоя кивнула:
— Вот и хорошо.
Нэш прижал руку ко лбу.
— Пойдем. Пора спать. — Нэш подтолкнул девушку к двери.
— Не спеши, сынок, — окликнул его Джордж.
Искорки смеха плясали в его глазах. Он показал на пол:
— Мы еще не убрали все это.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Он не знал, сколько еще сможет вытерпеть.
Нервы были на пределе. И хотя он редко прибегал к помощи лекарств, может,
стоит позвонить врачу и попросить успокоительного. Лошадиную дозу.
Когда Фейт ворвалась в спальню с криком, что она нашла вора, Лекс решил, что
сцена из фильма
Ангелы Чарли
разыгрывается в его доме. Он обычный хозяин
гостиницы — словно оказался в другой реальности. В реальности, придуманной
Фейт.
А когда она наставила пистолет на Джорджа, у Лекса челюсть отвисла от такой
нелепости.
Джордж прав. Так дольше не может продолжаться. Когда память к ней вернется?
А если вообще не вернется?
Лекс решил задать все эти вопросы той, которую они беспокоят больше всего.
Перепрыгивая через ступеньки, он взлетел по лестнице и постучал в дверь
Труди.
— Кто там? — раздался шепот.
— Это я, открой.
Она открыла дверь и выглянула посмотреть, не наблюдает ли кто-нибудь за
ними. Потом быстро втянула его в спальню и закрыла дверь. Последнее, что
сейчас им нужно, это чтобы Зоя заподозрила Нэша в неверности. Лекс фыркнул.
Вот уж об этом ей не стоит волноваться.
— Что случилось?
Лекс рассказал обо всем. К сожалению, тот факт, что Фейт чуть не пристрелила
его родного дядюшку, заставил бессердечную Труди смеяться до слез.
Лекс рассердился.
— Ой, прости, — спохватилась Труди. — Видимо, поздновато
говорить, что пистолет не настоящий.
— Что? — моргнул Лекс, ошеломленный. — Что?
— Не настоящий. Она купила его в игрушечном магазине в Нашвилле, —
ответила Труди с улыбкой. — Насколько я в курсе, она вообще никогда в
руках не держала пистолета и уж точно не знает, как им пользоваться.
Труди изо всех сил старалась сдержать смех, но это ей не удавалось.
Известие, конечно, утешительное, но Лекс предпочел бы знать это прежде, чем
Фейт наставила оружие на бедного дядю.
Однако Лекс тоже ничего не мог поделать с одолевшим его смехом. Теперь,
когда все закончилось, он видел всю забавность произошедшего.
Фейт врывается в спальню с криком, что нашла вора. Дядя, вопящий, как
испуганный поросенок. И дождь из кофейных зерен.
Да, необычное приключение.
— Послушай, — сказал Лекс, возвращаясь к цели своего
визита. — Что будет завтра? Что, если память не вернется к ней до
раздачи автографов?
Труди помрачнела.
— Нам придется придумать причину и уехать, вздохнула она. — Больше
я ничего не могу сообразить.
Лекс кивнул. Он сам не ожидал, что слова Труди вызовут такое ощущение
пустоты внутри.
Она уедет навсегда.
— С тобой все в порядке? — спросила Труди.
— Да, — рассеянно вздохнул Лекс, потирая затылок. — Я лучше
пойду. Она скучает.
— Еще бы, — ответила Труди.
Девушка отвела взгляд, но Лекс успел прочитать в нем грусть.
Ему тоже было грустно, и к тому времени, как Лекс оказался у двери в
спальню, все у него внутри онемело от боли и тоски. От одной мысли об ее
отъезде он весь холодел.
Лекс вошел в спальню.., и замер.
Фейт стояла одетая, когда он вошел. Но через секунду сорочка из красного
шелка лежала на полу, а Фейт предстала перед ним обнаженная в свете ночника.
Ее нежная кожа казалась золотисто-кремовой, нимб из золотистых локонов
обрамлял лицо. Высокая грудь, отвердевшие соски. Взгляд Лекса опустился на
ее тонкую талию, плоский живот и замер на золотистых кудряшках между бедер.
Холод сменился пышущим жаром. Его естество мгновенно среагировало на это
потрясающее зрелище.
— Сегодня нам никто не помешает, — сказала она. — Раздевайся.
Да, боже, да, подумал Лекс. Зачем успокоительные таблетки, когда можно
получить хороший оргазм? Лучшего средства для расшатанных нервов не найти.
Он отбросил в сторону страхи и сомнения.
