Жанр: Любовные романы
Как все началось...
...не может поделать с тем, что ему приходится вставать по утрам.
Лара пристально посмотрела на него.
— Знаешь, а ты забавный. Ведь это ты подобрал меня в аэропорту,
обольстил меня, сказал, что все это удивительно и прекрасно и что, наверное,
мы смогли бы периодически видеть друг друга... и теперь ты же выговариваешь
мне. — Она усмехнулась. — Извини, но я не вижу никакой разницы
между твоими действиями и моими.
— Черт возьми, абсолютно никакой. — Он быстро сократил расстояние
между ними, схватил ее за плечи и приподнял. — А вы хитрая, леди, вам
нужно сводить с ума мужчин и заставлять их говорить слова, которых они потом
не могут себе простить. — Он отпустил ее, и она пошатнулась. — Но
если тебе мало бедняги Майкла и ты хочешь спать с каждым, кто тебя снимет в
очередном аэропорту... черт, это твое дело. — Его рот скривился. —
Но я не играю в эти игры, сладкая. Я не хочу пересчитывать чужие акции.
— Бэроновская версия Золотого правила. — Лара захохотала, хотя в
глазах у нее стояли слезы. — Я под впечатлением. Правда. Такая высоко
нравственность!
— Не подходи ко мне больше, иначе пожалеешь! Ясно?
— Я? Не подходить к тебе?! — Теперь она действительно рассмеялась,
резко и горько. — Кто из нас вломился в эту дверь и прижал меня к
стене?
— Я не прижимал тебя к...
— Дай мне передохнуть, Слейд. — Лара похлопала себя по
бедрам. — Я не дура, я догадалась, о чем ты думал, что хотел сделать.
— Ага. — Он расплылся в понимающей улыбке. — И я мог бы это
сделать, сладкая. И ты бы мне позволила. Черт, ты сама хотела, чтобы я
сделал это!
Лара покраснела.
— Ты себе льстишь.
— Я верю в честность и подозреваю, что ты знакома с ее основными
положениями.
— Ну ладно, хватит философии. Так что ты здесь делаешь?
— У меня встреча с твоим боссом.
— Что случилось с мистером Хаггерти?
— Он не смог приехать. И раньше, чем твои женские мозги сделают какие-
то выводы, я скажу тебе, что нет, я не собирался все это заканчивать такими
вот разборками. Я должен был встретится с Доббсом. Я узнал о том, что ты
тоже в этом участвуешь, только пару часов назад, когда он позвонил мне в
самолет и сказал, что немного задержится.
Лара кивнула. Иного выхода не было. Доббса нет, и Слейд — ее
ответственность.
— Все так, — резко сказала она. — Он присоединится к нам в
ресторане. — Она посмотрела на часы. — Я заказала такси. Машина
будет внизу с минуты на минуту.
— Отлично. — Слейд окинул ее долгим, холодным взглядом. Лара
собрала все свое самообладание, чтобы стоять спокойно.
— Что?
— Я просто подумал, как это замечательно. Что ты выглядишь так по-
деловому, я имею в виду. Так... Какое есть старомодное слово?.. Скромно. Да,
скромно. — Он принужденно улыбнулся. — Клянусь, ты выглядела не
так, когда я трогал тебя. Ты таяла в моих руках.
— Ты обольщаешься, если думаешь, что все это меня волнует. — Она
чувствовала, как багровеют щеки, но не собиралась сдаваться. — Как ты
правильно заметил, я всего лишь играю в игру. Тебе это не приходит в голову?
Ее улыбка, как она надеялась, была не хуже его. И ничего больше не сказав,
она вышла из кабинета.
Метрдотель
Летающей рыбы
радостно улыбнулся, когда Лара попросила показать
столик, заказанный мистером Доббсом.
— Конечно, мадам. Сэр... Сюда, пожалуйста... Столик был снаружи, на
террасе с видом на гавань. Небо было еще светлым, но свечи уже мерцали в
серебряных подсвечниках на бледно-розовых скатертях.
Место было романтическое, совсем не для деловых встреч, и Лара замешкалась
на пороге между залом и террасой.
— Что-то не так, мадам?
— Я просто подумала... У вас нет столика внутри?
Где освещение лучше?
