Жанр: Любовные романы
Уитни, любимая
...цо Уитни осветилось улыбкой.
- Я не смогу увидеться с ним сегодня, Кларисса. И завтра, и послезавтра
тоже. Послушай-ка. - Она быстро прочитала записку горничной. - Ну, как
по-твоему? Неплохо?
- Скорее всего он поймет, что вы задумали, - сдавленно пробормотала
Кларисса, явно вне себя от тревоги. - И тогда разнесет весь дом. Не хотелось
бы мне в этом участвовать. Вам следовало бы посоветоваться с леди Энн,
прежде чем затеять такое...
- У меня нет времени ее дожидаться, и тебе придется принять участие во
всем этом, - терпеливо объяснила Уитни, - поскольку именно ты отнесешь
записку.
Кларисса побледнела:
- Я? Но почему именно я?
- Пойми, мне нужно точно знать, что он скажет и сделает, а больше не на
кого положиться.
- Да у меня сердце в пятки уходит при одной мысли о том, что он не
поверит, - пожаловалась Кларисса, однако все же взяла записку. - Что, если
он начнет расспрашивать о подробностях?
- Придумай что-нибудь, - весело посоветовала Уитни. - Только не забудь,
что именно ему скажешь, и не проговорись случайно.
После ухода Клариссы Уитни почувствовала себя так, словно с плеч
свалилась свинцовая тяжесть. Весело напевая, она отправилась выбирать
подходящее случаю платье.
Кларисса вернулась через двадцать минут, и Уитни поспешила выбежать из
гардеробной.
- Что он сказал? - взволнованно допрашивала она. - Как выглядел? Расскажи
подробнее.
- Когда я пришла, его светлость как раз завтракал, - начала Кларисса,
нервно теребя накрахмаленный воротничок - Но дворецкий немедленно отвел меня
к нему, как только я сказала, кто меня прислал. Я отдала его светлости
записку, и он ее прочел.
- И конечно, сильно рассердился? - подсказала Уитни, видя что Кларисса
замолчала.
- Не похоже, но не думаю, чтобы он был слишком доволен.
- Кларисса, ради Бога! Что он ответил?
- Поблагодарил за то, что принесла записку, а потом кивнул одному из
своих чванливых слуг, и меня проводили к выходу.
Уитни не совсем понимала, стоит ли облегченно вздохнуть или в страхе
затаиться, и, по мере того как тянулся день, обнаружила, что полученная
отсрочка вовсе не такое уж блаженство, как она ожидала.
К полудню девушка вздрагивала каждый раз, когда слышала шаги в холле, в
ожидании, что ей вот-вот сообщат о приезде Клейтона. С такого, как он,
станется потребовать от тетки проводить его в спальню Уитни, хотя подобные
нарушения правил приличия по меньшей мере непростительны.
Ей принесли обед в комнату, и Уитни поела в тоскливом уединении. Только
сейчас, впервые за весь день, она вспомнила о Поле. Бедный Пол! Она так
запуталась в паутине интриг, пытаясь перехитрить и предугадать следующие
шаги Клейтона Уэстморленда, что ни разу не подумала о человеке, которого
любила.
Глава 19
На следующее утро Уитни нацарапала еще одну записку своему жениху и, на
этот раз во всех подробностях расписав мучительную боль, терзавшую ее после
неудачного падения с лестницы, очень мило умоляла извинить ее за то, что не
сможет и сегодня увидеться с ним. Хотя это означало еще один долгий день
взаперти, поскольку она не могла рисковать спуститься вниз и посидеть с
родственниками из опасения, что Клейтон вздумает нанести неожиданный визит и
лично справиться о ее здоровье. Но Уитни была уверена, что вынужденное
одиночество того стоит, и не только потому, что она таким образом избавилась
от Клейтона, но и из-за огромного удовлетворения, которое она испытывала,
сознавая, как легко перехитрила его!
