Жанр: Любовные романы
Леди в алом
...е из дома и привязали на площади к позорному столбу вместе с другими
осужденными женщинами. Один из приставов в течение дня во всеуслышание перечислял их
преступления на потеху зевакам, издевавшимся над несчастными. Фиона, сжав кулаки и едва
сдерживая слезы, издали наблюдала за позором матери.
Эта ужасная картина навсегда врезалась ей в память и не давала покоя.
- Может быть, мы начнем расспросы уже здесь, на мосту?
Голос Брэдана вывел Фиону из задумчивости. Оглядевшись по сторонам, Фиона поняла,
что они уже дошли до середины моста.
- Нет, - покачала она головой, стараясь сосредоточиться и оценить ситуацию. - Давай
сначала доберемся до района борделей. Там много разных заведений, в том числе гостиниц и
трактиров. Надеюсь, нам удастся напасть на след твоей сестры.
Брэдан, замедлив шаг, окинул Фиону внимательным взглядом.
- Может, остановимся на пару минут? - предложил он, взяв ее за локоть. - Ты очень
бледна.
- Не беспокойся, я хорошо себя чувствую, - сказала Фиона и заставила себя
улыбнуться. Ей хотелось побыстрее избавиться от тяжелых воспоминаний. - Моя одежда
слишком тяжелая, мне в ней душно. Я совсем отвыкла от нее. Вот и все.
- Значит, тебе следует немного отдохнуть. Сегодня жарко, солнце сильно печет.
- Нет, нам надо идти. В полдень мы должны добраться до первой пивной и там
пообедать.
Ускорив шаг, Фиона обошла опрокинутую корзину с капустой, возле которой суетилась
рассерженная женщина с красным от возбуждения лицом.
- Как ты считаешь, куда мы должны зайти в первую очередь? - спросил Брэдан, догнав
ее.
- Пожалуй, в "Единорог", - бросила на ходу Фиона. - Это довольно известное
заведение. Когда я жила в Чепстоне, Дрейвен поставлял женщин владельцу этой пивной, а тот
предлагал их клиентам, предоставляя комнаты для свиданий. А потом мы можем отправиться в
"Девичью головку" или ко "Льву".
- Судя по всему, у нас сегодня будет много работы, - озабоченно пробормотал Брэдан.
- Да, заведений очень много и мы должны их все обойти. Мы можем потратить на это
целый день.
Шагая рядом с Брэданом, она время от времени искоса поглядывала на него. Он был
хорош даже в одежде слуги. Ее неудержимо тянуло к нему. Фиона знала, каким он может быть
ласковым, заботливым и нежным. Приближаясь к району, где располагались бордели, она
думала о том, что рядом с ней сильный преданный человек, который всегда готов прийти ей на
помощь. Однако беспокойство и тревога в душе Фионы нарастали.
Четыре года назад Фиона поклялась себе никогда не возвращаться сюда. Но с тех пор
многое изменилось. В ее жизни появился Брэдан. Сначала он раздражал и бесил ее, но потом
случилось так, что она полюбила. И теперь Фиона рискнула ради этого человека подвергнуться
опасности и снова вернуться в свое ненавистное прошлое, воспоминания о котором причиняли
ей боль. Фиона была готова вынести это суровое испытание ради Брэдана и его сестры. А также
ради самой себя.
Мысль о том, что она должна преодолеть свой страх, чтобы навсегда избавиться от него,
неожиданно пришла в голову Фионы, и у нее перехватило дыхание. Да, Дрейвен лишил ее
невинности, но ему не удалось сломить ее дух. Она нашла в себе силы снова ощутить себя
человеком, а не игрушкой в его руках. И все это благодаря Брэдану и его вере в нее.
Любовь возродила в ее душе надежду на то, что она сможет навсегда освободиться от
Дрейвена, виновника всех ее несчастий. Фиона хотела за все расквитаться с ним. Прежде она не
могла бы и подумать о такой дерзости. Но любовь Брэдана окрылила ее, заставила поверить в
свои силы.
