Жанр: Любовные романы
Твое прикосновение
...лчала. Он закинул руки за
голову и сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь обрести контроль над
собой. Она наблюдала за ним, а потом все же решилась задать вопрос, который
ее волновал.
— Это происходит часто? — тихо вымолвила она.
— Что происходит часто? — Он опустил руки и встряхнул их.
— Это. — Она не знала, как выразить словами то, что она имела в
виду, и ее щеки густо покраснели от смущения.
Ей было известно все о лошадях и ничего о людях. Но она была уверена, что
может рассчитывать на то, что он скажет ей правду.
— Я спрашивала о твоем мужском достоинстве.
Он повернулся к ней. На его лице было написано изумление.
— Я не ослышался?
— Бог ты мой, не заставляй меня произносить это снова.
Она спрятала пылающее румянцем лицо в простынях.
— Нет, все в норме. — Она ощутила, как кровать сильно прогнулась, когда он присел на край.
Он попытался убрать простыни, закрывавшие ее лицо.
— Кэролайн, я готов удовлетворить твое любопытство.
— Считай, что я ничего не спрашивала.
Он помешал ей нырнуть под покрывало. Приподняв ее подбородок так, чтобы их
глаза встретились, он сказал:
— Это происходит с мужчиной каждое утро.
— О, — только и вымолвила она.
Хотя ее природное любопытство было удовлетворено, легкий укол разочарования вдруг пронзил ее сердце.
— Значит, в этом не было моей вины.
— Нет, — поощрительно улыбнулся он ей.
Она отстранилась от него и скользнула на другую сторону кровати. Она лежала
к нему спиной, пока он не коснулся ее полос.
— Кэролайн, с тобой все в порядке?
— Конечно, — обернувшись к нему и одаривая его улыбкой, сказала
она. — Благодарю тебя за то, что ответил на мой вопрос.
Он стоял, глядя на нее с волнением.
— В чем же дело?
Она боялась, что он заметит замешательство в ее глазах, поэтому отвернулась
к окну, из которого лился щедрый поток солнечного света.
— Уже утро. У тебя были на сегодня какие-то планы?
— Сейчас речь не об этом. Что-то беспокоит тебя.
Он подошел к ее краю кровати.
До того как он успел коснуться ее, она встала и направилась к двери.
— Я думаю, что было бы замечательно выехать верхом. Я взгляну, готова
ли Мари...
Его пальцы легли на ее ладонь, когда она взялась за дверную ручку.
— Скажи мне, в чем дело, любовь моя.
Ее сердце замерло. Он всегда обращался к ней с нежностью в голосе, но после
событий последней ночи эти слова приобрели особый смысл. Пусть ей помогут
небеса, потому что, похоже, она околдована.
— Все в порядке.
Собрав волю в кулак, она встала на цыпочки и поцеловала его в щеку.
— Думаю, что у тебя найдется подходящая лошадь для меня?
Он нахмурился, но не стал настаивать на ответе.
— Твой отец прислал Дестини вчера вечером.
— Как чудесно! Тогда увидимся за завтраком.
Фальшиво улыбаясь, она выскочила из комнаты и закрыла за собой дверь,
оставив его наедине с вопросами, на которые он так и не получил ответа.
Он мчался верхом, и ветер взъерошивал его волосы: Роган ощущал себя в своей
стихии. Он и его молодая жена скакали через поля. Роган позволил Гефесту
вести, и окружающий пейзаж смешался в пеструю ленту из зеленых деревьев и
травы. Дестини не отставала от вороного жеребца, и Кэролайн запрокинула
голову и засмеялась, наслаждаясь свободой и скоростью.
Роган повернул голову, очарованный ее смехом и счастливым лицом. Ее карие
глаза светились, а на щеках разлился румянец. Она была опытной наездницей и
держалась в седле с грацией, которой можно было позавидовать. Двигаясь в
такт с лошадью, она без боязни смотрела вперед.
Она никогда не была более прекрасной. И более желанной.
Они проскакали через холм и направились к главной дороге, ведущей в город.
Они не имели четкого маршрута, им было просто хорошо вдвоем. Когда копыта
лошадей коснулись земли, до них вдруг донесся громкий звук, прозвеневший в
воздухе угрожающим эхом. Гефест дернул головой и потерял скорость,
бросившись на отчаянное лошадиное ржание. Дестини отреагировала точно так
же, в нерешительности переступая и шевеля ушами. Она мотала головой из
стороны в сторону.
