Жанр: Любовные романы
Ранчо в Монтанне
...цию
до момента, обещавшего стать необыкновенным переживанием. Он все еще
чувствовал ее страсть, но теперь она была похоронена, спрятана за прекрасным
лицом, на котором читалось лишь желание сделать так, чтобы этих минут не
было.
Медленно он опустил ее на пол, но продолжал прижимать к себе, не желая
совсем отпустить. Он пристально смотрел на нее снизу вверх, видя, как в
уголке ее глаза показалась слезинка, и удивляясь собственной глупости. Он
уже мог лежать с ней в постели! Ведь было так просто отнести ее в комнату!
Руки Трейси спустились с сильных плеч Слейда на обнимавшие ее руки. Сердце
билось так, что удары отдавались у нее в ушах.
— Пожалуйста, отпустите меня, — повторила она едва слышно. Ей
хотелось спросить: как это случилось, какими чарами он заставил ее желать
его с такой необузданной силой, что она забыла обо всем на свете? С ней
никогда не случалось ничего такого, что хотя бы отдаленно напоминало эту
страсть, и она не могла понять, что с ней произошло.
Но и Слейд никогда не переживал ничего подобного. Раздиравшие его чувства,
заставившие его остановиться у самой цели, когда он украл еще один миг
близости с ней, совсем не означали, что его кровь остыла. Ему было
совершенно ясно: независимо от того, кто эта женщина, она вошла в его кровь
и плоть. Несмотря ни на что, он продолжал желать ее. И к этому желанию
примешивались самые безумные и запуганные чувства.
Он мрачно признался себе в том, что, если бы она не была Трейси Мурленд, она
была бы именно той женщиной, в которую он мог влюбиться. Резко разжав руки,
он отступил назад.
— Бегите в свою постель, — прорычал он, злясь на себя больше, чем
на нее.
Трейси покачнулась, внезапно лишенная поддержки. Оторвавшись от горячего,
крепкого тела Слейда, она ощутила странную опустошенность и машинально
ухватилась за перила.
— Этого..., этого нельзя было допускать, — прошептала она
приглушенно.
— Поклянитесь своим благополучием, что не лукавите... Ладно, не
волнуйтесь, такого больше не повторится, — мрачно сказал он и подумал:
хорошенькая месть! Теперь она идет на попятный, зная, что для мужчины это
больнее всего!
Он смотрел на Трейси и видел, как трепещет ее тело. Почему она не уходит?
Чего она хочет теперь, поговорить? Гримаса исказила лицо Слейда. Им не о чем
говорить, ни теперь, ни потом.
— Отправляйтесь спать, миссис Мурленд, — сказал он грубо.
Совершенно ясно, что он не собирается извиняться, подумала Трейси. Да и
ждала ли она извинений? Во всяком случае, он виноват в такой же степени, как
и она. Ведь нечто пламенное и безумное связало их с первого взгляда, именно
поэтому между ними все время проскакивают искры.
Господи, она действительно потеряла голову! Трейси вздохнула и отвернулась.
— Спокойной ночи, — пробормотала она.
Слейд не ответил, но и после того, как Трейси исчезла за дверями своей
комнаты, долго еще стоял на веранде, ему нужно было о многом подумать. Как
долго она собирается болтаться здесь? Может, ему лучше уехать на несколько
дней? Если она говорит правду, что не собирается задерживаться здесь
надолго, она может осмотреть ранчо и без него и улететь до его возвращения.
Одно было совершенно ясно: он не хотел повторения сегодняшней сцены. А если
она останется на ранчо, он совсем не уверен, что сможет держать себя в руках
в ее присутствии, особенно если она опять спровоцирует его, как это
случилось сегодня.
Несколько часов Трейси не могла уснуть. Открытые двери на веранду казались
вратами в рай или ад, она не знала куда. Однако необычайная страсть, которую
она ощутила в объятиях Слейда, была и тем и другим. Она сомневалась, что
отказала бы ему, если бы он сейчас появился, залитый светом звезд.
По-видимому, ей даже хотелось, чтобы с н это сделал.
— Будь ты проклят, — прошептала она, не в состоянии поверить в то,
что с ней происходит. Она была сама себе отвратительна. Как может
нормальная, имеющая моральные принципы женщина, встретив мужчину, разом
начисто утратить их? Это просто невозможно!
