Жанр: Любовные романы
Ведьма и воин
... Роберт. — А
то мне уже начало казаться, что придется проделать длинный путь назад к
твоим землям, чтобы убить тебя. Так гораздо удобнее, хотя — можешь не
сомневаться — я намерен вернуться и предать смерти всех членов твоего клана,
до последнего кричащего младенца.
— Господи, Роберт, — удивленно воскликнул Алекс, — что ты сделал со своими волосами?
Рука Роберта непроизвольно взметнулась к своим смешно торчащим, обгоревшим
космам.
— Это дело рук ведьмы! — рявкнул он, взглянув на Гвендолин. —
И она щедро заплатит за это.
Алекс изобразил недоумение:
— Зачем ей было заколдовывать тебя, чтобы придать такой совершенно
нелепый вид?
— Колдовство тут ни при чем, — огрызнулся Роберт. — Она
сделала это при помощи факела. А теперь можно перейти к делу...
— Ты собиралась поджарить его? — перебил его Алекс, изумленно
глядя на Гвендолин.
Она кивнула.
— Да, ты изрядно подпортила ему прическу. В следующий раз имей при себе
ножницы, — добродушно посоветовал он. — Уверен, результат будет
гораздо лучше.
— Если тебе интересно, Макдан, я теперь правитель Шотландии, —
важно заявил Роберт.
Алекс в ответ вскинул брови:
— Просто замечательно. А король Уильям знает об этом?
— Думаю, да, — ответил Роберт, но в голосе его проскользнула
неуверенность.
— Ну, если ты стал королем, значит, сумел защитить его в какой-то
великой битве. И как мы только этого не заметили?
На губах Роберта заиграла слабая улыбка.
— Для этого я всего лишь использовал этот камень. — Он зажал
бесценный талисман в руке. — Талисман сделал меня самым могущественным
правителем этих земель.
Алекс склонил голову набок.
— Прошу прощения, Роберт, но выглядишь ты не особенно
могущественным, — честно заявил он. — Если этот камень способен
исполнять желания, может, тебе стоило попросить, чтобы он отрастил твои
волосы... или немного очистил твое лицо от грязи...
— Хватит! — рявкнул доведенный до белого каления Роберт.
Алекс пожал плечами:
— Ну ладно. И что же ты собираешься делать в качестве короля?
Роберт улыбнулся и вытащил меч из ножен.
— Первое, что я намерен сделать, — убить тебя, безмозглый идиот.
— Нет! — крикнула Гвендолин. — Пожалуйста, Роберт, умоляю
тебя, не делай этого. Я исполню все твои желания, только сохрани ему жизнь!
— Ты сделаешь все, что я скажу, независимо от того, что будет с
ним, — грубо ответил Роберт. — Теперь, когда этот камень дал мне
власть, ты мне больше не нужна. — Он направил свой меч на
Алекса. — Слезай с коня, Макдан, и встречай свою смерть.
— Не делай этого, Макдан! — закричала Гвендолин, бросаясь к нему.
Слезы бежали по ее щекам. Она прижалась к его мускулистой ноге, пытаясь не
дать ему соскочить на землю. — Уезжай! — тихо взмолилась
она. — У тебя еще есть шанс, если ты немедленно повернешься и уедешь.
На лице Алекса отразились и удивление, и растерянность.
— Как можно, миледи, ваше неверие в меня просто оскорбительно.
— Ты не понимаешь, — с отчаянием в голосе сказала
Гвендолин. — Роберта нельзя победить — эту силу ему дал камень. Как бы
храбр ты ни был, все равно умрешь. У тебя есть сын, которому ты нужен, и
клан, который обязан защищать. — Она прижалась лбом к его бедру и
прерывающимся шепотом закончила: — Умоляю тебя, Алекс, не жертвуй собой из-
за такого пустяка, как моя жизнь.
Алекс ласково сжал пальцами ее подбородок и заставил посмотреть ему в глаза.
В пронизывающей их голубизне не было ни капли безумия, и даже беззаботность,
светившаяся в них секундой раньше, исчезла.
— Ты для меня не пустяк, Гвендолин, — произнес он; и его тихий
голос звучал почти благоговейно. Он нежно погладил ее по мокрой от слез щеке
и добавил: — Ты для меня все.
