Жанр: Любовные романы
Розыгрыш
...братился он к стоявшей в дверях женщине. —
Надо скорее приготовить операционную.
Та вышла, осторожно прикрыв за собой дверь. Элен умоляюще взглянула на Зака.
— Я боюсь, — тихим голосом призналась она.
Он протянул ей руку, и она крепко сжала ее.
Выражение его глаз смягчилось, и он грустно улыбнулся.
— Знаешь, ты напоминаешь мне маленькую испуганную девочку. Ты сейчас
значительно моложе своей дочери. Ты...
— Боже мой, Зак, я совсем забыла об отце, он, наверное, до сих пор
сидит в приемном покое! Как же он доберется домой? — вдруг вспомнила
она.
Когда Зак выводил ее из ресторана, отец бросился к ним и потребовал
объяснений. Услышав, что ей очень плохо и ее надо немедленно доставить в
больницу, он настоял на том, чтобы сопровождать ее туда. Эмили тоже рвалась
ехать с ними, но Зак уговорил ее остаться, пообещав держать в курсе дела.
Только потому, что было неприлично всем сразу покинуть вечеринку, падчерица
согласилась с ним. Однако отца не удалось отговорить от поездки. Желая
держаться подальше от Зака, он забился на заднее сиденье и всю дорогу
молчал.
— Тебе придется спуститься к нему и...
Зак не стал ждать продолжения.
— Я спущусь к нему, когда сочту нужным. Сейчас же меня больше всего
волнует твое состояние.
— Но...
— Никаких
но
, Элен, — отрезал он. — Ты все время волнуешься
о других. Я думаю, настало время подумать о себе. И твой отец, и Эмили
достаточно взрослые люди, пусть же они для разнообразия вспомнят, что ты
живой человек и о тебе иногда тоже надо позаботиться. С тобой, дорогая, все
будет в порядке, только ты должна немедленно перестать волноваться по
пустякам. Понятно, глупышка?
Элен сглотнула слюну. Она только раз до этого была в больнице — когда пришло
время родить Эмили. Она не кривила душой и не старалась вызвать у Зака
сочувствие. Ей действительно было страшно. Он, конечно, прав, все будет
хорошо, но она ничего не могла с собой поделать.
— Побудь со мной, Зак, — по-детски беспомощно попросила она, еще
сильнее сжимая его пальцы. — Ты... ты мне нужен!
Она еще никому не говорила таких слов. Глаза его потемнели, и он хотел что-
то ответить, но слова, казалось, застряли в его горле, и он лишь кивнул
Элен. Потом наклонился к ней и потерся губами об ее щеку.
Элен медленно обняла его за шею, еще больше притянула к себе и нежно
поцеловала в губы.
Реакция Зака была мгновенной. Тяжело задышав, он буквально набросился на
нее, правой рукой обхватив ее грудь. Так продолжалось несколько секунд, но
потом он очнулся, вспомнив, где они находятся и что их сюда привело. Его
объятия стали менее настойчивы, и наконец он с трудом оторвался от Элен.
— Не волнуйся, я все время буду рядом, — хрипло выдавил он.
Элен хотела что-то сказать, но в это время раздался короткий стук в дверь, и
на пороге возникла доктор Мэйсон.
— Операционная подготовлена, — объявила она.
Сестры, появившиеся следом за доктором, засуетились вокруг Элен. Зак все это
время не выходил из смотровой, наблюдая за ней и негромким голосом обсуждая
с доктором Мэйсон ход предстоящей операции. Поразительно, но его присутствие
вовсе не смущало Элен, наоборот, ею овладело полное спокойствие.
Ему пришлось все-таки ненадолго выйти, чтобы успокоить ее отца и позвонить
Эмили, но, когда Элен на каталке повезли в операционную, он уже был рядом.
— Как вы себя чувствуете, Элен? — Доктор Мэйсон, успевшая
переодеться в зеленый костюм и бахилы, склонилась над ней.
Наркоз уже начал действовать. Последним, что увидела перед собой Элен,
проваливаясь в забытье, было лицо Зака...
Придя в себя, она снова увидела его лицо. Словно и не было операции!
За окном напротив ее кровати сгустилась темнота. На столике рядом горела
слабая настольная лампа, поэтому в палате тоже царил полумрак. В больничном
коридоре не раздавалось ни шороха, значит, была еще ночь. Ноющая боль в
животе поутихла, не было и этих ужасных режущих спазмов. Правый бок
полностью потерял чувствительность, но Элен понимала, что это результат
анестезии и что ей еще предстоят неприятные ощущения, когда наркоз станет
отходить.
