Жанр: Любовные романы
Эмма и незнакомец
...асла тебе жизнь, - продолжала Эмма.
- Моя жизнь ничего не стоила бы без тебя, - ответил Стивен перед тем, как
снова отхлебнуть виски из бутылки. - А ты
могла наткнуться на индейских воинов, которых мы встретили вчера. Или
разбойников. Тебе повезло, что Макон не
изнасиловал тебя. Он чужд тонких чувств, как ты заметила.
Синг Чу задумчиво вдел кетгут в иглу и вгляделся в длинный зияющий порез на
плече Стивена.
- Не могу поверить, - рассердилась Эмма. - Я проделала весь этот путь, чтобы
помочь тебе, а ты ругаешь меня как
ребенка!
- Я уже почти решил положить тебя к себе на колени и отшлепать. - Он снова
глотнул виски и удовлетворенно
вздохнул.
- Не посмеешь.
Стивен вздрогнул от боли, когда игла прошла через кожу.
- Спроси Джоэллен Ленаган.
Эмма больше не смотрела на рану, потому что понимала, что ее вырвет. Она
могла помочь ему только отвлекая, пусть это
и будет визгливая перебранка.
- Мне не шестнадцать лет, - подчеркнула Эмма. - И кроме того, я не в
восторге, что ты провел ночь с Джоэллен.
Стивен снова вздрогнул от боли и пробормотал проклятье.
- Как вы сказали, мисс Эмма - она ребенок. Я не прикасался к ней, и вам это
чертовски хорошо известно.
Эмма знала, но все равно ревновала. Джоэллен лежала со Стивеном, возможно,
тесно прижавшись к нему, он обнимал ее, а
это была привилегия, которую Эмма считала своей. Неожиданно почувствовав жар,
она сбросила тяжелый шерстяной плащ на
землю.
- Ты ее целовал?
Стивен сумел улыбнуться и поморщиться от боли одновременно.
- Что, если так?
- Я выцарапаю тебе глаза, вот что, - сердито поклялась Эмма. Подбоченившись,
она шагала из стороны в сторону. Ее
юбка для верховой езды и блузка были измяты и испачканы, лицо угрюмо, волосы
растрепанны. Но она совсем не думала об
этом.
Стивен смеялся, даже когда стонал от боли. Лицо побледнело под маской из пота
и грязи. Из небольшой ссадины у глаза
сочилась кровь. Одежда нуждалась в стирке и починке.
- После такого дня, как сегодня, - ответил он, - я бы не удивился, если бы ты
так и сделала.
Сердце Эммы разрывалось. Ей хотелось отослать повара, обнять Стивена, утешить
и обработать его рану. Но дна
понимала, что может потерять сознание, если вонзит иглу в его руку. Глаза
девушки наполнились слезами, и она отвернулась,
чтобы скрыть их.
- Поговори со мной, Эмма, - тихо сказал Стивен. - Мне надо о чем-то думать,
кроме того, что игла входит и выходит
из моей руки.
Эмма нервно бросила взгляд на Синг Чу.
- Это правда... что сказал Макон? Ты убил двоих людей?
Стивен выглядел вконец измученным.
- Это он сказал?
- Да, - всхлипнула Эмма. Она устала, хотела вымыться. Ей хотелось вернуться
домой и увезти с собой Стивена. - Он
сказал, что ты убил его сына. И женщину.
- Ты веришь ему?
- Ты ничего не отрицал.
Стивен прикусил губу и закрыл глаза. Синг Чу завязывал последний стежок. В
следующий миг китаец выхватил бутылку
виски из руки Стивена и щедро плеснул на рану.
Стивен с шипеньем вдохнул воздух и вскочил с проклятьями на ноги. Синг Чу
отошел, но встретил взгляд Стивена
твердым, усталым взглядом.
- Теперь надо перевязать, - сказал он.
- Черта с два, - прохрипел Стивен, - держись от меня подальше.
Эмма поняла, что должна принять сторону Синг Чу. Она схватила Стивена за
здоровую руку и быстро сказала:
- Он должен был вылить виски на рану, чтобы не было заражения.
Стивен глубоко вздохнул и снова сел на перевернутую корзину.
Пока Синг Чу искал в своей большой сумке бинты, Эмма вымыла руки в остатках
воды, которую принесла из ручья. Она
сполоснула лицо, и от холодной воды перехватило дыхание.
