Рыцарь моего сердца

Аннотация

Леди Бринна Дюмон готовилась к венчанию со злейшим врагом семьи Брэндом
Ризанде, как к смертному часу. Каково же было изумление девушки, когда
оказалось, что жестокий негодяй Брэнд — вовсе не варвар, а
изысканный красавец и любимец женщин!

Пролог

Портлевен, Англия
Лето 1064 года
Карета остановилась на обочине грязной дороги. Отодвинув изящной рукой
бархатную занавеску, леди Бринна Дюмон высунулась в окно.
— Деррик, в чем дело? Почему вы остановились?
— Там впереди упало дерево, миледи. Надо убрать его с дороги. Боюсь,
нам потребуется какое-то время.
Бринна была недовольна промедлением, но день был чудесным, и недовольство
испарилось, как только она распахнула дверцу и спрыгнула на землю. Взгляд ее
зеленых, под цвет листвы, глаз изучающе скользнул по густым зарослям вдоль
дороги. Пока она с удовольствием вдыхала свежий запах утренней росы, мимо на
вороном боевом коне проскакал сэр Натан, самый верный страж дяди Роберта.
— Немедленно в карету, — приказал он, разворачивая к ней
фыркающего жеребца. — Тут может быть опасно.
Сэр Натан угрожающе высился в седле, а гневный блеск глаз свидетельствовал о
громадном желании перекинуть ее через колено и высечь, приводя к должному
повиновению. Бринна раздраженно прищурилась. Никогда!
— Я буду хорошей, сэр Натан, — с дерзкой улыбкой пообещала
она. — Только взгляну на лес. Я очень хочу вернуться домой, к отцу.
Уходя, Бринна чувствовала на спине его испепеляющий взгляд, но это ее не
трогало. Она подняла лицо к пологу листвы над головой, закрыла глаза и
сделала глубокий вдох. Легкий ветерок приятно целовал щеки и ласково
поигрывал прядкой медных волос, выбившейся из прически. Бринна заправила
локон и быстро оглянулась на сэра Натана, который отдавал приказания своим
людям. Все были заняты, и она бесшумно исчезла за деревьями.
Бринна шла по лесу, увертываясь от колючих сухих веток и раздвигая
виноградные лозы, которые так и норовили зацепиться за одежду. Сэр Натан
громко распоряжался и давал слугам указания, как убрать с дороги упавшее
дерево. Сварливый рыцарь служил дяде Роберту с давних времен, его весьма
уважали, с уважением относился к нему и ее отец, но это не мешало Бринне
спорить с сэром Натаном при каждом удобном случае. Разумеется, не она
затевала эти споры. Натан был упрямым старым воином, который считал, что
леди не должна ездить верхом, носить сапоги, а тем более говорить, пока ее
не спросили. Бринна до сих пор не решила, каким было для нее лето,
проведенное в спорах с сэром Натном: ужасным или веселым. Дочь лорда
Ричарда, сильнейшего воина в Англии, также любила хорошую битву, как и ее
отец. Но сейчас это не имело значения.
Наконец-то она возвращалась домой и с нетерпением ждала встречи с отцом.
Впрочем, она может еще не много подождать и порадоваться такому
великолепному дню.
Резкий голос Натана преследовал ее до маленькой горной долины, где его
заглушило пение голубых соек. Увидев роскошный луг, покрытый цветочным
ковром из желтых жасминов и голубого льна, Бринна улыбнулась, подняла юбки и
побежала через поле. В тени старой ивы она упала в высокую траву и закрыла
глаза. Нежные лепестки касались ее рук и шеи, щекотали щеки.
И вдруг ее внимание привлек какой-то странный звук. Она сначала подумала,
что грезит. Потом села, огляделась. Никого. Она в долине одна. Но чей-то
обольстительный смех, будто пение сирены, потянул ее к зарослям смородины.
Голос определенно мужской, хотя, в отличие от хриплых голосов мужчин из
гарнизона дяди Роберта, не такой грубый. Бринна присела за кустами и
раздвинула ветки.
По лагуне, всего в нескольких футах от нее, плыл на спине мужчина, тугие
узлы мышц блестели под золотыми лучами солнца. Повернув голову, пловец
набрал полный рот воды и веселым фонтаном выпустил ее в воздух.
При виде голого мужчины Бринна залилась румянцем, но продолжала наблюдать за
ним. Кизиловые деревья вокруг маленькой заводи покачивались от легкого
ветерка и роняли розовые и белые цветы. Как снежные хлопья, изящные лепестки
кружились в воздухе и падали на воду. Бринна увидела самого интересного и
самого прекрасного мужчину. Он плавал в лагуне один, но играл так, словно
другие радовались прекрасному дню вместе с ним. Потом он глубоко нырнул в
прозрачную голубую рябь, в только ему знакомый мир. Время шло, а он все не
появлялся. Встревоженная Бринна встала с колен, уже не стесняясь раскрыть
свое присутствие в зарослях. Она бы прыгнула в воду, чтобы спасти
незнакомца, но не умела плавать. Внезапно с громким всплеском он вылетел из-
под воды в облаке сверкающих брызг, и Бринна успела заметить его упругий
живот... и то, что ниже. Мгновенно развернувшись, он снова исчез в глубине,
чтобы вскоре опять появиться на поверхности.

