Жанр: Любовные романы
Заколдованная любовь
...sp;Если бы даже и видела, никогда бы не призналась. Она не хочет, чтобы
мы верили в привидения и в проклятие. Мама говорит, что бабуля все
придумала.
Подавив зевок, Бриджит поглядела на кровать. В городе все, включая владелицу
мотеля, продолжали считать, что Дермотт и Бриджит женаты.
— Что ж, надо поспать. Поговорим утром. Устал?
— Немного.
Но когда она наклонилась, чтобы отодвинуть покрывало и в вырезе ее топа он
увидел ложбинку, усталость как рукой сняло. Дермотт резко отвернулся, решив
найти в холле кресло и сидеть там, пока Бриджит не заснет.
— Пойду-ка посмотрю телевизор.
— Ты сказал, что тебе надо перезвонить Кэрри, — напомнила она,
включая лампу у кровати. — Ты можешь выключить верхний свет?
Он подошел к выключателю около двери, выключил свет, повернулся — и
обнаружил, что Бриджит обошла вокруг кровати и направляется к нему. В горле
пересохло, когда он снова увидел едва прикрытые груди, обнаженный живот и
округлые контуры бедер. Тишина окружила их. Немного опустив подбородок,
Бриджит глядела на Дермотта из-под полуопущенных век.
Он не мог понять, что происходит. И тут Бриджит прижалась к нему, обвив его
шею руками. Ее руки скользили, поглаживая его шею. И прежде, чем он успел
подумать, его руки ответили, обняв ее за талию. Его кровь вскипела.
— С тобой все хорошо? — сумел выговорить Дермотт. — Ты
напугана?
— Тем, что мы видели? Конечно. Но я не поэтому... Я просто подумала...
Размышлять стало опасно, решил он, когда Бриджит начала рисовать круги на
его груди длинным синим ногтем. Сердце забилось как сумасшедшее.
— Бридж, ты ведешь себя... странно. Неужели привидения...
— Околдовали меня?
Это казалось маловероятным, но ведь вся эта ночь была необычной.
— Ну... да.
Она сонно улыбнулась.
— Сексуальным колдовством?
Секс? Черт возьми, если бы он мог, то отступил бы сейчас и побежал куда-
нибудь!.. Да хоть в ванную, чтобы звонить Кэрри.
— Ты слишком много выпила. — Он отодвинулся от нее.
И тогда Бриджит приподнялась на цыпочки, будто желая поцеловать его,
пошатнулась и потеряла равновесие. Дермотт подхватил девушку и внезапно
почувствовал, что необыкновенно сильно желает ощутить все ее тело — ее грудь
против его груди, ее жаркую кожу на его такой же пылающей коже.
Дермотт попробовал отодвинуться еще немного, но ее руки охватили его лицо.
Поцелуй, как и объятие, прилетел на легких колдовских крыльях.
Ее теплые ненакрашенные губы имели вкус мяты. Если бы она не отодвинулась и
не поглядела в его глаза, он бы потерял контроль над собой. Но она
отодвинулась, и тогда появился гнев.
Черт возьми! После стольких лет, после всех его отчаянных и безуспешных
попыток к сближению она думает, что может просто придвинуться к нему — и он
будет делать все, что она захочет? Она относится к нему, как к своей собаке?
— Что все это значит, Бридж?
— Я хочу спать с тобой.
— Не играй моими чувствами, Бридж.
— Игра? Какая игра? О чем ты говоришь? Только секс, — пояснила
она. — Разве ты не хочешь?
Дермотт знал, что совершает ошибку, знал, что должен бежать отсюда быстро и
далеко, но стоял как вкопанный.
— Ведь ты на каждое мое предложение отвечала:
Нет!
— Это было давно.
Он наклонился и тут же пожалел об этом. Ее дыхание оказалось на его щеке,
губах и волосах.
— А что изменилось? Разве что сейчас у тебя очередная прихоть,
Бридж, — сказал Дермотт, вынуждая себя отойти. — Это пройдет.
Она с трудом глотнула, переживая его отказ. Дермотта это почему-то не
обеспокоило. Он много лет мечтал об их близости, но теперь было слишком
поздно. Он дал Кэрри обещание и не собирался его нарушать.
— Пусть будет хотя бы секс. — Ее голос был едва слышен, но в нем
звучала такая мольба...
Он попытался выровнять дыхание и обуздать безудержный пульс.
— Пока тебе не надоест развлекаться со мной, как было у тебя с другими?
