Жанр: Любовные романы
В погоне за наследницей
...ина молча кивнула, и он, еле сдерживая гнев, прочитал о том, как
отвратительно обращался с ней Оливер Пруитт. За последние два дня она то и
дело испытывала его терпение, но он не мог не уважать эту девушку за то, как
ловко она каждый раз выходила из затруднительного положения.
— Как ты полагаешь, что нам с ней делать? — спросил Блейк, когда
Каролина закончила писать.
— Ради бога, Рейвенскрофт, — сказал маркиз, — дай ей чаю.
Разве ты не видишь, что она не может говорить?
— Сам принеси.
— Я не хочу оставлять тебя с ней одного. Это неприлично.
— А тебя оставить с ней прилично? — нахмурился Блейк. — Твоя
репутация хорошо известна.
— Конечно, но...
— Уйдите! — прохрипела Каролина. — Оба!
Они повернулись к ней и только сейчас, кажется, вспомнили, что предмет их спора находится в комнате.
— Извините, — сказал маркиз.
"Я бы хотела на несколько минут остаться одна, — написала Каролина и
сунула бумагу мужчинам под нос. Потом поспешно дописала:
— Милорды".
— Зовите меня Джеймс, — ответил маркиз. — Как все мои друзья.
Она бросила на него неприязненный взгляд, явно сомневаясь в его дружеских
намерениях.
— А это Блейк, — добавил Джеймс. — Полагаю, вы обращаетесь
друг к другу по имени?
До этой минуты я не знала его имени
, — написала Каролина.
— Как тебе не стыдно, Блейк? Это дурной тон.
— Мне придется забыть, что ты сказал, — буркнул Блейк, —
потому что если не забуду, то буду вынужден убить тебя.
Каролина против воли хихикнула. Ее похитителю не откажешь в чувстве юмора.
По крайней мере она надеялась, что он шутит.
Но взгляд, который метнул Блейк на маркиза, мог бы свалить с ног и
Наполеона. Или, во всяком случае, сильно ранить.
— Не обращай на него внимания, — весело сказал Джеймс. — У
него характер — как у самого дьявола. И всегда был такой.
— Эй, полегче, — раздраженно произнес Блейк.
— Я знаю его с двенадцати лет, — продолжал Джеймс. — Мы жили
с ним в одной комнате в Итоне.
— Правда? — хрипло спросила Каролина, чтобы еще раз проверить
голос. — Как здорово!
Джеймс прыснул со смеху.
— Недосказанная часть этого предложения, видимо, должна означать
вы
друг друга стоите
. Ладно, Рейвенскрофт, оставим бедную девочку в покое на
некоторое время. Она, наверное, хочет умыться, переодеться и привести себя в
порядок, как все женщины.
Блейк сделал шаг вперед — Она уже одета. И нам нужно расспросить ее о...
Джеймс поднял руку.
— У нас на это целый день, а она никуда не денется.
Каролина недовольно хмыкнула. Ей не нравилось, когда про нее так говорили.
Как только мужчины вышли из комнаты, она вскочила с кровати, ополоснула
водой лицо и надела туфли. Какое блаженство, что можно потянуться и размять
мышцы. Она провела в кровати два дня, а ей никогда еще не приходилось
бездействовать так долго.
Каролина постаралась привести себя в порядок, хотя это было непросто,
учитывая, что она уже четыре дня носила одно платье. Белье сильно помялось,
но выглядело достаточно чистым. Она заплела волосы в тугую косу и подошла к
двери, которая оказалась незапертой. Без труда найдя лестницу, Каролина
проворно сбежала вниз.
— Куда-нибудь собираетесь?
Она испуганно подняла глаза. Небрежно прислонясь к стене и скрестив руки на
груди, в холле стоял Блейк.
— Чай, — прошептала она. — Вы сказали, я могу выпить чаю.
— Я? — протянул Блейк.
— Если нет, то я уверена, что вы думали об этом.
Его губы против воли расплылись в улыбке.
— А вы за словом в карман не лезете, Она деланно поклонилась.
— Я столько дней не говорила.
— Не язвите, мисс Трент. Мое терпение не бесконечно — А я было
подумала, что оно уже кончилось, — возразила она. — Кстати, если я
зову вас Блейк, можете называть меня Каролина.