- Ты действительно считаешь, что поступаешь умно, дорогая? - спросила
тетя Энн, прочтя записку. - Но если ты без нужды станешь злить его,
последствия могут быть весьма неприятными.
- Он ничего не сумеет сделать, тетя Энн, - заверила Уитни, запечатав
записку и вручив ее Клариссе. - Ты уже написала дяде Эдварду и попросила
приехать поскорее. Уж он-то наверняка поможет мне придумать, как выйти из
положения. Поэтому придется продолжать притворяться, пока возможно, ну а
потом придумаю что-нибудь еще. Может, его светлости так надоест, что он сам
откажется от меня.
И девушка весело засмеялась.
Кларисса вернулась, запыхавшись, и объявила, что герцог, пробежав глазами
записку, уставился на нее каким-то странным взглядом.
- Кларисса, пожалуйста, не можешь ли ты рассказать обо всем подробнее? -
нетерпеливо бросила Уитни. - Каким именно "странным"?
- Ну... он прочел все до конца, повторила Кларисса. - Потом посмотрел на
меня так, словно собирался улыбнуться, только вовсе не улыбнулся, а велел
своему лакею проводить меня.
Уитни прикусила губу, размышляя над непонятным поведением Клейтона, но,
ничего не Придумав, С улыбкой пожала плечами:
- Честно говоря, нам троим давно пора уже перестать тревожиться из-за
каждого его слова и жеста! В конце концов, если он даже и считает, будто я
лгу, что он сможет доказать или сделать?
Ответ на это вопрос был получен сразу после второго завтрака в образе
изящного, покрытого черным лаком дорожного экипажа Уэстморлендов,
запряженного четверкой резвых вороных коней в серебряной сбруе. Строго
одетый солидный джентльмен спустился на землю и быстро направился к дому. В
левой руке он держал большой черный кожаный саквояж, в правой - красиво
гравированную визитную карточку, которую и вручил Сьюеллу.
- Я доктор Уитком, - объявил он дворецкому. - Прибыл сюда из Лондона с
указанием осмотреть леди Джилберт.
Его проводили в салон, и, когда там появилась Леди Энн, доктор вежливо
улыбнулся в ответ на ее Недоумевающий взгляд.
- Его светлость, герцог Клеймор, послал за мной С просьбой осмотреть
колено мисс Стоун.
Леди Джилберт так побелела, что Уитком встревоженно осведомился о ее
здоровье, однако, попросив его немного подождать, она вышла из комнаты.
Подобрав юбки, она пробежала по коридору и взлетела по лестнице с быстротой,
несвойственной даме ее возраста.
- Что?!
Уитни вскочила, не обратив внимания на то, что томик "Гордости и
предубеждения"<Роман английской писательницы Джейн Остин> с глухим стуком
свалился на пол.
- Ах он, злобный, мерзкий, коварный...
- Для всего этого будет еще время, - задыхаясь, выпалила леди Энн,
дрожащими пальцами расстегивая платье Уитни и бесцеремонно стаскивая его
через голову.
Кларисса всполошенно расстелила постель и, метнувшись к гардеробу,
достала оттуда легкий пеньюар.
- Не могли бы вы сказать ему, что я сплю или что-нибудь в этом роде, и
отослать в Лондон? - неуверенно спросила Уитни, ныряя в кровать и натягивая
одеяло до подбородка.
- Доктор Уитком, - решительно возразила леди Энн, все еще стараясь
отдышаться, - не дурак, поверь мне. Его прислали сюда осмотреть твое колено,
и он не уедет, пока не выполнит приказ. - Бросив быстрый критический взгляд
на племянницу, она добавила:
- Кларисса, принеси две подушки и подложи их под ногу Уитни, потом разыщи
в моей комнате флакончик с нюхательными солями и поставь на ночной столик.
Думаю, это вполне убедительная деталь. - Я задержу доктора Уиткома сколько
смогу, чтобы дать тебе время, но не рассчитывай больше, чем на несколько
минут, - направившись к двери, бросила она на ходу.
