Жанр: Любовные романы
Под испанским небом
...нь.
— И все же ты отправилась в путешествие без него, — съязвила
Кирсти. — Или в его отсутствие тебя ублажает другой мужчина?
В глазах Симоны Кирсти увидела легкий испуг и поняла, что попала в точку,
хотя испанка сразу взяла себя в руки.
— Зачем мне кто-то другой, когда у меня есть Лусио? Я просто хорошо
провела время, пока он был в Англии, — спокойно ответила она. —
Лусио даже оплатил мне это путешествие. Он такой щедрый, постоянно покупает
мне подарки.
И поэтому ты так в него вцепилась, с отвращением подумала Кирсти. Банковский
счет Лусио — вот что привлекало Симону. Она уже предвкушает жизнь, полную
роскоши. И сейчас боится, что эта перспектива может ускользнуть у нее из-под
носа. Только Кирсти не нуждалась в ее предупреждениях. Она сама видела,
насколько Лусио увлечен этой женщиной.
Кирсти дотронулась до кулона на шее.
— Да, он очень щедрый, это правда. — Ей доставило несказанное
удовольствие видеть, как нахмурилась Симона при этом жесте. — А теперь,
если ты закончила, я вернусь на праздник. Беки уже, наверно, меня ищет.
— Одну минуту, — воскликнула Симона со злостью в голосе. — Я
догадываюсь, что Ребекка не его дочь. Просто ты видишь, насколько он богат,
и решила получить от этого выгоду, выдавая своего ребенка за его дочь.
Никогда еще Кирсти так не хотелось ударить кого-то. Как она смогла
сдержаться, просто удивительно.
— Может быть, ты и стала бы лгать, чтобы заполучить мужчину, но я —
нет.
Оттолкнув ее с прохода, Кирсти почти бегом спустилась по лестнице. Она не
видела, последовала за ней Симона или нет. Эта женщина просто расчетливая
дрянь, которая охотится за чужими деньгами.
— О, куда это мы так торопимся? — Лусио поймал ее в объятия, когда
она пробиралась сквозь толпу гостей. — Я искал тебя.
Кирсти смогла выдавить улыбку.
— Отходила ненадолго. А где Беки? Она развлекается?
— Да, ей хорошо. Большинство молодых людей здесь говорят по-английски,
хотя Ребекка проявляет способности к испанскому.
Кирсти кивнула.
— Она слегка говорит по-французски и немного знает немецкий.
К чему этот разговор, если на самом деле она хочет ему сказать, что
возвращается домой, а он может посвятить себя Симоне!
По ее телу прошла дрожь, и Лусио тут же это почувствовал.
— С тобой все в порядке, Кирсти? Ты вся горишь. Плохо себя чувствуешь?
— На самом деле я чувствую себя разбитой. Но я не хочу испортить Беки
праздник, поэтому прошу тебя ничего ей не говорить.
— Принести тебе что-нибудь? Аспирин или стакан воды?
— Нет, спасибо, — огрызнулась она. — Я хочу побыть одна.
— Да, тебе лучше присесть и отдохнуть. Вон там сидит мой отец. Ты не
против его компании?
Кирсти кивнула.
Лусио взял ее под руку и довел до Джорджа.
— Кирсти неважно себя чувствует. Присмотри за ней, хорошо? Мне нужно
кое с кем поговорить.
— Как всегда о работе, — пробормотал его отец, но Лусио уже не
слышал его, удаляясь в сторону. — Это он должен сидеть с тобой рядом.
Не обращай на него внимания. Лучше расскажи мне, ты с ней говорила?
— Эта женщина просто ведьма, — сказала Кирсти, наблюдая, как
уходит Лусио.
— Кто? Симона?
— Знаете, в чем она меня обвинила? Что я обманула Лусио и Беки не его
дочь. Она сказала, что мне нужны его деньги. Я боялась не сдержаться и
ударить ее по физиономии.
Джордж рассмеялся и положил ладонь на ее руку.
— Хотел бы я это увидеть. Симона — хищница. Но ты не должна позволять
ей радоваться победе. Ты единственная, кого Лусио любит. Возможно, он и сам
пока этого не понимает. Просто он похож на всех мужчин — им нравятся
хорошенькие женщины. Мне тоже нравится смотреть на Симону, —
усмехнувшись, добавил Джордж, — особенно в этом красном платье. Но
знай, что серьезные чувства Лусио испытывает только к тебе.
