Жанр: Любовные романы
Жаркая ночь
... средства.
Электромагнитные датчики присутствия, гравиметрические и пьезо-сейсмические
детекторы, инфракрасное излучение, софт с видеонаблюдением. Я хочу, чтобы ты
проверил все. Подойди к этому делу так, как будто сам хочешь что-нибудь
увести, понятно? Мне нужна оценка всей системы от независимого наблюдателя,
человека со стороны. Вот и стань им.
Пират Зан. Лихо. Прямо как в старые добрые времена. И все же комплименты
Мэтти Зан воспринял так же, как муравьев под рубашкой.
— Я сейчас завален работой, — осторожно заметил он. — Лучше
попроси кого-нибудь, кто лучше соображает в этих делах.
— Назови свою цену, — не отставал Мэтти.
— Цену?
— Я заплачу, по-настоящему. Ты получишь толстую пачку баксов, чувак.
Зан прищурился:
— Да что с тобой происходит? У тебя неприятности?
Мэтти деланно рассмеялся и распустил галстук.
— Всего лишь стресс. Бизнес, знаешь ли, прет в гору.
Зан мельком взглянул на девственно чистый стол Мэтти. Что-то непохоже, что
за ним работают. У него дома огромный стол был завален дисками, словарями,
диаграммами, схемами и прочим абсолютно необходимым хламом. Сверху все это
освещали несколько мощных висячих ламп, а рядом, словно трон, возвышалось
черное кресло на колесиках.
— Ну, понятно, — протянул он. — Тебе нужно... э...
расслабиться, и все сразу встанет на свои места.
— Да-да, я знаю. Послушай, не отказывайся, сначала подумай, хорошо? Сделай это лично для меня.
На лице Мэтти было такое откровенное выражение безнадежности, что Зан
заколебался.
— Ладно, подумаю, — оттягивая окончательное решение, проговорил
он. — Может, что-нибудь смогу сделать.
— Отлично, просто отлично. — Мэтти сразу засиял. — Дай я тебя
сниму.
Дело становилось уже совсем странным.
— Меня — что?
— Сделаю фотографию на удостоверение охранника для музея. Ты же будешь
крутиться около
Сокровищ пиратов
, поэтому тебя надо завести в систему: там
одна страховка тянет на сорок миллионов баксов. Стань к стене лицом ко мне.
Зан неохотно повиновался, и Мэтти, подняв цифровую камеру, нажал на спуск.
— Ну вот, теперь в профиль.
— Карточка для кутузки? Может, еще и татуировку снимешь?
Мэтти покачал головой.
— Еще просьба. Никому ничего не говори, ладно? Это моя идея. Хочу
доказать старику свой профессионализм.
Отношения Мэтти с отцом были еще одной болячкой, в которой Зану не хотелось
ковыряться, и он просто кивнул:
— Никому ни слова.
Отложив мобильник, Эбби посмотрела на часы. Элани опаздывала на ленч уже на
двадцать минут, что было очень странно.
Запив аспирин диетической колой, Эбби просмотрела длинный список рабочих
звонков, которые ей предстояло сделать. Дольше засиживаться на месте она не
могла; было безрассудством договариваться о ленче не сегодня, но она очень
беспокоилась за Элани, а в музее не было укромного уголка, где бы можно было
спокойно поговорить.
Может, Элани попросту забыла о встрече? Эбби должна была бы подтвердить
время, но она была так занята, что не стала разыскивать Элани, и вот теперь
ее беспокойство стало перерастать в тревогу, смешанную с чувством вины.
Она еще раз набрала номер, и тут Элани сама вошла в ресторан, как раз когда
ее телефон зазвонил. Выглядела она просто ужасно: красные воспаленные глаза,
бесцветные губы, как после лихорадки. Волосы Элани были собраны в
бесформенный хвост, изящную фигуру скрывал мешковатый спортивный костюм.
— Все знаю, все знаю. Выгляжу как ходячий труп. — Элани бросила
телефонную трубку на стол и упала в кресло.
Эбби с сочувствием посмотрела на нее:
— Ты больна?
Элани пожала плечами.
— Извини, что опоздала: только-только вылезла из постели.
— Предупредила на работе, что ты заболела?
Элани покачала головой.
