Жанр: Любовные романы
И она уступила
... свои
эмоции.
- Я в порядке, - прошептала она, не глядя на него. - А вот ты выглядишь
усталым.
- Я объезжал стада, - спокойно сообщил Фрэнк, как бы объясняя свой вид. -
Не найдется ли у тебя чашки кофе?
- Может быть, чего-нибудь еще к кофе?
- Нет, спасибо. Есть совсем не хочется. - Когда он принимал чашку из ее
рук, то отметил, как тщательно она
постаралась не дотронуться до него. Тогда свободной рукой он поймал ее руку: -
Малышка, посмотри на меня. Ну не злодей
же я, в конце концов.
Она по-прежнему не поднимала глаз. Просто не хотела, чтобы Фрэнк прочитал
в них все, что творилось у нее внутри.
- Пожалуйста, отпусти мою руку, - взмолилась Лилиан.
Фрэнк отпустил, и проводил ее долгим взглядом - она тут же постаралась
отойти в дальний угол, где стояло большое
кресло. Теперь он уже не сомневался, она не хочет его видеть. Длинными пальцами
он обхватил горячую чашку, и мысли его
переключились на долгую дорогу, которую ему пришлось преодолеть в последние
сутки, на бесчисленных телят и коров,
которых он обследовал за эту поездку.
- Как Лайон? - через минуту поинтересовался он.
- Он уверенно идет на поправку, - заверила Фрэнка успевшая успокоиться
Лилиан. - Хотя его по-прежнему
мучают головные боли. Сейчас с ним Милли. А Кэти убежала в кино.
- У меня не было возможности поговорить с тобой. Но мне очень хотелось,
чтобы именно ты ухаживала за Лайоном.
Особенно из-за того, что произошло между нами.
Лилиан сделала очередной глоток кофе, бросив на него короткий взгляд. Она
заметила, что Фрэнк смотрит на нее
своим изучающим взглядом сквозь прищуренные ресницы.
Она снова отвела глаза.
- Я сделала это для Милли.
- Тебе ничего не надо объяснять. - Фрэнк отставил чашку и закурил
сигарету. - Как ты думаешь, сколько ему
понадобится времени, чтобы встать на ноги?
- Этого я не знаю, - просто ответила она. - Об этом лучше спросить у
доктора.
Фрэнк выпустил колечко дыма и внимательно следил за тем, как оно плыло по
комнате по направлению к окну.
Он поработал сегодня на славу и честно старался не думать о Лилиан. Но это
не получилось. И вот теперь она сидела
здесь, на расстоянии протянутой руки, и Фрэнк вдруг осознал, что самым главным
было вот это ее присутствие. Она
оказывала на него удивительно успокаивающее влияние. Примиряла его с самим собой
и окружающим миром. До встречи с
ней он никогда не испытывал ничего подобного. После смерти Сэма Джонсона и
публикации завещания, совершенно подругому
высветившего прошлое Фрэнка, он дал волю эмоциям. И вот теперь он начал
приходить в норму. И это все
благодаря Лилиан.
И вообще, все его мысли по-настоящему были заняты только Лилиан. Он без
конца вспоминал каждую проведенную
вместе с ней минуту, тепло ее тела в его руках, ее ласковый голос, полный
участия и доброты. И он сам убил это все! Он
загубил бережно возводимые ими обоими отношения в порыве животной сексуальной
лихорадки. Он не сомневался, что она
все это видит именно так. Но на самом деле все обстояло по-другому. Фрэнк не мог
отрицать, что раньше он использовал
женщин для удовлетворения своих инстинктов. Но Лилиан не была звеном этой
бесконечной цепи. Она стала для него... всем.
Глядя на девушку, он не мог не удивляться себе. Если бы Лилиан только
могла представить, в какой мере изменила
она его внутренний мир! Как повлияла на него ее природная доброта. Никогда
раньше он не встречал на своем жизненном
пути такую женщину. Более того, он знал, что больше уже и не встретит.
- Должен тебе признаться, что вел себя как идиот по отношению к своей
семье, - неожиданно для Лилиан жестко
произнес Фрэнк. - Я просто тронулся умом, когда узнал, как меня обманывали все
эти годы. Мое самолюбие было больно
задето, и я ощетинился. Теперь я могу разложить все по полочкам и понять, что ни
брат, ни сестра в этом виноваты не были.