Всю свою жизнь Трейси не изменяла собственным принципам, следовала строгим
правилам морали. В двадцать два года, когда она встретила Джейса Мурленда,
она все еще была девственницей. Возможно, это не отвечало нынешним свободным
нравам, но тем не менее это было так. Лежа в чужой, залитой лунным светом
комнате, с широко раскрытыми глазами, Трейси мысленно перенеслась на
несколько лет назад, вспоминая о встрече с Джейсом, об его ухаживаниях, об
их совместной жизни.
...Их познакомил ее отец, Джим Киркленд, занимавший солидное положение в
банке, имевший много друзей в деловом мире. Трейси только что окончила
колледж и была поглощена своей работой, своей компьютерной наукой, радуясь
взрослой, независимой жизни. Она сняла себе квартиру, но виделась с отцом
часто — за ленчем по четвергам. В один из таких четвергов Джим и привел
Джейсона Мурленда.
Трейси была уверена, отцу никогда не приходило в голову, что они с Джейсом
понравятся друг другу. Ведь Джейсон был старше ее на тридцать лет. Отец
никак не мог предполагать, что его маленькую девочку сразу же очаруют
безукоризненные манеры Джейса и его взгляды на жизнь. К тому же Джейс был
поразительно красив. У него были правильные черты лица, густая копна
седеющих волос и молодое, хорошо тренированное тело. Одевался он с
удивительным вкусом. Когда он стал ухаживать за Трейси, она узнала, что он
все делал с исключительным вкусом.
Он не торопил ее. Несколько месяцев сопровождал в самые изысканные
рестораны, в театр, на балет, на лекции. Всегда интересовался ее мнением и
считался с тем, что ей нравилось и не нравилось. Она поняла, что влюблена в
него, задолго до того, как он попытался поцеловать ее, а когда это наконец
произошло, она была счастлива, что испытывает к любимому ею человеку и
сексуальное влечение.
С этого момента их отношения изменились. Она открыла для себя, что Джейс —
прекрасный любовник. На протяжении тех месяцев, что они готовились к
свадьбе, он обучил ее всем радостям любви, крайне удивившись сначала, что
она девственница. Да, Джейс сделал ее счастливой, призналась себе Трейси,
грустно вздохнув. Она редко разрешала себе думать о прошлом, потому что эти
прекрасные воспоминания неизменно приносили ей грусть. Но в эту ночь она не
могла не вспоминать. Наверное, шок от столь резкого отклонения от линии
привычного для нее поведения заставил ее искать в прожитой жизни некую
путеводную нить.
После того как Джейс неожиданно умер от обширного инфаркта, Трейси
совершенно лишилась жизненных сил. Однако общение с его адвокатами и
бухгалтерами стало той шоковой терапией, что вывела ее из прострации. У нее
на руках осталась целая финансовая империя, а она совершенно не была к этому
готова. При том, что они вели очень обеспеченную жизнь, она и понятия не
имела о размерах и сложности принадлежащего Джейсу состояния. Отец очень
помог ей. Он не только сумел понять горе дочери, ранее и сам пережив такую
же травму — когда умерла мать Трейси, — на его деловые советы всегда
можно было рассчитывать. Однако со временем Трейси предстояло справиться с
горем и взять бразды правления в свои руки.
Именно этим она и занималась на протяжении прошедшего года, превращаясь из
рафинированной беззаботной жены преуспевающего человека, которой она была
все годы своего замужества, в совершенно другую женщину. Эта поездка стала
кульминацией ее возрастающего интереса к владениям Джейса. С большим
удовлетворением Трейси обнаружила у себя деловые способности и, пользуясь
услугами всего нескольких квалифицированных специалистов, распоряжалась
принадлежащей ей собственностью весьма успешно.
Но теперь появилось Дабл-Джей. И Слейд Доусон. Трейси инстинктивно
чувствовала, что здесь что-то не так. И не только из-за сцены на веранде,
хотя, без сомнения, это ее ужасная ошибка. Были странности и помимо этого,
начиная с совершенно необъяснимой враждебности Слейда, которой он ее
встретил, и кончая странным поведением Рейчел. Во всем этом Трейси явно чего-
то не понимала. Но чего?
