Жанр: Любовные романы
Пленница быстрого ветра Ларсоны 2.
...ь слишком суровым препятствием между
ними, он стянул ее и отбросил, потом снова поцеловал Ханну. Она вернула поцелуй, просунув
горячий кончик языка между его губами. Ее руки гладили ему грудь, ощупывая крепкие
мускулы. Осмелев, они спустились ниже - к завязкам набедренной повязки. Одним движением
она сняла ее с возлюбленного.
- Райдер!
Услышав звуки своего имени, он опрокинул ее на ложе и заглянул в зеленые глаза.
- Завтра, быть может, я и пожалею об этом, но сегодня ты моя.
- Ты никогда не пожалеешь, Райдер. Я не позволю. Люби меня сейчас. Я так хочу
почувствовать тебя внутри себя.
Райдер взял в ладони ее лицо и поцеловал Ханну долгим и глубоким поцелуем. На этот
раз его губы были мягкими и упругими, следы гнева исчезли. Он опустился к ее бедрам. Ханна
раздвинула ноги пошире, ее пальцы сжали крупный и твердый член. Дрожь возбуждения
пронизала Райдера, прикосновение женщины потрясло, как удар молнии. Ханна собралась было
направить член в лоно, но Райдер отвел ее руку и стал целовать рот, оставив жену трепещущей
и ослабевшей.
- Райдер, пожалуйста...
Прервав поцелуй, Райдер бросил на нее насмешливый взгляд и стал осыпать поцелуями
все тело. Ханна застонала и впилась ногтями в его плечи. Руки и губы возлюбленного
оставляли огненный след на коже, и след вел к низу живота. Он посмотрел в глаза Ханне и
опустил голову, руки скользнули под ее тело и приподняли ягодицы навстречу рту. Она
вскрикнула, когда обжигающее тепло его рта нашло трепещущие складки между ее ногами.
Ханна так жаждала этого прикосновения!
Трепет наслаждения пронзил ее тело. Она запустила пальцы ему в волосы и прижала его
голову к себе. Сердце бешено билось, в то время как его язык мучил ее и доводил до безумия,
облизывая и щекоча клитор. Она почувствовала, как его пальцы проникли в лоно, и изогнулась.
Вдруг все ее тело взорвалось. Ханна заизвива-лась, изгибаясь, пока последнее содрогание не
утихло. Открыв глаза, она обнаружила, что Райдер рассматривает ее тело.
- Что... что-нибудь не так?
- Ты пополнела, твои груди раньше не были такими тяжелыми.
Его взгляд скользнул к низу живота. Он положил свою крупную ладонь на небольшое
возвышение, которого не было три месяца назад.
Ханна вспыхнула.
- Я хорошо ем последнее время. Или ты предпочел бы, чтобы я по-прежнему выглядела
так, какой ты увидел меня в день нашей первой встречи?
Райдер усмехнулся:
- Ты была похожа на маленького серого воробышка. Я подумал: какая некрасивая
женщина! Но даже тогда разумом, вероятно, я понял, что ты и есть та самая серая птичка - из
моего Видения. Мне нравится, что твои формы стали округлы, но мне не хотелось бы, чтобы ты
была очень толстой.
Ханна открыла рот и закрыла. Ей придется пополнеть, и очень, правда, временно. Но не
успела она придумать ответ, как Райдер обхватил ее за талию и посадил верхом на себя.
- Скачи на мне, Воробышек. Прими меня в свое тело.
Взяв в руку возбужденный член - такое мощное орудие любви - она слегка
приподнялась и сама пронзила им себя. Райдер вздрогнул и вздохнул, проникая в самую
глубину сладостных недр. Он ощутил сомкнувшуюся вокруг него нежную плоть, почувствовал
жар Ханны и едва сдержал извержение семени.
- Слишком рано... слишком рано... - простонал он, затихнув. - Нагнись, чтобы я мог
вновь попробовать вкус твоих сосков.
Ханна наклонилась, подставляя ему свои груди. Он жадно принял дар и посасывал груди
до тех пор, пока Ханна оказалась не в состоянии оставаться без движения. Она начала двигаться
вверх и вниз. Он стал приподнимать ягодицы и направлять ее ритмичные движения. Огромный
твердый стержень входил и выходил из нее, женщина извивалась, стонала и обхватывала
Райдера за плечи, в то время как он сжимал ее ягодицы, с сокрушительной силой снова и снова
врываясь в тайные глубины плоти.
