Жанр: Любовные романы
Легко ли стать фотомоделью?
...p;— Каролина начала складывать вещи в чемодан. — Но
ты не возражаешь, если я сначала приму душ? Мне надо спешить.
Хенк откинулся на подушки.
— Я подожду. То, что я хочу тебе сказать, очень важно.
Каролина присела на секунду и горячо поцеловала его в губы.
— Вот так. Пока думай обо мне. Он блаженно улыбнулся.
— Если бы я мог думать о чем-нибудь еще!
Даже лучше уехать вот так, в спешке, думала Каролина уже в самолете. Гораздо
легче наскоро попрощаться, чем переживать все эти сцены со слезами и глупыми
обещаниями, которые никто не собирается выполнять. Вместо этого они
расстались на людях, стоя на крыльце рядом с Бекки и Четом, который во все
глаза смотрел на них, ничуть не смущаясь.
Решив, что пожимать руки глупо, Каролина как можно скорее прошла к своему
джипу. Но Хенк буквально вытащил ее из машины.
— Постой.
— Но...
Он поцеловал ее прямо на глазах у сестры и Чета. Поцелуй был наполнен
страстью и жаром. Каролина попыталась навсегда запечатлеть в памяти то
чувство, с каким она прощалась с Хенком. Смущение. Грусть. Счастье. Она
глубоко вздохнула и неохотно отстранилась.
— Позаботься за меня о Крошке, — сказала она, уже садясь в машину.
Да, долгие проводы — лишние слезы. Уже сидя в удобном кресле и глядя в
иллюминатор, Каролина попыталась вспомнить каждый миг этих двух блаженных
дней, которые она провела с Хенком Фаулером. Ей почему-то хотелось верить,
что чувство, выросшее между ними так стремительно, — настоящая любовь.
Всю дорогу до Лос-Анджелеса она пыталась представить, как проведет остаток
жизни без Хенка Фаулера. И все ее планы рано или поздно упирались в
небольшое ранчо, затерянное в прериях Южной Дакоты.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Огромная корзина цветов поджидала Каролину, приехавшую в офис поздно
вечером. Приложенная к корзине открытка гласила:
Я по тебе уже соскучился
.
— Видимо, твой парень из Южной Дакоты оказался повыше классом, чем
среднестатистический ковбой, — раздался сзади голос незаметно
подошедшего Берта.
— Откуда тебе знать, какой именно класс у ковбоев? Кроме того, он не
мой парень.
— Прости... — Берт виновато потупился. — Понимаю, ты устала после
долгого перелета. Я сказал адвокатам, что мы встретимся с ними через час. У
тебя еще есть время на несколько телефонных звонков.
Каролина смягчилась.
— Я не хотела на тебя ворчать. Просто мне несподручно было уезжать. Мы
с Хен... с мистером Фаулером не успели уладить все дела.
— Так позвони ему.
Оставшись одна, Каролина немедленно набрала номер справочной службы. Ответ
оператора удивил ее.
— По этому адресу Хенк Фаулер не проживает.
— Попробуйте найти Генри Фаулера. — Каролина рассеянно
просматривала стопку накопившейся корреспонденции. За время отлучки пришло
множество писем.
Оператор опять объявился на линии.
— Жаль, но снова нет.
Озадаченная, Каролина сделала последнюю попытку:
— Может быть, Бекки Фаулер?
Оператор ввел код, и автомат тут же выдал номер телефона. Каролина записала
его и немедленно набрала.
Хенк поднял трубку на втором звонке.
— Да?
— Это я.
Он радостно засмеялся, и на душе у нее потеплело.
— Как долетела? Проблема улажена?
— Сижу в своем кабинете, готовлюсь к встрече.
— Нам непременно надо встретиться снова, Каролина. — Его голос
стал глубже. — Как можно скорее.
Улыбаясь интимности его интонаций, Каролина ответила:
— Я не смогу вырваться до конца недели.
— Тогда я приеду сам.
Каролина резко выпрямилась. Глаза ее восторженно светились.
— Ты серьезно?!
— Абсолютно, — спокойно ответил Хенк. — Я не могу ни о чем
думать, кроме как о тебе. Твоя подруга закончит съемку, и я прилечу.
— О, Хенк, ты чудо! Алексис уже там?
