Звездная ночь
Побег богатой наследницы... Позор для всей семьи, но трижды позор —
для молоденькой гувернантки Мэг Шоу, не сумевшей уследить за воспитанницей.
Он сидел в тени и ждал. Когда треугольник света, падающий из коридора в
слабо освещенную спальню, увеличился, дверь отворилась и в комнату вошла
женщина.
Мужчина в тени не пошевелился; он ждал, пока его заметят. Возможно, она
вообще не заметила бы его до того, как лечь в постель, потому что была
слишком занята своими мыслями. Конечно, он объявит о своем присутствии, но
ему нравился элемент неожиданности в подобных делах.
Это была стройная женщина пожилого возраста, одетая настолько хорошо,
насколько могут позволить вкус и деньги. Три белоснежных пера цапли в
прическе выгодно оттеняли ее светлые волосы и бледное золото платья, а
мягкий свет комнаты льстил ей, скрывая следы времени. Ее профиль был
отточенно красив, и к тому же эту красоту подчеркивали великолепные
бриллианты на нежно-белой шее.
Женщина прошла к стулу у туалетного столика и села. Когда она встретилась
взглядом со своим отражением в зеркале, в ее глазах блеснула синева. Потом
она медленно начала снимать сережки. Большинству светских женщин помогали
раздеться после бала, но мужчина в тени знал, что свою горничную она
отослала спать много часов назад. Модные вечеринки продолжались почти до
рассвета, а ей больше будут нужны услуги в полдень, когда служанка
проснется. Определенно сейчас она не ждала никаких гостей.
Он улыбнулся, и отражение его белозубой улыбки она увидела в своем зеркале.
Ее плечи чуть приподнялись, но она не закричала; просто тревога на ее лице
сменилась удивлением, потом грустным узнаванием. И в ту же секунду ее лицо
снова приняло невозмутимое выражение.
— Ах, это ты! — произнесла она со слабой улыбкой.
Он изобразил намек на поклон, но не встал.
— Я.
Его было трудно разглядеть в полумраке, но она видела все достаточно хорошо,
чтобы узнать эту сияющую насмешливую улыбку.
— Вы посылали за мной.
— Да. — Она вынула из уха сережку. — Но я не ожидала найти
тебя здесь.
Он встал и прошелся по ее спальне, как будто оценивая каждый богато
украшенный предмет обстановки, включая атласные покрывала на кровати, а она
наблюдала за ним в зеркало. Этот худощавый, темноволосый молодой человек
среднего роста был одет как рабочий: бесформенная шляпа, низко надвинутая на
лоб, затеняла лицо. На нем было длинное мешковатое пальто и уродливые
ободранные сапоги.
— Тебя бы посадили в тюрьму, если бы поймали у моего дома в таком
виде, — заметила она, продолжая снимать украшения.
— Да, но сначала им пришлось бы меня поймать.
Женщина пожала плечами.
— Они уже сделали это однажды.
— Тогда они поймали моего товарища, а не меня. Я попался только потому,
что остался с ним. — Его синие глаза на темном лице вспыхнули над
дьявольской улыбкой. — Но они больше не поймают меня, миледи.
Она снова пожала плечами.
— Не знаю, почему тебе всегда нужно обставлять все так театрально. Ты
мог бы подойти ко мне внизу.
— Где мне и место? — любезным тоном поинтересовался он.
Ее глаза широко распахнулись, невозмутимость исчезла.
— Я никогда не имела в виду ничего подобного!
— Да, я знаю. — Он провел пальцем по юбке пастушки дрезденского
фарфора, стоящей на каминной полке. — Просто хотел убедиться, что ваше
сердце все еще не зачерствело, миледи, и вы не собираетесь злить парня,
которого сами же позвали сделать для вас какую-то работу. Итак, чего вы
хотите?
— Как ты пробрался внутрь? — с любопытством спросила она.
— Через окно.
