Жанр: Любовные романы
Спроси свое сердце
... этой девчонки течет ледяная вода вместо крови, - сказал Эммит.
Покачав головой, он снова опустился на кушетку.
Сэм вспомнил окровавленную спину Молли, но не стал утверждать, что брат не
прав в отношении ледяной воды.
- Мисс Джеймс просит, чтобы мы помогли ей скрыться где-нибудь на несколько
дней. Из соображений приличия она
не может остаться у меня. Как, по-твоему, Эммит, Пейшенс не станет возражать,
чтобы Молли стала ее гостьей?
- Пейшенс здорово разозлилась, услышав о затеянной мисс Джеймс тяжбе, -
признался Эммит. - Ты же знаешь,
Сэм, как близко к сердцу она принимает все, что касается семьи. Но, думаю,
теперь, когда девушка так нуждается в помощи,
судебный процесс не состоится, и в таком случае Пейшенс, должно быть,
согласится. Она никогда ни на кого подолгу не
держит зла.
- Судебный процесс не будет прекращен, - сказал Сэм. - Мисс Джеймс ясно
дала это понять. Но мы все равно не
можем взять и выгнать ее из моего дома, какие бы прошлые дела она не ворошила и
какие новые тяжбы не затевала. Кроме
того... это моя вина, что она сейчас в таком состоянии.
- Твоя вина?! - воскликнул Питер. - Ей-богу, вся эта история с каждою
минутой становится все запутаннее! Как
случилось тебе оказаться во всем этом замешанным?
Сэм взъерошил себе волосы.
- Я ездил сегодня повидаться с ней, чтобы вернуть гребень, который она
потеряла на недавней вечеринке. Во всяком
случае, таков был предлог. На самом деле я хотел убедить ее отказаться от тяжбы.
Боюсь, я слишком вспылил и... ну, в
общем... я поцеловал ее.
- Ты поцеловал ее? - переспросил недоверчиво Эммит, с трудом представляя
себе, как можно поцеловать мисс
Джеймс.
- Да, - взгляд Сэма встретился с изумленным взглядом брата. - И уверяю
тебя, Эммит, у леди вовсе не ледяная
вода вместо крови.
- Мне кажется, она довольно красива, - вставил Питер, одобрительно
подмигивая Сэму.
- Предупреждаю тебя, - Эммит подошел и остановился перед кожаным креслом,
в котором сидел Сэм, - от этой
женщины не жди ничего, кроме неприятностей. Пейшенс будет очень далека от
радости или же восторга, когда ей всучат
Молли Джеймс.
Впервые Сэм улыбнулся:
- На этот счет не беспокойся, Эммит! Мисс Джеймс знает, как найти подход к
людям, и, поверь, очарует тебя прежде,
чем ты поймешь, что происходит. Пейшенс будет трудно устоять перед обаянием мисс
Джеймс.
- От нее одни неприятности, говорю тебе! Взять хотя бы эту суматоху! Мы в
растерянности! А ее волнует только
ранчо! Никогда не видел никого, кто бы так чертовски решительно был настроен
добиться успеха.
На этот раз усмехнулся Питер:
- Не считая Сэма! Разве не помнишь, как был настроен Сэм, когда вернулся с
войны и застал наше ранчо в
запустении?
Сэм с Эммитом громко расхохотались.
- Верно подмечено, парень, - сказал Сэм. - Постараюсь не забывать об этом!
Он поднялся и направился к двери.
- А сейчас, пожалуй, пойду-ка я позабочусь о лошади мисс Джеймс, иначе не
избежать и моей спине хлыста, если
что-либо случится с Эль Труэно.
Сэм снял шляпу с вешалки и зашагал к выходу из дома.
- Вы были очень добры, позволив мне остаться у вас, миссис Бренниган.
Два дня Молли жила в доме Эммита и Пейшенс. Ее спина уже немного зажила, а
голова почти не болела. Она
намеревалась завтра вернуться к себе на ранчо.
- Мы соседи, мисс Джеймс, а соседи должны помогать друг другу, -
темноволосая женщина склонилась над
вышиванием.
Они сидели на просторной крытой террасе большого бревенчатого дома.
- Именно так говорит Сэм.
- Сэм - хороший человек, мисс Джеймс. Быть может, вам следует прислушаться
к тому, что он говорит.