Глава 16
Четыре дня спустя Брэдан стоял в переулке у черного хода заведения "Петух и
колокольчик" и наблюдал, как Фиона о чем-то оживленно разговаривает с хозяйкой. В нос ему
била страшная вонь, исходившая от мусорной кучи и горы прелой соломы. Такие кучи, издавая
зловоние, лежали почти за каждым зданием в округе, и Брэдан старался не обращать внимания
на дурной запах. Фиона вела сейчас очень важный разговор. Если это была именно та женщина,
которую они искали, тогда им, возможно, удастся узнать, где сейчас находится Элизабет.
Разговор шел на повышенных тонах, и это беспокоило Брэдана. Лицо хозяйки трактира
раскраснелось, волосы выбились из-под чепца, она взволнованно жестикулировала, доказывая
что-то Фионе, и время от времени бросала подозрительные взгляды на стоявшего поодаль
Брэдана.
Он отступил в тень, чтобы она не могла рассмотреть его. До слуха Брэдана донеслось, что
Фиона в разговоре назвала его своим слугой. И все же он опасался, что трактирщица не
поверила ей. Брэдана удивляли осторожность и недоверчивость этой женщины. За последние
несколько дней они с Фионой обошли дюжину трактиров и несколько борделей, и никто из тех,
с кем им довелось побеседовать, не вел себя так настороженно, как эта женщина.
Некоторые собеседники проявляли полное равнодушие к их расспросам, в глазах других
загоралось любопытство. Были и такие, кто предлагал помощь в поисках сбежавшей ученицы
швеи. Они наверняка рассчитывали на хорошую оплату своих услуг. Владелица швейной
мастерской в их глазах была состоятельной женщиной, которая могла щедро заплатить.
Тем не менее до сих пор Фиона и Брэдан мало что узнали. Последней надеждой была
хозяйка этого трактира. К ней вели все следы.
Наконец Фиона закончила трудный разговор и направилась к Брэдану. Он поклонился при
ее приближении. Этот спектакль был устроен для трактирщицы, которая, прищурившись,
смотрела вслед Фионе. Затем она проворчала что-то и, покачав головой, вошла в трактир, в
сердцах хлопнув дверью черного хода.
Когда они отошли на безопасное расстояние, Брэдан нетерпеливо обратился к Фионе:
- Ну, что-нибудь ты узнала?
Он сомневался, что ей удалось добыть какие-нибудь сведения об Элизабет, однако
старался скрыть свое разочарование. Брэдан полагал, что их нынешний визит так же
безрезультатен, как и все предыдущие.
Фиона ничего не ответила, хмуря брови. В ее золотисто-карих глазах отражалась тревога.
- Почему ты молчишь? Что сказала тебе трактирщица?
- Мне показалось, она что-то скрывает, - наконец заговорила Фиона. - Во всяком
случае, эта женщина сильно нервничала. Она сказала, что в борделе на Коккес-лейн две недели
назад появилась новая девушка, похожая по описанию на Элизабет.
- Так давай немедленно пойдем туда! - воскликнул Брэдан и, схватив Фиону за руку,
потащил по переулку.
Однако она вырвала свою руку и остановилась.
- Нет, Брэдан, подожди...
- В чем дело, Фиона?
- Я чувствую, что здесь что-то не так, - прищурилась она.
Брэдан нахмурился. Он видел, что Фиона не на шутку встревожена. Два дня назад они
сняли комнату у хозяина одного из трактиров на этом берегу Темзы, чтобы сэкономить время и
силы, которые тратили на дорогу. Уже тогда он понимал, что в злачном месте подвергает
Фиону риску. А сейчас она тоже почуяла опасность. Однако, возможно, все это пустые страхи?
- Что тебя настораживает, Фиона? - спросил Брэдан, глядя ей в глаза. - Мы впервые за
эти дни получили хоть какую-то зацепку для дальнейших поисков, нам нужно проверить
добытые тобой сведения. А вдруг Элизабет действительно находится в том борделе, на который
указала трактирщица?
- Меня не покидает беспокойство, Брэдан, - призналась Фиона. - Слишком уж легко
мне удалось получить эти сведения от трактирщицы. Она с готовностью отвечала на мои
вопросы, хотя очень нервничала. - Фиона, нахмурившись, покачала головой. - А когда я
хотела заплатить ей за услугу, она наотрез отказалась взять у меня деньги. Все это кажется мне
очень странным.
