Жанр: Любовные романы
Знатный повеса
...тулки другую пачку. Бриджет прочитала надпись на
карточке, вернее, попыталась это
сделать, потому что буквы начали расплываться из-за внезапно набежавших слез.
Достопочтенная Элиза Онория Элизабет Эванс, дочь лорда Генри Томаса Эванса
и леди Э. Эванс, и Эйвен Кентон
Филип Синклер, виконт Синклер, сын барона Пейджа, почитают за честь видеть Вас в
своем доме по случаю торжественного
бракосочетания.
Успев разобрать первые строки, Бриджет не стала читать дальше. Она сидела
с поникшей головой, пытаясь осмыслить
услышанное, увиденное и происходящее. Действительно, было над чем подумать!
Ей хотелось доказательств? Она их получила. В самом деле, не успела она и
рта раскрыть, как леди вызвала служанку.
Женщина в блекло-коричневом платье со всех ног бросилась выполнять поручение
хозяйки. Она принесла из комнаты леди
эту маленькую золоченую шкатулку и, отойдя в сторонку, продолжала стоять, ожидая
дальнейших распоряжений.
Леди Элиза тем временем осторожно открыла шкатулку и принялась показывать
Бриджет один за другим
пожелтевшие сувениры. Каждый из них так или иначе касался какой-то истории,
связанной с Эйвеном. Она извлекала
засушенные цветы - память о первом бале, затем дюжины карточек с приглашениями
на официальные приемы" вечера,
танцы и, наконец, приглашения на их свадьбу. И на всех открытках значилось его
имя.
"Ох, Эйвен! Сколько же доказательств твоего прошлого", - с горечью
подумала Бриджет.
Но у нее тоже были доказательства, которые она не могла ни отмести, ни
опровергнуть. Перед глазами, как живое,
стояло его лицо. Она помнила его поцелуи, его прикосновения в минуты близости. С
каким пылом он учил ее отвечать на
ласки! Сколько силы и уверенности было в этом человеке! Сколько добрых,
искренних слов он успел сказать ей! Как
заботился о ней! Как смотрел ей в глаза перед отъездом!
Бриджет словно услышала низкий ласковый шепот Эйвена около своего уха и
подняла голову.
- Я просмотрела все ваши сувениры. Все, за исключением одного. Причем
самого важного. Вы не показали мне
брачного свидетельства. Если оно у вас есть, я бы хотела взглянуть на него.
- Взглянуть? - Леди холодно улыбнулась и бросила через плечо горничной: -
Посмотри, какая смелая крошка!
Взглянуть, - задумчиво повторила она, обращаясь к Бриджет. - Вам хочется, чтобы
я его показала? - Она забарабанила
изящными пальчиками по золоченой шкатулке. - Ну уж нет! - Внезапно ее синие
глаза блеснули ярче молнии. - Вы,
должно быть, принимаете меня за сумасшедшую? Откуда мне знать, что вы не
выхватите его и не бросите в огонь! Правда,
это не имеет большого значения, потому что все и так знают, кто я. Но мне дорого
это свидетельство. Я уже сказала вам, что
я сентиментальная натура и для меня важна память о человеке, которого Я любила.
Пусть он не сохранил мне верность, я
хочу, чтобы у меня осталось хотя бы его имя. Я буду беречь эти бумаги как зеницу
ока. От него и... от его семьи.
Леди вырвала карточки из рук Бриджет и бросила их в шкатулку.
- Знаете что, милочка, - сердито сказала она, захлопнув крышку, - помоему,
я слишком церемонюсь с вами.
Всему есть предел. Умоляю, избавьте меня от этих разговоров. Разве я была
недостаточно учтива? - добавила она, снова
апеллируя к горничной. - Я этого больше не потерплю, - сказала она, вставая. -
Мне нет необходимости доказывать вам
что-либо. Вы должны уехать. Вот и все!
- Нет, - твердо заявила Бриджет, поднимаясь с кресла и глядя леди в лицо.
- Эйвен просил меня дождаться его.
- У вас что, нет гордости? - спросила та.
- О, гордости у меня более чем достаточно! Но и верности тоже. Я никогда
не нарушаю своего слова. Если я обещала
Эйвену ждать, значит, так и будет.