Ржание повторилось снова. Кэролайн взглянула на Рогана, и он кивнул.
Одновременно они пустили своих лошадей вскачь, чтобы спасти несчастное
животное.
Спустя несколько минут их взорам открылась ужасающая картина. Молодой
человек, судя по его одежде принадлежавший к благородному сословию, стоял у
обочины дороги. Он привязал лошадь к дереву и нещадно бил животное рукояткой
кнута. Лошадь снова заржала, пытаясь высвободить голову, опущенную к земле
так, чтобы она не могла видеть, что делает ее хозяин. На гнедом боку
виднелась кровь.
Кэролайн натянула поводья: вид животного, терпящего такие муки, привел ее в
ужас. Роган же пришел в неистовство — он едва не наехал своим вороным на
мучителя. Он спрыгнул с Гефеста еще до того, как тот успел остановиться.
Роган схватил обидчика за кисть, выбив у него из рук кнут.
— Какого черта, что вы себе позволяете? — воскликнул незнакомец,
резко разворачиваясь к Рогану. — Немедленно верните мой кнут.
Роган схватил мужчину за горло и отбросил его к дереву, другой рукой хватая
кнут.
— Только после того, как я пройдусь им по тебе.
— Роган! — воскликнула Кэролайн.
— Вы с ума сошли! — прохрипел мужчина.
— Нет, это вы сошли с ума, если решили, что можете безнаказанно избивать беззащитное животное.
Роган ударил кнутом о дерево, и хлыст прошелся всего и нескольких
сантиметрах от лица мужчины.
— Назовите хоть одну причину, почему я не могу поступить точно так же с
вами.
— Нет, остановись! — Избавившись от шока, Кэролайн быстро
спешилась и рванулась к ним. — Роган, отпусти его.
— Только после того, как он ответит на мой вопрос. — В его глазах
был гнев, он склонил лицо близко к незнакомцу. — Назовите хоть одну
причину, почему я не могу поступить точно так же, — он снова ударил
кнутом о дерево, заставив незнакомца часто заморгать, — с вами.
Мужчина попытался ответить, но, очевидно, он не мог этого сделать, так как
пальцы Рогана лежали на его горле железной хваткой. Его лицо приобретало
угрожающе красный оттенок, и он цеплялся за руку Рогана, впрочем, без иен
кого успеха.
Кэролайн обошла дерево так, чтобы она могла видеть глаза своего мужа.
Ярость, овладевшая им, приводила ее в трепет. Ее сердце стучало так громко,
что ей казалось, этот звук слышен за милю.
— Роган, прошу тебя, отпусти его.
— Ты видела, что он делал с этим животным? — требовательно спросил
он, и его голос звучал низко и угрожающе.
— Я вижу, что ты делаешь сейчас с ним. — Она протянула дрожащую
руку и, боясь, что его гнев сейчас обратится на нее, коснулась его рукава.
— Прошу тебя, Роган, ради меня. Он бросил на нее косой взгляд, а затем
вдруг отбросил мужчину в сторону. Тот согнулся, кашляя.
— Я проверю, как чувствует себя кобыла. — Роган направился к
лошади.
Кэролайн воспользовалась моментом, чтобы прийти в себя: она закрыла глаза и
попыталась утихомирить бешеный стук своего сердца. У нее дрожали руки и
подгибались колени. Ей казалось, что она сейчас рухнет без сознания, но
самым главным было то, что ей удалось отвлечь внимание Рогана.
Она подумает о последствиях позже.
Какой-то посторонний звук напомнил ей, что они здесь не одни. Она
повернулась к обидчику лошади.
— С вами все в порядке?
— Он безумец, — все еще кашляя, произнес незнакомец; и указал
пальцем в направлении Рогана. — Я могу заявить о его поведении в
магистратуру.
— Тогда сразу заявите и о себе, — ответила Кэролайн, не скрывая
раздражения. — Только чудовище может так обращаться с лошадью.
Мужчина замер и прищурил глаза.
— Мадам, я смотрю, вам храбрости не занимать! Ваш муж оскорбил меня, но
при этом вы еще называете меня чудовищем.
— Мой муж не позволяет себе жестокого обращения с беззащитными
животными.