Кларисса застыла с остекленевшими глазами, словно пригвожденная к полу,
судорожно вцепившись в спинку стула.
- Кларисса! - резко окликнула леди Энн. - Не вздумай только упасть в
обморок!
- Благодарю, леди Джилберт, не стоит, - повторил доктор Уитком, в третий
раз отказываясь от еды и подкрепляющих напитков, которые дама в порыве
чрезмерной вежливости предлагала ему.
Он уже ответил на все расспросы относительно лондонской погоды, погоды в
сельской местности и в подробностях описал свою поездку. Когда же она
попыталась втянуть его в дискуссию относительно того, сколько снега
ожидается зимой, доктор Уитком без обиняков заявил:
- Прошу прощения, не мог бы я осмотреть Мисс Стоун?
Леди Джилберт повела его наверх и постучала в четвертую дверь слева по
коридору. После неоправданно долгой паузы дверь открыла приземистая пожилая
горничная, чей чепец косо сидел на седой голове, то и дело угрожая
свалиться. Доктор Уитком, давно и хорошо знакомый с характерами и
темпераментами богатых, избалованных молодых леди, немедленно предположил,
что мисс Стоун, капризная, испорченная особа, загоняла до полусмерти
несчастную горничную, и теперь та едва держится на ногах.
Это заключение подкреплялось видом самой пациентки, девушки поразительной
красоты со здоровым румянцем на лице, лежавшей, однако, на широкой кровати и
взиравшей на несчастного доктора с плохо скрытой враждебностью. Взгляд
нефритово-зеленых глаз на миг остановился на его лице, безразлично скользнул
по черному сюртуку и с тревогой остановился на кожаном саквояже.
Повинуясь профессиональному долгу, доктор попытался отвлечь внимание
перепуганной пациентки от саквояжа с инструментами и поэтому, поставив его
на пол у постели, ободряюще заметил:
- Его светлость герцог Клеймор крайне обеспокоен вашим здоровьем.
Два багровых пятна выступили на высоких скулах девушки.
- Он - само воплощение доброты и участия, - прошептала она сдавленно.
- Совершенно верно, - согласился доктор Уитком, не в силах поверить, что
действительно расслышал некий саркастический оттенок в словах девушки. -
Насколько я понимаю, мисс Стоун, вы упали с лестницы и сильно ушиблись. - И
протянув руку к одеялу, вежливо предложил:
- Давайте посмотрим на ваше колено.
- Не нужно! - внезапно завопила девушка, прижимая одеяло к подбородку и
злобно оглядывая доктора.
Тот в недоумении уставился на пациентку, но тут же понял, что ее
тревожит, и, немного смягчившись, подвинул стул и сел, - Дорогая моя, -
мягко начал он, - мы живем не в средневековье, когда женщина отказывалась
обратиться к доктору лишь потому, что тот родился мужчиной. Поверьте, я
восхищаюсь вашей скромностью, Господь видит, подобные качества так редки в
наши дни, но сейчас для этого неподходящий момент, и я уверен, ваша тетя
поддержит меня. Ну а теперь...
Он снова попытался откинуть одеяло, но пациентка лишь судорожно
стискивала кулачки.
Доктор Уитком пожал плечами, начиная раздражаться.
- Смею заверить, я опытный врач, у которого много пациенток женщин,
включая ее величество королеву. Надеюсь, это убедит вас, что бояться нечего,
мисс Стоун.
- Но это ничуть меня не убеждает! - выпалила пациентка удивительно
сильным голосом для человека, которого терзает мучительная боль.
- Юная леди, - предупредил доктор, - его светлость настоятельно велел мне
осмотреть ваше колено и прописать необходимое лечение. И, - добавил он
зловеще, - герцог потребовал, чтобы вас удерживали силой, если это
понадобится!
- Силой?! - взорвалась Уитни. - Какая невероятная наглость! Хотела бы я
знать, кто посмеет сделать подобную...