- Но вы прекрасно знаете, что я могу вышвырнуть вас отсюда, - все больше
распалялась леди. - И я обязательно
сделаю это. Довольно - с меня сплетен! Я должна думать о моем Льюисе. Боже мой,
бедный мальчик знает, что у него
беспутный отец, но что я скажу ему о той сцене на пороге? Я так долго объясняла,
что его отец обещал исправиться! Нельзя
допустить, чтобы ребенок жил в такой обстановке в своем новом доме.
Бриджет продолжала сидеть.
Леди прошла через всю комнату, вернулась и остановилась перед Бриджет.
- Послушайте! - сказала она, грозя пальцем. - Послушайте меня внимательно.
Я даю вам срок до утра. Так будет
справедливо. Конечно, вы потрясены, и у вас не было времени поразмыслить. Я это
учитываю и поэтому подожду до завтра.
Наверное, вы считаете меня жестокой, но вы не можете не видеть, что я стараюсь
быть человечной. Я могла бы вышвырнуть
вас немедленно, так как вы незаконно вторглись сюда. Никто из слуг не осмелился
бы отказать мне в этой услуге, потому что
я их хозяйка. Я не любовница Эйвена, а его жена. Но я предпочитаю поскорее
уладить этот вопрос, потому что мне не чуждо
сострадание. Я понимаю, что степень вашей вины передо мной не больше, чем само
грехопадение. Хотя связаться с таким
человеком, как Эйвен, с такой репутацией... это, говорит о многом. Но оставим
эту тему. Я не настаиваю на немедленном
отъезде. Сейчас вы уже вряд ли наймете карету. Я согласна подождать до утра,
чтобы завтра вы с первыми петухами
отправились на станцию. Послушайтесь моего совета и уезжайте. Я обещаю помочь
вам. Конечно, не сразу, а когда вы
устроитесь. Вы сообщите мне свой адрес в Лондоне, и я вышлю вам деньги. Только
запомните, вы получите их, если уедете
завтра утром и ни секундой позже. Если думаете, что Эйвен заплатит вам больше,
то заблуждаетесь. Поэтому не стоит
дожидаться его. Я устрою такой скандал, что он побоится дать вам и два пенса!
Муж ждал моего возвращения десять лет, и
вряд ли на него что-то подействует сильнее, чем мои угрозы. И потом я не думаю,
будто вам захочется, чтобы вас выставляли
отсюда насильно. Вас и ваших чумазых друзей из трущоб. О, я вижу, вы совсем
забыли про них, - сказала леди, заметив, как
изменилось лицо соперницы.
В первую минуту Бриджет испугалась за Бетси. Потом, представив, что будет
с благородной дамой, если Джилли во
гневе пустит в ход нож, и вовсе пришла в ужас.
- Зато я не забыла. Стыд и позор, что они вообще оказались здесь!
Эксцентричность Эйвена принимает уродливый
формы. Я этого, не потерплю! Он прекрасно знает, на каких условиях я согласилась
приехать сюда, и, если хочет, чтобы я
осталась, в доме не должно быть посторонних. Вот я и проверю, как он держит свое
слово. Но сначала я избавлюсь от вас!
Леди остановилась и посмотрела Бриджет прямо в глаза.
- Я не понимаю вашего упорства. Разве я не права? Может, вы ответите, что
бы вы делали на моем месте?
Бриджет поднялась к себе. Минутой позже она расхаживала по комнате перед
Джилли и Бетси.
- Вот такой был разговор, - сказала она. - Вероятно, на ее месте я бы вела
себя так же. А ты как думаешь?
- Я? - удивленно спросила Джилли. - Как бы я себя вела, если б кто-то
попытался занять мое место? Я бы ее
проучила как следует. Или поколотила. Вот что я сделала бы, попади она мне под
горячую руку, у нее бы ни одного волоса
на голове не осталось! Чего вы ее так боитесь, мисс Бриджет? - не унималась
девушка. - Вам не кажется подозрительным
ее поведение? С чего это она такая добрая, что согласна ждать еще день? А с
того, что у нее нет никаких прав! И ее
доказательства ничего не стоят. Стала бы она оставлять вас на целую ночь я еще
предлагать деньги! Если бы она была здесь
хозяйкой, то дала бы вам пинок под зад без всяких разговоров. Вот почему она
такая любезная, даже слишком любезная.