— Он предпочитает демонстрировать жестокое обращение; своим
человеческим собратьям. — Незнакомец бросил в ее сторону высокомерный
взгляд, вздернув свой тонкий заостренный нос. — Могу ли я узнать ваше
имя, мадам?
— Я леди Кэролайн Хант, дочь герцога Белвингема, — отмстила она в
таком же высокомерном тоне.
Мужчина побледнел.
— Дочь Белвингема? — прошептал он.
— Не говоря уже о том, что она моя жена, — прорычал Роган,
возвращаясь к ним. — Помните об этом, прежде чем решите высказать какое-
то замечание.
Кэролайн повернулась и встала между незнакомцем и своим мужем.
— Роган, успокойся. Мы не решим вопрос в ссоре.
Он одарил ее холодной белозубой улыбкой.
— Я решу его сам.
Он попытался обойти Кэролайн, но она шагнула к нему и остановила его,
положив руки ему на грудь.
Он замер и взглянул на ее пальцы, коснувшиеся его темно-синего сюртука.
— Кэролайн, не стой у меня на пути.
— Нет. — Она заставила себя взглянуть в его глаза, серые
прекрасные глаза, которые сейчас были словно затуманены грозой. Ей было
достаточно заметить их выражение, чтобы у нее пересохло во рту от волнения.
Ее сердце снова начало бешено стучать.
— Я не сдвинусь с места.
Он опустил голову так, чтобы их взгляды встретились.
— Я не хочу причинять тебе боль.
Его тон заставил ее на секунду усомниться в правильности своих действий, но
она решила идти до конца.
— Тогда не причиняй мне боли. Прошу тебя, позаботься о лошади. Позволь
мне самой уладить вопрос с этим джентльменом.
— Лошадь меня и близко к себе не подпускает. — Он послал гневный
взгляд в сторону мужчины за спиной Кэролайн. — Этот подлец испортил
животное.
Мужчина попытался возмутиться, но Кэролайн посмотрела на него столь
выразительно, что он благоразумно промолчал.
— Что ты хочешь сказать, Роган?
— Я хочу сказать, что она и близко меня к себе не подпускает. Я не могу помочь ей. Она в шоке.
Он снова злобно взглянул на джентльмена.
— Она не подпускает тебя? — Кэролайн поджала губы. — Тогда
это дело серьезное. Мистер... Простите, но, по-моему, вы не представились.
Хозяин лошади часто заморгал своими водянистыми голубыми глазами, удивившись
перемене темы.
— Меня зовут мистер Джером Петерсон.
— Джером Петерсон, — медленно повторил Роган, словно желая
навсегда запомнить это имя.
— Вы слышали, что сказал Роган, мистер Петерсон? Вы настолько дурно
обошлись с животным, что оно никого к себе не подпускает.
Петерсон надул губы.
— Эта проклятая кобыла никого не слушает. Что мне оставалось делать?
Роган ткнул мужчину кнутом в ребра.
— В присутствии моей жены следите за своим языком, Петерсон.
— Примите мои извинения. — Петерсон вытащил носовой платок и вытер
лицо. — Я выиграл эту лошадь, но это был худший выигрыш, который только
можно было получить. Она не подчиняется ни одной из моих команд, разве вы не
видите этого сами?
— Битьем покорность не получишь, — прорычал Роган.
Кэролайн все еще упиралась руками в его грудь. Хотя он не пытался броситься
на обидчика, она ощутила, как напряглись его мышцы.
— О? — Петерсон с пренебрежением посмотрел на Рогана. — И вы,
как я полагаю, имеете право так говорить, потому что являетесь признанным
экспертом, сэр?
— Я Роган Хант из Хант-Чейз, — процедил сквозь зубы Роган.
Петерсон побледнел как полотно.
— Хант из Хант-Чейз? — повторил он ослабевшим голосом. —
Тогда вы действительно должны кое-что знать о лошадях.
— Да, кое-что, — согласился Роган, нетерпеливо стуча кнутом по
сапогу.
— Послушай меня, Роган, — сказала Кэролайн, пытаясь успокоить
мужа. — Мистер Петерсон, может, нам удастся договориться?
— Договориться? — повторил Петерсон.
— Как договориться? — спросил Роган, прищурив глаза и обратив
взгляд на свою жену.