Боюсь, потом ты будешь сожалеть.
— Если мы не попробуем, то никогда не узнаем, будем ли мы сожалеть.
— Позволь мне сказать прямо, ты предлагаешь...
— Только сегодня.
Он попытался прогнать воспоминания о своих одиноких ночах после вечеров,
проведенных с Бриджит.
— Сегодня?
— И завтра. Если... если нам понравится.
О, конечно, понравится!
Он не смог побороть искушение и придвинулся к ней. Румянец залил ее щеки.
Ему очень захотелось поцеловать то местечко на ее шее, где бился пульс.
— Черт побери, — прошептал он, когда его сердце сжалось от чувств.
— Хотя бы один раз, — снова попросила Бриджит.
— И завтра? Если я захочу?
— Пока мы не вернемся в Нью-Йорк.
— Хорошо. — И не в силах терпеть дольше, он наклонился и прижался
губами к ее губам.
Она таяла. Его твердые губы обещали ей все, что она хотела бы получить.
Углубляющийся поцелуй будто наполнял ее мерцающим сиянием, вытесняя
внутреннюю темноту, и Бриджит спросила себя, почему же она боялась испытать
это раньше.
Но она никогда не думала о Дермотте как о мужчине. Точнее, не разрешала себе
так думать.
Она не была готова почувствовать абсолютную власть его тела, жар его плоти.
А теперь ни одна клеточка в ней не осталась равнодушной к его ласкам, и
Бриджит задыхалась и стонала, теряя опору под ногами.
Импульсивно она сжала руки вокруг его шеи, и его волнение передалось ей. Она
откинула голову назад, чтобы он мог проложить пылающую дорожку поцелуев вниз
по ее шее.
Дермотт повлек ее к кровати и опрокинул на спину. Они оба упали на матрац и
перекатились по нему. Она была ошеломлена и задыхалась, охваченная страстью.
Она хотела...
— Бриджит...
Она сняла с него рубашку и провела ладонями по его мускулистой груди...
Оставалось лишь надеяться, что Маг не выйдет посмотреть, что здесь за шум.
Она не хотела, чтобы что-нибудь мешало им.
Теперь ее больше не беспокоило, что Дермотт ее лучший друг. Теперь она могла
делать все, что хотела. И когда она сняла свой топ, облегчение охватило ее.
Дермотт покрывал поцелуями ее грудь. Что же с ними произошло? Колдовство
старого дома на плантации воздействовало на них? Дермотт был реальным
мужчиной из плоти и крови, а наслаждение, охватившее Бриджит, слишком
велико. Ни один мужчина никогда не доставлял ей такого восторга, и она
знала, что никогда и ни с кем другим не будет ничего подобного.
Он дрожал, как и она, и его глаза были полны огня, увлекавшего ее выше и
выше. Теперь Дермотт переместился ниже и целовал ее живот. Его небритый
подбородок царапал ее кожу.
Не в силах отвести глаза, она смотрела, как он снимает джинсы.
— Ты удивительная, Бридж, — тихо сказал он. Хрипловатый голос
прозвучал возле ее уха, когда он наклонился, чтобы снова поцеловать ее шею.
Потом он упал рядом с ней, и его рука нашла ее грудь и начала ласкать ее с
таким жаром, что наслаждение стало почти невыносимо.
— У меня в сумке есть презерватив, — прошептала она.
— О, Бридж...
Ее пальцы впивались ему в плечи, и она неотрывно смотрела ему в глаза. Его
глаза. Глаза Дермотта. Темные, красивые. Она глядела в них больше двадцати
лет, но теперь чувствовала, что никогда не видела их. Потому что прежде он
был только ее другом, а теперь они стали возлюбленными.
— Как ты, Бридж?
Совершенно. Удивительно. Прекраснее всего.
— Хорошо, — только и могла она выдавить из себя, и ее глаза
внезапно закрылись. Бриджит не справлялась с ощущениями, захлестнувшими ее,
и уже не помнила ни о шерифе, ни о доме с привидениями. И когда ощутила
поцелуй на своих губах, то задрожала в сильных руках Дермотта, который
продолжал возносить ее — вверх, вверх, в сверкающие дали...
ГЛАВА ПЯТАЯ
Успокойся, говорила себе Бриджит, когда на следующее утро бежала через
парковку к кафе, держа куртку над головой и прыгая через лужи. Не сходи с
ума! Джип стоит здесь, и, значит, Дермотт никуда не уехал.