- Ты не права, Джилли, - со вздохом сказала Бриджет. - Доказательства у
нее есть. А ведет себя так потому, что
она леди. Настоящая леди.
- Ха! Не знаю, какая она леди, - возразила Джилли, - но если бы она была
уверена в своих правах, вы бы не сидели
сейчас здесь, а дрожали бы на холоде за воротами. Я готова спорить на что
угодно. Посмотрите, вы ее так рассердили, и
почему-то она не вышла из себя -и не набросилась на вас! Почему?
- Потому что она леди, - повторила Бриджет, но девушка только рассмеялась.
- Не сдавайтесь, - сказала Джилли. - Ни в коем случае! Вы тоже леди.
Почему вы должны уезжать? Нужно
обязательно дождаться виконта. Пусть он сам выгонит ее и еще попросит у вас
прощения за то, что позволил ей здесь
появиться. Не понимаю, почему слуги не выгнали эту дамочку с самого начала. И
вам не нужно было тратить на нее столько
времени. Зачем вы с ней вообще разговаривали? Она специально затеяла этот треп.
Сама все выспросила, у слуг, потом еще
послушала вас и сделала выводы. Вы не поняли? Не случайно она предложила вам эту
сделку. Она хотела откупиться, а
теперь пытается вас запугать. Говорю вам, эта леди не та, за кого себя выдает.
Это точно.
- А что сказали слуги? - с тревогой спросила Бриджет. Джилли посмотрела в
пол.
- Ничего. Что они могут сказать! Один только Хайнс говорит, что хорошо
помнит ее. А больше не у кого спросить.
Остальных тогда не было. Лакеи и горничные все новые. Гости приезжали и уезжали,
а слугам какая разница! Лишь бы
жалованье платили да чаевые давали.
- А экономка? - снова спросила Бриджет. - Она-то наверняка в то время была
здесь.
- Да. Она тоже видела его жену. Но говорит, что не разглядела. Глаза
подвели!
- Но она же штопает белье. Да еще как аккуратно!
- Ну что я могу сказать? Я не хуже вас знаю, что у себя на подоле она
каждый узелок разглядит. А тут хоть сам
архангел Гавриил с небес слетит и сядет на нос, она сделает вид, что ничего не
заметила.
- С кухаркой ты тоже говорила? Ведь она здесь давно живет.
- Говорила! - презрительно фыркнула Джилли. - Д что толку? Сказала, что
видела ее мимоходом. Красивая,
нарядная леди. Блондинка. Сплошные улыбки. Больше ничего не запомнила.
- А ее сын Льюис? Тебе удалось разговорить мальчика?
Джилли обменялась тревожным взглядом с Бетси. Бриджет почувствовала
свинцовую тяжесть в сердце.
- Пустая затея. - Джилли опустила голову и брезгливо поморщилась. - Я
пробовала познакомиться. Протянула посвойски
пятерню, а он сказал, что не разговаривает со слугами. И еще пригрозил,
что даст мне по одному месту, если я не
уберусь немедленно. Вообще он как-то странно говорит. Не совсем как иностранец,
но и не как настоящий англичанин. И
потом, ему, наверное, не разрешают ни с кем разговаривать, потому что он почти
сразу захлопнул дверь перед моим носом.
Мерзкий малый! Я это сразу поняла.
- Что вы теперь будете делать, мисс Бриджет? - дрожащим голоском спросила
Бетси.
Джилли тоже подняла глаза, ожидая ее ответа. Бриджет прошла комнату из
конца в конец и снова проделала тот же
путь в обратном направлении.
- Нужно ехать в Лондон и разыскать его, - бормотала она себе под нос. - Но
Эйвен сказал, что я не должна этого
делать. Нет, я не боюсь застать его с другой женщиной. Дело не в этом. Он просил
дождаться его. Ехать к его отцу? Тоже
нельзя. Неудобно. И до Ирландии слишком далеко. Но мне так необходимо с ним
повидаться!
Походив по комнате еще какое-то время, она повернулась к Джилли с Бетси.