За краткое время она вновь вознеслась к звездам, испытав высочайшее блаженство, какое
когда-либо открывалось ей. Потом Ханна унеслась в пространство, где звезды взрывались и
растворялись в неизъяснимом ликовании. Ей хотелось плакать, но она сопротивлялась
искушению. Чувствуя, какую радость от их близости получает Райдер, она не могла
сомневаться в его любви, ведь он обнимал ее с такой страстью! Она молилась, надеясь, что его
любовь к ней жива. Будет ли он рад их ребенку? Не в силах справиться с ужасными мыслями,
Ханна бросилась в надежное кольцо сильных рук.
- Просыпайся! - голос Райдера звучал хрипло и грубее, чем когда-либо.
Грозный оклик вырвал Ханну из глубокого сна. Она медленно приподняла веки и
отвернула голову от солнечного луча, слепившего глаза. Уже утро? Кажется, лишь минуту
назад Райдер пылко обнимал ее. За ночь он дважды будил жену и только на рассвете насытился
любовью.
- Райдер, что... - она неожиданно замолчала, встретившись взглядом с его
серебристыми глазами, которые на этот раз были холодными, как лед.
Даже его поза была угрожающей. Что еще она натворила? Вдруг Ханна заметила, что
Райдер держит в руках какую-то вещь. Она нахмурилась:
- Что это у тебя?
Райдер двумя пальцами, как ядовитую змею, держал что-то из одежды.
- Узнаешь?
Ханна вгляделась: набедренная повязка. Райдер сердится на нее из-за какой-то
набедренной повязки?
- А в чем дело? Что странного в этой набедренной повязке?
- То, что она не моя! Чья она? И почему лежала рядом с ложем? Кто из моих друзей у
тебя в любовниках?
- Что? - Ханна не верила своим ушам. - Проклятье, Райдер! Твои ложные обвинения
сведут меня с ума! Когда ты обвинял меня в связи с Трентом, это уже было неприятно, но твое
новое обвинение просто смехотворно! Не стоит быть таким ревнивцем, милый! - Ханна
надеялась, что говорит убедительно.
Если она скажет, что повязка принадлежит Сломанному Носу, стычка неминуема, а
Райдер еще не в состоянии даже защитить себя, не говоря уже о чем-либо другом!
Его лицо помрачнело:
- Ревнивцем? Я не ревную, - слова комом стояли у него в горле.
Он понимал, что ведет себя, как безумец, но ничего не мог с собой поделать. При мысли о
том, что другой мужчина касался тела Ханны, кровь кипела в жилах.
- Я хочу знать, кому принадлежит эта набедренная повязка и почему она лежит рядом с
ложем, на котором я сплю?
- Я не знаю. Ну почему ты такой неразумный? - она откинула одеяло и поднялась.
Ее тело было розовым и цветущим, у Райдера захватило дыхание.
- Так, значит, неразумно желать узнать, почему чужая набедренная повязка находится
рядом с постелью жены?
Ханна облизнула внезапно пересохшие губы, ясно осознав, что Сломанный Нос отбросил
свою набедренную повязку, когда пытался ее изнасиловать, и что лишь чудом ему не удалось
это сделать.
- Наверное, ее оставил кто-то по недоразумению.
- А может быть, и нет, - он резко повернулся, чтобы уйти.
- Куда ты идешь?
- По глазам вижу, ты лжешь. Я иду выяснить, кто оставил свою набедренную повязку в
моем вигваме и почему.
- Райдер, подожди!
Ее мольба не произвела впечатления на Райдера. Он откинул полог и вышел. Что-то здесь
не так. После ночи любви он не сомневался: Ханна его любит. В глубине сердца он был уверен:
она сказала ему правду о Гилморе. Проснувшись утром, Райдер собирался объясниться с ней и
признаться, что он ей доверяет и понимает: она жертвовала собой ради него. Но затем он нашел
эту набедренную повязку. Ее ответ и ускользающий взгляд не понравились ему.
