Жанр: Любовные романы
Ночные шорохи
... некуда. Но Джесса не устроил
такой ответ.
- Я спрашиваю: как она?
- Так себе.
Джесс понимающе кивнул, неожиданно приподнял ее подбородок и посмотрел в
глаза.
- Как по-твоему, - улыбнулся он, - мы сумеем зарыть топор войны хотя бы
на время? Ради Слоан?
Сара, не успевшая опомниться от изумления, настороженно кивнула. Он...
Господи, кажется, он впервые заговорил с ней по-человечески, без подначек и
непонятного злорадства.
- Согласна. Мне бы тоже этого хотелось, Джесс.
Весь остаток дни дверь в доме не закрывалась. Гости сменяли друг друга
калейдоскопическим вихрем. Коробки с пиццей и сандвичами из "Макдоналдса"
громоздились на столе в гостиной. Оказалось, что у Слоан полно друзей,
причем весьма изобретательных. Невозможно было описать предлоги, под
которыми они являлись бесконечной чередой, чтобы на свой лад выразить
сочувствие и поддержку. И попытаться развеселить упавшую духом девушку.
И им это удалось. Во всяком случае, ложась спать, Слоан немного пришла в
себя. Только ночью ей снова стало плохо. Потому что теперь никто не мог
отвлечь от мыслей о Ное. Она заснула, вспоминая о тех минутах, когда они
лежали вместе, тесно прижавшись друг к другу: ее голова покоится на его
плече, его рука лениво скользит по ее телу.., пока оба не погрузятся в
дремоту. Или снова займутся любовью.
Глава 48
Преувеличенная вежливость и любезность детективов Кегла и Флинна ни на
минуту не обманули Парис. Они бесцеремонно заявились в дом на следующий день
после похорон Эдит и, очевидно, за неимением более подходящей кандидатуры
попытались уличить ее в убийстве прабабки.
- Поймите же, нас обманула кажущаяся легкость, с которой шло
расследование, - повторял Флинн. - Но потом мы сумели во всем разобраться.
Видите ли, если бы Слоан убила миссис Рейнолдс, ей ни к чему было бы стирать
свои отпечатки пальцев, а потом прятать пистолет в такое место, где каждый
мог его найти. Оружие принадлежало ей, у нее имелось разрешение, и отпечатки
не послужили бы уликой. Настоящий преступник каким-то образом обнаружил
пистолет и воспользовался им.
- Я уже много раз повторяла, что ничего не знаю по этому поводу.
- Слоан утверждает, что на следующее утро после убийства "глок" еще
находился в тайнике. Она это проверила лично. Как по-вашему, кто мог
переложить пистолет под матрас?
- Кто? - рассерженно отозвалась Парис. - Слуг отослали домой по вашему
приказу. В доме оставались только Пол Ричардсон, Слоан, мой отец, я и Гэри
Дишлер.
- Согласитесь, все это весьма странно, - вставил Кегл.
- Неужели? - фыркнула Парис. - Кажется, вы полностью исключаете мысль о
виновности Ричардсона или Слоан.
- Ричардсон - агент ФБР, и у него не было мотива.
Кроме того, у него твердое алиби. Ваша сестра имеет незапятнанный
послужной список и к тому же работала на Ричардсона. Поверьте, если бы не
это, ей грозило бы пожизненное заключение. Кто же остается? Кто хотел
устранить с дороги одновременно и вашу прабабушку, и Слоан? Кто спрятал
пистолет под матрасом?
Парис вскочила, давая понять, что с нее довольно, и махнула рукой
Нордстрому, дежурившему в коридоре. Нужно их выставить. Нечего распинаться
перед плебеями, которые чуть ли не открыто обвиняют ее в преступлении.
- Нордстром, - холодно велела она, - проводите этих людей к выходу и
закройте за ними дверь. И прошу больше их в дом не пускать.
- Мы можем получить ордер, - прошипел Флинн, отбросив всякое притворство.
- Я вам не мешаю, - бросила Парис, показывая на дверь. - Ну а пока будьте
добры убраться и больше не показываться здесь.