— Мне очень жаль, мадам, но свободных столиков нет. Если бы вы
подождали в баре полчаса, мы бы постарались что-нибудь придумать...
— Нет. — Лара отрицательно мотнула головой и приказала себе
перестать быть идиоткой. — Нет, здесь будет нормально.
Когда они уселись, официант предложил меню, но Лара отказалась.
— Мы подождем нашего третьего партнера, — сказала она.
— Не хотели бы вы заказать напитки, пока ждете?
Она уже думала отказаться, но потом решила, что Доббс будет не рад такому
гостеприимству
и заказала.
— Белого вина для меня, — сказала она резко. — А вы, Слейд?
— Пива. — Он одарил официанта улыбкой. — Темного, если есть.
Рассчитываю на ваш вкус, Они сидели молча пару минут, затем Лара заговорила:
— Как прошел перелет?
— Отлично. — Он встретил ее взгляд. — Никакой отмены рейсов,
никаких буранов...
— Прекрасно. Это был просто вежливый вопрос.
— А, понятно. Мы будем сохранять хорошую мину при плохой игре.
— Только потому, что нам нужно это делать. — Глаза Лары
сверкнули. — Поверь мне, я бы лучше... я бы...
— Скинула меня вниз. — Он ухмыльнулся. — Скормила бы рыбам.
— Выкинула бы тебя отсюда. — Она сделала глоток. — А что
случилось с мистером Хаггерти?
— Ты имеешь в виду, что я сделал с ним, чтобы занять его место?
Застрелил? Приковал наручниками в темнице? Подкупил, ради удовольствия снова
увидеть тебя? — Он взял из корзинки соленую палочку и откусил
кусочек. — Жаль тебя разочаровывать, но Джек просто повредил сегодня
плечо, играя в теннис.
— Какая жалость!
— Я передам ему это. Твои теплота и участие очень тронут его, как и
меня.
— Тогда мог приехать твой другой партнер, — сказала Лара,
игнорируя его сарказм.
— Ой-ой-ой, ты слишком много о себе мнишь! — Слейд наклонился
вперед. — Что у тебя там в голове? Ты думаешь, я специально это
устроил, отстранил Джека и Тедди? — Он снова сел прямо. — Я сказал
тебе, что приехал, потому что не было иного выбора. У Джека болит плечо, а
Тед по делам в Нью-Йорке. И по этой причине — только по этой причине — я
здесь.
Это было правдой, все правильно. Ни за что на свете, никогда он не
согласился бы добровольно оказаться снова вместе с этой малышкой.
— Как я понимаю, — сказала Лара, глядя на часы, чем скорее мы покончим с этим, тем лучше.
— Дорогая, ты разбиваешь мне сердце. Ты находишь мое общество скучным?
— Я знаю, как сложно настроить твои самовлюбленные мозги на дело,
Слейд, но у меня есть вещи поважнее, чем сидеть здесь и смотреть, как ты
пожираешь соленые палочки.
— Например, обниматься с этим... как его имя?
— Чье имя?
— Ну, мужчина твоей жизни. Майкл. Так, кажется, да?
— Я уже сказала тебе, что не собираюсь говорить о Майкле. Как и о моей
личной жизни вообще.
— Это ты включила его в наш разговор, не я.
— Я? Я никогда...
— Нет, ты, — Слейд скривился, но тут же у него на лице застыло
равнодушное выражение. Он потянулся за своим стаканом. — У тебя ведь
был запланирован вечер с Майклом, так? Интимный ужин для двоих? Я прав?
— Да, — подтвердила Лара, подавляя в себе желание истерически
рассмеяться. Она вспомнила Майкла на высоком стульчике, размахивающего
ложкой с пюре, улыбающегося ей ротиком с крохотными картофельными
усами. — Да, конечно. Ужин вдвоем, так мы и хотели.
— Ты с ним живешь?
— Да, — сказала она, принимая его правила. — Да, живу.
Слейд поджал губы.
— А что он делал? Вертелся поблизости, пока ты разводилась со своим
мужем?
Лара взяла соломку и вгрызлась в нее.
— Это тебя не касается.
— А он знает обо мне? — спросил он, не отрывая от нее взгляда.
Нет, — подумала она. — О, нет. И никогда не узнает
.
— А что он должен знать? — спросила она с озадаченной
улыбкой. — Ты для него никто.