— Я просто забыла о работе.
Забыла? Забыла о том, что нужно распаковывать выставку
стоимостью сорок миллионов долларов? Эбби взволновалась не на шутку:
— Что-то не так? Ну, давай выкладывай!
Глаза Элани вдруг стали совершенно пустыми.
— Все не так.
Эбби поманила официантку и попросила принести кофе.
— Все — это чудовищно много. Давай лучше по порядку. Начнем с главного.
Итак?
Казалось, Элани ничуть не тронула веселость Эбби.
— Я проснулась, думая о тебе. О том, что ты рассказывала о своей пьющей
матери, об отце в тюрьме. По правде говоря, твоя история не сильно
отличается от моей. Я хотя и была безобразно богатой, осталась без отца,
который нас бросил, и слава Богу, потому что он был... Ладно, просто — слава
Богу! Ну а мать не могла меня терпеть, потому что я... — Голос Элани
упал до задавленного писка.
— Потому что — что? Что она не могла терпеть, дорогая?
— Ну, скажем, я была совсем не такой, как ей хотелось. Испытания,
которые тебе выпали в детстве, сделали тебя сильнее, а меня нет. Все, что
случилось со мной, сделало меня слабой, и я ненавижу себя за это. Я не могу
больше этого выносить. — Уткнувшись лицом в ладони, Элани разрыдалась.
Эбби пододвинула свой стул ближе к Элани и обняла подругу.
— Господи, это наверняка Марк! Хочешь, я убью его?
Элани поискала салфетку.
— Я просто никакая, — пробормотала она. Эбби сунула салфетку ей в
руку.
— Он издевался над тобой? — требовательно спросила она.
Элани промокнула глаза.
— Не знаю, что сказать. Смотря что иметь в виду под издевательством. Он
достаточно осторожен, чтобы не оставлять следов на коже.
Эбби вздрогнула.
— Господи, как же ты могла так вляпаться?
— Сама не знаю. — В голосе Элани зазвучала безнадежность. —
Поначалу все шло просто великолепно, а потом... Я испугалась, что надоела
ему, и чем больше боялась, тем больше надоедала. Я чувствовала себя
ничтожеством и молчала — и так постепенно попала в зависимость. Когда он
заставляет меня что-либо делать, у меня нет сил отказать ему.
Эбби погладила подругу по волосам.
— Брось его, и все кончится, поверь!
Элани как-то странно засмеялась.
— Я попыталась сегодня ночью, но даже слова не смогла выдавить. И чем
дальше это заходило, тем большим ничтожеством я себя чувствовала. Чем меньше
я могла... Ох! А этим утром... — Голос ее упал до шепота.
Эбби овладело бешенство.
— Что он сделал утром — говори немедленно!
— Нет, не он. Мне позвонили из детективного агентства.
— Какого еще агентства? Элани грустно улыбнулась.
— Проверка связей и происхождения. В поле зрения любой мужчина, который
приблизится ко мне ближе, чем на три метра. Они обычно охраняют богатых
наследниц от охотников за приданым. Мать никогда не верила, что мной могут
интересоваться ради меня самой. Может, она и права, — равнодушно
заключила она.
Эбби подавила желание выругаться.
— Хватит о матери, говори о себе, — жестко потребовала она. —
Итак? Твоя мать установила плотную слежку, и ты только что получила
результаты? Что дальше?
— Нет, мать ничего не знала о Марке. Это был секрет. Но на прошлой
неделе я почувствовала что-то очень странное и поэтому позвонила в агентство
сама.
— И что? Что тебе сказал детектив?
— Что Марка не существует, — в отчаянии прошептала Элани.
— Повтори. Кого не существует? — Эбби пришла в полное
замешательство.
— Такого человека нет. Ничего нет о его прошлом. Он все наврал, а я
просто дура. — Элани уткнулась лицом в ладони. — Теперь мне надо
сказать ему об этом прямо, а я не могу.
Схватив сотовый Элани, Эбби просмотрела список адресов и нашла букву
М
.
Марк.
— Зато мне совсем нетрудно поговорить с ним. — Эбби была готова
разорвать Марка в клочья. — Я скажу ему: привет, ты все врешь, гребаный
садист! Моя подруга Элани больше не хочет видеть тебя, поэтому отвали или
умри. Вот так.