- Как ни крути, ничего не выходит. Нужно уходить. Она настаивает, чтобы я
уехала. Если не уйти по доброй воле,
она просто-напросто выгонит меня. И вас обеих тоже. Только не надо спорить,
Джилли! Я знаю, ты скажешь, что готова
драться за меня. Да, Бетси, и ты тоже можешь кричать на весь дом. Но от этого
будет только хуже. Она права. Вы сами это
видите.
- Она права! - возмутилась Джилли. - А вы не правы, мисс Бриджет? Вы
забыли, что сами недавно говорили? Вы
убеждали меня, что нужно верить мужчине, который вас любит. Не вы ли доказывали,
что есть порядочные, благородные и
галантные мужчины? Вы уверяли, что для них существует кодекс чести. Что же вы
сейчас рассуждаете по-другому?
"Она спорит с поразительным упорством, - подумала Бриджет. - Словно
ребенок, который и слышать не хочет, что
рождественский Санта-Клаус существует только в сказке".
- Джилли, ты говоришь правильные вещи. Все это я и сама знаю. Но ты не
учитываешь одного. Эйвен сейчас далеко,
а она здесь. И ее поддерживает Хайнс. Я не хочу, чтобы они устраивали
непристойные сцены или... того хуже. Она может
обратиться в магистрат, и полиция будет на ее стороне. А что сделаю я, одна, без
близких, без друзей, не считая вас? У меня
даже родственников нет в Англии. Никого. А виконт не хочет, чтобы я приезжала к
нему. И не известно, когда он вернется.
Даже если я и права, это не имеет никакого значения. Согласись, она выглядит как
виконтесса, а я как...
Сравнение напрашивалось само собой: "несчастная, глупая, обманутая женщина
с изуродованным лицом". То же было
написано и на лице Джилли. поэтому мысли, звучавшие в голове, показались Бриджет
произнесенными вслух.
- Вам решать, мисс Бриджет. - Девушка пожала плечами. - Мы с Бетси в любом
случае будем с вами.
- Вы же говорили, что любите его, а ан любит вас... - Бетси была готова
расплакаться.
- Говорила, - согласилась Бриджет. - Но сейчас все равно ничего не
изменишь. Когда Эйвен вернется, я поговорю
с ним, и все поправится. Вот увидишь.
Лицо Бетси выражало недоверие. У Джилли опустились уголки губ. Она
смотрела на Бриджет с таким видом, словно
услышала самую чудовищную ложь в мире.
- Ну что ж, - бодро, даже слишком бодро, сказала Бриджет, - на рассвете
уходим. Вы готовы ехать со мной?
- Нам с Бетси собраться недолго, - бесхитростно ответила Джилли и, взяв
сестренку за руку, вышла из комнаты.
Бриджет не хотела, чтобы они уходили. Впереди вечер. ночь, и все это время
ей предстояло думать об одном и том же.
Она оглядела спальню. Тень Эйвена преследовала ее повсюду. Наверное, поэтому не
хотелось покидать этот дом. Сейчас,
оставшись здесь в одиночестве, она могла попытаться навсегда запечатлеть дорогой
ей образ. Бриджет вскинула голову.
Откуда такие мысли? Неужто она и впрямь поверила, что никогда не увидит его?
Бедняжка уже не знала, чему верить.
Наконец она села у окна и устремила невидящий взгляд на аллею перед домом,
продолжая думать о Эйвене. Если б он
вдруг появился, то избавил бы се от всех трудностей с той же легкостью, с какой
сам их создал.
Эйвен проснулся еще до рассвета, как Обычно в последние дни. Он не стал
будить камердинера и собрался
самостоятельно. Быстро вышел из дома и, вскочив в седло, умчался в утренний
туман. Бешеным галопом он гнал коня по
длинным зеленым дорожкам парка, словно его преследовали фурии. Всадники,
выехавшие на прогулку в столь же ранний
час, удивленно вскидывали брови, провожая глазами лихого наездника. Высокий
джентльмен в черном несколько недель
подряд устраивал по утрам подобные скачки.
Он остановился лишь тогда, когда у животного начали тяжело вздыматься и
опадать бока. Спешившись, Эйвен
медленно пошел по тропинке, вдыхая сладковатые летние запахи трав и сырой земли.
Солнце уже пробивалось сквозь
утреннюю дымку, когда он снова сел в седло и поскакал домой.