— Ну, старине Майклу не понравилось бы, что происходит, когда мы с
тобой одни.
— Ничего не происходит.
— Ну да, ты только таешь в моих руках?
— Черт побери, Слейд!
— А с ними ты тоже это делаешь? Таешь, я имею в виду? И эти звуки,
когда он кладет руки...
Лара кинула палочку на стол и вскочила на ноги.
— Это возмутительно!
— Мисс Стивенc? Какие-то проблемы?
О Господи!
Лара резко обернулась и безмолвно уставилась на Эдвина Доббса. Тот вежливо
улыбался, но смотрел холодно и удивленно.
— Нет, — забормотала Лара, — я... нет, просто... просто.
— Эдвин, — Слейд отодвинул стул и поднялся. — Рад видеть вас
снова.
Доббс поколебался, затем пожал протянутую руку.
— Слейд... — он бросал взгляды то на Слейда, то на Лару. — Мне...
ммм... мне очень жаль, что я опоздал.
— Все отлично, — успокоил его Слейд, и они сели на свои
места. — Просто мисс Стивенc, Лара, была недовольна сервисом. Наш...
эээ... наш официант принял заказ и исчез.
— У них, наверное, тяжелая ночь. — Доббс расслабился. — Будем
надеяться, шеф все держит под контролем. Здесь подают потрясающие крабовые
пироги. И вкуснейшую красную рыбу. — Он улыбнулся и плотоядно
причмокнул. — Это похоже на поэзию. На легчайший поцелуй.
— Легчайший поцелуй... Звучит заманчиво, — с удовольствием сказал
Слейд. — Не так ли, Лара? Лара посмотрела на него через стол.
— Да, — сказала она после секундного колебания. — Весьма
заманчиво.
И спрятала лицо за меню.
Неужели этот вечер никогда не кончится? Доббс и Слейд болтали о новом
здании, о городе, обо всем на свете, пока Лара не испугалась, что они
никогда не перестанут говорить. Она улыбалась до тех пор, пока у нее не
заболела челюсть, гоняла по тарелке еду, отхлебывала вино и говорила
да
,
нет
.
Наконец, когда ей показалось, что она вот-вот завизжит, если они не закончат
в ту же минуту, Доббс посмотрел на часы, вздохнул и с сожалением попросил у
официанта счет.
— Слейд, — задумчиво проговорил он, когда они стояли на
улице, — вы остаетесь или полетите сегодня в Бостон?
— Я лечу в Техас, Эдвин. День рождения, помните?
— О! Да, конечно. Мне в другую сторону. Может, вы с мисс Стивенc
возьмете одно такси? Вам ведь в ту же сторону, не так ли, дорогая?
— Нет, — быстро сказала Лара. — Я имею в виду, что... что...
мне не кажется...
— Я тоже не вижу здесь проблемы, — вежливо сказал Слейд. Он взял
Лару под руку, сжав ей пальцы, когда она попыталась отстраниться. —
Спасибо за ужин, Эдвин. Я пришлю вам по факсу информацию о том дизайнере,
помните.
— Отлично, — сказал Доббс, просияв. — Доброй ночи, мисс
Стивенc. Я оставляю вас в надежных руках.
— В надежных, разумеется, — пробормотала Лара, едва дверца такси
захлопнулась. Она выдернула руку из пальцев Слейда и отодвинулась от него
подальше. — Я чуть не сказала ему, что скорее пошла бы пешком, чем села
с тобой в одно такси.
— А в чем проблема, милочка? — Слейд откинулся, скрестил руки на
груди и вытянул длинные ноги. — Ты что, за себя не отвечаешь,
оказавшись со мной в закрытом месте?
— Не отвечаю за себя? — Лара уничтожающе на него
посмотрела. — Да я бы тебя проучила, будь у меня тонкие каблуки...
Она тоже скрестила руки и устремила взгляд за окно. Так они молчали, пока
такси не подъехало к ее дому Слейд вышел и открыл перед ней дверцу.
— Тебя проводить? — спросил он предельно вежливо. Лара не
потрудилась ответить. Она выскочила, захлопнула дверцу так сильно, как
только могла, и заторопилась к дому.
Миссис Краусс открыла дверь, прежде чем она повернула ключ.
— Наконец-то, — сердито проворчала она. — Женщина с ребенком
не должна так задерживаться.
