Жанр: Любовные романы
Любовная лихорадка
...ал.
— Эндрю — ваш старший?
Джудит тут же перешла к делу. Через минуту на коленях у Сары лежал большой
альбом в кожаном переплете, а Джудит, присев на подлокотник Сариного кресла,
показывала бесчисленные фотографии смуглых мальчиков — явных непосед с
озорными глазами.
— Эндрю очень похож на Ника в детстве, — сказала Джудит, показывая
поблекший старый снимок. Сара заворожено вглядывалась в изображение.
Семилетний Ник — худенький, расплывшийся в улыбке — казался ей невероятно
трогательным. — Сейчас Патрик похож на моего мужа, Дэвида. Это внушает
опасения — у Дэвида так редеют волосы. Надеюсь, он не станет совершенно
лысым.
Сара смотрела на фотографию Дэвида — на ней он спокойно наблюдал за
сыновьями. С виду он был старше Джудит — ему лет сорок пять, решила Сара.
— Он в Мексике, — вздохнула Джудит. — Деловая поездка. Ненавижу эти
долгие отлучки — уезжает на несколько недель, а ездить с ним сама не могу
из-за детей. Они сводят Тилли с ума. — Джудит взглянула на изящные
серебряные часики. — Скоро должны вернуться. У меня живет швейцарка, она
гуляет с детьми и заодно учит английский.
— А Тилли ведет хозяйство?
Джудит кивнула в ответ.
— Она бы мигом отсюда убежала к Нику, если бы он ее позвал, но у того
есть чета Фёрфов, так что, когда Тилли делает прозрачные намеки, Ник всегда
отвечает: в моем доме нужнее она. Тилли только о Нике и думает. Он ее
любимчик.
— Она давно живет у вас?
— Всю мою жизнь и почти всю жизнь Ника, — ответила Джудит. — Теперь она
в доме за главную — присматривает за всей семьей. Господи, переехала бы она
к Нику, только он не такой дурак.
Сара рассмеялась.
— Уверена, вы любите ее!
— Конечно! — вздохнула Джудит. — Но Тилли — домашний деспот. К счастью,
она обожает Николь. Гениально, что мы назвали девочку в честь Ника, правда?
Тилли с первого взгляда привязалась к малышке. Я люблю детей, но от них так
устаешь, а Тилли, к счастью, снисходит до того, чтобы побыть некоторое время
с Николь, и я могу отдохнуть. — Джудит внезапно встала. — Покажу вашу
комнату. Я выбрала самую милую в доме. Вид из нее потрясающий!
Уже не пытаясь сопротивляться напористости Джудит, Сара пошла следом.
— Послушайте, я в самом деле не считаю, что...
— Пожалуйста! — с улыбкой отозвалась Джудит. — Ничего плохого не
произойдет. Я искренне хочу поближе познакомиться с вами, и мне будет
приятно видеть вашу картину в доме.
Сара поднялась по широкой лестнице и восхищенно вскрикнула, войдя в
просторную, залитую солнцем комнату. Джудит ушла, дав Саре возможность
распаковать чемодан, и потом уже не появлялась, занявшись детьми, которые
вернулись с прогулки и наполнили дом топотом ног и звонкими голосами.
Разложив вещи, Сара подошла к окну и выглянула в зеленый сад. День клонился
к вечеру, и в розовато-синих сумерках вид из окна казался витражным стеклом
— так он был прозрачен.
Припадающие шаги в коридоре насторожили Сару, она обернулась и увидела
лошадиную физиономию Тилли.
— Почки есть будете? — вопросила Тилли так, словно хотела получить от Сары отрицательный ответ.
— Я ем почти все, — сказала Сара.
— Ладно, уже легче, потому что ничего другого сегодня нет. Ник
несколько месяцев толком не ест! — Белесые глаза уничтожающе смотрели на
Сару.
Она почувствовала жаркий прилив крови к лицу и промолчала.
— Я не такая взбалмошная, как Джудит, — обиженно сообщила Тилли, — но
мне не нравится, когда Ник отказывается от еды.
— По-моему, вам следует обсудить этот вопрос с мистером Родоном, —
холодно заметила Сара.
— Он ничего не скажет, заведи я разговор.
— Вероятно, не хочет посвящать вас в свои дела, — резко отозвалась
Сара.
— Никаких
вероятно
! — проворчала Тилли. — По-прежнему трудный
ребенок. Полагаете, я отступлюсь?
