Жанр: Любовные романы
Влюбленный купидон
...записку
неразборчивым почерком, положила ее на кухонный стол и умчалась прочь. Когда
наружная дверь хлопнула, Дункан закрыл глаза и снова погрузился в сон.
Глубокоуважаемые родители Дена! Спасибо вам за прекрасное торжество по случаю свадьбы и за ваше
чудесное гостеприимство. Неотложные дела вынудили меня вернуться в Лондон.
Приношу вам свои нижайшие извинения за столь скоропалительный отъезд и
невозможность попрощаться с вами лично. С любовью, Амели. P. S. Простите также за ненадлежащее использование передников и
полотенец. Я незамедлительно вышлю замену по почте во вторник.19
ВЛЕКОМАЯ ВДОХНОВЕНИЕМ Центральный Кардифф, воскресенье, 13 февраля, 8:03 Замерзаю. Еще никогда не было так холодно, в буквальном смысле этого слова Я
сижу рядом с запертым залом ожидания на платформе № 1 посреди унылой,
забытой богом железнодорожной станции и жду первого лондонскою поезда,
который по неведомой причине опаздывает. На мне надето помятое голубое
платье, в котором я была на свадьбе. От меня несет спиртным и табаком, и к
тому же меня терзает одно из самых жутких похмелий, которые только случались
с людьми. Беда в том, что идея, которая меня осенила, при всей своей
несвоевременности, слишком хороша, чтобы просто забыть о ней. К сожалению,
Дункан считает иначе. И хотя я страшно расстроилась из-за его отказа поехать
со мной, мне хочется побыстрее добраться до дому и приступить к работе над
презентацией... Как приятно сознавать, что после нескольких недель
творческого ступора я наконец обрела искру вдохновения.
Поскольку именно в этом все дело. В ней. Все сводится к искре. Она или есть,
или ее нет! Все те встречи с разными людьми на прошлой неделе помогли мне
это понять. Свидание с Джеком было настоящей мукой, вызвав смятение в моей
душе, однако я все-таки перебралась на другой берег и теперь ясно понимаю,
что никогда не позволю ему вернуться Когда он поцеловал меня в Маленькой
Италии, прикосновение его губ было мне приятно. Оно казалось теплым,
знакомым, родным, но, по правде сказать, не вызвало ответной химической
реакции Может, искра некогда присутствовала в наших отношениях, но сейчас
она точно погасла. Целовать Джека — все равно что целовать брата, которого у
меня никогда не было. Кстати, на свадьбе я видела маму и папу Клер. Они в
разводе почти пятнадцать лет, однако я не могла не заметить, что между ними
по-прежнему циркулирует своего рода энергия. Даже сейчас, несмотря на все
испытания, выпавшие на их долю, эти двое чувствуют себя одинокими и
несчастными. Чарльз и Лидия (университетская подруга Клер), которые тоже
присутствовали на бракосочетании, женаты около года. Однако они выглядят не
слишком счастливыми. Весь вечер они едва смотрели друг на друга, а когда
обменивались взглядами, в них читались взаимная скука и усталость.
Еще я наблюдала за Дунканом и Хлоей в Винге. По-моему, между ними что-то
происходит. Мне кажется, из них получится отличная пара, если только они
наберутся смелости и решатся проявить свои чувства. И Чарли — скоро я
встречусь с ним снова... Не знаю, сколько времени продержится наш союз,
однако нас, несомненно, влечет друг к другу... Полагаю, на данный момент это
лучшее, на чью я могу рассчитывать.
Однако больше всего меня взволновали вчера Клер и Ден, которые показались
мне, невероятно счастливыми. Никогда прежде я не видела, чтобы столь сильная
любовь и привязанность связывали двух реальных, дорогих мне людей Совершенно
очевидно, что эти мужчина и женщина созданы друг для друга. Когда они
вместе, между ними не искры проскакивают, а разлетается самый настоящий
фейерверк.
