Жанр: Любовные романы
Чудесное путешествие
...упая в своих мокасинах по влажной
земле. Члены племени уступали ему дорогу, но за спиной его слышался ропот
недовольства.
- Слава Богу, ты жив, - прошептала она, когда он начал освобождать ее от
ремней.
- Сам, есть еще одна вещь, которую ты должна сделать. - Он приподнял ее
испачканное лицо своей окровавленной
рукой. - Ты должна добровольно пойти со мной. Необходимо продемонстрировать им
правдивость моих слов. Можешь ты
дойти до моей лошади? - Он мучительно просил ее проявить еще немного мужества.
Мэнди слабо улыбнулась.
- Давай наперегонки? - предложила она хриплым голосом.
Ястреб усмехнулся в ответ. В его памяти возникла палуба "Королевы
Сакраменто". Он любил сейчас эту женщину, как
никогда. Однажды он позволил ей уйти от него, но больше это не повторится.
Ястреб разрезал последний ремень и поддержал девушку.
- Пошли. - Он сжал ей руку, затем повернулся спиной и медленно, но гордо,
пошел к своей лошади.
Ноги Мэнди были похожи на ветви ивы - они дрожали и подгибались, но всетаки
держали ее. Она расправила плечи
и высоко подняла голову. Мэнди казалось, что она целую вечность шла туда, где он
ждал ее со своей лошадью. Она смотрела
на него и видела, как он страдал, оттого что не мог помочь ей. Шаг за шагом она
медленно и мучительно передвигала ноги,
твердо впечатывая их в землю, так как не желала рисковать. Все ее тело ныло от
боли. Когда она подошла поближе, Ястреб
развернул одеяло из оленьей кожи. С последним ее шагом" он прикрыл ее и
осторожно поднял на руки. Усадил на чалого
жеребца, сел сам и крепко прижал девушку к своей груди.
Все происходящее казалось Мэнди нереальным. Ястреб двинул лошадь между
враждебно настроенных, возбужденных
индейцев и направил ее к холмам. Мэнди прижалась к его широкой груди. Ее
одолевал сон, но стоило ей заснуть, как она тут
же пробуждалась и хватала Ястреба за руку или касалась его груди, чтобы
убедиться, что ей это не снится. Затем улыбалась и
снова засыпала.
Когда они приблизились к деревне Ястреба, он осторожно обнял ее. Даже
грязная и избитая она выглядела красивой. У
него заныло сердце. Ястреб подстегнул лошадь.
Он вернулся в свою деревню чуть больше двух месяцев назад как воин Черный
Ястреб. Племя приняло его безо всяких
вопросов. Шайены официально заключили мир с белыми, но Ястреб прибыл туда по
просьбе президента Гранта. Ходили
слухи о золоте на Черных холмах, территории, которая согласно договору
принадлежала племенам шайенов и сиу. Белые
проникли на земли индейцев, нарушив договор. В племенах начались волнения, и
несколько небольших банд начали
совершать набеги и убивать людей. Быстрый Орел являлся предводителем одной из
таких банд. На сердце у Ястреба было
тяжело, оттого что ему пришлось убить смелого воина, однако, вглядываясь в
бледное лицо женщины, спящей в его
объятиях, он понял, что сделал бы то же самое, если бы возникла необходимость.
Они проехали через ущелье в гранитных скалах, и с опушки соснового леса
взору открылась его деревня. Она
представляла собой большой лагерь, окруженный высокими горами со скалистыми
вершинами. Небольшая поросшая травой
поляна была уставлена вигвамами.
Ярко пылали костры, наполняя воздух запахом дыма и треском сухих дров.
Мэнди проснулась.
Когда они въехали в лагерь, залаяли собаки, навстречу им бросились с
приветствиями мужчины, женщины и дети.
Удерживая Мэнди в кольце своих рук, Ястреб перекинул ногу через шею лошади и
соскользнул на землю. Он что-то быстро
произнес на языке шайенов и нырнул в вигвам, прикрыв за собой входную полу.
Ястреб бережно опустил девушку на тюфяк из буйволиных шкур. Она хотела
поблагодарить его. Сказать все, что
думала о нем. Сказать, что любит его. Но голова у нее закружилась, и она
медленно погрузилась во мрак.