Гвендолин изумленно смотрела на него, и до нее постепенно доходил смысл его
слов, его прикосновения, его серьезного, пристального взгляда. Она покачала
головой и твердо взглянула ему в глаза, борясь со своими чувствами и зная,
что, если откроет ему свое сердце, они оба погибнут.
— Я не могу быть для тебя всем, — холодно ответила она, сбросила
его руку и отступила. — Я ведьма, и мне никто не нужен. Понимаешь? А
теперь не глупи и уезжай отсюда, пока Роберт не отделил твою безумную голову
от тела!
Алекс пристально посмотрел на нее. Она старалась казаться невозмутимой, но в
ее серых глазах блестел страх, а руки стиснули плащ с такой силой, что
суставы пальцев под натянутой кожей стали похожи на отбеленные солнцем
камешки.
— Иди сюда, Макдан, — ликующе крикнул Роберт, размахивая
мечом. — Я не намерен ждать всю ночь.
Небо прорезала очередная ослепительная вспышка молнии.
— Верь мне, Гвендолин, — мягко настаивал Алекс, не обращая
внимания на Роберта. — Я поклялся защитить тебя и сдержу слово. И не
потому, что ты принадлежишь мне, — добавил он, видя, что она хочет
возразить ему, — а потому, что без тебя я погибну.
Горячие слезы потекли по ее щекам.
— Если я тебе хоть немного дорога, ты повернешься и уедешь, пока он не
убил тебя.
Алекс соскочил с коня.
— Только постарайся еще немного задержать дождь, — сказал он,
обнажая меч. — Терпеть не могу сражаться, когда льет как из
ведра. — Он подмигнул ей, повернулся и двинулся к врагу.
— Наконец-то. — Роберт выставил меч перед собой.
— Правда, Роберт, я понятия не имел, что ты так любишь драку, —
сказал Алекс, небрежно опираясь на свой меч. — Наверное, тебе в детстве
уделяли недостаточно внимания?
— Можешь попытаться отвлечь меня, если хочешь, — огрызнулся
Роберт, обходя его. — Это не повлияет на исход боя.
— Ах да, Гвендолин сказала мне, что ты теперь непобедим. Сдается мне,
это должно сделать схватку немного веселее.
— Поверь, Макдан, то, что я заведомо знаю о неминуемости твоей смерти,
нисколько не испортит мне удовольствие, — заверил его Роберт, подходя
ближе.
Алекс аккуратно расправил одну из складок пледа.
— Я рад, что ты получаешь удовольствие. Скажи мне, когда будешь готов
начать.
— Мы уже начали, безмозглый дурак! — выкрикнул Роберт. —
Готовься к смерти!
С этими словами он бросился на Макдана.
Алекс закончил поправлять последнюю складку пледа и поднял меч — как раз
вовремя, чтобы отразить мощный удар Роберта.
Ночь наполнилась скрежетом стали. Серебристые искры взлетали в воздух каждый
раз, когда сталкивались лезвия мечей. Воины были достойны друг друга; Алекс
отвечал ударом на каждый выпад Роберта и заставил его отступить на несколько
шагов, после чего Роберт, в свою очередь, потеснил его. Вспышки молний
прорезали темный купол неба вокруг них, а в оглушительных раскатах грома
тонуло лязганье металла и хриплое дыхание воинов, старавшихся одолеть друг
друга.
— Ты не можешь победить, Макдан, — проскрежетал зубами Роберт,
пытаясь выбить меч из рук Алекса. — Ты должен сдаться и позволить мне
прикончить тебя.
— Это очень благородно с твоей стороны, Роберт, — заметил
Алекс. — Извини, если я покажусь тебе неблагодарным, но мне больше по
душе хорошая драка.
— Как хочешь.
Роберт сделал внезапный выпад, и острие его меча царапнуло по груди Алекса.
Горячая кровь заструилась по его телу, пропитывая рубашку.
— Видишь? — сказал Роберт, с улыбкой присматриваясь к ране
противника. — Тебе не справиться со мной, Макдан. Я непобедим.