На замечание женщины Молли ничего не ответила, но уколы совести все больше
беспокоили ее.
Сэм был добр к ней и заботлив, а она только и делала, что доставляла ему и
его семье неприятности.
Но это же ведь не сравнимо с тем горем, которое Бренниганы принесли
Джеймсам!
- Правда, никто из вашей семьи никогда не умел быть хорошим соседом, -
сварливо добавила Пейшенс, - так что
нет смысла ждать чего-либо подобного от вас, мисс Джеймс.
Она подняла свое пышное тело с кресла-качалки.
- У меня на плите варенье. Извините меня. Молли кивнула, не сомневаясь,
что от нее намеренно отделываются.
Пейшенс Бренниган с трудом выносила ее, отказываясь обращаться к ней иначе, как
мисс Джеймс, и предпочитая сводить
все разговоры к паре малозначащих фраз, а еще лучше - вообще избегать
разговоров.
Она была женщиной полной, но не потерявшей фигуру, и Эммит, Молли видела,
находил пышное тело своей жены
более, чем привлекательным.
За два дня, проведенные в доме, Молли обнаружила, что супруги, имея уже
двух прелестных детей, столь же отчаянно
влюблены друг в друга, как жених с невестою в день свадьбы.
Иногда, наблюдая за ними, ей трудно было не испытать зависть.
Эммит и Пейшенс хорошо подходили друг другу. Они оба не получили в
молодости хорошего образования, но,
казалось, это им вовсе не мешало жить и не волновало нисколько.
Супружеская пара была нежной, любящей и преданной своему дому, причем и
Эммит, и Пейшенс прямо-таки
боготворили Сэма.
Молли казалось, что каждый из Бренниганов получил в своей жизни именно то,
чего хотел добиться: у Сэма была его
империя - ранчо; у Питера - хорошее образование и прекрасные возможности для
карьеры; а у Эммита - дом, семья.
- 3-здр-равств-вуйте, м-мисс Д-джеймс, - маленький мальчик, Эммит
Сэмьюэль, присел на крыльце с ней рядом.
- Здравствуй, Эммит! Как твои дела?
- П-прек-красно.
Эммит-младший говорил мало. Вначале Молли удалось добиться от него только
улыбки, но к полудню второго дня,
почувствовав доверие, он стал с ней разговаривать - из любопытства и симпатии.
В свои семь лет Эммит был очень похож на мать. У него была светлая кожа,
мягкие каштановые волосы и ласковые
голубые глаза. Ребенок был более хрупок сложением, чем его отец, но широкие в
будущем плечи и красивый рот
Бренниганов угадывались безошибочно.
- Твоя мама сегодня варит варенье. Думаешь, она позволит нам с тобой
помочь ей?
Маленький мальчик улыбнулся до ушей и энергично закивал:
- И-из к-кр-рыжовника.
Он погладил себя по животу. Малыш обожал варенье.
- Я тоже люблю из крыжовника, - сказала Молли, - особенно, когда варенье
еще теплое.
Она подала ему руку, и Эммит взялся за нее, поведя гостью в заднюю часть
дома, где его мать, мурлыкая что-то себе
под нос, склонилась над большой черной плитой. Двухмесячная Чарити-Энн гулила в
колыбели в углу.
Пейшенс Бренниган взглянула на сына и гостью, вторгшихся в ее святилище -
кухню. Она не хотела испытывать к
Молли Джеймс ничего, кроме неприязни, но увидев сейчас девушку держащей за руку
Эммита-младшего, почувствовала, как
ее решимость ослабевает.
Каким чудом удалось мисс Джеймс так быстро завоевать симпатии ее сына и
добиться привязанности мальчика к
себе? Ребенок обычно избегал чужих людей, опасаясь их, зачастую жестоких,
замечаний о его заикании.
Но к Молли он почувствовал доверие почти сразу же! Однако, какова бы ни
была причина, но факт оставался фактом:
хорошенькая рыжеволосая девушка покорила сердце ее мальчика.
- Не можем ли мы чем-нибудь помочь? - спросила Молли. - Боюсь, я не
слишком-то много знаю о том, как
готовится варенье, но была бы счастлива научиться его варить.