Ястреб со слезами на глазах смотрел на лежащую без сознания Саманту.
Обезумев от жалости, он начал
скороговоркой отдавать распоряжения. Женщины быстро принесли воды, дров для
костра, мясной бульон и чистые тряпки.
Все, что он просил. Он должен был излечить ее, хотя и знал, как трудно будет это
сделать.
Прошло несколько часов. Ястреб чувствовал себя все более и более
подавленным. Неужели он нашел ее, чтобы снова
потерять? Почему он не пренебрег ревностью и недоверием к ней? Почему не
попросил стать его женой, хотя собирался
сделать это тысячу раз? Почему он позволил своей гордости и страху перед отказом
встать между ними? Когда он вернулся в
свою деревню, у него было время подумать и разобраться во всем, что произошло за
последние полгода. Вывод всегда был
одним и тем же. Он любил ее, но позволил уйти. Если бы она осталась с ним, он
получил бы возможность завоевать ее
любовь. То, что было у нее с Марком Дентоном, не имело никакого значения. Но
сейчас, возможно, уже слишком поздно.
Ястреб смотрел на ее хрупкую фигурку и сердце его сжималось. Она казалась
девочкой, такая маленькая, такая
невинная... такая беззащитная. Он не позволит ей умереть. Она должна
поправиться, чтобы он мог сказать ей все, что хотел.
Ястреб уже давно решил, что разыщет ее, как только завершит свою миссию.
Он сомневался, что она будет попрежнему
жить в Сакраменто-Сити, но был уверен, что все равно найдет ее. Так же
как был уверен, что ее роман с Марком
Дентоном кончился. Он редко видел их вместе после путешествия в Сан-Франциско.
Этого препятствия уже не
существовало. Он хотел предложить Мэнди выйти за него замуж. Если она откажет -
так тому и быть. По крайней мере он
признается ей в своих чувствах, в том, как пуста его жизнь без нее, как сильно
он ее любит.
Как ни трудно было признаться в этом, но то, что он всем сердцем любил ее
и полюбил почти с первой минуты их
знакомства, было чистой правдой. Он пытался бороться с собой, но от этого
становился только несчастнее.
Мэнди пошевелилась на тюфяке. - Пустите меня! - бормотала она, мечась и
ворочаясь. Ястреб приложил руку к ее
потному лбу. У нее был сильный жар, и она бредила. Это был нехороший признак.
- Мой отец... влиятельный... не можете причинить вред... дочь губернатора.
Даже склонившись над ней, он едва мог разобрать ее слова, но понял, что в
своем кошмаре она заново переживает
похищение.
- Все хорошо, малышка, - успокаивал он ее. - Они больше не тронут тебя.
Пожалуйста, дорогая, ты должна
поправиться. А сейчас лежи тихо, - и у его из груди вырвалось рыдание. Ястреб
склонил голову в молитве. Он просил
своего Бога - Бога лесов и гор, деревьев и рек, Бога всего, что есть на земле,
от мала до велика: пожалуйста, спаси эту
маленькую женщину...
Мэнди погрузилась в кроваво-красный мир. Здесь люди были необычными, их
руки и лица казались длиннее, чем в
привычном мире, они тянулись к ней, пытаясь утащить ее еще глубже к себе.
Некоторых из них она узнала. Она помнила
желтые зубы и повязку на глазу. Другие были обнажены, их тела, размалеванные
красной кровью, блестели от пота. На
голове у них росли перья, и они хотели сорвать с нее одежду.
- Нет! Нет!., бороться... до самой смерти! - Может быть она уже умерла и
попала в ад за распутную страсть к
Ястребу, за ночи, проведенные в его объятиях. Вспоминая об этом, она видела все
также в красном цвете - красное пламя
страсти, жар желания и наслаждения. Но почему такая любовь пагубна?
Сквозь пелену боли она слышала неясные слова утешения. Временами звучал
низкий, густой голос. А иногда она
слышала женские голоса, что-то говорившие на непонятном ей языке. Каком? Что они
говорили? На этот раз она ясно
услышала: Вишана. Это имя произнесла одна из индианок.
Мэнди начала вспоминать.