Кирсти показалось, что Джордж обманывает сам себя. Лусио любит только Беки.
Гнев потихоньку отпускал ее, щеки перестали гореть, но она была зла на
Симону за все ее слова, а на Лусио за то, что он пал жертвой красоты этой
женщины.
— Я правда не хочу больше о ней говорить.
— Хорошо. Тогда расскажи мне о себе. Чем ты занималась все эти годы,
кроме того, что растила мою очаровательную внучку? Ты только посмотри на
нее, — сказал Джордж, сразу забыв о своем вопросе.
Беки стояла в окружении мальчиков, которые внимали каждому ее слову. Она,
несомненно, была принята в их окружение, с гордостью подумала Кирсти.
Конечно, Беки никогда не смущалась в новой компании, но это все-таки другая
страна.
Девочка поймала взгляд матери и помахала ей рукой. Кирсти ответила. Хоть кто-
то на этом празднике счастлив.
— Она прекрасная девочка, и это делает тебе честь. Я надеюсь, ты не
собираешься снова забрать ее у нас?
Кирсти улыбнулась и покачала головой.
— Она, конечно, ходит в школу, но ведь есть каникулы. Ее теперь не
удержишь. К тому же Беки обожает Лусио. И он будет счастлив, если дочь
поживет с ним.
— Но Беки хочет, чтобы вы были вместе.
Кирсти лишь неопределенно кивнула.
Она была рада, когда праздник закончился. Гости постепенно расходились, пока
не осталась одна Симона. И казалось, что у нее нет намерения уезжать.
Бонита и Джордж вернулись в свой домик. Беки поднялась к себе, еще раз
поблагодарив Лусио за прекрасный праздник.
Кирсти хотела помочь прислуге убраться, но Лусио не позволил.
— Я плачу людям за их работу. Ты выглядишь усталой, Кирсти. Тебе тоже
пора идти отдыхать.
И оставить его с Симоной!
Краем глаза она видела торжествующую улыбку женщины в красном.
Глава четырнадцатая
Лусио не на шутку беспокоился за Кирсти. Еще минуту назад она чувствовала
себя превосходно, а потом вдруг вся покраснела от жара. Он знал, что она не
уйдет к себе в комнату, пока не закончится праздник. Она не хотела оставлять
без присмотра любимую дочку.
Он не ожидал увидеть на празднике Симону и недоумевал, откуда она узнала о
вечеринке. Лусио не сомневался, что она влюблена в него, но ответных чувств
не испытывал. Конечно, Симона красива, но слишком уж навязчива. А ведь он
уже много раз говорил, что никогда не женится на ней.
Симоне явно не понравилась новость о том, что у него есть дочь. Она
забросала его вопросами. Его ли это дочь? Почему Кирсти раньше не сообщила
ему? Лусио пытался вести себя с ней помягче, но сегодня его терпению пришел
конец. И уж он совсем не хотел, чтобы она оставалась до самого конца.
Теперь он просто обязан отвезти ее домой. Она отказалась, чтобы ее отвез его
водитель.
Когда они подъехали к ее дому, Симона пригласила его зайти, и он понял, что
это можно расценивать как приглашение в ее постель. И это уже не в первый
раз. И, скорее всего, не в последний. Больше всего сейчас Лусио хотелось
вернуться домой, к Кирсти...
— Тебе действительно необходимо ехать? — спросила Симона, повиснув
на нем.
— Да, — он отстранился от нее. — Мне надо к Кирсти. Она плохо
себя чувствует.
— Когда я с ней разговаривала, она выглядела вполне здоровой.
— Возможно, — Лусио подумал, что Симона сейчас говорит о том
моменте, когда он знакомил двух женщин. — Но потом у нее поднялась
температура.
— Ты собираешься жениться на ней? — внезапно задала вопрос Симона.
— Возможно.
— Только потому, что она мать твоей дочери? — Когда он задумался,
она продолжила: — Ничего хорошего из этого не выйдет. Вы совсем разные, в то
время как ты и я идеально подходим друг другу.
— Милая Симона, ты ведь знаешь, что это не так. Мы с тобой знакомы уже
много лет, но все равно остаемся только друзьями. — Она должна это
понять и принять. — Доброй ночи, — он направился к двери.
— Лусио!
Он повернулся и увидел в ее глазах слезы.
