Жанр: Любовные романы
Богиня моря
...асть — это было единственное, что позволяло ей выразить свою любовь, не
нарушив установленных правил.
— Ты горячая штучка... Мне давно следовало догадаться об этом.
Неожиданное признание Зака заставило Линду распахнуть глаза. Сон слетел, и
она настороженно взглянула на Зака.
— Тебе не нравится?
— Мне нравится. Очень нравится... — повторил он шепотом после длинной паузы,
во время которой ее, успокоившуюся, опять со страшной силой стало клонить ко
сну.
Линда улыбнулась, уткнувшись носом в его грудь.
Они нечасто виделись днем: Зак работал и часто задерживался в клинике
допоздна; Линда работала и ходила в колледж на занятия. Иногда они
встречались лишь поздним вечером. Вместе ужинали, разговаривали или вовсе
обходились без слов, а потом засыпали, обнявшись. Именно тогда Зак
принадлежал Линде целиком и полностью, а любые слова казались ей совершенно
лишними. Для Линды эти минуты были бесценны.
Потому что в любой другой момент она постоянно осознавала, что он пытается
сдерживать себя.
Лишь через неделю после переезда к Заку Линда объяснилась с родителями.
Впрочем, к ее удивлению и удовольствию, они довольно спокойно восприняли эту
новость. Правда, Джонатан поворчал немного о том, что в его время
это было
не принято
, спросил:
Что мешает вам просто пожениться?
— но потом и он
сдался. Нора сказала, что Линда достаточно взрослая, чтобы принимать
самостоятельные решения.
В один из дней, когда у Линды не было занятий в колледже, она решила
заскочить в супермаркет. Теперь она знала, что Зак предпочитает домашнюю
кухню. Книгу кулинарных рецептов она уже приобрела, и теперь осталось только
купить необходимые ингредиенты и приступать к экспериментам.
В супермаркете она долго выбирала продукты и представляла, как удивится Зак.
Если, конечно, ей удастся приготовить что-нибудь стоящее!
У Линды было прекрасное настроение, и, направляясь к выходу с двумя
огромными бумажными пакетами, она мурлыкала одну из популярных песенок,
услышанных по радио... Вдруг наперерез Линде бросился какой-то человек. Она
даже не успела разглядеть, мужчина это или женщина. К тому же из-за пакетов
способность к маневрированию у Линды оказалась весьма низкой, и столкновения
избежать не удалось.
— Ох, простите! — выдохнула она и бросилась собирать рассыпавшиеся
продукты.
— О нет, это вы простите, я была так неуклюжа.
— Ничего.
Линда мельком взглянула на
пострадавшую
и только через несколько секунд
сообразила, что это лицо ей смутно знакомо. Линда уставилась на девушку,
пытаясь вспомнить, где видела ее.
Та с точно таким же озадаченным выражением рассматривала Линду. А потом ее
губы расплылись в широкой улыбке.
— Линда Бредис! Это ты? Глазам своим не верю!
— Сара... Сара Брук...
— Она самая! — со смехом подтвердила Сара. После родов меня довольно
трудно узнать, верно? Ну а ты стала настоящей красавицей. Как давно я тебя
не видела! Может, поболтаем где-нибудь?
Линда взглянула на часы.
— Прости, но у меня совсем нет времени. Знаешь что? Запиши мой телефон, мы
созвонимся и выберем время, чтобы встретиться.
Сара быстро нацарапала в блокнотике продиктованные Линдой цифры, и, махнув
рукой друг другу на прощание, они поспешили в разные стороны.
Сара позвонила на следующий день, и они договорились встретиться в небольшом
кафе. Линда пришла первой. Столик, который она выбрала, стоял у огромного
окна, позволяя наблюдать за спешившими по своим делам прохожими и получать
удовольствие от того, что она может спокойно посидеть и расслабиться,
попивая горячий кофе...
— А вот и я! Привет, Лин.
— Привет, Сара!
Они не виделись почти четыре года — с тех пор, как окончили школу. Сара
сильно изменилась внешне: она пополнела, но эта полнота удивительно шла ей.
Этакий идеал эпохи Ренессанса. И уже после нескольких минут общения Линда
поняла, что перемены совсем не затронули Сару изнутри. Она осталась таким же
шаловливым бесенком и неуемной оптимисткой.
— Как твои дела, Сара? Где работаешь?
— Я медсестра в педиатрическом отделении.