Элен внутривенно вводили глюкозу. Рядом с кроватью стояла капельница, и ее
левое запястье было аккуратно заклеено пластырем, чтобы от неосторожного
движения игла не выскочила из вены.
Эта игла беспокоила ее сейчас значительно больше, чем рана в животе.
И еще Зак, сидящий на стуле возле нее. Боже мой, подумала Элен, он ведь не
спал всю ночь. Сколько же прошло времени? Он, наверное, так устал!
Она с нежностью смотрела на него.
Он сидел в одной рубашке, пиджак аккуратно свешивался со спинки стула, там
же висел и галстук. Рубашка была расстегнута, волосы слегка растрепались.
Скрестив на груди руки, он дремал в неудобной позе. Лицо его разгладилось,
мышцы расслабились, длинные ресницы отбрасывали на лицо тени. Он казался
помолодевшим на добрый десяток лет!
Элен не могла отвести от него взгляд.
Вдруг она подумала, что впервые видит его спящим...
Сначала это было странно, но они ведь ни разу не спали вместе в общепринятом
смысле!
Она прикрыла глаза, снова вспомнив о той их близости. А может, услышав, как
тихонько приоткрывается дверь, она инстинктивно опустила веки. Просто ей
стало неудобно — не хватало еще, чтобы ее застали за разглядыванием
собственного спящего мужа. С другой стороны, она все еще пыталась вспомнить,
что же произошло между ними минувшей ночью! Зак, слава Богу, все не
просыпался, поэтому не мог видеть смятение в ее глазах.
Внезапно он шевельнулся во сне, словно уловив, что в палату вошла его
ассистентка. Элен почувствовала его движение, но не раскрыла глаз,
наслаждаясь тишиной и спокойствием и представляя, как он потягивается со сна
и улыбается Мэйсон.
— Она еще не просыпалась? — шепотом спросила та.
— Нет, только пару раз что-то пробормотала. — Зак зевнул. — Я
и сам как-то незаметно заснул.
— Поезжай домой, — все так же тихо сказала Мэйсон. — Когда
она проснется, я тебе позвоню. Ты только не волнуйся, с ней все будет в
порядке. — Я не волнуюсь. Просто я обещал Элен не покидать ее и
собираюсь сдержать свое слово. Мне это совсем нетрудно.
Элен почувствовала раскаяние. Ей не следовало требовать от него таких жертв.
Ему надо было хорошенько выспаться, а она... Она поступила как эгоистка. Но
как же теперь вмешаться в их разговор, ведь она так убедительно спит!
Ее мысли были прерваны голосом Зака.
— И вообще, почему бы тебе самой не поехать домой и не выспаться! Ты
ведь знаешь, я не хуже тебя сделаю все, что потребуется. Ну и какой же смысл
нам обоим оставаться тут? Я-то так или иначе никуда не уеду.
— Ты уверен, что тебе не потребуется моя помощь? — засомневалась
Мэйсон.
— Конечно! И... спасибо тебе, Оливия, — потеплевшим голосом
добавил Зак.
Через секунду дверь мягко закрылась.
Оливия? Элен не могла поверить собственным ушам. Оливия? Вот оно что! Доктор
Мэйсон, коллега Зака, и была его любовницей, той самой Оливией, в которую он
был влюблен с давних пор!
Глава 8
Утром Элен по-новому взглянула на вошедшую к ней Мэйсон. Теперь-то ей все
известно!
Накануне, когда Оливия Мэйсон — Оливия — вышла из палаты, Элен еще долго
притворялась спящей. Зак беспокойно расхаживал взад и вперед, но даже это не
могло вывести ее из оцепенения. Ей сделала операцию его любовница! Наконец-
то она узнала, кто она такая.
В своих мыслях она почему-то представляла себе Оливию этакой смазливой
пухленькой бабенкой с крашеными волосами. Именно такими показывали разлучниц
в кинофильмах, о таких она читала в слезливых романах. Такой она видела эту
страдалицу около инвалидного кресла мужа, навсегда оставшегося калекой после
автокатастрофы.
