Жанр: Любовные романы
Под парусом надежды
...h; Сказал лишь, что вы его младший брат, работаете за границей и редко
появляетесь дома. Что объясняло, почему вас не было дома на Рождество.
Джеда удивило, что Джордан не рассказал невесте о нем. Но он никогда до
конца не понимал брата.
В закусочной
У Сэла
действительно было многолюдно. Она находилась прямо в
бухте. На деревянной, качающейся на волнах, палубе стояли под зонтиками
столики. Джед и Лаура расположились недалеко от парапета. Залив был спокоен,
лишь изредка порыв ветра вызывал легкую рябь на воде. Прекрасный день в
Мирагансетте.
Некоторые люди украдкой наблюдали за ними. Наверное, они знали Джордана. И
понятия не имели, что у него есть брат-близнец.
Джед ощутил себя не в своей тарелке. Он пожалел, что не заехал переодеться.
И решил, что первым делом сделает это, вернувшись в отель.
Джед смотрел на розовое платье Лауры, на ее развевающиеся на ветру волосы,
чуть загорелую кожу и размышлял, что она думает теперь, когда ей приходится
иметь дело с ним, а не с его матерью.
Он уже поссорился с нею из-за завещания Джордана. Мария не одобрила того,
что ее любимый сын сделал распорядителем Джеда, и заявила, что заберет все
его картины. Но Джед собирался исполнить последнюю волю брата. Не случайно
же Джордан составил завещание именно так.
Джед и Лаура заказали креветки и холодный чай.
— Жарко. Не многие здесь носят костюмы, — прокомментировала
девушка, заметив, что Джед снял пиджак и закатал рукава рубашки.
— Я приехал сразу из аэропорта. Увиделся с родителями и тут же к
вам, — объяснил Джед, снова жалея, что не переоделся сначала.
Он чувствовал себя как рыба, выброшенная на берег. Джеду хотелось побыстрей
закончить дела в Мирагансетте и вернуться к работе.
— Я прочла завещание. У вас полная власть. Хочу сразу узнать, как это
отразится на выставке. Вы позволите провести ее? — Лаура достала из
сумочки документы и вернула их Джеду.
— Я ничего не знал о выставке. Мы с адвокатом планировали продать
собственность брата как можно скорее. Со дня его смерти прошло уже три
месяца. Мама может купить выставляемые картины и делать с ними что
заблагорассудится. А если его картины не продавались, откуда же Джордан брал
деньги?
Вопрос поставил девушку в тупик. Она не знала, какими были отношения в семье
ее бывшего жениха. Он ни о чем не рассказывал ей, кроме того, как любит ее и
как они будут роскошно жить, когда его картины принесут сказочную прибыль.
Лаура вспыхнула, вспомнив о своей слепой любви к Джордану Броуди. Она
никогда не задавала вопросов, предпочитая жить моментами. Какой же дурой она
была! Но какие это были чудесные дни!
Джед в ожидании смотрел на нее. Что он там спрашивал?
— Ваша мама содержала его. — Лаура старалась говорить обычным
тоном.
Сама она выросла в трудовой семье в Айове. С ранних лет ее учили
независимости и уверенности в себе. Девушка даже представить себе не могла,
чтобы ее родителям пришлось когда-нибудь содержать ее. Она отвернулась.
— В тридцать лет он все еще сидел на шее у родителей? — изумился
Джед.
Слава богу, принесли еду и разговор ненадолго прервался.
— Расскажи о себе, — попросил Джед позже, когда они решили
отбросить формальности и перейти на
ты
. — Ты не здешняя. Это ясно по
акценту.
— Я предпочитаю думать, что моего акцента не слышно, — рассмеялась
Лаура. — Я из Айовы. Закончила искусствоведческий в Бостоне, а потом
занялась поисками идеальной работы. Нашла не идеальную в Бостоне, потом
поехала в Мирагансетт в отпуск и познакомилась с Хьюго Аткинсом. Он нанял
меня в галерею. С тех пор я и живу здесь.
— Милый город... Правда, я мало бывал здесь. Родители жили в Бостоне,
пока мы не поступили в университет. Потом началась работа, командировки, и
на поездки сюда не осталось времени. Но я помню, мама рассказывала о галерее
Хьюго. Она считается лучшей во всем Кейп-Коде.