Она займется поисками ответа на этот вопрос. Слейд не может все время
прятаться в
городе
. Конечно, сегодня вечером иметь с ним дело будет
трудней, но у нее нет выбора. Единственной возможностью поскорее закончить
здесь дела был разговор с ним.
Со стоном Трейси перевернулась на живот и накрыла голову подушкой. Да как же
она сможет просто посмотреть ему в лицо, не говоря уже о каких-то деловых
разговорах? Что он о ней подумал? Он всего лишь прикоснулся к ней, и она
растаяла.
И невозможно отрицать того, что она до сих пор охвачена этой страстью!
Трейси снова легла на спину. Она должна соблюсти хоть элементарные приличия,
это просто необходимо. Надо же было попасть в такую унизительную ситуацию —
не смогла скрыть своих чувств, а он отступил.
Как странно, думала она, что мужчина, пылавший таким желанием, в последний
момент вдруг остановился. Трейси была уверена: что-то помешало ему, так как
в этот самый момент на его лице появилось очень странное выражение. Может,
по той же причине, что и его изначальная враждебность?
Она еще долго не могла заснуть.
Глава 3
— Уехал? Куда уехал? — воскликнула Трейси в замешательстве.
Она проспала до восьми, потом провела час в ванной и за туалетным столиком.
Наконец, надев стильные джинсы, строгую белую блузку и высокие сапожки, она
сочла, что готова к осмотру ранчо. Но тут Рейчел сообщила ей, что Слейд
уехал, и выглядела при этом так, словно оказала Трейси огромную услугу.
Возможно, она была права. Перспектива встретиться со Слейдом этим утром не
очень привлекала Трейси. И все же не верилось, что он опять сбежит.
— Слейд уехал в горы, на Биг-Блаф. Он оставил записку. Вон там, на
столе, — хлопоча у плиты, добавила Рейчел.
— Вижу. — Трейси нахмурилась.
Записка
была сложенным вдвое
клочком бумаги, и, развернув его, Трейси быстро прочла:
Рейчел. Уехал т Биг-Блаф на несколько дней. Слейд
.
— Что такое Биг-Блаф? — спросила она, почувствовав странное
огорчение из-за такого поворота событий. Казалось, она должна благодарить
Слейда за то, что он скрылся с глаз. Но вместо этого ее охватило
разочарование.
— Гора. У Слейда там охотничий домик. Время от времени он ездит туда
один.
Тень недовольства скользнула по лицу Трейси.
— Мне казалось, что он должен был бы поговорить со мной. Конечно, ранчо
может показать мне Бен, не в этом дело, я же собиралась обсудить со Слейдом
некоторые обстоятельства...
— Жаль, конечно, что так вышло, — удивленно сказала Рейчел. —
Возможно, я или Бен сможем ответить на ваши вопросы. — И указала на
кофейник. — Может быть, выпьете чашечку кофе?
— Да, благодарю вас. — И пока домоправительница наливала две чашки
кофе, Трейси уселась за стол. — У меня есть несколько вопросов, Рейчел.
Некоторые из них возникли, когда я приехала сюда, — сказала она
напористо, заметив настороженность Рейчел.
— Я собиралась помочь только с вопросами, касающимися ранчо, —
торопливо заметила Рейчел. — Все остальное вам нужно спросить у самого
Слейда.
— Ну, теперь это не так просто. — Трейси сделала глоток и опустила
чашку на стол. — Вы ведь знали моего мужа, не правда ли?
Лицо Рейчел мгновенно стало непроницаемым. Трейси предполагала, что та будет
лояльной по отношению к Слейду, и она чувствовала, что, если не упоминать
его имени, а просто задать несколько вопросов об отношении Джейса к ранчо,
проблем не возникнет.
— Наверно, мне любопытнее всего узнать, как вообще получилось, что
Джейс купил это ранчо, — призналась она.
В ответ Рейчел еще плотнее сжала губы. Трейси сделала еще одну попытку.
— Джейс часто приезжал сюда? Он очень много ездил по делам, но никогда
не распространялся о том, куда. После его смерти я обнаружила... —
голос ее дрогнул — она обращалась к глухонемой. Рейчел выглядела теперь не
просто настороженной, но попавшейся в капкан.
— Рейчел, в чем дело?
Губы женщины сжались в тонкую линию.
— Эту информацию, Трейси, вы должны получить у Слейда. Мое положение не
позволяет мне говорить о таких вещах.