Где-то под Суиндоном, воскресенье, 13 февраля, 11:06 Сижу в поезде, следующем в Лондон. За окном проплывают последние
очаровательные пейзажи западных графств, а затем мы въедем в пропахшую
выхлопными газами многолюдную столицу. Мне кажется, что я наконец двигаюсь в
правильном направлении. После долгих стараний мне удалось разгадать, в чем
состоит уникальная особенность
быстрых свиданий
. В отличие от всех
остальных организованных вечеров знакомств, этот вариант позволяет провести
проверку на искру
. Если ее нет, вы просто двигаетесь дальше и не теряете
время с парнями, которые вам не подходят... Не знаю, будет ли мне прок от
быстрых свиданий
, однако теперь я вижу, какую пользу они могут принести
другим людям. Как говорил мистер Стимпсон:
Полагаю, вы согласитесь, что мы
проделали долгий путь
.
ПАН ИЛИ ПРОПАЛ Через пять часов, чумазая, промокшая под дождем, Амели добралась домой. На
ее лице отпечатались следы оконной рамы, к которой она имела несчастье
прислониться в транспорте. Девушка бросила сумки на пол и рухнула на диван.
Ее глаза закрылись сами собой, а тело благодарно погрузилось в мягкие,
уютные подушки. Несколько минут спустя она уже задремала. Но вдруг ее как
током ударило. Осталось всего пятнадцать часов. У нее полно работы. Сначала
дело, а потом, и только потом сон. Сделав над собой усилие, Амели приняла
вертикальное положение, сжала голову, чувствуя, как кровь пульсирует в
висках, и отправилась на кухню, чтобы заварить себе бадью крепкого кофе.
Она поставила диск с музыкой Майлза Дзвиса, которая помогала ей настроиться
на нужный лад в периоды, подобные этому, села за стол, поставила рядом кофе
и мюсли, отключила Интернет, мобильник и городской телефон. И стала ждать.
Пять минут спустя Амели все еще сидела, пялясь на чистый лист и барабаня
пальцами по столу. Ничего Тогда она решила включить Интернет и для начала
поискать иллюстрации.
В пять часов вечера она по-прежнему пребывала за столом посреди груды бумаг.
Пол был усыпан цветными распечатками, материалами исследований,
незаконченными набросками в формате A3, разукрашенными маркером, и неумело
нарисованной раскадровкой.
И в этот момент в дверь позвонили. Дункан! В конце концов он взялся за ум.
Амели вскочила, испытав облегчение, и ее сердце забилось спокойнее,
поскольку она знала, что вдвоем они справятся с этим проектом. И потом, ее
будет поддерживать один из лучших друзей.
Когда девушка открыла дверь и увидела перед собой Чарли, она едва могла
скрыть разочарование.
— Сюрприз! — Чарли потянулся, чтобы обнять ее, и, широко улыбаясь,
вручил пакетик с ореховыми пирожными. — Как поживает мой маленький
писатель?
Он поцеловал Амели в щеку, устремив на нее взгляд широко распахнутых глаз, и
прошел из коридора в квартиру.
— Э... — Амели не знала, что сказать. Худшего времени для визита
придумать было нельзя. — Привет! Спасибо тебе за это, — промолвила
она, Заказывая на пакет, из которого пахло свежевыпеченными
пирожными. — Они выглядят очень аппетитно. Ты такой заботливый!
Девушка положила пирожные на кухонный стол.
— Хочешь одно? — окликнула она Чарли, который комфортно
расположился на диване.
— Нет, спасибо, я пока не голоден. Но немного погодя — с удовольствием.
— Ясно... Может, кофе? — спросила Амели с настойчивой интонацией,
как будто надеялась, что, накормив и напоив нежданного гостя, сможет быстро
его спровадить.
— Чуть позже. Да садись же рядом со мной, милая. Я не видел тебя целую
вечность!
Амели вернулась в гостиную и осторожно присела рядом с Чарли. Мужчина
поспешно наклонился к ней и поцеловал, сжав в объятиях. Поначалу Амели
ответила ему, но потом ее начало одолевать беспокойство, поэтому она легко
прикоснулась к его губам и отстранилась.
— В чем дело? Ты не рада меня видеть? — удивился Чарли.
— Рада, конечно. Просто... Не сочти меня грубой, но... я была кое-чем
занята. — Амели указала на груду бумаг, валявшихся на полу.
Словно не поняв намека, Чарли продолжал болтать:
— И чем ты была занята? Я могут тебе помочь? ~ Он опустился на
четвереньки и принялся рыться в черновиках и эскизах.
Амели почувствовала, что в ней закипает злость, и поднялась на ноги.
— Нет, пожалуйста, ничего не трогай. Актер поднял один из набросков
сценария и начал читать его вслух, изображая в лицах все, что было написано.