Обо всех проблемах он будет думать завтра.
А сегодня она будет принадлежать ему.
Больше никакой лжи, напомнил себе Лекс, расстегивая джинсы. С этого момента все будет по-настоящему.
Зоя видела быструю смену эмоций на лице Нэша, но не могла угадать, о чем он
думает.
Все, что она знала, — это что он хочет ее. В его глазах она прочитала
откровенное желание.
Взгляд ярко-синих глаз буквально приковал ее к месту, зачаровав огнем,
который в них пылал.
Он расстегнул рубашку, стянул ее с себя и отбросил в сторону. Потом
повернулся и запер дверь. Щелчок прозвучал как выстрел в тишине комнаты. Зоя
сглотнула. Ресницы внезапно показались ей невероятно тяжелыми. Все тело
ослабело от желания.
Он расстегнул пуговицу на джинсах, но молнию оставил застегнутой. Это
заинтриговало девушку. Полуодетый, он подошел к ней, и Зою тут же потянуло к
этому сильному, горячему телу, как мотылька на пламя. А потом он сделал
нечто совершенно неожиданное — взял ее лицо в ладони и нежно поцеловал в
губы. Девушка упала бы, не поддержи ее сильные руки.
Поцелуй начался медленно, как бы изучающе, но очень скоро превратился в
сладостную дуэль языков, от которой у нее в крови вспыхнуло пламя. Это
пламя, пробежав по всему телу и заставив ее дрожать от страсти,
сконцентрировалось между бедер, грозя перерасти в настоящий пожар. Ее
охватило первобытное желание, затмившее все другие мысли и инстинкты. Но
думать ей сейчас совсем не хотелось. Хотелось только чувствовать, ощущать.
Желание заслонило весь остальной мир. Впервые в жизни — она сама не
понимала, откуда у нее взялось такое чувство, — впервые в жизни она
чувствовала себя женщиной. Желанной женщиной.
Руки ее сами скользнули на его широкую грудь, гладкую и твердую, как теплый
мрамор. В ответ на ее прикосновение мускулы напряглись.
Уверенная в своей женской власти, Зоя улыбнулась. Восхитительно, подумала
она, но мне нужно больше...
— Боже, ты такая красавица, — пробормотал Нэш, целуя ее в шею.
Мурашки удовольствия появились на ее коже. Он вдохнул ее аромат, пьянящий и
волнующий. Руки — нежные и умелые скользили по женскому телу, гладили спину,
бедра, мяли ягодицы. Он крепко прижал девушку к себе, обжигая жаром своего
тела. Груди ее бесстыдно поднимались ему навстречу. Соски превратились в
твердые камушки. Они жаждали прикосновений его пальцев, языка, изощренной
ласки горячего рта.
Словно прочитав ее мысли, Нэш склонил голову и взял розовую вершинку в рот.
Стон изумления слетел с ее губ. Колени ослабели. Девушка зашаталась и сама
не заметила, как оказалась рядом с постелью, на которую они оба рухнули.
Ощущение тяжести его тела было восхитительным. Но смутная мысль закралась в
одурманенное страстью сознание. Он все еще оставался одетым. Ей нужно было
увидеть его, все его великолепное тело, которым она упивалась. Приятно было
принимать ласки, но Зое самой хотелось ласкать его, трогать, пробовать на
вкус. Хотелось услышать, как он стонет от ее прикосновений, просит, умоляет.
Ей нравилось чувствовать, какими твердыми становятся его мускулы от ее ласк,
как он изо всех сил сдерживается, чтобы не истечь наслаждением раньше ее.
Зое хотелось увидеть выражение этих синих глаз, когда они вместе достигнут
оргазма.
Это было невероятно трудно, но Зоя приподняла голову и прошептала:
— Ты еще не разделся. — Голос ее охрип от желания.
Синие глаза вспыхнули, и сексуальная улыбка появилась на его губах.
— Это легко исправить.
Он откатился в сторону, расстегнул молнию и одним движением стянул джинсы
вместе с трусами.
Глаза девушки широко распахнулись.
Она и раньше отмечала размер его орудия любви. Высокий и хорошо сложенный
мужчина, Нэш был прекрасен во всем, включая и эту часть тела.
Но если она не ошибается, то в этом месте природа более всего расщедрилась,
даже не побоялась нарушить пропорцию. Взгляд Зои замер на этом
восхитительном органе. Одна мысль о том, что он скоро окажется у нее внутри
и доставит ей невероятное сексуальное удовольствие, заставляла каждую
клеточку петь от предвкушения.