Переодевшись, он довольно долго пил кофе с печеньем и после легкого
завтрака отправился пешком в академию
месье Делакруа, где в течение часа фехтовал с самим маэстро, расточая
комплименты своему учителю и противнику и
снискав в ответ не менее лестные похвалы. После очередной ничьей они пожали друг
другу руки и простились.
Поднимаясь по лестнице, он все еще размышлял, как бы выкроить время на
несколько раундов у Джексона, потому
что так и не избавился от напряжения и беспокойства. Вместе с тем виконт
прекрасно понимал, что ничто ему не поможет:
ни верховая езда, ни бокс, ни фехтование, ни бренди... Все это он уже
перепробовал. Никто и ничто не могло излечить его,
кроме нее. Эйвен должен вернуться домой и поговорить с Бриджет. Объяснить все,
заключить ее в объятия и унестись вместе
с ней далеко-далеко, от самого себя и всех совершенных ошибок. Только так он мог
навсегда покончить с прошлым.
Виконт вздохнул и распахнул дверь в свой кабинет.
- Легок на помине! - насмешливо сказал мужчина, сидящий в его кресле.
- Рейф! - закричал Эйвен.
Они принялись обниматься и смеяться как дети. Потом похлопали друг друга
по плечу.
- С приездом! Как хорошо, что ты вернулся, Рейф! Ну как, миссия была
успешной?
Его друг нахмурился:
- Не знаю. Тут сам черт не разберется. И после моей поездки яснее не
стало. Похоже, маленький император что-то
замышляет. Во всяком случае, полковник Кэмпбелл сказал, что остается там и будет
стараться удержать Антихриста в его
гнезде. Но не знаю, удастся ли. Бонапарт намного хитрее. Коварной змее ничего не
стоит выманить птичку из дупла. Ты не
представляешь, как мы с ним встретились! Лицом к лицу! - Рейф невесело
засмеялся. - Произошло то, о чем я мечтал все
месяцы, пока торчал на полуострове. Помнишь, я лежал в госпитале? Я тогда думал,
встречусь и снесу к черту его проклятую
башку! Встретился, а что толку? Сделать-то все равно ничего не смог. Пришлось
только пожать руку. Так что, брат, не могу
похвастаться, что миссия была успешной.
- Не скромничай, - улыбнулся Эйвен. - Главное, вернулся живой. И такой же
вредный, как раньше. Но вообще,
дружище, вид у тебя цветущий. А для меня самое важное, что я теперь свободен.
- Как свободен? - нахмурился Рейф.
- Да нет, не в том смысле. Просто еду домой.
- Как отец? - тотчас осведомился Рейф.
- С отцом все хорошо. Я и собираюсь к нему. Только сначала заеду в БрукХаус.
- В Брук-Хаус? - Рябоватое лицо Рейфа сразу стало сосредоточенным и
серьезным. - Понятно. Как поживает
очаровательная Бриджет?
- Не знаю, - сказал Эйвен. - Я не видел ее несколько недель. С тех пор как
получил известие, что ты попал в
переделку. Я сразу выехал в Лондон и никак не ногу вернуться. - Эйвен пристально
посмотрел на друга. - Что ты теперь
собираешься делать, Рейф?
- Ничего определенного. Пока еще не решил. Пошатаюсь по городу, а там
видно будет. А что?
Эйвен сидел на краешке письменного стола, испытующе поглядывая на
товарища.
- Я подумал, может, тебе поехать со мной?
- Зачем? Ты же сказал, что с отцом все в порядке. Для чего еще я тебе
нужен? Скоро увидишь свою прелестную
Бриджет и будешь счастлив. А я там при вас буду пятым колесом в телеге.
- Не совсем, - сказал Эйвен.
Голос его был спокоен, но глаза смотрели с тревогой. Он перевел взгляд на
рукав и стряхнул несуществующую
пылинку. Какую-то долю секунды хладнокровный, искушенный и снисходительный
виконт Синклер, казалось, чувствовал
себя неуверенно и неловко. Это было так странно, что Рейф недоуменно заморгал.
"Как кошка примеривается лапкой к
добыче", - подумал он, заинтригованный и слегка встревоженный.