— Да, и с полным антуражем. — Хенк загадочно хмыкнул. — Уже
сделали несколько натурных снимков, как она их назвала. По-моему, это не
совсем то, чего ты хотела.
— Я полностью доверяю Алексис, — сказала она, довольная, что все
проблемы так просто разрешились. — Делай все, что она скажет, и вы
управитесь за несколько часов.
— Ну...
— Она настоящий профессионал.
— Слушаюсь, мэм.
— И еще, Хенк, — добавила она, — скажи Бекки, что я пришлю ей
чек утром.
— Спасибо, любимая, — произнес он искренне. — Для нее это
очень важно.
Последовало долгое молчание, и Каролина закрыла глаза, пытаясь представить
лицо Хенка. И грустно вздохнула.
— Да, — мягко ответил Хенк на ее невысказанную мысль. — Я
чувствую то же самое.
Я люблю тебя! Эти слова едва не слетели с ее губ. Но она сдержалась,
понимая, что еще слишком рано. Вдруг это только краткосрочная влюбленность?
Хенк нарушил молчание:
— Кстати, с Крошкой все в порядке. Отъедается понемногу.
Губы Каролины тронула улыбка.
— Мне это показалось или в тебе тоже проснулись к ней теплые чувства?
— Сегодня она укусила Чета. — Хенк фыркнул. — До крови. И теперь я ее просто обожаю!
— Спасибо, что позаботился о ней.
— Я бы с гораздо большим удовольствием заботился о тебе, Каролина...
Но Берт уже стучался в дверь кабинета. Каролина посмотрела на часы и
обреченно вздохнула. Пора идти на встречу.
— Прости, но мне надо бежать. Я еще позвоню. Ах да, чуть не забыла
поблагодарить тебя за цветы. Они такие красивые!
— Я очень скучаю по тебе, Каролина. И не хочу тебя потерять.
Каролина едва не задохнулась от счастья.
— Мы что-нибудь придумаем! — Она встала с кресла. — Но сейчас
мне надо идти. Поговорим завтра.
Стоило ей положить трубку. Как вошедший Берт раздраженно сказал:
— Шевелись, Каролина! Мы не должны опоздать!
Следующий день превратился для Каролины в сплошной круговорот встреч и
переговоров. Но она чувствовала себя хорошо, потому что проблему удалось
утрясти без лишнего шума и больших затрат. Теперь никто не будет посягать на
прибыли
Солнечных календарей
. По крайней мере некоторое время.
Позвонив из аэропорта, Каролина сообщила Берту о своей победе. Она только
что проводила нью-йоркскую делегацию, улетевшую несолоно хлебавши.
— Чудесно, — обрадовался Берт. — Возвращайся в офис. Это надо
отметить.
— Знаешь, если ты не против, я лучше поеду домой. Я устала, и мне еще
надо позвонить. — Она имела в виду лишь один звонок — Хенку.
Берт понимающе хмыкнул:
— Я только что получил несколько фотографий. Алексис послала их прямо в
офис со своего ноутбука. Не хочешь взглянуть на своего ковбоя без рубашки?
Каролина была удивлена.
— Он снял для нее рубашку?
— И, должен сказать, смотрится очень даже неплохо. Но если ты
собираешься домой...
— Приеду через полчаса.
Вскоре Каролина уже подъезжала к зданию. Берт сидел за столом у себя в
кабинете, просматривая фотографии на компьютере.
— Они действительно хороши? — спросила она, переводя дыхание и
усаживаясь в предложенное им кресло.
— Очень хороши, — отозвался партнер. — Несколько минут назад
пришли последние снимки. Кстати, самые удачные. Видишь?
Каролина смотрела на экран монитора в полном оцепенении и ничего не могла
понять.
— Это не Хенк, — выдавила она наконец.
— Что?
— Это же Чет!
— Какой такой Чет?
Совершенно сбитая с толку, Каролина дрожащим пальцем указала на маленький
экран.
— Этого парня зовут Чет! А где Хенк?
— Погоди минутку. Эти снимки нам идеально подходят. — Берт
постучал кончиком карандаша по экрану. — Этот малый — настоящий ковбой.
Посмотри, какая у него лошадь! А как превосходно Алексис поймала цвет его
волос на фоне деревьев!
— Но это не Хенк! — взорвалась Каролина. Она ударила кулаком по
столу. — Где он?
— Да какая тебе разница? Этот парень великолепен!