— Мистер Петерсон выиграл эту лошадь, и он не доволен своим
приобретением. Мы бы могли заключить сделку и выкупить эту лошадь. Он
получит выигрыш в той форме, которая его удовлетворит в гораздо большей
степени... — Она дипломатично улыбнулась Петерсону. — А мы
приобретем новую лошадь для наших конюшен.
Как только речь зашла о деньгах, глаза Петерсона разгорелись.
— О, я был бы счастлив продать вам эту лошадь.
Роган несколько минут хранил молчание, только выразительно глядя на
Петерсона.
Кэролайн гладила его по руке, пытаясь отвлечь его внимание. Она хотела
улыбнуться ему, хотела растопить лед ярости, который отбирал у нее знакомого
и родного ей Рогана.
— Это хорошее решение, Роган, прошу тебя.
После нескольких минут раздумий Роган резко кивнул.
— Я делаю вам предложение, Петерсон, — с угрозой в голосе сказал
он. — И я советую вам принять его, после чего вы покинете это место со
всей возможной поспешностью, если не хотите, чтобы я прошелся хлыстом по
вашей спине.
— Приезжайте к нам домой вечером, и мы уладим все финансовые
вопросы, — сказала Кэролайн, когда сделка была озвучена. — Мы
живем в Риверсайде, сразу за холмом. Мой муж выпишет вам чек.
— Да, — согласился Роган, но его улыбка была скорее невежливой,
чем угрожающей.
— Прекрасно, — сказал Петерсон, попытавшись приблизиться к
кобылке, но Роган встал между ним и раненым животным.
Кэролайн все еще не отпускала руку мужа.
— Петерсон, вы больше не будете ездить на этой лошади.
Тот перевел взгляд с Гефеста на Дестини.
— Как и ни на одной из лошадей, принадлежащих мне, — заключил
Роган. — Я не допущу плохого обращения с моими животными.
Гнев исказил черты джентльмена.
— Да кто вы такой...
Роган шагнул к нему навстречу, стряхнув руку Кэролайн, и наклонился к
Петерсону.
— Ты пойдешь пешком, понятно? Ты получишь свои деньги, но больше ты
никогда не обидишь ни одно животное.
Петерсон открыл было рот, но затем передумал спорить. Повернувшись на
каблуках, он отправился прочь, всем своим видом демонстрируя негодование.
Роган наблюдал за тем, как удалялся этот господин, а затем резко повернулся
к Кэролайн.
— Почему ты встала между нами? У тебя нет благоразумия!
Она открыла от удивления рот.
— Но я не могла позволить тебе убить его.
— Я бы не убил его, лишь проучил бы немного за то, как он обращается с
лошадьми. Он заслуживает хорошей порки.
Кэролайн все еще не могла прийти в себя от того, как легко Рогана охватывает
ярость.
— Существуют другие способы решения проблем. Не обязательно сразу
пускать в ход кулаки.
— Может, мне надо было обратиться к нему с петицией? — язвительно
спросил Роган. — Так решает свои проблемы герцог?
— Нет, мой отец задал бы хорошую взбучку этому господину, а потом бы
применил свои связи для того, чтобы закрыть ему доступ в свет.
— У меня нет такой силы влияния, — горько заметил он. — Без
лошадей, которыми мы были знамениты, я никто.
— Это не дает тебе права обрушивать свой гнев на всякого, кто тебе не
угоден. Так реагируют дети. Взрослые пытаются договориться. Ты не ребенок.
Он напрягся.
— Нет необходимости мне об этом напоминать.
— Тогда докажи это. — Она покачала головой, испуганная тем, какие
перспективы ей открывало будущее. — Роган, я замужем за тобой всего
один день и уже задаю себе вопрос, а смогу ли я выдержать твой характер.
— У нас нет выбора. Дело сделано.
Она встретила его взгляд с решительностью, которой уже долго не ощущала в
своем сердце.
— Выбор есть всегда.
Она отвернулась, желая положить конец спорам.
— Итак, что ты сказал о лошади?
До ее слуха донесся резкий щелчок. Она испуганно повернулась. Роган разломал
кнут пополам. Она в напряжении замерла, и повисшее между ними молчание было
красноречивее слов. Наконец он взглянул на сломанный хлыст, и на его лице
отразилось отвращение. Он отбросил обломки в заросли.