— Думайте все, что вам угодно, — сказала Сара, неожиданно усмехнувшись.
Живость и теплота ее улыбки застали Тилли врасплох. Выцветшие глаза
сузились.
— М-да... — злобно произнесла Тилли. — Сколько вам лет?
— Двадцать четыре. Родители умерли, живу в Лондоне, все зубы целы! —
Сара оскалилась, и Тилли изумленно уставилась на нее.
— Дерзкая, значит? Воображаю, чего натерпелся Ник!
Сара проглотила ответ и сделала непроницаемое лицо. Тилли кивнула, рот
растянулся в улыбке.
— Я сразу вас раскусила, достаточно взглянуть на рыжие волосы. Вздорная
дамочка, так?
Сара пронзила ее холодным взглядом.
— Вы ничего не знаете обо мне. Будьте добры, не лезьте в чужие дела!
Улыбка Тилли стала еще шире и ехиднее.
— Прямо фейерверк, да и только: шипит, осыпает все искрами!
Неудивительно, что Ник обжег пальцы!
Сара с высоко поднятой головой прошла мимо Тилли, и та похромала следом,
бормоча что-то себе под нос. Старая ведьма, думала Сара, как она смеет
разговаривать в таком тоне!
Отношения Сары с Тилли резко изменились за следующую неделю, когда Сара
рисовала в громадном саду, залитом солнцем. Она часто виделась с Джудит и
детьми, но дольше всего бывала в обществе Тилли, которая пристрастилась
спускаться вниз к ручью, чтобы постоять рядом с Сарой и поехидничать над ее
работой. Сара поначалу выходила из себя, но потом слова Тилли начали
забавлять ее, и она стала с нетерпением ждать колкие отзывы сурового
ценителя. В них всегда была доля истины, хотя добраться до нее через
грубоватое ворчание было непросто. Пожилая женщина все больше занимала Сару:
Тилли была натура своеобразная, она могла быть оскорбительно прямолинейной,
но за резкой, ершистой манерой поведения скрывалась добрая душа.
Джудит была совсем другая — уравновешенная, уверенная в себе женщина, лет на
десять постарше Сары, холеная, очаровательная, очень дружелюбная. Саре она
нравилась, но сильнее ее тянуло к Тилли. Некоторые ее колкости были так
забавны, что Сара запоминала их, чтобы пересказать Грэгу — тот, она
чувствовала, оценил бы юмор Тилли.
Тилли без обиняков расспрашивала Сару о ее жизни, слушая ответы с глубоким
интересом.
— Этот Грэг, значит, живет с тобой?
— Он — мой сводный брат и живет со мной в одном доме. У каждого своя
квартира.
Тилли сверлила Сару взглядом.
— Он не женат, стало быть?
— Пока что, — ответила Сара и слегка улыбнулась, мысленно надеясь, что
Люси изменит судьбу Грэга.
— Собирается? — спросила Тилли, и Сара неожиданно для себя начала рассказывать про Люси и Роба.
Тилли печально смотрела на Сару. — Да, тяжело ей пришлось. У меня был брат,
он тоже умер от чего-то подобного. — Пока Сара задумчиво кивала в ответ,
Тилли спросила: — Ник, стало быть, ревновал?
Сара взглянула на Тилли и залилась румянцем. Ничего не ответив, она поспешно
отвела глаза. Тилли, усмехнувшись, перевела разговор на другую тему.
Жаркие июньские дни летели словно пушинки одуванчика — неторопливо плыли над
лугами, которые кольцом окружали усадьбу, придавая ей идиллический,
благостный вид. Сара наблюдала, как мальчики строили запруду на ручье, а
потом хохотали, когда вода прорвала ее, разметав по камышам прутья и комья
грязи. Дикие утки, потревоженные всплеском воды, негодующе взлетели, а
мальчики с громким смехом побежали от ручья, мелькая заляпанными тиной
ногами и красными от загара лицами.
Николь сидела в похожем на сачок для ловли омаров манеже; растопырив
пальчики, она взмахивала ручонками вслед пролетающим птицам, пускала пузыри
и радостно лопотала одно-единственное слово:
па-па
,
па-па
. На коричневых
от загара локотках были ямочки. Личико с прядками темных волос, выбивавшихся
из-под вышитого чепца с отворотами, делало девочку до смешного похожей на
Ника. Сара замирала при каждом взгляде на эту круглую мордашку — на ней
сияли знакомые глаза. Джудит не ошибалась, говоря о сходстве малышки с
Ником, и Саре казалось, что с годами Николь все больше будет походить на
него.