- Я рада, что ты все переосмыслил, - просто ответила Лилиан. - У тебя
прекрасная семья и, конечно, нельзя
требовать, чтобы они платили по чужим счетам.
- Да, именно к такому выводу я и пришел. - Фрэнк выпил последний глоток
кофе, сделал последнюю затяжку и
размял окурок в пепельнице. - Скажи мне, ты в состоянии простить меня за то зло,
которое я тебе принес?
Лилиан была поражена этим вопросом, сердце ее подпрыгнуло. Как бы там ни
было, но она не могла позволить ему
все вину возложить на себя одного. В конце концов, то, что она сделала, было
поступком добровольным. Никто ее ни к чему
не принуждал под дулом пистолета. Да, одна эта промашка могла стоить ей карьеры
в миссии, если бы сведения просочились
туда каким-нибудь способом. Но во всем произошедшем была изрядная доля ее
собственной вины. Как хорошо, что в хижине
нас никто не видел, подумала девушка в продолжение своих горестных размышлений.
А вслух произнесла:
- Нe стоит терзаться. Ты не сделал ничего против моей воли. - Голос ее
прозвучал глухо и бесцветно. - Не
придавай этому такого значения.
Фрэнк взорвался:
- Ничего себе, не придавай этому значения! Да может быть, ты носишь под
сердцем моего ребенка, а я так просто все
должен забыть?
Лилиан вспыхнула.
- Не думаю, что это так, - заметила она упрямо.
Фрэнк взволнованно, часто дышал. Даже сейчас она не хочет во всем обвинять
его! Его длинная рука протянулась
вдоль стола, и он накрыл ее ладонь своей.
- Прости меня за то, что по моей вине все про изошло так, что тебе лучше
не помнить того, как это было. Имея дело с
девственницей, мужчина обязан думать прежде всего о ее чувствах, а не стремиться
удовлетворить свою страсть. Я забыл об
этом и, в результате, ты испытала только боль.
Еще больше покраснев, Лилиан вырвала свою ладонь из его руки и хрипло
произнесла:
- Мне пора идти к Лайону. Спокойной ночи, Фрэнк.
Она встала, и он последовал за ней. Причем так быстро обошел стол, что она
не заметила самого движения и не
поняла, как он вдруг оказался рядом с ней. Он взял ее за плечи, его высокая
фигура, как это уже не раз бывало, нависла над
ней.
- Признайся, ты меня ненавидишь? - коротко спросил Фрэнк. - Не надо
полуправды и отговорок. Только да или
нет.
Лилиан проглотила комок.
- Нет. Я... вовсе не ненавижу тебя.
Мужчина облегченно вздохнул:
- Слава Богу!
Наклонив голову, он нежно поцеловал ее веки. Он держал ее, но так, что она
в любой момент могла освободиться,
отступив на шаг. Его губы не сделали ни милейшей попытки перенести поцелуй кудалибо
еще.
- Спокойной ночи, моя маленькая, - мягко и нежно произнес Фрэнк.
В его глазах было какое-то новое выражение, что-то другое появилось и в
его голосе, и в том, как он дотрагивался до
нее. Он хотел ее так, как никогда раньше кого-нибудь или чего-нибудь. Но
понимал, что теперь все уже не будет так просто,
как казалось раньше. Его глаза скользнули по животу Лилиан. Есть ли там его
ребенок? С огромным удивлением Фрэнк
обнаружил, что на сей раз эта мысль не испугала его так, как пугала раньше.
Теперь он вполне спокойно мог представить
себе маленького мальчика с темными волосами и зелеными глазами, который шел бы
рядом с ним, держась за его руку.
Эдакая его уменьшенная копия в голубых джинсах и кедах. Сердце Фрэнка залила
волна радости. В конце концов, черт с
ними, с этими генами. Но потом другая мысль заставила его нахмуриться. И он
произнес вслух, как будто Лилиан могла
прочитать его мысли:
- Нет, так нельзя! Нельзя, чтобы ребенок был следствием неосторожности.