Она находилась в деревне Ястреба. Он привез ее сюда после схватки с
Быстрым Орлом. Мэнди снова услышала:
Вишана. Теперь уже более отчетливо. О Боже, должно быть, Вишана здесь? Вот
почему Ястреб стремился сюда - чтобы
быть с Вишаной! Боль стала невыносимой, и Мэнди еще глубже погрузилась в
кроваво-красный мир.
Глава 28
Прошло четыре дня, прежде чем Саманта пришла в себя. Четыре самых худших
дня в жизни Трэвиса Лэнгли. Он лишь
на короткое время покидал вигвам, пока она лежала в бреду. Он сам умывал ее и
постоянно шептал ей слова любви, которые
она отчетливо слышала. Жители деревни оставили его одного со своим горем. Никто
из них не надеялся, что маленькая белая
женщина выживет.
Мэнди почувствовала запах дыма, раньше чем открыла глаза. Когда взор ее
прояснился, она увидела склонившегося
над ней мужчину с закрытыми глазами. Он был таким худым, что сначала она не
узнала его. На нем была одежда индейца, но
она не боялась его. Он почувствовал, что она пошевелилась, и приоткрыл глаза.
Под ними залегли черные тени, но Мэнди
был знаком этот мягкий взгляд карих глаз. Ястреб увидел, что она узнала его, и
лицо его просияло, на мгновение разгладив
глубокие горестные морщины.
- Сам, - прошептал он, - слава Богу, ты жива.
- Ястреб... Я думала... что попала в ад. Ты... спас меня от индейцев... от
бандитов и... - Все снова поплыло перед
глазами.
Он прижал ее к себе, укачивая и гладя волосы, затем снова посмотрел на
девушку, как бы убеждаясь, что это не сон.
- Как долго я была... без сознания?.. - невнятно произнесла она, стараясь
придать голосу твердость.
- Четыре дня. За это время... я не раз думал, что ты снова покинешь
меня... - голос Ястреба дрогнул.
Он проглотил подступивший к горлу ком и отвернулся.
Она протянула дрожащую руку к его щеке и повернула его лицо к себе.
- Теперь я никогда не покину тебя, - прошептала она. Пока она произносила
эти слова, в голове возникли другие
воспоминания и сердце ее сжалось. Вишана! Он был здесь с Вишаной. Мэнди
захотелось заплакать от горя и отчаяния, но
слезы не приходили. Она опустила руку и зажмурилась.
Ястреб почувствовал перемену в ее настроении.
- Не закрывайся от меня, пожалуйста, - голос его звучал глухо, и она
удивилась, отчего это.
- Кто заботился обо мне? - спросила она, не глядя ему в глаза. Мэнди
почувствовала, что силы понемногу
возвращаются к ней, но знала, что еще не готова выслушать ответы на все
интересующие ее вопросы.
- Я, - сказал он, - и несколько женщин.
- Ты! - Она почувствовала, что краснеет от замешательства, когда подумала,
что из этого следовало.
Почему он сделал это? Впрочем, это похоже на него.
Мэнди помнила, что индианки также помогали ей. Она слышала их голоса. Ей
хотелось спросить, кто такая Вишана,
но силы оставили ее, и она поняла, что вряд ли выдержит сейчас его ответ. Мэнди
выпила бульон, налитый в сушеную тыкву,
которую Ястреб держал перед ней, и снова погрузилась в сон.
Утром Мэнди почувствовала себя лучше. Она услышала, как Ястреб возится в
вигваме, зевнула и потянулась, ощущая
спокойствие от его присутствия. Она наблюдала за ним из-под полуприкрытых век.
Казалось, Ястреб не замечал ее взгляда.
Сегодня лицо его выглядело свежее. На нем были кожаные краги и расстегнутая
кожаная куртка. На груди позвякивали
тяжелые костяные бусы. Его волосы, ставшие теперь еще длиннее, чем в СакраментоСити,
вились на концах. Мэнди
захотелось потрогать их мягкие пряди.
Она прикоснулась к своим волосам и почувствовала, что они чистые и
пушистые. Мэнди ощутила запах хвойного
мыла и подумала: неужели это он вымыл ей голову? Она приподнялась, в то время
как Ястреб возился со своими
охотничьими принадлежностями. Он достал из колчана стрелу и проверил, не
искривилась ли она.
