Жанр: Любовные романы
Сапфировая ночь
... Фелисити права. Но я готов поговорить.
Он подошел к дивану и уселся, небрежно закинув ногу на ногу. Небритый, в
шортах и в свитере, этот мужчина казался инородным телом в элегантной
гостиной.
— Идите сюда. — Мартин похлопал по дивану.
Без разговора не обойтись, и Джейн, положив полусонную Синтию на кресло,
опустилась рядом с человеком, которого ей предстояло убедить в серьезности
своих намерений. Настройся на профессиональный лад, сказала она себе.
— Скажите мне, Мартин...
— Еще раз.
— Что? — Джейн удивленно посмотрела на него.
— Мое имя. — Он подался к ней, и Джейн уловила аромат мяты. —
Повторите его.
Кончик ее розового языка кокетливо выскочил на секунду, чтобы облизнуть
верхнюю губу. Может быть, это подсознательное приглашение к поцелую? Боже,
ниспошли мне сегодня удачу! — взмолился Мартин. Пусть это будет именно
так, потому что больше всего на свете мне хочется поцеловать ее. Пусть ее
взгляд безмолвно скажет мне:
Добро пожаловать
.
Они смотрели друг на друга, и ни один не отводил глаз. Джейн не смогла бы
отвернуться, даже если бы захотела, а она не хотела. Те несколько недель,
что продолжалось их знакомство — если, конечно, можно назвать знакомством
обмен взглядами в кафе, — они оба молчали. Молчание интриговало,
завораживало, обольщало. И, когда Мартин произнес ее имя, оно прозвучало для
уха Джейн непривычно приятно. Разве могла Джейн отказать ему в таком же
удовольствии?
— Мартин.
Его глаза блеснули, а расстояние между ними стало меньше, хотя Мартин вроде
бы и не шелохнулся.
— Меня разбирало любопытство...
Глядя в темно-синие глаза, в глубине которых прыгали веселые искорки, Джейн
не могла солгать и призналась:
— Меня тоже.
И только любопытство — по крайней мере, так Джейн объяснила это себе —
позволило ей принять неизбежный поцелуй.
Мартин поцеловал ее уверенно и крепко, но не грубо, без жадности,
свойственной тем, кто, ожидая отказа, торопится. В этом поцелуе было все, о
чем Джейн мечтала, все, чего ей не хватало, все, чего могла пожелать
женщина. А когда язык Мартина, медленно пройдя по ее губам, проник внутрь,
Джейн задрожала.
В Мартине молниеносно полыхнуло пламя страсти, быстро разгоревшееся и
превратившееся в настоящий пожар чувств. И такой небывалый взрыв эмоций
всего лишь после поцелуя. А что будет, если он пойдет дальше?
Мартин не был лежебокой и пацифистом. Он не мог сидеть под пальмой, ожидая,
когда кокос сам свалится ему на голову. Или когда женщина сама затащит его в
постель, сама разденет и сама займется с ним сексом. Если что-то было нужно,
Мартин добывал это, не откладывая в долгий ящик. Но никогда еще он не желал
столь страстно получить так много и так быстро, как сейчас. Он совершенно
утратил над собой контроль, как лось в период гона. И все это сделала с ним
эта хрупкая, изящная женщина.
Не шокировал ли он ее своей быстротой и натиском? Не напугал ли? Не
оттолкнул от себя? Нет, слава богу, вроде нет. Она мягко застонала и
подалась ему навстречу, прижалась всем телом, запрокинув голову. Мартин
поднял руку и запустил пальцы в шелковистые пряди ее волос.
Он забыл об Эстебане Сантьяго, забыл о больном плече, забыл обо всем на
свете, кроме того, сколь прекрасна Джейн и какая она вся аппетитная и
вкусная.
Вкусив того, что было ей необходимо, Джейн застонала от наслаждения, и
Мартин принял это за разрешение углубить поцелуй. Но вместе со стоном в ее
замутненном желанием сознании словно включилась охранная система, вернувшая
Джейн в реальный мир.
Только профессиональные отношения, напомнила она себе, осторожно отводя его
руки. Это оказалось не так-то легко, потому что ее пальцы замерли, ощутив
под тонкой тканью свитера напрягшиеся мышцы, и поцелуй затянулся еще на
долгую сладостную минуту. Очнуться после такого безрассудства, стряхнуть с
себя обволакивающий туман наслаждения было трудно.