Его надо запланировать, он должен быть
желанным плодом любви. Господи, ну почему я вовремя не остановился?
С этими словами Фрэнк повернулся и вышел из кухни. По лицу Лилиан потекли
слезы. Он явно был зол на нее, может
быть, даже ненавидел. Ну что же, у него на это было право. Он имел право
подумать, что она решила заманить его в ловушку
и женить на себе. Единственное облегчение приносила мысль о том, что ему было не
безразлично, ненавидит ли она его. Она
допила свой кофе, сполоснула кофейник, помыла чашки и отправилась на дежурство к
постели Лайона.
9
На следующее утро Лилиан впервые после того, как приехала в этот дом,
вышла во двор. Ей было необходимо сделать
несколько глотков кислорода, чтобы привести в порядок свои взволнованные мысли.
У кровати Лайона осталась Кэти.
День был прекрасным, теплым и солнечным. Во дворе было много разной
живности. Играли котята и щенки, важно
расхаживали утята и цыплята. И вся эта малышня не обращала никакого внимания на
быков и коров, подрастающих бычков и
лошадей. Конюшни и загоны размешались позади дома и небольшого палисадника, куда
выходила задняя кухонная дверь.
Девушка вполне вписывалась в окружающий пейзаж и своих джинсах и желтой
спортивной рубахе, когда отправилась вдоль
по дороге, начинавшейся прямо за калиткой. Даже после того, что с ней
приключилось, ей все равно здесь нравилось. Но
Лилиан прекрасно понимала, что ее пребывание здесь ограничено - ей пора было
подумать об отъезде.
Судьба дала ей короткое, но счастливое время, позволившее забыть о смерти
родителей, избежать встреч с прессой.
Но уже было пора возвращаться к месту работы. В ее контракте были оговорены
определенные моральные ограничения. Но
она успокаивала себя тем, что о случившемся не знал никто, кроме Фрэнка и ее
самой.
Она глубоко задумалась о том, что произошло между ними. И поэтому
вздрогнула от неожиданности, когда
незнакомый голос позвал ее изнутри загона. Повернувшись, Лилиан увидела стоящего
у забора рыжего парня, на губах
которого играла странная улыбка. Не менее странным показался ей его нагловатый
взгляд, которым он бесцеремонно
обшарил ее фигуру.
- Мисс Грей? Я не ошибаюсь? - процедил этот недоделанный ковбой. - Думаю,
что я сразу вас узнал.
Она была удивлена. Он узнал ее?
- Мы, наверное, оба были на шашлыках, - стараясь держаться в рамках
вежливости, предположила Лилиан.
Парень заржал и, слегка пошатнувшись, оторвался от забора, за который
держался. Он подошел ближе, и девушка
явственно ощутила исходивший от него запах виски.
- Нет, я не удостоен чести посещать такие высокие встречи. Я видел вас в
совсем другой ситуации. Ночью в хижине.
Лилиан страшно побледнела.
А он стал нахально придвигаться к ней и при этом смеялся своим
отвратительным смехом. Она быстро отступила, не
позволив ему приблизиться к себе. Он явно намеревался обнять ее и даже удивился,
почему это она избегает его протянутых
рук.
- Понятно, девица такого класса не для простого работяги? Так, что ли? -
прошипел парень со злобой. - Ясно, ему
можно все, у него ведь есть деньги.
- Пожалуйста, оставьте меня - вскрикнула она. Мысль о том, что этот тип
подсматривал за ней и Фрэнком,
заставила ее страшно покраснеть.
А тот продолжал.
- Я вижу, босс не очень-то обращает внимание на вас после того раза, а,
мисс давалочка? Он, видать, не любит целок.
Я слышал, как он возмущался по этому поводу. Так что вам лучше иметь дело со
мной. Я-то как раз обожаю начинающих.
Мы можем прекрасно позабавиться! - Мерзавец снова стал приближаться к Лилиан.
