Жанр: Любовные романы
Ода любви
...nbsp;Запомни! Запомни это, моя Мишель! — прокричал он. —
Запомни...
Запомни
? Мисси с трудом соображала, легкий туман кружил ей голову.
Последний шторм утих, и она медленно приходила в себя.
Запомни
. Разве она
сможет забыть? Как можно сомневаться в этом? Конечно, она всегда будет
вспоминать свою первую брачную ночь в мельчайших деталях. Каждое ее
мгновение отпечатается в мозгу, секунда за секундой, и, пока она жива, ничто
не сможет вытеснить это из памяти.
Конечно, она будет помнить это всегда.
Мишель пронзила дрожь.
Она так глубоко ушла в свои воспоминания, что не расслышала слов Джеффа и
теперь смотрела на него непонимающим взглядом.
— Думаю, нам будет удобнее поговорить в доме, чем объясняться на
улице, — повторил он.
— Поговорить? — Мисси с подозрением взглянула на него.
— Да.
Это звучало обнадеживающе, но войти в дом означало оставить свою позицию на
капоте машины. Возможно, то, что она сделала, со стороны выглядело нелепо
или даже глупо, но зато лишало Джеффри возможности уехать, и ей не хотелось
терять это преимущество. Она во что бы то ни стало хотела удержать его.
— О чем поговорить? — зло переспросила Мишель. — По-моему, ты
уже поставил меня перед свершившимся фактом.
Она умолкла, заметив, как протестующе дернулась его темноволосая голова
— Никаких возражений, — заявил он резко. — Я просто хочу,
чтобы ты выслушала меня.
— Я не двинусь с места! — упрямо повторила Мисси. — Можешь
говорить здесь, я вся внимание.
Она уселась поудобнее и, выпрямив спину, дерзко, почти вызывающе смотрела на
него. Но это неосторожное движение было ошибкой. Шелковый халат заскользил
по полированной поверхности автомобиля, и Мишель начала сползать вниз.
Растопырив руки, она изо всех сил пыталась остановить постыдное падение на
землю, но...
— О! Ради Бога!
Последовал красноречивый поток проклятий, и Джефф рванулся вперед.
Она не могла предугадать его намерения и каким-то образом подготовиться к
отпору. Крик ужаса вырвался из уст Мишель, и она сердито дернулась, когда он
подхватил ее на руки.
— Пусти, Джефф! Пусти меня!
Она брыкалась, мотала головой, но он лишь крепче обхватил ее, не давая
вырваться из плена его рук, а потом направился прямо к дому.
— Я еще не удостоился чести перенести тебя через порог, как подобает
молодожену, — буркнул он, и Мишель вздрогнула.
Сейчас вековая традиция, о которой он напомнил, скорее походила на жестокую
пародию.
Джеффри плечом толкнул дверь и, пройдя в гостиную, бесцеремонно швырнул
Мишель в кресло.
— Нет! Ты не имеешь права! — выкрикнула она и попыталась вскочить
на ноги, но он властно положил руку ей на плечо, заставляя сесть на
место. — Что за шутки, Джефф? Это совсем не смешно.
— Никаких шуток. Разве я похож на человека, который собирается шутить?
Сказать по правде, думал про себя Джеффри, мне действительно не до шуток. Он
рассчитывал как можно скорее покончить с этим и никак не ожидал, что Мишель
будет сопротивляться так отчаянно и так долго. Он рассчитывал, что к этому
времени будет уже далеко от Эдгертона. Его миссия выполнена, и теперь Тони
Конуэй получил по заслугам. Но Мисси, как крепкий плющ, вросла всеми корнями
в его жизнь, и, что самое неприятное, он начинает проникаться к ней
жалостью. А это уже никуда не годится! Ему следует взять себя в руки. Он не
имеет права поддаваться эмоциям.
— Ответь мне на один вопрос. — Разлад, который творился в душе
Джеффри, вызвал в голосе дрожь, что совсем не входило в его планы. —
Тебе действительно нравится этот дом?
Неожиданная смена темы сбила Мишель с толку. Не понимая, почему он задал
этот вопрос, она честно ответила:
— Конечно. Это прекрасный дом, но... Джефф прервал ее величественным
жестом руки.
— Тогда он твой.