Она осеклась, ясно представляя, как Клейтон врывается в спальню в
нарушение всех законов приличия и благопристойности, прижимает ее к постели,
пока доктор осматривает "больную" ногу.
Девушка в отчаянии пыталась найти способ не дать врачу приблизиться к
ней. Единственной надеждой оставалась чрезмерная скромность. Она устало
прикрыла глаза, но тут же кокетливо приподняла ресницы, взирая на доктора в
очаровательном смущении, и начала застенчиво перебирать складки простыни.
- Я знаю, какой глупенькой и наивной кажусь вам, доктор Уитком, но,
честное слово, просто умираю от стыда при мысли, что придется... придется
обнажиться... перед незнакомым мужчиной... пусть даже и доктором.
- Но, дорогая, речь идет всего-навсего о том, чтобы обнажить колено!
- Я ничего не могу с собой поделать! - с видом оскорбленной добродетели
запротестовала Уитни. - Вы не знаете меня, но его светлость должен был
принять в расчет мои нежные чувства! Я просто шокирована таким грубым
пренебрежением к моей... моей...
- Девической стыдливости? - лукаво подсказал доктор, подумав про себя,
что Клеймору придется немало потрудиться в свою брачную ночь и что эта
женщина доставит ему немало хлопот! Хорошо еще, что его светлость не новичок
там, где дело касается женщин.
- Совершенно верно! Я не сомневалась, что вы поймете!
Доктору Уиткому пришлось, хотя и неохотно, капитулировать;
- Хорошо, мисс Стоун, я не стану вас осматривать при том условии, что вы
обратитесь к местному доктору.
- Немедленно! - пообещала Уитни, награждая доктора сияющей улыбкой.
Тот наклонился и, защелкнув саквояж, поднял его.
- Вероятно, вы знаете врача, которому часто приходится иметь дело с
вывихами и переломами... кого бы вы не стеснялись так сильно?
- Врача, которому приходилось бы иметь дело с вывихами и переломами? -
повторила Уитни, лихорадочно роясь в памяти, - Да! Конечно, да! - с
торжеством объявила она.
- Кто он? Как его зовут? - настаивал мистер Уитком.
- Томас, - поспешно объявила Уитни, широко улыбаясь в восторге от
собственной сообразительности. - Я бесконечно доверяю ему, как, впрочем, и
все в округе, и каждый, у кого случится вывих или перелом, обращается к нему
за помощью. Не беспокойтесь, доктор Уитком, я обязательно попрошу его
позвать. Благодарю вас за визит и очень сожалею, что причинила вам столько
беспокойства. Кларисса проводит вас.
- Не спешите, мисс Стоун, - возразил доктор Уитком. - Я еще не уезжаю. И
приду повидаться с вами после того, как поговорю с доктором Томасом.
- О Боже милостивый, - охнула Кларисса, хватаясь за кроватный столбик,
чтобы не упасть.
Однако доктор Уитком не обратил внимания на странное поведение горничной
и, сунув два пальца в карманчик жилета, вынул тяжелый золотой хронометр,
посмотрел, который час, и щелкнул крышкой.
- Кучер и экипаж его светлости уже ждут, так что, если кто-нибудь будет
так добр проводить меня к доктору Томасу, я, конечно, после того, как
поговорю с ним и сумею убедиться в его компетентности, привезу с собой.
Уитни приподнялась на локтях и в ужасе уставилась на доктора:
- Но к чему все это? Могу заверить, он достаточно опытен. Неужели вам не
достаточно моего слова?
- Нет, мисс, прошу простить меня, но ничего не получится. Согласись я
даже доверить заботу о вашем драгоценном здоровье неизвестному коллеге, чего
я, конечно, не сделаю, могу заверить вас, герцог никогда этого не допустит.