— Мы не должны так поступать.
Мартин отстранился. Он тяжело дышал.
— Не должны поступать как? Нам ведь надо познакомиться. Узнать друг
друга получше.
— Это уже больше чем знакомство. Кстати, вы не передумали? Я имею в
виду курс реабилитации.
Мартин покачал головой и рассмеялся.
— Мне нравится ваш подход. Вы знаете, как обезоружить мужчину. Обходной
маневр, да?
— Вы первым меня поцеловали, — напомнила Джейн, поправляя волосы.
— А вы меня не остановили, — парировал он.
Пикируемся, как дети, подумала Джейн. Вот только поцелуй никак не назовешь
детским.
— Давайте сразу договоримся, что подобные упражнения больше не
повторятся. И, раз уж мы познакомились, двинемся дальше.
— Между прочим, когда вы сюда переберетесь? — Мартин пожал плечами
и поморщился от боли. — Это не мое предложение. Так сказала Фелисити,
когда звонила из аэропорта. — Он пристально и не без любопытства
смотрел на Джейн, как будто пытался прочесть ее мысли.
Вероятно, звонок Фелисити и то, что она сообщила Мартину о нашей
договоренности, стали для него неожиданностью, предположила Джейн. Как и мое
появление в этом особняке.
— Об этом вы тоже не знали?
— Нет.
— По-моему, это называется манипулированием, — пробормотала Джейн.
— Вопиющим манипулированием, — согласился Мартин. — Но такова
уж Фелисити. Полна добрых намерений, — он выразительно постучал себя по
голове, — неисправимый романтик.
— Приятно слышать, что таковые еще встречаются в наше время, —
пробормотала Джейн. Ее сердце продолжало отчаянно колотиться, а мысли упорно
возвращались к поцелую.
— Такими же были наши родители. Они просто сводили друг друга с ума.
Вот и Фелисити... Вышла замуж за своего босса-богача. Считает, что в жизни
все возможно, и спорить с ней бесполезно.
Интересно узнать, а как считает он? Может быть, тоже верит в то, что в
жизни, как в сказках, бывает счастливый конец? — подумала Джейн. Она
покачала головой, понимая, что любопытство и отпущенное на волю воображение
принесут ей только неприятности.
— Значит, по-вашему, ваша сестра-романтик и решила преодолеть упрямство
не желающего лечиться брата таким вот хитроумным способом? Заманив меня под
одну с ним крышу?
— Полагаю, что так. — Мартин усмехнулся и подмигнул Джейн, словно
желая сказать:
Я хитер, и сам это знаю
.
Что ж, с тем, что ее появление в этом доме — хорошо срежиссированный
спектакль, Джейн уже смирилась. Отступать некуда. Чтобы начать новую жизнь,
ей требовались деньги, а деньги могла принести только предложенная Фелисити
работа. Значит, нужно переехать в этот помпезный особняк, привести в порядок
плечо Мартина и не поддаваться никаким желаниям, даже самым сильным.
— Ладно, Мартин. Расскажите мне, что у вас с плечом и почему у вас
возникли проблемы с реабилитацией. Видно, ваша сестра изрядно с вами
намучилась.
— Разумеется. У вас есть брат или сестра?
— Брат.
— Тогда вы без объяснений все поймете. Думаю, это проблема существует
во всех семьях.
Джейн пожала плечами. Между ней и Коннором никогда не было соперничества,
потому что она скорее была для него матерью, чем сестрой.
— Видите ли, Коннор немного младше меня. У нас другие отношения. Но
ведь я здесь не для того, чтобы говорить о моем брате. Фелисити наняла меня
для определенной работы, и мне надо знать, позволите вы сделать ее или нет.
Я хочу понять, чего от вас ожидать.
Мартин выжал из себя беззаботную улыбку. Он и сам толком не знал, чего
ожидать от себя. Поцелуй застиг его врасплох. Он не собирался заходить
настолько далеко и не думал, что Джейн столь страстно ответит. Все оказалось
куда лучше, чем можно было мечтать. Если раньше Мартин предполагал, что
Джейн может принести ему проблемы, то теперь знал это наверняка.
— Ну, если Фелисити вас наняла, то я, конечно, не могу от вас
отказаться.