— Это только слова, — возразил Алекс, стиснув зубы от жгучей боли
в груди. — Но если это правда, почему ты тратишь столько времени, чтобы
убить меня? Ведь у тебя, как у правителя Шотландии, есть множество гораздо
более важных дел. А может, зажатый в твоей руке камень не более чем красивая
безделушка? — нахмурившись, добавил он.
Роберт зарычал от ярости и бросился на него. Алекс опустил свой меч, но в
последнее мгновение резко взмахнул им, выбив оружие из руки Роберта, и задел
его предплечье. Роберт взвыл от боли и отшатнулся, с удивлением глядя на
алые струйки, текущие по его запястью.
— Если хочешь, мы прервемся, и Гвендолин займется тобой, — вежливо
предложил Алекс. — Полагаю, ты оценишь, как ловко она управляется с
иглой и несколькими прядями волос.
— Я хочу убить тебя!
— Как пожелаешь, — пожал плечами Алекс. — Продолжим.
Гвендолин с немым ужасом смотрела, как мужчины подняли мечи и возобновили
бой, наскакивая друг на друга с беспощадной решимостью. Несмотря на
притворную браваду Алекса, Гвендолин видела, что рана беспокоит его,
поскольку при каждом взмахе меча он морщился, а рубашка потемнела от крови.
Но он продолжал вновь и вновь обрушивать на Роберта свой меч, вынуждая
противника отступать. Серебряный свет луны лился на сражающихся воинов, и их
силуэты четко выделялись на фоне древних валунов.
— Ты хорошо сражаешься, Макдан, — признал Роберт, тяжело
дыша. — Тем не менее, как ты сам заметил, меня ждут более важные дела.
Пришло время тебе умереть.
Алекс немедленно опустил меч и отступил назад.
— Очень хорошо, Роберт. Делай что хочешь.
Схватив меч обеими руками, Роберт издал торжествующий крик и бросился
вперед; в глазах его зажегся победный огонь.
Пожалуйста, Господи, — беззвучно взмолилась Гвендолин, сердце которой
разрывалось на части. — Пожалуйста, Господи, не дай ему умереть
.
Алекс ждал, до последней секунды не двигаясь с места.
А затем он, резко нырнув в сторону, вонзил свой меч в живот Роберта.
— Нет, — сказал Роберт, растерянно глядя на серебристую полосу,
погружавшуюся в его внутренности. Потом он поднял взгляд на Алекса. —
Этого не может быть. Я... меня нельзя убить. Я непобедим.
— Прошу прощения, Роберт, — ответил Алекс. — Но, похоже, ты
ошибался на этот счет.
Он выдернул меч из живота Роберта, и струя алой крови хлынула на землю.
— Ты все равно меня не победил, Макдан, — сквозь сжатые губы
произнес Роберт. Он поднес окровавленные пальцы ко рту и, собрав последние
силы, прерывисто свистнул. — Мои люди изрубят вас на куски. — Он
сплюнул, зажал руками живот и рухнул на колени. — Но сначала они
поступят с тобой так, как поступают со шлюхами, — добавил он и со
злорадной улыбкой взглянул на Гвендолин.
Она со страхом посмотрела на вершину холма, ожидая появления воинов Роберта.
Ничего не произошло.
Алекс вздохнул.
— К сожалению, твои люди заняты, — виноватым тоном сообщил
он. — Надеюсь, ты не обидишься на меня — я приказал своим воинам во
время нашей встречи немного развлечь их.
Искаженное болью лицо Роберта вспыхнуло от ярости. Он стиснул в кулаке
заветный камень, как будто хотел выжать из него несколько волшебных капель,
которые придадут ему силы.
Алекс вложил в ножны окровавленный меч и повернулся к Гвендолин.
— Иди сюда, Гвендолин, — ласково позвал он, протягивая ей
руку. — Пришло время...
— Нет! — вскрикнула она, и ее глаза расширились от ужаса.
Алекс повернулся и увидел поднявшегося на ноги Роберта, который нацелил свой
меч прямо ему в голову. Он инстинктивно схватился за оружие, прекрасно
понимая, что не успеет вытащить его до того, как Роберт раскроит ему череп.
Лети! — мысленно приказала Гвендолин, устремив взгляд на лежавший на
земле кинжал. — Лети и убей его
.