— Надеюсь, что это до сих пор так. Хьюго умер два года назад. Мне
повезло, что он оставил свой бизнес мне, — добавила девушка тихо.
Не успев сказать хоть слово в ответ, Джед заметил Марию Броуди, которая
пробиралась к их столику.
— Что ты тут делаешь с Лаурой? — набросилась она на сына.
Джед вежливо встал.
— Не ожидал, что ты присоединишься к нам за ланчем.
— Я и не собираюсь! — Мария сверкнула глазами. — Я звонила в
галерею. Хезер сказала, что ты пошла сюда с Джедом. Он не такой, как
Джордан. Он приехал, чтобы разрушить наши жизни.
Ничего не изменилось, заключил Джед. Мама все так же драматизирует.
Мария снова повернулась к сыну.
— Мы и так потрясены смертью Джордана. А ты еще смеешь вмешиваться в
наши планы.
Ее голос звучал надрывно. Люди за соседними столиками начали оборачиваться в
их сторону.
— Я всего лишь исполняю последнюю волю Джордана, мама. Ты видела
завещание и знаешь, чего он хотел, — спокойно возразил Джед.
— Он написал его несколько лет назад! Все изменилось. Джордан должен
был оставить картины мне. Или, по крайней мере, Лауре. Она хотя бы
собиралась стать его женой. Это несправедливо!
— Мария, прошу вас, садитесь и поешьте с нами, — вмешалась
Лаура. — Люди смотрят.
Мария, обожающая публичные сцены, с удовлетворением огляделась, но все же
села на стул, предусмотрительно отодвинутый Джедом.
— Держись подальше от невесты Джордана, — заявила она сыну. —
Я помню, как вы с братом всегда старались увести друг у друга девушек. Но ты
не посмеешь забрать Лауру. Она была счастлива с твоим братом. Даже не
приближайся к ней!
— Тогда мне следует найти другого оценщика? Мы как раз обсуждаем это.
Мария была явно сбита с толку. Такого поворота событий она не ожидала.
Женщина взглянула на Лауру.
— Ну конечно, я предпочитаю, чтобы Лаура оценила работы Джордана. Она
прекрасный специалист. К тому же любила Джордана и восхищалась его
картинами. Верно, дорогая?
Лаура вежливо улыбнулась, но промолчала. Как бы она хотела высказать Марии
все, что думала о ее обожаемом Джордане. Но на глазах у всех посетителей
ресторана девушка просто не могла себе этого позволить.
Да и расстраивать Марию лишний раз Лауре совершенно не хотелось. Бедняжка
лелеяла мысль об их браке. И Лауре было жаль безутешную мать.
— Я сделаю все, что смогу.
— Вот! — победно воскликнула Мария. — Видишь, я права!
— Рад, что ты одобрила мой выбор, — ответил Джед спокойно.
Лаура восхищалась его терпением.
— Лаура — лучший продавец предметов искусства в этом городе. Я тоже
буду креветки, — сказала Мария подошедшему официанту и снова
повернулась к Лауре. — Мне кажется, ты выделила для картин Джордана
мало места. И крыло недостаточно освещенное.
— Мама, — перебил Джед. — Ты уже видела картины, которые Лаура выбрала для выставки?
— Еще нет. Я не могу пока без слез смотреть на работы моего сыночка.
На мгновенье Лауре показалось, что Мария сейчас заплачет. Она была
совершенно безутешна на похоронах. Лаура заходила к Броуди несколько раз,
играя роль скорбящей невесты. Именно играя роль... Ах, если бы она не
застала Джордана в постели другой женщины тем днем!
— Они не такого уровня, как твои, мама.
— Возможно, — отмахнулась Мария. — У меня на двадцать лет
больше опыта. Но у Джордана был талант. Лет через десять он стал бы самым
выдающимся художником двадцать первого века.
Лаура отвела взгляд. Мария действительно жила иллюзиями.
— Нет.
Мария и Джед одновременно посмотрели на девушку.
— Что?
— Работы Джордана не идут ни в какое сравнение с вашими. И сомневаюсь,
что ему хватило бы терпения и дисциплины вырасти в большого художника.
Конечно, если бы он перестал пить, его жизнь наверняка изменилась бы.
Джордан больше всего ценил вечеринки и шумные попойки в клубах. И почему
Лаура не замечала этого раньше? Она тоже любила ходить в клубы. Но быстро
перегорела. Не всю же жизнь проводить в пьяном угаре!