Она протянула руку и коснулась его. Стон сорвался с губ Нэша.
— Боже мой! — выдохнул он.
Зоя обхватила свой трофей руками, удивляясь его размеру и тому, как
вибрирует он под гладкой как шелк кожей. Горячий, мощный. Она сжала его
руками, потом погладила, словно зачарованная.
Она сейчас сомлеет от вожделения.
Девушка подняла голову и поймала взгляд Нэша. Поднеся палец к губам, она, не
отводя взгляда, провела по нему языком. Соблазняя, провоцируя.
Нэш сглотнул.
— Ты хочешь моей смерти, дорогая?
— Не раньше, чем мы насладимся, дорогой, прошептала Зоя и взяла свой
трофей в рот. Его вкус и мужской аромат были чарующими.
Лекс сжал зубы и запрокинул голову. Запустив пальцы ей в волосы, он прижал
ее голову еще крепче. Ощущение такое, как от оазиса для блуждающего в
пустыне, подумала Зоя. Сначала вода немного терпкая, но все равно
восхитительная.
Теперь осталось только сделать так, чтобы источник забил ключом.
Она провела языком по атласному затвердению.
Дыхание Нэша участилось. Он наслаждался ее ласками. Это возбуждало Зою.
Внутри у нее была сладко ноющая пустота, которая жаждала быть заполненной.
Но она сдерживала собственное желание, чтобы довести его до пьянящего
безумия, заставить хотеть ее так же сильно, как она хочет его, а затем
разделить с ним неземное наслаждение.
Она чувствовала, как он напряжен, чувствовала, что взрыв приближается и что
одним умелым движением она может его ускорить.
Нэш тоже это чувствовал, потому что издал стон нетерпения и выгнулся под ее
голодными руками.
— Не так, — взмолился он.
Их глаза встретились. В его взгляде полыхало синее пламя.
Она сделала это.
Довела его до безумия.
— Я хочу войти в тебя, — сказал он хрипло и закрыл глаза. —
Хочу внутрь...
Зоя провела ноготками по его груди.
— Не могу этого дождаться... — произнесла она глубоким грудным и
невероятно сексуальным голосом.
Нэш достал презерватив из ящика и ловко натянул его. Через секунду он уже
был между ее широко раскинутых бедер. Но Зоя выскользнула из-под него и
оказалась сверху. Оседлав его бедра, она медленно впустила его внутрь. Глаза
прикрылись от наслаждения, волной нахлынувшего на нее.
Нэш улыбнулся такой сноровке и прошептал:
— Нравится быть хозяйкой положения?
— Нет. — Она нагнулась и обвела языком его сосок, затем погладила
ладонями грудь. Само совершенство. — Просто не хочу рисковать, —
ответила она, подлаживаясь под его ритм. — Последний раз, когда ты был
сверху, нам помешали.
Он улыбнулся такой логике.
— Малышка, даже если дом взлетит на воздух, обещаю остаться с тобой.
Его взгляд был прикован к ее грудям. Он выгнулся и прижался губами к ее
соску. Жар опалил ее лоно, она инстинктивно сжала свои женские мускулы,
чтобы задержать неотвратимую реакцию, но это только приближало неминуемый
финал.
Нэш продолжал сосать ее грудь, одновременно входя в нее мощными толчками.
Другая рука сжала ее вторую грудь, лаская сосок пальцем. Затем, отпустив
его, палец скользнул к бедрам и стал теребить маленький бугорок, таившийся
во влажной расщелине. У девушки перехватило дыхание.
Она запрокинула голову и замерла. Наслаждение было таким мучительным, что
она отвела его руку в сторону.
Нэш нетерпеливо выгнулся под ней. Его руки сжали ее ягодицы, требуя
продолжения. Это мгновенье она никогда не забудет. Никогда. Опять какая-то
смутная мысль вспыхнула в сознании, но Зоя отмахнулись от нее. Все, о чем
она сейчас думала, это о том, что он внутри нее, и это так прекрасно, что
хотелось кричать от восторга. Все остальное потеряло значение: прошлое,
будущее... осталось только настоящее.
Нэш сам начал двигаться под ней, входя и выходя в медленном сладостном
ритме. Зоя чувствовала, как наслаждение растет внутри нее. Она стала вторить
ритму его движений, приближая экстаз, которого они оба так жаждали.
Разноцветные пятна вспыхнули у нее перед глазами. Все внутри напряглось в
предвкушении, дыхание участилось, все плыло перед глазами.