— Это по делу, миссис Краусс. — Лара пыталась говорить вежливо.
Нелегко было подыскать надежного человека, который мог бы присматривать за
Майклом. Миссис Краусс была ее третьей попыткой за последние месяцы. —
Мне очень жаль, что я вас задержала. Как всегда, я вам вдвойне заплачу за
сверхурочное время. Спасибо вам за то, что задержались. Увидимся в
понедельник утром.
— В понедельник я уезжаю. — Миссис Краусс водрузила бейсбольную
кепку на седеющие волосы. — У меня сестра заболела. Не знаю, когда
вернусь.
— Нет! — Лара поспешила вслед за пожилой женщиной. — Вы не
можете это сделать, миссис Краусс. Вы не можете, не можете... так просто
бросить меня!
— Я позвоню, когда буду возвращаться. — Дверь за миссис Краусс
захлопнулась.
Лара посмотрела на дверь, потом беспомощно прислонилась к стене и застонала.
Что теперь? Детские сады переполнены. А у ее мальчика нет даже полноценной
матери, которая располагает временем, или бабушки, или тети...
Лара вздохнула, заперла входную дверь и поднялась на второй этаж.
Но все это будет завтра. Она обзвонит агентства, а уж если ничего не
получится, скажет в понедельник, что больна. У нее были назначены встречи,
но их можно отложить. Ничто не было так важно, как Майкл.
Он спал, свернувшись в своей кроватке, уткнувшись в любимого плюшевого
медвежонка. Один взгляд на сына — и Лара мгновенно освободилась от
напряжения сегодняшнего вечера.
Ее спальня примыкала к его. Лара бесшумно сбросила черные туфли, сняла
костюм и блузку, сменив идентификационные признаки своей карьеры на старую
хлопковую рубашку и босые ноги. Это была единственная карьера, которую она
теперь хотела, думала Лара, мягко вытаскивая Майкла из кроватки.
Постоянно находиться с ребенком было невозможно, надо было работать, чтобы
поддерживать существование ее маленькой семьи, но как Лара завидовала
женщинам, которых видела в парке в те редкие, замечательные уик-энды, когда
она оставалась дома, чтобы самой позаботиться о малыше.
Майкл заворочался в ее руках.
— Привет, солнышко! — прошептала она.
Он заморгал и открыл глазки. Сонно улыбнулся, и у нее перехватило дыхание.
У него были черные, как у отца, волосы, отцовские нос и подбородок. И большие пепельно-серые глаза.
Нельзя было даже притвориться, что ее ребенок — не сын Слейда Бэрона.
Лару охватил страх. Что сделает Слейд, если узнает? Игры, в которые, как он
считал, она играет, были ничем по сравнению с этим. В этой игре ставки были
самые высокие.
Майкл зевнул и залепетал что-то во сне. Лара уселась в кресло. Заскользили минуты... и воспоминания.
Поначалу было трудно. Вернуться. Организовать себе мужа и развестись — чтобы
не было никаких вопросов. Быть одной. Всегда одной...
В дверь позвонили.
Лара вздрогнула.
Звонок, в такой час?
Снова раздался звонок, и проснувшийся Майкл заворочался у нее на руках.
Она поднялась с кресла, аккуратно опустила ребенка в кроватку. Это, должно
быть, миссис Краусс. Может, даже хорошо, что она уезжает. Она хорошо
относилась к Майклу — так, по крайней мере, казалось, — но она была
грубовата и забывчива. На прошлой неделе она уже почти доехала до дома,
когда вдруг вспомнила, что забыла свою сумку у Лары на кухне.
Звонок задребезжал в третий раз, и Лара сбежала по ступеням.
— Миссис Краусс, — скороговоркой выпалила она, открывая
дверь, — ради Бога, вы же разбудите...
Это была не миссис Краусс, это был Слейд.
Лара машинально закрыла дверь, но Слейд был быстрее и сильнее, и он уже
играл в такие игры. Он толкнул дверь и вошел в дом.
Слейд никогда не преследовал женщину, принадлежащую другому мужчине. Ни в
коем случае. Но сегодня Лара дала ему понять, что он болезнь, от которой
нужно скорее избавиться, а не мужчина, с которым она когда-то провела
страстную ночь. И причиной этому — некто по имени Майкл. И он решил, что не
уедет из Балтимора до тех пор, пока не увидит этот образец для подражания и
— может, просто так — не украсит еще чуть-чуть морду этого ублюдка.