Очутившись на улице, Кегл с ехидной усмешкой воззрился на Флинна.
- Ну что, прокатили нас? Вежливо попросили отвалить и не возникать?
- Угу. Бьюсь об заклад, она с таким же милым личиком прицелилась в
старуху и спустила курок.
Парис вне себя металась по комнате. Что делать? Кто же убил Эдит? Ищейки
правы, выбирать почти не из кого. Правда, в отличие от полиции она не
собиралась легко скидывать со счетов Ричардсона и Слоан. Пол, разумеется,
лгун и негодяй и привык без зазрения совести использовать людей. Он умел
обращаться с оружием и заметать следы. Безжалостный, бесчеловечный робот!
Он разбил ее сердце. Но хуже всего, он.., он, кажется, искренне считал,
что именно она убила прабабку.
И Слоан ничем не лучше Пола. Бесчестная, низкая особа. Притворялась, что
любит Парис. Радовалась, что обрела сестру. Забила ей голову трогательными
историями о матери и пробудила в Парис страстное желание войти в их семейный
круг. Приехать в Белл-Харбор. И все для того, чтобы помочь агенту ФБР
проникнуть в дом и уничтожить Ноя!
Рассеянно потирая ноющие виски, Парис вновь и вновь воскрешала в памяти
разговор с сыщиками. Похоже, они были решительно убеждены в непричастности
Слоан и уверенно заявляли, что кто-то замышлял ее подставить. Но с другой
стороны, Парис так же твердо знала, что Слоан и отец здесь ни при чем.
Значит, остается Гэри Дишлер.
Сначала эта мысль показалась ей абсурдной, но чем больше Парис
размышляла, тем яснее сознавала, как неприятен ей этот человек. Он появился
в доме несколько лет назад, и тогда круг его обязанностей был достаточно
узок. Но сейчас он заправляет буквально всем. Незаменимый помощник. Обычно
он выказывал отцу неизменное почтение, но несколько раз она случайно
слышала, как Гэри обращался к Картеру жестким, нетерпеливым тоном человека,
которому все позволено. Почему? Однажды он разорался на горничную и
немедленно уволил беднягу только потому, что та переложила какие-то бумаги
на его столе.
Похоже.., похоже, она недооценивала Дишлера! Но почему ему понадобилось
убивать Эдит? Да и способен ли он на такое? Кажется, вполне.
Ее отец просматривал открытки с выражением соболезнования в просторном
кабинете на втором этаже, откуда одна дверь вела в его спальню, а другая - в
офис Дишлера. Парис поднялась наверх, удостоверилась, что их никто не
подслушает, и подошла к столу.
- У нас неприятности, - тихо сообщила она как могла спокойнее.
- Ну что еще? - вздохнул отец, разрезая очередной конверт.
Парис опустилась на стул.
- Ты можешь сказать, как в действительности относился Гэри к прабабушке?
Я знаю, что время от времени она безбожно ему грубила.
- Как и всем остальным, - философски заметил Картер. - И при чем тут
Гэри?
Парис сжала кулаки и приготовилась к худшему.
- Только что ушли полицейские. Они считают, что это убийца сунул пистолет
Слоан под матрас. Кроме того, они полностью исключают вину Слоан или
Ричардсона.
- Не ввязывайся ты во все это, Парис, иначе просто с ума сойдешь. Пусть
расследованием занимаются те, кому положено.
- Невозможно. Мы не можем себе это позволить.
- Но почему? - удивился отец.
- Потому что детективы уверены, что это сделала я. У меня были все мотивы
и возможности.
- Но это безумие! Чушь! Бред какой-то!
- Безумие - идти в тюрьму за то, чего не совершал, но такое бывает, и
довольно часто. Только один человек мог перепрятать пистолет наутро после
убийства, и это Гэри Дишлер. Он единственный, кроме нас и Слоан с
Ричардсоном, кому полиция позволила остаться в доме.