Ханна быстро оделась. Она должна опередить Райдера, прежде чем он узнает, что этой
ночью Сломанный Нос ввалился в вигвам и пытался взять ее силой. Она не представляла себе,
как индейцы бросают друг другу вызов, но знала, что Райдер слишком слаб, чтобы сражаться.
Несмотря на всю его страсть, этой ночью он вздрагивал от боли в ребрах и стонал, когда она
нежно к нему прикасалась.
Ханна заторопилась, мельком подумала о необходимости приготовить утреннюю трапезу,
но решила сначала пойти за Райдером. Поесть можно и потом. Она нашла его неподалеку, он
беседовал с Койотом. Ханна порадовалась, что Койот оправился от своих ран. Краем глаза
Ханна увидела Сломанного Носа, направлявшегося прямо к Райдеру. Она пустилась бежать, но
опередить не успела. Они подошли одновременно.
- Добро пожаловать домой, Быстрый Ветер, - обращаясь к Райдеру, Сломанный Нос
поглядывал на Ханну. - Ты приехал за женой?
Райдер бросил на него пытливый взгляд:
- А ты рассчитывал, что я не приеду?
Индеец пожал плечами:
- Приходила в голову такая мысль. Когда Воробышек покинула твой вигвам, я решил,
она с тобой развелась.
Райдер подозрительно прищурился:
- Тебе это должно было прийтись по душе, Сломанный Нос. Однажды ты уже домогался
Воробышка.
Сломанный Нос усмехнулся.
- Она очень красивая. Волосы у нее похожи на мех, а кожа белая, как снег, - вдруг он
запнулся, его глаза остановились на набедренной повязке, которую Райдер держал в руках. -
А, вижу ты нашел мою повязку, - темные глаза индейца предостерегающе глянули на Ханну,
прежде чем он снова повернулся к Райдеру. - Я забыл, где ее оставил.
Ханна застонала: Сломанный Нос преднамеренно нарывался на ссору! Лицо Райдера
окаменело.
- Забыл? Думаю, ты прекрасно знаешь, где ее оставил. Я нашел твою набедренную
повязку в моем вигваме рядом с ложем жены.
Сломанный Нос застенчиво глянул на Ханну, словно извиняясь за недосмотр. Нет, он не
обманывал Ханну. Женщина знала, он ждет, что она скажет. Ханна промолчала, и Райдер
бросил на нее тяжелый взгляд, его руки сжались в кулаки.
- Может быть, я ошибаюсь, и повязка не моя? - предположил Сломанный Нос, хитрый
блеск его глаз заставлял подумать об обратном.
- Что ты делал в вигваме моей жены? - спросил Райдер.
Сломанный Нос улыбнулся:
- Спроси свою женщину. Я не хожу туда, куда меня не приглашают.
Ханна задохнулась от возмущения. Конечно, Райдер не поверит Сломанному Носу!
Когда-то он подумал, что она взяла Гилмора себе в любовники. Не считает же он теперь, что
она пригласила Сломанного Носа в свою постель! Когда Райдер повернулся к ней, его лицо
было искажено гневом. Ханна не понимала, что именно у него в мыслях. Она запуталась в
паутине лжи Сломанного Носа.
Райдер не смог подавить негодование, охватившее его при словах индейца. Ни на минуту
он не поверил, что Ханна позвала этого человека в свою постель, и большой глупостью было
думать, будто она связалась с Гилмором. Теперь он лучше понимал ее. Ни одна женщина не
может так убедительно лгать и в то же время так нежно любить. Ему следовало сразу же
поверить ее объяснениям, почему она уехала из Денвера с лейтенантом. Ханна сделала это ради
него. Ревность сводит мужчин с ума, а он не мог больше отрицать, что любит Ханну Маклин.
Ханна видела, Райдер смотрит на нее с мрачным и непроницаемым выражением лица. Она
шагнула к нему и умоляюще сложила руки:
- Сломанный Нос лжет, Райдер! Этой ночью он пришел в мой вигвам, но без моего
приглашения. Он убежал в страхе, когда ты появился в лагере. Если бы ты не пришел, он бы...
- она бросила унылый взгляд, - ...он бы изнасиловал меня.
- Лживые слова белой шлюхи, - презрительно фыркнул Сломанный Нос.