— Каролина. Это имя идет тебе больше, чем Карлотта.
— Забудем об этом. Во мне нет ни капли испанской крови. Совсем немножко
французской, — добавила она, зная, что это лишнее, но не в силах
остановиться.
— Ты понимаешь, что сорвала выполнение важного задания?
— Смею вас уверить, я не собиралась этого делать.
— Конечно, но факт остается фактом, и теперь тебе придется исправлять
ошибки.
— Если исправление ошибок приведет к тому, что Оливер просидит остаток
дней в тюрьме, можете полностью на меня положиться.
— Тюрьмы для него маловато. А виселица будет в самый раз.
Каролина проглотила подступивший к горлу комок и отвела глаза, внезапно
поняв, что ее помощь этим мужчинам может означать для Оливера смерть.
Конечно, она ненавидела его, но ей не хотелось становиться причиной чьей-то
гибели.
— Придется отбросить сантименты, — произнес Блейк.
Она в ужасе подняла глаза. Неужели на ее лице так легко прочитать мысли?
— Как вы узнали, о чем я подумала?
Он пожал плечами.
— Каждому человеку с совестью приходится решать эту проблему, когда он
впервые сталкивается с ней.
— Правда?
— Конечно. Но я быстро это преодолел.
— Что же случилось?
Он приподнял бровь.
— Ты задаешь много вопросов.
— По крайней мере вдвое меньше, чем вы, — парировала Каролина.
— У меня по роду деятельности есть право задавать их.
— Это было связано с гибелью вашей невесты?
Он столь свирепо посмотрел на Каролину, что она была вынуждена отвести
взгляд.
— Я не то хотела сказать, — промямлила она.
— Никогда больше не упоминай о ней.
Эти слова прозвучали столь зловеще, что Каролина невольно сделала шаг назад.
— Простите, — прошептала она.
— За что?
— Не знаю, — ответила она, не решаясь упомянуть о его
невесте. — За то, что заставила вас страдать.
Блейк с любопытством посмотрел на нее. Она казалась искренней, и это
удивляло его. Но прежде чем он придумал, что сказать, в холл вошел маркиз.
— Интересно, Рейвенскрофт, — сказал Джеймс, — тебе не
кажется, что стоит нанять еще нескольких слуг?
При виде элегантно одетого маркиза Ривердейла, держащего в руках поднос с
чаем, Блейк с трудом удержался от улыбки — Если бы сумел найти таких,
которые бы не болтали лишнего, я нанял бы их тут же. Хотя, как только я
закончу службу в военном министерстве, это качество перестанет быть таким
важным.
— Ты все еще решительно настроен уйти?
— И ты еще спрашиваешь!
— Я думаю, это означает
да
, — сказал Джеймс Каролине. —
Хотя с Рейвенскрофтом ни в чем нельзя быть уверенным У него ужасная привычка
отвечать вопросом на вопрос.
— Да, я заметила, — ответила Каролина.
Блейк сделал шаг вперед.
— Джеймс!
— Что, Блейк?
— Заткнись!
Джеймс усмехнулся.
— Мисс Трент, почему бы нам не удалиться в гостиную? Чай подлечит ваше
горло. И как только вы сможете говорить, мы придумаем, что с вами делать.
Каролина последовала за Джеймсом, а Блейк на мгновение прикрыл глаза,
слушая, как она хрипло отвечает маркизу:
— Зовите меня Каролина. Я уже попросила об этом мистера Рейвенскрофта.
Немного помедлив, Блейк последовал за ними. Он пытался собраться с мыслями,
хотя это было непросто. Он почувствовал несказанное облегчение, когда
оказалось, что Карлотта де Леон вовсе не Карлотта де Леон.
Каролина. Ее зовут Каролина. Каролина Трент. Значит, он воспылал желанием не
к предательнице.
Блейк с отвращением тряхнул головой. Можно подумать, все дело было только в
этом. Как им теперь с ней поступить, черт побери? Каролина Трент умна, очень
умна.
Это совершенно ясно. И она достаточно ненавидит Оливера Пруитта, чтобы
помочь им уличить его в измене. В конце концов Пруитт велел сыну
изнасиловать ее. Вряд ли такое можно забыть.