Лицо отца исказилось странной гримасой, очень похожей на страх, но она
тут же исчезла, и отец посмотрел на Парис с обычным
насмешливо-снисходительным выражением. Может, ей все это только показалось?
- Ищейки даже не потрудились расспросить о нем, а меня вот-вот арестуют,
- продолжала она. - Думаю, нужно нанять частных детективов. И предупредить
адвоката.
Нет, она решительно ошиблась. Какой там страх? Он кипит от гнева!
- Папа, ты подумаешь над тем, что я сказала?
Картер сухо кивнул, и Парис поспешила удалиться. Она уже спускалась по
ступенькам, когда услышала грохот. Обернувшись, Парис увидела, что дверь
отцовского кабинета была открыта. Значит, это хлопнула дверь в кабинете
Дишлера.
Парис едва не застонала при мысли о том, что Картер попросит именно его
нанять сыщиков и адвоката, но тут же поняла, что отец в ярости способен на
все. Даже ворваться к Дишлеру и потребовать объяснений.
Беспокойство за отца заставило Парис забыть о моральных принципах,
въевшихся в кровь едва ли не с рождения. Метнувшись в первую же попавшуюся
комнату, она схватила телефон и набрала добавочный номер кабинета Гэри. Тот
оказался у себя.
- В чем дело? - рявкнул он.
- Гэри? О простите, - промурлыкала Парис, осторожно придавив кнопку
устройства, позволявшего прослушивать любую комнату. - Я хотела соединиться
с кухней.
- Набирайте три-ноль-два, - буркнул Дишлер и отключился. Какое счастье,
что он научил ее обращаться с этим устройством, пока отец лежал в больнице!
До девушки донесся голос отца, и то, что она услышала, привело ее в ужас.
- Я просил тебя успокоиться, Картер! - проговорил Дишлер снисходительным
тоном. - Ну же, объясни, чего ты боишься?
- Ты прекрасно знаешь! Моя дочь только что сообщила, будто ее хотят
арестовать за убийство Эдит.
- Какая именно дочь? - поинтересовался Гэри.
- У меня всего одна дочь! - отрезал Картер. - И она привела достаточно
разумные доводы в пользу того., что ты, и только ты, спрятал этот чертов
пистолет, а следовательно, и прикончил старуху.
Вместо того чтобы пуститься в, спор и горячо отрицать свою причастность к
убийству, Гэри цинично и хладнокровно объяснил:
- У тебя возникли проблемы. Картер. Серьезные проблемы, которые весьма
волнуют твоих деловых партнеров. Они попросили меня все уладить, прежде чем
твое падение не уничтожит и их вместе с тобой.
- Какие еще проблемы? - встревоженно пробормотал Картер.
- Можно подумать, ты не знаешь! Разве Эдит не изменила завещание и не
оставила Слоан лакомый кусочек? Ее доля в фонде Хановера составила бы
пятнадцать миллионов. Откуда ей знать, что все огромное состояние
сократилось до пяти миллионов, потому что ты в качестве попечителя много лет
доил фонд и покрывал огромные потери, которые нес по собственной
некомпетентности, за счет его активов? Я прав?
- Я мог бы убедить Слоан оставить деньги в фонде и довольствоваться
процентами. Парис уже согласилась и...
Снова послышался грохот, словно Дишлер с силой опустил на стол кулак.
- Слоан - это не Парис. Она коп! И если решит забрать свои денежки, черта
с два ты что-нибудь сделаешь! Представляешь, какая вонь поднимется! Твоим
партнерам это не понравится!
- Прекрати называть их партнерами, дьявол тебя побери! У нас деловое
соглашение, а не партнерство! Они выручили меня в восьмидесятых, когда банк
едва не рухнул, и с тех пор мне приходится отмывать их грязь! Я позволил им
поставить своих людей на руководящие должности и даже терпел тебя, но об
убийстве речи не шло!
