Жанр: Любовные романы
Точка кипения
... недовольно отозвалась она.
— Так и думал. Чувствую — мне несдобровать! — Ник состроил смешную
гримасу, будто испугавшись мысли, что Джинкс собирается сбросить его с
моста.
— Знаете, Ник, одно я могу сказать вам наверняка: я не жестокий
человек.
— Зато честный, да?
— Честный? Что вы имеете в виду?
— Ты представилась Джульеттой. А друзья называли тебя Джинкс, — сказал
он.
— Близкие друзья — да, — ответила она, очевидно не включая его в их
число, а затем резко сменила тему: — А вы понимаете, что мы сейчас с вами
расстанемся и вы не будете провожать меня домой? И вообще, советую вам
держаться подальше от моего отца, понятно? — По лицу девушки было заметно,
что ее переполняют эмоции.
— Я просто хотел...
— Я знаю, что вы хотите, Ник! — в глазах ее сверкнули молнии, а руки
непроизвольно сжались в кулаки. — Вы хотите снять фильм по повести моего
отца
Удивительный мальчик
. И добавить еще одну статуэтку Оскара в свой
дурацкий кабинет!
Боже! Как прекрасна была эта женщина, несмотря на то, что она злилась...
— Думаю, мне должны льстить твои слова, раз ты знаешь про мои пять
Оскаров...
— А я так не думаю!
— Действительно было бы здорово получить еще Оскара! — продолжил он
неожиданно охрипшим голосом. — Но сейчас меня больше интересует другое:
проведу ли я сегодняшнюю ночь в твоей постели?
Щеки Джинкс медленно порозовели, а дыхание участилось.
— Не думаю, что у вас есть выбор, — к своему ужасу она вдруг поняла,
что сама не верит в то, что сказала.
И Ник это тоже понял. Он был достаточно опытен в сердечных делах, чтобы
догадаться: ее к нему тянет точно так же, как и его к ней.
— Нет — значит, нет, — решительно сказал он, шагнув к ней. — Но ты же тоже меня хочешь, Джинкс!
Темно-голубые глаза ее потемнели, губы слегка вздрогнули, лицо залилось
румянцем. И Ник понял: он может делать с ней все, что захочет! А ведь он
даже еще не поцеловал ее!
Ник схватил Джинкс и крепко прижал к себе. Они поцеловались, и та стена,
которую она выстроила, рухнула в одно мгновенье.
Они будто растворились друг в друге!
Все женщины, с которыми Ник прежде встречался, казались ему совершенно
одинаковыми. Ни одной из них ему не хотелось звонить второй раз. А эта
маленькая упрямая женщина неожиданно, буквально с первого дня их знакомства
вдруг получила непреодолимую власть над его душой и телом!
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Боже, что она делает? Что бы это ни было, но Джинкс не могла остановиться.
Только не сейчас!
Ник целовал ее так, будто хотел, чтобы она немедленно, прямо на улице,
отдалась ему И целовал ее до тех пор, пока ее единственным желанием стало
сорвать с себя одежду и слиться с ним воедино. Жар сексуального желания
поглощал их, подводя все ближе и ближе к высшей точке наслаждения, и
остановить это безумие, казалось, уже было не в их власти.
— Поедем в отель, — Ник со стоном оторвался от ее губ. — Я не знаю, что
ты со мной делаешь, Джинкс Никсон, но, если мы не займемся любовью прямо
сейчас, я просто умру! Ты ведь не хочешь остаться на улице с хладным трупом
известного кинорежиссера?
Его слова про отель подействовали на нее отрезвляюще. Нет, никуда она с ним
не поедет! Иначе потом никогда не простит себе подобной глупости! Да, она
хотела его. Но в этой жизни существуют вещи поважнее собственного желания!
Она с тяжелым вздохом отстранилась от Ника.
— Скажи, ты всегда получаешь то, что хочешь?
— Почти всегда, — подтвердил он, разомкнув кольцо рук.
— Тогда немного самопожертвования тебе не повредит. Надо привыкать!
— Это не самопожертвование, а чистейшей воды самоедство! — сухо
парировал он. — Известны случаи, когда мужчины сходили с ума, доведенные до
высшей степени вожделения! — Его глаза сверкали от переполнявших его чувств.