Она, закрыв рукой рот, чтобы не разрыдаться, не разбирая дороги, побежала
к дому. Она не представляла, что ей
теперь делать. Этот злосчастный ковбой, наверняка, поделится с кем-нибудь своей
информацией. Видеть он ничего не мог, а
вот слышал весь разговор, это точно. Скорее всего, он распустит по всей округе
сплетню. Она с ужасом представляла, как в
городке будут обсуждать то, о чем он, без сомнения, уже распространялся в
общежитии ковбоев. Ее репутация будет
загублена, и тогда она может навсегда забыть о своей работе. Этого скандала
вполне достаточно, чтобы она потеряла все, что
ей было дорого. Все ее ошибки и просчеты воссоединились, чтобы загубить Лилиан.
Возвратившись в дом, она на несколько минут задержалась в отведенной ей
комнате. Надо было успокоиться и
привести себя в порядок. По крайней мере, умыть заплаканное лицо. Но долго
оставаться в одиночестве она не могла, потому
что наступило время дать Лайону лекарства. Она поднялась в его комнату и застала
там Милли.
Если девушка надеялась, что никто не заметит ее состояния, то она
ошиблась. Встревоженная Милли тут же задала ей
вопрос:
- Что с тобой случилась? Почему ты такая бледная, Лили?
Лилиан очень хотелось сказать своей лучшей подруге правду. Но, увы, это
ничего бы не решило, а только принесло
лишние переживания Милли. А ей и так их хватало из-за Лайона. Поэтому Лилиан
пришлось выдавить улыбку.
- Я что-то не очень хорошо себя чувствую. Может, слегка отравилась чемнибудь
за завтраком. А может быть,
колбаса была слишком жирной для меня. Я люблю именно такую, но потом
расплачиваюсь за это.
- Завтра ты получишь бифштексы, - раздался голос Лайона. Он слабо
улыбнулся: - Я обещаю тебе это, только
попроси Фрэнка пристрелить для тебя какую-нибудь корову.
Упоминание этого имени опять бросило Лилиан в дрожь. Как она сможет
смотреть ему в глаза, после того что
услышала от того мерзкого типа? Как Фрэнк отреагировал бы, узнав, что один из
его работников позволил себе циничные
замечания в ее адрес? Девушка вздохнула. Наверное, после того как он, не
попрощавшись, выскочил за дверь кухни, вообще
никак. Он решит, что она все это выдумала. К тому же он так осуждал Верил за
пересуды по поводу их близости...
Лилиан дала необходимые лекарства Лайону, и убедившись, что они
подействовали, отправилась к себе в комнату.
Едва оказавшись одна, она разрыдалась, да так, что в иные моменты ей казалось,
что она не выдержит и сердце ее разорвется
от боли. Какую высокую цену ей приходится платить за неосторожность, проявленную
всего один раз в жизни. На своем
опыте она поняла, как легко может рухнуть самая непорочная репутация. Лилиан
подумала еще и о том, что ее родители
такой большой ценой воспитали ее на высоких моральных принципах, а она так
безответственно все загубила. Конечно, если
бы была жива ее мать, она все бы правильно поняла, никогда бы не осудила и
поддержала в трудную минуту. Ее мама была
нежной, любящей женщиной и в поступке любого человека старалась отыскать
хорошее, чтобы можно было простить
ошибку или проступок. Теперь Лилиан плакала еще горше, оттого что мать покинула
ее навсегда.
В течение нескольких дней она не выходила из дома. Конечно, Милли заметила
эту странность в ее поведении и
поинтересовалась причиной, Лилиан объяснила, что боится отходить от Лайона.
Милли поделилась сомнениями с Кэти, а та с
Фрэнком. И тот решил, что Лилиан просто не хочет его видеть.
Но его не было пару дней, потому что он уезжал на далекое ранчо.
Возвратившись, он узнал, что в это время девушка
тоже не покидала дома. Он решил спросить ее напрямую. Но в какую бы из комнат он
ни входил, она тут же из нее выбегала.
Совершенно очевидно, у нее не было желания видеть его и говорить с ним. И он
заставил себя подчиниться ее воле. И только
снова и снова проклинал себя за то, что причинил ей вред. Он заметил перемены,
произошедшие в поведении и внешности
девушки, после той ночи в хижине. Она выглядела такой запуганной и так незаметно
вела себя, что стала похожа на
трусливую мышку.