- У нас не было выхода. Знай я, что старая дура решит сделать наследницей
Слоан, она отправилась бы на тот свет куда пристойнее, прежде чем успела
поставить подпись, и никто ничего бы не пронюхал! Но к несчастью, я ведать
не ведал обо всем, пока Уилсон не проговорился. Пришлось посоветоваться с
твоими партнерами, а те проконсультировались с адвокатами. Ну и получилось,
что единственный способ остановить твою детку-копа - сделать так, чтобы все
подозрения пали на нее! Хочешь не хочешь, а пришлось выкручиваться.
Картер, застонав, громко выругался, но Дишлер равнодушно заметил;
- Бизнес есть бизнес. Картер. Ничего личного. Повезло, что у нее оказался
свой пистолет.
- Откуда ты узнал? - прошептал окончательно сломленный Картер. - Как
обнаружил, что она служит в полиции?
- За день до кончины бедняжки Эдит я завел разговор о старинных
персидских коврах, что лежат внизу. Она перепутала их с обюссонскими. И
потом этот так называемый дизайнер не проявляла ни малейшего интереса к
обстановке. Мне показалось это подозрительным. Я задействовал компьютер и
нужного человечка и уже через пять минут знал, кто она на самом деле. А
через четверть часа твои партнеры выработали план и снабдили меня
инструкциями. Полчаса ушло на то, чтобы разыскать проклятую пукалку. Ну?
Может, на этом закончим весьма неприятную дискуссию?
- А Парис? - с мукой в голосе выдавил отец. - Что, если ее арестуют?
- Ни при каких обстоятельствах. Я не позволю. О Слоан позаботятся, и
сегодня же, и все благополучно утрясется.
- Но как?
- Уверен, что желаешь знать?
Парис затаила дыхание и нерешительно протянула руку к кнопке. Нет, рано,
она должна услышать все!
Отец, должно быть, кивнул, потому что не произнес ни единого слова, а
ответ Дишлера оледенил ее кровь.
- Сегодня мы убедим Слоан раскаяться и написать нечто вроде исповеди,
прежде чем вышибить себе мозги. Правда, женщины не слишком любят портить
свою внешность, даже кончая самоубийством, но она не женщина, а коп и
предпочтет быстрый способ...
Парис выключила проклятое устройство и вылетела в коридор. Спальня отца
была в конце северного крыла, ее - в конце южного. Пробегая мимо центральной
лестницы, делившей дом на два крыла, она увидела горничную с охапкой свежего
белья и заставила себя замедлить шаг.
Парис пока еще не решила, что сделает; в воспаленном мозгу бились только
две мысли: нужно предупредить Слоан и успеть удрать из дому, но так, чтобы
никто ничего не заподозрил.
- Здравствуйте, Мэри, - обратилась она к горничной, - я только вспомнила,
что записана к.., э-э-э.., к маникюрше, и уже опаздываю. Нужно спешить.
Добравшись до своей комнаты, она схватила сумочку, ключи от машины и
бросилась к двери, но тут же вспомнила о карточке Ричардсона, которую
сохранила, намереваясь пожаловаться его начальству. Она хранила ее в ящике
стола. Руки девушки так дрожали, что она дважды уронила карточку, прежде чем
сунуть в сумку.
Внизу расхаживал Нордстром. Нужно наплести что-нибудь правдоподобное,
чтобы отец не волновался, почему она не явилась домой к ужину. Каждому
покажется странным, что она исчезла на следующий же день после похорон Эдит.
- Мой отец разговаривает с мистером Дишлером, и я не хочу его беспокоить.
Передайте, что.., звонила миссис Мид, и я еду к ней поговорить насчет моих
моделей. Это меня немного развлечет.
- Разумеется, мисс, - почтительно кивнул Нордстром.
Взглянув на часы, встроенные в приборную панель, Парис подняла трубку
телефона. Уже начало пятого. Если пренебречь всеми ограничениями скорости,
она доберется до Белл-Харбора через час. Гораздо быстрее, чем ехать в
аэропорт, дожидаться самолета, а потом искать такси. Нет лучше ехать. Так
или иначе она будет в городе до наступления темноты Придерживая трубку
плечом, она набрала номер Пола.
Руки все еще дрожали, но ей предстояло слишком ответственное дело, и это
не давало окончательно впасть в отчаяние.
