Жанр: Любовные романы
Розы гленросса
...луев, Алекса, я мужчина с нормальными мужскими желаниями. Я
хочу тебя. Всю без остатка. Так, как мужчина хочет женщину. Ты понимаешь меня?
Она кивнула.
- Я все понимаю, Джейми.
- Ты тоже этого хочешь? Правда?
- Правда, - сердце Алексы на мгновение сжал безотчетный ужас, однако она заставила
себя улыбнуться. - Пожалуйста, Джейми, поцелуй меня!
Услышав ее слова, Джейми понял, что больше не может сдерживаться.
- Любовь моя! - он резко прижал девушку к себе и приник к ее губам с такой страстью,
что оба невольно вздрогнули. - Я не уверен, что смогу быть нежным. Я слишком сильно
хочу тебя.
Алекса почувствовала, как ее захлестывает любовь и дикая, хмельная радость.
- Да, я знаю, Джейми, потому что чувствую то же самое.
Глава 7
Алекса обвила руками шею Джейми. Каждый раз, когда их губы встречались в поцелуе,
от желания шла кругом голова. Она чувствовала, что тает, растворяется в нем. Каждое
мгновение дарило ей новое ощущение: его волосы приятно щекочут ее руки; кожа
мгновенно согревается под его пальцами; его теплое дыхание касается ее виска, когда он
легонько прижимается к нему губами...
Их поцелуи были до краев полны нежностью. Джейми упивался присущим лишь ей
запахом, свежим и немного сладковатым, напоминавшим ему аромат цветущего вереска
на высокогорных лугах. Целуя и покусывая чувствительную кожу ее шеи, он постепенно
опустился к ключице, а потом его губы скользнули вниз и коснулись груди.
Девушка резко втянула воздух и вцепилась пальцами в его одежду.
Джейми поднял голову. Голос его заметно охрип.
- Хочешь, чтобы я остановился?
- Н-н-нет, - задыхаясь, прошептала она.
- Хвала небесам!
Он ласкал чувствительное местечко у нее на шее до тех пор, пока девушка не застонала
от удовольствия.
- Потому что я не уверен, что смог бы.
Джейми снял с нее плащ, бросил его на землю и потянулся к пуговицам ее платья.
Расстегнув лиф, он принялся за шнуровку нижней рубашки. Увидев ее мягкую, округлую
грудь, Джейми не удержался от счастливого вздоха.
- Ты еще прекрасней, чем я мог себе представить, Алекса!
Когда он наклонился и нашел ртом ее сосок, девушка подумала, что еще немного и она
умрет от удовольствия. Волны наслаждения прокатывались по ее телу одна за другой.
Влажная кожа блестела в лунном свете. Тяжело дыша, она дотянулась до плаща Джейми,
стащила его и отбросила в сторону.
Обнаженные тела влюбленных сплелись в тесном объятии. Алекса обвила Джейми
руками, с нетерпением ожидая поцелуя. И он не заставил себя ждать: лаская губами ее
губы, позволил своим умелым руками скользить по девичьему телу, заставляя Алексу
сходить с ума от желания.
- Джейми! - в ее голосе прозвучала отчаянная мольба.
Подчиняясь, он взял ее за руку, и они опустились на расстеленный плащ. Отчаянно
желая большего, он уложил ее на плащ, брошенный в прохладную от росы траву сада.
Целуя ее, даря ей ласки, он никак не мог насытиться этой нежной кожей, этими сочными
губами и смаковал каждое прикосновение, как глоток вина.
Сдерживаясь из последних сил, Джейми лег на Алексу. Каждый поцелуй, каждое
прикосновение подводили их все ближе к краю пропасти. Один шаг - и они сорвутся
вниз... Но Джейми отдалял миг единения, желая, чтобы это неземное удовольствие
длилось вечно.
Он любовался своей прекрасной возлюбленной, без остатка отдававшейся
наслаждению - губы девушки припухли от поцелуев, волосы разметались, а напряженное
тело, казалось, умоляло подарить ему освобождение.
- Алекса, моя прекрасная Алекса!
Поцелуи Джейми становились все более долгими и глубокими. Он наслаждался ее
стонами, когда, обвивая руками его шею, она выгибалась навстречу его телу.