— Но это же два этажа. Как тебе удалось? Тут нет ни шпалер, ни
карнизов, вообще никаких выступов. Неужели никто тебя не видел?
— Напрасно беспокоитесь. Я здесь, как вы просили, разве не так?
— Я хочу знать... — начала она. — Иначе мне придется сказать
мистеру Фитчу, что ты здесь, чтобы слуги не пытались задержать тебя как
взломщика, когда ты будешь уходить.
— Об этом не тревожьтесь. — Он снял шляпу, и она увидела, что его
блестящие черные волосы искусно подстрижены. А когда он избавился от
длинного громоздкого пальто, перед ней предстал элегантный джентльмен. Его
прекрасно сидящий синий сюртук, несомненно, сшил искусный портной,
безупречный галстук завязал камердинер, а на серых бриджах не было ни единой
морщинки.
— Позвольте еще раз спросить, — произнес он в ответ на ее
изумленный взгляд, — чего вы хотите от меня?
— Ты был на моем приеме! — воскликнула она.
Он улыбнулся.
— Я думал, вы меня пригласили. Не беспокойтесь, меня не соблазнила ни
одна из дам, и ни один из джентльменов, присутствовавших там. Никто из них
не знает, кто я такой. Весьма милая вечеринка, должен сказать. Пирожки с
лобстерами, как мне показалось, немного суховаты, но вино превосходное. Что
до нашего расставания в этот раз, я уйду через окно, в старых пальто и
шляпе. Кстати, там все-таки есть кое-какие выступы, так что нет нужды будить
старого Фитча. Вы ведь не хотите, чтобы кто-то узнал, что я был в вашей
комнате? По крайней мере, я бы не хотел этого, даже если бы вы были не
против. Ну а теперь вы скажете, наконец, чего хотите, или мне лучше уйти?
Она продолжала смотреть на него жадно и в то же время печально, потом отвела
взгляд, сняла кольцо и положила его в шкатулку с драгоценностями.
— Мне нужны твои особые таланты.
Он вскинул голову.
— Вас ограбили?
— Вовсе нет, но мне нужен некто здравомыслящий, кому я могу доверять.
Он должен кое-что найти для меня.
Мужчина направился к ней и взял кольцо, которое она только что положила, а
затем осмотрел его, поворачивая из стороны в сторону.
— Здравомыслящий? Ну что ж, я готов.
— Это не все. Вам придется разгадать мысли импульсивной и беспокойной
молодой особы и определить, где эта особа может скрываться.
Мужчина нахмурился.
— Вас интересуют преступники и беглецы? Но, миледи, последних вы знаете
не хуже меня.
Она слегка поморщилась.
— Мир изменился со времен моей молодости. Теперь ты знаешь больше меня.
— Кто же пропал? — Положив кольцо обратно, он взял бриллиантовый
браслет и взвесил его в руке. — И как именно — сбежал или был похищен?
— Она сбежала, оставив записку.
Мужчина медленно поднял глаза.
— Сколько ей лет, откуда она убежала и каким образом это касается вас?
— Ей семнадцать, она дочь моих друзей. В действительности я ее крестная
мать. Меня ужасает мысль, что репутация будет погублена.
— Если она сбежала и ее не нашли, значит, репутация девушки уже
погублена. Я ничем не могу помочь. Чего еще вы хотите от меня? Возможно, я
должен предсказать ее судьбу?
Она нетерпеливо фыркнула:
— Не надо играть со мной, Даффид. Репутация девушки не погибла, потому
что ее знают очень мало людей, а у семьи есть деньги и определенное
положение, чтобы держать это несчастье в секрете по меньшей мере еще какое-
то время. Они попросили именно меня, так как считают, что у меня могут быть
какие-то полезные идеи.
— Она что, сбежала с цыганом? — удивленно спросил он и услышал в ответ раздраженный вздох.