— О каких вещах? — Она задала совершенно невинные вопросы. Просто
спросила, как часто Джейс посещал ранчо. Почему Рейчел заняла такую
оборонительную позицию?
Ответ женщины прозвучал не просто сдержанно, а почти грубо:
— Информация, касающаяся вашего мужа... Я не сплетница.
— Конечно, вы не сплетница! — Трейси испуганно вскочила. —
Право, Рейчел, я не понимаю, в чем дело, но я прошу извинить меня, если мои
вопросы произвели на вас неприятное впечатление. Я не подозревала, что
преступаю недозволенные границы. — Извинения были искренними, хоть
Трейси и не понимала, за что извиняется. Что такого ужасного она спросила?
Взяв свою чашку, Трейси направилась к двери.
— Пожалуйста, не готовьте для меня омлет, я потом что-нибудь поем.
Сейчас я, наверное, немного пройдусь.
— Трейси! — В голосе Рейчел слышалась мольба, и Трейси
остановилась в дверях и обернулась. — Простите меня, — сказала
Рейчел. — Я знаю, что мой ответ показался вам грубым. Но, если вы
хотите получить ответы на свои вопросы, вам действительно следует поговорить
со Слейдом. Это касается только его. Трейси кивнула в задумчивости.
— Видимо, мне так и придется поступить, хоть он и делает все возможное,
чтобы избежать разговора. Увидимся попозже, Рейчел.
Бен с радостью взял на себя роль гида Трейси. Она старалась проявить интерес
к хозяйственным постройкам, комнатам для арендаторов и загонам для скота, но
все это лишь из вежливости, пока Бен не остановился у пастбища, где паслись
лошади.
— Эти чистопородные кони — гордость и радость Слейда, — сказал он.
— Какие красивые животные, — впервые за все утро с искренним
энтузиазмом ответила Трейси. После странного разговора с Рейчел мысли ее
были далеки от ранчо. Вихрь сомнений кружился в голове. Мысли о Джейсс и
Слейде, то бессвязные, то обнаруживающие какую-то связь, были точно в
калейдоскопе.
Казалось, Бен пребывал в счастливом неведении о том, что с ней происходит.
— Вы ездите верхом? — спросил он.
— Ездила, много лет назад.
— Прекрасно, как вы отнесетесь к тому, что я оседлаю пару лошадок и мы
немножко проедемся верхом? Вы тогда сможете увидеть пастбища и скот.
Трейси сразу же согласилась. Она была так поглощена своими мыслями в эти
последние двадцать четыре часа, что подобная возможность показалась ей
заманчивой. Трейси надеялась, что прогулка верхом поможет развеять это
непонятное настроение, хотя и подозревала, что лишь прямые ответы на
волнующие ее вопросы смогут унять разгоравшееся любопытство.
В радостном волнении, точно ей оказывали королевские почести, Трейси ждала в
тени амбара, пока Бен оседлает лошадей, и размышляла о странных недомолвках
Рейчел. Что же мог рассказать Слейд о Джейсе? Как странно ответила Рейчел
даже на такой простой вопрос. Почему эта пожилая женщина делает проблему из
того, сколько раз Джейс приезжал на ранчо?
Какая бы загадка здесь ни скрывалась, она никогда ее не узнает, если снова
не попытается поговорить со Слейдом. А это означает, что она должна ожидать
его возвращения.
Начиная с необъяснимого гнева Слейда при ее неожиданном появлении, все
поведение обитателей ранчо казалось необъяснимым и таинственным. Теперь у
нее появились подозрения, что его грубость не обусловлена лишь его дурным
характером. Он был действительно расстроен. Но почему? И не здесь ли причина
того, что он избегает ее, только бы она не могла задать ему эти вопросы?
А что думать о прошлой ночи? Нельзя было сказать, что он избегает ее! Но он
вовремя остановился. А что произошло бы, если бы все зависело от нее?...
Трейси почувствовала, как боль тугой повязкой сдавила ей грудь. Почему она
вообще позволила Слейду Доусону поцеловать ее? Хуже того, почему она
ответила на его поцелуй?
Бен подвел к ней маленькую серую лошадку.
— Это Долли. — Он улыбнулся и добавил:
— Послушная старушка, она не причинит вам неприятностей...