— Это конец? — безжизненным голосом спросила она.
Он подошел к ней и обнял за плечи.
— Мы всегда будем друзьями.
— Но я хочу большего.
Она взяла его руку и запустила ее под платье.
— Займись со мной любовью, Лусио, — попросила она. — Останься
на ночь. Дай мне насладиться одной ночью с тобой.
Он не был бы мужчиной, если бы такая красивая женщина не вызывала в нем
желание обладать ею. Но это только мужской инстинкт. А сердце? Сердце звало
его к Кирсти. Он влюблен в нее и не хочет больше ни одну женщину. Да, он
любит се.
— Извини, Симона, но я не могу это сделать. Она была красива, желанна,
сексуальна, но его сердце принадлежит другой женщине. И он намеревается
любым путем сделать ее своей женой. Глаза Симоны зажглись недобрым огнем.
— Ты правда хочешь жениться на этой шлюхе, да? Как ты вообще можешь
быть уверен; что ребенок твой? Ты с ума сошел! Она мечтает заполучить тебя,
сам увидишь. А когда ты это поймешь, не приходи ко мне. Убирайся!
В ярости Лусио покинул ее дом. Он нисколько не жалел, что избавился от
Симоны. Она уже порядком ему надоела. Если бы даже Кирсти и не появилась
вновь в его жизни, он никогда не женился бы на Симоне.
По пути домой Лусио забыл о Симоне и сосредоточился на мыслях о Кирсти. Он
взбежал по ступенькам, осторожно открыл дверь в ее комнату и... понял, что
она спит. Тихонько присев на край кровати, Лусио долго любовался Кирсти, на
которую из окна падал свет луны. Только сейчас он понял, что хочет провести
с ней всю жизнь.
Наконец он тихо встал и прошел в свою комнату, которая показалась ему
пустой.
Когда Кирсти проснулась, она потянулась, чтобы почувствовать около себя
Лусио. Но его рядом не было, и она все вспомнила. Ночью он повез Симону
домой.
Она долго ждала его, но потом усталость взяла свое, и она уснула. Смогла ли
Симона затащить его в свою постель? Кирсти совсем не хотела об этом думать.
Когда она спустилась к завтраку, Лусио сидел за столом и пил кофе. Он
выглядел бодрым и отдохнувшим. Очевидно, провел хорошую ночь.
— Доброе утро, Кирсти, — сказал он. — Как себя чувствуешь?
Выглядишь лучше.
Он встал и хотел обнять ее, но она оттолкнула его.
— Я в порядке. Она села за стол.
— Тогда в чем дело? — спросил Лусио.
— Дело в том, — холодно ответила она, — что я хочу вернуться
домой. Мы уже слишком долго гостим у тебя.
Его лицо потемнело.
— Можно узнать, почему ты приняла такое решение?
— А для этого нужна причина? Я считаю, что нам уже пора. У меня есть
дела.
— Думаю, дело не в этом. Вчера ты была такой счастливой на празднике,
потом все изменилось. Что я такого сделал? Или сказал?
Кирсти покачала головой, не желая говорить ему о беседе с Симоной. Он
подумает, что она ревнует, а это не так. Просто она не собирается
задерживаться в его доме и наблюдать за развитием отношений сладкой парочки.
— К тебе это не имеет отношения. Ты не забыл, что у меня свой бизнес?
— А ты подумала о Ребекке? — резко спросил он. — Она разве
хочет уезжать?
— Я ее не спрашивала, — ответила Кирсти, — и не собираюсь.
Просто скажу ей, что пора возвращаться домой.
— Я надеюсь, ты не собираешься увезти от меня дочь навсегда? — Его
голос дрогнул.
— Конечно, нет. Ты можешь видеться с ней, когда захочешь. Я же не
настолько жестокая.
Сама она больше не собиралась проводить с ним время. Пусть достается Симоне!
— Но ты все же отвергла мое предложение о замужестве. — (Кирсти
снова кивнула, чувствуя неловкость.) — И не хочешь мне сказать —
почему?
Его пальцы подрагивали, и Кирсти поняла, что он волнуется.
— Потому что не вижу в этом смысла. Вот и все.
— Почему? — требовательно спросил он. — Ты же понимаешь, что мы подходим друг другу.