Ястреб чувствовал, что Саманта наблюдает за ним. Когда она прислонилась к
шесту, поддерживающему вигвам, он
заметил, что лицо ее стало выглядеть гораздо здоровее и сияло даже при тусклом
утреннем свете. Полные груди торчали,
едва прикрытые шкурой буйвола, и впервые, с тех пор как для них началось тяжелое
испытание, он почувствовал знакомый
прилив желания. Ее темные волосы мягко рассыпались по плечам.
- Я вижу, сегодня ты чувствуешь себя получше. Вот уже и щеки порозовели, -
подошел он к ней.
Мэнди смутилась, от чего ее щеки еще больше заалели.
- А что касается вас, сэр, - слегка насмешливо сказала она, - то вы
гораздо больше нравитесь мне без вашей
воинственной раскраски - Ястреб улыбнулся ей, но ее внезапно охватило отчаяние.
Где он провел ночь?.. Мэнди
отвернулась.
Ястреб заметил выражение боли в красивых зеленых глазах. Может быть, она
думала о том, что сделал с ней Быстрый
Орел, и теперь беспокоилась, как он воспримет это?
Ястреб присел рядом с Мэнди, чувствуя тепло ее кожи. Он положил руки на ее
гладкие плечи и повернул к себе.
- Все, что было прежде, не важно. Ни Быстрый Орел, ни Марк Дентон... ни
все остальные, вместе взятые. Ты
понимаешь меня, Сам?
Мэнди смущенно посмотрела на Ястреба. О чем он говорит? Неужели он думает,
что Быстрый Орел овладел ею? А
может, он поверил в то, что она говорила ему относительно Марка? Почему это
волнует его, если он провел ночь в объятиях
другой женщины? Она выпрямила спину и вызывающе подняла подбородок.
- А Вишана здесь? - спросила она дрожащим голосом, стараясь не отводить от
него глаз.
Он пристально посмотрел на нее, слегка смутившись.
- Да... Вишана здесь.
Сердце Мэнди сжалось. Значит, это правда! Все правда. На глазах выступили
слезы. Даже в самые тяжелые минуты
она держала себя в руках. Сейчас же слезы готовы были вот-вот брызнуть из глаз.
- Ты любишь ее? - спросила она почти шепотом.
- Да... - голос Ястреба тоже звучал тихо и хрипло. - Я очень люблю ее, -
его карие глаза старались прочитать
мысли, которые таили ее зеленые глаза. - Кажется, я давно люблю ее.
Мэнди не выдержала и всхлипнула, по щекам ее потекли слезы. Какая она
дура! И хуже всего, что теперь он знал это.
- Сам, что происходит? - Он только что сказал, что любит ее, и вот она
плачет. Неужели она подумала?.. На этот раз
он не допустит недоразумений. - Послушай меня! - приказал он резким тоном,
повернув ее лицо к себе и ожидая, когда
она посмотрит ему в глаза. Ее боль передалась ему. - Вишана - это название
маленького цветка, который растет только на
высоко горных лугах. Он очень слабый и не может выдержать грозы. В горах нет
цветка красивее его! - Мэнди все еще
выглядела подавленной. Ястреб сделал паузу и нежно поцеловал ее в щеку. - Ты и
есть Вишана, - тихо прошептал он. -
Это твое индейское имя.
Мэнди подняла глаза и заморгала, пытаясь понять, не ослышалась ли она.
- Я Вишана? - сердце ее громко забилось.
- Да, ты Вишана.
- Я Вишана, - повторила она, стараясь убедить самое себя.
- Да.
- Значит, ты... любишь... меня?
- Да... Я люблю тебя, - он снова поцеловал ее в щеку. - Мне кажется, я
сразу полюбил тебя.
Сердце Мэнди наполнилось радостью.
Он любил ее! Значит, ее он звал, когда в беспамятстве лежал в хижине. О
ней думал в Виргиния-Сити. Это ее он желал
с самого начала их знакомства.
- О Ястреб!.. - Ее душили рыдания. Мэнди обняла его за шею и крепко
прижала к себе. - Я тоже так люблю тебя...
так люблю, - она сжала его еще крепче. - Ты всегда был со мной. Когда индейцы
напали на дилижанс, я хотела выжить
только ради тебя. Я спрашивала себя, как поступил бы Ястреб в этой ситуации? Или
- что ты подумаешь обо мне, если я
сдамся?