Невзирая на прохладный ночной воздух и холодную росу, упавшую на траву, внутри у
них все сильнее разгоралось пламя, окутывая тела жаром и мешая дышать.
Джейми еще никогда не ощущал такого желания. Казалось, оно полностью подчинило
его себе. Он почувствовал, что должен взять ее. Взять немедленно или он попросту сойдет
с ума! Живущий внутри него демон отчаянно рвался на свободу.
Входя в нее, он услышал ее приглушенный вскрик.
- Святые небеса, я сделал тебе больно?
- Нет, любимый, - Алекса притянула возлюбленного к себе и обхватила его торс
ногами, впуская еще глубже. Потом она начала двигаться одновременно с ним, и все
возражения были забыты.
Теперь у них не было пути назад. Хотя, если честно, Джейми знал об этом с той самой
минуты, когда она вернулась к нему.
- Я люблю тебя, Алекса. Тебя одну, - прошептал он, когда движения его бедер
непроизвольно ускорились.
- И я люблю тебя, мой отважный и прекрасный воин! Тебя и только тебя, Джейми.
Едва эти слова сорвались с губ, Алекса почувствовала, что теряет сознание.
Сплетясь в последнем усилии, они почувствовали, что летят в наполненном звездами
пространстве. И это было самое удивительное и сладостное путешествие в их жизни.
Через миг они взорвались миллионом сияющих звезд, а потом медленно опустились на
землю.
- Жаль, что я был с тобой таким грубым, - Джейми лежал, уткнувшись лицом в ее шею.
Он до сих пор оставался внутри нее, и они лежали, сжимая друг друга в объятиях и
пытаясь отдышаться.
- Я и не заметила, - Алекса тихонько засмеялась. - Ну, скажем, ты был не очень груб.
- Тебе не тяжело?
- Нет, - она подумала, что согласна так лежать до конца своих дней. Прикосновения его
губ к шее дарили ей восхитительные ощущения. Алекса почувствовала себя счастливой и
полностью удовлетворенной.
- Алекса, моя Алекса! - Джейми передвинулся, лег на бок и крепко обнял ее. - Так
лучше, не правда ли?
-Да.
- Тебе холодно?
- Совсем нет, - Алексе пришло в голову, что, вообще-то, ей должно быть холодно,
поскольку только тонкий плащ защищал их от прохладного ночного воздуха. Но тепло его
тела согревало ее лучше, чем самые теплые меха. - А тебе не холодно, Джейми?
- Как мне может быть холодно, когда я сжимаю тебя в объятиях, любовь моя?
"Любовь моя"... Алекса подумала, что еще никогда не слышала таких прекрасных слов.
Она гладила темные волосы, покрывавшие его грудь, пока не наткнулась на длинный
шрам.
- Что это?
- Ничего, - Джейми поймал ее руку, - просто старая рана.
- Мне больно при мысли, что твоего тела касалось оружие!
- Теперь это не имеет значения, любимая. Сейчас, когда ты со мной, я забыл о своих
ранах. Они больше не могут причинить мне боль, - сказал он и удивился, осознав, что это
чистая правда - он чувствовал себя исцеленным, рожденным заново.
Джейми взял ее лицо в ладони.
- Война оставила шрамы на наших телах и сердцах, Алекса. Но мы выжили. Ты и я. До
сегодняшнего дня я ненавидел себя за то, что я жив, а все мои товарищи погибли. Ты
помогла мне понять, что нам даровано нечто более ценное, чем жизнь.
- И что же это?
- Любовь, - прошептал он, прижимаясь губами к ее губам. Джейми притянул Алексу
ближе и долго ласкал ее губы, прежде чем скользнуть языком внутрь.
- Моя милая Алекса, ты просто чудо! Я так тебя люблю! Любовь... Она мысленно
прижала это слово к сердцу, зная, что ни одно слово на свете не может значить для нее
больше.
- Все-таки тебе холодно, - Джейми укрыл ее плащом. - Я чувствую, как ты дрожишь.
- Это не от холода, Джейми, - она обняла его, прижалась к нему всем телом и
улыбнулась, обнаружив, что он снова возбужден. - Совсем не от холода...