Однако едва она нажала кнопку вызова, Элани выхватила трубку у нее из рук.
— Я — единственная, кто должна сказать все, иначе это будет не в счет.
Но сначала мне нужно привести нервы в порядок.
Эбби вздохнула: она сильно сомневалась, что Элани сможет прийти в себя до
вечера.
— Ты не должна встречаться с ним наедине, и тебе нужна постоянная
моральная поддержка.
— На случай, если я сдамся? — На Элани было больно
смотреть. — И все равно я должна сделать это сама, понимаешь? Я должна
перестать служить для него половой тряпкой. Все дело в том, что он сильная
личность. А я — нет.
Ногти Эбби впились в ладони. Несмотря ни на какие усилия, ей не удалось
повысить самооценку Элани, и, значит, оставалось только убить Марка, этого
урода, ублюдка и негодяя...
— Боже мой, Элани, что с тобой?
Элани вздрогнула и, вскинув руку, прикрыла рот. Рядом стояла Марсия Топем,
важная шишка в музейном совете: ее лицо с несколькими подбородками выражало
крайнее беспокойство.
— Привет, Марсия, — прошептала Элани и попыталась улыбнуться.
— Дорогая, ты что-то неважно выглядишь! — Марсия говорила громко и
с удовольствием. — Твоя мама знает, что ты плохо себя чувствуешь?
— Я прекрасно себя чувствую, — буркнула Элани. — В самом
деле. У меня всего лишь простуда.
— Тогда почему ты не в постели? У тебя был доктор? Если твоя мама
узнает, она будет очень расстроена!
— Не нужно ничего говорить ей. — Голос Элани дрогнул. — У
меня все нормально.
Марсия наклонилась, словно собираясь обнять Элани, но та отшатнулась, и в
результате вся ситуация стала выглядеть очень неловко.
Пожилая дама выпрямилась, не скрывая раздражения.
— Извините, — прошептала Элани. — Простуда. Боюсь вас
заразить.
Эбби тут же поторопилась сменить тему:
— Мисс Топем, я так рада, что вы здесь! Вы следующая в моем списке,
кому нужно было позвонить. Надеюсь, вы собираетесь принять участие в
открытии экспозиции?
Марсия Топем тут же повернулась к Эбби:
— В открытии? Ну разумеется.
— О, слава Богу! — затараторила Эбби. — А то я уже начала
беспокоиться. У меня все еще не было вашего подтверждения, а я хотела быть
уверенной. У вас с мистером Топемом будут лучшие места прямо по центру.
Поэтому...
— Я все поняла и сегодня же вышлю вам чек. — Марсия повернулась и
не спеша отошла, всем видом выражая чувство собственного достоинства.
— О черт, — простонала Элани. — Она одна из лучших шпионок
моей матери. Если мать догадается, она убьет меня...
— О чем она может догадаться? — удивилась Эбби. — О том, что
ты вышла из дома ненакрашенная? Что ты реагируешь на погоду?
Элани покачала головой:
— Ты не знаешь мою мать.
— И очень рада этому. А ты перестань беспокоиться о матери и думай, как
развязаться с Марком. А потом мы отпразднуем это дело вместе.
Элани горько усмехнулась.
— Что отпразднуем? Поминки по самоубийце?
Эбби была потрясена.
— Элани, — попросила она осевшим голосом, — никогда не говори
таких слов даже в шутку. Это совершенно не смешно.
— Верно, — покорно согласилась Элани. — Извини. Haверное, нам
действительно нужно как-нибудь собраться, хотя какой от этого толк? Скорее
всего я вся обревусь, вот и весь праздник.
— Ладно, где? — решительно прервала ее Эбби. — У тебя или у
меня? Может, в городе?
— Лучше у меня: сомневаюсь, что мне захочется куда-нибудь идти. Ты
просто чудо, Эбби, и я совсем не заслуживаю такой подруги.
Эбби сделала вид, что готова рвать на себе волосы.
— Р-р-р! Кажется, я наконец прибью тебя за такие слова! Ты меня с ума
сведешь!
Элани вздрогнула.
— Извини, — прошептала она.
Эбби тут же сменила тон.