Если хотите знать, мы даже обсуждали необходимость вызова доктора Грюндхайма
из Германии - он непревзойденный специалист во всем, что касается
повреждений связок и суставов. Конечно, есть еще Иохансен из Швеции...
- Он не посмеет! - парировала Уитни.
- Собственно говоря, - смущенно улыбнулся доктор Уитком, - это я
предложил послать за ними. Но Клеймор посчитал, что будет лучше, если
сначала осмотрю вас я. У него появились... некоторые... э-э-э... сомнения
относительно серьезности вашей травмы. Леди Джилберт, не будете ли вы так
добры объяснить мне, где найти доктора Томаса?
Он уже направился было к двери, но внезапно замер, когда с постели
донесся приглушенный стон, сопровождаемый уничтожающими замечаниями
относительно характера и моральных качеств некоей персоны, щедро
приправленных такими ругательствами, как "подлец", "негодяй", "мерзавец" и
"лицемер".
Доктор Уитком в полном изумлении обернулся. Куда девалась скромная
застенчивая юная леди, вздыхавшая и чахнувшая в постели всего несколько
минут назад? Едва удерживаясь от смеха, он с неподдельным восхищением
воззрился на неукротимую красотку, положительно излучавшую неистовую ярость.
- Доктор Уитком, - рявкнула красотка, - я больше не в силах вынести
этого! Осмотрите мое колено, ради Бога, пока этот человек не напустил на
меня всех европейских лекаришек-кровопийц!
- Лично я не слишком увлекаюсь кровопусканием, - заметил доктор Уитком,
снова шагнув к постели и опуская на пол саквояж. На этот раз он
беспрепятственно откинул одеяла и раздвинул полы ее пеньюара пониже бедра,
обнажив длинные стройные ноги, одна из которых покоилась на подушках. -
Странно, - пробормотал он, подавив непрошеную улыбку, - да... я никак не мог
понять, что это так выпирает из-под одеяла. А тут целая гора подушек!
- Не вижу ничего странного в том, что больная нога лежит на подушках, -
нахмурилась Уитни.
- Совершенно согласен, - серьезно кивнул доктор, хотя глаза его весело
искрились. - Но если я правильно понял, вы писали его светлости, что
повредили левое колено. Однако на подушках лежит правая нога.
Он жестом обвинителя показал на ни в чем не повинную конечность, и Уитни
смущенно зарделась.
- Ах, это, - поспешно пробормотала она. - Мы подперли правую ногу, чтобы
она не задевала левую.
- Ваша сообразительность выше всяких похвал, дорогая, - хмыкнул доктор
Уитком.
Уитни от стыда и огорчения закрыла глаза. Нет, ей его не одурачить!
- Не вижу никакой опухоли. Пальцы доктора осторожно ощупали ее правое
колено, потом левое, потом снова правое.
- Где болит?
- Доктор Уитком, - выдохнула Уитни, смирившись с неизбежным, - поверили
бы вы, хотя бы на одну секунду, что я действительно испытываю боль?
- Боюсь, нет, - с таким же чистосердечием ответствовал доктор. - Но
должен сказать, что восхищаюсь вашей способностью точно определить, когда
пришло время бросить карты на стол и честно признать игру проигранной.
Он снова накрыл Уитни одеялом и откинулся на спинку стула, глядя на нее в
задумчивом молчании, хотя не мог не восхищаться волей и решимостью девушки.
Она придумала план и сделала все возможное, чтобы осуществить его. И даже
теперь, проиграв, она отдала ему победу без сожалений и капризов, без
жеманных слез и истерик, без просьб и молений о пощаде, без угроз и
оскорблений. И будь он проклят, если не стал уважать ее за это!
Наконец доктор выпрямился и резко сказал:
- Думаю, нам следует обсудить, что мне теперь делать Уитни покачала
головой:
- Вам нет необходимости ничего объяснять. Я прекрасно понимаю, в чем
заключаются ваши обязанности.
Доктор Уитком весело улыбнулся.