— Благодарю вас. — Трейси вдела ногу в стремя и вскочила в седло.
Надежно усевшись в нем, она потрепала Долли по холке. — Какая хорошая
лошадка!
Бен оседлал большого каурого жеребца, и они направились по двору к воротам.
Как только они оказались по другую сторону забора и снова надежно закрыли за
собой ворота, Бен спросил:
— Как долго вы собираетесь пробыть в Монтане, Трейси?
Они ехали бок о бок по громадному травяному ковру в россыпях голубых и
желтых полевых цветов.
— Я собиралась уехать утром, — ответила Трейси, стараясь сохранить
непроницаемое выражение лица, — но теперь я не уверена.
— Если вы захотите остаться еще на несколько дней, мы могли бы устроить
более продолжительную прогулку верхом, например в горы, — с готовностью
предложил Бен.
— В горы? — Сердце заколотилось у Трейси в груди, и она посмотрела
на Бена, осознав вдруг, что он, возможно, будет не так скрытен, как его
сестра. — А где это — Биг-Блаф?
— Биг-Блаф будет примерно в десяти милях в этом направлении, —
просто ответил Бен, указывая на запад. — У Слейда там охотничий домик.
Утром Рейчел сказала, что он уехал туда на несколько дней. Он довольно часто
это делает.
— Чтобы просто немного побыть одному? — вкрадчиво спросила Трейси.
Она знала, что нехорошо вытягивать информацию из Бена, но ей было все равно.
С Дабл-Джей было связано что-то странное, здесь было что-то не так, и в этом
были замешаны Джейс и Слейд и — каким-то непонятным образом — она сама. И
она считала, что имеет полное право узнать, в чем дело. Бен пожал плечами.
— Слейд у нас чудак, ему нравится одиночество. Он хороший парень.
Просто не любит, чтобы к нему приставали.
— Да, это заметно, — сказала она сухо, поняв, что ее любопытство в
отношении Слейда Доусона растет. И это любопытство еще в большей степени
разожгло странное поведение Рей-чел. — Он всегда жил на ранчо? —
спросила Трейси.
— Ну да. Родился здесь и прожил всю свою жизнь. Правда, это не на все
сто процентов так. Несколько лет Слейд служил на флоте, потом уезжал на
учебу в какую-то школу на пару лет. Ну а все остальное время он жил тут.
— Понятно. — Трейси вяло улыбнулась. Улыбка не коснулась ее
зеленых глаз. — А вы тоже порой сбегаете на Биг-Блаф?
Бен весело рассмеялся.
— Время от времени. Это очень красивое место, и оно врачует раны, если
вы понимаете, о чем я говорю.
Трейси кивнула. Беззаботный комментарий Бена дал ей пишу для размышлений.
Может, эпизод на веранде ранил чувства Слейда? Но по нему это не было видно.
Тогда чем можно было объяснить его странное поведение? Как только она пришла
в себя, она почувствовала, что единственное, чего он хочет, — поскорее
расстаться с нею. Да, теперь она вспомнила это очень ясно.
Она негодовала на себя. Как можно было проявить подобную слабость? Ну что ж,
Слейду Доусону больше не представится возможность прикоснуться к ней, даже
если она решит ждать и встретиться с ним.
Эта мысль породила новый вопрос, и она повернулась к Бену.
— Сколько времени займет прогулка верхом на Биг-Блаф? Он удивился.
— Вы хотите поехать туда?
— Мне нужно кое-что обсудить со Слейдом до моего отъезда. Я не
предполагала, что он может исчезнуть вот так, без предупреждения.
Бен снял шляпу, пригладил волосы и перед тем, как ответить, снова надел свой
стетсон.
— Ну, я думаю, что много времени это не займет. — Однако я вижу,
вам не очень хочется туда ехать, — сказала Трейси, видя заминку
Бена. — А сама я найду туда дорогу?
— Вы? Нет, черт возьми! Вы потеряетесь в этих горах, Трейси. Там сотни
тропинок, которые разбегаются в разные стороны.
— Вы можете нарисовать мне карту? Он с удивлением посмотрел на нее.
— Вы все-таки хотите поехать туда?
— Есть два варианта: ехать или ждать, когда он спустится. Сколько он
там пробудет, как вы думаете?