Почувствовав себя увереннее, Алекса начала покрывать легкими влажными поцелуями
его шею, спускаясь все ниже и ниже. Когда Джейми застонал от удовольствия, она совсем
осмелела, пока он не поймал ее за плечо, чтобы остановить.
- Женщина, ты понимаешь, что ты со мной делаешь?
- Конечно, милорд, - она засмеялась, убирая влажные пряди волос, упавшие ему на
глаза, и наслаждаясь блаженством, отразившимся в его взгляде. - Вы станете возражать?
- Я стану возражать только в том случае, если вы вздумаете остановиться, миледи.
И прежде чем снова раствориться в пламени страсти, Джейми понял, что именно эту
женщину, этот прекрасный миг и столь неожиданный дар любви он ждал всю свою
жизнь.
- Джейми, что ты успел натворить? - проснувшись, Алекса обнаружила, что Джейми
сидит рядом с ней на траве, забросив ногу на ногу. Весьма довольный собой, он достал то,
что было спрятано у него под плащом.
- Я принес нам еды. И немного вина.
Алекса быстро взглянула на небо, убедившись, что утро еще не вступило в свои права.
Влюбленные провели всю ночь в саду, завернувшись в теплый плащ. Поспать им удалось
совсем немного, потому что большую часть времени они провели в любовных утехах.
Иногда им казалось, что даже земля колеблется от огромной силы их любви, а иногда они
любили друг друга нежно и легко, словно были любовниками уже целую вечность.
Алекса внезапно поняла, что именно так она себя и чувствует - словно они вместе с
момента сотворения мира.
Она села, убирая огненные кудри с глаз.
- Сестры уже проснулись?
- Нет. В трапезной никого не было, поэтому я взял все, что захотел. На полке я нашел
целый кувшин церковного вина, - Джейми наполнил кубок и протянул его Алексе. -
Уверен, отец Лазарь не станет возражать, если мы возьмем немного.
- Церковное вино? - остановив руку с кубком на полпути, Алекса бросила на него
удивленный взгляд. - Ты украл церковное вино?
- Любимая, я его не крал. Вообще-то, я с удовольствием возмещу монахам все убытки, -
с лукавой улыбкой он отломил кусок сыра. - Алекса, дорогая, признай, нам действительно
нужно немного подкрепиться!
- Твоя правда, - она улыбнулась и отхлебнула вина, чувствуя, как его тепло проникает в
кровь и согревает ее. Потом с удовольствием приняла предложенные им сыр и хлеб.
- Надо признаться принес тебе еды и вина... - его улыбка стала еще шире, когда он
отхлебнул вина, прежде чем вернуть ей кубок, - не просто так. У меня была на то очень
серьезная причина.
- И какая же?
Он наклонился, чтобы легонько коснуться губами ее губ. И оба тут же почувствовали,
как по телу прокатилась волна желания.
- Я хотел, чтобы ты перекусила и набралась сил, чтобы мы могли воспользоваться
последними драгоценными минутами. Ведь скоро проснутся сестры...
- Я должна была предвидеть, что вами руководило отнюдь не благородство, милорд.
Джейми забрал у нее кубок и отставил его в сторонку, прежде чем взять в ладони ее
лицо и поцеловать эти манящие губы.
- Но вы должны признать, это была хорошая идея, - прошептал он.
- Отличная идея, - мурлыкая, как сытая кошка, Алекса обняла его, отдаваясь
нарастающему удовольствию.
- Преподобная мать, сегодня ночью что-то случилось!
Сидевшая за письменным столом настоятельница подняла глаза.
- Что именно, сестра Фиона?
- Сегодня утром Мордрунд принесла завтрак в комнату Евы и обнаружила, что там
никого нет. Она говорит, что постель не смята...
- Может быть, девушка в часовне, с послушницами?
- Нет, я там была, - взволнованная монахиня теребила свою юбку. - И когда я зашла
проведать молодого лорда, то обнаружила, что его комната тоже пуста.
Мать-настоятельница встала из-за стола и начала мерить шагами кабинет. Случайно
она бросила взгляд в окно и застыла. Потом подошла к окну и вздохнула с облегчением.
- Что случилось?