- А может, она хотела совершить добрый бескорыстный поступок?
- Нет, я ее хорошо знаю. Она не из тех людей, которые способны на бескорыстие. Эту
женщину зовут Марджери Кемпе, она своего не упустит, поверь мне. Эта трактирщица
отличается алчностью и никогда не отказалась бы от денег по доброй воле. - Фиона тяжело
вздохнула. - Все это очень странно, Брэдан. У меня было такое чувство, что она заранее знала,
о чем именно я спрошу ее.
- Ты полагаешь, что это западня?
- Не знаю. Она направила нас в Коккес-лейн. Это место находится в другом районе, и
там мало соблюдают установленные законы. Возможно, сведения Марджери и верны, но за
всем этим стоит другой человек, опасный и жестокий.
- Дрейвен... - мрачно сказал Брэдан.
- Конечно, вряд ли он знает, что мы здесь, и все же... - Фиона осеклась и невольно
боязливо огляделась по сторонам.
Брэдан заметил, что все последние дни Фиона была чем-то встревожена, и это беспокоило
его. Пребывание в Саутуорке будило в ее памяти мучительные воспоминания и бередило
незажившие душевные раны. Наблюдая за ней, Брэдан думал о том, что Саутуорк для нее был
примерно тем же, чем для него самого являлся Сен-Жан-д'Арк. Если бы Брэдан сейчас оказался
в этом проклятом месте, то, наверное, тоже мучился бы и страдал, вспоминая погибших
товарищей и жуткие картины кровопролитных боев. Поэтому он понимал, что происходит с
Фионой, и сочувствовал ей.
Фионе был необходим отдых, который позволил бы ей снять напряжение. Брэдан вполне
мог самостоятельно отправиться на поиски Элизабет в бордель, который назвала трактирщица.
И если подозрения Фионы были справедливы, то его долг состоял в том, чтобы избавить ее от
опасности. Брэдан не мог допустить, чтобы Фиона снова оказалась в руках Дрейвена.
- Я предлагаю вернуться в "Плащ рыцаря", - сказал он, нежно обняв Фиону за
талию, - и поужинать. Как ты на это смотришь? Уже довольно поздно, ты устала и пора
отдохнуть.
- А как же Коккес-лейн?
- Коккес-лейн подождет. Я думаю, нам не стоит идти туда прямо сейчас. Не исключено,
что это действительно ловушка Дрейвена. Если так, то этот ублюдок уже предупрежден
Марджери и теперь ждет, что мы немедленно отправимся по указанному адресу. Если же мы
зря подозреваем трактирщицу в коварстве, то несколько часов большой роли не сыграют.
- Несколько часов? - переспросила Фиона и, резко остановившись, повернулась к
нему. - Так, значит, ты хочешь, чтобы мы отправились на поиски Элизабет поздно вечером?
Но это же безумие, Брэдан! Хотя на мне и вдовий наряд, но если я в темноте появляюсь на
улицах, меня примут за шлюху, которую можно купить на ночь!
- Ты никуда не пойдешь, Фиона, я отправлюсь на Коккес-лейн один.
Фиона хмыкнула.
- Но для тебя это не менее опасно, чем для меня. Ты же знаешь, что появляться ночью на
улицах запрещено законом. Тебе придется заночевать в борделе, иначе тебя арестуют.
- Я умею незаметно передвигаться по улицам ночью, держась в тени, - заверил ее
Брэдан. - Мне приходилось жить в чужих странах с совсем другими обычаями и суровыми
законами, поэтому я привык к осторожности и всегда действую осмотрительно. -
Улыбнувшись, Брэдан погладил Фиону по щеке. - Мне приятно, что ты беспокоишься обо
мне, Фиона, но, честное слово, со мной ничего не случится. Будет лучше, если сегодня вечером
я отправлюсь на поиски Элизабет один. Если это западня, одному мне будет легче унести ноги.
Твое присутствие только свяжет меня.
Однако Фиону все еще одолевали сомнения. Она не хотела отпускать Брэдана одного.