Пейшенс посмотрела на Молли и подумала о ее матери, любви которой лишена
была девочка с ранних лет. Кому было
научить ее готовить варенье?
Пейшенс испытала неожиданный прилив материнской нежности. Молли была лишь
на шесть лет моложе Пейшенс, но
с этакой бесхитростной улыбкой и огромными голубыми глазами, казавшимися очень
наивными, она была похожа на дитя.
Не удивительно, что Сэм так увлечен ею! Пейшенс заметила это по его карим глазам
- по тому, как они искрились, когда он
привез девушку в повозке в дом брата.
Если бы у мисси Джеймс была бы хоть капля разума, она бы прекратила вести
себя, как мужчина, и начала бы
завлекать Сэма. От этой мысли Пейшенс поморщилась. Не хватало ей только невестки
из семейства Джеймсов!
- Кто-нибудь дома?
Пейшенс узнала мягкий голос Питера, доносившийся из гостиной.
- Мы здесь, - отозвалась она. - Иди сюда, все равно уже здесь и без тебя
целое столпотворение.
Питер прошел на кухню. Высокий и красивый, он был в сером сюртуке и темносиних
брюках. Оценивающим
взглядом он окинул Молли, на которой было нежно-розовое батистовое платье,
одолженное ей Пейшенс Его лицо осветилось
одобрительной улыбкой.
- Здравствуйте, мисс Джеймс. Сегодня вы выглядите намного лучше.
От Молли не ускользнул его оценивающий взгляд.
- Вы имеете в виду, что на мне платье, а не бриджи, мистер Бренниган, или
же мое самочувствие?
Улыбка Питера стала более робкой.
- Я... я вовсе не хотел вас обидеть, мисс Джеймс.
- Эй-ка, вы трое, прочь из кухни, - сказала Пейшенс, замахнувшись
деревянной ложкой. - Разве что только...
Эммит, ты хочешь варенья?
Эммит-младший радостно кивнул и подбежал к столу, в то время как Молли с
Питером направились в гостиную.
- Сэм отослал записку, которую вы написали Хоакину, - сообщил Питер.
- Мистер Бренниган очень добр ко мне, - Молли присела на диван.
Написала она Хоакину, потому что последнее время у Ангелины стало
портиться зрение, и читала пожилая мексиканка
теперь с трудом.
Записка подтверждала сообщение Сэма, что Пейшенс заболела и нуждается в
помощи мисс Джеймс. Молли знала, что
супружеская чета Санчесов будет удивлена ее решением помочь миссис Бренниган,
но, в конце концов, Ангелина и Хоакин
уже давно отказались понимать что-нибудь из того, что делает Молли.
- Вы позволите? - Питер указал на место рядом с ней.
- Конечно.
- Мисс Джеймс, я пришел, чтобы просить вас пересмотреть ваше решение о
земельной тяжбе, тем более, что, будучи
адвокатом, могу с уверенностью сказать: дело вам не выиграть. Перевал значится в
документах, как "Леди Джей", так и
"Кедровой Бухты". Дорогой через перевал многие годы пользуются обе семьи, и мне
кажется, решение о совместном
владении перевалом было довольно мудрым. С вашим обращением в суд вся эта
ужасная история - думаю, вы знаете, о чем
я говорю - снова будет вытащена из забытья. Сплетни и кривотолки нанесут ущерб
обеим семьям.
- У меня нет семьи, мистер Бренниган.
- Но вы же не хотите вновь пережить позор прошлого?
- Я хочу вернуть себе то, что принадлежит мне по законному праву, мистер
Бренниган.
Она остановила на Питере свой решительный взгляд.
- Не забывайте, у нас на перевал столь же законные права, как и у вас.
- Думаю, лучше предоставить суду решить этот вопрос.
- Неужели же нет таких слов на свете, которые убедили бы вас прислушаться
к голосу разума?
Искренность Питера обезоруживала, что, однако, лишь укрепило решимость
Молли.
- Боюсь, у нас с вами разные понятия о разуме. Постарайтесь не забывать об
этом!
Она отвернулась.
Питер смело, пользуясь тем, что Молли отвернулась, оглядел девушку.
- В присутствии такой красивой леди, как вы, мисс Джеймс, трудно помнить
даже свое собственное имя, тем более
уж то, что у нас с вами разные понятия о разуме.