У нас проходят лечение дети из малообеспеченных семей, по большей части
эмигрантов из Латинской Америки. Некоторое время назад я едва не потеряла
работу, когда из-за плохого финансирования нас чуть не закрыли. Но потом
нашлись несколько меценатов, и все стало даже лучше, чем было. Отделение
даже расширили, завезли новое оборудование.
— Ты с таким увлечением рассказываешь об этом... Но я никогда не замечала у
тебя тяги к медицине.
— А у меня ее и не было до определенного времени. До тех пор, пока у меня не
появилась маленькая дочка... Моя Одри — просто чудо, но у нее врожденный
порок сердца.
— Ох, прости, я не хотела...
— Сейчас уже все в порядке. Стив, отец Одри, сбежал от нас, едва врачи
сказали нам об этом.
Он оказался слишком слаб и труслив. Я не рассчитывала на то, что он будет
идеальным отцом, как, впрочем, и не ожидала подобного малодушия... Мне
пришлось переехать в другой район, почти в трущобы, потому что у меня совсем
не было денег, а на руках была больная дочь и куча неоплаченных медицинских
счетов. Но мир, как говорится, не без добрых людей. Доктор в нашем отделении
помог. Он же нашел деньги на операцию для моей малышки. Почти все время я
проводила в больнице, ухаживая за Одри, а потом, когда я поглядела на
страдания всех этих детишек, я вдруг поняла, в чем мое призвание. А потом я
встретила Джона... — Сара улыбнулась такой теплой улыбкой, которая могла
исходить только из любящего сердца. — С тех пор, как меня бросил Стив,
я жила как в тумане. И только Джону удалось вытащить меня из этой ямы. Он
удивительный человек, с щедрым сердцем и доброй душой... Нам — и мне, и Одри
— очень хорошо с ним, а малышку он любит, как собственного ребенка. Лучшего
мужа и пожелать нельзя. Жаль только, что он не всегда бывает рядом. Джон
водитель грузовика, часто уезжает в рейсы, иногда на несколько недель...
Они совсем забыли о времени. Их разговор переключился на школьные
воспоминания, общих знакомых, забавные случаи... Взглянув на часы, Сара
охнула.
— О, Лин, я опаздываю на дежурство. Прости, я совсем тебя заболтала, даже
слова не дала тебе вставить. Мы должны опять встретиться, и это будет твой
день. Очень хочу узнать, как у тебя дела, как ты живешь...
— Ладно, беги на работу. До встречи, Сара!
— Пока, Лин.
Возвращаясь домой, Линда думала о Саре. Жизнь подкидывала ей одно испытание
за другим, но, несмотря на это, Сара не потеряла ни мужества, ни присутствия
духа. Она сама управляла своей жизнью, и это было как раз то, чего хотела
добиться и Линда. Прошло несколько недель, небольшой отрезок жизни, а все
так резко изменилось в ее судьбе! Все, что раньше казалось важным, теперь
выглядело совсем по-другому. Прежняя
свобода
теперь казалась Линде
клеткой, стенами которой служили всевозможные ограничения и условности.
Только сейчас она почувствовала себя свободной и едва не засмеялась от
охватившей ее легкости.
— Ты сегодня выглядишь как-то странно. Притихшей и задумчивой. Что-то
случилось? — вечером поинтересовался Зак, тут же отреагировав на ее
минорное настроение.
— Нет, ничего не случилось. Просто сегодня я встречалась со своей давней
знакомой. Мы вместе учились в школе, а позавчера неожиданно столкнулись в
супермаркете. Она рассказала мне о своей жизни, и тут же мне в голову
полезли разные мысли. Я думала о том, что моя жизнь резко изменилась и я
совсем не сожалею об этом.
Наоборот, у меня такое чувство, что я очень долго находилась в каком-то
тумане. И только теперь вышла из него и начала жить насыщенной жизнью,
свободной и полной красок. Я обрела гораздо больше...
— Но завтра тебе придется вернуться в этот
туман
.
— Что? О чем ты говоришь, Зак?
— Я забыл тебе сказать, что мы приглашены на благотворительный вечер. Завтра
к восьми ты должна быть при полном параде.
— Это невозможно! Почему ты не сказал мне раньше? Я совершенно не готова: ни
подходящего платья, ни договоренности с парикмахером... Да у меня ведь
завтра лекции.