- Ты должна признать, что у меня больше шансов отыскать Элизабет именно поздно
вечером, - продолжал Брэдан убеждать ее, придумав новый аргумент. - Ведь закон
запрещает женщинам из борделей, жить в комнатах, где они принимают клиентов. Если
трактирщица тебя не обманула и Элизабет действительно как-то связана с борделем на
Коккес-лейн, то я смогу найти там ее или кого-то, кто ее знает, только после наступления
темноты. Фиона помолчала, а потом со вздохом кивнула, нехотя соглашаясь с доводами
Брэдана.
- Да, ты прав.
- В таком случае договорились! - радостно воскликнул Брэдан. - Сейчас мы
возвращаемся в "Плащ рыцаря", чтобы поесть и передохнуть.
Брэдан снова обнял Фиону за талию, и они зашагали по направлению к трактиру, где
сняли комнату.
Когда они вышли на многолюдную улицу, Брэдан убрал руку с талии Фионы и отступил
от нее на почтительное расстояние. На людях они должны были изображать богатую вдову и ее
слугу.
Вскоре они подошли к "Плащу рыцаря". Прежде чем войти в трактир, Брэдан снял шляпу
и, достав из небольшой сумки короткий плащ, набросил его на плечи. В трактире, где они
остановились, Брэдан представился мужем Фионы, поэтому должен был выглядеть
соответствующим образом.
Подойдя к стойке, Брэдан бросил хозяйке заведения несколько монет и распорядился,
чтобы им приготовили горячую ванну и подали ужин наверх. Комната, которую они снимали,
была маленькой и скромно обставленной, но чистой. И сюда не доносился шум уличной суеты.
- Давай я помогу тебе снять этот нелепый наряд, - предложил Брэдан, как только за
ними закрылась дверь.
И быстрыми ловкими движениями Брэдан стал расстегивать крючки и развязывать
тесемки на платье Фионы, под которым она носила ватные накладки, чтобы казаться более
тучной и солидной. Фиона тем временем сняла с головы черную кружевную накидку,
скрывавшую ее роскошные волосы.
Через несколько минут, оставшись в одной тонкой сорочке, Фиона с облегчением
вздохнула и потянулась.
- Как хорошо, что я наконец-то избавилась от этой тяжелой одежды! - воскликнула она,
расплетая толстую косу. Ее тело было влажным от пота, но, несмотря на это, от нее, как всегда,
исходил приятный тонкий аромат ванили. - Ты как будто насквозь видишь меня, Брэдан, и
знаешь обо всех моих помыслах и желаниях. - Ее голос слегка дрожал. Сейчас Фиона казалась
особенно ранимой и беззащитной. - Как ты догадался, что мне хочется пoбыстрее скинуть с
себя эти ватные накладки, в которых я просто задыхаюсь?
Брэдан не сразу ответил. Он вдруг почувствовал такую нежность к этой женщине, что у
него перехватило горло. Брэдан сжал ее в своих объятиях. Фиона положила голову ему на
плечо, и Брэдан погладил ее по волосам, шепча ласковые слова. На его глазах выступили слезы.
Он вдруг отчетливо осознал, как трудно Фионе находиться здесь, ходить по борделям и
трактирам и вспоминать свое позорное прошлое. И тем не менее она вела себя мужественно и
стойко, стараясь помочь ему в поисках сестры. Брэдан не слышал от нее ни слова жалобы или
упрека за то, что он втянул ее в это опасное дело. Брэдан решил, что должен как можно скорее
закончить свои поиски. Он надеялся, что найдет сегодня Элизабет и сможет навсегда увезти
отсюда ее и Фиону.
А если его визит на Коккес-лейн окажется безрезультатным, он все равно отправит Фиону
назад в лагерь и уже один продолжит поиски сестры. Брэдан надеялся, что ему удастся убедить
возлюбленную вернуться в стан разбойников, к брату. Приняв такое решение, Брэдан
облегченно вздохнул и крепко поцеловал Фиону.
После ухода Брэдана Фиона не могла найти себе места. Все последние дни у нее было
тяжело на сердце, но те несколько часов, которые она провела сегодня с Брэданом наедине,
немного успокоили ее. Они поужинали и вместе приняли ванну. Брэдан так нежно и трепетно
обращался с ней, что на глазах Фионы выступали слезы, но она старательно сдерживала их.