Летняя Луна, которая стояла рядом, слушая беседу, побледнела, а Койот ждал, как
проявит себя ярость Райдера. Она не заставила себя ждать. С диким криком Райдер выхватил
нож из-за пояса и бросился на Сломанного Носа. Ожидавший нападения индеец увернулся, в
его руке тоже блеснул нож. Пригнувшись, двое мужчин кружили друг против друга, отыскивая
брешь в прикрытии, чтобы вонзить нож.
- Ну, давай, бледнолицый, - подзадоривал Сломанный Нос. - Ты убедил народ в своей
преданности, но цвет твоей кожи не лжет. Я знаю, кто ты такой. Воин сиу сильнее и храбрее
любого бледнолицего.
Райдер бросился на индейца, но тот ускользнул. Тогда Сломанный Нос сделал выпад.
Райдер отклонился. Ханна в ужасе смотрела на драку. Вдруг между ними встал Койот.
- Стойте! Оба вы знаете обычай племени. Убийства не будет. Если Сломанный Нос
пытался изнасиловать твою женщину, Быстрый Ветер, Совет должен решить, что с ним делать.
- Ты думаешь, Совет поверит белой шлюхе? - засмеялся Сломанный Нос. - Дело
следует уладить немедленно.
- Сломанный Нос прав, - подтвердил Райдер. - Мы будем биться здесь и сейчас.
Виновность-невиновность - все будет выяснено до конца.
- Нет! - крикнула Ханна, она боялась, что муж еще не совсем выздоровел после
заключения в тюрьме. - Пусть решает Совет. Если таков обычай племени, Райдер, нужно
подчиниться!
- У тебя умная жена, - заметил Койот. - Послушайся ее! Я немедленно созову вождей,
и вы со Сломанным Носом оба предстанете перед Советом.
Райдер был напряжен, как сжатая пружина. Как мог он отойти от человека, который
пытался изнасиловать его жену? Конечно, нужно подчиниться обычаю. Если он ослушается
закона племени, Сломанный Нос повторно обвинит его в том, что он не настоящий чейен. На
гнев, поднявший в его душе, он отреагировал, как бледнолицый: хотел убить Сломанного Носа,
пренебрегая и Советом, и обычаем. Но в конце концов здравый смысл одержал верх. Усилием
воли Райдер заставил свое тело расслабиться.
- Созывай Совет, Койот, но если Сломанный Нос уйдет без наказания, я убью его.
Он повернулся и пошел прочь, схватив Ханну за руку и волоча за собой. Не
останавливаясь, он добрался до вигвама, втолкнул Ханну внутрь и сам вошел следом.
- Ты правильно поступил, - мягко проговорила Ханна. - Райдер, сейчас ты не в том
состоянии, чтобы сражаться со Сломанным Носом.
- Почему ты ничего не сказала мне? - сердился Райдер. - Ты должна была сразу же
сказать, что Сломанный Нос пытался изнасиловать тебя этой ночью.
Ханна покраснела и отвела глаза.
- Сломанный Нос угрожал убить тебя, если я заговорю об этом.
- И ты ему поверила? Разве ты не знаешь, что я умею постоять за себя?
- Ты еще не совсем оправился от побоев! - воскликнула Ханна. - Я не смогу без тебя
жить. Я люблю тебя, Райдер, и очень боюсь потерять.
Райдер покачал головой, удивляясь чувству, которое заставляет людей отбрасывать
доводы разума, волю и даже гордость, и задумался, а он пережил бы смерть Ханны? Ради нее
он готов был убить и убьет любого, кто посмеет коснуться его жены.
- Я знал любовь сестры, любовь родителей, но никогда не знал прежде любви женщины.
Когда я покинул чейенов, чтобы сражаться за индейский народ вместе с сиу, то решил, что
преждевременная смерть не позволит мне отыскать любимую женщину. Я завидовал чувству
моей сестры к Заку, потому что знал: такое счастье мне не уготовано. А теперь...
- А теперь?.. - подбодрила его Ханна, она задержала дыхание, ожидая услышать слова,
которых так долго ждала от него.
- А теперь у меня есть любимая женщина.
- Ты хочешь сказать, что любишь меня, Райдер?
Не имея склонности к красноречью, Райдер произнес лишь:
- Разве не это я только что сказал тебе? Разве я не пошел за тобой, когда ты покинула
меня? Разве я не оставил ради тебя свой народ?