— Но я хочу Хенка!
— Милая...
— Как Алексис могла так ошибиться? Она сфотографировала не того
человека! Дай мне телефон!
— Но...
Каролина уже набирала номер Фаулеров. Через минуту ей ответила сонная Бекки.
— Хенк там? Мне нужно с ним поговорить. — От волнения Каролина
забыла о вежливости.
— А? Который час? Господи, уже за полночь! Это ты, Каролина? —
Бекки зевнула. — Генри уехал сегодня днем.
— Куда?
— Понятия не имею. — Бекки говорила сонным голосом. — Ты хоть
знаешь, который час?
— Да-да. Прости, что разбудила, я... слушай, может быть, позовешь
Алексис? Она поблизости?
Бекки пробормотала что-то неразборчивое. С минуту из трубки доносились
отдаленные голоса, шаги и хлопанье дверей. Каролина нетерпеливо барабанила
пальцами по столу. Наконец к телефону подошла Алексис Кармайкл.
— Привет, Каролина. Тебе понравились мои снимки? По-моему, они
великолепны.
— Лекси, что там происходит? Где Хенк?
— Можешь убивать меня, дорогая, но этим утром он уехал. Зато остался
Чет. Разве он не душка? Если бы он не был помолвлен с Бекки...
— Но я не понимаю. Нашим героем должен быть Хенк...
Алексис искренне удивилась.
— Дорогая, но Генри Фаулер не ковбой. Это так же верно, как то, что
Бруклинский мост не продается. Он, конечно, красив, но Деревенщины Билла из
него не выйдет.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Согласись, тебе нужен мужчина с Дикого Запада, правильно? Вот мы и
поручили эту роль Чету.
— Кто это мы?
— Генри и я. Он очень милый парень, но для
Солнечных календарей
не
годится.
Каролина все еще ничего не соображала.
— Почему не годится?
— Потому что коэффициент его интеллекта гораздо больше размера
бицепсов. Да, он достаточно привлекателен. Но в твоих календарях я видела и
получше.
Каролина попыталась собраться с мыслями.
— Я... я просто не понимаю, Лекси. Хенк ведь настоящий ковбой, разве не
так?
— Не смеши меня, Каролина. Лучше скажи, как тебе понравились фотографии
Чета? Каролина? Ты меня слышишь?
Каролина перестала искать во всем этом смысл и передала трубку Берту. Она
почувствовала себя Алисой в Стране Чудес. Реальность для нее прочно
перепуталась с вымыслом, и стало невозможно понять, что происходит на самом
деле. Она поднялась с кресла, подошла к широкому окну с видом на Лос-
Анджелес и прислонилась лбом к прохладному стеклу. Ее возмущению не было
предела.
Зачем он ей лгал?
Каролина мысленно попыталась восстановить каждую фразу Хенка. Вспомнить
каждый ответ на ее вопросы. Он действительно ездил на лошадях и при первой
встрече лихо подлетел к ней галопом на черном скакуне. Он мастерски поймал
быка с помощью лассо. Как можно сделать такое без особых навыков? Нельзя же
так притворяться!
И все же он был полнейшим профаном во всем, что касалось прочих дел на
ранчо. Что там сказал Чет насчет Хенка и лошадей? Каролина никак не могла
вспомнить.
Почему он солгал?
Эта земля много для меня значит, — сказал он. — Здесь жила моя
семья, здесь я провел детство. Я готов сделать что угодно, только бы все
оставалось как есть
.
И еще он сказал, что должен помочь Бекки.
Все понемногу прояснялось. Бекки послала фотографию. Ей нужны деньги. Хенк
согласился на этот цирк, чтобы сестра могла сохранить ранчо.
— Вот почему телефон записан на ее имя, — вслух произнесла
Каролина.
Берт только что повесил трубку, закончив разговор с Алексис.
— Какой еще телефон?
— Извини, Берт, я задумалась.
Он ухмыльнулся.
— Надеюсь, мысли были приятными?
— Ох, Берт! — Обхватив голову руками, она ходила взад и вперед по
кабинету. — Я не понимаю, что происходит!
— Расслабься, Каролина. Алексис сделала для нас отличные фотографии.
Следующий календарь будет иметь грандиозный успех. — Берт примостился
на краешке стола. — Да и ты великолепно провела время. Все счастливы.