Потом они занимались любовью. Это было великолепное бурное соитие, после которого
они, обессилев, уснули в объятиях друг друга. Но несмотря на восторг, вызванный ласками
Брэдана, Фиона ощущала какую-то странную грусть. У нее было предчувствие, что они скоро
расстанутся...
А потом Брэдан ушел, приказав ей закрыть дверь на щеколду и никого не пускать до его
возвращения. Он отправился в бордель на Коккес-лейн, где, по словам трактирщицы,
находилась его сестра.
Фиона согласилась с тем, что в сложившейся ситуации Брэдану лучше было действовать
одному, однако она очень беспокоилась за него. Если это была ловушка Дрейвена, то Брэдан
мог попасть в беду, хотя он и убеждал Фиону, что готов к любому развитию событий и не даст
себя в обиду. Брэдан обещал действовать осторожно, хорошо зная коварство своего
противника.
Фионе оставалось только терпеливо ждать его возвращения. Задвинув щеколду, она снова
легла. Но ей не спалось. Фиона решила чем-нибудь занять себя до прихода Брэдана. Тревога в
ее душе нарастала, и ей необходимо было как-то отвлечься от тяжелых мыслей. Она встала,
умылась холодной водой из стоявшего на умывальнике кувшина и подошла к висевшему на
спинке стула тяжелому наряду вдовы, который она носила в течение трех лет. Бросив взгляд на
ватные накладки, делавшие ее фигуру бесформенной, Фиона поморщилась.
Только теперь ей стало ясно, как она ненавидит это черное одеяние. Эта ненависть
родилась в душе Фионы, когда в ее жизни появился Брэдан. До этого она спокойно носила
вдовий наряд, и он не вызывал у нее чувства протеста. Однако теперь ей не хотелось искажать
свой облик и уродовать фигуру, пряча красоту под черными одеждами. Брэдан изменил ее
отношение к самой себе и к жизни. Он полюбил ее такой, какой она была на самом деле, со
всеми ее недостатками и пороками. И теперь Фионе было невыносимо возвращаться к
прежнему придуманному образу грузной суровой вдовы, владелицы швейной мастерской. Она
не была уверена, что справится с этой ролью снова, несмотря на то что играла ее на протяжении
трех лет.
Фиона приходила в ужас при мысли о том, что наступит время, когда ей придется жить
без Брэдана. Подавив тяжелый вздох, она отвела глаза от ненавистного вдовьего наряда. Слава
Богу, ей не придется надевать его до утра.
Она достала из дорожного сундука одно из платьев, которые взяла с собой, и надела его.
Причесавшись, принялась убирать комнату, пытаясь занять себя каким-нибудь делом.
Перестелила постель, а потом подтащила к окну бадью и вылила из нее воду в сточную канаву.
Убрав со стола остатки вечерней трапезы, Фиона села на резной деревянный стул у очага и
задумалась. В комнате было тепло, и она не стала разжигать огонь. Фиона старалась отогнать
тревожные мысли о Брэдане, Дрейвене и о своих дурных предчувствиях. С тех пор как они
поселились в этом злачном месте, Фионе казалось, что ее с каждым часом все плотнее
обступает темнота.
У нее болезненно сжалось сердце... Несмотря на все усилия, Фионе не удавалось унять
тревогу.
Досадуя на себя, она резко встала и, подойдя к окну, пошире приоткрыла ставни, чтобы
выглянуть на улицу. Прошло всего полчаса с тех пор, как ушел Брэдан, а ей казалось, что их
разлука длится уже целую вечность. Фиона высунулась из окна и окинула взглядом тихий
переулок. Там не было ни души. Она заметила лишь красные горящие глазки какого-то
грызуна, копавшегося в куче отходов. Фиона боялась крыс. Дрожь пробежала по ее телу, и она,
отпрянув от окна, закрыла ставни. Уж лучше духота, чем отвратительное зрелище голодной
крысы. Кроме того, с улицы проникали неприятные запахи, вызывавшие у Фионы приступы
тошноты.