— В постели да, — жестко произнесла она, — и больше нигде. Я
не хочу иметь мужа, который будет работать двадцать четыре часа семь дней в
неделю. Я хочу, чтобы он уделял время мне и всегда был рядом с
дочерью. — И быстро добавила: — Я вижу, что сейчас ты отложил работу,
но это только потому, что ты хочешь быть рядом с Беки. Однако дела уже ждут
тебя. Будет лучше, если мы уедем, пока Беки не разочаровалась в тебе.
Он молча смотрел на нее, словно проникая взглядом в самую душу. Кирсти с
опаской ждала, что будет дальше.
— Какое внезапное решение, — сказал он. — Я думал, что вы
останетесь на все лето.
— Возможно, тебе просто показалось. Я не помню, чтобы обещала тебе это.
Мы уже и так слишком долго гостим у тебя.
— Ты имела в виду, что это ты слишком долго гостишь у меня? —
заметил он. — Мне жаль, что ты так говоришь. Я действительно думал,
что...
— Если я пустила тебя в свою постель, это еще не значит, что я изменила
о тебе мнение, — перебила его Кирсти. — Это был просто секс. А
сейчас я хочу уехать.
Она видела, что его глаза потемнели, и сильнее вжалась в свое кресло.
— Ты пожалеешь, что так сказала, Кирсти, — сказал он, вскакивая на
ноги. — Очень пожалеешь. — С этими словами он вышел из гостиной.
Кирсти несколько минут не могла прийти в себя. Для нее будет облегчением
уехать и больше не видеть его.
Лусио никогда не сможет быть с одной женщиной. Это его образ жизни, к
которому он привык, но она не будет играть по его правилам. Как только она
купит билеты, они с Беки уедут.
Она допила кофе и поднялась в свою комнату.
Сняла трубку телефона, но не услышала гудка. Первой мыслью было, что Лусио
вывел его из строя. Кирсти пошла в его кабинет, но не нашла там Лусио. На
кухне его тоже не оказалось. Мариэтта разъяснила ей:
— Он уехал минут десять назад. Не сказал, куда он, но на нем просто
лица не было.
— Почему не работает мой телефон? Мариэтта нахмурилась.
— Я не знаю... — Она подняла трубку аппарата на кухне и недоуменно
покачала головой. — Надо вызвать мастера.
Беки в этот день проснулась поздно, и они провели день у бассейна. Все было
убрано, и ничто не напоминало о вчерашнем празднике.
— Чудесный праздник, правда? — спросила Беки.
Кирсти кивнула.
— Я рада, что тебе понравилось.
— Я со всеми познакомилась и получила кучу приглашений.
— Мне жаль, Беки, но мы не останемся надолго. Я уже собираюсь
возвращаться домой.
— Что? — Беки удивленно смотрела на мать. — Почему? Я думала,
мы останемся до конца каникул. Что случилось, почему ты передумала, мам?
— Ничего. Я еще никогда не оставляла дела на такой долгий срок...
— Я тебе не верю, — заявила Беки со злостью. — Дело в моем
отце, да? Ты снова с ним поссорилась? Что с вами происходит? Ведь любому
видно, что вы любите друг друга, а все равно ругаетесь.
— Я не люблю твоего отца, — твердо сказала Кирсти. — Он...
— Что он? Он хороший, добрый, заботливый. Если ты собираешься в Англию,
то я — нет! Это лучшие каникулы в моей жизни, и теперь ты их прерываешь.
Хотя... Может, я все-таки останусь?..
Кирсти закрыла глаза. Именно этого она боялась.
— У тебя нет выбора, Беки. Мы уезжаем вместе.
— А папа, что он сказал? Кирсти глубоко вздохнула.
— Ты ему ничего не сказала еще? Хочешь сбежать? Где он?
— Его нет дома.
— Тогда я ему позвоню!
— Телефон не работает.
— Я тебя ненавижу, мама.
Кирсти почувствовала, как ей в сердце вонзили нож. Она не думала, что когда-
нибудь услышит от дочери такие слова.
— Ты снова увидишься с отцом, милая. Я не запрещаю вам общаться. Я
просто подумала, что мы уже довольно долго здесь находимся. Отцу тоже нужно
вернуться к работе.
Беки молча отплыла к другому бортику бассейна. Она весь день провела в
молчании.
Лусио вернулся около девяти вечера.
— Что ты сделал с телефоном? — с ходу спросила Кирсти.
— Я?!