— Приходите и посмотрите на картины, — продолжала Лаура. —
Заодно поможете мне выбрать рамы.
— О, я этого не вынесу. — Мария манерно приложила руку ко
лбу. — Не знаю, как переживу выставку, но ради моего бедного сына я
должна быть там.
— Но тебе нужно взглянуть на его работы. Они действительно не слишком
хороши, — добавил Джед.
— Как ты можешь принижать талант брата! Он с детства подавал большие
надежды. Мы все знаем, что ты не был одаренным, Джед. Так что не суди о том,
в чем не разбираешься!
— Зато у меня талант в другой области! — разозлился
мужчина. — Почему ты не хочешь этого признать.
Официант принес Марии заказ.
— Я заберу это с собой. Я ухожу.
Художница встала. Джед тоже встал. Лаура не без веселья наблюдала, как оба
молча смотрят друг на друга. Мария заговорила первой:
— Я ожидаю, что выставка пройдет так, как и планировалось. Лаура
выберет работы, которые покажут, какой потерей для мира искусства явилась
смерть Джордана. Ты распорядитель, так что позаботься обо всем. —
Художница гордо вздернула подбородок и удалилась.
— Маму ждет разочарование, — заговорил, наконец, Джед.
— Картины не так уж плохи.
— Но и не хороши. А она ждет шедевров. Те, что в галерее, самые лучшие?
Лаура кивнула.
— Итак, когда ты сможешь приступить к оценке?
— Не раньше четверга, — отчего-то соврала Лаура.
Сегодня вторник. Возможно, Джед откажется от ее услуг, раз уж так торопится.
Лауре было бы удобнее, если бы эту работу выполнил кто-нибудь другой. Она
уже по горло сыта драмами!
— Хорошо. Во сколько мы встретимся?
— В два? — Черт, подумала девушка, надо было сказать, что я занята
до следующей недели.
А лучше до будущего месяца. Или просто отказать. Лаура взглянула на Джеда.
Не многие люди говорили ему
нет
, это ясно как день.
— Я заеду. Мне еще нужно разобрать вещи Джордана. Новые отправлю в
магазины, остальное пожертвую. Не порекомендуешь мне какой-нибудь фонд?
— Я бы отдала в
Провинстаун
.
— А ты хочешь забрать что-нибудь?
— Нет. — Лаура бросила салфетку на стол и встала. — Мне пора
в галерею. Спасибо за ланч и увидимся в четверг.
Джед тоже встал и дождался, пока Лаура уйдет. Затем снова опустился на стул.
На мгновение Лаура оглянулась. Джед смотрел куда-то вдаль и казался безумно
одиноким. Может, она недооценила его? Лаура вдруг подумала, не вернуться ли
ей за столик. Но зачем? Развеселить? Нет. Девушка уверенно зашагала в
сторону галереи.
Она позвонит Джасперу Маллинсу, чтобы тот помог в оценке. Не то чтобы Лауре
нужно было еще одно мнение, но одна голова хорошо, а две все же лучше. Кроме
того, возможно, она услышит мнение, отличное от собственного.
Джед закончил есть. Он мало ел за последние дни. Он был голоден и устал. И
не имел, особого желания разбираться с делами брата. Джеду хотелось бы,
чтобы все сложилось по-другому. Он любил мать, не всегда понимал ее, но
ценил ее мнение и знал, что для нее важно. Она всегда обожала Джордана. Джед
давно привык к этому.
Отец тоже большую часть времени проводил в собственном мире, создавая
скульптуры из мрамора и гранита. Он выходил из мастерской только в те
моменты, когда нужно было продать скульптуру. Его работы находились и в
музеях современного искусства и в частных коллекциях.
Джед бросил на стол несколько купюр, подхватил пиджак, перебросил его через
плечо и отправился в свой отель.
Джед решил позвонить на работу и продлить отпуск. И все же позволить
провести выставку. А потом съездить в дом Джордана. Он никак не мог
поверить, что брата больше нет. Что он никогда больше не увидит его и не
услышит очередную историю о том, как Джордан заработает свой первый миллион.
Братья не были близки, но Джед чертовски скучал по Джордану.