Ночью Дермотт был удивителен. Бриджит никогда не испытывала подобного
наслаждения. Они заснули, когда начало светать, и теперь она чувствовала
невероятную легкость во всем теле... и на сердце тоже. Дермотт никогда не
откажется от нее, хотя и был странно холоден в последнее время.
Она заставила себя остановиться. И затем начала идти. Медленно. Достойно.
Несмотря на дождь. Никакой мужчина, даже Дермотт, не превратит ее в
сумасшедшую. Ей нужен холодный рассудок, чтобы найти кольцо, а она еще даже
не знает, как это сделать. Да и времени остается все меньше. Если Кэрри
Мастерсон позвонит еще раз, Бриджит закричит от отчаяния. Она и так близка к
панике.
Когда она проснулась, с ней был только Маг, и первая мысль, что пришла ей в
голову, — Дермотт возвратился в Нью-Йорк, чтобы отомстить ей за прежние
отказы в близости.
— Он здесь, — прошептала Бриджит. — Так успокойся же.
Сквозь запотевшее окно кафе она видела, как Дермотт оживленно беседует с
Нэнси. Потом Нэнси отошла, унося кофейник и пустую тарелку, и Бриджит с
облегчением вздохнула. Она толкнула дверь кафе, и все посетители тут же
повернулись и уставились на нее. Тут-то она и поняла, что ее одежда
совершенно не соответствует местной моде: черные колготки, остроносые туфли
и прозрачная кружевная блузка. Да еще вокруг шеи нарисована татуировка в
виде виноградной лозы!
— Теперь-то ты веришь историям о привидениях? — захохотал кто-то.
И все засмеялись. Глубоко вздохнув, она пошла прямо к Дермотту. Его открытый
ноутбук был на столе перед ним.
— Ты уже поел?
Бриджит старалась не показывать, как расстроена тем, что он уже закончил
завтракать. Его ответ прозвучал довольно холодно:
— А что-то не так?
Неужели он ищет ссоры? Она стряхнула воду с куртки, положила ее рядом с
собой и собралась ответить, но подошла Нэнси.
— Кофе, дорогая?
— Пожалуйста.
Бриджит покорно ждала, пока Нэнси наливала в чашку подозрительно водянистый
кофе.
— Благодарю. — Когда Нэнси ушла, Бриджит продолжила:
— Мог бы разбудить меня, знаешь ли.
Он уставился на нее с недовольным выражением.
— Ты и сама смогла проснуться.
Чудненько! Дермотт не собирался говорить, что у него на уме. Бриджит не
могла поверить этому. Стараясь не вздыхать и не суетиться, чтобы не выказать
раздражения и не выглядеть глупо, она открыла меню, но есть не хотелось.
Если бы Дермотт разбудил ее и они провели утро вместе...
Она закрыла меню.
— Надеюсь, что не мешаю тебе.
— Не будь смешной, Бридж.
Ах, так! Значит, она просто выдумала, что он неприветлив? Бриджит начала
медленно закипать.
Может быть, ему жаль, что они занимались любовью? Она уже раскрыла рот,
чтобы спросить об этом, но подошла Нэнси, и пришлось делать заказ. В это
время Дермотт направил все свое внимание на экран компьютера.
Когда Нэнси направилась на кухню, Бриджит поглядела на Дермотта.
Противоречивые эмоции кружились в ней, и самой сильной был гнев, потому что
Дермотт смотрел не на нее, а на компьютерный экран. А между тем после такой
ночи, думала она, он мог бы хотя бы улыбнуться или сказать несколько нежных
слов, например:
Я когда-нибудь говорил тебе, какая ты потрясающая,
Бриджит?
Ее мысли вернулись в прошлое, и сердце внезапно дрогнуло. До вчерашнего
вечера он поцеловал ее только один раз! Тогда ему было пять лет...
Когда Брандты поселились по соседству, миссис Беннинг пригласила миссис
Брандт приводить ее сына на их детскую площадку. Многое из того дня осталось
туманным в памяти Бриджит, но она запомнила поцелуй. Был ранний вечер, небо
еще не потемнело, и дул легкий ветерок. Дермотт поцеловал ее на прощание,
будто они не должны были встретиться снова.
В тот момент Бриджит и влюбилась. С тех пор она уже не могла жить без него.
А сейчас он сидел, пристально вглядываясь в экран из-под полуопущенных век.
— Ты не мог заснуть? — внезапно догадалась она.
— Я спал просто прекрасно.
— Странно, ты почему-то не в духе.