Она больше не вступала в разговоры ни с кем, а не только с ним. Не
реагировала на шутки, ее смех давно не звучал
под крышей этого дома, где все были настроены в отношении к ней по-доброму. Даже
с доктором, который несколько раз в
неделю приезжал осматривать Лайона, она говорила только на профессиональные
темы, и не отвечала на его невинные
шутки. А у доктора настроение было отличным, потому что пациент быстро шел на
поправку.
Милли и Кэти однажды все же соблазнили Лилиан поехать в Пейетт,
пробежаться по магазинам.
Ей не казалась опасной эта поездка. Никаких знакомых у нее в городке не
было.
Увы, она ошиблась. В магазине, куда привели ее подруги, Лилиан наткнулась
на Верил. Сначала она почувствовала на
себе чей-то взгляд, а уже через несколько секунд Верил приблизилась к ней,
улыбаясь невинной детской улыбкой.
- Рада вновь видеть вас, мисс Грей, - произнесла она. - Бен быстро
поправился, благодаря нашей
квалифицированной помощи в тот вечер в баре.
- Мне приятно слышать это, - вежливо ответила Лилиан.
Делая вид, что она внимательно рассматривает очередное платье, Верил с еще
более невинным видом
поинтересовалась:
- Я слышала, что, проведя с вами всего одну ночь, Фрэнк бросил вас.
- Простите, я не поняла вас, - спокойно ответила Лилиан.
- Могу повторить, - Верил явно обрадовалась тому, что ее слова привели
другую женщину в шоковое состояние. -
Говорят, что Фрэнк покинул вас после той ночи в хижине. Об этом судачат во всем
городе. Трудно ожидать, что такой тип,
как Дерк станет держать язык за зубами. Он больший сплетник, чем любая баба и с
удовольствием мажет грязью вас и
Фрэнка. Вам придется после всего этого добиваться обручального кольца, что бы
хоть как-то поправить свою репутацию. -
Верил театрально вздохнула. - Но это еще не все. В городе крутится некий
репортер известного телеграфного агентства. Он
ищет женщину-миссионерку, которая сбежала из Центральной Америки под градом
пуль. Говорят, что ее следы ведут
именно в наш город.
- Правда? - Руки у Лилиан задрожали от волнения. Она хрипло произнесла: -
Не стоит думать, что речь идет обо
мне.
Верил издевательски рассмеялась.
- Да уж, вряд ли миссионерка провела бы ночь с Франком. Разве это
совместимо с миссионерскими принципами?
- Совершенно верно. Несовместимо. Прошу извинить меня.
Лилиан быстро вышла из магазина и молча уселась в автомобиль, где ее уже
ожидали подруги. Лицо девушки было
бледнее мела. Ее била дрожь. Все, теперь на ней было несмываемое клеймо. И
никогда ей уже не видать своей любимой
работы. А значит, ей больше некуда поехать, она нигде и никому не нужна. Ее
близкие погибли, а теперь ей грозит потеря
единственной работы, которую она любит и умеет делать. Совершенно очевидно, что
репортер достанет ее даже в доме
Джонсонов, потому что или Верил, или кто-нибудь другой уже передали ему с
солеными подробностями рассказ об их ночи в
хижине. Она поддалась соблазну и потеряла все, что имела. Лилиан не знала, что
ей делать! Господи! Прости меня и научи,
как поступить.
Милли и Кэти заметили ее состояние.
- С тобой нее в порядке? - спросила Милли. - Я видела, как к тебе
подходила Верил Слейтон, что она несла?
- Наверное, очередную сплетню о Фрэнке, - предположила Кэти. - Она готова
пойти на все, чтобы отомстить ему
за невнимание. Прости меня, Лилиан, мне надо было отогнать ее от тебя в ту же
минуту, как я увидела, что она направляется
к тебе.
- Ничего страшного, - запинаясь, произнесла Лилиан. - В общем-то она
сказала мне о том, что я знаю и без нее.
- Она, видимо, сообщила тебе про репортера? Правда?
- Да. Но у меня в запасе есть несколько дней, пока он не выйдет на мой
след. - Весь вид Лилиан показывал, что она
заранее смирилась с поражением. - К тому же теперь это уже не важно. У меня не
осталось ничего, что я боялась бы
потерять.