Какой была его жизнь здесь? Джед никогда не приезжал к брату в дом. Будет ли
коттедж напоминать о Джордане? Он бы предпочел обратное. И вообще, лучше бы
Джордан составил завещание по-другому. Лучше бы Джед остался на Амазонке.
Но теперь уже ничего не изменить. Джордан мертв. И они никогда больше не
будут так близки, как когда-то мальчишками. До тех пор, пока родители не
разделили их на любимого и отверженного. Смерть всему финал.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Лаура расположилась в кресле-качалке на балконе и глядела на море, которое
открывалось взору из ее квартиры на третьем этаже. Стоял чудесный вечер.
Девушка облачилась в свободную футболку и попивала вино, положив ноги на
парапет. Никто не видел ее в сумраке ночи. Ночь была ее любимым временем
суток. Морской бриз овевал приятной прохладой, принося с собой разные мысли.
Снова и снова они возвращались к Джеду Броуди и ее двояким чувствам к нему.
Ей не нравился этот человек. Он напоминал девушке о том, что она
предпочитала забыть. Да, Лаура сочувствовала Джеду. Всегда трудно терять
родственника. А тем более брата. Лаура была единственным ребенком в семье,
но она могла себе это представить.
Однако ее влекло к нему. Джед был мужественным и мускулистым. А как он
смотрел на нее! Будто она — единственная женщина на свете.
Зазвонил телефон. Лаура сняла трубку и вернулась на балкон.
— Лаура Паркерсон слушает.
— Я не слишком поздно?
Девушка узнала голос Джеда. Она вся напряглась. Зачем он звонит?
— Нет. Чем могу помочь?
Темнота все скрывает. Лаура могла говорить с ним и хранить свои секреты.
На том конце провода воцарилась тишина.
— Джед?
— Наверное, это все-таки плохая идея.
— Какая именно?
— Позвонить тебе, чтобы спросить о Джордане. У тебя и без того полно
дел.
— Вообще-то я сижу на балконе и наслаждаюсь ночной прохладой. А ты где?
— В номере отеля. К слову сказать, достаточно скверном. Еще повезло,
что я успел снять его, так говорил администратор. По телевизору ничего
интересного. А здесь я знаю только тебя и родителей. Я подумал, что мне
приятнее говорить с тобой.
— Что ты хочешь знать?
— Каким был Джордан в эти последние для него месяцы? Чем он
интересовался? Кроме тебя, разумеется. И был ли брат счастлив?
Лаура отпила вина и поморщилась. Она не желала вспоминать последние месяцы.
— Джордан обладал способностью быть счастливым, что бы ни случилось. Он
ничего не воспринимал слишком серьезно. Во всяком случае, настолько, чтобы
изменить свое отношение к жизни. Это его качество и привлекало меня в нем. Я
беспокоилась о делах в галерее, о том, как сохранить клиентов, о налогах и
сборах, о том, какая будет погода, и о многом другом. А Джордан никогда.
Когда я была с ним, я забывала о заботах и просто веселилась.
Этого и не хватало Лауре больше всего.
— Да. Джордан всегда был оптимистом.
— Иногда он сводил меня с ума своим легкомыслием. Но ему всегда везло,
и потому худшего не происходило. У Джордана было много друзей, но, насколько
мне известно, никого близкого. Зато множество тех, с кем он проводил время в
клубах или на яхте. Твой брат любил быть в центре внимания, среди людей, что
меня немного удивляло.
Только сейчас Лаура начинала осознавать некоторые вещи, которые были ключом
к настоящему Джордану.
— Почему же?
— Большинство творческих людей считают уединение своим лучшим другом. А
у Джордана было просто бесчисленное количество знакомых.
— В этом мы разные. Хотя не только в этом, во многом. Джордан всегда
легко заводил знакомства. Еще с начальной школы у него всегда были друзья на
все случаи жизни.
— А у тебя?
— У меня не так много друзей. Я всегда болтался в компании брата, если
мне не с кем было пойти куда-нибудь.
— Джордан был таким открытым. Мне бы хотелось...
— Что?
— Чтобы я ценила его достоинства до того, как он погиб. Думаю, мне
хотелось изменить его. Но ведь люди редко меняются, достигнув определенного
возраста, если, конечно, сами не захотят. Мне нравилось ходить с ним на
вечеринки и все же иногда так хотелось провести тихий вечер дома. Я любила
его беззаботность, но желала, чтобы он стал более практичным. Что это
говорит обо мне?