Сестра Фиона торопливо подошла и встала рядом с ней. Когда она увидела Джейми и
Алексу, сидящих бок о бок на каменной скамье, она вскрикнула от удивления.
- Преподобная мать, девушка сняла плащ!
- Да, я заметила.
- Прежде я никогда не видела ее с непокрытой головой. Посмотрите, как переливаются
на солнце ее волосы!
- Вижу.
- И, кажется, она... смеется!
- Действительно.
- Это настоящее чудо! - сестра Фиона повернулась к матери-настоятельнице. Ее лицо
сияло от восторга. - Вы согласны?
- Да, сестра Фиона. Кажется, лорд и девушка наконец-то решили выйти из тьмы.
- Я должна сообщить это радостное известие сестрам! Возможно, отец Лазарь найдет
подходящую случаю благодарственную молитву.
- Хорошая мысль, - мать-настоятельница обители Креста Господня подождала, пока за
сияющей от радости монахиней закроется дверь, а потом снова вернулась к созерцанию
пары, сидящей в саду.
Она так долго молила Господа о чуде! И, похоже, оно все-таки свершилось. Матьнастоятельница
давно отреклась от мирской суеты, однако была мудрой женщиной и
понимала, что сила любви очень велика, однако ее одной иногда оказывается
недостаточно, чтобы излечить раны тела, души и сердца. Она вознесла молитву Господу,
надеясь, что этот случай - редкое исключение из правил. Ей очень хотелось, чтобы для
этих двоих жизнь превратилась в прекрасную сказку...
Лорд Джейми слегка коснулся плеча девушки, прежде чем склониться к ее уху и
прошептать что-то, заставившее ту улыбнуться.
Мать-настоятельница поспешно отвернулась - нехорошо подглядывать за
влюбленными...
-Вы только посмотрите на них, преподобная мать! - сестра Фиона остановилась в
проходе под аркой, чтобы полюбоваться молодой парой, работавшей в саду. - Как же
приятно видеть их такими счастливыми!
Она вздохнула.
- И такими влюбленными.
- Вы правы, сестра, - кивнула мать-настоятельница.
Этого нельзя было не заметить! Перемены, происшедшие с Алексой и Джейми,
изумляли всех обитателей аббатства. При виде молодых людей, которые прогуливались в
саду после ужина, застенчиво взявшись за руки, монахини и послушницы прятали
радостные улыбки, вспоминая, что совсем недавно они находились на волосок от гибели.
Теперь, зная о том, какая страшная участь постигла семью Алексы, они еще больше
радовались тому, что девушка вернулась к жизни.
Мать-настоятельница не могла скрыть своего удивления и восторга - сад еще никогда
не был так прекрасен. Тут цвели георгины размером с хорошее блюдце всевозможных
цветов, там высились стройные ряды львиного зева, вымахавшего в рост
человека. Некоторые клумбы прятались под шапкой ярко-желтых и оранжевых настурций,
другие укрывались ковром из нежно-розовой вербены и темно-фиолетовой наперстянки.
Даже стены и ограда были покрыты цветами - белый и розовый душистый горошек и
сочная пурпурная вистерия оплетали камни, украшая их своими ароматными соцветиями.
Казалось, цветы, подобно остальным обитателям старинного аббатства, греются в
лучах дивного сияния, исходившего от влюбленных...
Алекса и Джейми, как обычно, работали в саду.
- Знаешь, за что я люблю этот сад? - спросил он, стараясь, чтобы голос не прозвучал
чересчур восторженно.
- За что? - Алекса подняла на него глаза.
- За то, что он соединил нас. Сначала он просто служил нам убежищем, а потом -
доказательством того, что красота и покой все еще существуют в этом мире,
изуродованном войной.
Алекса улыбнулась.
- Это правда. Теперь этот мир принадлежит нам, Джейми. Но он отрицательно покачал
головой.
- Это всего лишь временное убежище, любовь моя. Мир по-прежнему ждет нас там, -
он указал куда-то в сторону дальнего леса. - Мой дом в горах. И мой народ. Теперь, когда
я поправился, я начинаю тосковать по ним. Я хочу, чтобы ты поехала со мной, Алекса, и
стала частью моей жизни.
Девушка замерла.