— Ты не понимаешь! — вскричала Каролина. — Я же влюбилась в
него! А он мне лгал! Все время одна только ложь!
— Все время? Ты уверена?
— Да, во всем!
— Точно во всем? — с нажимом спросил Берт. — Или только в
некоторых вещах?
Каролина сокрушенно покачала головой.
— Я не знаю.
— И в том, что он тебя любит?
— Он никогда этого не говорил. — Каролина сделала титаническое
усилие, чтобы ее голос звучал ровно. — Впрочем, не хватало еще и этого
вранья.
— Значит, хорошо, что не говорил. Тем не менее вам нужно объясниться.
— Я даже не знаю, где он.
— Ах, вот в чем проблема.
— Ничего, он скоро появится, — уверенно сказала Каролина и недобро
прищурилась. — И... тогда уж лучше ему найти убедительные оправдания!
Генри взял билет на последний рейс и прибыл в Лос-Анджелес в шесть часов
утра. Аэропорт был практически пуст. Только несколько шумных туристов
возвращались домой из Лас-Вегаса. Генри понравились их остроумные шутки, и
он понял, что улыбается, подходя к стойке проката автомобилей. Легко получив
машину, он направился в ближайший отель, чтобы поспать и привести себя в
порядок.
В полдень он позвонил в
Солнечные календари
и наконец услышал голос
Каролины. От приятного волнения его сердце билось, как молот о наковальню.
— Привет. — Голос Каролины прозвучал сухо. — Где ты сейчас?
— Здесь, в Лос-Анджелесе. В отеле
Ферфакс
. На четыре часа у меня
назначена встреча. Освобожусь около семи.
— Какая встреча? Собрался купить еще коров для фамильного ранчо? —
В ее голосе слышалось откровенное издевательство.
— Не совсем. Расскажу за ужином в
Ферфаксе
. Каролина...
— Великолепно! Есть одно местечко как раз для такого ковбоя, как ты. Я
заеду к семи часам. Идет? Да, Хенк...
— Что?
— Надень свои шпоры. — Она рассмеялась и повесила трубку.
Хенк пребывал в некотором замешательстве. Шпоры? Что она имела в виду?
В четыре часа он встретился с женщиной, которая должна была представлять его
на переговорах с руководством лос-анджелесской газеты. Вскоре они поехали в
штаб-квартиру одной из самых читаемых и популярных газет. Здесь, в кабинете
главного редактора, собрался весь руководящий состав издания.
Генри выслушал предложение дирекции, а потом начал излагать идеи, которые
появились у него за последние дни. Он четко и ясно описал, как собирается
комбинировать очерки о приключениях и путешествиях со своими обычными
критическими статьями. Поначалу им не совсем понравилась его концепция.
А потом менеджер по маркетингу щелкнул пальцами:
— Я понял! Индиана Джонс! Или что-то в этом роде.
— Нет-нет... — попытался возразить Генри. Но тут вступил один из
редакторов:
— А это отличная мысль!
— Я не совсем это имел в виду. Давайте я еще раз все объясню...
— Мы можем сфотографировать вас в ковбойской шляпе и расклеить это фото
по всему побережью!
— Погодите!
— Мы дадим вам огромный бюджет!
Все с энтузиазмом зашумели, обсуждая новую идею.
— У нас очень хорошие заработки, — уговаривали его. —
Четырехнедельный отпуск. Плюс полный социальный пакет. Возможность покупки
акций компании на льготных условиях и постоянный пропуск на церемонии
награждения премиями Академии!
Генри откинулся в кресле и кивнул своему агенту, Мардж Уильямс, чтобы та
взяла на себя дальнейшие переговоры.
— Прежде всего. Генри хочет участвовать в разработке всех маркетинговых
планов... Что же до оклада, то...
Генри рассеянно слушал, как Мардж выдвигает условия, на которых он согласен
работать. Он был уверен в своем агенте. Мардж умела просить больше, чем мог
бы Генри, если бы дело предоставили ему. К его удивлению, все условия были
приняты без возражений.
Мардж обратилась к Генри:
— Теперь решение за вами, мистер Фаулер. Что скажете?
По правилам игры нельзя было соглашаться сразу.
— Я обдумаю ваши предложения и свяжусь с вами завтра.