— Спасибо, — сухо поблагодарила Джейн. — Но вопрос остается.
Вы намерены работать со мной?
Снова тон профессионала. Мартину следовало радоваться, но радости он не
испытывал. Другая Джейн, более мягкая и нежная, нравилась ему больше. Зато
эта не такая опасная. Играть с ней нужно легко, непринужденно и спокойно.
Так, чтобы она не догадалась о его действительном состоянии.
— Уверен, что меня можно убедить. И не сомневаюсь, что вы справитесь с
этой задачей.
— Итак, вы согласны пройти курс массажа? Откуда столь внезапная
уступчивость?
— Я лишь готов дать вам шанс постараться убедить меня в необходимости
этого.
Джейн взглянула на него немного растерянно, вероятно не вполне понимая, что
он имеет в виду.
— Хорошо, я это сделаю.
— Настолько уверены в собственных способностях?
— Абсолютно. Один вопрос: почему вы передумали?
— Хотите, чтобы я сказал правду? Или что-то приятное для вас? —
Мартину почему-то казалось, что она предпочла бы и первое, и второе. —
Причина в вас.
Джейн не смутилась.
— Вы ведь тоже не стали отказываться от работы из-за меня, —
усмехнувшись, добавил он.
— А вы самоуверенны, — с улыбкой заметила Джейн.
— Это хорошо?
— Конечно. Значит, выдержите любое упражнение.
Мартин подумал, что она удивительно хорошо держится. Что ж, следует отдать
должное: у Джейн Кертис есть характер. А это нечасто находишь в женщинах.
Разумеется, характер — качество далеко не лишнее, если живешь под одной
крышей с человеком, вызывающим у тебя столь бурную реакцию. Стоит кому-то
одному дать слабину, как самая невинная встреча за завтраком может
закончиться битвой в постели.
— Вы, милая, можете вывернуть меня наизнанку. Только объясните, зачем
вам это нужно.
— А не пожалеете потом? Лечебный массаж далеко не всегда доставляет
удовольствие.
При слове
массаж
у Мартина резко участился пульс, словно руки Джейн уже
касались его тела.
— Разумеется, вам придется также поработать с эластичными лентами,
пройти водные процедуры, — спокойно продолжала она.
— Полагаю, вы тоже от них не откажетесь, а?
Джейн слегка покраснела.
— Всему свой черед.
Интересно, подумал Мартин, мечтает ли она заняться со мной любовью в
бассейне?
— Что ж, звучит неплохо. У меня, кстати, и идея родилась. Как насчет
массажа в воде? Хотя бы под душем?
— Я подумаю. — Джейн скрестила руки на груди. — Но сначала
вам придется продемонстрировать терпение и дисциплинированность.
В первую очередь нужно уточнить график ее работы — чтобы иметь возможность
незаметно улизнуть из дому, подумал Мартин.
— Ну и когда вы начнете? Я имею в виду, убеждать меня? При хорошем
стимулировании я могу быть очень послушным. — Черт побери, подумал
Мартин, я действительно с удовольствием подчинился бы ее указаниям! —
Вот увидите, из меня получится прилежный ученик... при таком-то инструкторе.
Мартин видел, как нелегко Джейн сохранять спокойствие, и был этому рад.
Выведенным из равновесия человеком легче управлять. А без этого контроля он
может поддаться ее чарам и забросить дело Сантьяго, позабыв о долге перед
семьей Брайана Шрайвера.
— Успокойтесь, чемпион. — Джейн сдержанно улыбнулась. —
Начнем после того, как я получу заключение врача. Возможно, на следующей
неделе.
Мартин посмотрел на Джейн. Она позволила себе расслабиться и сидела,
откинувшись на спинку дивана, очевидно радуясь тому, что сумела легко
сломить его сопротивление и убедила в необходимости начать курс
реабилитации. Но для этого ей пришлось принять его правила игры,
предложенный им игривый, легкий тон. Пусть считает, что взяла верх, на самом
же деле контролировать ситуацию будет он, Мартин.
— На следующей неделе? — Он с притворным огорчением покачал
головой. — А раньше никак нельзя?
— Мне нужно иметь представление о характере повреждений и состоянии
мышечных тканей. — Джейн развела руками, словно говоря:
Я тут ни при
чем
.
— Извините, милая, совсем забыл... — Он хлопнул себя по
лбу. — Все...