Вспышка молнии прорезала ночное небо, и на мгновение все застыли неподвижно.
— Боже мой, — пробормотал Роберт, и его меч застыл в воздухе.
Он окинул Гвендолин долгим пристальным взглядом, как будто никогда раньше не
видел ее, а затем рухнул на землю. Из его спины торчала рукоятка кинжала.
Гвендолин поднесла руку ко рту и в ужасе посмотрела на безжизненное тело
врага. Потом она принялась вглядываться в темноту, рассчитывая увидеть там
воина, который подобрал кинжал и метнул его в Роберта.
Там никого не было.
Испуганная, она вновь перевела взгляд на Роберта. На его рубашке быстро
расплывалось темное пятно.
— Я... я не думала... — пробормотала она.
— Знаю, — тихо ответил Алекс. Он нагнулся и взял камень из руки
Роберта.
Она покачала головой, пытаясь понять, что же такое сделала.
— Он собирался убить тебя, и... я бы этого не пережила. Я должна была
остановить его. — Она начала дрожать. — Это была всего лишь
мысль... — Голос ее звучал растерянно. — Я не думала, что это
действительно произойдет.
— Ты спасла мне жизнь. И для этого тебе понадобилось использовать свой
дар.
— У меня нет никакого дара, Макдан, — с отчаянием в голосе
возразила она. — И никогда не было. Я позволила тебе поверить в мои
способности, поскольку боялась, что ты отошлешь меня назад, к Максуинам,
когда узнаешь правду. Но... я действительно не ведьма.
Алекс обнял ее и прижал к себе, не обращая внимания на кровоточащую рану на
своей груди.
— Ошибаешься, любовь моя, — прошептал он, проводя пальцами по ее
мокрой от слез щеке. — Ты обладаешь силой, которая передавалась в твоем
роду по женской линии. У твоей матери не было этих способностей, но у тебя
есть. Именно поэтому мать доверила тебе необыкновенный камень.
С этими словами он повесил талисман ей на шею.
— Он не исполняет желания, как считали вы с Робертом, — продолжал
объяснять Алекс. — Он охраняет обладающих особым даром девочек из
твоего рода, пока их способности не созреют.
— Нет, — вся дрожа, возразила она. — Ты ошибаешься.
— Подумай, Гвендолин, — настаивал он, ласково гладя ее по
волосам. — Ты вызвала бурю в ту ночь, когда я попросил тебя
продемонстрировать свои возможности...
— Это было всего лишь совпадение...
— ...а затем проливной дождь, когда Роберт поджег дома.
— Буря все равно должна была вот-вот начаться... я не вызывала ее...
— А как ты объяснишь кинжал в спине Роберта? — тихо спросил он.
— Я не знаю! — крикнула она, уткнувшись головой ему в
плечо. — Это произошло само собой!
— Ну, успокойся, — утешал он, еще крепче обнимая ее и поглаживая
по спине. — Все хорошо, любовь моя. Теперь ты в безопасности.
Гвендолин плакала в его объятиях. Всю жизнь ее считали ведьмой, но сознание
того, что эти обвинения лживы, давало хоть какое-то утешение, даже если об
этом было известно лишь ей одной. Теперь же, несмотря на желание
опровергнуть слова Макдана, она не могла не вспомнить о необыкновенных
ощущениях, охвативших ее, когда она приказала кинжалу Роберта убить его.
Сила ее желания заставила кинжал подняться в воздух и вонзиться в спину
Роберта.
Внезапно Макдан замер.
— Что случилось? — спросила она, отстраняясь.
— Мы не одни.
Земля дрожала от топота копыт. Гвендолин взглянула на холм и увидела отряд
всадников, спускающихся по склону с факелами в руках. Когда они
приблизились, она смогла разглядеть во главе отряда Камерона, Бродика и
Неда.
— Добрый вечер, Гвендолин! — радостно поздоровался Камерон,
останавливая коня. Он поднял меч и взмахнул им, описав в воздухе серебристую
дугу — сигнал воинам образовать кольцо вокруг Алекса и Гвендолин.
— Мы решили, что должны присоединиться к вам, потому что скоро здесь
будут гости, — сообщил Бродик, кивнув головой в сторону леса, и перевел
взгляд на безжизненное тело Роберта. — Вижу, ты наконец успокоил этого
негодяя.