- Прежде всего я собираюсь прописать строгий постельный режим в течение
следующих двадцати четырех часов. Не вам, - рассмеялся он при виде
счастливого лица Уитни, - а вашей несчастной, замученной горничной, которая
разрывается между желанием схватить первый попавшийся тяжелый предмет с
целью запустить мне в голову и замертво свалиться на пол.
Подняв флакончик с нюхательной солью, доктор протянул его Клариссе.
- Примите бесплатный совет от чрезвычайно дорогого врача, - сурово сказал
он, - и впредь не впутывайтесь в интриги этой прелестной плутовки. Вы просто
не приспособлены ни для чего подобного. Не такого вы склада, да и здоровье у
вас уже не такое крепкое! Кроме того, ваше лицо выдает все коварные замыслы
хозяйки!
Когда Кларисса закрыла за собой дверь, доктор Уитком повернулся к леди
Джилберт, стоявшей у кровати Уитни с видом человека, которому сейчас должны
зачитать смертный приговор.
- А ваше состояние, леди Джилберт, не лучше, чем у этой бедняжки
горничной. Сядьте, пожалуйста.
- Со мной все в порядке, - заверила леди Энн, но тем не менее почти
рухнула на постель.
- Гораздо лучше, чем просто в порядке, - хмыкнул врач. - Вы великолепны.
И под страхом смерти не подумаете предать племянницу!
И наконец он, проницательно прищурившись, обратился к Уитни:
- Ну а теперь признайтесь, как, по-вашему, отнесется жених к подобному
обману?
Уитни закрыла глаза, стараясь отогнать пугающий образ разъяренного
Клейтона, его ледяных серых глаз и голоса, полного холодной ярости.
- Он будет взбешен, - прошептала она. - Но я была готова рискнуть.
- Так значит, вы ничего не выиграете, признавшись во всем? Уитни широко
раскрыла глаза:
- Признаться? Мне?! Я думала, вы собираетесь рассказать ему правду!
- Правда, моя юная леди, заключается вот в чем: повреждения связок, любых
связок, трудно, почти невозможно диагностировать, и, несмотря на отсутствие
опухоли, я не могу полностью исключить возможность того, что вы
действительно, как утверждаете, вывихнули или повредили колено. Помимо
этого, любые откровения должны исходить от вас. Я здесь нахожусь в качестве
доктора, а не осведомителя и доносчика.
Сердце Уитни подпрыгнуло от радости. Схватив подушку, она прижала ее к
груди, смеясь от облегчения и благодарности.
- Спасибо вам, доктор! Спасибо, спасибо, спасибо огромное! Но вы,
конечно, не сможете сказать его светлости, что мне следует оставаться в
постели?
- Нет, - категорично заявил доктор Уитком. - Не могу и не хочу.
- Понимаю, - великодушно кивнула Уитни. - Это была глупая мимолетная
мысль. Доктор взял руку Уитни и мягко улыбнулся:
- Дорогая, я был другом семейства Уэстморлендов на протяжении многих лет.
Вы тоже вскоре станете носить фамилию Уэстморленд, и мне хотелось бы стать и
вашим другом. Согласны?
Уитни не собиралась становиться членом семьи Уэстморлендов, однако с
радостью приняла предложение дружбы.
- Прекрасно. Тогда позвольте мне на правах друга сказать, что ваши
попытки избегать общества жениха с целью чего-то добиться кажутся мне не
только глупыми, но и чрезвычайно рискованными. Для меня очевидно, что его
светлость питает к вам огромную симпатию, и, думаю, он с радостью даст вам
все, что хотите, если вы всего лишь наградите его своей прелестной улыбкой и
просто попросите все, чего желаете. - И доктор, немного помедлив,
настоятельно добавил:
- Хитрость и обманы не делают вам чести, дитя мое, и, более того, ни к
чему хорошему не приведут в отношениях с герцогом. Он знавал женщин куда
более изощренных в коварстве и лживости, чем вы, и все, чего добились эти
леди, - возможности стать предметом развлечения для него, и то на весьма
короткое время. Вы же, насколько мне кажется, по природе человек прямой и
искренний, и именно эти качества позволили вам добиться того, о чем так
страстно мечтали многие дамы - завоевать сердце и получить предложение стать
женой его светлости.