Самое простое — оставить ее здесь, в Сикрест-Мэнор. Она наверняка знает о
Пруитте многое, что можно использовать против него. Сомнительно, чтобы она
была в курсе всех его дел, но умелые расспросы, на которые они с Джеймсом
мастера, возможно, позволят вытащить из нее подробности. Она и сама не
подозревает, что знает их. Во всяком случае, она сможет нарисовать им план
Пруитт-Холла — бесценные сведения на случай, если им с Джеймсом понадобится
проникнуть в него Но если она может оказать им помощь, почему он не решается
предложить ей остаться?
Блейк знал ответ. Но не хотел заглядывать в свою душу слишком глубоко.
Проклиная себя за трусость, он повернулся и направился к выходу. Нужно
подумать на свежем воздухе.
— Как ты думаешь, чем занят наш лучший друг Блейк? — спросил
Джеймс, наливая чай.
Услышав его слова, Каролина подняла глаза.
— Вообще-то он мне не лучший друг, — ответила она.
— Но я бы не назвал его твоим врагом.
— Конечно, нет Просто мне кажется, что друг не, стал бы привязывать
друга к спинке кровати.
Джеймс чуть не поперхнулся.
— Каролина, ты не представляешь, что могут друзья.
— Это вопрос спорный, — ответила она, глядя в окно. — Он
вышел погулять.
— Что? — Джеймс вскочил с дивана и подошел к окну. —
Проклятый трус!
— Вряд ли он меня боится, — пошутила Каролина.
Джеймс повернул голову и посмотрел на нее так пристально, что Каролине стало
не по себе.
— Как знать, — задумчиво произнес он.
— Милорд?
Джеймс тряхнул головой, словно стараясь избавиться от ненужных мыслей, но не
отвел взгляда.
— Я сказал, чтобы ты звала меня Джеймс. — Он загадочно улыбнулся и
добавил:
— Или
милый друг
, если Джеймс кажется тебе слишком фамильярным.
— Оба обращения слишком фамильярны, и вы это отлично знаете, —
заметила Каролина. — Но, учитывая мое нелепое положение в этом доме,
видимо, глупо тратить силы на такую ерунду.
— Ты удивительно разумная женщина, — с улыбкой произнес
Джеймс. — Лучшая представительница своего рода.
— Что в этом удивительного — ведь мой отец занимался торговлей, —
съязвила она. — А для этого нужно быть очень умным.
— О да, конечно. Торговля. Хорошо, что напомнила. А чем он торговал?
— Лесом.
— Понятно. Ты, должно быть, выросла на побережье?
— Да. Я жила в Портсмуте, пока... Почему вы на меня так странно
смотрите?
— Прости, разве я смотрю?
— Да, — решительно ответила Каролина.
— Просто ты напомнила мне одного человека, которого я когда-то знал. Не
лицом. И даже не манерами. Это скорее... — Он посмотрел вверх, словно в
поиске подходящего слова. — Скорее внутреннее сходство, если таковое
существует.
— О, — ответила Каролина, не придумав ничего более умного. —
Понятно. Надеюсь, она была хорошенькой?
— О да. Самая лучшая. Но не обращай внимания. — Джеймс отошел от
окна и сел на стул возле нее. — Я много раздумывал над нашей ситуацией.
Каролина отпила чай.
— Правда?
— Да. Я думаю, ты должна остаться здесь.
— У меня нет никаких возражений.
— И ты не беспокоишься за свою репутацию?
Каролина пожала плечами.
— Вы сами сказали, что я очень разумна. Мистер Рейвенскрофт уже
говорил, что его слуги лишнего не болтают.
А я могу либо остаться, либо вернуться к Оливеру. Другого выбора у меня...
— Да это и не выбор, — прервал ее Джеймс, — если только ты не
собралась замуж за его сына-недоумка.
Каролина решительно закивала.
— Конечно, я могу вернуться к своему первоначальному плану.
— А в чем он состоял?
— Я хотела найти место в гостинице.
— Не слишком безопасное занятие для одинокой женщины.
— Я знаю, — согласилась Каролина, — но у меня правда нет
выбора.
Джеймс задумчиво потер подбородок.
— Здесь, в Сикрест-Мэнор, ты будешь в безопасности.