Подойдя снова к столу, Фиона зажгла еще несколько свеч, стоимость которых входила в
плату за комнату. В этот момент раздался тихий стук в дверь. Фиона встрепенулась, в ее душе
вспыхнула надежда. Неужели Брэдан уже вернулся? Фиона подбежала к двери и хотела было
распахнуть ее, но, вспомнив строгое предупреждение Брэдана, не стала сразу отодвигать
щеколду.
- Кто там? - с замиранием сердца спросила Фиона, надеясь услышать в ответ голос
любимого.
- Прошу прощения, госпожа, - раздался за дверью молодой женский голос. - Это Энн,
я работаю на кухне, мне надо забрать бадью. Один из наших постояльцев тоже хочет принять
ванну. Надеюсь, вы уже помылись?
Фиона почувствовала разочарование.
- Да, Энн, мне уже не нужна бадья, - сказала она, испытывая досаду. Однако служанка
в конце концов была не виновата в том, что Брэдан еще не вернулся. Фиона отодвинула
щеколду. - Бадья стоит у окна, можешь забирать ее. Я уже вылила воду и...
Фиона осеклась и отшатнулась от двери, когда увидела, кто стоит на пороге. Оцепенев от
ужаса, она смотрела на человека, одетого во все черное. До нее доносился хорошо знакомый
пряный запах. У Фионы упало сердце. На нее смотрели ледяные карие глаза. Испуганная Энн,
которую заставили постучать в дверь комнаты Фионы, тут же сорвалась с места и убежала.
Дрейвен некоторое время молча стоял, прислонившись к косяку, со скрещенными на
груди руками. Фиона чувствовала себя совершенно беспомощной.
- Судя по всему, Гизелла, - произнес Дрейвен, и на его чувственных губах заиграла
улыбка, - вы совсем отвыкли от хороших манер, которым я в свое время обучал вас. Вам
следовало бы пригласить меня в комнату. Впрочем, я могу войти и без приглашения.
И с этими словами он переступил порог.
Фиона, пятясь, отступила в глубину комнаты. У нее дрожали колени. Закрыв за собой
дверь, Дрейвен огляделся вокруг и, покачав головой, зацокал языком. Затем он быстро подошел
к окну и плотнее закрыл ставни. Дрейвен держался, как всегда, самоуверенно. Фиона как
завороженная следила за ним, не в силах сдвинуться с места. Подойдя к очагу, непрошеный
гость снял перчатки и бросил их на полку.
Бесцеремонность Дрейвена вновь напомнила Фионе те годы, когда она находилась в его
власти. Ее сковал ужас от мысли, что теперь она навсегда останется в руках этого чудовища.
- Не надо бояться меня, Гизелла, я не собираюсь вас бить. Вы оскорбляете меня своим
недоверием, - усмехнулся он.
- Что вам от меня нужно? - спросила Фиона, чувствуя, что ее колотит мелкая дрожь.
- Ничего, - пожав плечами, ответил Дрейвен и уселся на резной деревянный стул.
Откинувшись на спинку, он вытянул длинные ноги и сцепил пальцы рук на животе. От его
ледяного взгляда по спине Фионы забегали мурашки. Она понимала, что Дрейвен снова
начинает с ней обычную игру, наслаждаясь своей властью. А через некоторое время он открыто
предъявит права на нее, свою неотъемлемую собственность, и полностью подчинит ее себе.
- Немного погодя я предъявлю вам кое-какие требования, - продолжал Дрейвен. - А
пока подождем прихода вашего любовника. Он скоро должен вернуться с Коккес-лейн, где его
ждет полное разочарование. Фиона изменилась в лице.
- Так, значит, все это действительно ваша затея, - побледнев, пробормотала она.
Дрейвен усмехнулся:
- А вы догадливы. Да, это я устроил так, чтобы ваш любовник нанес визит в бордель на
Коккес-лейн. У вас прекрасная интуиция. Впрочем, это я развил ее. - Дрейвен бросил
насмешливый взгляд на висевший на спинке стула вдовий наряд Фионы. - Неужели вы
думали, что я вас не узнаю? Военная выправка и стать моего племянника, который
сопровождал вас повсюду, бросается в глаза. А этот уродливый наряд и черная накидка не
могут скрыть вашу несравненную красоту.