— Он не работает.
— Я разберусь с этим.
— Мариэтта уже обещала сделать это — и никаких результатов.
— Кому ты хотела позвонить?
— В аэропорт.
— Значит, ты не передумала?
— Нет.
— А Ребекка?
Кирсти пожала плечами.
— Она не хочет ехать, так? — спросил он. — И я ее понимаю. Не
знаю, что взбрело тебе в голову, но наша дочь не должна страдать от твоих
капризов. — Он немного подумал, а потом предложил: — Почему бы тогда не
оставить Ребекку со мной? Я привезу ее, когда кончатся каникулы.
— Я не могу так сделать.
Одна только мысль об этом приводила Кирсти в ужас.
— Почему нет? — язвительно спросил он.
— Потому что я никогда нигде ее не оставляла.
— Тогда настало время сделать это. Она уже большая девочка. И ты
знаешь, что здесь она будет в безопасности.
Кирсти знала больше — Беки будет просто счастлива. Но можно ли доверять
слову Лусио?
— Ты планируешь оставаться в Барселоне до конца лета?
Он кивнул. Можно ли ему верить?
— Я посмотрю, что скажет Беки, — слабо ответила Кирсти.
Лусио сразу расцвел в улыбке.
— Пойдем поищем ее.
— Она в своей комнате.
Они поднялись к ней, и Беки враждебно посмотрела на них обоих. На ее щеках
были видны дорожки от слез. Кирсти подбежала к ней и обняла. Решение
принято.
— Твой папа сказал, что будет рад, если ты останешься с ним.
Беки посмотрела на Лусио через плечо Кирсти.
— Я могу, пап?
Он кивнул.
— Спасибо! Спасибо вам обоим! Прости меня, мам, за то, что я тебе
сказала сегодня утром. Я так не думаю, просто расстроилась...
— Знаю, милая, — Кирсти крепко обняла дочь, а потом отпустила ее.
Беки подбежала к отцу и обняла его.
— Твой папа пообещал, что привезет тебя в конце лета к началу учебы.
Три дня спустя Кирсти вернулась домой одна.
— Я не могу в это поверить, — сказала Кирсти.
Она думала, что может спокойно оставить дела на Джонатана, но случилось
непоправимое. Она уже несколько дней как вернулась и перепроверила все цифры
по сто раз. Ошибки быть не могло. Продажи снизились, заказы отменены.
— Что происходит? — потребовала она ответа.
Джонатан пожал плечами.
— Поверь мне, если бы я знал, то сказал бы. Я волнуюсь так же, как и
ты.
Он был прекрасным специалистом, умел вести переговоры, и Кирсти не боялась
оставить на него свое дело.
Тогда что случилось?
— Ты связался с нашими заказчиками, чтобы узнать, почему они отменили
свои заказы?
— Да, — ответил он. — В ответ услышал невразумительные
объяснения. Все они не были готовы к разговору.
Кирсти нахмурилась. Вот и оставила дела! Не хватало только потерять свое
дело. Сейчас еще ситуация неплохая, но что будет, если продажи продолжат
снижаться?
— Должно же быть этому какое-то объяснение.
Может, стоит винить Джонатана. Она ему доверяла, а он, возможно... Нет,
Джонатан был с ней все эти годы. Он не способен на подлость. Если только ему
понравилось вести дела самому, пока ее не было, и он решил взять бизнес в
свои руки?
— В наших программах есть ошибки? Были жалобы? Ты в последнее время
проверял это?
— Я делал все возможное, — сказал он.
— Почему тебе не приходила мысль позвонить мне в Испанию и обо всем
рассказать?
— Я не хотел тебя расстраивать. Думал, справлюсь сам, был уверен, сам
найду причины.
Кирсти ничего не оставалось, как поверить ему, но она решила сама сделать
несколько звонков. Больше всего поражало то, что люди, с которыми у нее
сложились хорошие деловые отношения, не смогли внятно объяснить причины
своего отказа от услуг ее фирмы.
С каждой неделей продажи стремительно падали и дошли до такого уровня, что
Кирсти поняла: придется продавать компанию, да и дом, скорее всего, тоже.
Каждый раз, когда звонила Беки, Кирсти бодрым голосом говорила, что очень
скучает и ждет ее возвращения домой. Она не спрашивала про Лусио, а он сам
не пытался поговорить с ней. Она уже представляла, с каким злорадством он
будет говорить о се поражении.