Услышав такое, Мишель подумала, что если бы она сейчас не сидела в кресле,
то наверняка упала бы от неожиданности. Пол, казалось, уплывал у нее из-под
ног.
— Это что, насмешка судьбы?
— Что-то вроде этого. — Он равнодушно кивнул. — Но раз уж я
женился на тебе, то несу определенные обязательства.
— Мне не нужны твои деньги, — вскинулась она. — Ты прекрасно
знаешь, что я не из-за них вышла за тебя замуж.
— Но это все, что я могу тебе предложить, — холодно заметил
Джеффри.
— Но зачем? — Поведение мужа все больше изумляло Мишель. Она молча
покачала головой. — Зачем ты женился на мне, если... — Она умолкла,
встретив его взгляд, и оцепенела.
— Не спрашивай, Мисси. Тебе не понравится ответ, — предупредил он.
Какое горькое удовлетворение я мог бы испытать, рассказав ей всю историю,
подумал Джеффри. Но пусть Тони сам объяснит ей все, пусть попробует! Он
убедится, каково увидеть жизнь сестры разбитой в пух и прах, да к тому же
еще по собственной вине.
— Меня не беспокоит сам ответ! — настаивала Мисси. — Мне
важнее знать, почему ты заставляешь меня спрашивать об этом.
О Боже! Хоть бы он не заметил, как сильно задело ее это последнее замечание,
да еще высказанное спокойным ровным тоном, с холодным равнодушием и полным
самообладанием. Неужели это действительно тот самый мужчина, которого она
обещала любить до конца жизни? Ведь он клялся ей в том же самом только
вчера!
Часы на стене пробили десять тридцать, и их гулкие удары больно отозвались в
памяти Мишель. Вчера именно в это время они с Шерил вернулись домой из
парикмахерской, возбужденные и смеющиеся, и ее сердце трепетало от
счастья...
— Я же сказал, не спрашивай. Разве этого не достаточно?
Гнев придал Мисси силы. Она сбросила с плеча руку мужа и вскочила, глядя на
него глазами, горящими гневом.
— Ты вчера клялся мне в любви до гроба. Для меня эти клятвы не пустые
слова, Джефф Хейфорд! Я действительно хотела быть тебе хорошей женой, иметь
от тебя детей...
В лице Джеффри произошла какая-то неуловимая перемена. Его голова резко
отклонилась назад, и тяжелые веки прикрыли глаза.
Неужели она наконец достучалась до него? — обрадовалась Мишель.
— И я думала, — продолжала она, — что для тебя эти слова тоже
имели значение. Если же нет, то ты должен дать мне хоть какое-то объяснение.
Зачем? Зачем ты женился на мне? Ты обязан...
— Ах, я обязан?! — Этот низкий рокочущий тон не предвещал ничего
хорошего, и Мишель испугалась.
Но она не могла позволить себе слабость. Нужно бороться до последнего; в
конце концов, это ее собственная жизнь! Она просто обязана постоять за свое
будущее, за положение замужней женщины.
— Я требую ответа, Джефф!
Он отвел глаза от ее лица, словно не в силах был вынести написанную на нем
боль, и вдруг его взгляд замер, словно прикованный к одному месту.
— Прикройся! — грубо бросил он.
— Что?
— Я сказал, прикройся!
И только когда он протянул руки, соединяя полы ее бледно-зеленого халата,
Мишель поняла, в чем дело, и вспыхнула.
— Тебе удалось подобным образом сбить меня с толку прошлой
ночью, — резко бросил Джефф. — Но больше этот номер не пройдет, не
старайся!
— Не смей прикасаться ко мне! — воскликнула она, стремительно
отклоняясь назад и отталкивая его руки.
— Прошлой ночью ты не возражала против этого, — заметил он с
жесткой усмешкой. — Ты просила, чтобы я дал тебе все, что только мог.
Ты умоляла...
Воспоминание об этих сильных и нежных руках, прикасавшихся к ее телу, к его
самым интимным местам, вызвало у Мишель тошноту и отвращение, и, подавив
неуверенность в голосе, она сказала:
— Прошлой ночью я верила, что мы женаты!
— Именно так! — холодно кивнул Джефф. — Но теперь под этим
можно подвести черту. Итак, ты настаиваешь, чтобы я объяснил, почему женился
на тебе?
Нет, хотелось выкрикнуть Мисси. Она больше не хотела ничего знать.