- Я хочу поговорить с ней, - сказал Эйвен, избегая смотреть в загоревшиеся
глаза Рейфа. - Мне нужно, чтобы
рядом был друг. Или двое. Я увидел тебя и подумал, что ты можешь мне помочь. Я
уже попросил Драма поехать со мной. Я
рассказал ему всю правду о Бриджет и... Элизе.
Рейф вытаращил глаза.
- Ты рассказал ему?
- На сей раз да. Правильно делаешь, что удивляешься. Я бы и сам не
подумал, что это когда-нибудь произойдет. И не
произошла бы, если б я не встретил Бриджет. Никогда не предполагал, что в мире
существует такая женщина. Я совершенно
потерял разум. Сейчас во мне говорит только сердце. Она помогла мне заново
раскрыть себя. Я слишком долго прятал свои
чувства. Так долго, что успел забыть, о них. Во всяком случае, тогда мне не
хватило духу признаться ей.
Рейф молча слушал.
- Да, я знаю, я глупец, - продолжал Эйвен, избегая смотреть другу в глаза.
- Я хотел все скрыть. Я был вынужден,
но все равно скоро все раскроется. И мне придется вымаливать у Бриджет прощение.
А я не уверен, что моих слов окажется
достаточно.
Рейф никогда не думал, что виконт Синклер способен на такие глубокие
чувства.
- После того как я поговорю с ней, мне понадобится твоя поддержка. Никто
не сделает это лучше тебя и Драма. Вы
должны объяснить ей. - Эйвен поднял на друга глаза, в которых наконец
промелькнула смешинка. - Вы должны сказать
ей, что я не такой уж плохой парень. Пусть она не судит обо мне только по
прошлому. Надеюсь, ты сделаешь это для меня?
- Конечно, - не задумываясь пообещал Рейф. - Я сам так считаю и поэтому
обязательно скажу.
- Прекрасно! - воскликнул Эйвен. - Хорошая задумка, только бы она удалась.
Для меня это вопрос чести и
репутации.
- Репутации? О чем ты, Эйвен! Конечно, в свое время ты совершил много
сумасбродств. А кто не совершал? Но я, не
помню, чтобы ты был жестоким или нечестным. Если я правильно понял, ты имеешь в
виду нашу разгульную жизнь? Так это
не такой уж большой грех. Те похождения пошли всем на пользу. Или ты решил
примкнуть к пуританам?
Эйвен хмыкнул:
- Помолчал бы насчет пуританства! Ты прекрасно знаешь, ко мне прочно
пристал ярлык распутника. Но, дорогой
мой, если быть правдивым, то я не только играл эту роль, я претворял ее в жизнь.
- Ну и что? - упорствовал Рейф. - Ты всегда отдавал себе отчет в том, что
делаешь. Верно, ты искал удовольствия,
но и платил за них. Распутник? Возможно. Но в этих делах ты всегда вел себя как
честный человек.
- Не такой уж честный, как выясняется, - невесело заметил Эйвен. - И
вообще распутник не может быть
кристально честным. В самом деле, Рейф, не может. Ни перед самим собой, ни перед
близкими людьми. Такой человек
никогда не преуспеет в жизни. А я был таким. - Эйвен пристально посмотрел на
друга. - Для меня не составляло никакого
труда покорять сердца женщин. Ты сам знаешь, Рейф. У меня это получалось почти
играючи, легко и просто. И все, что
происходило потом, было таким же простым. Секундное удовольствие от соития двух
тел. Я всегда ставил себе конкретную
цель и, как только она была достигнута, тотчас забывал, к чему стремился. Я
полагаю, те женщины тоже. Но в этот раз все
оказалось совсем не так.
Эйвен невольно сжал кулак, посмотрел на свою руку и продолжил:
- Раньше я не понимал, что такое настоящая близость, но потом... я
встретил ее. Я безумно хотел ее. Она была в
затруднительном положении, поэтому я воспользовался... - У него перехватило
горло, и он умолк, опустив свою темную
голову. - Рейф, ты понимаешь, она все во мне перевернула. Это поразительная
вещь. Я впервые осознал, что такое честь и
ответственность. Я никогда не думал, что найду в Бриджет друга и любовницу.
Эйвен поднялся и начал собирать бумаги со стола.
- Словом, договорились, Рейф. Ты вернулся, значит, моя работа закончена.
Пойду доложу старику, и на закате едем.