Ханна торжественно кивнула, не сводя глаз с его лица. Она все еще ждала признания.
Если он не может произнести этих слов, то как ей поверить, что он ее любит?
Райдер вздохнул, потом одарил Ханну обезоруживающей улыбкой, хорошо понимая, что
именно она от него ждет.
- Я люблю тебя, Воробышек, и всегда любил. Даже когда та была похожа на костлявую
оборванку с тусклыми волосами и грязным лицом. Может быть, с твоей помощью я научусь
доверять людям с белой кожей и жить с ними в мире.
- О, Райдер! - она закинула руки ему на шею, осыпая градом поцелуев его лицо,
подбородок, нос, все, до чего только могла дотянуться. - И я всегда тебя любила. И если ты
хочешь жить в деревне Красного Облака, я не стану возражать. Пока мы вместе, я счастлива.
Райдер прижал ее к себе, сознавая, насколько дорога ему эта женщина, и удивляясь, что
ради нее он собирается пожертвовать той жизнью, к которой привык.
- Я должен найти свой путь в мир белых, Ханна. Как бы я не восхищался индейцами, как
бы глубоко не сочувствовал им и не осуждал несправедливость, которую творят с ними белые
люди, я не могу оставаться. Твоя жизнь для меня слишком драгоценна, чтобы подвергать ее
опасности. Белые слишком многочисленны. Когда-нибудь индейцев заставят жить в
резервациях, а это не та жизнь, о которой я мечтаю для своих детей. Однако, я смогу помочь
индейскому народу, и мне при этом не придется убивать или получать раны в сражениях.
Губернатор согласился на мое освобождение из тюрьмы с условием, что я стану посредником в
переговорах о мире с сиу и чейенами. Я буду честно защищать интересы моего народа. У всех
индейцев будет кров и пища, чтобы пережить зиму, и защитник, который умел бы отстаивать
их права.
Глаза Ханны заблестели.
- Твой ребенок будет тобой гордиться.
ГЛАВА 21
Райдер так долго смотрел на Ханну, что она почувствовала, как у нее начинают жарко
пылать щеки. Неужели она до сих пор неверно думала о Райдере? Он не хочет ребенка? Они
раньше никогда не говорили о детях.
- Ты носишь моего ребенка? - голос у него сел от волнения, а от того, что он сказал
затем, душа у Ханны ушла в пятки. - И ты поехала с Гил мором, зная, что беременна от меня?
Во рту у нее пересохло.
- Я никогда без нужды не подвергла бы опасности твое дитя, Райдер, и я никогда не
позволяла Тренту дотронуться до меня. Разве ты не понимаешь? Я все делала ради твоего
спасения. Сколько же раз мне повторять это, чтобы ты наконец мне поверил?
- Я верю тебе, Воробышек. Я вел себя, как глупый ревнивец, не понимая, что ты никогда
не уехала бы с Гилмором без причины. Страшно подумать, что могло бы случиться с тобой и с
ребенком.
- У Трента было много недостатков, но я уверена, он никогда не причинил бы мне зла.
Возможно, он пришел бы в ярость, но я верю, по-своему Трент дорожил мной. Я никогда не
желала ему смерти или же смерти тем людям, что сопровождали нас в форт. Неужели никогда
не кончится эта бессмысленная бойня?
Она начала тихо всхлипывать, и Райдер обнял ее, радуясь, что может утешать жену,
прижимая к своему сердцу.
- Не знаю, когда и как все это кончится, но я собираюсь сделать все возможное для
индейской стороны. Скоро мы с тобой уедем из деревни Красного Облака. Меня ждет
губернатор, чтобы ввести в курс дела. Надеюсь, ты не против пожить у Эбби и Зака, пока не
будет построен наш собственный дом?
- Главное, чтобы мы были вместе.
Рука Райдера скльзнула вниз по ее животу. Искренняя радость отразилась на его лице.
- Я не ожидал. Еще совсем недавно я был уверен, что погибну, сражаясь с
бледнолицыми, но, встретив тебя, я стал мечтать о другой жизни, в которой у меня были бы
жена и дети, и не просто жена, а жена с огненными волосами и зелеными глазами! Теперь, с
твоей помощью, мой талисман, мечты становятся реальностью. Я люблю тебя, Ханна, и люблю
нашего ребенка.