— У меня грузится файл.
Неужели этого достаточно, чтобы игнорировать ее? Не успев подумать, что
делает, она наклонилась вперед, чтобы сплетники в кафе не могли ее слышать.
— Знаешь, я хорошо изучила тебя за столько лет. Каждый раз, когда
появляется женщина, с которой ты не хочешь иметь дела, ты погружаешься в
работу. Так что я все понимаю. Не поступай так со мной, Дермотт.
Его челюсти сжались, и он тоже наклонился.
— Что? Ты думаешь, я такой из-за того, что произошло между нами?
— Вот именно, — кивнула она.
— Ты не могла бы быть дальше от истины, Бриджит.
Запах его лосьона затопил ее ум воспоминаниями о прошедшей ночи.
— Я далека от истины? — пролепетала она.
Не удостоив ее ответом, он повернул компьютер так, чтобы она могла видеть
экран, и включил проигрыватель. Она сразу забыла обо всем.
— Что...
Он прижал палец к ее губам.
— Шшш. Слушай.
Наклонившись ближе, она замерла. Гремели копыта, раздавались выстрелы.
Воющие снаряды проносились сквозь воздух.
Она нахмурилась. Звук был таким знакомым. Она уже слышала эти звуки вчера и
в точно такой же последовательности.
— Это часть звуковой дорожки фильма
Унесенные ветром
.
Если кто-то мог бы догадаться, то только Дермотт!
— Значит, в том, что мы слышали вчера, нет ничего сверхъестественного,
Бриджит.
Она почувствовала облегчение, но только на мгновение. Затем пришло
разочарование. Она будто лишилась опоры под ногами.
— Если это так, то рассказам бабули нельзя верить.
Глядя на Дермотта и вспоминая прошедшую ночь, она уже не была уверена в
существовании проклятия.
— Надо поговорить с людьми, которые могли бы затаить недовольство
против твоей бабушки или извлечь пользу, если она продаст свои владения.
Нэнси рассказала о ростовщике Гарте Казинсе, у которого есть магазин на Мэйн-
стрит. Она не рассказала подробностей, но, по слухам, между семействами
Казинсов и Хартли существуют какие-то давние отношения. А Мейвис Бенчли
каждое утро добровольно работает в библиотеке. Это на другом краю города,
сказала Нэнси, меньше мили отсюда. Мы могли бы и туда зайти.
Бриджит не могла поверить своим глазам, когда он закрыл компьютер, схватил
его и бросился к двери. Прощай, секс сегодня утром! Или теплая улыбка. Или
хотя бы разговор...
— Прости, что задерживаю тебя, но ты не возражаешь, если я поем?
Казалось, он не сразу понял, о чем она говорит.
— Конечно, ты можешь поесть, — наконец разрешил он.
Нэнси будто ждала этих слов, чтобы подойти и поставить на стол завтрак
Бриджит. Но молчание оказалось только затишьем перед бурей, потому что в
следующий момент зазвучал телефон Дермотта. Звонила Кэрри.
Поев, Бриджит ненадолго возвратилась в мотель, только чтобы взять Мага.
Дермотт же, не веря, что сможет спокойно находиться в комнате и с Бриджит, и
с кроватью одновременно, ждал снаружи. Он оставил ее завтракать в
одиночестве и позвонил Кэрри из джипа.
Через полчаса Бриджит и Дермотт толкнули захватанную руками стеклянную дверь
и вошли в магазин Гарта Казинса, сопровождаемые долгим звоном медных
колокольчиков, висящих на двери. Увидев на грязном окне плакат
Собакам вход
воспрещен
, Бриджит, держа Мага на руках, изогнула большой палец, указывая
на надпись через плечо:
— На самом деле Маг совсем не похож на собаку.
— Черт меня побери! — удивленно произнес Гарт Казинс и погрузился
в созерцание мопса. — Думаю, вы правы, молодая леди. Эта собака
выглядит скорее как болотная крыса.
Эти неожиданные слова переломили настроение Бриджит. Она рассмеялась и,
наклонившись к мопсу, прошептала:
— Ты слышал, Маг? Ты болотная крыса!
Маг счастливо взвизгнул и лизнул Бриджит в нос.
Дермотт огляделся вокруг. Кругом были шкафы, полные старинного оружия, монет
и драгоценностей. К его удивлению, владелец магазина пересек комнату,
схватил Бриджит за руку и поднес ее к своим губам, как будто собираясь
поцеловать.