Но Оливия Мэйсон, высокая брюнетка с горделивой осанкой, являла собой совсем
другой тип женщины. К тому же она была опытным хирургом, коллегой Зака, с
мнением которой он явно считался. Элен вдруг подумала, что было бы лучше,
если бы Оливия была той недалекой мещаночкой, какую она придумала два года
назад.
Наконец Элен
очнулась от забытья
. Зак сразу же бросился к ней. Она уверила
его, что чувствует себя прекрасно и никакого повода для беспокойства нет.
Элен твердо решила молчать о том, что слышала ночью. Ей было стыдно за свою
минутную слабость, заставившую ее просить Зака побыть рядом. Поэтому сейчас
она намеренно говорила с ним ровным тоном. Боже праведный, надо же быть
такой дурой! Если бы Барбара ее предупредила, если б она только намекнула...
Зак склонился к ней, встревоженно всматриваясь в ее лицо. Надо немедленно
взять себя в руки. Не сразу, но ей все-таки удалось уговорить его поехать
домой и отдохнуть.
И вот теперь Оливия, посвежевшая и раскрасневшаяся от быстрой ходьбы, вошла
в ее палату.
Она обязана наведаться к ней после ночной операции, подумала Элен, это ее
профессиональный долг. Элен изо всех сил старалась, чтобы ее голос звучал
ровно, она ничем не хотела выдать свои чувства. Но мысли помимо ее воли
постоянно возвращались к тому, что она узнала ночью.
Они были коллегами, значит, Зак мог проводить с Оливией сколько угодно
времени, отсюда и его частые отлучки из дому. Нет, он не обманывал Элен, не
кривил душой — он действительно уезжал в свою больницу!
Теперь все встало на свои места.
Интересно, что думала о ней Оливия? Какой она представляла себе женщину, с
которой по необходимости связал свою судьбу Зак? Вчера и смотровом кабинете
он открыто называл ее своей женой.
Оливия Мэйсон приступила к осмотру, мягкими чуткими пальцами прощупывая ее
живот.
— Осложнений, думаю, не предвидится, — произнесла она. — К
концу недели вы сможете покинуть больницу.
Закончив осмотр, она осторожно укрыла Элен одеялом.
Только через неделю? Элен ужаснулась.
— И когда же я смогу приступить к работе?
— Как только я тебе разрешу, — послышался в дверях уверенный голос
Зака, предвосхитивший ответ Оливии.
Элен повернула к нему голову. Зак стоял на пороге палаты, широко расставив
ноги и заложив руки за спину.
— Я только хотела спросить...
— Я знаю все, о чем ты хотела спросить, Элен. Надеюсь, вопрос
исчерпан? — Кивнув Оливии, он решительными шагами подошел к кровати
Элен. — Послушай, что я тебе скажу. Ты сможешь снова заняться делами
только тогда, когда я решу, что ты для этого хорошо себя чувствуешь. Я
достаточно ясно излагаю свои мысли? — Он немного помолчал, давая ей
возможность обдумать его слова. — Ну так вот. Сегодня утром я позвонил
твоей помощнице, и она уверила меня, что отлично управится в магазине...
— Ты... ты не имел права! — возмутилась Элен. — Почему ты
вмешиваешься в мои дела?
Она попыталась сесть в кровати, но, застонав, медленно опустилась на
подушки.
— Я считаю, что у меня есть на это право, — отрезал Зак с присущей
ему непреклонностью. — Ты упускаешь из виду, что магазин находится в
принадлежащем мне доме.
Гнев ударил в голову Элен, на минуту заставив ее забыть о боли.
— Ах, вот что тебя так волнует! Наконец-то я все поняла! Не стоит так
волноваться, Зак! Я выкупила магазин, выкуплю и весь дом, дай только время!
— Но ведь сейчас, сию секунду, ты не можешь это сделать.
Как ни странно, его голос перешел в шепот.
— Ах ты... — задохнулась Элен.
— Думаю, мне надо оставить вас наедине, — вдруг сказала Оливия
Мэйсон. На ее губах играла едва заметная улыбка. Лукаво взглянув на Зака,
она спросила: — Приготовить тебе кофе?
— Это было бы прекрасно, — кивнул он ей, не отрывая глаз от
Элен. — Я скоро приду.
Оливия вышла из палаты.
Элен почувствовала отчаяние. Только что, нисколько не смущаясь ее
присутствием, эти двое открыто признавались в своих чувствах. Чашечку кофе,
милый? Ах да, дорогая, спасибо, как это любезно с твоей стороны! Конечно,
она не могла претендовать на Зака, они никогда по-настоящему не были мужем и
женой. Вся эта игра в супружество была задумана только ради Барбары. Теперь
же они вообще находятся в стадии развода, и Оливия, эта ее соперница, не
может этого не знать.