— На самом деле это Гвендолин сразила его.
— Максуину это не понравится, — высказал предположение Нед и
придвинулся к девушке, как будто хотел защитить ее.
В этот момент из гущи леса выскочили пять десятков всадников. Увидев воинов
Макдана, образовавших кольцо вокруг Алекса и Гвендолин, они остановились, но
мечи их были по-прежнему обнажены и сверкали в свете факелов.
— Добрый вечер, Макдан, — произнес лэрд Максуин, выезжая вперед.
Его взгляд скользнул по Гвендолин, а затем остановился на безжизненном,
окровавленном теле брата. На его лице отразилось сожаление.
— Он должен был умереть, Максуин, — мрачно сказал Алекс. — Он
убил отца Гвендолин ради своих целей, а затем ложно обвинил ее в этом
преступлении. Вслед за этим он усугубил свои обвинения ложью о колдовстве и
вредительстве, и ты, вместо того чтобы выслушать Гвендолин, как требовали от
тебя твои обязанности, вынес ей несправедливый приговор. — В его голосе
сквозило осуждение.
Лицо Максуина стало еще более несчастным.
— Я давно знал о жадности брата, — печально признался он, —
но не мог себе представить, что он способен навредить члену собственного
клана.
— Она уже не в твоем клане, Максуин, — твердо заявил Алекс. —
Теперь она принадлежит к клану Макданов. Если ты или кто-либо из твоих людей
попытается опять причинить ей вред, я убью тебя.
— Или я, — поддержал его Камерон, взмахнув мечом. — Даже если
это будет стоить мне жизни.
— Или я, — сказал Бродик, поднимая оружие.
— Тем более я, — поклялся Нед.
— Я уж и подавно, — повторил Мунро.
Гвендолин в изумлении смотрела на Макданов. Слова клятвы медленно
перемещались по кругу воинов, и каждый, кто тут был, обещал защищать ее.
Произнося клятву, они поднимали вверх меч или факел, и на фоне темного неба
теперь сиял ореол из золота и серебра. Потрясенная Гвендолин заморгала и
отвела взгляд, не в силах понять, почему эти храбрые люди готовы
пожертвовать жизнью, защищая ее.
— Воины, которых Роберт привел с собой, чтобы напасть на мои земли,
связаны и ждут тебя у вершины вон того холма, — сообщил Алекс лэрду
Максуину. — Пообещай, что позволишь нам с миром уйти домой, Максуин, и
можешь забирать их. Ты можешь забрать с собой и тело Роберта, — добавил
он, — чтобы устроить ему соответствующие похороны.
Максуин кивнул и приказал двум воинам забрать тело Роберта и его лошадь.
После того как это было сделано, он в нерешительности остановился.
— Прошу прощения, Макдан, но мне нужно знать... как поживает моя
Изабелла? — Его хриплый голос свидетельствовал о том, как сильно он
озабочен судьбой дочери.
Его отцовский страх помог Гвендолин вновь обрести дар речи.
— С ней все хорошо, Максуин, — ответила она, торопясь обрадовать
его. — Макданы проявили к ней доброту и уважение, и ни один мужчина
никогда не покушался на ее честь.
Его глаза осветились надеждой.
— Думаешь, теперь, когда Роберт мертв, она согласится вернуться домой?
— Нет, — вмешался Бродик, прежде чем Алекс успел ответить
Максуину, что на этой неделе с радостью доставит ее домой.
Все удивленно посмотрели на него.
— Изабелла выходит за меня замуж, — решительно заявил Бродик и
внезапно охрипшим голосом добавил: — Я уверен, она будет рада, Максуин, если
ты благословишь нас.
Максуин в замешательстве пристально смотрел на него.
— Разве ты не тот воин, который, будучи гостем у меня в доме, ухаживал
за ней, а потом приставил ей кинжал к горлу и угрожал убить?
— Тот самый. Меня зовут Бродик.
— Моя дочь не стеснялась в выражениях, когда говорила о тебе после того
приключения. Я удивлен, что вижу тебя живым и здоровым. Раз так, мне
остается только похвалить тебя за стойкость и благословить.
