Утро нашей любви
Как молодой и красивой вдове избавиться от навязчивой опеки родных? Может,
попытаться содержать себя самостоятельно?
Техас, 1893 год
— Прах к праху, земля к земле.
Кэтлин Маккензи Драммонд в оцепенении наблюдала, как ее брат, дяди и кузены
опускают гроб ее мужа в глубокую яму. Негромкий стук земляных комьев о
деревянную крышку отозвался в ее ушах барабанным боем. Вздрогнув, она
судорожно вздохнула и не смогла сдержать рыдания. Мать сжала ее ладонь, а
сильная рука отца обняла за плечи. Закрыв глаза, Кэтлин прислонилась к его
надежной груди.
Скромная церемония завершилась, и пастор Фрэнк подошел к ним. Тепло его
ладони приятно согревало ее ледяные пальцы, пока он произносил слова
утешения.
— Спасибо за все, преподобный Фрэнк, — проговорила мать. Отец
обменялся с пастором несколькими словами, мужчины пожали друг другу руки, и
пастор отбыл.
— Пойдем домой, котенок, — сказал отец.
— Вы идите, папочка. Я скоро приду.
Он поцеловал ее в лоб, и дни с матерью двинулись вслед за остальными по
склону холма.
Кэтлин долго смотрела на свежую могилу. С юных лет они с Тедом были
неразлучны, несмотря на перенесенную им в детстве тяжелую болезнь, давшую
осложнение на сердце. Постепенно их дружба переросла в любовь, и три года
назад, когда все поверили, что Теду удалось преодолеть свой недуг, они
поженились. Вчерашний приступ случился неожиданно: без каких-либо тревожных
признаков, не дав ей возможности попрощаться и еще раз сказать Теду, как
сильно она его любит. А теперь его нет. Никогда больше не ощутит она его
прикосновения, никогда не услышит смеха нежного и преданного мужчины, за
которого когда-то вышла замуж.
Слезы струились по ее щекам, пока она стояла, пытаясь смириться с жестокой
реальностью.
— Я так тебя люблю, милый! Прости меня, пожалуйста, потому что я себя
никогда не прощу...
Закладка в соц.сетях