Кэролайн выдохнула так, словно она только что чудом избежала опасности.
— Роган?
— Лошадь боится меня.
Иго внимание теперь было сосредоточено только на лошади, и его злость
немного утихла.
— Она приходит в волнение всякий раз, когда я приближаюсь к ней.
— Бедняжка, — пробормотала Кэролайн.
Она немного заколебалась, но затем повернулась к мужу спиной и сделала
нерешительный шаг в сторону гнедой. Лошадь подняла голову, дернула ушами и
взглянула на Кэролайн.
— Роган, смотри.
— Скажи ей что-нибудь, — предложил Роган.
Но как только лошадь услышала звук его голоса, она начала нервничать.
— О, бедняжка, — ласково обратилась Кэролайн к гнедой. Та, похоже,
успокоилась, и Кэролайн сделала еще один шаг вперед.
— Я знаю, что ты испугана, но мы о тебе позаботимся.
Кэролайн перехватила взгляд гнедой, довольная тем, что лошадь не выказывает признаков беспокойства.
— Подуй ей в ноздри, — пробормотал Роган. — Посмотрим,
позволит ли она тебе прикоснуться к ней.
Лошадь снова дернула ушами и подалась вперед, реагируя на голос Рогана, но
не сделала ни одного движения. Кэролайн взяла поводья и поступила так, как
советовал Роган. Лошадь ответила ей тихим ржанием, и Кэролайн нерешительным
жестом потянулась, чтобы погладить ее шею.
— Очень хорошо, — шагнув вперед, сказал Роган.
Лошадь едва не стала на дыбы. Только поводья в руках Кэролайн удержали
животное на месте.
— Стой где стоишь, Роган.
Роган замер, а Кэролайн приподнялась и начала гладить нос лошади. Гнедая
сначала занервничала, но быстро успокоилась и приняла ласки Кэролайн.
— Все в порядке, — прошептала она. — Он не обидит тебя.
— Будь осторожна, — предупредил Роган.
Лошадь перевела взгляд на Рогана, но не двинулась с места, признавая право
Кэролайн прикасаться к ней.
— Наверное, она не любит мужчин. Это объясняет, почему она не
повиновалась мистеру Петерсону и почему начинает: волноваться каждый раз,
когда слышит твой голос.
— Может быть.
Кэролайн взглянула в большие карие глаза гнедой, и сострадание словно
затопило ее сердце.
— Если мы сможем помочь ей преодолеть страхи, из нее получится чудесная
беговая лошадь.
Она погладила бархатный нос кобылы.
— Ты красавица, не так ли?
— Как же мы можем ей помочь? — пробормотал Роган, пытаясь говорить
как можно тише. — Я не могу даже близко к ней подойти.
— Я буду тренировать ее. — Она прислонилась щекой к шее лошади и
улыбнулась Рогану. — Я думаю, что я ей нужна. Я ее понимаю. Как ты
думаешь, у меня получится?
Его губы изогнулись в улыбке.
— Я не знаю никого, кто бы справился с этим лучше.
Глава 9
Как только они осознали, что гнедая слушается лишь Кэролайн, дела пошли
веселее. Кэролайн выехала вперед, а Роган следовал за ней; его мысли были за
тридевять земель отсюда. Он неотрывно смотрел на прямую как струна спину
своей молодой жены.
Черт бы побрал его норов! Он видел страх в ее глазах, когда она встала между
ним и Петерсоном. И этот разговор о выборе... Неужели она раздумывает над
тем, чтобы оставить его?
Сначала мысль о женитьбе вызвала у него неприятие, но теперь, когда Кэролайн
стала принадлежать ему, теперь, когда он привел ее в свой дом (пусть не в
спальню), он был намерен бороться за свой брак. И очевидно, в первую очередь
нужно было обуздать свой проклятый характер.
Легче сказать, чем сделать. Его телом овладело беспокойство. Неукрощенное
чудовище снова угрожающе зашевелилось. Он едва мог сдерживаться, вспоминая,
что Петерсон сделал с лошадью.
Он не ощущал приступа ярости такой силы со времен, когда был в Испании.
О бог ты мой, Изабель. Он в волнении закрыл глаза, и перед его мысленным
взором возникла ужасная картина — ее мертвое тело. Она сводила его с ума
своей красотой и ложью. Он немного понимал по-испански, особенно те слова,
которым молодых людей не учат скромные наставники, но ставшие для него
страшным открытием, когда он услышал разговор местных молодцов в таверне в
тот злополучный вечер.