- Я сделаю это, - сказала она, когда Синг Чу начал перевязывать рану.
Стивен кивнул повару.
- Поезжай вперед и догони стадо. Мы последуем за тобой.
Синг Чу поклонился и, не глядя на Эмму, повернулся и засеменил к фургону,
забрав с собой сумку.
- Ты мог бы, по крайней мере, поблагодарить его, - укорила Эмма, склоняясь,
чтобы перевязать рану.
- Посмотри на меня, - хрипло сказал он.
Эмма подняла глаза на него и с усилием сглотнула. Несмотря ни на что, ей было
так хорошо рядом с ним, что хотелось
плакать.
- Что ты здесь делаешь?
- Я говорила, - произнесла она с некоторым усилием, завязывая повязку. - Я
хотела предупредить о твоем брате.
Он встал и повел ее за деревья и кусты, где присел на березовый пень. Потом
притянул ее и посадил верхом к себе на
колени.
- Вы многим рисковали, мисс Эмма. Я хочу знать почему?
Эмма опустила глаза.
- Потому что я люблю вас, мистер Фэрфакс, - ответила она тихим растерянным
голосом.
Стивен так долго молчал, что Эмма испугалась, что он отошлет ее. Когда она
наконец заставила себя встретить его
взгляд, ее поразило, что он улыбается.
- Ты любишь меня?
- Да, помоги мне Бог, - вздохнула Эмма. Она обвила руками его шею. - Я так
сильно люблю тебя, что даже больно.
- Хотя ты даже не знаешь, не убийца ли я?
Эмма грустно кивнула.
Он рассмеялся, и это был радостный хриплый смех. Сцепив руки за спиной Эммы,
он звучно поцеловал ее в губы.
- Если бы я не знал, что ковбои будут рассказывать о нас у костра в течение
долгих грядущих лет, я бы взял тебя прямо
сейчас.
Она ответила всем сердцем, но напрасно вообразили, что может скрыть это от
Стивена.
Он поднял ее подбородок и твердо сказал:
- Я люблю тебя.
Эмма боялась, что никогда не услышит этих слов от него и, с облегчением
вздохнув, прикоснулась лбом к его лбу. Он
стал расстегивать ряд больших пуговиц спереди на юбке.
- Стивен, - забеспокоилась она, - ты же говорил... ковбои...
Он просунул руку за юбку и ловко скользнул под штанишки.
- Они не увидят за деревьями, - прошептал он.
Эмма тихо простонала, потому что было так хорошо чувствовать его
прикосновения в этом теплом влажном месте.
- Расстегни блузку, - велел он, продолжая свои ласки, от которых она
затрепетала.
Эмма едва дышала.
- Боже мой, Стивен...
- Делай, как я сказал, Эмма, - проговорил Стивен, обводя языком контуры ее
рта. Рот Эммы приоткрылся для него, так
же как и другая часть ее тела.
Непослушными пальцами она стала расстегивать блузку.
- Подними лифчик, - велел Стивен, когда она закончила с пуговицами.
- Стивен...
- Делай.
Она обнажила грудь и со стоном откинулась. Стивен захватил ртом сосок и стал
ласкать его языком.
Эмма беспомощно всхлипнула и еще дальше откинула голову. Его руки скользнули
вниз по ее телу, пока, большой палец
не наше и напряженный выступ ее сокровенной плоти.
Она содрогнулась, почти сидя верхом на его руке.
- О, Стивен, - прошептала она в отчаянии, - Стивен...
Он передвинулся к другой груди и наслаждался ею, продолжая безжалостное
движение искусных пальцев.
Глубоко внутри начались восхитительные содрогания, ноги Эммы напряглись и
широко раскинулись. Она громко крикнула
и выгнула спину, безраздельно отдаваясь руке и рту Стивена.
Когда все кончилось, она в изнеможении прислонилась лбом к его плену, ловя
ртом воздух. Он в последний раз сильно
провел пальцами, чтобы увериться, что очень скоро она вновь пожелает его, потом
убрал руку. Стивен старательно застегнул
пуговицы на юбке, натянул лифчик на грудь, еще влажную от его поцелуев, и
застегнул блузку.