— Что ты хотела стабильности, а не жизни на вулкане.
— Но все было не так плохо, как мне иногда казалось.
Если бы только она не застала Джордана в постели с любовницей. Как хотела Лаура забыть этот кошмар!
— Так ты в отеле? — спросила она. — А почему не остановился в
доме родителей? Или брата?
— Скажем так, мне проще приходить и уходить, когда захочу, если под
ногами не мешаются родственники.
— Стало быть, сегодня ты успел многое?
И снова повисла пауза. Лаура услышала шорох на том конце провода. Кровать
скрипит? Джед готовится ко сну? Интересно, он в трусах, в пижаме или, может,
голый? Джордан всегда спал обнаженным, но так же ли спит его брат?
О чем я думаю! — отругала себя девушка. Джед брат Джордана, в конце
концов!
— Я разбирал одежду брата. Упаковывал его вещи. И ожидал обнаружить
больше привидений.
— Привидений?
— Воспоминаний. Мы были неразделимы мальчишками. Мы пошли каждый своей
дорогой в старших классах, а на первом курсе института обнаружили, что
слишком отдалились друг от друга. Я видел Джордана считанные разы с тех пор.
— Ты сам так решил или это была его идея? — Лаура подумала, что
Джордан не особо скучал по брату. Или только делал вид? Как же плохо она
знала мужчину, за которого собиралась замуж!
— Наверное, больше сам. Я устал от... — Джед прервался.
— Устал от чего?
— Прибираться за ним... Неважно. С тех пор много воды утекло.
— Трудно продолжать злиться на человека, которого больше нет,
правда? — медленно сказала Лаура. — Сначала Джордан был просто
замечательный. Потом изменился. А сейчас я бы все отдала, чтобы он снова был
жив.
Но могла ли Лаура простить Джордана за измену, как он умолял?
— Сменим тему. Чем ты сегодня занималась?
— Вместо того чтобы поехать в коттедж?
— У тебя, кажется, были планы, когда я появился. Мне просто любопытно.
— Встречалась с клиентом. Чудесная пожилая дама, у которой куча денег.
— Продала ей что-нибудь?
— У меня для нее ничего не оказалось. Она обожает скульптуры из стекла.
Но мы попили чаю и я пообещала придержать для нее товар, если что-нибудь
появится.
— И все? Когда-нибудь ты должна рассказать мне о тонкостях работы в
галерее.
— Может быть, однажды я так и сделаю.
— У Джордана пыльно. У него была горничная или что-нибудь в этом роде?
Я так понимаю, мой брат не убирался в доме.
— Я тоже не видела его за уборкой. — Лаура вздохнула. —
Кажется, к нему кто-то приходил раз в неделю. Может, твоя мама отменила
услуги по уборке после его смерти. Она так горюет, больно видеть ее такой.
— Да. Ей потребуется много времени, чтобы пережить смерть сына. Если
вообще когда-нибудь удастся. А ты заберешь свои вещи из коттеджа? Или
захватишь их в четверг?
Лаура почувствовала, как лицо вспыхнуло, будто после пощечины. У Джордана не
осталось ее вещей.
— Там нет ничего, что я хочу забрать.
— Ничего?
Как объяснить Джеду, что она уже забрала все свои вещи в тот день, когда
застала Джордана с девицей? И все женские вещи в его доме могут принадлежать
только той, другой. Боль и обида снова сдавили грудь. Если бы Джордан был
здесь, она бы побила его. Как он мог так поступить с ней?
— Я ничего не хочу. Раздай все.
— Это нетрудно.
— Я могу помочь, если хочешь.
Провин-стаун
легко найти, если хоть как-
то ориентируешься в городе, но ты ведь здесь новичок.
— Я думал, ты занята до четверга.
— Я сказала, что только тогда смогу начать оценку. Процесс требует
времени и концентрации. Завтра у меня есть немного свободного времени. Так
что соглашайся или забудь.
— Тогда я согласен. А за твою помощь приглашаю тебя на обед завтра
вечером.
— Не стоит. — Лауре не понравилось, как екнуло в груди, когда она
услышала приглашение.
— Сжалься над одиноким парнем!
Она рассмеялась.