- О чем ты говоришь? - возмутилась Милли. - У тебя есть любимая работа,
отличное будущее...
- Ничего у меня нет, - дрожащими руками Лилиан откинула назад пряди волос.
- Я все погубила.
- Каким образом? - изумились подруги. Девушка только качала головой и
молча смотрела в окно машины. У нее не
было даже сил говорить.
Приехав на ранчо, Лилиан убежала к себе в комнату и заперла дверь на
замок. Ей никого не хотелось видеть.
- Что с ней происходит? - тихо спросила Кэти у Милли. Они сидели в кухне и
потягивали кофе, пока Лайон спал. -
Что-то ее жутко тревожит. Интересно, что сказала ей Верил? Может быть, Лилиан
встревожило появление репортера?
- Не могу понять, - призналась Милли. Она услышала, как входная дверь
открылась и снова закрылась. - Но,
надеюсь, что Фрэнк его сюда просто не впустит.
- Хотел бы я знать, кого мне не стоит сюда впускать, - коротко
поинтересовался тот, стягивая рабочие рукавицы.
Он остановился в дверном проеме.
- Речь идет о репортере из информационного агентства, который рыщет по
городу в поисках Лилиан, - пояснила
Кэти.
Фрэнк нахмурился.
- Что еще за репортер и почему он охотится за нашей гостьей?
Милли заколебалась, прежде чем ответить. Они обменялись взглядами с Кэти,
и она продолжила:
- Думаю, тебе лучше услышать правду от нас. Лилиан не скажет тебе ни
слова, но кому-то надо сделать это. Присядька.
Фрэнк грузно опустился в кресло, стоящее рядом с диваном, и закурил
сигарету.
- Ну, давайте, - поощрил он.
Его зеленые глаза были непроницаемы. Лучше уж услышать всю правду, подумал
он. Недаром ему с самого начала
казалось, что Лилиан не та, за кого себя выдает. С другой стороны, он боялся
разочароваться в ней, узнав эту правду.
- Лилиан и ее родителей послали в Центральную Америку, - начала Милли. - В
их задачу входило создание
больницы в одном из сельских районов. Там шла война, и противоборствующие
стороны одинаково угрожали жителям...
- Что их заставило отправиться в эту дыру? - прервал рассказ Фрэнк.
Милли сверкнула глазами:
- Что, что. Они все трое были миссионерами.
Скулы Фрэнка затвердели, и он явственно побледнел.
- Все трое? - переспросил он. - И Лилиан тоже?
- Да, - ответила Милли, подтвердите его худшие опасения.
Взгляд мужчины стал отсутствующим, он безотчетно провел рукой по волосам.
Теперь все стало на свои места.
Понятно, почему она была так наивна и доверчива. Он закрыл глаза. Если и раньше
его мучили угрызения совести, то теперь
эти переживания стали непереносимыми. Миссионерка! Господи! Кого же он
соблазнил!
- Заканчивай, - мрачно потребовал он.
- Их захватили в плен, - продолжила Милли. - Родителей расстреляли у нее
на глазах. Ружья уже были наведены
на нее, но она была спасена благодаря тому, что в деревню в это время ворвался
другой отряд. Ей удалось выехать из страны
при помощи международных посредников. Она оказалась единственной, кто выжил, вот
почему репортеры разыскивают
именно ее. Она приехала сюда, чтобы залечить душевные раны, Фрэнк.
Все время, пока Милли говорила, он сидел окаменев. Потом, не произнеся ни
слова, встал и вышел. Ему не хотелось,
чтобы кто-нибудь видел его реакцию на рассказ Милли. Мысль о том, что пули могли
растерзать ее тело, была непереносима.
Его внимание привлек шум приближающихся голосов. Он не вслушивался в то,
что говорили работники,
направлявшиеся к своему бараку на ужин. Но тем не менее один противный громкий
голос заставил его насторожиться.
Это Дерк, подумал он, и опять пьяный. Фрэнк уже предупреждал этого парня,
чтобы тот не пил в рабочее время. Когда
он, затоптав окурок, решительно направился к группе мужчин, то отчетливо
расслышал, что говорил Дерк.