— Господи! — выкрикнула она. — Пожалуйста.., голос ее
срывался.
Это было... Она...
Нэш сделал еще один толчок, и ее мир взорвался сотней фейерверков. Экстаз
охватил ее. С губ сорвался беззвучный крик. Зоя крепко зажмурилась, купаясь
в волнах наслаждения, а потом, сотрясаемая дрожью, рухнула ему на грудь...
Она не могла пошевелиться. Но ей так нравилось лежать и чувствовать его
внутри. Дыхание Нэша стало нормальным, его теплые рук поглаживали ее спину,
успокаивая.
— Ммм.., это было невероятно, — прошептала она.
Он ничего не ответил, но приподнял ей голову и заглянул в глаза.
— Я хочу, чтобы ты запомнила одну вещь. Хорошо?
Взгляд ярко-синих глаз был очень серьезным.
— Конечно, — удивилась она. — Что именно?
— Я люблю тебя.
Она улыбнулась:
— Я...
— Я влюбился в тебя с первого взгляда, — продолжил он так, —
словно этот разговор был очень важен для него. — Я думаю, ты самая
потрясающая женщина, которую я когда-либо встречал.
Стоит мне взглянуть на тебя, как я... — он отвел взгляд, словно ища
правильные слова. — Стоит мне взглянуть на тебя, как я таю. Что-то
необыкновенное творится здесь, — он показал на грудь. Хочу, чтобы ты
это знала. Я хочу, чтобы ты это помнила.
Ее любимый открывается ей с совершенно новой стороны, растроганно подумала
Зоя. Он казался таким беззащитным, таким ранимым, таким настоящим. На глазах
появились слезы от избытка чувств. Она нежно поцеловала Нэша в щеку. В горле
встал комок. Сглотнув, она прошептала:
— О, Нэш, я люблю тебя.
При этих словах его руки застыли на ее спине, а с губ сорвался стон.
Взяв ее лицо в ладони, он поцеловал ее так глубоко и так страстно, что все
мысли вылетели у нее из головы.
Лекс осторожно выбрался из постели, стараясь не разбудить Фейт. Он забыл
поставить будильник: вчера у него на уме были дела поважнее, но внутренний
будильник никогда не подводил Лекс проснулся с рассветом. Сон был роскошью,
которую он редко мог себе позволить. Гостей нужно рассчитать, поднести
багаж, накормить постояльцев завтраком, напоить кофе. Лекс вздохнул. Всегда
найдется что делать. И как бы ему ни хотелось понежиться в постели с Фейт,
об этом можно забыть.
Фейт.
События прошлой ночи пронеслись перед глазами. Ее стоны и вскрики, вздохи...
Ее плоть, такая горячая и тугая. Оргазм, от которого у него перед глазами
поплыли разноцветные пятна. Чувство удовлетворения охватило его.
Лекс обвел взглядом спящую девушку, отметил ровное дыхание, нежный румянец
на щеках, решительный подбородок, эти невероятно соблазнительные губы.
Сердце в груди сжалось от прилива нежности. Дыхание перехватило.
Господи, она прекрасна. Само совершенство.
Зная, что сегодня их последний день вместе, зная, что она уедет и что память
к ней вернется, зная, что она будет чувствовать себя преданной, он не
раскаивался в том, что произошло прошлой ночью.
Даже понимая, что она разобьет ему сердце.
Я люблю тебя, Нэш.
Она любит Нэша Остина. Она не любит его и не любила. И как он ни старался
показать ей, что это он — Лекс Элленберг — рядом, ничего из этого не вышло.
Этой ночью она занималась любовью с героем ее фантазий, героем ее книг... А
он занимался любовью с женщиной его мечты, рядом с которой хотел бы провести
остаток жизни. Горькая улыбка появилась на его губах. Он сам во всем
виноват.
Не надо было соглашаться на весь этот фарс.
Не важно, что говорит Труди, Лекс знал, что Фейт сочтет себя преданной.
Вчера ночью он открыл ей свое сердце, стремясь тем самым утишить боль
предательства. Он хотел показать, что на самом деле чувствует к ней. Может
быть, потом она вспомнит, каким искренним и любящим он был этой ночью, и
простит ему обман.
Лекс так на это надеялся. Это его единственный шанс не потерять рассудок от
отчаяния.
Сегодня она уезжает. Труди устроит так, чтобы Ларсон позвонил и вызвал Нэша
в горячую точку за тысячу километров от Америки, где ему предстоит
оставаться, пока к Фейт не вернется память.