Эмма сомневалась, что устоит на ногах, когда он запустил руку в ее волосы и
прижался к губам. Поцелуй был властным и
искусным, так же как те восхитительные ощущения, через которые он только что
провел ее.
- Почему ты это делал? - спросила она.
- Почему я поцеловал тебя или почему заставил сидеть на моей руке?
Щеки Эммы вспыхнули.
- И то и другое.
- Впереди будут тяжелые дни, - нежно сказал он голосом, хрипловатым от
эмоций. - Я хочу, чтобы ты всегда
помнила, что ты любила меня и что между нами все было очень, очень хорошо.
Эмма пристально смотрела на него встревоженными, смущенными глазами.
- Стивен, пожалуйста, скажи мне, что Макон лжет.
- Мы поговорим об этом позже, когда будет побольше времени. Сейчас надо
догнать стадо.
Сердце у девушки упало. Было ясно, что Стивен что-то скрывает от нее, и она
хорошо понимала, что именно.
- Стивен, пожалуйста, - взмолилась она.
Он поставил ее на ноги и встал сам. Перед отъездом Синг Чу вылил воду в
костер, и от костра не осталось ничего, кроме
нескольких головешек.
Стивен прошел к ручью и присел на корточки у воды. Когда он вернулся, его
лицо и руки были чистыми. На лице была
видна отросшая щетина, волосы оставались взъерошенными, после того как Эмма
проводила по ним рукой.
- Поехали, - сказал Стивен, подходя к мерину и протягивая руку Эмме.
Она позволила ему помочь ей забраться в седло и на миг закрыла глаза, ощутив
твердость седла. Стивен сел на лошадь за
ней и на миг положил руки ей на грудь, как будто заявляя свои права. Ее обдало
теплым и нежным дыханием.
- Я говорил, что возьму тебя, где бы ни нашел, - напомнил он. - Это лучшее,
что я смог сделать.
Эмма все еще трепетала от наслаждения.
- Кое-кто сказал бы, что ты не джентльмен, - сказала она.
- Мне наплевать, - ответил он, пришпоривая коня в направлении облака пыли,
которое указывало на прохождение стада.
Им пришлось быстро скакать, чтобы догнать его. Эмма чувствовала, что вся покрыта
пылью, когда они наконец догнали
стадо. Пыль скрипела даже на зубах.
Свистя и размахивая шляпой, Стивен лавировал между коровами с такой
легкостью, словно перед ним не сидела Эмма. В
спокойные моменты он рассказывал Эмме о Фэрхевене, своем доме в Луизиане. Он
говорил о том, сколько у них будет
детей и где конкретно будет зачат каждый из них. Он пообещал, что, когда они
доберутся до Спокана, он возьмет комнату в
гостинице и будет держать ее в постели весь день и ночь.
Когда они остановились на ночь рядом с широким ручьем, Эмма вся горела от
возбуждения и разочарования.
В полумраке скот устроился на отдых. Ковбои переговаривались между собой,
стараясь не глазеть на Эмму, но время от
времени украдкой бросали на нее взгляды. Повар развел ревущий костер и начал
готовить лепешки, жаркое и кофе.
Эмма предложила помочь, но Синг Чу покачал головой и отослал ее, нетерпеливо
взмахнув фартуком. Стивен занимался
обсуждением следующего дня с разведчиком и только изредка смотрел на нее.
Эмма почувствовала себя несчастной и одинокой, глядя на первые звезды,
мерцающие в небе. Она отдала свое сердце
Стивену Фэрфаксу, а он даже не пытается отрицать предъявленные ему обвинения.
Она могла бы стать миссис Фултон Уитни, и вся территория Айдахо была бы у ее
ног. Сейчас же она подруга преступника,
бесстыдно обнажающая себя по его прихоти.
Стивен собирался вернуться в Луизиану и предстать перед судом, а Эмма
намеревалась поехать с ним. Что бы ни
случилось, она будет на его стороне. Она тяжело перевела дыхание. Если прав
Макон? Если ей придется увидеть, как
человека, которого она любит, поведут на виселицу и повесят?
У нее в глазах стояли слезы, когда она почувствовала руки Стивена на плечах.
- Настало время поговорить, - мягко сказал он, уводя ее из лагеря в
уединенность наступающей ночи.
Они пошли вверх по течению, пока лагерь не скрылся из виду. Стивен усадил
Эмму на валун около воды. Прислонившись
к дереву, он скрестил руки на груди и пристально смотрел на нее.