Если еще недавно у нее оставалась хоть какая-то надежда, то теперь она
умерла медленной, мучительной смертью. Если какие-то иллюзии заставили ее
принять безумное решение прыгнуть на капот машины, то сейчас от них не
осталось и следа. Все исчезло, как утренний туман при появлении солнца. В ее
сердце царила безысходность, но разум требовал ясности. Она должна услышать
правду из его собственных уст. И поэтому, несмотря на все протесты
израненной души, Мишель нашла в себе силы кивнуть и прошептала пересохшими
губами: — Да.
Джеффри колебался. Нет, он не может сказать правду, глядя в эти огромные
золотистые глаза, напоминавшие глаза молодой раненой лани, загнанной
гончими. Он мысленно проклинал ее брата Тони, желая когда-нибудь добраться
до него и схватить за горло. Но Джефф понимал, что должен сказать хоть что-
то убедительное, чтобы заставить Мишель прекратить сопротивление. Так будет
лучше для них обоих.
— Это был единственный способ получить тебя, — сказал он так
нежно, что ее голова закружилась. — И я хотел тебя так сильно, что
ничего не мог с этим поделать...
Он не успел закончить фразу. Не отдавая себе отчета в том, что делает, Мисси
размахнулась и ударила его по щеке. Резкий звук пощечины, казалось, зазвенел
в воздухе, и наступила мертвая тишина.
Джеффри улыбнулся, глядя прямо в ее сверкающие гневом глаза.
— Я предупреждал, что тебе не понравится мое объяснение.
— Подонок! — Мишель вложила в это слово всю свою накопившуюся
боль.
Опасное пламя, вспыхнувшее в глубине его глаз, заставило ее сжаться от
страха, и она до боли стиснула кулаки, готовая защищаться. Но неожиданно,
словно что-то припомнив, Джеффри укоризненно покачал головой.
— Думаю, я заслужил это, — сказал он со спокойствием, которое
окончательно сбило ее с толку. — Теперь тебе полегчало?
— Мне уже ничего не может помочь, — тихо произнесла Мишель,
понимая, что еще немного, и слезы хлынут из ее глаз.
Она отвернулась, чувствуя, как волна безысходного равнодушия заполняет ее.
Как можно было полюбить этого человека? Должно быть, она поддалась горькому
самообману и теперь пожинает его плоды. Тот Джефф, которого она встретила и
в которого влюбилась, совсем не был похож на стоявшего перед ней мужчину.
— Нет! — беззвучно прошептала Мишель, и слезы потекли по ее шекам.
Она безжалостно подавила в себе мысль о том, что Джеффри Хейфорд, в чью
любовь она верила, и этот мерзавец — один и тот же человек. Продолжать
думать о том, что все произошедшее — пусть страшная, но случайность,
означало поддаться слабости и предоставить ему возможность обидеть ее еще
сильнее.
— Уходи, Джефф, — сказала она, вытирая ладонью глаза, и с горьким
удовлетворением отметила, что ее голос звучит холодно и спокойно. —
Уходи и никогда не возвращайся!
— Если помнишь, именно это я и собирался сделать, — усмехнулся
Джефф. — Но ты остановила меня.
— Я скорее умру, чем сделаю это снова. Все, что я хочу, — это
увидеть твою спину. Все кончено.
— Это полностью отвечает моим планам. Прощай, Мишель. Если бы я мог, то
сказал бы, что это забавно. — И он улыбнулся, прежде чем уйти.
Мишель наблюдала, как он повернулся, направился к дверям, взялся за тяжелую
ручку... Она разрывалась между горьким отчаянием и облегчением. Джеффри уже
приоткрыл дверь, но вдруг остановился и медленно подошел к ней.
— Ты была права, дорогая. Я подонок. Но кому, как не тебе, знать,
почему я стал таким. По-моему, тебе стоит спросить об этом себя.
— Меня это не волнует. Я больше ничего не хочу знать о тебе.
Единственное, чего я до сих пор не могу понять: что было правдой, а что
ложью?
— Правда?.. — Джеффри цинично рассмеялся. — Что ж, любовь
моя, если ты хочешь услышать всю правду, тебе следует обратиться не ко мне.
Советую тебе расспросить своего брата, если, конечно, он захочет поделиться
с тобой... А сейчас мне действительно пора.