Амели скорчила недовольную гримасу:
— Серьезно, прошу тебя, ничего не перекладывай. Эти бумаги лежат в
определенном порядке, чтобы мне легче было думать. Это для завтрашней
презентации... Я полностью изменила концепцию, и у меня сейчас непочатый
край работы.
— Ох, тогда ладно. Я просто посижу здесь и подожду, пока ты закончишь.
У меня есть с собой газета, которую я могу почитать, — сказал Чарли и
театрально добавил, пародируя ирландский акцент: — Ты даже не узнаешь, что я
здесь. Клянусь!
С этими словами он открыл номер
Стейдж
и, водрузив ноги на кофейный
столик, принялся листать страницы. Амели беспомощно покачала головой и снова
села за свой рабочий стол.
Только она сосредоточилась на тексте рекламного объявления для прессы, как
что-то пощекотало ей затылок. Она подняла руку, чтобы согнать назойливого
жучка или муху. Но оказалось, что это не насекомое, а пальцы Чарли, которые
нежно массажировали ей шею. Амели отдалась приятным ощущениям на несколько
секунд, чувствуя, как постепенно уходит напряжение. Ее глаза закрылись и
голова упала на грудь. Но через минуту пальцы Чарли скользнули по ее плечам,
и мужчина покрыл ее шею поцелуями. Мелкими нежными поцелуями. Постепенно
поцелуи становились все настойчивее, а затем актер развернул девушку лицом к
себе. Он страстно прикоснулся к ее губам и попытался стащить ее со стула.
Амели почти уступила, почти позволила себе увлечься, но затем что-то внутри
ее щелкнуло, и она оттолкнула Чарли.
— Подожди... Чарли, перестань. — Она встала. — Извини, я
сейчас не могу... Мне действительно, действительно нужно работать.
— Неужели ты не можешь сделать перерыв? — проскулил отвергнутый
кавалер. — Мы так давно не виделись. Брось все ненадолго и приляг со
мной на диван, а потом я помогу тебе со всем остальным. У нас двоих это
займет вполовину меньше времени.
Амели помотала головой:
— Ты знаешь, что это нереально! Послушай, если ты хочешь остаться —
оставайся, но сиди спокойно и не отвлекай меня. Возможно, я скоро управлюсь.
Девушка снова отвернулась к столу и подумала:
Стоп. Кого я обманываю? Это
же бездонная дыра
. Она взяла ручку и принялась снова сочинять заголовок,
стараясь забыть о присутствии постороннего человека в комнате.
Через десять минут громко зазвонил мобильник Чарли, настроенный на мелодию
из
Охотников за привидениями
. Мужчина взял трубку и заговорил в полный
голос. Амели отложила ручку и устремила на него сердитый взгляд. Чарли
оглянулся, извлек пачку сигарет и знаком показал, что продолжит беседу на
улице. К своей огромной радости, Амели осталась дома одна.
Однако вскоре снова раздался звонок у входа. Амели застонала, швырнула ручку
и пошла открывать дверь.
— Спасибо... Представляешь, это Изабелла. Она сказала, что, возможно, в
скором будущем мы с нашим спектаклем отправимся на гастроли. Наконец-то на
это нашли средства!
— Это здорово... просто великолепно! — ответила Амели, которая
обрадовалась за своего приятеля, однако совсем не хотела, чтобы он начал
излагать ей подробности.
— Не беспокойся, я буду вести себя тихо как мышка. Честно, пи-пи-
пи, — пообещал Чарли и сел на диван.
К шести часам мужчина изучил в газете все стоящие объявления о кастинге и
прочитал журнал
Фор хим мэгэзин
от корки до корки. У него заурчало в
желудке.
— Ты не проголодалась, Ами? Что у нас к чаю?
Чарли встал и отправился на кухню, рассчитывая найти что-нибудь съедобное в
буфете. Амели раздраженно положила ручку.
— Боюсь, ты попал в дом Бриджит Джонс, — крикнула она со своего
рабочего места. На нее нашло вдохновение, и она молила Бога, чтобы болтовня
Чарли не порушила ее творческого настроя. — Здесь никогда не бывает
еды. Но, пожалуйста, угощайся пирожными. И кофе.