Конечно, мы не собираемся возвращать тебя Пруитту.
— Мистер Рейвенскрофт еще не разрешил мне остаться, — напомнила
ему Каролина. — А это его дом.
— Разрешит.
Каролина подумала, что Джеймс чересчур уверен. Правда, он не знает о
поцелуе. А Блейку, похоже, совсем не нравится, что она может остаться здесь.
Внезапно Джеймс повернулся и посмотрел ей в глаза.
— Мы хотим, чтобы ты помогла нам посадить за решетку своего опекуна.
— Да, мистер Рейвенскрофт говорил об этом.
— А он не говорил тебе, чтобы ты звала его Блейком?
— Говорил, но мне это кажется слишком...
Интимным. Слово готово было сорваться у нее с языка, и перед ее внутренним
взором появилось лицо Блейка. Темные брови, чуть выступающие скулы, улыбка,
которая редко появлялась.., о, но зато когда она появлялась...
Каролина смутилась при воспоминании о том, как от одной из его улыбок у нее
закружилась голова.
А его поцелуй! Боже, она думала, что сойдет с ума. Он прижался к ней, и она
словно остолбенела, завороженная его взглядом из-под полуопущенных век. Если
бы он не назвал ее Карлоттой, один Бог знает, что бы она могла ему
позволить.
Но самое удивительное состояло в том, что ему тоже понравился их поцелуй.
Перси всегда говорил, что она входит в тройку самых некрасивых девушек
Гэмпшира, но Перси дурак, и ему нравились только грудастые блондинки .
— Каролина?
Она подняла глаза.
Губы Джеймса изогнулись в насмешливой улыбке.
— Ты витаешь в облаках.
— О, простите меня, я только хотела сказать, что мистер.., э.., я имела
в виду Блейк уже говорил мне, чтобы я помогла вам арестовать Оливера. Должна
признаться, я в замешательстве от мысли, что он отправится на виселицу при
моем участии, но если, как вы говорите, он замешан в шпионаже...
— Да, я в этом уверен. — Джеймс едва заметно улыбнулся. —
Каролина Трент, ты не только разумная девушка, но и настоящая патриотка.
Просто подарок.
Если бы Блейк думал так же!
Она поставила чашку на поднос. Ей не нравилось, куда заводят ее мысли при
воспоминании о Блейке Рейвенскрофте.
— А, смотри, — произнес Джеймс, внезапно поднимаясь. — Наш
странствующий хозяин вернулся.
— Простите, что?
Джеймс указал на окно.
— Кажется, он передумал. Может, он решил, что наша компания на самом
деле не так плоха?
— Или, возможно, начался дождь, — возразила Каролина. — Он
уже накрапывал.
— Так и есть. Мать-природа на нашей стороне.
Минуту спустя Блейк с мокрыми волосами вошел в гостиную.
— Ривердейл, — сказал он. — Я думал о ней.
— Она в комнате, — сухо произнесла Каролина.
Если Блейк и слышал ее, то сделал вид, что не заметил — Ей придется уехать.
Прежде чем Каролина успела возразить, Джеймс скрестил руки на груди и
сказал:
— Я не согласен. Категорически.
— Это слишком опасно. Я не хочу, чтобы женщины рисковали жизнью.
Каролина не знала, обижаться или чувствовать себя польщенной, но,
поразмыслив, решила обидеться. Его заявление происходит скорее от невысокого
мнения о женщинах, чем от заботы о ней.
— Вы не думаете, что этот вопрос решать мне? — спросила она.
— Нет, — ответил Блейк, дав понять наконец, что знает о ее
присутствии.
— Блейк бывает очень заботлив с женщинами, — сказал Джеймс.
— Я не хочу, чтобы ее убили, — отрезал Блейк, метнув на друга
сердитый взгляд.
— Ее не убьют, — возразил Джеймс.
— Откуда ты знаешь? — сурово спросил Блейк.
Джеймс сдавленно рассмеялся:
— Потому что, мой дорогой мальчик, я уверен, ты этого не допустишь.
— Не смотри на меня свысока! — повысил голос Блейк.
— Извини за
дорогого мальчика
, но ты ведь знаешь, что я говорю
правду.