На этот раз Мишель позволила ему уйти.
Джеффри сел в машину, и мотор громко взревел, подчеркнув его настроение,
далекое от обычной сдержанности.
Часы в холле пробили час.
Мишель стиснула зубы, до крови закусив губу.
Вчера в это время она стояла на ступенях церкви, улыбающаяся и счастливая,
под руку со своим мужем. Она была его женой в течение двадцати четырех
часов, и вот теперь все кончено.
В чистом безоблачном небе светило солнце. Чудесный день был просто
предназначен для того, чтобы начать новую счастливую жизнь. Вместо этого он
навсегда останется в ее памяти черным.
Спроси своего брата...
Эти слова, напоследок брошенные Джеффом, неотвязным рефреном крутились в
голове Мишель.
Если ты хочешь знать все, тебе следует обратиться к своему брату,
разумеется, если он соблаговолит рассказать тебе все
.
Она сделала бы это, если бы могла. Но Мишель понятия не имела, где сейчас
Тони, и не знала, как его найти.
Когда они с Джеффом обсуждали дату Предстоящей свадьбы, она пыталась
разыскать своего пропавшего брата, но безуспешно. Все нити приводили в
тупик, и даже его лучшие приятели пребывали в полном неведении по поводу
местонахождения беглеца. Тони словно исчез с лица земли.
С момента его побега прошло долгих три года. Чего она только не передумала,
чего только не пережила за это время!
В день семнадцатилетия брата, вернувшись домой, Мишель нашла его комнату
необычно чистой и прибранной, а гардероб опустевшим. Но ей и в голову не
приходило, что Тони навсегда покинул дом. Только обнаружив, что исчезла его
гитара, девушка поняла, что это так.
Энтони обожал свою дорогую фирменную гитару. Чтобы заплатить за нее, он
работал как вол, давая уроки начинающим музыкантам. Эта гитара превратилась
в часть его самого, и, раз он взял ее с собой, значит, вернется не скоро.
Но последние сомнения Мишель рассеяла записка, которую она нашла на своей
подушке:
Ухожу делать свою судьбу и имя! Скоро увидишь меня по телевидению!
Э.
То, что подписью служила первая буква его полного имени, выглядело очень по-
детски, но, видимо, соответствовало представлениям Тони об имидже будущей
рок-звезды.
Побег брата стал для Мишель вторым после безвременной смерти родителей
ударом. Со временем эта боль притупилась, но окончательно не исчезла, и она
так и не смогла избавиться от ощущения утраты.
Джеффри знал это, но никак не комментировал, предпочитая держать свои мысли
при себе.
Поэтому сейчас, проводя дни и ночи в горьких размышлениях, Мишель пришла к
выводу, что Джефф был единственным человеком, имевшим контакты с ее братом,
с тех пор как тот покинул дом.
Если ты хочешь знать все, тебе следует спросить своего брата...
Это могло значить только одно: неуправляемый, легкомысленный Тони совершил
что-то непоправимое, и это навлекло гнев Джеффа на ее голову. Желая
отомстить брату, он сорвал на сестре всю свою злость и обиду. Но насколько
ужасен должен был быть поступок, чтобы повлечь за собой такую невероятную по
своей изощренности месть?
Что связывало Тони с Джеффри Хейфордом? Где пересеклись их пути? Мишель
голову сломала, думая об этом, но так ни к чему и не пришла. Оставалось
только найти своего блудного братца.
Но сначала следовало сделать еще кое-что. Невозможно вечно прятаться в этом
доме. Рано или поздно всем станет известно, что ее замужество закончилось,
едва начавшись.
Чем дольше она будет продолжать свое затворничество, тем будет хуже. Раз уж
предстоит сделать что-то неприятное, то лучше не тянуть с этим.
Мишель позволила себе неделю пожить в этом великолепном доме, стараясь
зализать раны и осушить слезы, и поклялась, что больше никто никогда не
увидит их. А потом она собрала остатки самообладания и приготовилась выйти
из своего заточения.
Но, нуждаясь в чьей то поддержке, Мисси обратилась к своей лучшей подруге.
— Шерил? Это Мишель. У меня плохие новости...