Протест умер в Дермотте сам по себе, уступив место любопытству, так как он
впервые видел, что с Бриджит обращаются, будто с особой королевской крови,
находящейся в городе проездом. Но оказалось, что Гарта интересует вовсе не
рука Бриджит, а кольцо на ее пальце.
Гарт присвистнул:
— Боже мой! Какое чудо!
— Благодарю вас...
— Можешь называть меня просто Гартом. Я уже слышал, что в город
приехала девочка Хартли, — продолжил он, не вынимая изо рта незажженной
трубки, сделанной из кочерыжки кукурузного початка, — но никто даже не
упомянул, что это драгоценное кольцо, наконец, найдено!
— У вас, я вижу, слухи расходятся очень быстро!
Гарт радостно засмеялся, все еще глядя на кольцо.
— Ты пришла, как я понимаю, чтобы продать его и заплатить налоги за
старую плантацию?
Бриджит поглядела на Дермотта, и он почти пожалел, что она так сделала. Пока
они шли от кафе до магазина, он все ждал, когда она вынудит его рассказать,
что он чувствует после совместно проведенной ночи. Но что ему было
рассказывать? О, конечно, Дермотт хотел ее! Сегодня утром он стоял около
кровати, и его глаза упивались красотой обнаженного женского тела. Он
старался сохранить в памяти ее изящные ступни с покрытыми темно-синим лаком
ноготками, стройные линии лодыжек и бедер. Ее груди не были скрыты
простыней, и кожа светилась молочно-белым светом.
С тех пор он только и думал о том, как они снова будут заниматься любовью.
Но вместо этого Дермотт погулял с Магом, накормил его, а потом выскочил из
мотеля. Теперь же он уговаривал себя, что случившееся у них с Бриджит могло
быть лишь один раз. Ну, возможно, два. Только развлечение, и то в течение
тех нескольких дней, что они проведут здесь. В конце концов, если бы она
хотела от него большего, то сказала бы давным-давно.
Ее голос вернул его в настоящее.
— Спасибо, что вы так восхищены кольцом, — говорила Бридж, —
но оно украшено...
— Фианитами, — радостно перебил ее Гарт Казинс, выпуская ее руку.
Задрав вверх хилую серую бородку, он проводил Бриджит к старому креслу-
качалке, стоявшему в углу. Потом и сам сел напротив нее на пыльный диванчик,
обитый тканью с золотыми узорами.
Дермотт последовал за ними и прислонился к стене.
Устраивая Мага на коленях, Бриджит спросила:
— А как вы узнали, что это не бриллианты?
Старик принял вид обиженный, если не оскорбленный. Его взгляд переместился
на шкафы с драгоценностями, потом вернулся к Бриджит.
— Это моя профессия.
— Конечно, — быстро согласилась она и тут же, изумившись, сделала
резкий вдох. — Вы знаете мое имя?
Теперь настала его очередь удивиться.
— Конечно, знаю. Я видел так много твоих фотографий, что мог бы считать
тебя своей собственной дочерью. Я помню твой первый день в школе, когда у
тебя волосы были уложены, как у симпатичного маленького эльфа, и на тебе
было белое платье, которое ты выбрала самостоятельно, с набивным узором из
маргариток. И мне кажется... — он поглядел на Дермотта, — что этот
парень в тот день провожал тебя до двери классной комнаты. Мистер Брандт
тогда был одет в новые джинсы и маленькое полосатое пальтишко, если я
правильно помню. — Вынув изо рта трубку, он широко улыбнулся. — Но
в моем возрасте я уже не поручусь за свою память.
Бриджит взволнованно вздохнула.
— Откуда вы знаете все это?
Старик нахмурился.
— Разве Джинни не сказала тебе?
Бриджит наклонилась вперед. Значит, Дермотт прав — бабуля Джинни не сообщила
им и половину тех сведений, в которых они нуждались...
— И что она должна была мне сказать?
Гарт думал достаточно долго, чтобы Дермотт смог лучше рассмотреть его.
Старик был очень колоритным. Он был одет в изношенные сверх меры ботинки из
крокодиловой кожи и синие джинсы с широким поясом ручной работы с большим
куском бирюзы вместо пряжки. Бусы племени навахо свисали с его тощей шеи на
аккуратно выглаженную клетчатую рубашку. Наконец он сказал то, что Дермотт и
Бриджит меньше всего ожидали услышать:
— Ну... я друг Джинни.
Бриджит могла только хлопать ресницами, осознавая сказанное.