В трубке запищало. Должно быть, пейджер. Слоан сообщила номер своего
телефона и отключилась в надежде на скорый ответный звонок Пола.
Ричардсон, сидя в номере мотеля Палм-Бич, смиренно слушал вопли и
проклятия руководителя подразделения, ФБР в Майами. Лежавший на столике
сотовый телефон зазвенел, крохотный красный индикатор загорелся: кто-то
пытался связаться с его обладателем.
Пол поспешно переключил телефон на пейджер, чтобы окончательно не вывести
из себя начальство.
- Надеюсь, ты в курсе, что тут творится, Пол? Я ясно выражаюсь? Весь
отдел пашет днем и ночью, отвечая на первую волну жалоб, которые адвокаты
Мейтленда направили сегодня в суд!
- Интересно, в чем же он обвиняет лично меня?
- Рад, что ты догадался спросить, - с горьким сарказмом ответил Брайен
Маккейд. Послышался шелест страниц.
- Посмотрим.., незаконный обыск, захват судов.., провокация преступления
с целью его изобличения...
Пол терпеливо ждал конца длинного списка обвинений.
- Погоди, еще одно, - сообщил Маккейд. - Злостная некомпетентность.
- В жизни не слышал ни о чем подобном. С каких это пор некомпетентность
является нарушением закона?
- С тех самых пор, как об атом объявили поверенные Мейтленда, -
огрызнулся Маккейд. - Они, возможно, на основании всего этого предложат
новое законодательство Так и вижу, как Верховный суд утверждает составленный
ими кодекс!
- Мне нечего сказать, Брайен.
- Вот именно. Кстати, Мейтленд требует формального письменного
опровержения с извинениями, поскольку вы ничего не обнаружили ни на одной
яхте. Хочет, чтобы ты просил прощения.
- Передай, пусть катится ко всем чертям - Наши адвокаты уже составляют
более благозвучный вариант ответа, однако думаю, что это не слишком
порядочно с нашей стороны, особенно если ты не уверен, что он уже успел
незаметно выгрузить оружие до обыска.
Пол тяжело вздохнул:
- Вряд ли. После совещания в Южной Африке он оставил "Призрак" и вернулся
самолетом. Мы наблюдали за судном всю обратную дорогу и не спускали с него
глаз с той минуты, как оно пришвартовалось в Палм-Бич.
- То есть ты утверждаешь, что никакой контрабанды он на борт не брал?!
- Точно так, - объявил Пол.
- И "Звездочет" тоже чист?
- К сожалению.
- Следовательно, можно считать, что Мейтленд невиновен?
Пол вспомнил о разрушенных им судьбах, о полных слез глазах Слоан и
поморщился от боли. Никто не сумеет наказать его сильнее, чем он себя.
- По всей видимости. Хотя с точки зрения закона его вполне можно
притянуть за хранение пулемета. В конце концов, это автоматическое оружие.
- Благодарю за светлую мысль! Особенно если учесть, что эта чертова штука
- настоящий антиквариат, да еще конфискованный у пиратов.
Пол снова вздохнул и подумал о Слоан, так упорно и стойко защищавшей
Мейтленда. Значит, ее интуиция оказалась вернее его умозаключений?
- Как по-твоему, можно нанести визит Мейтленду и попытаться утешить его
раненую гордость?
- Он не желает утешений. Жаждет крови. По возможности твоей.
- Мне нужно поговорить с ним и кое-что прояснить, - настаивал Пол. -
Может, удастся хотя бы убедить Мейтленда, что Слоан ничего не знала?
- И близко к нему не подходи, - предостерег Маккейд, снова придя в
бешенство, - иначе поставишь под угрозу нашу линию обороны. Ты меня слышал?
Это приказ!
- Слышал.
Едва они распрощались, Полу поочередно позвонили два его агента в
Палм-Бич. Он дал каждому подробные наставления, принес стакан воды, поставил
на стол и начал укладывать вещи.