— Поверь, ты заслуживаешь лучшего, солнышко. Ты — чистое золото, и ты
сильная. Помни об этом, когда наподдашь этому слизняку.
— Попытаюсь. В самом деле, попытаюсь. — Элани отодвинула
стул. — Извини, Эбби, мне что-то не хочется есть. Пожалуй, схожу на
пляж и там подумаю, что сказать Марку.
— Разотри это дерьмо по тротуару. — Эбби старалась говорить
абсолютно серьезно. — Сделай так, чтобы он пожалел, что вообще появился
на свет.
— Согласна. — Элани как-то неуверенно улыбнулась и направилась к
двери.
Только тут Эбби вспомнила, что ей пора возвращаться на работу, которая
теперь, по сравнению с обычными днями, превратилась в сущее сумасшествие. К
церемонии открытия надо было еще написать речи для почетных гостей и членов
совета, приветственное слово для Питера, директора музея, и найти кого-
нибудь, кто мог бы починить двери в новых выставочных залах.
Толкнув одну из так раздражавших ее дверей в выставочный зал, Эбби
неожиданно зажмурилась. Не может быть! Неужели у нее галлюцинации?
Медленно, осторожно она открыла глаза. Зан. Он смотрелся таким большим в
пустом помещении. Даже со всеми своими ссадинами и синяками Зан излучал мощь
и опасность, как пират после схватки. Может, он нарочно выслеживает ее?
В этот момент Зан повернулся и вдруг замер в нелепой позе. Заметил!
Его глаза удивленно расширились.
— Вот так встреча! Ты что здесь делаешь? Удивление было неподдельным, и
это означало, что он не следит за ней.
— Я здесь работаю, — сообщила Эбби слегка разочарованно. —
Позволь представиться: менеджер по развитию.
— Но ты даже не упомянула, что работаешь в музее. — Зан был явно
сбит с толку.
— Просто мы до этого еще не успели дойти, — спокойно сказала Эбби
— она уже вполне овладела собой. — Ограничились только... э...
— Сексом и насилием? — закончил он.
Эбби хмыкнула.
— Ну а ты что здесь делаешь?
— Ты не поверишь, но перед тобой главный специалист по охранной системе
вашего офиса. Правда, мой вид не нравится вашей леди-боссу. — Он кивнул
в сторону двери, ведущей в комнату для переговоров. — Что поделаешь:
похоже, в последние дни я произвожу отрицательное впечатление на женщин...
Из-за двери до них донесся голос Бриджет:
— Нам ни к чему такие исполнители! Вы что, не понимаете? Мы рискуем имиджем нашей организации!
Примирительный голос Мэтти Бойла с трудом перекрыл визгливый протест
Бриджет, и Эбби нахмурилась.
— Да ладно, не переживай...
— Еще чего! Я и ее не виню: действительно, моя прическа не совсем в
порядке. А может, виной пара фингалов, — размышлял вслух Зан. — В
любом случае они должны привыкнуть ко мне.
Дверь открылась, и Бриджет, скривившись, осмотрела своего нового специалиста
по охране с головы до ног.
— Уже ухожу, — примирительно сообщил Зан. — Я вовсе не
собираюсь кого-либо выводить из себя.
Вслед за Бриджет из двери выскочил Мэтти Бойл.
— Зан работает на нас вот уже несколько лет, — принялся он
уговаривать строптивую даму. — Это профессионал, который вполне
заслуживает доверия...
— Тогда заставьте его постричься, и пусть оденется соответствующим
образом, — не унималась Бриджет.
— Никто не заставит меня делать что-то против воли, мэм, —
спокойно заявил Зан. — Я внештатный сотрудник, не забывайте об
этом. — Он послал в сторону Бриджет улыбку, которая в сочетании с
подбитым глазом казалась просто демонической.
— Мне не нравится, как он себя ведет, — ледяным тоном сообщила
Бриджет.
— А мне не нравится, когда меня обсуждают в третьем лице, — не
унимался Зан. — Если вас раздражает мое поведение, скажите об этом мне,
а не ему. Я не нуждаюсь в переводчике.
Тут Бриджет окончательно рассвирепела, но Мэтти, встав между ними, поднял
вверх руки.
— Зан — самый лучший для такой работы, — заявил Мэтти. —
Ручаюсь головой, что это так.