— Не называйте меня
милой
, пожалуйста.
— Вас это оскорбляет?
— Нет, заводит.
Мартин удивленно посмотрел на нее. Джейн рассмеялась.
— Извините. Мне просто не очень нравится, что вы всегда берете верх.
Он сделал глубокий вдох, задержал дыхание и медленно выпустил воздух,
заставляя себя не думать о том, что она сказала. Не строить планов.
— Все, что вам нужно, находится у меня. В другой комнате.
Ему доставило удовольствие увидеть, как померкла ее улыбка.
— Но мне надо устроиться, я не ожидала...
— Сколько вам потребуется времени?
— Предложение Фелисити было неожиданным, но вещей у меня немного.
— Я могу помочь вам с переездом.
Она покачала головой.
— В вашем нынешнем состоянии? Нет, лучше не торопиться. Если бы вы
могли таскать чемоданы, то не нуждались бы во мне.
Вот тут Джейн ошиблась. Мартин нуждался в ней. Просто он не мог себе этого
позволить.
— Но и одной вам тоже не справиться, а я ведь не полный инвалид.
— Саймон, хозяин кафе, где я работала, не откажется помочь.
Мартин кивнул. Упоминание имени другого мужчины отозвалось неприятным и
незнакомым ему прежде чувством ревности, и он поспешил перевести разговор на
другое.
— Жить здесь можно, хотя, на мой взгляд, дом немного мрачноват. Я
называю его склепом.
— Ваша сестра довольно подробно описала все. Думаю, вы сгущаете краски.
— Может быть, ваше появление добавит светлых тонов. — Мартин
усмехнулся. — В общем, особняк в вашем распоряжении.
— Спасибо. Кстати, не объясните, почему вы так затянули с лечением?
— Нет.
Ему показалось, что Джейн рассчитывала на большую откровенность, и
мелькнувшее в ее глазах разочарование задело Мартина.
— Простите мое любопытство, Джейн, но хотелось бы знать, в чем именно
заключается ваша сделка с Фелисити.
— Передо мной поставлена задача помочь вам. И в медицинском плане, и в
житейском. Вы ведь, наверное, и завтрак себе приготовить не можете, да?
— Вы определили для себя какой-то график? Спланировали наши занятия?
— Днем я работаю рассыльной, так что остаются вечера.
Вечера. В последнее время все вечера Мартина сводились к одному: обед,
телевизор, кровать. Теперь появилась возможность круто изменить этот унылый
распорядок. Джейн влекла его не только как женщина, но и как человек.
— Сколько вечеров в неделю?
— Не меньше пяти.
Мартина это не устраивало: столь плотное расписание совсем не оставляло
времени на Сантьяго. Мартин принужденно рассмеялся.
— Похоже, Фелисити решила меня доконать. Уверен, можно ограничиться
тремя. Вы ведь должны отдыхать.
Джейн упрямо покачала головой.
— Мы так договорились, и я намерена отработать деньги сполна. —
Она прищурилась. — Вам не удастся легко отделаться.
Мартин не ответил, но воспринял ее предупреждение серьезно.
4
Джейн не спалось. Впечатлений набралось так много, что теперь мысли роились
в голове, наползая одна на другую и не желая выстраиваться в определенном
порядке. Она знала только, что не может переехать в особняк, пока не соберет
вещи и не начнет работать с Мартином, не выполнив обязательств перед
Саймоном.
Накануне вечером Джейн буквально сбежала из особняка Фелсити, потому что не
могла там больше оставаться, так как ей требовалась передышка. Если бы она
задержалась, то могла вообще не вернуться домой. Удивительно, что ей хватило
решимости вырваться из сетей обаяния Мартина.
Кто знает, чем бы все закончилось, задержись она в доме еще немного. Может
быть, соблазн оказался бы слишком велик. И она, опьяненная близостью
Мартина, растаявшая от звуков его голоса, отважилась бы на еще один поцелуй.
Джейн почему-то казалось, что Мартин не стал бы останавливать ее. А она,
вероятно, не удовольствовалась бы просто поцелуем.
Уже наступило утро, и Джейн, решив, что уснуть все равно не удастся,
включила настольную лампу. Папка, переданная Мартином, лежала на тумбочке.