— Ее друг? — повторила она. — Знаете... Мне крайне неприятно
говорить это, но бабуля Джинни ни слова не говорила о вас.
— Джинни предпочитает держать свою любовную жизнь скрытой от
посторонних глаз, — объяснил Гарт. — Так что я не удивлен. Это
началось, когда умер ее муж, отец твоего отца Джаспера. Видишь ли, Джинни и
я начали встречаться через несколько месяцев после того, как он скончался, и
мы хотели сохранить это в тайне, чтобы горожане не чесали языками. Ты не
поверишь, какие сплетники живут здесь, в Биг-Свэмпе!
— О, — уверила Бриджит, — думаю, что поверю. В городе уже все
знают, что мы с Дермоттом здесь. Закариа Уолш узнал о нас от посетителей
кафе, и, когда мы оказались в мотеле, нас уже ждала комната.
Дермотт внезапно понял, что глазеет на Бриджит. В черных колготках и
прозрачной кружевной блузке Бриджит выглядела так, будто перенеслась сюда из
другого времени. Его грудь сжалась от желания. Он с трудом отвел глаза и
стал снова осматривать магазин. Здесь было много интересного, от
антиквариата до резьбы по дереву, корзин и индейских ковриков.
Бриджит рассказала Гарту, какие приключения выпало пережить ей и Дермотту в
старом доме на плантации. Потом она поведала о недавнем открытии Дермотта,
что звуки издавали вовсе не привидения, а просто была воспроизведена
фонограмма фильма
Унесенные ветром
.
— Это не объясняет того, что мы видели, конечно. Но Дермотт убежден,
что и изображениям привидений должно быть разумное объяснение, —
закончила она.
Гарт откинулся назад, решительно хлопнув рукой по широкому подлокотнику.
— Я не хочу вас разочаровывать, — начал он и сунул трубку в рот.
Потом, глядя то на Бриджит, то на Дермотта, продолжил:
— Но вы, дети мои, будьте осторожны. Лавиния Делрой всегда клялась, что
к этому месту приложил руку сам дьявол. Форрест и мисс Марисса погибли там,
и это совершенно точно, так что не обманывайте себя. Они все еще ходят там
по ночам. И сын Джинни тоже. Я понятия не имею, почему звуки, которые вы
слышали, совпадают со звуками из кинофильма, но могу ручаться, что на старой
плантации полно привидений. Всего один раз я остался там ночью с твоей
бабушкой, — продолжал он, обращаясь к Бриджит, — и этого одного
раза мне оказалось достаточно. Я поклялся никогда не делать этого снова. Я
сказал:
Джинни, дорогая, если ты захочешь компанию, тебе придется посетить
мою квартиру над магазином
. Теперь вы, дети мои, можете понять, почему в
течение многих лет я пытался избавить ее от этого проклятого дома и от
земли.
— Это мы слышали, — вмешался Дермотт, только чтобы отвлечься от
мыслей о Бриджит. — Но мы думали, что вы хотели получить древесину. По
крайней мере так сказала Джинни.
— Так и есть, — согласился Гарт.
— Это очень странно, — размышляла вслух Бриджит. — Мы с
Дермоттом и понятия не имели, что вы с бабулей... близки.
— Не только мы, но и наши семьи были в некотором роде близки. Казинсы
живут в этих краях так же долго, как и Хартли, и мы были ростовщиками в Биг-
Свэмпе намного раньше, чем это стало уважаемым занятием. Дом, где мы сейчас
сидим, построен еще до Гражданской войны. Конечно, кое-что здесь изменилось,
потому что помещения над магазином раньше имели плохую репутацию. Мой
прадедушка был первым, кто начал скупать драгоценности Хартли, главным
образом те, что Лавиния спрятала под половицами второго этажа — там, где
теперь спальня твоей бабушки. Лавиния успела сделать это незадолго до
прихода янки, но вы, вероятно, знаете все это. Без сомнения, Джинни
рассказала вам и о люстре. Я не единственный, кого она просила снять ее. Но
это оказалось невозможным. Люстра вросла в потолок и не намеревается
покидать его.
— И вы не смогли снять ее? — переспросила Бриджит, затаив дыхание.
Он покачал головой.
— Никоим образом. И янки не смогли. А после войны Хартли возвратились,
нашли спрятанные драгоценности и начали их понемногу продавать. Ни у кого не
было денег, чтобы нанять рабочих для обработки всех этих плантаций. В те дни
у Хар
...Закладка в соц.сетях
