Жанр: Любовные романы
Чудесное превращение
... я должен отвезти свою принцессу домой.
Тут Чики крепко сжала его локоть.
— Бедный, бедный мальчик.
Увидев пустой стакан в ее руке, Линк покорно кивнул.
— Да уж. Мы должны попрощаться. Увидимся завтра.
Обняв Дейзи за талию, Линк повел ее к двери.
— С чего это Чики вздумалось меня жалеть? — поинтересовался он. — Чего ты ей наплела?
Дейзи одарила его в ответ лучезарной улыбкой.
— Я расскажу тебе потом, но волноваться не о чем.
Линк с опаской посмотрел на нее, и Дейзи добавила:
— Если только ты не надеялся переспать в один прекрасный день с
Кэролайн. Тогда тебя в Прескотте поймут неправильно.
— Дейзи... — начал было Линкольн, но тут его прервал подошедший
Кроуфорд, который решил еще раз попрощаться с ними.
Дейзи влезла в машину и ослепительно улыбалась всю дорогу до мотеля.
Полчаса спустя она вышла из ванной в просторной белой футболке и увидела,
что Линк, успевший снять рубашку, сидит на одной из кроватей.
О
Боже
, — подумала Дейзи, а потом перестала мыслить словами и начала
мыслить образами. Движущимися образами.
— Так почему же это мне лучше не спать с Кэролайн? — хмуро спросил
Линк.
Хватит фантазий — он все еще думает об этой дурацкой блондинке
.
— Потому что она напоминает тебе твою маленькую бедную сестричку
Гертруду. — Приподняв одеяло, Дейзи залезла в постель. — Так что
ваш роман Чики посчитает инцестом и поделится этим со всеми.
Мускулы на груди Линка напряглись.
— Но у меня нет сестры по имени Гертруда.
Дейзи кивнула, радуясь про себя его мучениям.
Если она обречена смотреть на его тело и страдать, тогда он пусть страдает
от соприкосновения с ее мыслями. Это будет только справедливо.
— Я знаю, — сказала Дейзи. — Гертруда умерла в детстве.
Трагически. Ее...
— Дейзи!
Но она лишь упрямо вздернула подбородок.
— И поэтому ты держишься за ручки и воркуешь с белобрысыми пигалицами,
вместо того чтобы уделить внимание собственной невесте. Я должна была
объяснить это Чики, которая решила, что ты флиртуешь с другими прямо у меня
на глазах. Так же, как это делает Кроуфорд. Понял теперь?
— О! — Линк застыл, пораженный словами Дейзи.
— Ты называл ее
маленькой булочкой
, а она тебя —
честным Эйбом
.
Линк выглядел смущенным.
— Чики?
— Нет. Малышка Гертруда.
Тут Линк рассмеялся. Дейзи не удержалась и тоже улыбнулась.
— И Чики купилась на это? — спросил он. Улыбка Дейзи тут же
погасла.
— Чики была пьяна. Она слишком много пьет, потому что очень
несчастлива. Она остановится, если у нее будет с кем поговорить.
Улыбка Линка тоже испарилась.
— Это она сказала тебе об этом? Вы много разговаривали? Что сказала ей
ты? Что ты вообще делала сегодня днем?
Дейзи снова вздернула подбородок.
— Мы просто осматривали Прескотт. А Чики... Она очень хорошая женщина, но невероятно одинокая.
Линк чуть наклонился вперед.
— Не позволяй очередной сказке увлечь тебя, Дейзи. Ты ведь помнишь, что
все это неправда?
— Я знаю, — кивнула Дейзи.
Линк встал, собираясь идти в ванную, и Дейзи закрыла глаза. Потому что он
был так близко.
— Я благодарен за все, что ты сделала для меня сегодня, — сказал
Линк. — Не сомневайся в этом. Я ведь понимаю, что ты была решающим
фактором. Ты добыла мне работу, и я ценю это.
Интересно, насколько?
— подумала Дейзи и чуть не уступила искушению
попросить Линка доказать ей это. Но через секунду к ней снова вернулась
ясность мысли.
— Рада была помочь тебе, — сказала Дейзи и поспешила отвернуться,
прежде чем в голову придет еще какая-нибудь глупость.
На следующий день в самолете оба они наконец расслабились.
— У нас получилось. — Дейзи со вздохом откинула голову на спинку
кресла. — Даже не верится. Ты получил работу. Гордость переполняет
меня.