Солнце пекло нещадно, и Тилли пришла к ручью со старой соломенной шляпой,
которую откопала где-то в доме. Спустившись твердым шагом к Саре, она
надвинула на нее шляпу.
— Получишь солнечный удар, так и знай! — проворчала она. — И не вздумай
снять!
Сара состроила рожицу в спину Тилли. Тилли все более демонстративно
показывала свою власть над Сарой и опекала ее наравне с Джудит и детьми.
Сара теперь знала: всем, что находится в пределах
Ручья цапли
, руководит
Тилли. Саре в некотором смысле льстило, что Тилли решила присовокупить и ее
к своим владениям, но в то же время такое покровительство могло свести с
ума. Сару, давно привыкшую к независимости, не радовало обращение с ней как
с маленькой девочкой, и, хотя Тилли считала ее дерзкой, возражать пожилой
женщине она не смела. Растущая привязанность к Тилли делала Сару более
терпимой. Понемногу она начала подчиняться домашней тирании, на которую
жаловалась Джудит. Деспот деспоту рознь, мрачно размышляла Сара, и самый
суровый — любовь, потому что человек перед ней бессилен. Под внешней
угрюмостью Тилли скрывалась истинная любовь к близким ей людям.
Сара, откинув шляпу на затылок, пристально вглядывалась в зыбкую поверхность
воды и покусывала кисть. Ей предстоял очередной экзамен по технике живописи
— изображение воды всегда давалось ей с трудом.
Сверху послышались голоса, Сара невольно обернулась и застыла от ужаса,
увидев Ника. Он стоял на взгорке с Аннабель и Джереми, рядом была Джудит —
она обводила всех взволнованным взглядом. В первое мгновение Сара заметила
одного Ника. На нем были светло-бежевый костюм из плотной хлопчатобумажной
ткани и рубашка более темного тона, распахнутая у ворота и обнажавшая
блестевшую на солнце смуглую кожу. Лицо Родона выражало крайнюю степень
изумления.
Его словно по голове ударили, подумала Сара, глядя на Ника. Несколько секунд
она и сама находилась в шоке, поэтому состояние Ника было ей понятно, но
потом написанное на его лице потрясение вызвало у Сары приступ смеха, и
удивление в синих глазах Ника разом исчезло, сменившись злостью, неприкрыто
яростной.
Джереми с распростертыми объятиями двинулся к Саре.
— Дорогая, какими судьбами?
Сара встала, позволила ему обнять себя, потом подалась назад и улыбнулась
Джереми.
— А ты как думаешь?
Аннабель спустилась к ручью.
— Где вас только не встретишь!
В голосе ее звучала враждебность. По раздраженному личику Аннабель Сара
поняла, что та не забыла вечеринку, с которой Сара увела Родона. Ник, держа
руки в карманах, сошел с пригорка. Он посмотрел на мольберт, на ручей, потом
глаза его сердито обратились на сестру. Джудит стояла с невозмутимо-невинным
видом.
— Несколько раз звонил, но не заставал тебя, — жаловался Джереми. — Это
просто чудо — встретить тебя здесь!
— Мне тоже очень приятно, — ласково улыбнулась Сара, и Джереми привлек
ее поближе, чтобы поцеловать.
— Внизу не жарко? — произнесла Джудит, забавляясь ситуацией. — Как
можно работать в таком пекле?
— Тилли нашла мне шляпу. — Сара вскинула голову, зеленые глаза озорно
блестели. — Идет мне, а? По-моему, только шлепанцев не хватает!
Шляпа была старой, выцветшей, с обвисшими полями, но на рыжих волосах
смотрелась весьма пикантно, и глаза у Джереми сияли восхищением.
— Прелестно! — ответил Джереми, и Сара искоса, сквозь ресницы взглянула
на Родона.
Тот смотрел на нее, но тут же перевел взгляд на дальние поля, зеленевшие за
садом.
— Я почему-то решил, что ты во Франции, с братом, — продолжал Джереми.
Ник судорожно повернул голову в сторону Сары.
— Грэг сейчас дома, — отозвалась Сара. — Он ездил в Кембриджшир,
смотрел одну лошадь.
— Не выпить ли нам чаю? — весело предложила Джудит, избегая холодного,
пристального взгляда Ника.
Сара пошла с Джереми, ее точеная фигурка по обыкновению была обтянута синими
шортами и тонким топом того же цвета. Совсем короткие шорты как бы удлиняли
бронзовые от загара ноги.