Слова Райдера успокоили Ханну и сняли тревогу, в которой она пребывала, не зная, что
скажет Райдер, узнав о ребенке. Он хочет ребенка! Он его любит. Все остальное неважно.
Райдер поцеловал жену с такой нежностью, что ей захотелось заплакать. Поцелуй был
долгим, кровь в жилах вскипала от страсти. Когда он прервал поцелуй, слабый крик возражения
сорвался с губ Ханны.
- Я хочу любить тебя, моя дорогая, но не могу, пока не улажено это дело между мной и
Сломанным Носом. Койот уже, должно быть, созвал Совет. Мне надо идти.
- Не нравится мне все это, Райдер. Сломанный Нос коварен. Он станет лгать,
придумывая, как оказался в моем вигваме. Скажет, я его приглашала. У тебя был такой
страшный вид, когда он принялся намекать, будто я сама зазвала его. Я... я испугалась, вдруг
ты поверишь.
- Никогда! Теперь я слишком хорошо тебя знаю и начинаю понимать, каким дураком
был, не доверяя прежде. Я страшно рассердился, ты права, когда Сломанный Нос осмелился
заявить, будто ты приглашала его разделить с ним ложе! Никто в Совете ему не поверит.
- Тогда иди, - произнесла Ханна, недовольный вздох ясно сказал, как не хочется ей
расставаться с ним. - Я буду молиться, чтобы Совет принял верное решение.
Ханна готовила ужин на костре рядом с вигвамом, когда Райдер вернулся. Лицо у него
было мрачным, но признаков печали или огорчения она не заметила. Не говоря ни слова, он
присел у костра. Ханна протянула ему чашу с тушеной олениной. Должно быть, он очень
проголодался, потому что заговорил, лишь опустошив половину чаши.
- Сломанный Нос изгнан из племени. Больше он не станет тебе досаждать.
Ханна притихла.
- Совет так решил, хотя он индеец, а ты белый?
- Кожа у меня белая, но это мой народ, Ханна, впрочем, как и народ Сломанного Носа.
Они выслушали нас как равных, а потом обсудили наши показания и свидетельство Койота,
присутствовавшего при столкновении, и затем Совет вынес решение.
Ханна опустилась на колени рядом с Райдером.
- Должно быть, Сломанный Нос разгневан.
Райдер задумчиво жевал оленину.
- Очень. Он собрал свои пожитки и сразу же уехал. Когда он уходил, люди
поворачивались к нему спиной, даже его родители. Изнасилование соплеменницы - страшное
преступление и у сиу, и у чейенов.
- Что он теперь будет делать?
Райдер проглотил последний кусок мяса.
- Наверное, присоединится к какой-нибудь банде отребья. Вряд ли его примут в другое
племя. Новости быстро распространяются по прерии, и скоро все племена будут знать о его
изгнании.
- Мне не хотелось, чтобы дело так оборачивалось, - искренне призналась Ханна. -
Пока ты не привез меня в лагерь Красного Облака, никаких раздоров со Сломанным Носом у
тебя не было.
- Не вини себя, Ханна. Сломанному Носу никогда не нравилась моя белая кожа. Он
нашел бы другой предлог, чтобы досадить мне.
Ханна задумалась:
- Теперь ничто не мешает нам покинуть деревню?
- Я уже говорил с Красным Облаком. Он согласился, что я многое могу сделать для
индейского народа как посредник на переговорах. Я постараюсь приспособиться к миру
белых, - притянув к себе Ханну, он поцеловал ее в лоб. - Конечно, нам придется пожениться
еще раз, теперь уже по законам белых. Я не хочу, чтобы возникали сомнения по поводу
законорожденности моего ребенка.
Ханна счастливо улыбнулась.
- Я и так себя чувствую замужней женщиной, но с радостью произнесу обет перед
священником. Моей семье будет приятно узнать, что наш брак освящен церковью.
- Я ничего о таких вещах не знаю, но уверен, ты мне все объяснишь. Пойдем на наше
ложе, отдохнем, путешествие в Денвер, что нас ждет, утомительно, - блеск его серебристых
глаз говорил, что на уме у него не простой отдых.