У Линка вдруг потеплело внутри. Не только от того, что у него все
получилось, — такое бывало и раньше. Но теперь кто-то гордился его
успехами, а такого не было уже давно. Дейзи смотрела на него с гордостью и
симпатией. Они успели стать за эти дни настоящими друзьями. Линку было
немного жаль, что сказка, которую они совместно разыграли, кончается. Они
будут жить долго и счастливо... но врозь, потому что только так могут жить
долго и счастливо такие разные люди, как они. Дейзи опять станет носить свои
нелепые туалеты и синие шляпки, а он отправится осенью в Прескотт.
Прескотт...
Он действительно переедет туда. Благодаря Дейзи
— Позволь подарить тебе что-нибудь в знак благодарности. — Линк
крепко сжал ее руку. — Можешь просить все, что захочешь.
Дейзи молчала довольно долго, и Линк наклонился, чтобы лучше видеть ее лицо.
Но тут она сама обернулась к нему, освободила руку, сняла с пальца кольцо-
цветок и отдала Линку, продолжая при этом улыбаться, чтобы сцена выглядела
не такой напряженной, но это удалось ей лишь отчасти. Пальцы Линка чисто
автоматически сжали кольцо.
— Пообещай мне просто, что я никогда больше не увижу Кроуфорда, —
сказала Дейзи.
— Ну конечно. — Сапфир в кольце впивался в крепко сжатую
ладонь. — Уж это-то я могу обещать.
Глава 5
Линк провел остаток весны, заканчивая дела в университете и готовясь к
переезду. Несколько раз, встречаясь в вестибюле дома с Дейзи, он подумывал о
том, чтобы пригласить ее в пиццерию или еще в какое-нибудь место, так чтобы
это не напоминало свидание. Но всякий раз оказывалось проще кивнуть и пройти
мимо, чтобы снова не стать персонажем одной из сказок, придуманных этой
женщиной.
Линк очень быстро обнаружил, что даже после трех дней общения ему пришлось
избавляться от воспоминаний о Дейзи как от вредной привычки. Дейзи была
бестолковой, слишком крупной на его вкус, болтливой и совершенно
неуправляемой. Она внесла в жизнь Линка элемент хаоса, но в то же время —
тепло и дружеское участие. А такое непросто забыть Особенно когда
вспоминалось вдруг среди ночи, как они оказались одни в номере мотеля.
Иногда Линку удавалось заставить себя вспоминать лишь о том, сколько
ненужного беспокойства доставила ему эта женщина. Но тут же приходилось
признать, что именно благодаря Дейзи он получил работу в Прескотте
Перед отъездом Линк послал Дейзи цветы в знак благодарности. Затем он собрал
вещи и уехал в Огайо.
Линк купил небольшой домик в викторианском стиле, присмотренный для него
Чики на Такома-стрит, примерно в миле от университетского городка. Конечно,
он предпочел бы жилье посовременнее, но домик в течение примерно сорока лет
сдавали для жилья студентам, он отчаянно нуждался в ремонте и поэтому стоил
дешево, насколько вообще могут быть дешевыми цены на жилье в университетском
городке. Каркас дома был крепким, комнаты хорошо проветривались, а дыры в
стенах вполне можно было заделать с помощью штукатурки и краски.
— Не могу выразить, как я вам благодарен, — сказал Линк Чики,
когда она водила его по дому. — Вы помогли мне сэкономить кучу денег.
Просияв, Чики похлопала ладонью по дубовым перилам лестницы.
— Ну разве не прелестный дом? Дейзи получит массу удовольствия, приводя
его в порядок. — Она наклонилась вперед. — Знаю я вас, мужчин, вам
все равно где жить. Но для Дейзи нужно что-нибудь необыкновенное.
— Совершенно согласен, — сказал Линк, а про себя подумал, что
Дейзи нужна психотерапия и круглосуточная сиделка, но это — не его проблема.
Чики снова любовно погладила перила, явно представляя себе Дейзи, стирающую
с них пыль или выполняющую другие домашние обязанности, и Линк нахмурился,
глядя на ее счастливую физиономию. Чики все еще надеялась, что Дейзи заменит
ей дочку. Что ж, он сообщит ей попозже, что Дейзи не приедет в Прескотт. А
сейчас Линк просто не вынесет ее расспросов и бурного потока сожалений. Он
скажет Чики осенью, когда начнутся занятия, и ей будет на что отвлечься.