— Может, вы объясните мне, о чем идет речь? Меня это, видимо, тоже
касается, — с вызовом произнесла Каролина, переводя взгляд с одного на
другого.
— Нет, — коротко ответил Блейк, глядя поверх ее головы Что он
собирается с ней сделать, черт возьми? Оставаться здесь для нее слишком
опасно. Он должен позаботиться, чтобы она уехала, пока не поздно.
Но она уже разбудила в нем те чувства, о которых он предпочел бы забыть. И
причина, по которой он не хотел, чтобы она оставалась, была проста. Она
пугала его Он потратил слишком много душевных сил, чтобы держаться подальше
от женщин, которые пробуждают в нем что-либо, кроме похоти или скуки.
А Каролина умна. Находчива. Чертовски привлекательна. Ей нельзя приближаться
к Сикрест-Мэнор ближе чем на десять миль. Но что делать, если она уже
перевернула все его мысли?
— А, дьявол, — произнес он наконец, — пусть остается.
Но я хочу, чтобы вы оба знали, что я был против.
— Ты дал это ясно понять, — с ухмылкой произнес Джеймс.
Блейк пропустил его слова мимо ушей и бросил взгляд на Каролину. Зря. Она
улыбалась ему — правда улыбалась, отчего ее лицо светилось, как звезда в
ночном небе. Она выглядела такой милой и привлекательной, такой...
Блейк выругался про себя. Он знал, что совершает громадную ошибку. Она
улыбалась так, словно намеревалась согреть самые потаенные уголки его
сердца.
Господи, она пугает его.
Глава 6
Ин-ло-ги-чест-вен-ность (существительное). Качество,
противоположное логике. Меня не сильно тревожит инлогичественность моего поведения, за
исключением, может быть, неловкости, которую я испытываю, когда пытаюсь
произнести это слово. Каролина была так счастлива остаться в Сикрест-Мэнор, что только на
следующее утро сообразила одну неприятную вещь: ей нечего рассказать об
Оливере. Она ничего о нем не знала.
Другими словами, пользы от нее никакой.
Блейк и Джеймс пока этого не поняли. Они, вероятно, думают, что она
аккуратно запоминала все, что делал Оливер, но очень скоро правда выплывет
наружу, и она снова станет им ненужной.
Единственный способ избежать этого — сделать что-то полезное. Может быть,
если она займется домом или садом, Блейк позволит ей остаться в Сикрест-
Мэнор даже после того, как поймет, что ей нечего сообщить военному
министерству. В конце концов, она не собирается оставаться здесь на всю
жизнь. Ей всего лишь нужен дом? где можно укрыться на шесть недель.
— Что делать? Что делать? — спрашивала она себя, бесцельно бродя
по дому в поисках подходящего занятия. Ей нужно найти такое дело, которое
потребовало бы много времени — несколько дней, а то и неделю. За это время
она убедит Блейка и Джеймса, что она благодарный и занятный гость.
Каролина вошла в музыкальную комнату и провела рукой по гладкому дереву
фортепиано. Жаль, что она так и не научилась играть. Ее отец всегда
настаивал на уроках музыки, но он умер, так и не успев осуществить свою
мечту. А опекунов ее воспитание не интересовало.
Она подняла крышку и ударила пальцем по клавише из слоновой кости, улыбаясь
тому, какой получился звук. Музыка как-то скрасила ей утро. Не то чтобы эти
звуки можно было действительно назвать музыкой, не оскорбив слух настоящих
музыкантов, но Каролина все же почувствовала себя лучше, произведя этот шум.
В музыкальной комнате, вероятно, сегодня еще никого не было, поэтому шторы
на окнах были плотно задвинуты.
Или скорее всего этой комнатой вообще редко пользовались и держали шторы
закрытыми, чтобы солнце не попадало на фортепиано. Никогда не имея
собственного музыкального инструмента, Каролина не могла с уверенностью
сказать, действительно ли солнце вредно для него.
Как бы там ни было, решила она, а немного солнца не повредит. Она подошла к
окну, открыла тяжелые парчовые шторы и обомлела от изумительного вида,
который открылся перед ней.
Розы. Сотни роз.
— Неужели я нахожусь прямо под своей маленькой комнаткой? —
удивилась она, открывая окно и высовываясь наружу. Здесь должны быть и розы,
которые она видела из своего окна.