Не придавая особого значения комплиментам молодого человека, Молли все же,
смягчившись, повернулась к нему
лицом, почувствовав себя неловко.
- Но, Питер, я... Ох, простите, вы застали меня врасплох!
- Не извиняйтесь! Мне нравится, что вы произнесли мое имя, мисс Джеймс.
Могу и я называть вас по имени?
Молли не собиралась обращаться к нему столь фамильярно, но теперь у нее не
было другого выхода, кроме как
позволить ему и себя называть по имени.
- Конечно!
И как только с ее губ сорвалось его имя?
Питер Бренниган был чрезвычайно привлекательным молодым человеком. Молли
предполагала, что он всего на
несколько лет ее старше. Он был высоким и стройным, светло-каштановые волосы
обрамляли красивые изгибы бровей и
умные зеленые глаза.
- Сколько еще вы пробудете у нас? - спросил Питер.
- Я покину вас завтра.
Она с ужасом думала о том, что снова встретится с дядей, но не могла же
она вечно оставаться в доме Эммита и
Пейшенс!
Спина Молли порой еще ныла, но боль в голове прошла. Нужно было
возвращаться.
- Так скоро? Я надеялся, что у нас будет время познакомиться ближе, но вы
уезжаете уже завтра. Как вы отнесетесь к
тому, что я попрошу позволения навещать вас в "Леди Джей"?
- Я... - Молли растерялась.
Низкий голос Сэма, раздавшийся из открытой двери, прервал их беседу.
- Из собственного опыта могу уверить тебя, парень, что будешь ты принят не
слишком благосклонно, если только,
конечно, тебе не удастся убедить мисс Джеймс не доводить гостя до бешенства и...
до поцелуя.
Сэм окинул взглядом молодую женщину, сидящую на диване. Лицо Молли
вспыхнуло, и Сэм понял, что она кипит от
возмущения.
Он не винил Молли ни в чем и не собирался сердить. Ему очень хотелось
увидеть ее сегодня - слишком сильно даже,
пожалуй, хотелось увидеть.
Но он застал рядом с ней своего брата, открыто выражающего свое намерение
ухаживать за девушкой, и в его душе
проснулся демон ревности, удививший Сэма несказанно.
- Мистер Бренниган, - Молли обратила разъяренный голубой взгляд на Сэма, -
я напоминаю вам еще раз, чтобы
вы не вмешивались в мои дела. Тем не менее, Питер, ваш брат прав. Не думаю, что
для нас с вами это хорошая идея -
становиться близкими друзьями. Я и так уже у вас в долгу за помощь, которую вы
мне оказали. Мне очень бы хотелось
уладить все имущественные разногласия между "Леди Джей" и "Кедровой Бухтой", и
когда это случится, быть может, мы на
самом деле станем более дружественно относиться друг к другу. Пока же...
- Питер, - строго сказал Сэм, - полагаю, Эммит хочет, чтобы ты сегодня
поехал с ним в город.
- Но сегодня же суббота, - возразил Питер, - а по субботам ты всегда
ездишь в Траке! Или ты не едешь сегодня в
Траке?
Карие глаза Сэма потемнели от коварства брата.
Было очевидно, что Молли прекрасно поняла значение его слов. Он решил
играть в открытую:
- Миссис Роуз на несколько недель уехала в Сан-Франциско, если это то, что
ты имел в виду.
Сэм, разумеется, не упомянул об огромном облегчении, которое испытал,
получив записку Лили. Он еще до получения
этой записки принял решение не видеться некоторое время с вдовой - только не
сейчас, когда Молли от него так близко!
Записка освобождала Сэма от необходимости объясняться с миссис Роуз.
Его голова совершенно была занята мыслями о маленьком и хорошеньком
рыжеволосом существе, поселившимся на
короткое время в доме его брата. Даже любовное мастерство вдовы не могло
поколебать его и заставить изменить решение.
Ему необходимо было время, чтобы разобраться в своих чувствах.
Питер поднялся с дивана.
- До свидания, Молли, - сказал он, намеренно сделав ударение на имении
девушки, и от Сэма не ускользнул смысл,
вложенный братом в простую фразу прощания.
Питер направился к двери, не оглядываясь. Услышав, что экипаж тронулся,
Сэм подошел к Молли. Она в напряжении
сидела на диване.