Хотя не понятно, как это сработает, — Чики, в общем-то, не имела
никакого отношения к занятиям. Вообще, насколько успел понять Линк, основная
проблема Чики состояла в том, что ей абсолютно нечего было делать.
Чего нельзя было сказать о Линке. Он вызвал водопроводчика, чтобы тот
починил трубы, электрика, чтобы тот привел в порядок проводку, и маляров,
чтобы выкрасили дом снаружи.
В желтый с бело-голубой отделкой
, —
сказала ему Чики. Оказывается, так хотела Дейзи. И Линк пошел на поводу,
потому что это было проще, чем начинать спорить и объяснять, что Дейзи не
приедет. Все остальное Линк сделал сам, вспомнив о тех годах, когда ему
приходилось ремонтировать домик своей матери. У семьи не было тогда средств
переселить ее в лучшее жилье. Ирония ситуации состояла в том, что, когда
двое младших братьев окончили колледжи и все стали зарабатывать достаточно,
чтобы мать могла переселиться в новый дом, она все равно отказывалась
переезжать, и Линку приходилось по-прежнему наведываться в Сидней латать
новые дыры и трещины, штукатурить и красить. Что ж, теперь у него будет два
дома, которые требуют ухода. Это вовсе не входило в его планы. А все из-за
женщин. Из-за упрямства матери, которая не хочет переезжать, из-за хитрости
Чики, подсунувшей ему эту развалюху, и из-за нелепого вкуса Дейзи, которая
ее выбрала.
Самое ужасное состояло в том, что Чики была права. Дейзи наверняка
понравился бы этот дом. Продолжая штукатурить и красить стены, Линк
представлял, как шелестит в гостиной ее длинная юбка, как она снимает шляпу
в прихожей с высокими потолками, улыбается ему из-под арки, ведущей в кухню,
своей знаменитой улыбкой, сидит на дубовых ступеньках и, поглядывая на него
сквозь резные перила, объясняет ему смысл жизни.
Однажды Линк с удивлением обнаружил, что, не выпуская из рук кисти, мысленно
спорит с Дейзи, доказывая ей, что это очень практично — выкрасить все стены
в белый цвет И больше всего его раздражало не то, что он поймал себя на
таких мыслях, а то, что Дейзи побеждала в этом споре. От Чики не было
никакой помощи, хотя она забегала время от времени с записками о том, где
купить занавески и коврики, где дешевле и вкуснее хлеб. Каждая записка
начиналась словами
Дорогая Дейзи
. И во всем был виноват он сам.
Линк сам положил начало этому бреду, ляпнув впервые, что у него есть
невеста. Он вспоминал все, что говорила Дейзи о придуманных им сказках. Что,
пусть эти сказки нереальны, это не значит, что они неправдивы. Дейзи не было
рядом, но она словно была повсюду.
Вздохнув, Линк продолжал красить. Расставляя в просторных старых комнатах
свою кожаную мебель с хромированной отделкой, он знал, что сказала бы на это
Дейзи. И его не покидало ощущение, что она права, так что очень хорошо, что
Дейзи была далеко и не могла сказать всего этого.
— Вчера Линк уехал в Прескотт, — сказала Джулия Дейзи в начале
июня.
— Я знаю. — Дейзи кивнула на огромный букет, стоящий в вазе на
столике у двери. — Он прислал мне цветы.
Джулия внимательно посмотрела на букет из гладиолусов, камыша и рогоза.
— Линк знал, какие цветы выбрать, чтобы тебе угодить, — сказала
Джулия. — Он что, успел узнать тебя поближе в Прескотте?
— Нет. — Дейзи старалась изо всех сил, чтобы подруга не расслышала
грусти в ее голосе. — Не захотел. Наверное, я не вызвала в нем никаких
чувств, кроме разве что зубной боли.
— Неужели? — Джулия вопросительно посмотрела на Дейзи. — Но
он ведь тоже не совсем в твоем вкусе, не так ли?
— Да. — Дейзи сдалась, не в силах больше скрывать свои эмоции: —
Он совсем не в моем вкусе. Он сводит меня с ума, если уж ты хочешь знать. Я
имею в виду... он совсем как мой отец, весь состоит из правил и приказов.