Он даже может предложить ей купить ее компанию по самой низкой цене. Хотя
это не принесет ему особой прибыли.
Часто ночами Кирсти вспоминала его и их страстные ночи вместе. Но потом
перед ее глазами вставала женщина в красном, и на нее накатывала злость.
К концу лета положение дел вынудило ее закрыть бизнес и выставить дом на
продажу. Она страшилась того момента, когда придется сказать Беки, что они
переезжают в другое место, зная, что дочь предложит воспользоваться помощью
Лусио. Чего Кирсти совсем не хотела, так это его жалости и помощи.
В день приезда Беки Кирсти вычистила весь дом и навесила на лицо самую
широкую улыбку. Она надеялась, что из аэропорта Беки привезет не сам Лусио,
а его водитель. Однако ее надежды не оправдались.
Когда она увидела его, ее сердце ухнуло вниз, но потом в ее объятия
бросилась Беки.
— Я так по тебе скучала, мама! А что значит табличка
Продается
?
Кирсти разозлилась на себя за свою забывчивость.
— Ты же не собираешься сбежать от меня, правда? — осторожно просил
Лусио.
— С чего бы мне это делать?
— Тебе виднее.
Они уже вошли в дом, и он прошел в гостиную.
— Какой у тебя красивый загар! — Улыбаясь, Кирсти смотрела на
дочь.
— Мам, ты тоже должна была остаться. Папа показал мне столько красивых
мест, я побывала на стольких праздниках! Я очень хорошо провела время.
Надеюсь, не настолько хорошо, чтобы не захотеть возвращаться домой, подумала
Кирсти. Она была удивлена, что Лусио проводил с дочерью столько времени. Она
была уверена, что после ее отъезда он снова вернется к делам.
— Я рада, что тебе все понравилось, милая.
— Как у тебя дела? — спросил Лусио, усаживаясь в кресло. —
Чем занималась? И почему ты продаешь дом? Нашла лучший вариант? Это говорит
о том, что твои дела идут все лучше.
Как же ей хотелось сказать, что это так. Но она просто неудачница.
— Я в порядке.
— И все? Просто в порядке?
— Я иду в свою комнату, мам, — перебила их Беки.
— Я отнесу твой багаж, — вскочил Лусио.
Кирсти только порадовалась нескольким минутам передышки. Ей нужно было
решить, что она может сказать Лусио. Правду или ложь? Может, половину
правды? Или совсем ничего? Это ведь не его дело.
— Надеюсь, ты мне скажешь, в чем дело? — вернувшись, спросил он.
Лусио выглядел таким озабоченным, что Кирсти сглотнула и сказала:
— Я потеряла свой бизнес.
Лусио нахмурился.
— Расскажи мне все.
Сквозь слезы ей удалось обрисовать последние события и сложившуюся ситуацию.
— Поэтому ты продаешь дом?
— Теперь мне просто не на что его содержать.
— Тогда ты должна переехать ко мне. Это единственный вариант. В моем
доме хватит места для кучи народа. У тебя будет своя часть дома. Мы сможем
жить независимо друг от друга. И к тому же я смогу постоянно видеть дочь,
что будет очень хорошо для нас обоих. Что скажешь?
— Я чувствую себя загнанной в угол. Похоже, у меня нет выбора...
— Неужели мое предложение настолько ужасное? — мягко спросил он.
— В общем-то нет.
Беки будет довольна, и Симоны не будет рядом. Хотя это не значит, что у него
не будет других женщин...
— Так ты согласна?
Она увидела радость в его глазах. Или ей просто показалось?
— Думаю, можно попробовать. У меня уже есть покупатель на дом. Мы
переедем к тебе на время.
Если все будет хорошо, мы останемся. Если нет, я куплю маленький домик, как
хотела раньше.
— Договорились.
Он встал и протянул ей руку, Кирсти подумала, что ее неудача все же
порадовала его.
— Я позабочусь о том, чтобы ты не пожалела об этом. Беки понравится эта
новость. Сегодня утром она сказала мне, что будет скучать по мне. Я пока, не
буду ездить в Испанию, поэтому мы сможем часто видеться.
Когда он уехал, Кирсти задумалась над тем, а правильно ли она поступила.
Каково ей будет жить с ним под одной крышей? Обязатель
...Закладка в соц.сетях