— Я думаю, что, благодаря обретенным чувствам, ты без особого труда сможешь
решить все эти проблемы, — улыбнувшись, сказал Зак.
Линда посмотрела на него с подозрением.
— Ты нарочно все это подстроил. Просто поставил меня перед фактом и отрезал все пути к отступлению.
— Вроде того. Я хочу, чтобы мы пошли вместе.
— Ну ладно, придется выкручиваться.
— Да, уж ты постарайся, — пробормотал Зак и притянул ее к себе.
20
Линде удалось решить почти все проблемы.
Осталась только одна — одобрит ли Зак ее платье? Она надеялась, что он
сможет приехать пораньше, но около шести Зак позвонил и попросил приготовить
ему смокинг.
— Линда, у меня много дел. Я не успею приехать раньше половины восьмого.
Приготовь мне, пожалуйста, смокинг. У меня будет всего несколько минут,
чтобы переодеться, и мы сразу же поедем.
— Хорошо.
Положив трубку, она оглядела себя в зеркале. Теперь, даже если платье Заку и
не понравится, ему придется с этим смириться. В конце концов, совсем недавно
она очень гордилась тем, что теперь сама принимает решения... Но как же
Линда хотела, чтобы он одобрил это чертово платье!..
— Линда, ты готова? — прозвучал голос Зака в холле ровно в половине
восьмого. — Кажется, мы уже опаздываем.
Она вышла к нему. Зак заметил ее отражение в зеркале и замер. Линда пыталась
угадать его чувства, но так нервничала, что ничего не смогла понять по его
лицу.
— Ты сменила прическу? — как-то растерянно спросил Зак, поворачиваясь к
ней лицом.
— Да. И у меня новое платье. Тебе нравится?
Эти слова послужили неким толчком, после которого взгляд Зака перестал
блуждать по лицу Линды и пустился в медленное путешествие по ее затянутому в
платье телу. Зак так долго смотрел на нее, что она стала вполне обоснованно
подозревать, что он совершенно забыл о том, что несколько минут назад
говорил, что они опаздывают. Потом Зак поднял глаза и хрипло выговорил:
— Тебе очень идет это платье... и новая прическа тоже.
— Спасибо. На самом деле я боялась, что оно тебе не понравится, —
пробормотала Линда и выдавила улыбку непослушными губами. — Теперь,
когда ты одобрил мой наряд, мы можем ехать.
— Конечно.
В машине Зак снова на несколько минут застыл, обшаривая Линду горящим
взором, а потом, с трудом отведя взгляд, проговорил:
— Мне придется не спускать с тебя глаз... И еще мне вдруг расхотелось ехать
на этот прием.
— Зак, держи себя в руках, — сделав серьезную мину, сказала Линда, Зак
бросил на нее преувеличенно строгий взгляд.
— Я весь вечер буду держать тебя за руку, чтобы ты не смогла сбежать от
такого занудливого и старого брюзги, как я.
— Думаю, это мне придется расталкивать кучу поклонниц и предъявлять свои
права на тебя, чтобы побыть в твоем обществе, — парировала Линда.
— Давай сойдемся на компромиссе: мы оба потрясающе выглядим и будем самой
красивой парой на этом скучном приеме.
— Давай, — великодушно согласилась Линда.
Прием проходил в огромном доме, похожем на дворец. У дверей их встречал
высокий светловолосый мужчина.
— Зак, я уже стал опасаться, что ты не приедешь. Но... — Тут его взгляд
переместился на Линду, и мужчина замер с приоткрытым ртом.
— Генри, позволь тебя познакомить с Линдой Бредис. Линда — это Генри Макки.
— Очень приятно познакомиться, — выдавил Генри, беря руку Линды и
касаясь ее губами. — Зак, ты должен сказать, где водятся такие райские
птички и как тебе удалось поймать одну из них.
— Эта птичка сама прилетела на твой остров.
Через несколько часов после того, как ты покинул его.
— Боже мой, какой я глупец! У меня были серьезные предчувствия, но, как
всегда, я проигнорировал свой внутренний голос. И теперь расплачиваюсь за
это...
Линда с улыбкой слушала эти слова, оставившие ее совершенно равнодушной. Так
этот остров, к которому ее прибило волей случая, оказался владением Генри.
Она вспомнила, что Зак говорил, что она ошибается и что он не Генри.