Джейн полагала, что, изучив находящиеся в ней бумаги, сможет лучше понять
своего пациента, найдет ответы по крайней мере на часть вопросов,
интересовавших ее.
Через полчаса Джейн закрыла папку и устало откинулась на подушку.
Итак, Мартин — полицейский, раненный на задании. Если лечение пройдет
успешно, он снова вернется на службу, снова окунется в мир насилия и
жестокости, снова подвергнет свою жизнь опасности.
Она вздохнула. Есть немало людей, не созданных для спокойного существования.
Без риска они чувствуют себя как рыбы, выброшенные на берег. Кому-то такие
нравятся, кому-то нет. Джейн знала лишь одно: связываться с ними
небезопасно. А значит, ее отношения с Мартином должны оставаться деловыми.
Выполнив эту работу, она получит хорошие деньги и переедет поближе к
Коннору. Подальше от этого сильного мужчины с синими глазами,
обольстительной усмешкой и следами от пуль на плече.
Джейн встала, выключила лампу и отправилась в ванную. Горячая вода и
несколько минут покоя позволят привести в порядок мысли, укрепиться в
принятом решении и избавиться от волнения. Она лежала в ванне, закрыв глаза
и стараясь думать о том далеком будущем, когда ей не придется работать
вечерами, когда Коннор окончит университет и найдет занятие по душе,
когда...
Странно, но в ее мысли снова и снова проникал Мартин. Обмануть себя очень
трудно, и Джейн не стала придумывать объяснения, потому что научилась
смотреть правде в глаза. Дело не в мечтах о спокойной жизни и тихом счастье.
Проблема в другом. Между ней и Мартином что-то есть. Это
что-то
возникло
сразу, в тот самый миг, когда они увидели друг друга. Ее тянуло к нему так,
как не тянуло никогда ни к одному мужчине. При мысли о нем сердце начинало
колотиться, разгоняя кровь, пробуждая уставшее тело, наполняя каждую
клеточку волнующим жаром. Воображение создавало десятки вариаций одной и той
же картины, в которой менялись детали, но оставались главные персонажи, она
и Мартин.
Джейн вышла из ванны, сняла с крючка мягкое пушистое полотенце и начала
вытираться. Посмотрев в запотевшее зеркало, она снова вспомнила Мартина, его
покрытую бронзовым загаром грудь, рану под ключицей... Как же ему, должно
быть, было больно! Сможет ли она помочь ему?
Сможет. Ее пальцы прикоснутся к золотистой коже, бережно разомнут неокрепшие
мышцы, разгонят сковывающее их напряжение. А почему бы потом им не двинуться
ниже, не спуститься от плеча к заросшей волосами груди, к напрягшимся
потемневшим соскам, жаждущим ее прикосновения?
И что помешает им пойти дальше, по твердому животу к поясу шортов?
Проскользнуть под него и наткнуться на возбужденную, горячую и трепещущую
плоть, готовую откликнуться на ее ласки?
А если так, то кто остановит его? Кто удержит их обоих, когда их тела
сольются в едином ритме, поначалу медленном, сдержанном, а потом
ускоряющемся, безумном и безудержном?
Никто и ничто. Джейн посмотрела на себя в зеркало и по глазам, глядящим на
нее оттуда, поняла, что неизбежное случится. Это предопределено.
Воображение не остановишь. Страсть не остудишь.
Долгий день закончился. Джейн, пожелав доброго вечера задержавшейся в офисе
секретарше, поспешила в
Последнюю милю
, чтобы повидаться с Саймоном. Она
обещала, что предупредит об уходе за пару недель, но он, когда узнал
подробности, рассчитал ее сразу же. Саймон прекрасно знал жизненную ситуацию
Джейн и понимал, сколь многое зависит от предложенной ей работы, а потому не
собирался чинить какие-либо препятствия.
Она собрала вещи, которые уместились в одну сумку, закрыла пустой шкафчик и
отдала ключ Саймону.
— Вот и все. Мне неприятно подводить тебя, но...
Он покачал головой.
— Не беспокойся. Уж кого-кого, а официанток в Лос-Анджелесе хватает,
так что ты меня не подвела.
— И ты даже не будешь скучать по мне? — с улыбкой спросила Джейн.
— Ты неплохо работала, на тебя не жаловались, но... — Саймон
развел руками. — Вспомни, сколько раз ты опаздывала. А сколько перебила
посуды? Вообще мне следовало прогнать тебя еще раньше. Сам не знаю, почему я
такой добрый. — Он подмигнул ей.