Чарли вернулся с кухни, подошел к Амели сзади, внимательно посмотрел на нее
и воскликнул, словно хотел поделиться важной новостью:
— Слушай, я только что понял, я ведь даже не знаю, боишься ли ты
щекотки!
И приступил к делу. Не церемонясь, он схватил ее, прижал к столу и начал
щекотать ей бока и подмышки. Амели выдавила из себя смешок, но на ее лице не
было улыбки. Наоборот, она все больше злилась. Чарли был сильным, поэтому ей
приходилось отчаянно сопротивляться, чтобы отбиться от него. И все же через
несколько мгновений она высвободилась, вскочила на ноги и заорала:
— Все, хватит!
Чарли явно испугался:
— Что — хватит?
— Ты должен уйти. Я говорю серьезно. Ты должен уйти и оставить меня в
покое. Я больше не могу выносить твои детские выходки. — Амели
побледнела из-за недостатка сна, а ее потемневшие глаза не выражали никаких
эмоций. — Я не хочу быть грубой с тобой, честно, но завтрашняя
презентация очень важна для меня, поэтому мне осточертела твоя клоунада.
Пожалуйста, покинь мой дом.
Чарли выглядел так, словно хулиганы растоптали его игрушечный паровозик, а
потом убежали с его световым мечом.
— Отлично, я уйду, — мрачно заявил он. — Уже ушел. — Он
выпрямился и зашагал прочь. — Вообще-то я думал, что сделаю тебе
приятный сюрприз, навестив тебя и принеся ореховых пирожных. Как я ошибался!
Господи... Я никогда еще не встречал человека, столь поглощенного своей
работой. Ты просто одержимая. Я проделал такой путь, чтобы увидеть тебя...
И... ты не можешь уделить мне даже секунду своего драгоценного времени!
Амели почувствовала, что сейчас взорвется:
— И ты еще смеешь меня упрекать! Мне еще ни разу не удалось поговорить
с тобой о чем-нибудь, кроме тебя, твоей актерской игры, твоих нынешних и
предполагаемых агентов! Чарли, ты хороший парень и все такое, однако ты один
из самых эгоцентричных людей, которых я когда-либо встречала!
Лицо Чарли исказила гримаса отвращения. Казалось, он не верит своим ушам.
— Очень забавно слышать это от тебя! — Он попятился и тряхнул
головой, выражая крайнюю степень возмущения. — Знаешь что? Я думал, ты
милая, когда увидел тебя впервые, но я не уверен, что мне нравится Амели
Холден, которая сейчас стоит передо мной. Вот что я скажу тебе: от
быстрых
свиданий
нет никакого толку. Можешь меня процитировать в своей дурацкой
рекламной кампании! Продолжай заниматься своими
быстрыми свиданиями
,
Амели! Но только не рассчитывай больше на меня! Ты только что порвала с
Номером двадцать семь!
Провозгласив это, мужчина ринулся на кухню и схватил пакетик с пирожными,
которые по справедливости принадлежали ему. Затем он направился к двери,
сделав круг, чтобы пройтись по бумагам и раскидать их ногами для пущего
драматического эффекта. Амели смотрела на него, широко открыв рот. Забрав
свою газету, Чарли вылетел из квартиры и на прощание со всей силы хлопнул
дверью. Стены дома еще содрогались от последствий его эмоциональной бури,
когда Амели села на диван, испытывая слабость и в то же время странное
облегчение.
Через некоторое время девушка вернулась к своим рекламным заботам, стараясь
изгнать из памяти последние два часа. Она сознавала, что мерзко поступила с
Чарли, но актер достал ее до такой степени, что у нее не осталось ни одной
причины, по которой она могла бы желать новой встречи с ним. После его
прочувствованной речи и устроенного им представления Амели поняла, что
прежде всего ее привлекала в Чарли его артистическая натура — образ Орландо,
Септимуса или любого другого героя. Но, разглядев за маской реального
человека, она пришла к выводу, что ему нужна другая женщина, не говоря уже о
том, что ей требовался другой мужчина.
Анализируя события последних двух месяцев, Амели с удивлением припомнила
свое торжественное заявление в начале года. В тот день она сидела в
хокстонском баре вместе с Клер и клялась, что наступающий год посвятит
исключительно карьере. И чем она занималась вместо этого целый месяц? Она
ходила на одно свидание за другим, причем все они заканчивались
безрезультатно. У нее так и не появилось ни одного подходящего кандидата,
который мог бы претендовать на звание
Единственного
. Нет, ее первый порыв
был правильным: этот год будет полностью посвящен карьере, а потом, на
следующий год, она, возможно, снова подумает о любви. Сейчас ей нужно
работать.