Бродик улыбнулся:
— Мы с Изабеллой приедем к тебе в гости, Максуин, после того как
поженимся.
— Буду с нетерпением ждать, — заверил его лэрд. — Желаю тебе
и твоим людям, Макдан, доброго пути.
Он на прощание кивнул Алексу, повернул коня и повел своих людей к вершине
холма, чтобы забрать воинов Роберта.
— Нам лучше отправиться в лес и разбить лагерь для ночевки, —
сказал Камерон, поглядывая на небо. — Гроза может разразиться в любую
секунду.
— Может, Гвендолин остановит ее, — высказал предположение Бродик.
— Ей и так досталось сегодня, чтобы еще менять погоду ради твоего
удовольствия, — возразил Нед. — Ради всего святого, она же только
что уничтожила Роберта.
— Точно, — согласился Камерон. — Девочка устала.
— Мы не возражаем против хорошей грозы, девушка, — бодро добавил
Мунро. — Так что можешь не беспокоиться.
— Я даже немного полюбил грозы, — заметил Эван, — с того
раза, когда ты вызвала дикий шторм во время нападения Роберта.
— Вот это была буря! — с воодушевлением стал вспоминать Гаррик,
двигаясь вместе с остальными в сторону леса. — Помните, как она стояла
на стене, обдуваемая ветром...
— Казалось, что она парит в воздухе, — вставил Квентин, — как
какое-то сверхъестественное существо...
Воины шествовали среди деревьев, продолжая удивляться вызванной Гвендолин
буре.
Гвендолин долго смотрела им вслед. А когда их голоса стихли и последний
отблеск факела исчез за деревьями, она медленно подняла глаза на Макдана.
Он стоял рядом с ней, высокий и сильный. Его фигура даже в туманном лунном
свете отчетливо выступала из темноты. Рубаха была порвана и пропитана
кровью, но он, не отрываясь, смотрел на Гвендолин, и казалось, рана
совершенно не беспокоит его. В нежном и внимательном взгляде его
пронзительных голубых глаз не было ни намека на сумасшествие, не было и так
хорошо знакомой ей страсти.
— Почему? — наконец едва слышным шепотом спросила она. —
Почему ты пришел за мной?
Алекс протянул руку и ласково провел пальцами по ее подбородку.
— Много лет я вел битву с самим собой, и я боялся, что никогда не смогу
ее выиграть, — тихо признался он. — Хуже всего было в первый год
после смерти моей жены. Я тоже хотел умереть, и поэтому мне было совершенно
безразлично собственное душевное здоровье. В конце концов я вспомнил, что у
меня есть сын и клан, которым я нужен, и я заставил себя сдерживать свои
фантазии и ярость, чтобы появиться перед ними внешне совершенно здоровым
человеком. Но это было ложью. Я был подавлен. Я жил в постоянном страхе, что
однажды у меня не останется сил, чтобы бороться с волнами безумия, которые
накатывали одна за другой. — Он волновался все сильнее, и его голос
становился все более хриплым. — Когда Дэвид заболел, я понял, что этот
день пришел.
— Но теперь Дэвиду лучше, Макдан, — заверила его Гвендолин. —
По какой-то причине его организм перестал принимать определенную пищу. Но
если он воздержится от употребления некоторых продуктов, то — я уверена — он
будет продолжать расти сильным и здоровым.
— Знаю. И по мере того как он поправлялся, вместе с ним выздоравливал и
я, пока не почувствовал, что снова владею собой. Но когда ты ушла, —
произнес он хриплым голосом, — у меня возникло ощущение, что меня
разрывают на части.
Он взял ее руку и благоговейно поцеловал ладонь, а потом крепко прижал ее к
своей кровоточащей груди.
— Выходи за меня замуж, Гвендолин, — взмолился он, пытаясь
сдержать дрожь в голосе. — Выходи за меня замуж, и я клянусь, что буду
любить и оберегать тебя до самой своей смерти. Не потому, что ты
принадлежишь мне, — добавил он, стирая пальцем серебряную каплю,
скатывавшуюся по ее щеке, — но потому, что без тебя я пропаду.
— Но я ведь
Закладка в соц.сетях