Наверняка за таким красавчиком, да еще обладающим состоянием, позволяющим
покупать острова, идет нешуточная охота. Неудивительно, что Зак посчитал ее
очередной охотницей, готовой преодолеть любые испытания, лишь бы встретиться
с Генри. Это высокий мужчина понравился Линде, но, кроме симпатии, она не
испытала больше никаких чувств.
— Линда, я покажу вам дом.
Она растерянно взглянула на Зака, но его вниманием завладел невысокий и
очень тучный мужчина. Однако, перед тем как начать разговор, Зак успел
послать Линде ободряющую улыбку.
Генри весьма настойчиво повлек ее за собой.
— Линда, вы ведь не боитесь меня?
— Нет, вы не кажетесь мне опасным;
Он положил ее ладонь на сгиб своего локтя.
Они проходили между группками гостей, и Генри представлял Линду гостям.
Потом он показал ей анфиладу роскошных комнат, посещение винного погреба и
беседки на улице Линда со смехом отвергла. В обществе Генри ей пришлось
вспомнить прежние уловки. Она словно попала в свою прежнюю жизнь, в которой
изумительно владела искусством флирта.
— Экскурсия была впечатляющей, большое спасибо.
— Что у вас с Заком, Линда? — огорошил ее Генри.
— Это нескромный вопрос.
— Вы очаровали меня. Вы загадка: флиртуете, как искушенная светская львица,
и в то же время в вас чувствуется нечто такое, чем не могут похвастаться
богатые девочки.
— Неужели? — Хорошее настроение Линды стало испаряться от его излишнего
напора. Она огляделась, ища глазами Зака.
— Не торопитесь, Линда. Мне бы хотелось задать вам несколько вопросов. Ваша
фамилия кажется мне знакомой. Скажите, имеете ли вы какое-то отношение к
Джонатану Бредису?
— Возможно.
— И все-таки?
— Он мой отец, — сдалась Линда. — Теперь вы получили ответы на
свои вопросы?
— Нет, их стало еще больше. Давайте как-нибудь встретимся и поболтаем.
Линда взглянула Генри в глаза и покачала головой.
— Нет.
— Что я слышу, Генри? — Зак подошел к ним совершенно неслышно. —
Пытаешься увести мою девушку?
— Если бы... Она совсем не поддается моему обаянию.
— Кажется, ты теряешь квалификацию, дружище.
— Похоже на то, — с деланно несчастным видом согласился Генри.
И тут, точно в опровержение его слов, на руке Генри повисла рыжеволосая
девица.
— Генри, — капризно проговорила она, — где ты был? Я ищу тебя весь
вечер и ужасно соскучилась.
— До свидания, Генри, — проворковала Линда. — Удачного вам
завершения вечера.
— Опять твои штучки? — пробормотал Зак, когда они направлялись к
выходу.
Вместо ответа Линда лишь приподняла брови.
— Маленькая ведьма, — сказал Зак и, не удержавшись, поцеловал ее в
губы.
— Ты должен был прийти гораздо раньше, мой прекрасный рыцарь, и освободить
меня от этого зануды.
— Многие женщины не только не согласятся с тобой, но и вступят в жаркие дебаты, доказывая обратное.
— Мне он показался занудой. Я устала от этого вечера, хочу домой.
— Я тоже.
В автомобиле Линда уселась вполоборота и наблюдала за Заком. Он распустил
бабочку
, и теперь концы черной ленточки виднелись у него из-под воротника.
Верхние пуговицы рубашки он тоже расстегнул, чем вызывал у Линды сильнейшее
желание скользнуть ладонью внутрь. В течение всего приема, несмотря на
всякие
внешние раздражители
вроде Генри и еще нескольких интересных
мужчин, пытающихся завладеть ее вниманием, Линда по мере сил и возможностей
наблюдала за Заком. Исподтишка, краем глаза или в открытую.
Мой мужчина
—
так она называла Зака мысленно. Эта фраза успела укорениться в мыслях Линды,
она всплывала совершенно спокойно и естественно, щекотала язык желанием
произнести эти простые слова...
Больше всего она боялась однажды ляпнуть эту фразу и все испортить. Она не
имела права произносить эти слова, смысл которых мог быть истолкован Заком
как попытка предъявить на него права и покуситься на его свободу. То, что
Линда вынуждена была скрывать от него свои истинные чувства, притворяясь и
изображая ровное отношение, было противоестественно и очень тяжело. Особенно
в то время, когда в душе все клокочет и пылает. Линда часто ловила себя на
мысли, что очень успешно осваивает роль домовитой супруги, готовя Заку еду,
наводя порядок в доме, ожидая его прихода с работы... Но при этом она не
чувствует себя хозяйкой — не может ничего ни изменить, ни даже переставить.