Элен окончательно впала в уныние.
Зак хотел было что-то сказать, но тут заметил, что по ее щекам заструились
слезы.
— Черт возьми, — вырвалось у него. — Не надо, Элен,
успокойся. — Он присел на край кровати и обнял ее за плечи. — Я,
конечно, полный идиот! Тоже мне, опытный врач! — с отвращением добавил
он. — Ты только что перенесла операцию под общим наркозом, а я ору у
твоей постели, словно на базаре! Прости меня. Я просто хотел, чтобы ты
поняла, как я волнуюсь о твоем здоровье. Правда, получилось это у меня
довольно неуклюже. Но я не хотел тебя расстраивать.
Теперь Элен разрыдалась по-настоящему, содрогаясь в его объятиях. Он,
конечно, не понял причину ее слез. Подумаешь, он поднял на нее голос! Дело
совсем в другом. Сейчас он уйдет и будет наслаждаться кофе в обществе своей
любовницы! И он имел на это право, так что рыдать глупо, но Элен никак не
могла успокоиться.
Зак погладил ее по спине.
— Если ты не прекратишь, мы с тобой оба утонем. Она всхлипнула и
улыбнулась сквозь слезы.
— Извини. — Она немного отодвинулась от него и снова
всхлипнула. — Не понимаю, что со мной.
Она откинула со лба волосы и вытерла слезы.
— Ничего, это естественная реакция, — махнул рукой Зак. —
После общего наркоза такое частенько случается. Это от перевозбуждения.
Элен откинулась на подушки и прерывисто вздохнула.
— Твоя надменность тоже результат перевозбуждения? — спросила она
с легкой насмешкой.
Зак тряхнул головой и хмыкнул.
— Я признаю, что мне следовало быть более сдержанным, я не должен был
так распускаться. Но Соня действительно справится со всеми делами, поверь
мне...
— Вот видишь, ты опять обижаешь меня. Ведь твои слова означают, что мое
присутствие в магазине вовсе необязательно. Неужели ты не понимаешь? —
с грустью в голосе произнесла Элен.
— Я совсем не это хотел сказать, у меня и в мыслях этого не было!
Зак перевел взгляд с лица Элен на ее грудь, едва прикрытую одеялом.
Глаза его потемнели.
Сердце Элен учащенно забилось, но она отогнала от себя мгновенно возникшие
интимные видения и сделала вид, что не заметила вспыхнувшего в его глазах
желания. Так или иначе, но кофе он будет пить со своей любимой Оливией! А
потом, когда закончится их дежурство... Нет, нельзя думать об этом, а то она
опять разревется.
— Где мои родные? Ты им звонил сегодня? — ровным голосом спросила
она.
— О Боже, я совсем забыл! — вскинулся Зак. — Когда я только
вошел в палату, я собирался спросить, в состоянии ли ты принимать
посетителей. Но потом несколько отвлекся... Эмили с восьми утра рвется к
тебе, Грэг тоже хочет тебя видеть. Когда я утром вернулся домой, я застал
там их обоих.
Эмили провела ночь в его доме! Вдвоем с Грэгом!
— Они встретили меня в гостиной и буквально закидали вопросами.
Элен вспомнила об отце. Вчера он приехал сюда вместе с ними, но с тех пор
прошло много времени. Он мог бы уже появиться и поинтересоваться, как
чувствует себя его дочь.
— А отец?
Зак нахмурился, заметив, что по ее лицу пробежала тень.
— Я вчера спустился к нему, чтобы рассказать о твоем состоянии. Потом
он вызвал такси и уехал домой. С тех пор он не звонил и не появлялся, мягко
сказал Зак, пожав плечами.
Удивительно, как чутко он улавливал ее настроение!
— Я ему сама позвоню попозже...
— Элен, ты больная, тебе удалили аппендикс. Так пусть он хоть раз в
жизни проявит о тебе заботу! — Зак не на шутку рассердился. — Я
настаиваю как врач. Ты сейчас должна забыть о своем отце, да и об Эмили
тоже. Они не пропадут, уверяю тебя. Думай только о себе и о своем здоровье.
Ничего с твоими родными не случится. В твоем состоянии нельзя волноваться.