Чаепитие вышло натянутое. Ник не проронил ни слова; развалясь в кресле, он
сидел с непроницаемым лицом и изредка посматривал на Сару. Аннабель же не
закрывала рта; обращаясь к Нику, она оживленно щебетала, но он ее едва
слушал. Джудит, разлив чай и предложив всем закуски, с интересом наблюдала
за происходящим, немного нервничая под взглядом брата. Она, однако, хорошо
владела собой, и Джереми вроде бы совсем не чувствовал накаленной атмосферы.
Для него существовала лишь Сара. Склонившись к ней с сияющим видом, Джереми
рассказывал об отце,
Вороньем приюте
, картине, погоде. Он перескакивал с
темы на тему без секундной паузы, и Сара, как зачарованная, с улыбкой
слушала Джереми и не сводила с него глаз.
Когда были исчерпаны все темы, которые смог подбросить Джереми, и все допили
чай, Сара специально завела разговор о своей последней картине. Джереми
слушал ее так же внимательно, как незадолго до этого Сара, и не спускал глаз
с ее подвижного лица. Сара чувствовала, как раздражен Ник, видела, как он
барабанит пальцами по подлокотнику.
Аннабель еще раз попыталась привлечь внимание Ника, но он лишь рассеянно
кивал в такт ее болтовне, не переставая хмуриться.
Компания вдруг распалась окончательно. Ник поднялся — теперь он казался еще
выше ростом, линия рта стала непреклонно жесткой.
— Если собираетесь возвращаться, вам пора! — сказал он Джереми.
Джереми, послушный взмаху хозяйского хлыста, тут же вскочил.
— Да, сэр! — отреагировал он, как умный и преданный пес, но глаза
скосил на Сару.
Форселл раскрыл было рот, но Ник подхватил его под руку и повел к двери.
Аннабель двинулась следом, опустив уголки губ. Мимоходом она бросила
уничтожающий взгляд на Сару. Джудит пошла проводить Форселлов; поддерживая
светский разговор, она на пороге многозначительно оглянулась на Сару, как бы
ободряя ее перед ответственным сражением.
Сара склонилась над чайным столом и взяла последний ломтик кекса — все, что
осталось после Джереми, налегавшего за чаем на кекс в шашечку, который
испекла Тилли несколько часов назад. Он был очень вкусный. Откинувшись в
кресле, Сара жевала кекс и ждала, что будет дальше.
Минут через пять она услышала в холле голос Ника. Он ледяным тоном
разговаривал с Джудит, но слов разобрать Сара не могла. Интонация, правда,
говорила о многом. Ник явно распекал сестру. Голос металлическим звоном
отдавался в ушах. Сара отщипнула еще один кусочек от кекса. Она заметила,
что Джудит почти не отвечает. Говорил один Ник. Интересно, о чем?
Вытянув длинные ноги, покрытые золотисто-коричневым загаром, она смотрела
через окно на небо. Оно было такое синее, безмятежное и ласковое, что
хотелось плакать. На эту синеву порой набегали тени — ветер шевелил листву.
Дверь за спиной у Сары отворилась. Она не стала оглядываться. Неторопливо
положила в рот последний кусочек кекса и отряхнула пальцы от липких крошек.
Сара чувствовала на себе взгляд Ника. Он постоял на пороге несколько секунд,
потом дверь с грохотом захлопнулась, и Сара услышала приближающиеся шаги.
— Извините, если сестра поставила вас в неловкое положение, — скованно
произнес Ник, подойдя к Саре.
Она удивилась, поскольку готова была к буре негодования и выяснению
отношений — вроде того, которое было у него с Джудит. Не найдясь сразу, что
сказать, Сара лениво потянулась в кресле — грациозное движение походило на
сладостное потягивание кошки, дремлющей на солнышке.
Ник не сводил с нее глаз. Сара чувствовала на себе этот тяжелый взгляд, но
не оборачивалась.
— Джудит не сделала ничего предосудительного. — Сара пожала плечами. —
Ее заказ пришелся весьма кстати.
Он долго молчал.
— Зачем вы приехали сюда? — отрывисто спросил Ник.
— Я же сказала — мне нужна была работа.
Подойдя к окну, Ник встал спиной к Саре. Она видела, как напряжены его
плечи.