Она даже старается ставить все предметы на те места, где они были, опасаясь
вызвать его недовольство. Это балансирование на тонкой проволоке между
можно
и
нельзя
начинало здорово утомлять Линду.
Они вернулись домой странно притихшие, каждый погруженный в свои мысли. А
когда Зак отпер дверь квартиры, он вдруг неожиданно остановился, как-то
пристально взглянул на Линду, подхватил ее на руки и перенес через порог.
Не останавливаясь, он пошел в спальню, и в голове Линды нескончаемо билась
мысль, что все это до странности напоминает ритуал, когда новобрачный вносит
жену в свой дом.
Зак положил Линду на кровать и склонился над ней. Он принялся неистово
целовать ее, заставив Линду извиваться в неуемной жажде его поцелуев. Ее
пальцы словно сами по себе проникли под рубашку и стали поглаживать его
горячую грудь и крепкую спину. Линде хотелось большего, и она требовательно
застонала, обхватывая плечи Зака и притягивая его ближе.
— Проклятье... — пробормотал он, едва оторвавшись от ее губ и неловкими
движениями освобождаясь от одежды.
Линда пыталась помочь, но это только все больше запутывало. Наконец Зак
оказался обнаженным до пояса и снова приник к ней. Линда хотела снять
платье, но он не позволил ей подняться. Его руки скользнули под спину Линды
и расстегнули ряд крохотных пуговичек. А потом Зак нарочито медленно стал
стягивать платье с ее плеч, тут же покрывая неистовыми поцелуями
освобождающееся от одежды тело. Эти ласки и медлительность его действий
заставили Линду заметаться от желания.
— Зак, пожалуйста, поторопись!.. — задыхаясь, прошептала она.
Его губы изогнулись в дьявольской улыбке рокового соблазнителя.
— Не так быстро, дорогая, — прошептал Зак и неожиданно отступил.
— Зак?..
— Сними это.
— Это?.. — Линда медленно приподнимала подол платья, обнажая изящную
ножку.
— Не дразни меня, Линда. — Зак шагнул вперед. — Просто сними с
себя эти тряпки.
— Не так быстро, дорогой, — проворковала она томно.
Линда начала его дразнить точно так же, как он несколько минут назад дразнил
ее. Зак застыл, пожирая ее глазами: огромный, смуглый, взлохмаченный и...
опасный. Его грудь поднималась и опадала в такт участившемуся дыханию, а
глаза все ярче горели опасным огнем. Линда трепетала, но продолжала игру.
Наконец Зак сдался.
С глухим рыком он оказался рядом и сорвал с нее последние клочки
материи, — Знаешь, что тебе теперь грозит, Линда?
Она облизала губы кончиком языка и отрицательно помотала головой.
— Не думаю, что тебе долго удастся играть эту роль плохого мальчишки, —
умудрилась она произнести дерзкую фразу, прежде чем Зак окончательно потерял
голову.
В эту ночь он был горяч и неистов, вознеся Линду на доселе недосягаемую
вершину блаженства и вкусив освобождение одновременно с ней.
Вопреки утомлению Линда почти не спала в эту ночь, слушая размеренное
дыхание спящего Зака и продолжая мучить себя надоедливыми раздумьями. Линда
думала о том, что подобные проявления страсти не могут быть вызваны только
плотским желанием. Это был не просто секс. Она начинала верить в
невозможное, а это было хуже всего. Но ведь она и согласилась жить с Заком
только потому, что надеялась, что со временем он сможет понять ее и даже...
полюбить.
Но ее мечты рассеялись утром. Зак был немного отстранен и молчалив. Он пил
кофе, а его лицо с каждой минутой казалось Линде все более холодным и
замкнутым. Вполне вероятно, что это было только игрой ее воображения и Зак
был просто озабочен навалившимися с утра проблемами.
— Все хорошо, Зак? — не выдержав тягостного молчания, произнесла она.
— Да, да... Мне пора. Пока, Лин. — Зак вышел из-за стола, ткнулся в ее
щеку скудным поцелуем и исчез.