— Но... — начала было Джулия, однако Дейзи перебила ее:
— Но мне очень хорошо рядом с ним. Очень спокойно. Линк все-таки не
совсем как мой отец. Он не заставляет меня чувствовать себя виноватой или
никому не нужной. Он... я иногда чувствовала себя рядом с ним бесполезной
трещоткой, но он терпел мою болтовню и мои выходки, хотя я видела, как все
это ему не по душе. Хотя вокруг нас были люди, которым приходилось
рассказывать сочиненную им сказку, я все равно чувствовала себя в
безопасности. — Она встретилась глазами с Джулией. — Я никогда не
чувствовала себя в безопасности. По крайней мере, с тех пор, как поняла, что
у моей матери очень плохо с чувством реальности. А мне было тогда года
четыре.
Свернувшись калачиком в старом кресле Дейзи, Джулия смотрела прямо перед
собой.
— Ты права насчет Линка. Но именно это не нравилось мне в нем, когда мы
были вместе. Никаких случайностей, никаких приключений. Пока рядом Линк, все
всегда идет по плану, все держится под контролем.
— Да. — Дейзи вспомнила, как они мчались сквозь ночь в ужасной
машине Линкольна. — И мне это очень нравилось.
— Только это?
Ну хорошо, не только. Мне нравилось его тело
. Чтобы отвлечься от подобных
мыслей, Дейзи встала и прошла на кухню.
— Только это, — произнесла она вслух. — Хочешь соку?
— Я предпочла бы услышать правду.
Громко вздохнув, понимая, что Джулия от нее не отстанет, Дейзи повернулась к
подруге:
— Ну хорошо, мне нравилось не только это. Я не могла спокойно смотреть
на его тело. И он до сих пор снится мне по ночам. Но это тело присоединено к
мозгу, который считает меня героиней ночных кошмаров, а я не смогла бы
вынести постоянного неодобрения, даже если бы он захотел взять меня с собой
в Прескотт. А Линк вовсе этого не хочет. Он даже ни разу не заговорил со
мной при встречах, а сейчас вообще уехал, так что рассуждать не о чем. Так
ты хочешь соку?
Часто заморгав, Дейзи поняла вдруг, что глаза ее полны слез. Она поспешно
повернулась и пошла к холодильнику, не дожидаясь ответа Джулии.
Но Джулия явно не считала разговор законченным.
— А ты поехала бы в Прескотт, если бы Линк позвал тебя?
Вынув из холодильника сок, Дейзи осторожно закрыла дверцу.
— Не знаю. Может быть. — Она обвела широким жестом свою
квартиру. — Все это вовсе не нравится мне. Если я хочу расти как
художник, мне надо делать себя заново. Я не могу держаться за прошлое и
продолжать делать одно и то же, жить, как жила. Мне надоело постоянно
нуждаться в деньгах и убеждать себя, что я — хороший художник, даже если
никто больше так не считает.
— Я так считаю, — заявила верная Джулия.
— А теперь мне даже писать стало тяжело. — Прислонившись к
рабочему столику, Дейзи пыталась сформулировать мысли, мучившие ее уже в
течение года. — Я чувствую себя словно в тюрьме в своей прежней
оболочке. И понятия не имею, как выбраться из этой тюрьмы. Я знаю только,
что мое прежнее я — уже нереально. Я стала другой.
— И Прескотт заставил бы тебя в корне измениться, — закончила за
нее Джулия. — Ну да, конечно, но ведь тебе пришлось бы начать новую
жизнь со лжи.
— Может быть, и нет. — Закрыв глаза, Дейзи представила себя в
маленьком викторианском коттедже. Это было не так уж трудно — Дейзи
постоянно думала об этом доме с тех пор, как Чики привезла ее тогда на Такома-
стрит. — Сам колледж достаточно консервативен, а городок — нет. Там
была картинная галерея. И дом — такой чудный маленький домик. Не квартира, а
дом. Может быть, там я смогла бы сделать из себя нечто реальное.
Затрещала кофеварка, и стоявшие перед глазами виды весеннего Прескотта тут
же испарились, возвращая Дейзи в ее квартирку: захламленную и душную, как
вся ее жизнь, которую так хотелось изменить.
— Но это все равно не сработало бы, — закончила Дейзи. —
Просто я хочу таким образом убежать от ответственности.
— Может быть, — сказала в ответ Джулия. — А может быть, и
нет. Линк — хороший парень. Кто знает, может, у вас бы и получилось.