- Если я извинюсь перед вами за слова, сказанные Питеру, вы перестанете
так смотреть на меня? - насмешливо
спросил Сэм.
Под ее гневным взглядом неожиданно он заметил глубоко спрятанную боль, и
он выругал себя за глупость.
Молли могла быть одной из Джеймсов, могла носить бриджи вместо платья, но,
все равно, в душе, Сэм убедился в
этом, она была истинной леди.
- Вам не стоит беспокоиться, мистер Бренниган, и обременять себя
извинениями. Я уверена, мнение вашей семьи обо
мне и без того уже достаточно низко, так что мне не грозит упасть еще ниже в
глазах вашего брата, какие бы замечания вы не
отпускали на мой счет.
Сэм сел рядом с ней, взял ее застывшие пальцы в свои и нежно потер их о
свои губы и согревал ее руку своим
дыханием до тех пор, пока не почувствовал, что Молли расслабилась.
- Между нами и так слишком много недоразумений, и поэтому мне не хотелось,
чтобы мой младший брат стал еще
одним.
- Ну и что означают ваши слова? Не могли бы вы мне пояснить их?
- Это означает, МОЛЛИ, - сказал он, намеренно называя ее по имени, - что
мне нужно некоторое время, чтобы
понять, что происходит между нами, а потом я непременно поясню вам, что я имел в
виду.
Молли была потрясена его признанием. Пораженная, она смотрела на Сэма
совершенно ошеломленно. Не хочет ли
мистер Бренниган сказать, что испытывает к ней... некоторое чувство? Нет! Этого
не может быть! Хотя бы потому, что
постель с ним делит прекрасная вдова, с которой не сравниться Молли.
- Боюсь, я не понимаю, что вы имеете в виду и на этот раз, мистер
Бренниган. Между нами...
- Сэм, - поправил он.
- Между нами ничего нет и быть не может, МИСТЕР БРЕННИГАН.
- Должен ли я понять это так, что вы всегда позволяете мужчинам целовать
себя подобным образом, как это сделал
я?
Молли не знала, что ему ответить. Она растерялась.
- Я отказываюсь обсуждать это с вами.
Молли теребила свою юбку и пыталась сдержать стук сердца, который,
возможно, был слышен не только ей, но и
Сэму.
- Хорошо, Молли, пусть пока будет по-вашему. - Молли промолчала, опасаясь
и в третий раз признаться, что не
понимает, о чем говорит Сэм.
- Эммит сказал, вы завтра уезжаете, - решил сменить тему ее собеседник. -
Вы уверены, что достаточно хорошо
себя чувствуете и дорога вам не повредит?
- Я должна вернуться на ранчо. Меня ждут дела, - Молли отказывалась
смотреть на Сэма, испугавшись, что он
слишком многое прочитает в ее глазах.
А он умел узнавать правду! Была в Сэме какая-то притягательная сила, перед
которой было невозможно устоять.
Проклятье! Черт бы его побрал! Ну почему он должен был оказаться
Бренниганом?
Молли не поднимала глаз.
- Я кое-что привез для вас, - сказал Сэм, опуская руку в карман брюк.
Молли уловила вспышку солнечного света на металле, когда он вложил ей в
руку крошечный пистолет.
- Это трехзарядный карманный пистолет Марстона, - пояснил Сэм. - Тридцать
второй калибр.
Молли восхищенно разглядывала подарок.
- Я полагаю, что стреляете вы неплохо, мисс Джеймс, но даже, стреляй вы
гораздо хуже, думается, на близком
расстоянии вам понадобится из трех всего лишь один патрон, если только, конечно,
ваш опекун не окажется выносливее
лошади.
Молли с благодарностью приняла подарок и осознала, что старательно
выстроенная преграда ее чувствам к Сэму
получила еще одну пробоину.
- Спасибо!
- Как ваши раны на спине и... - Сэм сообразил, что вряд ли сможет
закончить свой вопрос, - ...и, вообще, как вы
себя чувствуете?
Краска залила лицо Молли. Этот мужчина видел ее обнаженной и сейчас даже
не пытался спрятать жадный взгляд
своих карих глаз!
Молли, следуя любимой тактике всех женщин, сделала вид, что ничего не
замечает.