Легко сказать — не волноваться!
Зак ушел и через несколько минут вернулся с Эмили и Грэгом. Веселое личико
дочери несколько приободрило Элен. Она уже стала привыкать к тому, что эта
пара теперь все время появляется вместе.
В руках у Эмили был огромный букет гвоздик. Она поцеловала мать в щеку и
сразу же защебетала:
— Мамочка, вечер удался на славу! Какая жалость, что с тобой случилось
такое!
— Знаю, знаю, можешь не продолжать.
Как ужасно, мамочка! Какое
счастье, что все уже позади!
— улыбаясь, передразнила ее Элен.
Эмили уселась на край кровати. Зак усмехнулся.
— Здорово у тебя получилось, такие таланты надо беречь. Кстати, —
повернулся он к девушке, — я только что пытался убедить маму, что ты
прекрасно справишься без нее и найдешь время позаботиться о дедушке. А она
чуть не разорвала меня на мелкие клочки. — (Эмили и Грэг посмотрели на
него с удивлением.) — Поэтому я прошу поддержать меня, — заключил он с
тяжелым вздохом, всем своим видом показывая, что женская логика ему
недоступна.
Ну и хитрец, подумала Элен. Уж в чем, в чем, а в женщинах он разбирался
великолепно, с легкостью ими манипулируя. Исключение составляла лишь Оливия
Мэйсон, на которой он так и не смог жениться. Да и если бы не чрезвычайные
обстоятельства, они бы давно были вместе. От этой мысли лицо Элен
омрачилось.
Грэг улыбнулся отцу.
— Мне тоже понравилось, как Элен изобразила Эмили. Мне бы такие
способности.
Зак возвел глаза к потолку и шутливо воскликнул:
— Нет в мире совершенства!
— Это точно, — присоединилась к ним Эмили. — Но мне кое-что
перепало по наследству. Могу поделиться. — И она заговорщицки
подмигнула им обоим.
Щеки Элен порозовели. Да, эта троица прекрасно спелась, снова подумала она.
В глубине души она почувствовала зависть.
Зак сразу же заметил, что она покраснела. Он подошел к кровати, взял Элен за
запястье и пощупал пульс. И когда только она научится владеть собой! Вот
Оливия наверняка не вспыхивает по каждому пустячному поводу. — Мы
немного утомили маму, — твердо произнес он, внимательно глядя на
Элен. — Между прочим, Эмили, ты рискуешь вызвать гнев старшей сестры,
если она застанет тебя сидящей на постели. Это строжайше запрещено.
— Что за ерунда! — воскликнула девушка, но все-таки встала.
Элен перестала следить за ходом их разговора, ею овладела страшная
усталость. Она была рада, что Эмили и Грэг пришли ее проведать, но их
пятиминутный визит действительно утомил ее. Она с мольбой посмотрела на
Зака.
— Все, хватит, ребята, — быстро скомандовал он и легонько
подтолкнул их к двери. — Надеюсь, вы убедились воочию, что я вас не
обманул и Элен хорошо перенесла операцию. Но длительные посещения ей пока
что противопоказаны. Она должна как можно больше спать.
— Но...
— Мы...
— Довольно. В конце концов, я ее лечащий врач, — отрезал Зак не терпящим возражений тоном.
— Неправда, мой врач доктор Мэйсон, — слабым голосом вставила
Элен.
Лучше бы ей промолчать — Зак так и взвился.
— Я... Ну что там еще? — Нахмурившись, он резко повернулся к
двери.
В коридоре послышались громкие голоса. Плотно сжав губы, Зак рывком
распахнул дверь и едва не был сбит с ног. Отец Элен буквально ворвался в
палату, отпихивая рукой Зака, за ним спешила запыхавшаяся медсестра. Совсем
не думает о своем сердце, вяло подумала Элен.
— Извините, доктор Нильсон! — Голос медсестры срывался, щеки
пылали от негодования. — Честное слово, я пыталась остановить этого
господина...
— Какой я вам
господин
! Я отец миссис Нильсон, — рявкнул старик.
Это не произвело на сестру ни малейшего впечатления. Она по-прежнему
умоляюще смотрела на Зака.
Тот успокаивающе улыбнулся ей.
— Все в порядке, сестра, вы не виноваты. Через минуту мы уйдем отсюда
все вместе и дадим наконец миссис Нильсон отдохнуть. Ступайте, я за всем
прослежу сам.