Он встал и потянул за собой жену, затем поднял ее на руки и внес в вигвам. Положив на
постель, он вытянулся рядом. Когда Райдер поцеловал Ханну, она положила руку ему на грудь,
останавливая.
- Подожди, Райдер. Я хочу поговорить с тобой.
- Поговорить? - его напряженный голос подсказал ей, что меньше всего ее муж
расположен сейчас к разговорам.
- Да. Насчет Женщины-Что-Ходит-Вперевалку. Я хочу взять ее с собой. Никого из
родных у нее не осталось, и ей приходится рассчитывать лишь на милость и сострадание чужих
людей. Не думаю, что Эбби станет возражать. А Женщина-Что-Ходит-Вперевалку поможет
мне, когда у нас появится малыш.
Райдер был поражен, что Ханна беспокоится о старой женщине и даже желает, чтобы она
жила с ними.
- А что думает об этом сама Женщина-Что-Ходит-Вперевалку? Захочет ли она оставить
свой народ?
- Она потеряла мужа, сына и единственную дочь. Я очень полюбила ее. Мы обо всем
уже говорили. Она согласна. Женщина-Что-Ходит-Вперевалку не настолько стара и, думаю,
сможет проехать весь путь до Денвера верхом. Она ждет не дождется, когда родится наш с
тобой ребенок.
- Пусть будет, как ты хочешь. Уверен, когда мы построим дом, ты будешь рада
помощнице.
- Спасибо, Райдер, - сказала Ханна, притянув к себе его голову, чтобы дотянуться до
губ.
Он поцеловал ее пылко и проникновенно, со всей страстью, переполнявшей неистово
бьющееся сердце. Язык упивался сладостью ее рта, в то время как руки снимали одежду. Затем
жаркая дорожка поцелуев прошла по ее рукам, груди, животу, бедрам и по нежной плоти между
ними. Все тело Ханны порозовело от возбуждения, но на этот раз ей не захотелось лежать на
спине, и она приподнялась над Райдером, чтобы можно было смотреть в мерцающую глубину
его глаз.
- Я хочу сделать для тебя то, что ты делаешь для меня, - робко прошептала она, хотя
совсем не чувствовала робости.
Райдер улыбнулся и откинулся на спину, позволив ей делать все, что она захочет, и Ханна
принялась наслаждаться телом мужа. Ее язычок обследовал плоские соски мужчины, зубы
оставили пылающий след на животе и бедрах. Когда пытка блаженства почти лишила его
чувств, ее рот завладел его членом. Райдер вскрикнул, почувствовав обжигающий жар губ
Ханны. После нескольких минут мучительной неги, он опрокинул ее на спину и отплатил той
же монетой. Когда она едва не лишилась чувств от восторга, он проник в нее. Луч лунного
света, проскользнувший сквозь дымовое отверстие в вигвам, был единственным свидетелем
произнесенных шепотом слов страсти и гортанных криков удовольствия. Но по мере того как
ночь подходила к концу, лунный свет бледнел, зато разгорался ослепительный свет любви,
наполнявший вигвам.
Ханна неловко сидела в седле, чувствуя, что беременность значительно осложнила ей
путешествие. День был гнетуще жарок, с Черных Холмов дул обжигающий ветер. Беспокоясь о
Ханне, Райдер старался, чтобы они почаще останавливались на отдых там, где только могли
найти тень и воду. Женщина-Что-Ходит-Вперевалку ехала с ними. Она была рада, что
оказалась кому-то полезна и не осталась в деревне обузой для племени.
Устроиться на ночь они старались у воды, чтобы смыть с себя грязь и пыль дневного пути.
Они уже находились рядом с границей Колорадо, когда оказались у широкой реки. Ханна
отправилась выкупаться. Жен-щина-Что-Ходит-Вперевалку принялась разводить огонь, а
Райдер пошел добыть дичь им на ужин. Темнело, но Ханна не считала, что ей следует
поторопиться. За все время путешествия не произошло ни одного столкновения с опасностью,
будь то дикий зверь или плохой человек, и Ханна забыла, что Райдер предупреждал ее, чтобы
она не удалялась от места привала. В последние два дня он казался более наст
...Закладка в соц.сетях