Парис ждала звонка Пола почти час и только потом поняла, что придется
полагаться на себя. Ладони взмокли от напряжения, спидометр показывал 110, и
она каждую минуту ожидала, что ее остановит дорожная полиция.
Нет, нужно немного успокоиться. И хорошенько все обдумать.
Правой рукой Парис открыла сумочку и нащупала ручку и блокнот, а потом
позвонила в службу информации Белл-Харбора. Телефонистка сообщила, что номер
Слоан в справочнике не значится.
- А Кимберли Рейнолдс?
Телефонистка продиктовала номер и адрес, и Парис все записала.
- И скажите, пожалуйста, как позвонить в полицейский участок?
Парис попросила диспетчера полиции соединить ее со Слоан Рейнолдс.
Потянулись секунды. Напряжение девушки все возрастало. Сейчас.., сейчас она
услышит голос Слоан!
Но ответил мужчина.
- Лейтенант Карузо у телефона.
- Мне нужно поговорить со Слоан Рейнолдс.
- Простите, мэм, ее смена закончилась в три.
- Мне она нужна немедленно. Я ее сестра. Не могли бы вы дать мне ее
номер?
- Сестра? В таком случае вы сами должны все знать!
- Оставила записную книжку дома.
- Простите, но нам запрещено сообщать такие сведения о сотрудниках.
- Послушайте, - нетерпеливо взмолилась Парис, - это очень срочно. Ее
жизнь в опасности. Сегодня ее должны убить.
Мужчина, по всей видимости, решил, что имеет дело с тронутой.
- Убить? И кто же? Не вы ли, мэм?
- Разумеется, нет! - взорвалась Парис, но, сообразив, что ни истерика, ни
скандал здесь не помогут и что ей попался редкий идиот, терпеливо повторила:
- Я ее сестра. А вы знакомы со Слоан?
- Еще бы! . - Значит, знаете, что она гостила у родственников в Палм-Бич?
- Да, и ее прабабку застрелили, а детектива Рейнолдс арестовали, а потом
выпустили. Нам уже звонили двое таких, как вы, с признаниями в убийстве.
Нет, он в самом деле кретин!
- Кто ваш начальник?
- Капитан Ингерсолл. Но сегодня у него выходной.
- А в его отсутствие?
- Я, мэм.
Парис бросила трубку.
Застегнув сумку с вещами. Пол машинально потянулся за ключами от машины.
Рука наткнулась на сотовый телефон, все еще мигающий красным огоньком. Черт,
он совсем забыл, и все из-за начальственного разноса. Маккейд совсем с
катушек съехал! Интересно, кто бы это мог быть? Номер незнакомый.
Парис еще раз повторила про себя адрес Кимберли Рейнолдс и трясущимися
пальцами схватилась за телефонную трубку. Но в этот момент раздался
пронзительный звон, и Парис, замирая от дурных предчувствий, пролепетала:
- Алло...
- Это Пол Ричардсон. Ваш номер высветился на моем пейджере...
Такого счастья ей еще не доводилось испытывать. Счастья и облегчения.
Только сейчас Парис поняла, в каком напряжении находилась все это время, и,
с трудом проглотив слезы, выдохнула:
- Пол. Это я, Парис. Еду в Белл-Харбор. Пожалуйста, поверь мне, потому
что дежурный в полицейском участке Белл-Харбора посчитал меня спятившей и
отказался помочь. И если еще ты не...
- Я все сделаю, Парис, - перебил он на удивление спокойно и твердо. -
Все. Только объясни, что происходит.
- Сегодня ночью они расправятся со Слоан! Заставят ее написать
предсмертную записку с признанием в убийстве Эдит, а потом пристрелят. И
сделают все, чтобы обставить это так, словно она покончила с собой, -
выпалила Парис, почти ожидая, что он посмеется над ней или заставит все
объяснять заново, пока последние минуты жизни сестры утекают, как песок
между пальцев.
- Понятно. Скажи, кто эти "они", чтобы я сумел как можно быстрее их
нейтрализовать.
- Не знаю! Просто подслушала чужой разговор!