Похоже, все остались довольны результатами переговоров. Генри простился с
Мардж и пошел пешком к своему отелю. Было еще довольно рано. На улицах
стояла жара. Его окрыляли открывшиеся перспективы, но о предстоящих
переменах в своей жизни он думал с некоторым страхом.
Его дом и друзья находились в Сиэтле. Теперь же перед ним открыто все
Восточное побережье. От Санта-Фе до Ванкувера. Он мог поехать, куда ему
заблагорассудится. Самое время обновить мою лицензию пилота, подумал Генри.
Ему хотелось поделиться с Каролиной своими планами и хорошими новостями. Уже
в отеле он купил для нее цветы. Интересно, что она скажет, когда все узнает?
В любом случае Генри хотелось снова быть с ней. Независимо от того, как
переменится его жизнь.
Неожиданно он услышал ее голос, обернулся и окаменел.
Да, это была Каролина. Но совершенно неузнаваемая. Она стояла посреди фойе,
одетая в маскарадный костюм ковбоя. В кожаной куртке с бахромой и сапогами
из змеиной кожи. На голове у нее лихо сидела белая шляпа. В ушах позвякивали
серьги в виде золотых пистолетов. С плеча свисала сумка в форме миниатюрного
испанского седла.
— Ка... Каролина?
Она рассмеялась:
— Привет, Хенк! Как ты, мой сахарный?
Хенк стоял в оцепенении, а она уже кинулась ему на шею и крепко поцеловала,
перепачкав ярко-красной помадой. У конторки кто-то хихикнул. Хенк едва не
уронил цветы, которые сжимал в руке. Но вторая рука машинально обвилась
вокруг ее талии.
Странно, подумал Хенк. Это совсем на нее не похоже.
Каролина отстранилась и посмотрела на него. В ее голубых глазах плясали
чертики.
— Что случилось, Хенк? Ты как будто не ожидал меня встретить!
Оправившись от изумления, Хенк спросил:
— Господи, да что здесь происходит?
— Я хочу вывезти тебя в город. Вот и все. Пошли, лимузин ждет.
— Лимузин? — Хенк недоверчиво покачал головой.
Каролина смеясь потащила его к выходу. У дверей отеля стоял самый нелепый
лимузин, который Хенк когда-либо видел. Белый, покрытый коричневыми пятнами,
словно корова. Крышу заменяла огромная ковбойская шляпа, а спереди машину
украшали гигантские бычьи рога. Водитель нажал на клаксон, и все вокруг
огласил раскатистый рев быка.
Швейцар взирал на происходящее недоуменно и опасливо.
— О чем задумался, Хенк? — продолжала смеяться Каролина. —
Что, нахлынули воспоминания о доме?
Хенк собрал все свое хладнокровие:
— Кажется, теперь я понял. Каролина, если ты так хочешь...
— Да, так я хочу поприветствовать тебя в Лос-Анджелесе. Вот и все,
сладенький мой. А сейчас полезай внутрь. Главные сюрпризы еще впереди!
Ошеломленный Хенк позволил ей затащить себя на заднее сиденье дурацкой
машины. Как только закрылась дверца, он вспомнил о цветах и протянул ей
букет.
— Вот, — сказал он. — Это не может искупить мою вину, но...
— Розы! Какая прелесть! — Каролина хотела поднести благоухающий
букет к лицу, но ей помешала шляпа. — Я ведь не могу ее снимать, да?
Хенк сорвал идиотскую шляпу и, бросив ее на сиденье, обнял Каролину и
поцеловал. Лимузин медленно отъехал от отеля.
Каролина встретила его поцелуй горячо и страстно, и все беспокойство Хенка
мигом испарилось. Каролина осталась той же знакомой ему женщиной, которая
плакала и смеялась в его объятиях. Которая занималась с ним страстной
любовью и смотрела, как он корчит из себя идиота на ранчо в Южной Дакоте.
— Я скучал по тебе, — нежно шептал Хенк.
— Я рада, что ты приехал. — Каролина пробежала трепетными пальцами
по его волосам и притянула к себе. Их губы снова встретились.
Он наслаждался медовым вкусом ее губ, мягкостью кожи, играл шелковистыми
волосами. Она чувствовала, что ей никогда и нигде не было так хорошо, как
рядом с ним. Этот мужчина был полон неразгаданных загадок и обещал еще много
сюрпризов. Но сперва она сама его немножко удивит!