Ястреб едва мог поверить тому, что слышал. Она любила его! Сбылись мечты,
казавшиеся несбыточными.
- Я был таким дураком, Сам. Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня?
- Нечего прощать, любовь моя.
Он гладил ее волосы и прижимал ее к себе. Наконец Ястреб нежно поцеловал
Мэнди, желая объяснить то, что считал
очень важным.
- Нам надо поговорить, - сказал он.
Мэнди кивнула.
-Да.
Он сделал глубокий вдох, настраиваясь на серьезный лад.
- Я нахожусь здесь по просьбе президента. Когда Грант попросил меня взять
на себя эту миссию, я сначала отказался.
Раскрыть истинную цель моего приезда я не имел права, а появляться здесь под
фальшивым предлогом не хотел. Однако я
должен помочь моему народу. И я решился. Я приехал сюда под предлогом свидания с
родителями. Мне не хотелось лгать
им, но я был вынужден сделать это, чтобы помочь людям, которых любил.
Ястреб погладил ее волосы и накрутил на палец мягкую каштановую прядь.
- Я понял, что ты сделала. Мне следовало бы восхищаться твоей верностью
кузине и храбростью, которая
потребовалась, чтобы помочь ей.
- Ястреб, я не хочу, чтобы между нами оставалось что-то недосказанное. Мне
хочется, чтобы ты знал, что я делала
все это не только из-за любви к Джулии и не потому, что была уверена в ее
правоте, но и ради себя тоже. Я должна была
попытаться найти свое место в жизни и понять, чего я хочу от нее на самом деле.
Ястреб помнил то, что рассказал ему Джеймс о прошлом Саманты, о смерти ее
матери, о строгости отца.
- И ты нашла?
- Теперь я знаю свои возможности... во многом благодаря тебе. Я не должна
теперь доказывать что-то самой себе или
кому-то еще. Я могу делать то, что хочу.
- А что ты хочешь? - спросил он хрипловатым голосом, - в душу его
закралось беспокойство.
- Я хочу быть с тобой, где бы ты ни был, что бы ни и случилось. Остальное
не важно, теперь я это точно знаю
- Сам... - Он притянул ее в свои объятия и горячо поцеловал. Он знал, что
она чувствует его желание, и хотел
доказать свою любовь, заставить почувствовать ее в каждом прикосновении.
- Как же я люблю тебя, Сам! - Он стянул буйволиную шкуру, разделявшую их.
Его глаза блуждали по изгибам ее
тела. Щеки Мэнди горели огнем под его взглядом, но она не отворачивалась. Ястреб
быстро сбросил свое кожаное одеяние.
Она наблюдала за ним, и ему доставляло удовольствие желание, сквозившее в ее
взгляде.
Мэнди хотела его. Ее тело манило его. На этот раз она будет наслаждаться
каждой лаской. Он любил ее, и теперь им
не надо было расставаться, Ее руки гладили его широкую спину и твердые ягодицы.
Она чувствовала, как они напрягаются,
когда она касается их кончиками пальцев. Его губы оторвались от ее губ и начали
целовать глаза, щеки, затем спустились к
плечам, оставляя пылающий след там, где они прикасались к ее коже.
Он обхватил ладонью ее грудь, и по всему телу Мэнди разлился жар. Сосок
сделался твердым и поднялся под его
рукой. Она слышала, как Ястреб стонет от желания. Она выгнулась, прижимаясь к
нему. Он раздвинул коленом ее ноги и
опустился на нее. Она чувствовала его напряжение и дрожь.
Густые волосы на его груди согревали ее. Твердые губы мучительно впились в
ее рот, когда он легко вошел в нее. Она
крепко прижимала к себе его узкие бедра, желая, чтобы ее любовь поглотила его...
Мэнди всем своим существом погрузилась
в чувственный мир. Она знала, что он сдерживается, чтобы не причинить ей боли.
Вскоре они достигли наивысшего
блаженства, и вспыхнули сразу тысячи звезд. Мэнди вскрикнула от счастья. Потом
они тихо лежали со сплетенными руками.
Демоны, вселившиеся в них, утихли - по крайней мере на время.