Пара кружек пива в баре, где таксист оставил его, плюс пять или шесть кругов
вокруг ее дома убедили его, что сделать это необходимо.
Никто, и уж тем более Лара, его не остановит.
— Где он? — прорычал Слейд, ногой захлопывая дверь.
— Кто? — спросила она.
Майкл, — подумала она, — о,
Майкл, не произноси ни звука!
— Сделай нам обоим одолжение, а? — Слейд обогнул ее и направился в
гостиную. — Я знаю, он здесь; ты знаешь, он здесь. Пусть выйдет и
встретится со мной, как мужчина.
— Ты пьян, — сказала она и преградила ему дорогу. Его улыбка стала
враждебной.
— Я пытался напиться, но, поверь, у меня ничего не вышло, милочка. Я
кристально трезв.
— Я вызову полицию. И не утруждай себя угрозами, Слейд, — мне
плевать, даже если все это закончится в суде. Никто не поставит мне в упрек,
что я вызвала полицию, когда ты вломился в мой дом.
— Вломился? Я? — Он грубо усмехнулся, обошел ее еще раз и заглянул
в кухню. — Мы ужинали, взяли такси, и ты пригласила меня зайти. Если ты
будешь отрицать это, мне придется рассказать старине Эду о тебе, обо мне и о
денверском отеле. — Гостиная между тем оказалась пуста, как и крошечная
кухня.
— Черт возьми, где он? И не ври мне, Лара, я знаю, что твой драгоценный
Майкл здесь. Ты почти вылетела из такси, так ты хотела быть с ним.
— Ну хорошо. — Лара облизнула пересохшие губы. — Он здесь.
Он... он спит. И если... если ты разбудишь его, он очень разозлится. Тебе
будет трудно иметь с ним дело.
Слейд засмеялся и прибавил шагу. Их звук показался Ларе очень неприятным.
— Ну и отлично, сладкая, я тоже в настроении, так что и со мной будет
нелегко иметь дело.
— Слейд, пожалуйста... — Господи, о Господи. Он уже был у спальни
Майкла. Еле дыша, она бросилась вперед и загородила дверь. — Не надо,
нет...
Она всхлипнула, когда он схватил ее и отстранил.
— Подъем, Майкл, приятель, — сказал Слейд и включил свет.
Глава 6
Слейд уже пропустил свой рейс на Даллас. Когда он приехал в аэропорт,
объявили посадку на другой самолет.
Он купил билет и побежал к турникетам. Ему неожиданно пришло в голову, что
он мог бы поболтаться где-нибудь у далласского аэропорта, пока не будет
рейса на Остин.
Проклятье, — подумал он мрачно, — а почему бы и
нет?
Аэропорты последнее время играют весомую роль в его жизни...
Сейчас больше всего ему хотелось оказаться как можно дальше от того, с чем он только что столкнулся.
Ребенок. У Лары ребенок. Он не мог поверить в это. Комната, освещенная как
сцена за поднимающимся занавесом, и в этом свете детская кроватка.
И в ней — спящий ребенок.
Господи, ребенок.
Минуту, которая показалась вечностью, никто не двигался. Он стоял, Лара
стояла, потом она издала звук, похожий на стон. Он услышал его и резко
повернулся.
— У тебя ребенок, — сказал он, откинул голову и застонал. Здорово
сказано!
Ребенок проснулся, сел и схватился за края кроватки.
Мальчик
, —
подумал Слейд. Ему почудилось, что мозги у него онемели.
Малыш уставился на него парой огромных пепельно-серых глаз. Он смотрел на
него с минуту, не плача, не произнеся ни звука, он просто... просто изучал
его, если такое возможно.
Слейд тоже впился в него глазами, почувствовав холод в позвоночнике. У Лары
есть сын. Это было единственным, о чем он сейчас был способен думать. Лицо
ребенка сморщилось, и он заплакал. Лара подлетела к нему, схватила на руки.
— Майкл, — тихонько пропела она, — золотце, все хорошо. Мама
здесь, не бойся.
Слейд, чей язык, как ему казалось теперь, не умещался во рту, отступил
назад.