Фиона упорно молчала, сжав кулаки. Она застыла у кровати как изваяние, не спуская глаз
с Дрейвена. Ее мысль лихорадочно работала. Фиона пыталась припомнить, есть ли в этой
комнате какой-нибудь предмет, который можно было бы использовать в качестве оружия. Ее
кинжал, как назло, остался в рукаве другого платья, которое Фиона сняла, собираясь принимать
ванну. Оно лежало на сундуке, стоявшем рядом с Дрейвеном, и до него Фиона не смогла бы
добраться незаметно.
Фионе, как ни странно, удавалось сохранять самообладание. Ни один мускул не дрогнул
на ее лице. Она ненавидела Дрейвена всеми фибрами своей души, и эта ненависть придавала ей
сил. Фиона могла бы попытаться бежать, но ее удерживала мысль, что Брэдан должен
вернуться сюда. Судя по словам Дрейвена, Брэдан пока был еще жив. Дрейвен не собирался
покончить с племянником прямо в борделе, куда заманил его. Что же задумал этот злодей?
Каковы его планы? Это очень волновало Фиону, однако внешне она оставалась абсолютно
спокойной.
- Вы очень терпеливы и сдержанны, - заметил Дрейвен. Его голос отвлек Фиону от
размышлений. - Разве вам не интересно узнать, чего именно я потребую от вас, когда вернется
мой дорогой племянник?
- Нет, не интересно. Я же знаю, что в свое время вы сообщите мне об этом.
Дрейвен от души расхохотался. Его смех плохо вязался с ледяным взглядом
непроницаемых глаз. Фиона ни на миг не забывала, что за красивой ухоженной внешностью
этого человека скрывается душа злодея.
- Ах, Гизелла, как же я соскучился по вашей неподражаемой манере разговаривать! -
воскликнул он и, встав со стула, направился к ней.
Фиона напряглась. Подойдя почти вплотную к ней, Дрейвен остановился с загадочной
улыбкой на губах. В его глазах застыло выражение досады.
- Вы же знаете, Гизелла, что дороги мне, как никто другой, - вздохнул он, убрав
завиток с ее виска.
Его слова удивили Фиону, но она чувствовала, что они фальшивы, как и все то, что между
ними когда-либо было.
- Вы всегда считали, что я принадлежу вам, Дрейвен, - сказала Фиона. - И относились
ко мне как к своей собственности, а не как к человеку, который дорог вам. Теперь я знаю,
какими бывают отношения между действительно близкими, любящими друг друга людьми. Это
не похоже на то, как вы обращались со мной.
Дрейвен воспринял ее слова именно так, как она и ожидала. Его глаза потемнели от гнева,
а на скулах заходили желваки.
- Вы ничего не понимаете, Гизелла, - буркнул он, отступив от нее. - Да, вы
действительно принадлежите мне. Только, по-моему, вы об этом совсем забыли. Однако очень
скоро я напомню вам о своих притязаниях, поверьте мне.
Дрейвен на мгновение закрыл глаза и провел рукой по черным как смоль волосам.
- Но сначала мы должны уладить одну небольшую проблему. Менее чем через час в эту
дверь войдет мой пле-
мянник. Он будет, без сомнения, расстроен неудачным визитом в бордель и захочет найти
утешение на груди своей возлюбленной. Вам надо будет выполнить одно мое задание. И вы,
Гизелла, обязательно это сделаете, иначе вашему Брэдану не поздоровится, обещаю.
Фиону снова начала бить мелкая дрожь. Она изо всех сил пыталась унять ее, не желая,
чтобы Дрейвен видел ее слабость. Фиона была уверена, что существует выход из того ужасного
положения, в которое они с Брэданом попали, но никак не могла найти его. Пока же ей
следовало притворяться покорной и соглашаться со всеми требованиями Дрейвена.
- Что я должна делать? - ровным голосом спросила она, хотя спокойствие давалось ей с
огромным трудом.
- То, что вы уже проделывали тысячи раз раньше, дорогая моя, - ответил Дрейвен,
мило улыбаясь. - Вы соблазните моего пле
...Закладка в соц.сетях