- Я люблю тебя, - снова сказал он. Вокруг них все сияло, залитое лунным
светом.
- Я знаю, - тихо ответила Эмма, рассматривая его лицо. Она собиралась с
мужеством часами, но вопрос задать было
нелегко. Но ей необходимо было услышать ответ. - Ты убил своего племянника и ту
девушку, Стивен?
Он долго молчал. Потом хрипло ответил:
- В каком-то смысле, да.
ГЛАВА 16
Эмма неподвижно сидела на камне, сложив руки на коленях, и неотрывно смотрела
на Стивена. Несмотря на безмятежный
вид, внутри нее все кипело.
Стивен, прислонившись к стволу березы, которая отбрасывала тень на его лицо,
и скрестив на груди руки, со спокойной
твердостью встретил ее взгляд, но ничего не говорил. Казалось, он запоминал
черты ее лица, словно думал, что может
никогда не увидеть ее.
Эмма не смогла больше терпеть.
- Расскажи мне, почему, Стивен, - растерянно прошептала она. - Расскажи мне,
как ты мог... мог убить своего
племянника...
- Я произвел выстрел, который оборвал жизнь Дирка, - прервал молчание Стивен,
откинув на миг голову и взглянув на
звездное небо. - По крайней мере, косвенно.
Эмма смотрела на него умоляющими глазами.
Стивен вздохнул и снова посмотрел ей в глаза, потом нежно положил руку на
плечо.
- В семье Фэрфаксов преобладают незаконные сыновья, - сказал он, но в его
словах не было ничего успокаивающего
для Эммы - Макону было всего шестнадцать, когда он стал отцом Дирка рт одной,
нежной леди своего круга. Девушка
умерла при родах, и ее семья привезла младенца в Фэрхевен, ясно дав понять, что
Дирк попадет в сиротский приют, если
родные Макона откажутся от него.
Макон был еще сам ребенком, и он не возражал, чтобы Дирка отправили в приют.
Мой отец согласился, но дед, Сайрус, не
хотел и слышать о том, чтобы Фэрфакса лишили родного дома. Он настоял, чтобы
ребенка воспитывали в Фэрхевене, а его
слово было законом. И до сих пор так.
Как бы то ни было, Дирк вырос полноправным членом семьи. К тому времени,
когда после смерти отца появился я, он и
Макон были очень близки. И Дирк влюбился в молодую женщину по имени. Мэри
Макколл.
Стивен замолчал и снова посмотрел на небо. Казалось, он черпал мужество от
покрытого звездами неба.
- Как выяснилось, Мэри воспылала ко мне любовью. В то время я ухаживал за
кем-то другим и не обращал на нее
большого внимания. Я просто считал ее кокеткой, как и многих девушек ее
возраста.
Эмму заинтересовало, за кем тогда "ухаживал" Стивен. Ей хотелось знать ее имя
и любил ли ее Стивен, но она сохраняла
спокойствие. Для этих вопросов придет время позже.
Он вздохнул и потер глаза пальцами. Даже в полумраке Эмма видела, что ему
нужно сменить повязку.
- Но Мэри оказалась хуже, чем мы думали. Она наплела Дирку небылиц, что мы с
ней тайна встречались, что были
близки, что строим планы вместе убежать. Меня не очень-то привечали в Фэрхевене,
а рассказы Мэри создали нестерпимую
ситуацию.
Слушая, Эмма чувствовала жалость к Стивену и почему-то к Мэри. Зная, что
значит любить его, она представила, как
была бы обижена, брось он ее. Она накрыла рукой его руку, все еще лежавшую на ее
плече, и подбодрила на продолжение
рассказа кивком головы.
- Дирк ужасно злился, где бы мы ни встречались, дома или в городе, он или
вызывающе смотрел на меня, или пытался
затеять драку. Я не обращал внимания, сколько мог.
Наконец его злоба заполнила всю мою жизнь.
Я мог бы уехать, но в Новом Орлеане мой дом. Кроме того, я любил Фэрхевен,
любил деда. - Он замолчал и потер
небритый подбородок. Эмма увидела страдание в его глазах.