Линда вздохнула и взглянула на часы. У нее еще было немного времени, и она
принялась убирать со стола, пытаясь определиться, чего же на самом деле она
ждала от этого утра. Интересно, что бы с ней стало, если бы она не работала,
а ее интересы были бы целиком сосредоточены на Заке? Наверное, она просто
сошла бы с ума...
— Линда, привет.
Линда растерянно оглянулась на окликнувшего ее человека и увидела
улыбающегося Генри.
— О, Генри! Что вы здесь делаете?
— Я приехал за вами, Линда.
— Меня должен встретить Зак.
— Вы все-таки боитесь меня. Зак попросил меня заехать за вами, он сейчас
очень занят. Экая вы недоверчивая. — Он улыбнулся в ответ на ее
настороженный взгляд. — Неужели вы считаете, что я способен на
похищение?
— Я вообще не знаю, на что вы способны.
Линда нехотя, но все-таки села в машину Генри.
— Вы без ума от Зака.
Похоже, Генри до ужаса нравилась эта игра.
— Мне кажется, это не лучшая тема для разговора, — попыталась она
остудить пыл Генри и одновременно с удивлением подмечая произошедшие с ним
перемены.
Сейчас Генри был одет в джинсы и свитер и совсем не выглядел богатым
повесой. Что-то в его жестах до боли напомнило Линде Зака.
— Может быть — да, а может быть — нет.
— Это так заметно? — спросила Линда, пытаясь справиться со смятением.
— Очень.
— Я многим ему обязана. Зак спас меня.
— И меня тоже.
— Правда?
— Истинная!
Генри поднял руку, словно клянясь на Библии; и Линда не сдержала улыбку.
— А что случилось с вами? Серьезное ранение?
— О Господи, нет! У меня был тяжелый период в жизни, и я увлекся
зеленым
змием
. Узнав про это, Зак приехал и вытащил меня из этой гибельной
ямы. — Генри белозубо улыбнулся. — Проще говоря, он увез с острова
весь алкоголь и оставил меня на целую неделю
выгуливаться
без капли
спиртного, пока я не сумел взять себя в руки.
— Замечательное решение... А вы случайно не
Канадиен клаб
пили? — с подозрением спросила она.
— Как вы догадались, Линда?
Вот она и получила разгадку, откуда у Зака в кухонном шкафу коробка виски.
Он привез ее от Генри и поставил в шкаф, решив, видимо, избавиться от
бутылок позднее. А она сделала свои собственные, далеко идущие выводы.
— Эти бутылки до сих пор стоят в шкафу на кухне. Из-за этого я даже обвинила
Зака в алкоголизме.
Генри расхохотался. Но если Линда и надеялась, что эти слова отвлекли его от
начатого разговора, то вынуждена была разочароваться: Генри продолжил гнуть
собственную линию.
— Послушайте совет донжуана со стажем, Линда. Вы не должны выказывать столь
явный интерес. Это пугает таких мужчин, как Зак.
— Как Зак? Что вы имеете в виду? — осторожно спросила она.
— Он боится брака как огня. Боится настоящих взаимоотношений. Я буду
предельно откровенным с вами, потому что вы мне нравитесь. И еще потому, что
вы первая, кому он предложил совместное проживание.
Возмущенная Линда хотела посоветовать Генри не совать нос в чужую жизнь. Но
Генри был другом Зака, она могла почерпнуть такие сведения о нем, каких
больше никто не мог ей дать.
Она смогла бы докопаться до самой сути и прогнать демонов, которые мучили ее
мужчину.
— Почему он боится подпускать к себе женщин?
— Как вы знаете, почти все наши страхи идут из детства. Его отец был женат
пять раз.
— Пять раз? — в ужасе переспросила Линда.
— Да, и при этом не испытывал ни к одной из жен достаточно теплых чувств. И
они платили ему взаимностью. Наверное, это так глубоко отложилось в
подсознании Зака, что теперь ему очень тяжело побороть установившиеся
стереотипы.
— У него было много любовниц, — вырвалось у нее.
Генри смутился.
— Вы и это знаете?
— Он не скрывает.
— Сукин сын, как же велик его страх! Не сомневаюсь, что он придумал кучу
условий и ограничений.
— Нет, их придумала я. И смотрите, пожалуйста, на дорогу.
Генри отвел от нее изумленный взгляд и помотал головой.
— Но зачем?
— Какая разниц
...Закладка в соц.сетях