— Рейчел сказала, несколько дней. Наверно, лучше подождать. Просто
отдохнуть, пока он не вернется. Возможно, ему и не понравится, если мы
свалимся ему на голову.
— Возможно, не понравится? Прекрасно! Знаете, что я вам скажу, Бен, мне
уже надоело, как все волнуются о том, что Слейду понравится, а что нет.
Пошел он к черту! Я тоже хозяйка этого ранчо! — Покраснев, Трейси тут
же извинилась:
— Простите, Бен. Я не должна была срывать свою злость на вас. Просто до
сих пор мне не приходилось встречать такого человека. Очевидно, я не
правильно веду себя. — Последнее заявление прозвучало почти комически,
настолько оно не отвечало ситуации, поняла Трейси, испытав прилив
недовольства собой. Она была огорчена, что обрушилась на Бена, когда на
самом деле ее вывел из себя Слейд.
— Забудьте это. Временами Слейд и меня доводит до чертиков. — Бен
усмехнулся, как мальчишка, и бронзовая от солнца кожа вокруг его глаз
собралась мелкими морщинками. — Слейда нелегко понять.
— Нелегко? Больше похоже, что невозможно! Бен согласно засмеялся.
— Да, думаю, вы правы. Он действительно из тех людей, с которыми трудно
подружиться, но когда они становятся вашими друзьями, это уже настоящие
друзья.
— Тип сильного молчаливого мужчины? — саркастически заметила
Трейси.
— Как в кино? Да нет, Слейд не такой. Он действительно сильный и
молчаливый, насколько я могу судить, но в нем нет этой рисовки. Он не из тех
красавчиков, которые и близко не подходили к лошади или к настоящему ранчо.
Любую работу Слейд делает лучше всех. Он первый во всем — и в верховой езде,
и в отлове лошадей. Каких только наград за родео он не получал!
Трейси напряженно слушала. Любопытство переполняло ее, и она впитывала слова
Бена как губка. Но одновременно в ней росло и сопротивление. Абсолютно все в
Дабл-Джей признавали, что у Слейда дурной характер, но тут же спешили
отметить, какой он в то же время замечательный, первый в любом деле. Просто
смешно!
Пришпорив Долли, Трейси понеслась вперед.
— Скачите направо! — крикнул ей Бен. — Там родник, и лошади
смогут напиться.
Пока лошади пили, стоя в чистой прохладной воде, Трейси нагнулась сорвать
полевой цветок.
— Знаете, Бен, я приехала сюда, думая, что это будет обычный рабочий
визит.
— Трейси огорченно вздохнула, разглядывая маленький голубой цветок на
своей ладони. — У меня такое чувство, что со Слейдом Доусоном ничего
обычного
не бывает. Но есть и еще что-то, нечто, о чем Рейчел посоветовала
мне спросить самого Слейда. Мне от этого очень неловко. Может быть, у меня
просто разыгралось воображение?
Бен смотрел на горы, задумчиво прищурясь.
— Трейси, есть обстоятельства, ну, имеются довольно необычные
причины...
— Да? — поспешно спросила она. Он пристально посмотрел на нее.
— Это никак не связано с вами и, возможно, причинит вам боль. Не
задавайте вопросов.
Для вашего же собственного блага держитесь, черт возьми, подальше от этого.
Она почувствовала, что Бен собирался сказать гораздо больше, но передумал.
Бросив унылый взгляд на пасущийся скот, Трейси подошла к Долли и подобрала
поводья.
— Поехали обратно, Бен, я достаточно повидала сегодня.
Этой ночью Трейси спала как убитая и проснулась с таким чувством, словно в
течение девяти часов она даже не пошевелилась. Через открытые двери на
веранду в утреннем небе были видны редкие курчавые облака, и она наблюдала
за их ленивым, едва уловимым движением с необычным ощущением покоя.
Поразительно, каким освежающим может быть хороший ночной сон, подумала она.
Возможно, теперь, когда мысли ее прояснились и прошло какое-то время, она
сумеет осознать все то, что произошло с момента ее приезда.
Непонятная реакция на ее приезд не выходила у нее из головы и вызывала
дюжину вопросов. Она не могла объяснить себе и отказа Рейчел отвечать на
самые невинные вопросы, касающиеся Джейса, и совета Бена держаться подальше
от этог
...Закладка в соц.сетях