А когда память вернется... Как он сможет объяснить, почему занимался с ней
любовью, зная, что она принимает его за другого человека? Как сможет
вымолить прощение? Простит ли она его когда-нибудь? Какой ценой достанется
ему это прощение?
Но Лекс готов заплатить любую. Она уедет сегодня и заберет с собой его
сердце. Но когда память ее восстановится, он сделает все, чтобы вернуть Фейт
обратно. Даже если для этого придется отправиться на край света.
Ему хотелось засыпать рядом с ней каждую ночь и просыпаться каждое утро. Она
может прожигать утюгом его любимые рубашки и пересаливать суп. Только бы она
была рядом. Брала бы его за руку на прогулке, смеялась над его шутками,
хвалила его за успехи и корила за ошибки, утешала, когда ему грустно. Было
бы чудесно видеть, как растет его ребенок у нее в животе, и сжимать ее руку,
когда придет время рожать. Он хотел заниматься с ней любовью, когда за окном
весь день идет дождь. На коврике перед камином. Он дарил бы ей подарки. Она
была бы его подругой, его женой, его любимой...
Он хотел прожить жизнь рядом с ней. Делить с ней плохое и хорошее. Пока она
была бы с ним, он был бы счастлив.
Лекс улыбнулся своим мечтам. Он хочет совсем немного, так ведь?
Но сначала ему нужно доказать, что, каким бы крутым ни был ее придуманный
герой, он не сможет любить ее так, как любит ее он, Лекс.
Ему нужен шанс.
Зоя повернулась в кровати, не открывая глаз.
Ей снился восхитительный сон. Они с Нэшем всю ночь занимались любовью. Он
говорил, как любит ее, и доказывал свои слова на деле. Это было великолепно.
Он не просто занимался с ней любовью, он творил чудеса.
Он исследовал губами и руками каждый сантиметр ее тела. Занимаясь с ней
любовью, он повторял
Я люблю тебя
, с каждым разом входя все глубже. Она
заливалась смехом, и ей было хорошо с ним. Она сердцем чувствовала, что он и
вправду любит ее. Его любовь казалась такой настоящей, такой ощутимой. Он
продолжал повторять слова любви, пока девушка окончательно не поверила ему.
А после занятий любовью он прижал ее к себе, обессиленную, но счастливую,
поцеловал в макушку и попросил:
— Пожалуйста, помни это.
Она заснула в его объятиях, согретая теплом его тела, уверенная в том, что
ее любят.
Девушка протянула руку, чтобы коснуться Нэша, но постель была пуста. Она
открыла глаза.
Взгляд на часы заставил ее моргнуть. Нужно срочно принять душ. Праздник
Поймать вора
завершается сегодня. Так что у нее нет времени на то, чтобы
валяться в постели.
Потом надо поговорить с Мелани. Может, Ларсон прислал новую информацию,
которая поможет вычислить вора. Она была в отчаянной ситуации.
Не знала, что делать. Похоже, эта операция будет ее первой неудачей. Ее
безупречную репутацию может испортить какой-то несчастный воришка.
Нет, этому не бывать.
Проклятье!
Она не может такого допустить. Этот ублюдок здесь. И она найдет его.
Обязательно.
Но сначала — в душ.
Образ Нэша, стоящего обнаженным в душе, возник у нее перед глазами. Ей стало
жарко. Зоя улыбнулась своим фантазиям. Ей нужен секс, и ей нужен душ. Что,
если совместить эти два занятия?
Звук льющейся воды в ванной подсказывал, что это очень даже возможно.
Она выдвинула ящик тумбочки, чтобы достать презервативы, но что-то зеленое
привлекло ее внимание.
Странное чувство охватило ее.
Зоя застыла. Это книга, поняла она, борясь со странными эмоциями,
нахлынувшими на нее.
Руки тряслись, когда она доставала ее из тумбочки.
Книга называлась
Убийство в Мэйхеме
. Но ее взгляд был прикован к имени
автора: Фейт Боннер. Во рту пересохло, сердце бешено забилось.
Перед глазами все поплыло.
Фейт Боннер.
Зоя сама не знала, как это произошло, но она перевернула книгу и уставилась
на фотографию автора на обложке.
С обложки ей улыбалась.., она сама...
Зоя закрыла глаза. Голову пронзила острая боль. Под закрытыми веками
проносились картины, видения, в ушах раздавались звуки. Правда, ложь,
фантазия, мечта, реальность переплелись.
Она всхлипнула.