Джейми упал перед ней на колени.
- Прости меня, любимая! Но ты должна признать, что мы провели здесь достаточно
времени, чтобы исцелиться от ран, как телесных, так и душевных. Нам пора возвращаться
в реальный мир. Я уже известил свой клан, что жив и скоро вернусь. Я хочу, чтобы ты
поехала со мной, Алекса. Надеюсь, не слишком дерзко с моей стороны просить тебя
выйти за меня замуж и вернуться со мной в горы, где мы сможем жить вместе, как одна
семья.
- Жить вместе в горах? - инструмент выпал из ее пальцев, но девушка, казалось, этого
даже не заметила. - Я думала, что мы будем жить здесь, Джейми.
Он был слишком счастлив, чтобы заметить, что она нахмурилась.
- Любовь моя, это аббатство - надежное убежище для человека, чьи тело и душа
обезображены войной. Но теперь нам пришла пора идти своим путем. Раз у тебя больше
нет клана, я предлагаю тебе присоединиться к моему. Мои люди обязательно полюбят
тебя так же, как люблю тебя я. Джейми услышал тихий вздох.
- Любимая, что-то не так?
- Я думала, что ты поймешь. Скорее всего, я не смогу отсюда уехать.
- Но почему?
- Потому что я дала клятву. Потому... - девушка испуганно обвела глазами ставший
таким знакомым сад. Сотни мыслей роились у нее в голове. - Потому что моя работа здесь
еще не закончена.
В ответ на его немой вопрос Алекса наклонилась и подняла что-то с земли.
- Видишь? Как я могу уехать, если это происходит снова и снова?
- О чем ты говоришь?
- Вот, - на ее ладони лежало несколько сморщенных розовых бутонов. - Розы больны.
Что бы я ни делала, цветы не хотят распускаться. Бутоны появляются, но вскоре засыхают
и опадают.
Джейми улыбнулся.
- Так давай выкорчуем розы и посадим что-нибудь другое! Другие цветы, которые
украсят сад.
- Нет, - Алекса упрямо покачала головой. - Здесь, в центре сада, должны цвести розы.
Джейми попытался погасить растущее раздражение.
- Но почему?
- Так нужно, - девушка опустила голову, старательно избегая его взгляда. - В конце
концов, что за сад без роз?
Джейми поймал ее за подбородок и заставил поднять голову!
- Вряд ли ты так расстроилась из-за такой мелочи, любовь моя. О чем же ты мне не
хочешь говорить?
Алекса снова отвела глаза.
- Здесь должны быть розы. Без них сад не закончен. Джейми развел руками.
- Посмотри вокруг, Алекса! Посмотри, что тебе удалось сделать. Если бы не ты, здесь
до сих пор была бы только вытоптанная земля и валялись камни. Благодаря тебе сад
аббатства снов полон красоты и спокойствия. Почему бы тебе не насладиться тем, что уже
сделано, и не посадить вместо роз менее прихотливые растения?
- Ты не понимаешь, - она подняла на Джейми глаза, полные слез. - Я вижу сад таким,
каким он был когда-то.
- Ты видишь?
Алекса кивнула, боясь, что он примет ее за сумасшедшую, но ей необходимо рассказать
ему правду.
- Каждый раз, когда я закрываю глаза, я вижу сад таким, каким он был сто лет назад.
Это видение преследует меня даже во сне. Как и леди Анна со своей печалью.
- Теперь понятно, - Джейми снова прижал девушку к себе и почувствовал, что она
дрожит. - Не удивительно, что ты была такой замкнутой, любовь моя. Днем ты
возвращалась мыслями на поле боя, а ночью тебя тяготили мысли о чьем-то прошлом. Но
что же нам делать с настоящим, Алекса? И будущим? Нашим общим будущим?
Она тяжело вздохнула.
- Прости меня, Джейми. Я знаю только, что я пообещала леди Анне восстановить
былую красоту сада, чтобы скрасить ожидание, к которому она приговорена. И даже
больше - в свидетели я призвала отца Лазаря, - Алекса снова тяжело вздохнула. - Теперь
ты понимаешь, почему я не смогу уехать отсюда, пока розы не зацветут? Я не могу
нарушить обещание.