— Вы знаете, что я имею в виду. Вы не хотели разговаривать со мной по
телефону, проигнорировали меня в тот вечер, когда мы неожиданно встретились
в театре. Зачем же вы приехали сюда, к Джудит?
Сара, полуприкрыв глаза, всматривалась в стройную фигуру Ника.
— Пока я сюда не приехала, я понятия не имела, кто мой заказчик.
Он прерывисто вздохнул.
— Понятно. — Ник усмехнулся. — Надо было самому догадаться.
Он медленно повернулся, и Сара, слегка покраснев, сразу отвела глаза в
сторону.
— Теперь выслушаете меня? — произнес он голосом, которого Сара никогда
прежде у него не слышала. Ник поедал ее глазами.
Дверь открылась, и вошла Тилли, сильно припадая на ногу.
— Могу я, наконец, убрать со стола?
Ник что-то проворчал, но Тилли расслышала и уставилась на него, негодующе
сверкая глазами.
— Придержи язык, Ник! И не смей так смотреть на меня! На ночь
останешься? В твоей машине нет чемодана. Почему не сообщил о приезде?
Сколько раз твердить, что ты не должен сваливаться нам на голову, когда тебе
вздумается!
— Проклятие! — бросил Ник, направляясь к выходу. Дверь с грохотом
захлопнулась за ним.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Тилли угрюмо кивнула Саре, как бы говоря, что она всех предупреждала о
последствиях этой затеи, и начала ловко собирать чайную посуду.
— Кекс восхитительный! — польстила Сара, но на Тилли это впечатления не
произвело. Она только удостоила Сару одной из своих ехидных улыбок.
— Ведь говорила, что Ник разозлится!
— Приятно всегда быть правой! — отпарировала Сара.
— Тебе тоже не вредно думать, что говоришь! — сообщила Тилли. — За
словом в карман не лезешь, хоть и не сквернословишь, как Ник.
Тилли вышла, уже не волоча ногу, и через несколько минут появилась Джудит.
Быстро оглядевшись по сторонам, она убедилась, что Сара одна.
— Ну и дела! — воскликнула Джудит, усевшись на тахте. — Он просто рвал
и метал!
— Что вы ему сказали?
— Ничего. Дала выговориться, а Ник по этой части — мастер. Он ни разу
не повторился, но сказал такое, от чего я почувствовала себя словно выше
ростом. Какое счастье, что я не служу у него. В банке он, должно быть,
душегуб! — Джудит с надеждой взглянула на Сару. — У вас уже был разговор?
— Только начался, и вошла Тилли. Джудит состроила гримасу.
— Положимся на Тилли! Господи, хоть бы моя затея удалась!
Сара поднялась.
— Мне пора, картина ждет.
Джудит встревожилась.
— Я не останусь одна!
— Ну уж нет! — твердо произнесла Сара. — Придется выдержать еще одну
бурю. Мне кажется, Ник, в конце концов, утихомирится, да и, как верно
заметила Тилли, затея была опасная.
Оставив причитавшую Джудит в доме, Сара пошла через залитый косыми
солнечными лучами сад к ручью, где стоял мольберт. Тилли забрала Николь и
манеж. Мальчиков тоже не было — их увели в дом, чтобы выкупать перед сном.
День медленно угасал, в мягких сумерках поверхность ручья золотилась
последними отблесками заходящего солнца.
Сара вглядывалась в противоположный берег — она следила за крапивником,
свившим там гнездо. Крошечная пташка стремительно выписывала зигзаги в
воздухе, чтобы обмануть чье-то пристальное внимание.
Сара, сосредоточенно сдвинув брови, начала наносить на полотно белые мазки.
Она старалась не думать о том странном взгляде, который был у Ника перед
тем, как вошла Тилли.
Ник спустился из сада бесшумно, Сара не слышала его шагов до того момента,
когда он внезапно вырос рядом, — голова его была так высоко, что Сара
откинула на затылок соломенную шляпу, чтобы увидеть его лицо.
Теперь вид у него был более спокойный и он явно контролировал выражение
своих глаз.
— Я понимаю, вам не хочется меня слушать, — сразу заговорил он ровным
тоном, — однако позвольте мне высказаться.
Сара отвернулась к холсту, и Ник нетерпеливо произнес:
— Бросьте вы эту картину!
— Я могу слушать и за работой, — возразила Сара.
Ник отобрал у Сары кисть, бросил на скамеечку и цепко схватил ее за руку.
Она стояла перед ним с опущенной головой, и ветерок развевал рыжие волосы
под полями соломенной шляпы.