— Никогда, — вздохнула Дейзи. — Так ты хочешь соку или нет?
Взяв из рук подруги стакан с соком, Джулия попыталась продолжить разговор о
Линке, но Дейзи решила, что с нее хватит. Она упорно не отвечала на вопросы,
и Джулия наконец сдалась и ушла, что вовсе не улучшило настроения Дейзи,
потому что, оставшись одна, она снова стала думать о Линке и о Прескотте.
Дейзи вдруг разозлилась на себя.
Прекрати! — приказала она себе. — И прежде всего прекрати думать
о том, как хорошо тебе было в его объятиях и как великолепен Линк без
рубашки. Он наверняка уже спит с малышкой Гертрудой
, этот беспринципный
негодяй
.
Мысль эта причинила вдруг такую боль, что Дейзи поспешила выкинуть Линка из
головы. Вечно недовольный тобою мужчина — последнее, что стоит допускать в
свою жизнь.
Шло лето. Писать с каждым днем становилось все труднее. Дейзи начинала
ненавидеть свою квартиру. Она чувствовала себя так, словно ее заперли в
скорлупе прежней жизни. Иногда, когда Дейзи просыпалась среди ночи, Линк
снова прокрадывался в ее мысли.
Он вовсе не казался недовольным, когда
обнимал меня
, — думала Дейзи, но тут же заставляла себя снова забыть о
Линке.
Однажды в сентябре Линк зашел к Кроуфорду рано утром, чтобы обсудить дела
комитета по учебной программе, куда был назначен. Но первое, о чем спросил
его Кроуфорд, было: когда приедет Дейзи.
— Чики просто свела меня с ума — спрашивает о ней каждый день. В чем
причина задержки?
Задержав дыхание, Линк сказал себе, что пора взрывать лежащую за пазухой
бомбу.
— Дейзи не приедет, сэр, — сказал Линк. — Этим летом у нас
возникли кое-какие проблемы во взаимоотношениях, и мы решили, что нам лучше
расстаться, и пусть каждый идет своим путем.
Все это звучало как-то заученно, и Линк не очень убедительно попытался
изобразить страдания, словно ему чудовищно не хватало Дейзи Когда он думал о
ней, это было не так уж трудно. Воображаемые разговоры с девушкой не
проходили даром.
— Что? — Кроуфорд наклонился к Линку через стол.
— Знаете, как это бывает, — пожал плечами Линк. — Оказалось,
что Дейзи еще не готова к замужеству. Я потерял ее.
Кроуфорд вдруг стукнул кулаком по столу.
— Так верни ее, парень, — прогромыхал он. — Таких, как
Дейзи, — одна на миллион. — Откинувшись на спинку кресла, Кроуфорд
засунул пальцы за прорези жилета. — Мирись с ней поскорее, и играйте
свадьбу в Прескотте. Чики хочет устроить праздничный обед у нас на заднем
дворе — На губах Кроуфорда играла отвратительная улыбка. — Дейзи очень
понравился садовый павильончик.
Все это было просто ужасно. Судя по выражению лица Кроуфорда, не одна Чики
мечтала в Прескотте о приезде Дейзи.
— Да, сэр, ей действительно очень понравилось, но я не думаю...
— Ты действительно ни о чем не думаешь, парень, — перебил его
Кроуфорд. — Иначе ни за что не дал бы ей уйти. А теперь собирайся и
поезжай за ней. Не теряй времени и лети самолетом Я скажу Милли, чтобы она
заказала тебе билеты. Один туда и два обратно. — Он нажал кнопку
селектора. — Милли!
— Хм-м, — попытался вставить хоть слово Линк, но Кроуфорд
посмотрел на него убийственным взглядом и велел секретарше заказать билеты.
Линк начал беспорядочно объяснять, почему просто никак невозможно привезти с
собой Дейзи, но тут секретарша сообщила по селектору, что она уже заказала
билеты.
— Один в ту сторону и два обратно.
Дейтон интернэшнл
, рейс в
одиннадцать, — сказала Милли, войдя в кабинет и протягивая Линку
бумажку, на которой был записан номер рейса. — Счастливого пути.
— Летите! — властным тоном напутствовал его Кроуфорд.
Букер наткнулся на стоящего в коридоре Линка, который отчаянно пытался
сообразить, что же ему делать дальше.
— Вам, похоже, не повредит хорошая порция выпивки, — сказал
заведующий кафедрой, беря Линка за руку. — Пойдемте.