- Намного лучше, благодарю вас. Ваша мазь и руки... - Молли задумалась:
что больше? - чудодейственное
средство, - поспешила она закончить.
- Мама обычно лечила мои детские царапины именно так.
Сэм тут же пожалел о сказанном. Мама не лечила царапины Молли с
семилетнего возраста, и виновным в том мисс
Джеймс считала его отца.
Сэм посмотрел на свои большие руки, затем вновь - на Молли.
- Думаю, мне пора покинуть вас. В это время года на ранчо полно работы.
Впрочем, вы это знаете не хуже меня.
Он помолчал немного. Молчала и Молли.
- Передайте Пейшенс от меня привет и сожаление, что не успел с ней
встретиться. Увижусь в другой раз.
Он направился к двери.
- Хорошо, я передам.
Сэм, однако, уйти не решался. Ему не хотелось покидать Молли. Он просто
был бы счастлив побыть с ней еще
немного. Однако, их беседа зашла в тупик, более того, продолжать разговор стало
опасно: он видел, воспоминания о матери
нахлынули на нее, и чем обернутся для него дальнейшие попытки сближения
предсказать было невозможно, в любом случае,
вряд ли они будут успешными.
- Мы увидимся завтра перед вашим отъездом? - спросил Сэм.
Молли кивнула, зная, что как бы рано он не приехал, ее уже здесь не будет.
ГЛАВА 9
Одетая в свои бриджи, выстиранные и заштопанные, и в одну из рубашек
Эммита, подвязанную на поясе, Молли
вернулась в "Леди Джей" и обнаружила, что Джейсон Фоли ждет ее на крыльце.
Струйка страха прокралась у нее вдоль позвоночника, когда она соскочила со
спины Эль Труэно и прошла мимо дяди
в дом.
Кроме того, что она всей душой презирала его, Молли считала Фоли еще одним
препятствием, которое ей придется
преодолеть, чтобы достичь своих целей: возродить "Леди Джей" и свести счеты с
Бренниганами.
- Молли, - сказал Джейсон, следуя за ней по пятам. - Нам нужно поговорить.
- Мне нечего вам сказать, дядя Джейсон, - слово "дядя" оставило горький
привкус у нее во рту.
На всем белом свете не было у нее ни одного родственника - потому что Фоли
считать своим родственником теперь
уже она не могла.
- Пожалуйста, хотя бы дай мне возможность объяснить тебе мое поведение.
Молли обернулась:
- Вы мой опекун в течение ближайших двух лет, Джейсон, и до истечения
этого срока мне придется терпеть ваше
присутствие в доме. Нам не о чем больше говорить.
Ей нужно сделать все возможное, чтобы сохранить произошедшее в тайне.
Против нее и так уже возраст и пол, и
потому очень важно поддерживать на ранчо наладившееся было положение дел и
уважение нанятых работников.
- Хорошо, я выслушаю, что вы хотите сказать, но предупреждаю: если вы еще
раз меня хоть пальцем тронете, я
застрелю вас.
Фоли побледнел.
- Я понимаю твой гнев, - сказал он, в голосе звучало искренне раскаяние. -
Я знаю, наказание, которому я подверг
тебя, было неоправданно суровым. Признаться, поверь мне, я не собирался заходить
так далеко. Но ты, Молли, заставляешь
меня желать греховные вещи, против которых я борюсь, но преодолеть их в себе не
в силах. Ты и других мужчин
совращаешь с истинного пути, мистера Бреннигана, например.
Краска залила щеки Молли, вынудив отвести взгляд. Джейсон обрадовался и
продолжал свои объяснения, которые
мало походили на извинения. Скорее, его объяснения можно было назвать очередным
внушением.
- Причиной тому, что ты вызываешь в мужчинах вожделение - одежда, носимая
тобою ежедневно, - продолжал
он. - Ты выставляешь напоказ очертания своего тела. Это грех, Молли. Неужели ты
этого не понимаешь? Ты вынуждаешь
мужчин испытывать похоть. Я священник. Мой долг - спасать заблудшие души. Я
верю, ты порядочная девушка и не
ставишь себе целью соблазнять мужчин. Однако, я должен помочь тебе не делать
этого. А пока что, быть может и против
своей воли, но ты подвергаешь мужчин тягчайшему испытанию.