- Однажды вечером в клубе Дирк вызвал меня на дуэль. Я мог бы отказаться,
конечно, но не смог заставить себя
сделать это. Мы согласовали время и место встречи. Рано утром следующего дня мы
оба появились с секундантами. Он
принес дуэльные пистолеты деда.
Пока я воевал, Дирк учился в Англии. Я понимал, что в настоящей дуэли у него
нет шанса, и хотя мы, несомненно, не были
близки, мне не хотелось убивать его. - Стивен вздохнул. - Мы сделали все, что
положено, и по лицу Дирка было видно, что
больше всего ему хотелось бы убить меня. Я позволил ему выстрелить первым, но он
промазал, пуля улетела на шесть
метров в сторону, как я и думал. Он был как безумный- выкрикивал проклятья и
подзадоривал меня выстрелить в него.
Мне было наплевать на мою честь, но я понимал, что он будет ненавидеть меня
еще больше, если я заставлю его уйти
побежденным, поэтому я выстрелил.
Лицо Эммы напряглось, и Стивен, подхватив ладонью ее подбородок, отрицательно
покачал головой, - Я не убивал его,
не тогда. Я попал ему в левую руку как раз над локтем - я посчитал, что это
нанесет ему наименьший урон.
Эмма нервно провела кончиком языка по губам.
- Что случилось потом?
- Там был врач, который подошел осмотреть Дирка. Я ушел со своим секундантом.
Дирк изрыгал оскорбления, пока я
слышал.
- Он умер?
Стивен тяжело вздохнул и покачал головой.
- Не тогда. Но началось заражении, и в результате руку пришлось ампутировать
до самого плеча. Если Дирк ненавидел
меня раньше то теперь он жаждал выпустить мне кишки.
Он как-то сказал мне, что было бы милосерднее, если бы я убил его "на тюле
чести", как он выразился. - Лицо Стивена
выражало глубокое презрение. - Он стал еще больше пить, а потом пристрастился к
опиуму. К этому времени Мэри
перестала с ним здороваться. Однажды вечером после шумной ссоры с Сайрусом он
пошел в оперу, встал в середине зала и
выстрелил себе в голову тридцать восьмым.
Эмма вскочила и нежно обняла Стивена.
- Бог мой, - прошептала она.
Он на миг прислонился лбом к ее лбу, прерывисто дыша с закрытыми глазами:
- Макон смотрел на меня, как на чужака, хотя я был сыном его отца от
любовницы. Смерть Дирка стала еще одной
причиной для его ненависти.
Эмма нежно поцеловала его в губы и продолжала крепко обнимать.
- А Мэри?
Стивен неровно вздохнул и слегка задрожал в объятиях Эммы, когда холодный
ветер налетел с ручья.
- Она решила сделать мне предложение, раз Дирк больше не стоял на дороге. Она
подошла ко мне на балу через
несколько месяцев и попросила жениться на ней.
Мне не хотелось ставить ее в неловкое положение, поэтому я как можно мягче
сказал, что ей придется поискать мужа в
другом месте.
Она пришла в ярость, и произошла сцена. Она кричала, что мне придется
жениться на ней, потому что я скомпрометировал
ее. Как я говорил тебе, я никогда не касался ее, кроме редких танцев. Я решил,
что она беременна от Дирка, и мне было жаль
ее. - Он провел рукой по волосам. - В конце концов, если бы я не вернулся после
войны в Фэрхевен, ничего бы не
случилось. Возможно, они с Дирком поженились бы и имели бы кучу детей.
Я хотел защитить ее от скандала, поэтому извинился перед хозяйкой и предложил
Мэри отвезти ее домой.
Она была безумно рада, решив, что я собираюсь сдаться и надеть кольцо на ее
палец. Вместо этого по дороге домой в
карете я сказал ей, что не могу жениться на ней, потому что не люблю ее. Я
предложил позаботиться о ней и ребенке, если
это ребенок моего племянника.
Она расплакалась и сказала, что ее жизнь погублена и никакой приличный
человек не захочет ее.
Я не знал, как успокоить ее, потому что не мог дать ей то, чего она
действительно хотела, поэтому оставил ее у
отцовского дома и поехал в клуб играть в карты и немного выпить.
На следующий день Мэри нашли задушенной в своей комнате. По общему мнению,
убил ее я, чтобы она не рассказала,
что она ждет ребенка от меня. Я уехал из Нового Орлеана за пять минут до того,
как меня должны были арестовать.