Рейф недовольно поднял кустистые брови.
- Уезжать из Лондона вечером? Скакать верхом всю ночь? Ты с ума сошел! А
кого брать для сопровождения? Не
думай, что я пекусь о себе. Мои сумки еще не распакованы, и пистолеты в кобуре.
Я готов ехать хоть сейчас, но...
Рейф замялся, не решаясь продолжить. Это бывало так редко, чтобы Эйвен
возлагал на него столь большие надежды.
- Эйвен, ты думаешь, она поверит? - наконец с усилием выговорил он.
- Рейф, она чиста как родник. Чиста и добра. И абсолютно честна. Конечно,
Бриджет будет оскорблена и возмущена
тем, что я ничего ей не сказал. Но я думаю, в конце концов все поймет и простит.
- А если нет?
- Тогда, значит, я плохо знаю ее или вообще ничего не понимаю в этой
жизни. Но я так не считаю. Она верит мне,
Рейф. До сих пор верила, что бы я ни делал. Так же, как и я ей. Она была
встревожена и перепугана. Еще бы! Остаться одной
в незнакомом городе. Она рассчитывала провести медовый месяц со мной, а меня нет
столько времени! Бриджет не
переставала мне писать и просила разрешить ей приехать сюда. Конечно, я велел ей
ждать меня там. И она ждет, потому что
верит мне. Что бы она ни услышала обо мне, я думаю, Бриджет не разочарует меня.
Она не даст мне пропасть.
Луна поднялась над верхушками деревьев, когда Бриджет наконец легла в
постель. Больше уже не имело смысла да и
не было сил метаться по комнате, думать и строить планы. Все было готово к
отъезду: вещи собраны и упакованы. Решение
принято.
Глава 19
Итак, Лондон остался позади.
Быстрые лошади понесли всадников в сгущающиеся сумерки. Не многие бы
отважились отправиться в путь в этот
неурочный час. Их было трое, и путешествовали они не в карете с кучером, не было
при них и конвоя, который бы защитил
их от опасных встреч в глухую ночь.
Но трое мужчин не боялись разбойников. Они сами могли испугать любого
злодея. Двое были обучены быстро и без
шума убирать вражеских лазутчиков, а третий всю жизнь не выпускал из рук
смертоносного оружия, которым, как всякий
мужчина его возраста и профессии, владел в совершенстве. И все трое были
бесстрашны. Один из них даже под дулом не
изменил бы своего намерения достичь заветной цели как можно скорее, в любую
погоду и время суток. Двое других так
дорожили его дружбой, что были готовы следовать за ним даже в ад.
Лето близилось к концу. В эту пору темнело довольно рано. Опустившийся
вечер уже окутал черными бархатными
фалдами небосклон, не позволяя различать дорогу.
Мужчины ехали все так же молча, поначалу околдованные безудержным порывом
своего друга, потом -
призрачностью ночи. Они не роптали и не жаловались, только иногда
останавливались, да и то скорее щадя лошадей, нежели
себя. И заговорили лишь спустя два часа, когда подъехали к гостинице,
расположенной недалеко от городской тюрьмы.
- Хорошо, что пока везет с погодой, - сказал Рейф, пропуская очередную
порцию эля.
- Ему сейчас все нипочем - заметил Драм. - Ты только посмотри на его
глаза.
- Виконт спятил, и мы вместе с ним, - мрачно констатировал Рейф. -
Погодите, еще поплатимся. Как бы не
осчастливить кого-нибудь еще, кроме Эйвена. В кустах возле обочины наверняка
притаились грабители. Сидят и караулят
дураков вроде нас.
- Вынужден тебя разочаровать, - сухо заметил Эйвен. - Ты не в Италии,
старина. В Англии больше нет
разбойников.
- Жаль, прошли славные времена, - проворчал Рейф.
- Не знаю, славные или бесславные, но исторические точно. Ни один скольконибудь
уважающий себя бандит не
польстится на одиночек. Уж если выбирать жертву, то с умом, а грабить, так
карету. А кто станет рыскать наобум срединочи
и нападать на заплутавших безумцев?
- Это верно, - согласился Драм. - Если кто увидит, как мы тут несемся в
темноте, сам унесет ног
...Закладка в соц.сетях