Она рассчитывала, что все вскоре забудется, но эти надежды оказались
напрасными. Даже спустя месяц маленький городок все еще бурлил, на все лады
пересказывая историю ее незадачливого замужества.
— Это просто невыносимо! — жаловалась Мисси подруге, когда та
забежала в магазин из школы, где преподавала историю. — Господи, что же
еще должно случиться, чтобы меня оставили в покое?
— Увы! — сочувственно вздохнула Шерил. — В нашем городке
ничего интересного не происходит, поэтому твое несчастье дало пищу сплетням.
Эдгертон никогда еще не видел такой свадьбы. Кроме того, ты сама говорила,
что Джеффри Хейфорд — человек неординарный...
— Не напоминай мне о нем, — уныло произнесла Мишель, припоминая те
чувства, которые возникли в ней, когда она впервые увидела этого высокого
стройного мужчину с резкими волевыми чертами лица, стальным блеском голубых
глаз и каштановой гривой волос, отливающих тусклой бронзой.
— ...и отличается от местных предпринимателей, — продолжала Шерил.
— Предпринимателей? Ну, знаешь! Мишель усмехнулась, стараясь рассеять
печальные мысли. Она не хотела думать о Джеффе и вспоминать, какое
поразительное впечатление он произвел на нее при первой же встрече.
— Естественно, он привлек всеобщее внимание. К тому же, как ты
понимаешь, дело не только в нем, но и в тебе, — сказала Шерил. —
Не многие из местных женщин, которые посвятили себя бизнесу, начав с
маленького магазинчика, в течение шести лет смогли заслужить репутацию
лучшего специалиста по цветочному дизайну во всей округе.
Именно бизнес свел нас с Джеффом, с грустью вспомнила Мишель. Ее попросили
подобрать цветы для свадьбы единственной дочери богатого местного
предпринимателя. Хейфорд, как его партнер, был среди гостей. Его представила
Мишель мать жениха, он пригласил ее потанцевать, и этот танец решил все.
— Мне просто повезло.
— Повезло! — фыркнула подруга. — Мисси, везение тут ни при
чем, дело в таланте и трудолюбии. Ты сумела самостоятельно встать на ноги,
хотя была еще очень, очень молода, когда погибли твои родители, и продолжала
упорно строить свою карьеру. При этом тебе еще приходилось заботиться о
Тони! Если кто-нибудь и заслуживает счастья, так это ты, и я надеялась, что
ты нашла его с Джеффом. — На приветливом лице Шерил появилось жесткое и
враждебное выражение. — Если бы только он мне попался...
— Шер, пожалуйста! — поспешно воскликнула Мисси, желая прекратить
этот никчемный разговор. За последние несколько недель она уже начала
привыкать к своему новому положению. Раны, которые нанес ей Джеффри, были
так глубоки, что не могли быстро зарубцеваться, но она окунулась в работу, и
это помогло ей если не излечиться, то хотя бы отвлечься от печальных
мыслей. — Я не хочу ни говорить об этом, ни даже думать...
К счастью, стук в дверь прервал этот неприятный разговор. Элис, молоденькая
помощница Мишель, заглянула в комнату.
— К вам посетитель. Сказал, что по личному делу.
По личному делу? Сердце Мишель подпрыгнуло, и она невольно прижала руки к
груди, пытаясь удержать его стремительный бег. Неужели?
Джефф... Что, если это он? Она все еще судорожно пыталась обрести
хладнокровие, унять дрожь и восстановить дыхание, когда посетитель появился
в дверях.
Нет, это был не Джефф. У этого мужчины были длинные светлые волосы,
отливающие золотом, запавшие карие глаза и бледное узкое лицо. Высокий,
скорее, даже долговязый, как это бывает при переходе от юности к мужской
зрелости, и чудовищно худой. Он показался Мишель таким беззащитным и
неухоженным, что сердце ее защемило от жалости.
— Тони!
Кого-кого, но уж его-то она никак не ожидала увидеть, и вся боль мучительных
трех лет разлуки отразилась в ее голосе.
Тони не мог не почувствовать это, и его рот дернулся.
— Привет, сестренка! Не ожидала? — Он неловко переступал с ноги на
ногу, и, хотя слова брата прозвучали дерзко и вызывающе, Мишель поняла, что
эта внешняя бравада — следствие его неуверенности.