Господи! Ее словно ударили по голове. Все это ложь. Все было ложью. Роль,
которую он играл...
Я люблю тебя. Пожалуйста, помни это.
И она вспомнила. Все. Каждую деталь. Унижение было таким сильным, что она не
могла сдержать слез. Никогда ей не было так больно, как в этот момент.
Ты такая красивая. Я люблю тебя. Стоит мне увидеть тебя, как я таю.
Он играл роль Нэша, поняла Фейт, и у него это хорошо получилось. Все играли
роли, включая Труди. Она убедила гостей играть в эту игру. Конечно, Труди
пошла на это из-за профессиональных и финансовых соображений. Ассистентка
Фейт, она должна была заботиться об интересах своей начальницы. Она сумела
привлечь гостей на свою сторону и заставить их играть по придуманным
правилам.
Но что заставило Лекса Элленберга играть?
В этот момент Лекс вышел из душа. Он был полностью обнаженным. Капельки воды
покрывали плечи и грудь. Влажные волосы зачесаны назад. Желание охватило ее.
Но Фейт запретила себе думать о сексе.
— Ты проснулась, — улыбнулся Лекс, и она чуть не утонула в этом
полном любви и нежности взгляде. Но тут его взгляд опустился на книгу в ее
руках. Он застыл. Улыбка сползла с лица. Он снова взглянул на нее, на этот
раз неуверенно. Лицо его помрачнело.
— Зачем ты это сделал? — спросила она, радуясь тому, что ее голос
звучит спокойно. Сохранять спокойствие, когда чувствуешь себя так, словно по
тебе проехался грузовик, нелегко.
Плечи у Лекса опустились. Он поспешил обернуть бедра полотенцем.
Фейт скривилась.
— Поздновато для проявлений скромности.
Она тоже была голой, но прикрываться не стала. Не было ни одного сантиметра
ее тела, который этот мужчина не исследовал. Очевидно, она заболела,
наверно, даже потеряла память. Но она определенно не сознавала, что делает.
Они воспользовались ее состоянием.
Лекс виновато вспыхнул.
— Фейт...
— Зачем ты это сделал? — повторила она. Ей важно было узнать
ответ.
Чертовски важно.
— Ты помнишь визит к доктору Гивенсу? — осторожно начал он.
— Я все помню, — отрезала Фейт.
— Хорошо... Доктор говорил с Труди и со мной в коридоре, пока ты
одевалась. Он сказал, что у тебя амнезия.
— От падения? — спросила Фейт скептически.
Но она получила только шишку. Ничего, что могло бы довести ее до такого
состояния.
— Не совсем, — вздрогнул Лекс. — Он сказал, что удар был
только толчком, который требовался подсознанию. Ты готовилась к роли, ты
знала героиню как саму себя. Ведь Зоя — это продолжение тебя самой.
Фейт закатила глаза.
— Сомневаюсь.
Он старался поймать ее взгляд.
— Я прочел твои книги и вижу много сходства.
Но в любом случае доктор сказал, чтобы мы подыграли тебе, пока память не
вернется. Это мы и сделали... — Он пожал плечами, отводя взгляд.
И в это мгновение Фейт все поняла. Она беспомощно ловила ртом воздух.
— Труди заплатила тебе, так ведь?
— Она предложила мне денег, — ответил он после паузы, — но ты не правильно поняла...
— О нет, я все правильно поняла, — фыркнула Фейт. — Сколько?
Хотя ее существо вопило, чтобы она бросила все и бежала прочь, она хотела
знать, сколько из ее честно заработанных денег было заплачено этому мужчине
за секс с ней.
— Все не так просто. Ты должна меня выслушать...
— Сколько?
Лекс сосчитал про себя до трех и назвал сумму.
Девушка присвистнула. Теперь понятно, почему он так хорошо играл свою роль.
За такие деньги она могла бы нанять дюжину мужчин и устроить недельную оргию
в Греции. Она закусила губу. Слезы навернулись на глаза. Девушка
зажмурилась.
Она не будет плакать.
Она не будет плакать из-за того, что сделал этот жадный до денег ублюдок.
— Господи! — воскликнул Лекс. — Я знал, что тебе будет
больно. Я пытался объяснить это Труди, но она не хотела слушать. Мне плевать
на деньги.
Оставь их. Мне они не нужны.
Лекс упал на колени перед ней и хотел взять девушку за руку, но Фейт
отдернула ее, избегая его прикосновений. Он выглядел так, словно она его
удар
...Закладка в соц.сетях