Более внимательный взгляд подтвердил ее правоту. Кустами никто не занимался,
и они слишком разрослись, а в одном из них что-то белело, подозрительно
напоминая ее бумажную птицу. Она высунулась сильнее. Гм-м. Кажется, она
сейчас ее достанет.
Несколько минут спустя птица уже находилась в руках Каролины.
— Вас давно следует подрезать, — произнесла она вслух, обращаясь к
розам. Кто-то ей сказал, что цветы любят, когда с ними разговаривают. А при
таких опекунах только, и оставалось, что разговаривать с цветами.
Она выпрямилась и внимательно огляделась. Мистер Рейвенскрофт не вышвырнет
ее из дома, пока она занимается цветами. А видит Бог, сад нуждается в уходе.
Кроме роз, разрослась и жимолость, а изгородь давно нужно подровнять. Да и
тем красным цветкам, названия которых она не знала, немного солнца не
помешает.
Да, сад нуждается в ее руке.
Как только решение созрело, Каролина направилась в дом и познакомилась с
экономкой, которая, как ни странно, нисколько не удивилась ее присутствию.
Миссис Майкл решительно одобрила планы Каролины и даже помогла найти
перчатки, лопату и садовые ножницы.
И Каролина с воодушевлением принялась за работу, разговаривая то сама с
собой, то с цветами.
— Вот. Без этой веточки — щелк! — вам будет гораздо лучше. И без
вот этой — щелк!
Через некоторое время, однако, садовые ножницы стали слишком тяжелы для нее,
и, положив их на траву, Каролина решила выкопать красные цветы и пересадить
их в более солнечное место. Но сначала нужно его найти и выкопать ямки.
Каролина обошла сад, выбирая подходящее место, которое к тому же было бы
видно из окна.
Затем она увидела незнакомые очень красивые растения, усеянные бело-розовыми
цветками, которые только начали распускаться. Сад может превратиться в
настоящий калейдоскоп красок, если о нем как следует позаботиться.
— Им тоже нужно больше солнца, — сказала вслух Каролина. И
выкопала еще несколько ямок. А потом еще, чтобы не ошибиться. — Теперь
точно хватит. — Она удовлетворенно вздохнула я отправилась выкапывать
цветы.
Блейк лег спать в плохом настроении, а проснулся на следующее утро в еще
более скверном. Его задание — последнее, как он надеялся — выполнить не
удалось. Кошмар.
И виной тому ходячее бедствие с сине-зелеными глазами.
Ну почему глупый сын Пруитта именно в эту ночь набросился на Каролину Трент?
Почему ей понадобилось убегать из дома именно тогда, когда он поджидал
Карлотту де Леон? И главное, о какой работе теперь может идти речь, если она
путается у него под ногами?
Она постоянное искушение и болезненное напоминание обо всем, что на
протяжении многих лет было скрыто от него. Веселая, жизнерадостная, невинная
— именно такая, о какой он так давно тосковал. С тех пор как убили Марабелл.
Вся эта дурацкая ситуация словно должна была доказать ему существование
высшей силы, чьей единственной целью было навсегда лишить Блейка
Рейвенскрофта покоя.
В мрачном настроении он вышел из спальни.
— Я вижу, ты бодр, как всегда.
Блейк поднял глаза и увидел Джеймса в другом конце холла.
— Ты прячешься по темным углам и подкарауливаешь меня, чтобы дразнить? — огрызнулся Блейк.
Джеймс рассмеялся., — Для этого у меня есть объекты поинтереснее, чем
ты, Рейвенскрофт. Я как раз шел завтракать.
— Я думал о ней.
— Ничего удивительного.
— Что ты этим хочешь сказать, черт возьми?
Джеймс с невинным выражением на лице пожал плечами.
— А ну говори! — сурово потребовал Блейк.
— Просто ты смотришь на нее слишком откровенно.
— Глупости.
— У меня много недостатков, но глупости среди них никогда не было.
— Ты спятил.
— Она, похоже, неплохая девушка, — произнес Джеймс, словно не
слышал слов Блейка. — Может, тебе стоит познакомиться с ней поближе?
...Закладка в соц.сетях