Молоденькая сестра послушно вышла из палаты.
— Миссис Нильсон, — фыркнув, повторил отец. — Дурацкая
больница, и порядки в ней дурацкие. Я битый час потерял в регистратуре,
дочь, иначе давно был бы здесь. Какая-то дура не хотела меня впускать. У
нас, говорит, нет миссис Палмер. Потом выясняется, что доктор Нильсон
находится в палате своей жены. Я ей говорю, что это и есть моя дочь, а она
мне продолжает талдычить, что к ней сейчас нельзя...
— На то есть причины, Эдвард...
Глазки старика вспыхнули. Он смерил Зака презрительным взглядом.
— У тебя всегда найдутся причины! За словом в карман ты не полезешь!
Губы Зака сжались, Элен почувствовала, что сейчас грянет гром. Надо
немедленно вмешаться.
— Папа!
— На то есть причины, — отчеканил Зак, стараясь держать себя в
руках. — Это означает, Эдвард, что у нас разрешаются только два
посетителя в день. Такие здесь правила. Кстати, эти правила непреложны и для
других больниц. Элен только что перенесла операцию, ей необходим покой, Грэг
и Эмили уже уходят.
— А сам-то ты что здесь делаешь? Я, слава Богу, умею считать до трех!
Так вот, ты — третий.
Зак лязгнул зубами. Едва сдерживаясь, он проскрипел:
— Я не посетитель. Я врач.
— А я отец!
— Не спорю. Но вести себя вы так и не научились.
— Слушай, ты...
— Хватит, дедушка, — натянутым голосом вдруг сказала Эмили. В эту
минуту дед рванулся к Заку, но она решительно встала между ними. —
Немедленно прекрати! — На ее щеках вспыхнули яркие пятна. — Как ты
можешь! Мама плохо себя чувствует, а ты ведешь себя как испорченный
ребенок...
— Эмили! — выдохнула Элен.
Гнев ее отца теперь был целиком направлен на внучку.
— Ах ты, паршивка! Как ты смеешь так со мной разговаривать? Мала еще
поднимать на меня хвост.
И действительно, подумала Элен, как только Эмили посмела? Она с изумлением
воззрилась на дочь, стрункой застывшую между двумя мужчинами. Кулаки ее были
судорожно сжаты, тело подалось вперед. Элен смотрела на нее с ужасом и
восхищением. Еще никто не осмеливался так говорить с ее властным отцом,
кроме, пожалуй, Зака, а уж Эмили и подавно. Девочка всегда была с дедом
мягка и уступчива.
— Как ты смеешь? — повторил старик со все нарастающей
яростью. — О Боже! — Он с ненавистью посмотрел на Зака. —
Всего несколько недель она провела в обществе твоего сыночка, но этого
оказалось вполне достаточно! Она стала такой же грубой и невоспитанной, как
и он. Похоже, это заразно.
— Это уж слишком! — Зак сжал кулаки. — Всему есть предел.
Эмили в негодовании топнула ногой.
— С чего ты взял, что Грэг груб и невоспитан?! — выкрикнула она.
— В этом нет ничего удивительного, у него есть с кого брать пример!
Видать, в отца пошел.
— Я буду очень рада, если он пошел в своего отца, — внезапно
успокоившись, сказала Эмили. — С моей точки зрения, они оба просто
великолепны. Лично мне они очень даже нравятся!
— А я тебе, значит, не нравлюсь, — усмехнулся ее дед.
Элен хотела вмешаться, немедленно прекратить эту ссору, но решила, что
сейчас лучше ничего не говорить — слишком силен был накал страстей. Грэг
тоже хранил молчание, лишь напряженно следил взглядом за спорящими. Глаза
Эмили сверкали, как два огромных изумруда.
— Заметь, дед, я этого не говорила, ты сам был вынужден это признать!
Взгляд старика стал холоден как лед.
— Я пришел сюда не для того, чтобы выслушивать оскорбления по своему
адресу!
— Да? И зачем же ты пришел? — язвительно поинтересовалась Эмили,
склонив голову набок. Сейчас ее волнение выдавали только руки, которые она
то сжимала в кулаки, то снова разжимала. — Насколько я помню, ты даже
не поздоровался с мамой, не говоря уж о том, чтобы спросить о ее здоровье.
Повернувшись к Элен, отец небрежно бросил:
— Я и без того вижу, что с ней все в порядке. &
...Закладка в соц.сетях