- Наверное, кто-нибудь поверил тебе - твой дед, например, твои друзья.
- Выяснилось, что у меня меньше друзей, чем я думал, - ответил Стивен,
проводя губами по лбу Эммы. - Хотя
Сайрус в десять раз важнее Макона и меня вместе взятых, он не смог противостоять
обществу Орлеана.
Эмма верила рассказу Стивена, хотя и не могла сказать, поверила ли из-за
того, что услышала правду, или от того, что
беззаветно любила его.
- Я хочу вернуться с тобой, Стивен, - сказала она. - Я буду рядом с тобой,
что бы ни случилось. К ее удивлению и
обиде Стивен покачал головой.
- Нет. Мы поедем в Витнивилл, не в Луизиану. Пока я не восстановил свое
доброе имя, мне нечего предложить тебе.
Кроме того, если меня осудят, я не смогу защитить тебя от Макона.
По спине Эммы пробежал холодок, ведь Стивена могли повесить, так же как и
оправдать, а его врагом был Макон -
решительный, склонный к мести человек.
- Если ты не возьмешь меня, - сказала она, - я поеду за тобой в Новый Орлеан.
А если не веришь мне, подожди и
увидишь. Я не останусь, Стивен.
На щеках у Стивена стали видны желваки от сдерживаемого гнева- он понимал,
что Эмма сделает, как говорит.
- Хорошо, пойдем на компромисс. Мы поженимся, когда доберемся до Спокана. Это
даст тебе защиту от Макона, но
запомни, Эмма, - если они повесят меня, не дожидайся похорон. Макон не обманывал
- как только меня не станет, он
потащит тебя в постель, хочешь ты этого или нет.
У Эммы болела душа. Впервые в жизни она полюбила по-настоящему. А ее брак
может продлиться не дольше, чем
судебный процесс. Глаза наполнились слезами. Она обняла Стивена еще крепче и
посмотрела ему в лицо.
- Не будет никаких похорон, мистер Фэрфакс, - сердито сказала она. - По
крайней мере, лет сорок или пятьдесят.
Он поцеловал ее в лоб.
- Обещай мне, что уедешь из Нового Орлеана в тот же день, когда приговор
будет против меня. Я должен знать, что ты
даже не вернешься в Фэрхевен за своими вещами, Эмма. Даешь слово?
Она, хотя и неохотно, кивнула.
- Мы победим, - убежденно сказала она, - Я всем рискую ради этого, - ответил
Стивен.
Он страстно поцеловал Эмму, и ей захотелось, чтобы он занялся с ней любовью
прямо сейчас. Ей было необходимо
слиться с ним, утонуть в своей страсти, чтобы не думать о скорой разлуке,
возможно, навсегда. Она стала расстегивать его
порванную, грязную рубашку. Глаза Стивена заблестели при лунном свете. Он
притворился, что шокирован.
- Мисс Эмма!
Она распахнула его рубашку и положила ладони на твердую, покрытую мягкими
волосами грудь.
- Я хочу, чтобы ты любил меня, Стивен. Я хочу, чтобы во мне рос твой ребенок.
Он застонал и на миг закрыл глаза, когда она нашла и стала нежно ласкать
соски подушечками больших пальцев.
- Эмма, я ехал три дня...
Она коснулась кончиком языка напряженного коричневого соска, чувствуя пыль,
пот и вкус кожи Стивена. Для нее он был
восхитительным.
- Люби меня, - снова попросила она. - Прямо здесь и сейчас.
Глаза Стивена, казалось, запылали, когда он посмотрел на нее. Ручей за ним
мерцал и блестел в свете луны и звезд, словно
широкая лента, к которой прикоснулся волшебник. Он вытащил блузку из юбки и
начал расстегивать пуговицы. Подняв вверх
лифчик, обнажил ее грудь.
Эмма всхлипнула от удовольствия, когда он коснулся сосков, а она уже боролась
с пуговицами юбки- в следующий миг
она переступила через нее. Сбросила и отшвырнула ботинки.
- Тебе будет удобнее на земле, - пробормотал Стивен, приблизив губы к ее
груди, обдавая ее жарким дыханием.
- Я не хочу, чтобы было удобно, - выдохнула Эмма, когда он сомкнул губы
вокруг соска. - Я хочу, чтобы ты взял
меня, а не соблазнял.