Молли наблюдала за лицом Фоли и чувствовала, говорит он убежденно. По
крайней мере, он верил искренне в то, что
говорил, в глазах мелькало нечто, похожее на раскаяние. Выглядел Джейсон слегка
осунувшимся. Наверное, он на самом
деле сожалел о своем гадком поступке - но из чувства горечи, испытанного после,
или же из страха огласки?
- Я не могу простить вас, дядя. То, что произошло между мною и мистером
Бренниганом, было... неприятной
неожиданностью и больше этого не повторится. Но ваш поступок отвратителен. Не
знаю, может быть вы и действовали из
лучших побуждений, однако, я бы предпочла, чтобы вы после случившегося навсегда
покинули "Леди Джей".
Фоли молчал, соображая, как выкрутиться из ситуации и отказаться уехать,
но Молли опередила его ответ:
- Полагаю, вы не согласитесь покинуть местечко, где живется вам совсем
неплохо. Я на это и не надеялась!
- Разумеется, я не уеду, но по другой причине, нежели ты думаешь. Я твой
опекун и не могу уклониться от своих
обязанностей.
Молли глубоко вздохнула.
- Тогда, думаю, мы должны заключить что-то вроде соглашения о
невмешательстве в жизнь друг друга.
- Я считаю, тебе следует продать ранчо и переехать на Восток.
- Весьма неудачное предложение, Джейсон! Я взрослая женщина и намерена
устроить свою жизнь так, как сочту
нужным. Если поймете это - мы поладим, попытаетесь вмешиваться - я остановлю вас
так или иначе.
Джейсон Фоли застыл.
- Как мне убедить тебя в необходимости продать ранчо?
- Не ставьте перед собой цели, достичь которую не сможете.
Его преподобие, казалось, проглотил язык.
- Тогда хотя бы попытайся понять, почему я прибегнул к наказанию, -
наконец произнес он.
Их взгляды перекрестились.
- Жестокое избиение того, кто слабее, едва ли простительно, каковы бы ни
были обстоятельства. Не тратьте слов,
дядя, я не прощу.
- Хорошо, пусть будет по-твоему, Молли, по крайней мере, пока. Но я не
оставлю надежды, что однажды мне удастся
переубедить тебя. Я считаю это своим долгом как слуги Господа.
Он направился к двери.
- До ужина, дорогая! Я желаю тебе хорошего дня. - Молли наблюдала, как он
выходит из комнаты. Непроизвольно
ее рука потянулась к лежащему в кармане маленькому пистолету. Хотелось бы ей
знать, что Сэм сказал бы его преподобию
при встрече!
Но что бы ни сказал ему Сэм, она никогда не перестанет опасаться Джейсона
и будет всегда и повсюду носить с собой
пистолет, подаренный Сэмом. Одно прикосновение холодного металла к пальцам
приносило ей успокоение.
В последующие дни она так ничего и не рассказала о случившемся ни
Ангелине, ни Хоакину, и верный своему слову
Сэм тоже никому ничего не рассказал.
Всю неделю Молли успешно удавалось избегать Джейсона, и всю следующую
неделю - тоже. Сэм несколько раз
заезжал на ранчо, но Молли просила Ангелину солгать, что ее нет дома, хотя
знала, он не поверит.
К субботе она упаковала вещи и собралась в Денвер, где намеревалась
заключить контракт по поставкам
лесоматериала железнодорожной корпорации "Рио-Гранд".
- Я готова, - сказала она Хоакину, проверяя ремни, стягивающие кожаный
чемодан. - Едем. Не хочу опоздать на
поезд.
Строительство железных дорог шло с невероятной скоростью, и спрос на
древесину был высок. Подписание контракта
о поставке леса на шпалы для железнодорожных веток входило в ее планы
финансового возрождения "Леди Джей".
Молли ничего не сказала о своей поездке Джейсону Фоли, и он не спросил,
куда она едет. Казалось, в случившемся
отыскалась и положительная сторона: Молли обрела некоторую свободу. Но, хотя
следы ударов хлыста уже зажили, за
исключением нескольких шрамов, она не собиралась прощать дядю или же забывать о
его поступке.
Стоя рядом с ней
...Закладка в соц.сетях