- А если розы не зацветут, когда мои люди приедут за мной? Что тогда, Алекса? Я уеду
один?
Алекса спрятала глаза.
- Если так суждено, то да,
- Ты хочешь сказать, что любишь этот сад больше меня?
- Нет, - ее руки непроизвольно сжались в кулаки. Нет, она не позволит себе прильнуть
к нему в поисках утешения и защиты! - Я никогда не буду любить кого-нибудь или чтонибудь
больше тебя, Джейми Морган! Но я дала слово.
- Слово можно нарушить. Алекса грустно покачала головой.
- Нет. Я дала слово Леди Анне, и я его сдержу.
- Значит, слово, данное призраку, для тебя важнее нашей любви?
- Ты так ничего и не понял...
- Ты не права, кое-что я понял - здесь ты чувствуешь себя в безопасности, Алекса. Это
место дает тебе покой, красоту и убежище от реальной жизни, которая кипит там, за
стенами аббатства Жизнь, которую я тебе предлагаю, будет полна тяжелого труда борьбы
и, возможно, войны. Но я также предлагаю тебе настоящую любовь. Разве может в жизни
быть что-нибудь более важное
Так и не дождавшись ответа, Джейми добавил:
- Поверь мне, Алекса, никто из женщин здесь, в аббатстве, ни живые, ни та, чей дух
бродит по саду, - не смогут любить тебя так, как я.
- Ты говоришь так, словно... - Алекса запрокинула голову чтобы не дать слезам
пролиться. - Словно ты твердо реши/ уехать, и неважно, со мной или без меня.
- Я нужен своему народу, Алекса. Когда мои люди приеду за мной, я должен буду
отправиться с ними. У меня на сердце будет тяжело, но я поступлю так, как решишь ты.
Алекса упрямо сверкнула глазами.
- Я люблю тебя, Джейми. Тебя и только тебя. И я с радостью назову твой народ своим,
но только когда моя работа здесь буде закончена. Я дала леди Анне слово, что сделаю сад
точно таким же, каким он был, когда она впервые пришла сюда.
- Если эти розы зацветут, будет ли твоя клятва выполнена? Или ты найдешь еще какоенибудь
оправдание, чтобы по-прежнему прятаться здесь от жизни? - спросил Джейми с
вызовом.
- Значит, ты думаешь, что я просто нашла предлог, чтобы остаться здесь?
Джейми понизил голос.
- Я еще раз спрашиваю тебя, Алекса: если розы зацветут, ты поедешь со мной? Она
кивнула.
- А если нет?
Девушка грустно покачала головой и отвернулась, чтобы он не увидел слез, которые у
нее уже не было сил сдерживать.
Джейми еще долго смотрел на нее, а потом развернулся и ушел. Его шаги гулким эхом
отдавались в коридорах притихшего аббатства.
Весть о ссоре влюбленных быстро разнеслась по аббатству, огорчив его обитателей.
Монахини и послушницы каждый день забегали в сад, с грустью убеждаясь, что розы
продолжают сморщиваться и умирать.
Каждый день Джейми шел в сад с надеждой на чудо. И каждый день, увидев, что
Алекса, стоя на коленях, подбирает опавшие бутоны, он уходил с такой печалью в глазах,
что у всех, кто его видел, сердце разрывалось от жалости.
Вскоре пришло известие, что отряд воинов-горцев прибыл в деревню, расположенную
неподалеку. Как обычно, Мордрунд узнала об этом первой и поспешила поделиться со
всеми этой новостью.
- Они такие огромные, - доложила она матери-настоятельнице, - и такие красивые, что
девушки в деревне рыдают от счастья!
Настоятельница встала и направилась к двери, сухо заметив:
- Я полагаю, в присутствии воинов сестры и послушницы смогут сохранить
самообладание, правда, Мордрунд? Идите и сообщите лорду, что его люди прибыли.
- Конечно, преподобная мать.
Когда воины-горцы подошли к воротам аббатства, все монахини и послушницы уже
собрались во дворе. Там же была и Алекса.
Джейми торопливо пробрался сквозь толпу, чтобы поприветствовать своих товарищей.
Когда он увидел их предводителя, радостный крик сорвался с его губ.