У Бринны возникло ощущение, что она видит, мифического Тритона, играющего в
родной стихии, возможно, под водой скрывается большой чешуйчатый хвост,
мощный и переливчатый. Как бы там ни было, удивительный незнакомец выглядел
здесь счастливее, чем любой обыкновенный человек. Ни разу в жизни она не
видела на лице мужчины такого опьяняющего удовольствия. Вода была его
любовницей, целующей и ласкающей тело любимого, и он, закрыв глаза,
полностью отдался наслаждению. А потом он открыл глаза и поднял лицо к
солнцу. От цвета этих глаз у Бринны замерло сердце. Они вобрали в себя всю
синеву неба и бездонную зелень моря. Ей захотелось навсегда остаться в этой
лагуне и наблюдать за его уединенными забавами, она почувствовала странный
жар в груди.
Но приближающийся стук копыт оторвал Бринну от восхитительных мечтаний. Она
повернула голову в сторону незваного гостя. Из-за деревьев появилась
всадница на белом коне. Светлые волосы шелковистым великолепием спадали по
спине до седла, красивое лицо, фигура тонкая, гибкая, как молодые ивовые
побеги, высившиеся в траве вокруг лагуны.
Заметив всадницу, мужчина улыбнулся:
— Опаздываешь, Колетт.
— Удивлена, что ты заметил.
Красавица одарила его дразнящей улыбкой, потом спешилась и привязала коня к
ближайшему дереву.
Бринна от изумления открыла рот, когда платье незнакомки соскользнуло с плеч
и упало к ее ногам. Как будто ангел сбросил крылья. Глядя на нее, мужчина
так легко поплыл к берегу, что не поднял даже ряби. Догадавшись, что пара
собирается не просто вместе поплавать, Бринна пришла в замешательство. Ну, и
что ей теперь делать? Как ускользнуть, не обнаружив себя? Может, лучше
выждать? Странная мысль и увлекала, и беспокоила ее. Она хотела представить,
что этот Тритон принадлежит ей одной.
— Вода холодная? — спросила девушка.
— Я согрею тебя, — вкрадчиво пообещал Тритон. Голос — как
ласкающий ветерок в знойный день. Грациозно переступив через платье,
обнаженная девушка направилась к озеру. Пловец сразу вышел на берег.
Потрясенная Бринна с унизительным восхищением смотрела на его блестящую
мокрую спину, округлые ягодицы, мускулистые бедра, сильные икры. Он взял
девушку за руки, отступил к воде и нежно потянул ее за собой. Она, улыбаясь,
протестовала и остановилась, когда холодная вода лизнула ей ноги, однако
пловец с веселым смехом продолжал тянуть Колетт на глубину. Вода уже
доходила ему до пояса. Тогда он, схватив возлюбленную в объятия, вдруг
откинулся на спину и поднял ее над собой.
Бринна хотела отвернуться, убежать, но была словно околдована. Его смехом,
тем, как пальцы гладили мокрое тело возлюбленной, лежавшее на его груди.
Наконец он выпустил ее и сразу исчез под водой. Девушка последовала за ним,
а Бринна ждала и мысленно отсчитывала секунды. Пора бы им уже вынырнуть. Ей
очень хотелось снова увидеть его лицо. Когда она уже подумала, что больше не
выдержит напряжения, из глубины будто вырвался гейзер. Мужчина держал
возлюбленную за талию, вынося ее на поверхность. Девушка глотала воздух
открытым ртом, словно это был ее последний вдох. Тем не менее она улыбалась,
скользя вниз по его телу. Бринна видела на его лице страсть.
— Я люблю тебя.
Слова можно было прочесть по его губам, увидеть в его глазах. Бринна тяжело
вздохнула. Если бы они предназначались ей...
Он целовал шею красавицы, прокладывая жгучую дорожку к ее груди, потом опять
нырнул, а девушка в упоении откинула голову. Бринна пыталась и не могла
представить, что он делает красавице под водой. Но чем бы он там ни
занимался, это заставляло его возлюбленную тяжело дышать, стонать и даже
вскрикивать.
Он вынырнул, теперь позади девушки, обнял и что-то прошептал ей в ухо —
слова, которые сделали ее улыбку лучезарной, как солнце. Наконец он легко
приподнял возлюбленную и опять уложил на себя.
Бринна, слава Богу, подавила стон раньше, чем он вырвался наружу. Однако
пламя, зажженное в ней Тритоном, уже нельзя было погасить, и она знала, что
никогда этого не забудет.

Закладка в соц.сетях