— Нет. Вернее сказать, они не уверены. По соседству останавливались какие-
то цыгане, но сейчас весна, не так ли? Точно известно одно: она сбежала от
жениха, когда гостила в его загородном поместье. В ее записке говорилось,
что она в безопасности, но ей нужно уехать на какое-то время.
— Условленный брак?
Дама кивнула:
— Они знают друг друга с детства, и она, казалось, была вполне довольна
такой партией.
— А, вы?
— Ну, я полагаю, они подходят друг другу, — осторожно ответила
она.
Даффид замер.
— Расскажите мне о ней.
— Молодая красивая блондинка с голубыми глазами. Немного упряма, но я
не сомневаюсь, что она остепенится, когда повзрослеет. Определенно неглупа.
Еще она очаровательно шепелявит, но старается исправить это.
— Кажется, вы сказали, что ее семья имеет деньги и положение в
обществе?
— Да, они богаты. Ее отец барон, землевладелец.
— Слава Богу. Значит, вы не занимаетесь сватовством. И не надо так
смотреть — я считаю такое возможным. Может быть, репутация девчонки уже
погибла, и вы пытаетесь найти ей мужа, потому что теперь перед ней в долгу.
Скорее всего, не в вашем характере утруждать себя из-за несчастий других
людей.
Она холодно посмотрела на него:
— Это так, но данный случай — особый.
— Хорошо, но почему я должен помогать вам?
— Она теперь одна в чужом мире, и я подумала, что ты тоже можешь
посочувствовать ей.
— Где ее отец и где жених?
— Отец нанял сыщика, чтобы разыскать дочь.
В низком смехе гостя прозвучала насмешка.
— Увы. — Она снова вздохнула. — Я так же мало уверена в том,
что он найдет ее, как и ты. Жених тоже поехал искать ее, но он молод,
неопытен и горяч. Кто знает, какие опасности его подстерегают.
— Я знаю, — ответил он.
— Вот как? Так ты будешь искать ее? Если не ради меня, то хотя бы ради
молодой особы, которая подвергла себя опасности. Мир — это опасное место для
тех, у кого нет опыта.
Насмешка исчезла во взгляде Даффида, и на его лице она увидела все
возражения, роившиеся в его мозгу.
— Почему бы и не ради вас? — произнес он, наконец. — Разве я
живу не для того, чтобы угождать вам, дорогая мама?
— Не стоит преувеличивать вашу любовь, — с горечью сказала она.
— Что ж, возможно, мы и в самом деле недостаточно долго знаем друг
друга, но все же я сделаю это. Я найду девчонку и верну ее вам.
— А когда ты найдешь ее... — Она замялась.
— Я не возьму ее ни в каком смысле и никуда не повезу, кроме
дома, — ответил он с улыбкой. — Не каждый цыган испытывает
вожделение к благородной плоти, мама; некоторые из нас предпочитают девушек,
которые хотят любви ради любви, а не ради новизны ощущений с грубым парнем.
Зачем пробовать запретный плод, если он гнилой?
— Думаю, я любила твоего отца. — Она подняла глаза.
— Возможно, но это дело прошлое; сейчас подобные разговоры не принесут
пользы никому из нас. Я здесь, и это главное. — Он нахлобучил шляпу и
накинул пальто.
— Дайте мне имя девчонки и адрес ее отца, и я привезу ее вам, обещаю.
Она протянула ему листок бумаги.
— Здесь все написано.
— Хорошо, я попрошу кого-нибудь прочитать это мне. — Он с мрачной
насмешкой прижал листок к сердцу.
— Ты не любишь меня, да? — вдруг спросила она.
— Какое это теперь имеет значение? — Он убрал бумагу в карман и
двинулся к окну, затем распахнул его и, выглянув наружу, улыбнулся и шагнул
в темноту ночи.
— Самое существенное, — тихо ответила она ночному ветерку,
влетевшему в открытое окно после того, как он исчез.
Закладка в соц.сетях