— С женщинами тоже такое порой случается, по крайней мере, я об этом
слышала, — ответила она не менее холодно.
— Тогда почему? Нам обоим от этого станет только лучше!
— Потому что это было бы страшной ошибкой! Я с уверенностью могу
утверждать, что ты последний мужчина на земле, с которым я бы хотела
заняться любовью!
Он застыл как изваяние, сдерживая свои эмоции, рот его сжался в жесткую
линию.
— Потому что я хочу снять фильм
Удивительный мальчик
?
— Потому что ты хочешь снять фильм
Удивительный мальчик
, — спокойно
согласилась она.
— Черт тебя побери, женщина!
— Ник, даже если ты будешь ругаться целый час, это никак не изменит
ситуацию.
— Возможно, и нет, — мрачно признал он. — Зато это помогает мне чувствовать себя намного лучше!
Она печально улыбнулась ему.
— Хорошо, ругайся, сколько хочешь, — уступила она. — Но ничего изменить
нельзя. Потому что я не настолько глупа, чтобы ехать с тобой в отель или
куда бы то ни было. И у меня абсолютно нет намерения вести тебя к себе
домой.
— Ты действительно самая упрямая...
— А если ты попытаешься последовать за мной, — продолжала Джинкс, будто
он не произнес ни слова, — тогда я немедленно обращусь в полицию, и они
арестуют тебя за сексуальное преследование.
— Ты не считаешь, что перебарщиваешь? — усмехнулся он. — Я достаточно
известен в обществе, Джинкс; мой арест будет широко освещен во многих
газетах и журналах.
— Это твоя проблема, — отрезала Джинкс, но не слишком уверенно. — Мое
право защищать имя отца от ненужной огласки. Не случайно же он работает под
псевдонимом.
Ник нахмурился еще больше.
— Что же все-таки с твоим отцом?
Джинкс отвернулась.
— Не твое дело! Просто держись от нас подальше.
— А если я не могу?
Плечи Джинкс дрогнули.
— Не серди меня. И лучше к нам не приближайся.
— Черт возьми, он написал книгу! Конечно же, вы оба надеялись, что она
станет бестселлером...
— Даже не думали об этом! — протест Джинкс был абсолютно искренним, ее
щеки порозовели от волнения. — Кто бы мог предположить, что книгу будет
ждать такой успех? Это была полная неожиданность. А теперь — до свидания!
Почему бы тебе не оставить нас в покое? Иногда самое разумное — это признать
свое поражение и отказаться от своих замыслов.
— Ни за что! Я обязательно должен встретиться с твоим отцом. Потому что
я не могу отказаться от своей мечты.
По щеке девушки покатилась слезинка, и она ее быстро смахнула.
— Как бы я хотела, чтобы ничего этого не было. Ни тебя, ни этой
книги... Ничего!
— Да прекрати ты, Джинкс! — чуть ли не презрительно кинул он. —
Надеюсь, ты не будешь спорить, что деньги, которые зарабатывает твой отец,
предоставляют тебе определенные преимущества. Платье, что ты носишь,
бриллиантовые серьги...
— Достаточно! — воскликнула она.
— Вполне достаточно, — согласился он.
— Все это я купила сама, — зло проговорила Джинкс. — На свои кровные,
заработанные собственным трудом.
— Ну... раз ты так говоришь.
— Я не обманываю, — огрызнулась она.
— Вот и замечательно! Я привык верить красивым девушкам, — ответил Ник.
Джинкс внимательно взглянула в его лицо и по выражению его блестящих глаз
поняла, что он не оставит ее в покое.
— Повторяю: если только я увижу, что ты меня преследуешь, я немедленно
обращусь в полицию, Ник. Поверь, я не шучу, — сказала она.
— Знаю. Это видно по твоему лицу, — кивнул он.
— И?
— Преследовать не буду, но обязательно придумаю что-нибудь другое. Я не
отступлю.
— Мне пора, — холодно проговорила она.
Он равнодушно пожал плечами.
— Иди!
Джинкс коротко кивнула, развернулась и пошла, на этот раз чувствуя, что Ник
не смотрит ей вслед. А почему, собственно, он должен смотреть? Он не достиг
своей цели, а значит, он больше незаинтересован в ней. А все его угрозы —
это пустой звук. Хорошая мина при плохой игре!