— Ты последний из мужчин, к кому я испытала бы жалость. Тебе стоит
только выйти на улицу — и шесть женщин из семи с удовольствием согласятся
составить тебе компанию. Уж я-то знаю. Ведь Джордан нравился
женщинам. — Лаура с трудом сдержала горечь. Она так гордилась, что
Джордан выбрал ее. Ну и дура же!
— Да. Но я не произвожу такого же эффекта. Близнецы похожи внешне, но
могут быть совершенно разными по характеру.
— А ты пытался рисовать когда-нибудь?
— Чем меня только ни мучили! И живописью, и скульптурой, и музыкой.
Родители долго пытались найти во мне скрытый талант. Но я уперся и решил
заняться тем, что мне нравится.
— Расскажи, как ты решил строить мосты. И почему именно мосты? И где
тот, что ты строишь сейчас? — Лаура засыпала Джеда вопросами. Ей
хотелось побольше узнать об этом загадочном брате.
— Сейчас мы занимаемся мостом на водах Амазонки. Там всегда грязно и
жарко, так что работать трудно.
Лаура затаив дыхание слушала его рассказ о мире, столь незнакомом для нее.
Время летело совершенно незаметно. И недоверие Лауры постепенно исчезало.
Джед совсем не такой, как Джордан. И нужно просто не забывать об этом.
Джордана уже не вернуть. У них никогда не будет второго шанса.
Часы показывали одиннадцать, когда Джед произнес:
— Я уже достаточно наскучил тебе.
— Вовсе нет. Ты умеешь рассказывать. У меня возникло ощущение, что я
нахожусь на Амазонке. Могу спорить, тебе не терпится вернуться.
— Мне нравится моя работа, но я совершенно не скучаю по тамошней жаре и
насекомым. Мирагансетт просто рай. Да и отпуск мне был просто необходим.
— И сколько же он продлится?
— Зависит от того, насколько быстро удастся уладить дела брата. Я заеду
за тобой в галерею завтра и поедем в
Провинстаун
.
— Приезжай к четырем. Магазин работает до пяти, нам должно хватить
времени.
— Спокойной ночи, Лаура. Спасибо, что выслушала.
— Тебе спасибо, Джед, за увлекательный рассказ.
Джед повесил трубку. Говорить с Лаурой было легко и интересно. Он едва
сдерживал слезы, когда она рассказывала о времени, проведенном с его братом.
Но ведь Джордан всегда был ловеласом. Он флиртовал с женщинами, заставляя их
чувствовать себя особенными, крутил романы и так же легко расставался.
Неужели он все-таки решил остепениться с Лаурой?
Самое странное, что Лаура отказалась забирать из коттеджа свои вещи. Или они
принадлежат не ей? Тогда кому? Прежней подружке? Или любовнице? Джед нашел
черное шелковое белье, но почему-то сразу подумал, что такой комплект не
может принадлежать Лауре.
Джед встал и распахнул окно. Соленый морской воздух ворвался в темную
комнату. Он оперся о подоконник и взглянул на огни ночного города, но его
мыслями владела Лаура Паркерсон. Джеду никогда не нравились девушки брата,
но в этот раз он определенно мог бы заинтересоваться хорошенькой владелицей
галереи. Вот только не будет ли она встречаться с ним и думать о Джордане?
Такое возможно. А Джеду не нужны сложности. Он приехал в Мирагансетт уладить
дела брата. И все, конец истории.
Как жаль, он не встретил эту женщину раньше, чем Джордан!
Лаура нетерпеливо расхаживала по галерее. Часы показывали без пяти четыре.
— Ты протрешь дырку в ковре, — усмехнулась Хезер. — Будто на
свидание собралась.
— Я просто не хочу, чтобы Джед парковался. Ты же знаешь, как туго с
парковкой в это время года. Увижу его в окно, выйду, и мы сразу поедем.
— Ааа... — протянула Хезер с лукавым прищуром.
Джед подъехал ровно в четыре на белой машине.
— Закрой магазин, — бросила Лаура, устремившись к выходу.
Джед заметил ее сразу же и открыл пассажирскую дверцу. Лаура впрыгнула в
салон, и они помчались по улицам Мирагансетта.
— Трудный выдался день? — спросил Джед, заметив ее нервозность.
— Да. Среды всегда особенно загружены. Приходили группы туристов.
Женщи
...Закладка в соц.сетях