Амели печатала и делала наброски, однако чем дальше, тем яснее в ее сознании
вырисовывались две мучительные истины, каждая из которых заслуживала
отдельного внимания:
1. Во-первых, она, хоть убей, не умела рисовать.
2. Во-вторых, у нее не было шансов закончить эту презентацию в
одиночку.
Амели горько было это признать. Она вложила в подготовку кампании столько
сил и даже разработала базовые идеи, однако реальное осуществление проекта
находилось на грани катастрофы. Она достигла кризисной фазы. Разве она могла
завтра представить на публичное обсуждение свои полуоформившиеся мысли и
беспорядочные записи? С другой стороны, кто дал ей право сдаваться, даже не
попытавшись?
Амели вздохнула и включила мобильный телефон, в глубине души надеясь, что
Дункан прислал SMS с извинениями и уже спешит ей на помощь. Однако она
обнаружила только послание от своей мамы Люси, которая удивлялась, почему
давно не получала вестей от дочки. У Амели кольнуло сердце, однако она
понимала, что сможет позвонить матери не раньше чем послезавтра. Сейчас ей
нужно было поговорить с Дунканом. Девушка набрала его номер, но попала на
автоответчик. Сперва она хотела записать голосовое сообщение, но потом
передумала и повесила трубку. Оставался только один человек, который, она
твердо знала, захочет и сможет помочь. Ее последняя надежда.
Пролистав адресную книгу, Амели выбрала имя и нажала кнопку вызова. Знакомый
голос ответил после третьего гудка:
— Алло?
— Привет! Это Амели. Ты сейчас занят? — не давая возможности
собеседнику вставить слово, выпалила она на сверхскорости. — Послушай,
мне необходима твоя помощь. У меня появилась великолепная идея насчет
Быстрой любви
, а Дункан, как назло, застрял в Кардиффе, поэтому на него
рассчитывать нельзя. Ты можешь заехать и посмотреть, не удастся ли нам
использовать мою задумку?!
— Я приеду через полчаса.
В семь двадцать девять Джош Грант стоял перед дверью Амели, припарковав
машину на дорожке у дома.
— Добрый вечер! — прохрипела Амели, одуревшая от кофеина и
счастливая, что к ней явился спаситель в образе Джоша. — Входи!
Входи! — Она махнула рукой, приглашая гостя в квартиру, и
спросила. — Ты будешь что-нибудь пить? Я только что собиралась сделать
новую порцию кофе.
— Вообще-то я принес несколько банок
Ред Булла
, оставшихся после
вечеринки в Винге. Похоже, у нас впереди длинная ночь. Я сейчас открою одну.
Ты ела?
Амели совершенно забыла о еде.
— Нет, но я не голодна. Нам сейчас предстоит многое обсудить. Я
поставлю банки в холодильник. А ты не проголодался?
Амели понесла напитки на кухню.
Какое счастье, что Джош отказался от
еды
, — подумала она, вспомнив, что съестное в доме отсутствует. Пока
Амели готовила кофе, Джош стоял посреди комнаты, разглядывая стопки
набросков, разложенные на полу, сувениры, привезенные из путешествий, и
фотографии, которыми были украшены все стены. Присмотревшись, он узнал
некоторые пляжи в Гоа и водопады в Лаосе, где также побывал в свое время.
Однако его особое внимание привлек один снимок, слегка выцветший и
выгоревший на солнце. На нем была изображена улыбающаяся Амели, которая
находилась в компании друзей на пляже Бонди-бич. Все они вольготно
расположились на фоне синего неба. У Амели в одной руке был фруктовый
коктейль, в другой — молодежный роман, и она выглядела простодушной и
беззаботной, какой Джош ее никогда не видел. Хотя в ее глазах по-прежнему
была знакомая искра, к которой он постепенно привык.
Когда Амели вернулась в гостиную, она мучительно покраснела. Ей просто не
верилось, что Джош рассматривает ту самую фотографию, на которой она была в
допотопном розовом бикини.
— О нет, не смотри! Это старые снимки. Я давно собиралась заново
отделать комнату.