- Так и будет, - сказал он и, схватив за резинку ее штанишек, разорвал их
пополам - они упали на залитую лунным
светом траву, как подбитая птица. Сняв кобуру, он расстегнул брюки.
Эмма чувствовала, как впилась в спину кора дерева, когда Стивен вошел в нее,
заглушив ее крик поцелуем. Бедра его
ритмично двигались, а его мужественность достигала самых глубин ее существа.
Когда Стивен больше не мог сдерживаться, он оторвался от ее губ, откинул
назад голову, закрыв глаза. Руками он
вцепился в ствол дерева и продолжал сладкие движения все сильнее с каждым мигом.
Эмма задыхалась. Все ее существо, все чувства были сосредоточены на процессе.
Они со Стивеном и раньше занимались
любовью, но в эту ночь они соединились не на жизнь, а на вечность.
Договор был скреплен в жарком слиянии, невидимом глазу, но ослепительно ярком
в душе. Стивен покусывал нижнюю
губу Эммы, когда она издала протяжный тихий крик, достигнув пика наслаждения. Ее
тело содрогалось. Он зарылся лицом в
трепещущую плоть ее шеи и простонал, исторгая свое семя.
Они оба забыли не только про ковбоев, но и про стадо. Через несколько минут
Стивен поправил брюки, поднял Эмму на
руки и отнес к ручью. Там он бережно положил ее на мягкий мшистый берег и вымыл
чистой холодной водой. В его
движениях таилась чувственность, и Эмма, ошеломленная, лежала, пока Стивен искал
ее юбку и ботинки.
Он принес их на берег и одел ее. Целуя его, она коснулась рукой плеча и
почувствовала, что через повязку сочится кровь.
Глаза Эммы расширились от волнения, но Стивен улыбнулся и снова поцеловал ее,
не обращая внимания на рану.
Эмма же не могла думать больше ни о чем. Она торопливо застегнула блузку,
заправила ее в юбку и поднялась на ноги.
Держа Стивена за руку, она не то вела, не то тащила его обратно в лагерь.
Не обращая внимания на ковбоев, обедавших вокруг костра, Эмма заставила
Стивена сесть на задник фургона повара.
Оставив его, она пошла искать Синг Чу, чтобы попросить горячей воды и бинтов.
Стивен сидел тихо, пока при свете керосиновой лампы она обрабатывала рану -
останавливала кровотечение, потом
промывала.
- Некоторые стежки вышли наружу, - в волнении сказала она Синг Чу, который
щурился в темноте, внимательно
разглядывая свою работу.
- Нельзя скакать, - проворчал Синг Чу, - нельзя погонять скот.
Он засеменил в темноту, чтобы принести свою сумку из фургона с провизией.
- Нельзя делать детей, - шепнул Стивен, наклонившись над встревоженной Эммой
и целуя ее в кончик носа.
Эмма вспыхнула, вспоминая, какой распутной она была - она была
соблазнительницей, а Стивен соблазненным.
Возможно она виновата в том, что открылось кровотечение.
- Успокойся! - нетерпеливо сказала она. Он ухмыльнулся.
- Надеюсь, что сегодня я сделал тебе ребенка, - сказал он чуть громче, чем
нужно было для спокойствия Эммы.
Она опустила глаза, надеясь на то же самое и даже большее. Она хотела
ребенка, а еще она хотела, чтобы Стивен был с
ней все время, пока она будет вынашивать ребенка. Она перенесла так много потерь
в жизни: бабушка, мать, Лили, Каролина.
Она не могла потерять Стивена - мысль об этом была невыносима.
- Мы не можем ехать в Новый Орлеан, - прошептала она. - Мы должны убежать,
начать новую жизнь где-нибудь
еще....
Он приложил указательный палец к ее губам, когда Синг Чу вернулся с ужасной
иглой и мотком кетгута.
- Я хочу свое неотъемлемое право, Эмма, - сказал он со спокойной твердостью.
- Я хочу свою часть Фэрхевена.
- Чтобы умереть за нее? - придушенным голосом спросила Эмма, когда Синг Чу
присел рядом, чтобы зашить место,
где разошлись края раны.
На этот раз не было виски, чтобы заглушить боль, и он морщился, когда игла
входила в уже воспалившуюся
...Закладка в соц.сетях