— Ах ты!.. — Джейн шутливо замахнулась на него. — Не так уж
плохо все было.
— Каждый говорит за себя. — Саймон улыбнулся; на щеках проступили
ямочки, безотказно действовавшие на многих женщин, что позволяло ему каждый
уик-энд проводить в обществе новой подружки.
Джейн всегда с симпатией относилась к боссу, была благодарна за дружбу и за
поддержку, но на нее чары Саймона не производили никакого эффекта. В самом
начале их знакомства Саймон пригласил ее на свидание, но, получив вежливый
твердый отказ, принял его с достоинством и уже никогда больше не позволял
себе переступить границы дружбы. Со временем он стал самым близким другом
Джейн и не раз помогал советом и даже деньгами.
— А если серьезно, то позвони мне в случае чего. Не позволяй парню
распускать руки.
Джейн смущенно улыбнулась, зная, что, если Мартин
распустит руки
, звать на
помощь Саймона будет уже поздно.
— Спасибо. Думаю, все обойдется. — Она повесила сумку на плечо и
протянула Саймону руку. — До свидания, Саймон.
— Ты на меня не сердишься? Может быть, не стоило рассказывать о тебе
той женщине?
— Как я могу на тебя сердиться, если ты помог мне выбраться из
пропасти? Наконец-то появился просвет. Я очень благодарна тебе, Саймон, хотя
язык у тебя без костей. — Джейн улыбнулась, давая понять, что шутит.
— Не пропадай.
Она кивнула.
— Конечно. Передай Джессике, что я позвоню. Увидимся.
Саймон хмыкнул.
— Надеюсь. Всего тебе наилучшего, Джейн. Я заеду в субботу, как
договаривались.
— Пока.
Она обняла его, поцеловала в щеку и вышла на улицу. В какой-то момент ей
захотелось рассказать Саймону о Мартине, выслушать его мнение, но что-то ее
удержало.
Сумерки уже опустились на огромный город, от раскалившегося за день тротуара
ступням было горячо, но Джейн не обращала на это внимания. Она чувствовала,
что в самом скором времени ее ночи станут еще жарче.
Выйдя из такси, Мартин не спеша поднялся по ступенькам к входу в полицейский
участок. В холле его встретил привычный, знакомый запах, потертый линолеум,
стены, выкрашенные давно потрескавшейся синей краской. Многие годы он
приходил сюда едва ли не ежедневно, как домой. Поступив в полицию сразу
после колледжа, Мартин никогда не сожалел о сделанном выборе. До самого
последнего времени.
Кивая на ходу знакомым, Мартин открыл дверь в небольшую комнату с одним-
единственным окном, где за обшарпанным письменным столом восседал полный
лысеющий мужчина неопределенного возраста.
— Привет, Эндрю.
— Мартин, старина! Как поживаешь? — Эндрю Уоткинс широко
улыбнулся, не попытавшись, однако, даже привстать со стула. — Каким
ветром тебя к нам занесло? Как плечо?
— Терпимо. — Мартин ловко подцепил ногой свободный стул,
передвинул его к столу и сел, поморщившись от дыма, серым облаком висящего в
помещении. — Когда ты станешь курить приличные сигареты, Эндрю? Или по-
прежнему спускаешь деньги на тотализаторе?
— Какие деньги? — Уоткинс поморщился. — А сигареты... запах,
конечно, не самый приятный, но зато жена не пристает. — Он усмехнулся и
промокнул влажный лоб смятым платком.
— Что слышно о Сантьяго? — спросил Мартин.
Эндрю Уоткинс был одним из двух его приятелей-сослуживцев, которые снабжали
его информацией, имевшей отношение к наркодельцу. Второго звали Эрик Фазини.
— Между нами?
— Как всегда, — заверил Мартин.
Эндрю вздохнул.
— Ничего нового. Сантьяго освободили под залог, а потом его адвокаты
взялись за дело, так что, похоже, до суда не дойдет. Ты же сам знаешь,
свидетелей нет, улики только косвенные, а у этого ублюдка большие связи.
Зацепиться не за что.
— Черт! — с чувством выругался Мартин и, заметив на столе
коробочку с мятны
...Закладка в соц.сетях