— Каролина, а куда мы едем?
Ее глаза таинственно блеснули.
— В одно место, где можно прекрасно поужинать.
— А могу я предложить тебе развернуть этот дурацкий лимузин на сто
восемьдесят градусов и возвратиться ко мне в отель?
— И пропустить все веселье, которое я для тебя приготовила? Не выйдет,
милый! Кстати о шпорах. Где твои шпоры? — Она окинула взглядом его
кашемировую рубашку, стильные брюки и ботинки. — И твои прекрасные
пыльные джинсы?
— Я должен тебе многое объяснить...
Каролина пальцем коснулась его губ, заставляя замолчать.
— Потом, все потом. Сначала я покажу тебе город. Мы поставим его на
уши, обещаю! Готов? А вот здесь мы утолим голод!
Водитель подвез их к бару в стиле
кантри-вестерн
. Вокруг в кадках торчали
кактусы, а к коновязи была привязана лошадь.
И кактусы, и лошадь были настоящими. Над входом в заведение вспыхивала и
гасла неоновая вывеска:
Полуночный салун Монти
.
— О, нет! — только и смог выговорить Хенк. Смеясь, Каролина
выбралась из машины.
— Пошли, ковбой! Я хочу показать всем этим городским чистоплюям, как
надо кидать лассо! Хенк застонал.
— Каролина, зачем ты это делаешь? Каролина подошла к привязанной лошади
и погладила ее по холке.
— Милая лошадка! Напоминает мне Фиалку. Как ты думаешь, похожа?
Не дожидаясь ответа, она пошла к бару, на ходу отдав свою шляпу стоявшему у
дверей швейцару. Этот парень был одет как ковбой для родео, с тем только
исключением, что на нем не было рубашки. Его руки и торс бугрились
мускулами, и он возвышался над Хенком, как исполин. Но волосы его были
превосходно уложены, будто он только что вышел от парикмахера.
— Как поживаешь, Делберт? — приветливо поздоровалась
Каролина. — Ты сохранил для нас местечко у танцплощадки?
— Сейчас у нас полно свободных мест, мисс Кортезо, — ответил
великан, застенчиво улыбаясь и открывая перед ними дверь. — Сейчас в
Монти не слишком людно. Вот попозже соберется народ...
— Может быть, мы останемся на всю ночь! — бросила ему Каролина, затаскивая Хенка в салун.
— Кто это был? — Хенк едва не ослеп от мигания огней цветомузыки.
— Наша лучшая модель. Работает на
Солнечные календари
. Разве не
милашка? Делберт снимался у нас для календаря
Домашние любимцы
.
— И кто же его любимец? Слон?
— Нет, щенок ротвейлера. Они так здорово смотрелись вместе, просто
прелесть. Хочешь выпить?
Хенк проследовал за Каролиной к бару, разглядывая неоновые огни,
складывающиеся в фигуры воющих койотов и вставших на дыбы мустангов.
На ярко освещенной площадке под музыку кантри танцевало несколько
посетителей. Делберт был прав. Внутри было полно свободных мест.
Официантки, одетые в национальные американские костюмы, ловко курсировали
между маленькими круглыми столиками. Хенк поймал себя на мысли, что вряд ли
уважающая себя индианка из племени сиу пережила бы хоть одну зиму в такой
короткой юбке.
Бармен — вылитый Джон Уэйн! — наклонился к подошедшим посетителям и в
лучших традициях вестернов протянул:
— Привет, странники. Вы, наверное, запеклись на солнце?
— Что?
Каролина толкнула Хенка локтем.
— Он спрашивает, будем ли мы заказывать выпивку.
— А, конечно. Какой у вас лучший напиток?
— Сегодня это — Маргарита.
Хенк сглотнул.
— Нет, тогда лучше ром.
Джон Уэйн
облокотился на стойку и грозно прорычал:
— Здесь нет рома, странник. Это
Полуночный салун Монти
. Если не
хочешь выпить, тогда катись отсюда!
— Ладно-ладно. — Хенк достал из кармана мелочь и ссыпал на
стойку. — Тогда давайте две маргариты.
— Пошли потанцуем! — воскликнула Каролина, пока бармен,
отвернувшись, смешивал коктейли. — Ты умеешь танцевать тустеп?
— Раз плюнуть.
Он обнял ее
...Закладка в соц.сетях