Зан прищурился.
— О Господи, Мэтти, это работа с ключами, а не операция на мозге...
— Заткнись! — Мэтти не спускал глаз с Бриджет. — Дайте ему
шанс, прошу вас. Мы потеряем уйму времени, пока найдем кого-нибудь еще, а
ведь сроки и так поджимают. Открытие уже на следующей неделе...
Бриджет заколебалась.
— Если только ваш отец поручится за него...
— Он это обязательно сделает, — заверил ее Мэтти Бойл. —
Обещаю.
— Ну тогда, Эбби, проводи этого... э... Проводи эту личность в офис и
объясни, что от него требуется. — Бриджет двинулась к выходу.
Эбби на мгновение растерялась.
— Бриджет, у меня и так дел по горло, — выкрикнула она в
удаляющуюся спину начальницы. — Может, Йенс или Кати...
— Йенс занят с надписями для стендов, а Кати — с каталогом. Не отнимай
у меня время на споры. — Дверь в выставочный зал захлопнулась.
— Вот так так, — насмешливо протянул Зан. — Эта дамочка довольно-
таки безжалостна и своих решений не меняет.
Эбби потупилась.
— Ничего, как-нибудь выдержу.
— Ребятки, похоже, вы уже знакомы друг с другом? — бодро спросил
Мэтти Бойл.
— Да. — Зан кивнул.
— Не совсем... — Эбби прищурилась, и они одновременно посмотрели
друг на друга. Потом Зан пожал плечами.
— В известной степени, — уточнил он.
Мэтти выдержал паузу.
— Ну тогда я пошел в офис, а ты, Зан, можешь начинать. Дай знать, если
появятся трудности.
— Конечно.
Они молчали, пока за Мэтти не захлопнулась дверь.
— В чем дело? — воскликнула Эбби. — Что означает этот
странный взгляд?
Зан покачал головой.
— Тут все странно. Мэтти ведет себя еще непонятнее, чем всегда, твоя
начальница — истеричная карга, и еще ты вдобавок появляешься неизвестно
откуда...
Эбби сложила руки на груди.
— Я?
— Да. Ты все время лезешь мне на глаза.
— Не знаю, что ты себе вообразил. — Голова Эбби качнулась. —
Офисы вот в той стороне. Давай покончим с этим и займемся каждый своим
делом. — Эбби двинулась к боксам.
— Если тебя это успокоит, я не взялся бы за эту работу, если бы знал,
что ты работаешь здесь, — бросил Зан ей вслед.
— Мне абсолютно все равно.
— Ну тогда пойдем к тебе в офис — там удобнее разговаривать.
Эбби молча кивнула, и вскоре Зан уже сидел в ее офисе на единственном
незанятом стуле.
— Вообще-то... у меня нет никаких соображений по поводу схемы
подключения, — помолчав, сказала Эбби.
— Тогда просто расскажи мне, где тут у вас что. — Зан с
удовольствием потянулся.
— Ладно. Что ты хочешь узнать?
— Ну, сколько народу здесь работает, кому принадлежит здание, сколько
человек занимается уборкой, в какие комнаты им необходим доступ? Заодно я
хотел бы посмотреть поэтажный план офисов.
Эбби взяла со стола лист бумаги.
— С обслуживающим персоналом нас примерно двадцать человек. У Бриджет,
Аброуза и Питера должны быть ключи от всех помещений. Набор ключей нужен
Кати — она помощница Бриджет, и мне, Йенсу, Дови, потому что мы работаем по
выходным. Есть еще Триш — она всегда приходит первой...
— Странно. — Зан поднял на нее глаза. — То, что ты сейчас
наговорила, означает, что у тебя нет никаких соображений.
Эбби вспыхнула.
— Я была занята, делала свою работу. Я занимаюсь церемонией открытия
новой выставки, если тебе интересно.
— Ты имеешь в виду золото с затонувшего испанского галеона?
Эбби вздрогнула:
— Откуда тебе известно о
Сокровищах пиратов
?
В глазах Зана отразилось удивление.
— Я просматриваю в газетах разделы по искусству и развлечениям, как
любой нормальный человек.
— Ах вот как! Что ж, прекрасно.
Зан поморщился.