Линк открыл было рот, чтобы возразить, но тут вдруг понял, что за все лето
Букер сказал ему не больше двух слов. Если сейчас он предлагает выпить,
значит, хочет поговорить о чем-то важном. И Линк покорно последовал за
стариком профессором в его кабинет.
Указав ему на стул, Букер достал из нижнего ящика стола бутылку.
— Как насчет скотча?
— Да, с удовольствием, — Линк устало опустился на стул, — и,
если можно, соломинку.
— Чтобы шло прямо в кровь, а? — усмехнулся Букер. — Ну что ж,
не могу сказать, что я с вами не согласен. Вы ведь попали в хорошую
переделку.
Вынув из ящика два стакана, он закрыл его коленкой.
Линк даже перестал на секунду думать о том, как он несчастен.
— Откуда вы знаете? Я ведь только что вышел из кабинета Кроуфорда.
Скривив насмешливо губы, Букер поглядел на потолок.
— Позвольте мне угадать. Вы сказали, что ваша помолвка расторгнута, и
теперь Кроуфорд посылает вас за... как ее звали — Рози?
— Дейзи.
— Дейзи, — кивнул Букер, наливая Линку виски. — Но вы не
можете привезти ее, потому что никогда не были с ней помолвлены.
Протянув Линку стакан, Букер уселся за стол.
— Как давно вы это знаете? — поинтересовался Линк.
— С той первой нашей встречи. — Букер сделал небольшой глоток
скотча, наслаждаясь его вкусом. — Я спросил, женаты ли вы, вы ответили,
что нет, у Кроуфорда чуть не случился сердечный приступ, а я наблюдал, как
рождается на моих глазах ваша невеста.
Букер некоторое время смотрел на Линка поверх очков в роговой оправе.
— Надо признать, вы неплохо держались.
О да. Настолько неплохо, что Букер раскусил его с первого же раза. Линку
оставалось только тяжело вздохнуть.
— Почему вы ничего не сказали Кроуфорду?
— Потому что хотел, чтобы вы работали у нас. — Букер поставил
стакан на стол. — Мне нужен на кафедре хороший преподаватель с опытом
научной работы. Ваши публикации отменны, а преподавательский опыт выглядит
еще внушительнее. И вы ведь работаете над новой книгой, не так ли?
Линк устал удивляться прозорливости Букера.
— Да. Но уж это-то вы откуда знаете?
Старик пожал плечами.
— Со всеми, кого берут на работу, мне придется общаться долгое время. Я
просто пригляделся к вам повнимательнее.
— Но тогда вы, наверное, поняли, что я не помолвлен. Зачем же было
спрашивать?
— Я ничего не спрашивал о невесте. И мне все равно, женаты вы или нет.
Этот вопрос интересует Кроуфорда. Я спросил только потому, что ему это
приятно.
— Вы наверняка забавлялись весь уик-энд, что мы провели здесь с
Дейзи. — Линк пытался вспомнить, как вел себя тогда Букер.
— Почти так же, как услышав название вашей книги
Контроль за
рождаемостью и воинствующий феминизм в девятнадцатом веке
. У Кроуфорда
будет коронарный спазм, когда он узнает. — Букер захихикал. — Вот
тогда-то я и посмеюсь.
Линк подумал, не разозлиться ли ему, но решил, что не стоит.
— Вам не придется поразвлечься, если меня и моей книги здесь не
будет, — хмуро произнес он.
Но Букер только махнул рукой.
— Вы останетесь здесь. Вы же подписали контракт. И Кроуфорд простит вам
все, когда вы привезете сюда эту самую Дейзи.
Никто не хотел его слушать.
— Но Дейзи не поедет сюда со мной.
— Без нее вам не стать настоящим профессором. — Букер откинулся на
спинку стула. — Кроуфорд любит факультетских жен. И подозревает в
ужасных грехах всех неженатых мужчин, которым за тридцать.
Линка охватило отчаяние.
— Знаю. — Букер снова потянулся к бутылке. — Я сам говорил
вам, что Кроуфорд — дурак. Но он дурак, облеченный властью. Так что лучше
привезите Дейзи.
Можно подумать, что она поедет
. Сделав глоток виски, Линк впервые позволил
себе подумать о приезде Дейзи как о чем-то реальном. И, что самое ужасное,
эта мысль нр
...Закладка в соц.сетях