Интересно, что сказал бы Ник, узнай он всю правду до конца?
Ник сидел напротив Джейн Морроу, приятной тридцатилетней блондинки, которая
не предпринимала ни малейших попыток скрыть свое влечение к нему и постоянно
трогала его за руку во время разговора, и думал о Джинкс.
Последние шесть дней он провел в безуспешных поисках ее адреса. В телефонной
книге Лондона имелись телефоны нескольких Дж. Никсон, но ни одна из них не
оказалось той, которая была ему нужна. Предыдущие издатели Джексона Никсона
— те, которые издавали его серьезные исторические труды, — известили, что
профессор переехал и до сих пор не предоставил информации о своем новом
месте жительства. Они также твердо уверили его, что, даже обладай они
подобной информацией, они бы не поделились с ней ни с кем.
В Кембридже ему также отказались помочь в поисках адреса доктора Джульетты
Никсон. Посещение подруги Джинкс Сьюзен Феллоуз через два дня после
вечеринки под предлогом того, что в субботу он потерял у нее запонку, не
принесла никакой пользы. Он лишь узнал от прекрасной блондинки, что Никсоны
действительно переехали и что отец Джинкс был болен в течение некоторого
времени.
Круг замкнулся. Оставался лишь единственный источник информации — Джейн
Морроу из издательства Стивенза...
— А у меня хорошие новости! — произнесла она.
— Расскажи, — попросил он.
— Уотсон прислал сегодня утром вторую рукопись! — триумфально
провозгласила Джейн, счастливая от мысли, что может сообщить ему такую
потрясающую новость. — Она у Джеймса, так что пока у меня не было
возможности ознакомиться с ней подробно, но то, что я успела прочитать, ясно
свидетельствует о том, что успех ей обеспечен.
— Это продолжение
Удивительного мальчика
?
— Да. Конечно, название будет другим, но все герои те же...
Она продолжала что-то говорить, но Ник ее уже не слушал.
Знала ли Джинкс о второй книге?
Ее резкие высказывания в субботу вечером в отношении коммерческого успеха
первой книги скорее говорили о том, что она была против того, чтобы отец когда-
либо брался за перо опять.
Но появление второй книги сделало проблему еще более актуальной; издание
второй книги с одновременным выходом фильма, снятого по первой, обещало
потрясающий коммерческий успех.
Если бы только он мог усыпить бдительность Джинкс и переговорить с ее отцом!
— Я предполагаю, что условия издания книги остались прежними? —
небрежно спросил он Джейн, зная, что она была не менее удивлена поведением
автора, чем сам Джеймс Стивенз.
По правде говоря, после того как Ник выяснил, что инициалы Дж. А. в имени
автора книги расшифровываются как Джексон Айвор, он, возможно, сейчас знал
об авторе больше, чем его издатели.
Джейн скорчила уморительную рожицу.
— Никакой рекламы! Никаких интервью! Никаких автографов! — она покачала
головой. — Не слишком ли! Но на этот раз к письму была сделана еще одна в
высшей степени занятная приписка. — Пытаясь раздразнить его любопытство, она
замолчала, глядя на него.
Ник поежился под ее хищным взглядом:
— Ну и?
— Ну, это, признаться, довольно странно. — Джейн снова дотронулась до
его руки. — В ней упоминается твое имя.
Он так и застыл от изумления.
— Мое имя? Не шутишь? Действительно неожиданно! И что же в ней?
—
Никаких писем от Ника Принса в мой адрес не направлять
— кажется,
так было написано. — Она оценивающе взглянула на него. — Похоже, ты сильно
допек старика своими просьбами об экранизации фильма.
Но как он мог его
допечь
, если они ни разу не встречались! Если кого он и
раздражил, так это Джинкс.
Нет никаких сомнений в том, что отказ Джексона Никсона вступать с ним в
контакт был вызван нежеланием его дочери вновь с ним встречаться! Вот она и
надавила на отца!
Такая ситуация лишь подстегивала Ника не отступаться ни от Джексона Никсона,
ни от его прекрасной дочери. Чем быстрее Джинкс окажется в его постели, тем
раньше будут решены все проблемы. Он почувствовал возбуждение от одной лишь
мысли о ее стройном гибком обнаженном теле, извивающемся в его руках.