— Ты серьезно? По-моему, это отличные фотографии. Особенно пляжи. Я так
скучаю по морю.
Амели уныло кивнула, соглашаясь, и протянула Джошу кофе.
— Спасибо. Очень мило с твоей стороны, — сказал молодой
человек, — Я не просил кофе, но все равно спасибо. Итак, в чем состоит
твоя великолепная идея? — Он выжидающе посмотрел на Амели. —
Выкладывай! Я чуть не лопнул от любопытства, пока ехал сюда.
— Ох, надеюсь, твои ожидания не окажутся завышенными. Я не хочу
разочаровывать тебя, если ты сочтешь мое предложение не слишком удачным.
Амели встревоженно посмотрела на креативного директора, но затем вспомнила
ощущение, которое возникло у нее, когда новая концепция впервые пришла ей в
голову. Кроме того, следовало помнить, что это случилось в пять часов утра.
По ее опыту, в идеях, рождавшихся в пять утра, всегда было нечто особенное.
Стоя перед пачками бумажных листов, которые теперь были аккуратно
рассортированы, она рассказала Джошу о своем озарении, касавшемся
быстрых
свиданий
. Как в эти выходные она внезапно переосмыслила весь свой опыт,
приобретенный во время вечеров знакомств и в реальной жизни, составив новое
представление об этом процессе. Как в конце концов из всех прочих
характеристик на первый план вышли разлетающиеся искры.
— Понимаешь,
Быстрая любовь
предлагает клиентам уникальную
возможность найти искру... Проверить, возникнет ли спонтанная химическая
реакция... В этом есть смысл, поскольку всем известно, что искра между
людьми либо возникает, либо нет.
Джош задумчиво посмотрел на девушку и кивнул:
— Да, это звучит разумно. Продолжай.
Амели улыбнулась и снова заговорила:
— Извини, я начинаю путаться в словах, когда нервничаю. В любом случае
с предисловием я закончила. Здесь у меня ворох мелких идей относительно
того, как представить основную концепцию в средствах массовой
информации... — Она указала на эскизы и схематические заметки у себя за
спиной. — Однако все они связаны с моей Великой Идеей... — Амели
помолчала, взволнованно глядя на Джоша, и усмехнулась. — Самый лучший,
самый запоминающийся образ, который расскажет о сущности продукта... Вот он.
Амели нагнулась к груде эскизов и достала из нее один рисунок, которому
суждено было стать основой рекламной кампании. Она дала Джошу полюбоваться
на него, затем взглянула в упор на австралийца, чувствуя, что сердце вот-вот
выскочит у нее из груди. До этого момента она и не понимала, как много
значит для нее его мнение. Внезапно девушка испугалась, что он не оценит ее
замысла и станет думать о ней хуже. Или, что куда страшнее, он примет ее за
сумасшедшую. Ведь она вытащила его из дому поздно вечером в воскресенье, а
потом, накачанная кофеином и возбужденная, начала лепетать про какие-то
искры. Чем больше Амели думала об этом, тем большую неловкость испытывала за
свое дурацкое поведение. Дункан был прав: у нее нарушился баланс между
жизнью и работой. Нарушился настолько, что сейчас она полностью утратила
перспективу и не могла сама отличить хорошую идею от плохой. Прождав, как ей
казалось, целую вечность, девушка опустила голову и наконец решилась
нарушить тишину:
— Ладно, я принесу твое пальто. Ты, наверное, думаешь, что я
психопатка. Мне очень жаль, что ты потерял время по моей вине. Я еще не
ложилась спать, и алкоголь еще не до конца выветрился из моей головы.
Постарайся принять это в качестве объяснения. Извини, сейчас я все это
уберу, и мы увидимся завтра утром. Что ж, по крайней мере я вздремну.
Она присела и начала собирать бумаги с пола, качая головой и мысленно ругая
себя, но Джош, все это время хранивший молчание, схватил ее за руку. Пальцы
у него были сильные, поэтому Амели сразу перестала суетиться.
— Мне нравится, — тихо сказал австралиец. Амели замерла:
— Шутишь?
— Это гениально. Совершенно гениально. Мне очень нравится. Ты просто
чудо, настоящее чудо.
Джош отпустил ее руку, и Амели вдруг испытала невероятное облегчение. Джош
наклонился к ней и обнял за плечи, выражая одобрение:
...Закладка в соц.сетях