- И все-таки - кто же обсуждал эту животрепещущую тему?
Ну вот, минута настала. Теперь придется либо предать отца, либо навеки
распроститься с сестрой. Отец.., тот, кто вырастил ее, заботился... Но ведь
именно он не задумываясь обрек на смерть младшую дочь, чтобы спасти гибнущий
бизнес! И не слишком расстроился, узнав, что из-за этого проклятого бизнеса
прикончили его бабку. А Парис так любила Эдит. И Картера. И.., и Слоан!
- Парис! Я должен знать, кто в этом замешан, иначе вес может плохо
кончиться! - нетерпеливо повторил Пол.
Парис судорожно сглотнула и вытерла свободной рукой мокрые щеки.
- Отец. Отец и Гэри Дишлер. Я слышала, как они об этом говорили. Дишлер
работает на каких-то людей, которых называет партнерами отца. Это они велели
ему убить Эдит, и он послушался. - Теперь слезы ручьями лились по щекам, и
перед глазами все расплывалось.. - Они приказали ему позаботиться и о Слоан,
но сам он не желает пачкать руки. Нанял каких-то негодяев.
- Спасибо, я узнал все, что необходимо. Жди моего звонка.
Парис положила трубку. Пол выручит Слоан! И арестует отца.
Она представила, как гордого красавца Картера Рейнолдса выводят из дома в
наручниках. Подумала о долгом судебном процессе, стервятниках-папарацци,
гнусных обличениях в прессе. И, нажав на тормоза, прислонилась лбом к
рулевому колесу.
- Прости, - громко сказала она. - Мне так жаль. Так жаль...
Вертолет ФБР стоял у пристани, по дороге туда Пол позвонил в полицейский
участок Белл-Харбора. И к несчастью, тоже наткнулся на лейтенанта Карузо.
Ричардсон представился, но, прежде чем успел сказать хоть слово, Карузо
обрадованно завопил:
- Это про вас писали в газетах! Вы и Слоан...
- Заткнитесь и слушайте! - прикрикнул Пол. - Она в опасности. Возможно, у
нее в доме засада. На Слоан готовится покушение...
- Готов побиться об заклад, та баба, что мне звонила, навела шороху и у
вас! Похоже, ей место в психушке, но я на всякий случай позвонил Слоан и все
рассказал. Правда, у нее включен автоответчик, но...
- Она перезвонила вам?
- Пока еще нет. Но...
Пол лихорадочно пытался вспомнить, с кем еще из коллег Слоан познакомился
на вечеринке. Нужен надежный помощник. Да, тот, который заподозрил неладное,
внимательно присматривался к Полу и сумел отличить выстрелы от взрывов
петард. Как его там? , - Где Джессап?
- Уже освободился. Кого еще вам позвать?
- Ты, безмозглый ублюдок, если с ней что случится, ответишь! Немедленно
подними свою задницу, разыщи Джессапа и попроси позвонить по этому номеру!
В марте темнело довольно рано, и солнце уже клонилось к западу, когда
Парис свернула с шоссе на дорогу к Белл-Харбору. Она несколько раз звонила
Кимберли, но дома никого не было. Вероятно, она еще на работе. Парис
приказала себе не дергаться. Оставаться спокойной, придумать другой способ
связаться с сестрой.
Неожиданно она вспомнила, что мать служит в бутике и что Слоан упоминала
имя владелицы. Такое старомодное... Парис еще расспрашивала о том, одежду
каких модельеров предпочитает... Лидия!
Девушка немедленно узнала в справочной номер бути-ка. И едва не
вскрикнула от радости, когда хозяйка принялась ворчать, что Кимберли и без
того вечно названивают родственники и покупатели.
- Это Кимберли Рейнолдс, - послышался мягкий голос, в котором звучали
вопросительные нотки: очевидно, женщине не терпелось узнать, кому она
понадобилась так срочно.
- Я.., я Парис, Ким.., мама...
- О Господи! Слава Богу! - охнула Кимберли. Парис включила габаритные
огни и снизила скорос
...Закладка в соц.сетях