— Ну почему ты не разубедила меня? — внезапно вырвалось у него. —
Забавлялась? Одна из твоих шуточек, очередная издевка?
— Ты тоже душу отвел — обозвал дешевой потаскушкой! — резко ответила
Сара.
— Ты знала, что я так не думаю, ведь ты понимала, что вытворяла со
мной!
— С первой минуты знакомства ты вбил себе в голову всякую чушь и
предвзято ко мне относился! — сердито напала она на Ника.
— У меня давно нет головы! — пробормотал он. — Ты напрочь лишила меня
рассудка.
Сердце у Сары бешено забилось. Она уставилась на траву под ногами, вдыхая
запах примятой зелени — сладкий, живой, острый.
— Но тебе это безразлично, так ведь? — отрывисто спросил Ник. — Водила
меня по кругам ада и насмехалась. Подумать только, за кого я тебя принимал!
Как я презирал себя за то, что схожу с ума из-за девицы, готовой переспать с
первым встречным.
— Смею напомнить, что при всем своем праведном негодовании ты жаждал
получить от меня то, что я, по-твоему, раздавала направо и налево! — гневно
выпалила Сара.
— И ты знаешь, почему. Думаешь, я не был себе отвратителен? Не боролся
с собой? Боже мой, я часами терзал себя!
— По твоему виду это трудно было представить! — возразила Сара,
чувствуя, как у нее перехватывает дыхание от того особого смятения, которое
начало ее одолевать. Она украдкой, сквозь ресницы взглянула на Ника. Лицо
бледное, в глазах беспокойство.
— Я решил держаться от тебя подальше, но при каждой встрече терял
самообладание. — Тиски на Сариных руках ослабли, изящные пальцы Ника ожили и
нежно поглаживали Сару. — Будь ты мне безразлична, переспал бы с тобой и тут
же забыл. Так всегда было со мной — ведь впереди ждали новые женщины. И все
они не оставляли следа в моей жизни. Не задавая вопросов, я брал
предлагаемое и уходил.
— Как мило! — отрывисто произнесла Сара, дрожа от ярости. Она подняла
на Ника пылающее от гнева лицо. Сколько же их у него было? Сара говорила
резко, но негодовала она не из-за двойной морали Ника. Ревность и уязвленное
самолюбие мучили ее. — Ты, значит, считал себя вправе развлекаться, да? И
при этом попрекать меня — за то же самое? Боже мой, какой извращенный ум!
— Поверь, я понял, что был не прав!
— Лицемер! — горько бросила Сара.
Лицо его побелело.
— Да, я знаю.
— Мне порой хотелось быть такой, какой я тебе виделась!
— Нет! — воскликнул он, хрипло дыша. — Понимаешь, что ты сделала со
мной?
Выражение его лица вдруг испугало Сару. Она шевельнулась в руках Ника,
пытаясь высвободиться, но Родон решительно привлек ее к себе.
— Знаю, ты не хочешь слушать меня. Тебе вообще нет дела до меня. Но я
должен сказать все, Сара! Ради Бога, выслушай!
Она стояла неподвижно, опустив голову и чувствуя на себе взгляд Ника.
— Не думал, что когда-нибудь снова увижу тебя! — внезапно пробормотал
он, снял соломенную шляпу с Сариной головы и бросил на траву. Ник осторожно
коснулся волос Сары и стал их гладить. — Тогда в театре ты даже не взглянула
на меня. — Резко наклонившись, он прижался головой к Сариным волосам. — Я
заболевал при мысли, что рядом с тобой другие мужчины. Я места себе не
находил. Не знал прежде, что у меня такое живое воображение. О Боже, оно ни
на миг не давало мне покоя! — Губы Ника слегка коснулись ее лба. — У меня
словно камень с души свалился, когда ты пришла в банк и сказала, что я
понапрасну истязал себя.
Сара бесстрастно проговарила:
— Надеюсь, урок не прошел даром. В будущем, может быть, ты не станешь делать поспешных выводов.
Он отпрянул назад, гневно глядя на Сару.
— Ты с самого начала нарочно вводила меня в заблуждение!
— Я объяснила причину.
Ник пристально смотрел ей в глаза.
— Тем не менее трепетала от каждого моего прикосновения! — хрипловато
произнес он. — Почему?
Сара опустила глаза и вспыхнула. Она слышала, что дыхание у Ника участилось.
— Сара! — дрожащим голосом ск
...Закладка в соц.сетях