— Лара, — сказал он, и она повернула к нему белое лицо с безумными
глазами.
— Пошел вон, — прошептала она, потом голос стал громче и выше,
балансируя на грани истерического, и наконец она завизжала, повторяя, чтобы
он убирался немедленно.
Могла бы не повторять — он ушел так быстро, как только позволяли ноги. Ушел
не оглядываясь.
Слейд закрыл глаза. Ну вот и все.
Было скверно знать, что Лара принадлежит другому мужчине. Сотне мужчин, как
он подозревал. Но что у нее ребенок... Что другой подарил ей ребенка...
— Привет.
Он вздрогнул, повернул голову и увидел женщину, проскользнувшую на соседнее
сиденье.
— Здесь занято? Я не заметила, чтобы здесь кто-то сидел, и я
подумала...
— Думаю, не занято. Она улыбнулась.
— Хорошо, тогда я — Жанет.
— Жанет, — отозвался Слейд. Приятное имя. Приятный голос. Приятное
личико. Он кашлянул. — Все дело в том, Жанет, что ты теряешь время. Или
мне придется потерять его для тебя.
Ее улыбка застыла.
— Извините?
— О, это долгая личная история, Жанет, и я не в настроении ее
рассказывать. Так что приятного полета, и ничего от меня не жди. Ну как,
уразумела?
Женщина вскочила с кресла.
— Вы сумасшедший!
Слейд коротко, резко хохотнул.
— Да, — устало согласился он, — и это тоже. Он повернулся к
иллюминатору. За темным стеклом выплыло лицо ребенка. Чернильно-черные
волосы, глаза цвета дыма...
Слейд схватил наушники, нацепил их и настроил на канал тяжелого рока. Все
что угодно, только чтобы мозги перестали метаться.
Все что угодно
, —
подумал он, откинул голову и закрыл глаза.
В
Эспаду
он попал ночью. Кармен услышала, как он входит в заднюю дверь.
— Это я, Слейд, — поспешил сказать он, пока она не переполошила
весь дом.
Кармен улыбнулась, заторопилась к нему и крепко обняла.
— Ты совсем не изменился, с тех пор как был мальчишкой, — сказала
она, не отпуская его, — всегда возвращался в дом, когда остальные давно
спали.
— А ты всегда выгораживала меня перед стариком, улыбнулся он и
поцеловал ее в щеку. — Посмотри на себя, ты еще прекрасней, чем прежде.
— А ты все такой же потрясающий врун, — сказала она,
покраснев. — Ты голоден? Могу разогреть что-нибудь от обеда или сделать
тебе бутерброд — как захочешь.
— Все, чего я хочу, так это горячий душ и выспаться за ночь. Кто-нибудь
уже приехал?
— Ты братьев имеешь в виду? Тревис прилетает завтра, Гейдж тоже.
Слейд ухмыльнулся.
— И Гейдж тоже? — Он наклонился, снова поцеловал хозяйку в
щеку. — Знаешь что, Кармен? Так хорошо быть дома!
Это правда было хорошо.
Утром стало еще лучше, когда он увидел Кэти.
— Слейд, — закричала она, бросившись в его протянутые руки. —
Кармен сказала, что ты здесь. Когда ты успел? Почему не разбудил меня? Как
здорово, что Тревис и Гейдж сегодня приезжают, да?
— Уф, слишком много вопросов. Дай хоть кофе заварю. Рад тебя видеть,
дорогая.
— Я так счастлива, что ты побудешь здесь немного! Кэтлин снова его
поцеловала, затем заварила кофе и налила ему и себе. — До этого я
вообще не была уверена, что кто-нибудь из вас приедет.
— Так ты же сразу сама заявишься с хлыстом! — Слейд
усмехнулся. — Силы своей не знаешь, дорогая!
— А что, мой красивый брат имеет проблемы с женщинами?
— Я? — Слейд поставил чашку, подошел к плите и наложил себе
яичницы. — Забыла, с кем дело имеешь? Я их люблю, я их и бросаю.
— Ты не ответил на мой вопрос. Слейд вздохнул. Его сводная сестра умела
быть настойчивой.
— Я бы не назвал это
проблемой
. Просто... эээ... кое-какие
неприятности.
— Что случилось? На сей р
...Закладка в соц.сетях