— О, Тони! — проговорила она едва слышно и поднялась, потянувшись
к нему, чтобы наконец обнять это до боли родное существо. До чего он худой,
одна кожа да кости! За что бы Тони ни брался, он ни в чем не добивался
успеха. Похоже, последнее время он просто голодал. — Тебя не было так
долго! Я так скучала...
— Я тоже, Мисси, — сказал Тони, неловко отстраняясь и косясь в
сторону Шерил.
Он явно стеснялся проявить родственные чувства в присутствии постороннего
человека. Заметив это, Мишель нехотя опустила руки, хотя ей хотелось сжать
брата в объятиях.
Однако Шерил была лишена сентиментальности.
— Тебе следовало дать о себе знать. Мисси с ума сходила от
беспокойства. — Она четко выговаривала слова, словно отчитывая ученика
за плохо выученный урок. — Неужели тебе не приходило в голову сообщить,
где ты находишься?
— Я был... занят, — промямлил Тони. — Время летело так
незаметно. У меня минуты свободной не было...
— Даже чтобы позвонить?
— Шерил! — поспешно одернула подругу Мисси. — Он здесь, и
слава Богу. — Она улыбнулась брату. — Ты надолго, Тони?
— Как получится... — Он посмотрел сестре в глаза, и его покрасневшие,
припухшие веки вопросительно приподнялись над широко открытыми карими
глазами. — Я слышал, что ты разыскивала меня. Что-то случилось?
— Случилось! — Шерил проигнорировала предупреждающий взгляд
Мишель.
На лице Тони промелькнула тень беспокойства. — Что?
— Я искала тебя не потому, что что-то случилось, Тони, — поспешно
успокоила брата Мисси. Он казался взволнованным, и она боялась оттолкнуть
его. — Просто я собиралась замуж и хотела, чтобы ты был на
свадьбе. — Как больно было выговорить это! Каждое слово, словно острый
нож, вонзалось в ее истерзанное сердце. — Но, может, и хорошо, что ты
отсутствовал, потому что все закончилось совсем не так, как я ожидала.
— Если бы мне только попался этот Джефф Хейфорд! — воскликнула
Шерил.
— Джефф Хейфорд?! — Случилось как раз то, чего Мишель опасалась.
Тони отреагировал на это имя так, словно его ударило током. Голова юноши
резко дернулась назад, покрасневшие глаза округлились, лицо залила
мертвенная бледность. — Ты спуталась с Джеффом Хейфордом?
— Откуда ты его знаешь?
У Мисси пересохло во рту. Последнее заявление Джеффа, предложившего ей
узнать правду от своего брата, постоянно сверлило ее мозг, и при виде
панической реакции Тони самые страшные опасения приобрели реальные
очертания. Словечко
спуталась
резануло ее слух.
— Его все знают. Джеффри Хейфорда называют Воскресителем, потому что он
обладает талантом находить угасающий бизнес, дешево его перекупать, а затем
превращать в процветающий. Нет ничего удивительного в том, что он
заинтересовал тебя, — заявил Тони, и Мишель поняла, что брат что-то
недоговаривает.
— Что случилось. Тони? — спросила она, охваченная неприятным
предчувствием.
— Потом. — Он взглянул на Шерил, и та поняла намек:
— Мне пора. Увидимся завтра, Мисси.
Мишель едва кивнула подруге на прощание. Все ее внимание сфокусировалось на
бледном лице брата. Он стоял, нервно переминаясь с ноги на ногу и сжимая
кулаки.
— Что случилось? — мягко повторила она свой вопрос.
— Я работал барменом в одном клубе. — Глаза Тони беспокойно
забегали, и он посмотрел куда-то вниз, стараясь не встречаться с сестрой
взглядом. — Однажды ночью не пришел постоянный вокалист, и я его
заменил. Так случилось, что в ту ночь Джеффри Хейфорд заглянул в клуб,
услышал, как я пою, побеседовал со мной и сказал, что ему очень понравилось
мое выступление. Он спросил, не хочу ли я стать профессиональным музыкантом,
и, узнав, что это моя заветная мечта, вызвался помочь. Но прежде он хотел
убедиться, что не теряет время зря. Честно говоря, я думал, что на этом дело
и кончится, но на следующую ночь Джефф появился снова, на этот раз со своим
консультантом, независимым продюсером, к
...Закладка в соц.сетях