По настоянию Ястреба Мэнди отдыхала еще два дня. На следующее утро Яркое
Перо, одна из женщин племени, дала
Мэнди украшенную бахромой кожаную одежду и повела к ручью. Холодная вода
подействовала на нее удивительно
освежающе. Она искупалась, вымыла волосы и распустила их, чтобы просушить. Затем
вернулась в вигвам и стала терпеливо
ждать возвращения Ястреба.
Он вошел в жилище в чистой кожаной одежде, широко улыбаясь.
- Ты стала хорошенькой индианкой, - пошутил он, обнимая. - Есть еще коечто,
что мы не обсудили, малышка.
Она вопросительно посмотрела на него.
- И что же именно?
- Нашу предстоящую свадьбу, - глаза его светились весельем, и на лице
появилась мальчишеская улыбка.
- О Ястреб! - Она поднялась на цыпочки и крепко обняла его за шею. - Я
думала, ты никогда не заговоришь об
этом.
- Это означает "да"?
- Конечно, да! - Ястреб оторвал ее от земли и закружил по вигваму. - Я
люблю тебя, - прошептала она ему на
ухо.
- Сегодня вечером я представлю тебя своей семье. Завтра я поеду в факторию
и отправлю телеграмму твоему отцу и
дяде. Думаю, они будут рады слышать, что ты в безопасности. Я хотел
телеграфировать раньше, но не был полностью
уверен... - голос его дрогнул, и Мэнди поняла, что он имел в виду ее болезнь.
- Теперь ты здорова, - сказал Ястреб, - и ничто не помешает нашему
счастью, - он зарылся лицом в ее волосы.
- Ты уверен, что я понравлюсь твоей семье? - спросила она, слегка
нахмурившись.
- Понравишься ли ты? Да ты стала легендой здесь в горах, - в его голове
возник мрачный образ Быстрого Орла,
овладевшего ее телом. Он попытался избавиться от этого видения, но мимолетная
горестная гримаса не осталась
незамеченной.
- О чем ты подумал? Я уже не раз видела у тебя такое выражение лица.
- Я только хочу, чтобы ты поскорее стала моей женой, - солгал он, чтобы не
причинять ей боли. - Хочу, чтобы мы
поскорее прошли через обряд.
- Я не верю тебе. Ты думаешь о Быстром Орле, не так ли? - Мэнди знала, что
по деревне ходят всякие слухи о том,
что случилось с ней во время путешествия в горах с бандой ренегатов. Лицо
Ястреба помрачнело.
- Я же сказал тебе, ничто не имеет значения, - он разволновался и перешел
на высокопарный шайенско-английский
язык. - Мы не станем обсуждать это, ни сейчас, ни когда-либо!
- Нет, мы будем говорить об этом! Прямо сейчас! Ты еще не хозяин мне, и
даже после свадьбы я буду иметь право
голоса! - Она сердито посмотрела на него.
Он ответил таким же сердитым взглядом, затем раздраженно вздохнул.
- Хорошо, поговорим сейчас, но я надеюсь, Сам, больше об этом никогда не
будет речи.
Мэнди знала, чего ему стоило уступить ее желанию.
- Быстрый Орел не изнасиловал меня, - сказала она.
- Ты хочешь сказать, что сама согласилась отдаться ему? По собственному
желанию! - Черты лица его исказились
от такого оскорбления. - Зачем ты говоришь мне это? Я не хочу слышать больше ни
слова! - Он грубо оттолкнул ее и
бросился к узкому выходу. Мэнди потянула его назад в вигвам и усадила на
буйволиную шкуру.
- Изволь выслушать меня! Я ни на что не соглашалась. Быстрый Орел никогда
никого не спрашивал. Он никогда... в
общем, ничего не было, - закончила она.
Он взял в ладони лицо Мэнди и посмотрел ей в глаза.
- Значит, Быстрый Орел не спал с тобой?
- Нет.
Ястреб покачал головой, затем печально улыбнулся.
- Неудивительно, что его индейцы говорили о тебе с таким благоговением.
Быстрый Орел также отзывался о тебе с
большим почтением. Он хотел взять тебя в жены. Сожалею, что вынужден был убить
его.
- Я тоже. Его воины хотели овладеть мной, но он не позволил им. Они
воспользовались другой женщиной вместо
меня. - Мэнди с грустью вспомнила об этом.