Перед глазами Уитни словно взорвалась петарда, кровь билась в ушах,
отбивая погребальные ритмы. Почему, почему, все ведут себя так, будто ей
преподнесли корону, только потому, что Клей тон Уэстморленд соизволил
спуститься со своей недосягаемой вершины и облагодетельствовать выбранную им
счастливицу?! Да это просто оскорбительно! Унизительно!
Однако девушка каким-то образом сдержала себя.
- Я знаю, что ваш совет дан от чистого сердца, доктор Уитком. И... и я
подумаю... над ним, - с трудом выдавила она.
Доктор встал и улыбнулся пациентке:
- Подумаете, однако не собираетесь последовать моему совету, не так ли? -
И не дождавшись ответа, отечески похлопал ее по плечу:
- Возможно, вы лучше меня знаете, как с ним справляться. Знаете, он
действительно увлечен вами. По правде говоря, я никогда не думал дожить до
того дня, когда увижу, что кто-то или что-то вывело его из себя. Но вам,
дорогая, это почти удалось. Прибыв сегодня утром из Лондона, я впервые в
жизни увидел, как его настроение поминутно колеблется между смехом и
безудержной яростью. То он готов свернуть вашу прелестную шейку за то, что
вы осмелились "выкинуть этот номер", как он его назвал, то хохочет и
пересказывает мне самые невероятные истории о вас. Этот человек буквально
разрывается между весельем и жаждой убийства.
- И когда он не смог выбрать между тем и другим, послал сюда вас, чтобы
проучить меня, - мрачно заключила Уитни.
- Верно, - хмыкнул доктор. - Думаю, что его намерение было именно таким.
Признаюсь, что почувствовал некоторое раздражение, обнаружив, что пациентка,
ради которой меня вытащили из дома и заставили проехать половину Англии,
оказалась бессовестной симулянткой. Но теперь, узнав вас получше, готов
поклясться, что ни за какие блага мира не пропустил бы такого зрелища!
Веселье, печально думала Уитни, сидя за ужином вместе с гостями, отнюдь
не бальзам для страдающей души, а, скорее, раздражитель. Но, впрочем, вряд
ли нашлось бы средство, способное ей помочь. В попытке немного исправить
окончательно испорченное настроение она уделила своей внешности больше
внимания, чем обычно, и даже надела одно из новых платьев, плод вдохновения
парижского портного, из нежно-голубого шелка, а к нему - украшения из
сапфиров, окруженных бриллиантами, купленные в последний день пребывания во
французской столице. Волосы были просто зачесаны назад и скреплены
бриллиантовым зажимом; густая копна свободно спадала по плечам и спине.
Лишь одна мысль неотрывно терзала Уитни: оказывается, она ничем не лучше
обыкновенной содержанки! Он платил за одежду, драгоценности и даже белье!
В довершение к чувству омерзения, которое девушка испытывала к себе,
липкий взгляд кузена Катберта продолжал скользить по ее корсажу, словно
пытаясь обнаружить, что спрятано за голубым шелком. Уитни заметила также,
что отец ведет себя с деланным добродушием и гостеприимством: он уже
несколько раз объявил, как счастлив видеть под крышей своего дома наконец-то
собравшихся вместе родственников и как жаль, что завтра все разъезжаются.
Однако Уитни неожиданно пришло в голову, что он говорит искренне. Ведь пока
гости в доме, он может чувствовать себя в безопасности от неминуемого взрыва
ярости Уитни. Ну что же, тем лучше. Значит, отец не подозревает, что она и
не собирается выяснять с ним отношения. Там, в душе, где
...Закладка в соц.сетях