Это и стало причиной того, что он не захотел принять приглашение Джейн
Морроу на кофе, провожая ее домой. Он понимал, что
кофе
в данном случае —
это приглашение в постель, то, чего он, несмотря на все трогательные намеки
со стороны вполне симпатичной девушки, старался избежать. И впредь не
собирался заниматься с ней любовью! Потому что в данный момент все его
желания были связаны с миниатюрной рыжеволосой девушкой с фиалковыми
глазами...
Он с сожалением покачал головой:
— Может, в другой раз. У меня рано утром встреча, на которой я должен
быть бодрым и отдохнувшим, — произнес он, стараясь не обидеть Джейн отказом.
Та подошла к нему вплотную, положила руку ему на грудь и, глядя прямо в
глаза, медленно, соблазняюще провела кончиком языка по своим губам.
— Будь спокоен, я заведу будильник. Успеешь, куда надо!
— Нет, Джейн, я правда не могу, — он попытался смягчить свой отказ
милой улыбкой.
— Почему нет? — всякая любезность мигом исчезла с ее лица. — Или дело в
том, что я сообщила тебе адрес Уотсона, после чего стала сразу неинтересна?
— сообразила она, и ее глаза вспыхнули гневом.
Она была очень близка к истине, и из-за этого Ник испытал отвращение к
самому себе. Однако ему все равно не понравились собственнические нотки,
прозвучавшие в ее голосе. Пара обедов и несколько не особенно страстных
поцелуев не давали ей на это никакого права.
— Мне очень жаль...
— Не так, как мне, — Джейн была просто в бешенстве. — Ладно, бог с
тобой! — Она немного успокоилась и, найдя ключи в сумочке, отперла дверь. —
У меня такое чувство, что Уотсон избегает известности в силу того, что у
него имеется некоторая склонность к... голубизне.
Ник, собиравшийся было опять начать извиняться, внезапно застыл, глазасто
сузились.
— С чего ты взяла?
Задержавшись на пороге квартиры, Джейн передернула узкими плечиками:
— Либо это так, либо кто-то другой пишет письма от его имени; два
последних письма, которые мы получили, пахли женскими духами.
Вот как! — призадумался Ник. Не тот ли неуловимый и в то же время пьянящий
аромат ландыша, который произвел на него неизгладимое впечатление?
Джинкс, опять она...
Это уже становилось наваждением. Однако то, что рассказала Джейн насчет
аромата духов от последних двух писем, было чрезвычайно интересно. Даже
больше, чем просто интересно. Возможно, в силу того, что Джексон Никсон был
болен некоторое время, дочь помогала ему при написании
Удивительного
мальчика
? Да, вполне возможно...
Ник замер, поскольку другая, потрясающая своей неожиданностью мысль пришла
ему в голову.
А что, если?..
Нет, это просто немыслимо!
Или все-таки?..
Джинкс не сразу обернулась на голос Ника и не спеша размешала сахар в чашке
с кофе.
Два дня назад она получила от Ника письмо, на конверте которого было
написано:
Для Джульетты Индии Никсон (Дж. А. Уотсон)
. А внутри текст:
Думаю, нам надо поговорить. Буду ждать в ресторане отеля Уолдорф
, в
среду, в 10.30
.
Джинкс, сама не зная почему, явилась точно в назначенное время!
Можно, конечно, попытаться продолжать обман, хотя это будет нелегко с таким
настойчивым и проницательным человеком, как Ник. А можно рассказать ему всю
правду и просить о его человечности, если, конечно, ему знакомо такое
понятие. Она слегка повернула голову.
— Что вы от меня хотите?
— Конечно, правды! — Его серые глаза заблестели.
— Скажите, мистер Принс, почему вы решили, что именно я автор книги, а
не мой отец, — произнесла она спокойным голосом.
Ник был невозмутим, самоуверен и... чертовски привлекателен. Безжалостный
человек! Ему наплевать на всех и вся, когда он движется к намеченной цели. А
на этой неделе его целью было свидание с Дж. А. Уотсоном. И у него явно нет
сомнений в правильности своих действий.
— Тебя интересует, как я догадался? Ведь это действительно ты — автор
книги... — последняя фраза прозвучала как утверждение, а не как вопрос.