Изабель, женщина, которую он любил, на которой хотел жениться, оказалась
проституткой.
Мысль о том, что его предали, даже спустя много лет все еще обжигала его
обидой. Он отправился домой; его душу переполняла черная ярость, он
потребовал правды. Она лишь посмеялась над ним, измучив рассказами о том,
что ее песни о любви и преданности были лишь красивой выдумкой и что ее
сердце принадлежит другому.
Как и ее тело.
И тогда они начали ссориться. Ее испанский темперамент столкнулся с горячим
ирландским нравом. Она запустила ему в голову тяжелое блюдо.
И вдруг она уже лежала мертвой. Отступив на шаг, она зацепилась за каминную
решетку и, упав, разбила голову об угол камина.
Что, если подобное случится с Кэролайн?
Черт побери, именно поэтому он и не хотел никого брать и жены! Он запустил
пальцы в гриву своего вороного жеребца, испытывая желание прислониться лбом
к его теплой шее. Когда он впадал в ярость, он превращался в чудовище, и
близкие ему люди платили за это высокую цену.
Он не хотел, чтобы Кэролайн стала очередной жертвой.
Но он не хотел и терять ее.
Впереди замаячили знакомые здания Ривердейла. Роган уставился на ворота, не
желая пересекать порог дома, пока им владело плохое настроение. Он взглянул
назад, на зеленые поля, которые тянулись везде, куда падал взор. Бешеная
скачка немного приведет его в чувство, вернет ему контроль над собой. И
только тогда он сможет без боязни за последствия находиться в обществе
Кэролайн.
Он затем он посмотрел на свою жену, на раненую кобылу, и понял, что никуда
не поедет. Эта лошадь нуждалась в его защите.
Как и его жена.
Как только Таллоу и Графтон вышли из конюшен, чтобы поприветствовать
хозяина, гнедая начала волноваться.
— Не подходите, — сказала Кэролайн.
Мужчины резко остановились.
— Что с ней произошло? — спросил Графтон, не скрывая изумления.
— Ее избили, — ответил Роган, ссаживаясь с Гефеста. — Она,
похоже, не переносит мужчин, поэтому за ней будет присматривать Кэролайн.
Таллоу почесал затылок.
— Вы уверены, что это разумно? Я не хочу показаться грубияном, но, леди
Кэролайн, эта лошадь намного сильнее и больше вас.
— У нас нет другого выхода.
Кэролайн посмотрела на руку, протянутую Роганом. На мгновение она
заколебалась, все еще смущенная приступом ярости, свидетелем которого ей
довелось стать. Но его глаза, хотя и хранили мрачное выражение, излучали
спокойствие. Она приняла его руку, и он помог ей сойти с лошади.
— Мистер Таллоу, вы бы не могли позаботиться о Дестини? Мистер Графтон,
у нас есть свободное стойло?
Графтон кивнул.
— Да, вот сюда.
Он указал на конюшни.
Кэролайн отвязала поводья гнедой от седла Дестини и отвела лошадь на
несколько шагов, чтобы Таллоу мог забрать Дестини. Он препроводил лошадь в
конюшни, и Кэролайн осталась наедине с гнедой и Роганом.
— Тебе нужна помощь?
Кэролайн покачала головой.
— Нет, но я бы хотела, чтобы ты был рядом. Она вполне смирная до тех
пор, пока ей не попадаются на глаза мужчины.
Роган кивнул и пошел за ними, сохраняя дистанцию в несколько шагов.
Графтон указал ей в угол конюшни, где была открыта дверь в стойло. Когда она
приблизилась, он благоразумно отступил, и Кэролайн без проблем завела
лошадь.
— Закройте дверь, мистер Графтон, — сказала она. — И
принесите мне, пожалуйста, воды и любое средство, которое, по нашему мнению,
поможет залечить ей раны.
Графтон поспешил выполнять просьбу госпожи.
— Все в порядке? — Голос Рогана, казалось, звучал из самих стен.
Она выглянула, но не посмела выйти из стойла, боясь, что лошадь снова начнет
нервничать.
— Где ты?
— В соседнем стойле. Я решил, ч
...Закладка в соц.сетях