- Мне она отказала! - верещал парень. - Кувыркаться с боссом в хижине она
может, а для меня, видите ли,
слишком хороша! Верил ненавидит ее всеми потрохами, и я могу ее попять. Но как
бы там ни было, о похождениях
непорочной мисс Грей и босса знает весь город...
Он запнулся, осознав, чья тень показалась около барака, остальные мужчины
вздрогнули, поняв, что сейчас
произойдет.
- Но, босс... - заскулил было Дерк, зная силу Фрэнка и видя зловещий блеск
в его глазах.
- Ты, сукин сын!
Последнее слово еще звучало, когда огромный кулак Фрэнка свалил Дерка на
землю. Следом ринулся он сам. Схватка
была не равной. Фрэнк был быстрее и сильнее соперника, к тому же им двигал
необузданный гнев, а тот бы пьян. Подняв
наглеца с земли и сильным пинком швырнув его в грязную лужу, Фрэнк собрался
продолжить побоище, но несколько
подсобных работников заслонили валяющегося в луже парня.
- Хватит, босс, он уже получил свое, - сказал рассудительно пожилой
ковбой. - Не надо выдирать ему ноги из
задницы. Поверьте, мы не слушали его брехню. И слепой сразу увидит, что мисс
Грей настоящая леди.
Фрэнк тяжело дышал. Он перевел взгляд с лежащего в грязи мерзавца на
других работников. Зеленые глаза горели. Он
глубоко вздохнул, стараясь успокоиться.
- Если кому-нибудь интересно слышать, говорю. Мисс Грей - моя невеста. -
Сказав это, он глянул в лицо каждому
ковбою, как бы стараясь вбить это утверждение в их мозги. - Мне на эти грязные
сплетни наплевать, но ее они сильно
огорчат. Она - миссионерка. И тот, кто называет себя мужчиной, не имеет права
унижать такую женщину.
Ковбои выглядели пристыженными.
- Дерк сказал одному репортеру, что она живет здесь, - снова вступил в
разговор старый ковбой. - Мы старались
пристыдить его, мистер Джонсон. Но он жаждал крови и выглядел полубезумным. Его
распаляла Верил Слейтон, пользуясь
тем, что он неровно дышит к ней. К тому же он не просыхает, как только уходит из
вашего поля зрения.
- Думаю, что теперь у него есть шанс получить от нее вознаграждение за
свою подлость, - Фрэнк старался
успокоиться и успокоить других, не придавал слишком большого значения
произошедшему.
Конечно, ковбои и не подозревали, какая буря мыслей и эмоций одолевает
его. Слишком много свалилось на него за
последние месяцы, от проклятого завещания и до событий, связанных с Лилиан. Сжав
кулаки, он стоял и наблюдал, как Дерк
приоткрыл вспухший глаз и пытается понять, что происходит. В его взгляде читался
откровенный страх.
- Убирайся с моего ранчо. Если я тебя увижу еще хоть один раз, я сломаю
тебе шею. Кстати, если ты собираешься
крутить роман с Верил, то помни, у Бена кулаки не меньше моих, а она по молвлена
с ним. Это так, к твоему сведению.
Дерк был явно потрясен:
- Она... с Беном!
- Она просто использовала тебя, дурака, в своих грязных целях, дошло? - с
иронической улыбкой поинтересовался
Фрэнк. - Обещаю, что завтра весь город будет смеяться над твоей глупостью. И
всем будет наплевать на твои сплетни,
идиот.
Дерк поднялся на ноги. Было заметно, что он протрезвел после полученной
взбучки. Тыльной стороной ладони он
вытер кровь, сочившуюся из разбитой губы. Руки его заметно дрожали. Он потянулся
за валявшейся в грязи шляпой.
- Нельзя бить до смерти из-за бабы, - процедил он злобно.
- А можно мазать женщину грязью, если она дала тебе от ворот поворот? -
Голос Фрэнка прозвучал устрашающе.
Чувствовалось, что он опять заводится. - Твои гастроли в Пейетте закончились,
Дерк. Я позабочусь об этом.
Фрэнк, повернув
...Закладка в соц.сетях