Ястреб притянул ее к себе.
- Все. Больше не будем говорить о прошлом.
Но Мэнди на этом не остановилась.
- Нет, есть еще кое-что. - Она выдержала его взгляд, чувствуя жар его руки
на своем бедре даже сквозь складки
кожаной одежды. - Это касается Марка Дентона. - Мэнди увидела, как он слегка
вздрогнул, но не остановил ее. - Он и
я... мы никогда... - Она запнулась, пытаясь подыскать нужные слова. - В ту ночь,
когда ты проехал мимо нас в карете, я
дошла только до его двери. Я очень ревновала и хотела заставить тебя тоже
ревновать... Кроме тебя... у меня никого не было.
Я всегда была только твоей женщиной с самого начала.
Ястреб знал, что она говорит правду, и сердце его радостно забилось. Он
крепко поцеловал ее. Он хотел только
выразить свою любовь, но между ними внезапно вспыхнула искра желания. Счастливый
Ястреб овладел ею тут же на
буйволиной шкуре.
Вечером взволнованная Мэнди стояла у костра, в то время как Ястреб
представлял ее своей семье.
- Это мой отец, Твердая Стрела, и моя мать, Гибкая Ива. - Затем он
официально представил Мэнди, пользуясь ее
индейским именем Вишана.
В облике вождя шайенов чувствовалась порода. Высокий, с благородной
осанкой, суровым взглядом и точеным
носом, Твердая Стрела выглядел настоящим воином. Как и сын, он был сдержан в
проявлении эмоций, и только яркая
искорка в черных глазах свидетельствовала, что он горд за своего сына.
- Мой отец говорит, что слышал рассказы о твоей храбрости. Он считает, что
твое имя Вишана выбрано правильно.
- Ястреб перевел ответ Твердой Стрелы, слегка пожимая ей руку.
- Скажи своему отцу, что я благодарю его Скажи, что я считаю его очень
хорошим человеком, так как он сумел
воспитать такого умного и храброго сына. - Ястреб слегка покраснел от такой
оценки, и Мэнди подумала, как же сильно
она любит его.
Он повторил ее слова отцу, затем заговорила его мать, протянув ему узелок.
Это была маленькая женщина, не выше
Мэнди. Кожа ее с годами стала морщинистой и полупрозрачной, так что просвечивали
голубые вены, но ум оставался
острым, а ее любовь к сыну не вызывала сомнений, стоило лишь взглянуть на лицо,
когда она смотрела на него. Ястреб
нежно погладил ее по щеке, затем повернулся к Мэнди.
- Моя мать говорит, что готова с гордостью назвать тебя своей дочерью. Она
надеется, что доживет до того времени,
когда сможет увидеть много хорошеньких внуков.
Теперь настала очередь Мэнди покраснеть.
Ястреб подмигнул ей и продолжил:
- Она с любовью дарит тебе это, - и он протянул Мэнди узелок.
Она осторожно развернула его. Это был наряд из великолепной белой кожи,
украшенный бахромой. Мэнди приложила
его к себе. Прямой вырез, открывал шею, Облегающий крой. Длина до середины икр.
Ястреб объяснил, что этот наряд сделан
из кожи лося, которую дубили особой горной глиной, от чего она приобрела такой
светлый цвет. Одеяние это было мягким,
легким и старательно украшено бусами, образующими бирюзово-белый узор. Затем ей
передали пару высоких мокасин.
На глазах Мэнди выступили слезы от щедрости старой женщины.
- Скажи Гибкой Иве, что моя мать умерла много лет назад. С тех пор в
сердце моем образовалась пустота. Скажи ей,
что я счастлива найти другую женщину, которую могла бы любить, как мать.
Ястреб перевел, и старая женщина просияла от удовольствия.
В этот вечер Мэнди, Ястреб, Твердая Стрела и Гибкая Ива ужинали вместе.
Когда они завершили трапезу, Мэнди
отвели в другой вигвам. Обычай шайенов требовал, чтобы ночь до свадьбы
влюбленные провели порознь. Мэнди радовалась,
что Ястреб предусмотрительно занялся с ней любовью задолго до вечера. Вообще
шайены строго блюли мораль. Только то
обстоятельство, что Мэнди была бел
...Закладка в соц.сетях