И что ему на это ответить?
Вот уж не думала, что когда-нибудь придется отвечать на подобный вопрос,
вздохнула про себя Джинкс. Потому что она и представить не могла, что книга
станет бестселлером и что всем вдруг захочется узнать, кто ее автор. И что
даже такие знаменитые кинорежиссеры, как Ник Принс, будут охотиться за
авторскими правами...
Ник терпеливо молчал в ожидании ответа, застыв, будто тигр перед прыжком.
Джинкс великодушно ему улыбнулась. Как бы он ни пытался гипнотизировать ее
своим пристальным взглядом, девушка ясно давала понять, что на нее подобные
приемы не действуют. Она совершенно не боялась того, что ее тайна
раскроется.
— А если это действительно так? — попыталась уклониться Джинкс от
ответа. — Ведь я, возможно, еще меньше заинтересована в продаже авторских
прав на книгу, чем мой отец?
Он удивленно приподнял бровь.
— Ты еще не слышала о моем предложении.
— Потому что мне это не нужно, — покачала она головой. — Я уже сказала
нет
, и не один раз. Джеймс Стивенз должен был передать вам мой ответ.
Ник Принс устало откинулся на спинку стула.
— Чего ты так боишься, Джинкс? Может, если бы ты сказала мне...
— Забудьте о книге и уходите, — раздраженно произнесла она.
Такое заявление, причем высказанное в довольно резкой форме, явно расстроило
Ника.
— Я просил сегодня о встрече не для того, чтобы ругаться с тобой.
— Вы не просили о встрече, мистер Принс, вы потребовали ее, — напомнила
она. — И сделали это со свойственной вам самоуверенностью. Вы ведь нисколько
не сомневались в том, что вам удастся уговорить меня продать права на
Удивительного мальчика
, разве не так? Ну и как обстоят ваши дела?
— Плохо, — тяжело произнес он.
— Очень плохо, — кивнула она.
— Это все потому, что ты... — он запнулся. — Джинкс, почему ты против
экранизации книги?
— А вы читали
Удивительного мальчика
?
Он даже изменился в лице.
— Конечно, читал. Да его все читали.
— По-моему, вы преувеличиваете, — усмехнулась она.
— Книгу издали в девятнадцати странах на двадцати пяти языках...
— Я прекрасно об этом знаю, — перебила она.
— И наверняка ты знаешь, что большинство читателей уверено, что автор
книги — мужчина...
— Вы тоже так думали, — напомнила она.
— Думал, — согласился Ник. — Книга о мальчике-инвалиде, который в
двенадцать лет обнаруживает, что обладает сверхъестественными умственными
способностями.
— Я знаю, о чем эта книга. Спасибо. Думаете, мне сложно было
представить себя двенадцатилетним мальчиком? — с вызовом спросила она.
Он медленно осмотрел ее сверху донизу, будто погладив взглядом.
— Я думаю, — произнес он наконец хриплым голосом, — тебя вообще сложно
представить мальчиком!
Опять, он за свое! Скорей бы этот мужчина исчез из ее жизни!
Джинкс покачала головой.
— Я просто не верю, что книгу можно экранизировать.
— Не веришь? — усмехнулся он.
Она снова покраснела, но на этот раз от злости. Ей не хотелось, чтобы кто-то
делал деньги на книге, представлявшей часть ее души.
— Нет, и еще раз нет, — твердо заявила она.
— Почему ты не позволяешь мне самому решить, что можно, а что нельзя
экранизировать?
А ведь он смеется над ней! — возмутилась Джинкс. Она же ничего смешного в
этом не видела.
— Мой ответ
нет
, мистер Принс, — окончательно заявила она, вставая и
собираясь уходить. — И я никогда не изменю своего решения.
Она уходила!
Это худенькая, стройная женщина, с ледяным взглядом и огненными волосами,
опять уходила от него.
— Постой, Джинкс! — крикнул он ей вслед. — Еще несколько минут.
Пожалуйста!
Джинкс была так прекрасна в своем гневе, что Ник невольно представил ее
столь же возбужденной, но при других обстоятельствах. Давно он не желал так
ни одну женщину. Всего лишь десять минут общения — и он снова сходил с ума
от Джинкс!