— Пусть тебя не вводит в заблуждение мой непрезентабельный вид. Читать
я умею.
— Не говори глупостей. Просто я не могла представить, что тебя могут
интересовать музеи.
— Точно. Ты вообще ничего не представляешь обо мне. Свирепая Эбби.
Усмешка в глазах Зана привела Эбби в ярость.
— Не заводи меня!
— Ладно. Давай вернемся к плану подключения, — примирительно
предложил он. — Это похоже на технологическую карту с разными уровнями.
Ключ главного специалиста, специалиста, ключ помощника специалиста,
ответственного за участок, и ключ рядового работника.
— Просто какая-то сексуальная игра извращенцев!
Слова Эбби эхом отозвались в наступившей тишине, потом Зан, уставившись на
свои бутсы, глубоко вздохнул.
— Не размахивай красной тряпкой перед быком, если не хочешь, чтобы он налетел на тебя, милочка.
— Это... просто так, вырвалось. Какой-то очень нервный у нас
разговор, — заявила Эбби. — В этом ты виноват: я имею в виду
нервозность.
— Да уж, конечно, во всем виноват я. — Зан прищурился. —
Давай лучше вернемся к плану. Если клиентка не знает, чего она хочет, я
предлагаю ей повесить на каждой двери листок бумаги, и каждый раз, когда кто-
то проходит через дверь, он оставляет на листке свои инициалы. Через пару
дней я приду снова, мы подсчитаем инициалы и поймем, кому и куда требуется
доступ. Ну как, убедительно?
— О... — Она запнулась. — Тогда на это потребуется время, а
его у нас в обрез!
Зан сжал губы.
— Послушай, если все это тебя очень стесняет, я просто встану и уйду.
Мэтти сможет найти кого-нибудь еще.
Эбби отвела глаза и натолкнулась взглядом на свой настольный календарь.
Господи! Она совсем забыла про его имя, нацарапанное по всей странице, и его
телефон записан тут же, на полях. Нет, только не это!
Ей захотелось прикрыть записи, но их было слишком много; тут и трех пар рук
вряд ли хватит...
— Я даже не знаю, почему мы ведем этот разговор, — признался
Зан. — Почему я наказываю самого себя? Это так глупо. — Он
рассеянно взглянул вниз, на ее стол... и застыл, удивленно раскрыв глаза.
Эбби прижала ладони к пылающему лицу, чувствуя, как секунды одна за другой
убегают куда-то в вечность.
— Ну и ну! — наконец выдохнул Зан. — Какое интересное
развитие сюжета...
— При чем здесь развитие? — Перед глазами Эбби поплыли красные
круги. — Это просто каракули. Я в последнее время много думала о тебе;
ну так что здесь такого?
Зан наклонился и указал на свой телефонный номер в центре сердечка, в то
время как Эбби следила за ним из-под пальцев.
— Однажды я тоже так сделал, — наконец признался он. — В
восьмом классе. Я умирал по Эмми Бристол, а она училась в девятом и была
выше меня сантиметров на тридцать, а еще играла в женской волейбольной
команде. Никаких шансов у меня не было, и я писал ее имя где только
мог. — Неожиданно Зан обернулся и, ухватив прядь ее волос, пропустил их
между пальцами. — Значит, ты умираешь по мне, да?
Эбби беспомощно пожала плечами.
— Помню, что я чувствовал, когда Эмми Бристол появлялась в
столовой, — не унимался Зан. — Сердце колотилось, в голове
грохотало, и даже колени тряслись. Ты не поверишь, но я был готов лечь на
пол, чтобы она вытирала об меня ноги, лишь бы не остаться незамеченным.
Эбби через силу посмотрела вверх, на него.
— Как удивительно все поворачивается, — тихо сказал Зан. —
Примерно то же я чувствую теперь к тебе.
От его грустного тона ей захотелось зарыдать.
— Прости, я просто не могла...
— Зато сейчас можешь. Ты ведь не остановишь меня, верно? — Его
ладони скользнули вниз и обхватили ее грудь, отчего соски Эбби тут же начали
твердеть.
Она накрыла его руки своими, но не скинула их с груди.
— Я могу прямо сейчас залезть под твой стол и пометить твой но
...Закладка в соц.сетях