- Дункан, ради всего святого, это действительно ты?
Мужчины с хохотом обнялись.
- Я боялся, что уже никогда не увижу тебя, Дункан, - тихо сказал Джейми.
- Джейми, я вернулся домой две недели назад. Получив весточку, что ты живой, мы
чуть с ума не сошли от радости. Мы боялись, что случилось непоправимое...
Джейми повернулся к Алексе.
- Это мой старый и самый верный друг Дункан Мак-Кей, - и уже тише продолжил: -
Дункан, это прекрасное создание - Алекса Мак-Каллум.
Дункан поклонился девушке и увидел, что она непроизвольно отшатнулась.
- Я понимаю, что в таком виде не могу рассчитывать произвести на даму
благоприятное впечатление, как и все мы, - он махнул рукой в сторону остальных воинов.
- Но нам пришлось проделать долгий путь, чтобы поприветствовать нашего лорда.
Мать-настоятельница поспешила вмешаться, чтобы загладить неловкость.
- Добро пожаловать! Я - мать Мэри из ордена Креста Господня, настоятельница этого
аббатства. Не угодно ли вам и вашим людям подкрепиться и отдохнуть перед дальней
дорогой домой? В трапезной уже накрыты столы, а в часовне отец Лазарь разложит на
полу тюфяки, чтобы вы могли провести там ночь.
- Мы благодарны вам за вашу доброту, преподобная мать, - Дункан хлопнул своего
друга по плечу. - Ты присоединишься к нам в трапезной?
- Конечно.
Товарищи окружили Джейми со всех сторон. Он предпринял попытку вытянуть на
середину круга Алексу, но она попятилась, повернулась и убежала в сад.
Джейми старательно улыбался, пока они с друзьями шли по коридорам аббатства, но
все его мысли занимала девушка, которая, словно оставшийся без матери олененок,
пыталась найти свой путь в пугающе новом мире.
Гости аббатства были веселы и всем довольны. Когда на столе появился эль, в
трапезной стало шумно - то и дело раздавались взрывы смеха и громкие возгласы.
Джейми со своими людьми сидел за столом, а Алекса и остальные женщины
устроились в маленьком алькове, поскольку монахиням не подобало сидеть в компании
подвыпивших воинов.
- Выезжаем завтра? - спросил Дункан. Джейми бросил взгляд на Алексу.
- Я... Может быть, вы хотите отдохнуть, прежде чем мы тронемся в обратный путь?
- Джейми, нельзя терять ни минуты. У нас дома сейчас сплошные раздоры и
беспорядки, - Дункан опустошил свой кубок, приятно удивленный качеством эля. Еще
больше он удивился, когда взамен опустевшего кувшина старый монах поставил на стол
следующий.
Дункан с удовольствием снова наполнил кубок и сделал большой глоток.
- Кое-кто утверждает, что на самом деле ты мертв, а мы решили скрыть твою смерть,
чтобы не дать союзу кланов распасться. Некоторые даже начинают перешептываться, что
пора выбрать нового вождя из оставшихся в живых воинов. Джейми, я посоветовал бы не
мешкать и выехать завтра с первыми лучами солнца, чтобы положить конец слухам и не
дать разгореться междоусобной войне.
Джейми потребовалось несколько секунд, чтобы обдумать эти новости. Потом он
неохотно кивнул.
- Конечно, ты прав, друг мой. Я просто не понимал, насколько ситуация серьезна. Мы
выезжаем на рассвете.
Тут он увидел, что Алекса встает из-за стола. Джейми знал, что она пойдет в сад. Хоть
он еще и не отказался от надежды забрать ее с собой, плохое предчувствие не покидало
его. Он видел выражение ее лица и знал, что она намерена сдержать слово, данное леди
Анне. Чего бы ей это ни стоило...
В аббатстве погасли последние огни. Из часовни доносился дружный храп спящих
горцев. Джейми открыл дверь, ведущую в сад.
Лунный свет заставлял сиять не только цветы и деревья, но и древние каменные
скамьи. Воздух был наполнен сладостным ароматом сотен цветов, однако Джейми не
было дела да красоты ночного сада. Он направился к центру, где, разглядывая розовые
кусты,
Закладка в соц.сетях