Она остановилась в нерешительности, не зная, что ей делать.
— Сядь, пожалуйста, — тихим голосом попросил он.
Она вернулась за столик, села, глядя на свои руки. Ее прекрасные волосы
упали на лицо, скрывая бледность щек.
Почему она так ведет себя? Что он упустил?
Ник был более чем уверен, что он что-то упустил из виду. Ему необходимо
срочно найти уязвимое место Джинкс и в подходящий момент нажать на нужную
кнопочку. Только вот поди догадайся, где эта кнопочка находится!
— Джинкс, может, поужинаем сегодня вместе?
Черт, с чего это вдруг он ляпнул такое? — удивился Ник. Ведь он не собирался
проводить больше ни одного вечера с Джинкс. Ему просто нужна была ее подпись
на контракте, а не свидание с ней...
Она посмотрела на него, наклонив голову набок, а затем, слегка улыбнувшись,
спросила:
— Ведь вы не это хотели сказать, да?
— Ты права, — не стал отрицать он. — Но сказал именно это...
Она засмеялась.
— Не думаю, что это хорошая идея, Ник.
Ник даже содрогнулся, когда она произнесла его имя.
— Может, и так. Но раз я спросил...
Вот бы посмеялись над ним братья, если бы увидели, как самоуверенный и
неприступный Ник просит эту миниатюрную женщину поужинать с ним. Зак и Рик
были бы крайне удивлены, узнав, что он уже дважды звал ее на ужин, и пока
безрезультатно!
Инстинкт самосохранения подсказывал, что ему лучше держаться подальше от
этой женщины. Но все его остальные инстинкты в один голос вторили, что он
хочет видеть ее снова и снова.
— Уверен, что тебе не хочется покидать отца на целый вечер, — быстро
проговорил он, пристально глядя на нее, ведь он прекрасно знал, что наступил
на больную мозоль. — Твой отец сильно болен.
Улыбка тотчас исчезла с ее лица.
— Я не собираюсь обсуждать с вами своего отца, — резко ответила она. —
Ни сейчас, ни когда бы то ни было.
Другими словами, она не собиралась с ним ужинать. Черт побери! Сделай же что-
нибудь, Ник! Где же отыскать эту чертову кнопку?
— Слышал, он был на грани нервного срыва год назад? — пробормотал он,
предполагая, что Джексон Никсон был ключиком к этой упрямице.
Ему показалось, что, судя по ее глазам, он снова сделал ей больно.
— А где конкретно вы это слышали? — требовательно спросила она.
Ник не сводил глаз с ее груди, верхняя часть которой просвечивала сквозь
шелковую блузку.
— Один из его коллег в университете упомянул как-то...
— У вас нет никакого права выпытывать информацию у коллег моего отца! —
тяжело дыша, произнесла Джинкс. Она раздражалась все больше и больше, два
красных пятна начали появляться на ее бледном лице. — Держитесь подальше от
моего отца, Ник! Держитесь подальше от любого, с кем он знаком! А главное, —
она снова встала, — держитесь как можно дальше от меня!
Но он не мог отпустить ее!
— Джинкс, сядь, пожалуйста...
— Так не пойдет, — яростно заявила она, встряхнув огненными волосами. —
Я вам не верю! Не могу понять, как человек может опуститься до того, что...
— Ты все не так поняла, — Ник тоже вскочил с места, глядя ей прямо в
глаза.
Джинкс недоверчиво смотрела на него.
— Вы влезли в мою личную жизнь, в жизнь моего отца, как последний...
— Простите, мистер Принс, ведь вы Ник Принс, не так ли?
Ник обернулся на женский голос, темноволосая кареглазая девушка мило
улыбалась ему.
— Вы кинорежиссер? — ласково и с любопытством произнесла она.
Нику стало не по себе, он прекрасно знал, кто и зачем к нему обычно
обращается с таким вопросом. И заметив рядом с девушкой человека с
видеокамерой на плече, Ник понял, что не ошибся.
— Что ты, черт побери, делаешь? — возмущенно воскликнула Джинкс,
внезапно почувствовав, как Ник Принс крепко ухватил ее за руку и потащил к
выходу.
— Иди и не вырывайся! — резко произнес он, когда она попыталась
освободиться от его хв
...Закладка в соц.сетях
