Жанр: Любовные романы
Я буду хорошим отцом
...иралась легкая стрелка черных волос. Она исчезала
под шортами. Когда Анджелика обнаружила, что Райли наблюдает за ней, она
попыталась отвести взгляд.
Теперь он понял, что она тоже хочет его, подумала про себя Анджелика.
Пристыженная, она виновато посмотрела в сторону.
Расслабься, — неправильно расценил ее реакцию Райли. —
Я не собираюсь брать тебя силой. На сегодня вся моя
сила кончилась. — Губы Райли искривила горькая улыбка. Он опять
потянулся за пивом.
В этот момент в ней что-то сломалось. Она резко схватила его за запястье.
Не надо.
Райли посмотрел на Анджелику, потом на руку, которую она схватила.
Что
не надо
? Не надо быть таким несчастным? Или не надо пить? — Райли
не стал дожидаться ответа. — Извини, детка, но я ничего не смогу
поделать с первым, а что касается второго, — он инстинктивно пожал
плечами, — у меня репутация повесы, и я должен ее поддерживать.
Анджелика сильнее сжала его запястье.
Ты не несчастный, — сказала она твердо. — Что же касается выпивки,
то для того, чтобы снять напряжение, есть способы и получше.
Например? — Райли прищурил глаза.
Мы можем поговорить.
О, да, конечно. Это поможет. — Они неотрывно смотрели друг на друга.
Райли пристально вглядывался в ее рот, затем медленно перевел взгляд на
глаза. — Не играй со мной Анджелика. Только не сегодня.
Я не играю, — проглотив комок в горле, ответила она.
То-то же, — вяло отозвался он.
У него был такой грустный голос, такой беззащитный взгляд. В эту секунду
Анджелика поняла, что должна что-то сделать. Отбросив все сомнения, она
наклонилась над шезлонгом, уперлась рукой в подушку, на которой лежала
голова Райли, закрыла глаза и прижала свой рот к его губам.
Время остановилось. Она чувствовала, как легкий ветерок щекочет ей руки и
ноги, слышала, как включился фильтр в бассейне.
Этот поцелуй Анджелики так удивил Райли, что он не мог даже пошевелиться.
Придя в себя, Райли положил руку Анджелике на затылок и крепко прижал к себе
ее голову. Их губы слились в бесконечном поцелуе.
Тело Анджелики стало мягким, как масло. Она не чувствовала своих костей. Жар
страсти растопил их. Она согнула руку и легла на грудь Райли. Его обнаженное
тело было таким соблазнительным, что она просто не могла удержаться от ласк.
Ее ладонь медленно спустилась с его выпуклого плеча к нему под мышку. Кожа
Райли была похожа на горячий бархат. Анджелика простонала.
В ответ Райли издал низкий гортанный звук и рывком посадил ее на себя. Ее
ноги обнимали его. Платье поднялось до самой талии. Горячими обнаженными
бедрами она чувствовала его мускулистое сильное тело. У Анджелики
перехватило дыхание. Ритмичные движения Райли вызывали в ней желание.
Анджелика понимала, что пути назад нет. Эта мысль поразила ее так же, как и
все, что происходило с ней в эту минуту. Она прекрасно понимала, что Райли
никогда не простит ей, если она остановится. Но это было не столь важно для
нее сейчас. Важнее было то, что она сама не хотела останавливаться.
Желание овладеть Райли стало необоримым. В какой-то момент Анджелика
почувствовала, что не управляет собой. Она испугалась, но почти сразу это
прошло. Она все еще не понимала, почему он так неожиданно пропал после их
первой ночи три месяца назад, но теперь она точно знала: он вовсе не был
эгоистичным плейбоем. Он не уходил от ответственности за свои поступки.
Больше того, Анджелика знала: Райли не любит говорить, что он заботится о
множестве вещей. О доме, о семье, о работе, о своем ребенке. Конечно, он не
был тем героем, которого она рисовала себе, когда ей было плохо, но он и не
был ее врагом. Он был ее мужем. У Анджелики вдруг перехватило дух. Она
должна заботиться о нем.
В конце концов, Кейт права. Гордость не согревает нас по ночам. Раньше она
не понимала этого. Она упускает Райли. Она больше не может притворяться.
— Эйнджел! Эйнджел! — Его губы припали к ее губам, словно она была его последней надеждой.
Она снова поцеловала его, приоткрыв рот и позволяя его языку проникнуть
глубже. Она чувствовала вкус пива, которое он пил, и еще какой-то привкус,
который был только у Райли. Этот привкус сводил ее с ума. Она целовала его
снова и снова, и ей казалось, что эти поцелуи никогда не кончатся.
Рука Райли поднялась и нашла ее грудь. Все ее тело затрепетало от восторга.
Подушечкой большого пальца через легкую летнюю одежду он нащупал ее сосок,
обхватил эту чувствительную горошину двумя пальцами и нежно сжал.
На Анджелику обрушилась лавина ощущений. Она простонала, прижимаясь к нему
еще сильнее, чувствуя, как между бедрами пульсирует желание.
Райли, не надо, — произнесла она, задыхаясь.
Его рука немедленно остановилась. Он тяжело дышал.
В чем дело? — спросил Райли прерывающимся от волнения голосом. —
Я сделал тебе больно?
Нет, вовсе нет. Это... слишком сильно.
Выражение озабоченности на его лице тут же сменилось удовлетворенностью.
О, нам это вовсе не нужно. — Она не успела опомниться, как он стянул с
нее платье и отбросил его. Анджелика сидела на нем почти обнаженная. Когда
он посмотрел на нее, ноздри его расширились. — Черт возьми, какая ты
красивая.
Райли расстегнул ей лифчик и швырнул его в сторону. Он взял ее груди в
ладони и сжал их, прижимаясь губами к образовавшейся в середине ямочке.
Затем, прежде чем Анджелика смогла разгадать его намерение, Райли начал
ласкать губами ее сосок.
Анджелика испытала невероятное блаженство. Это было в десять раз сильнее,
чем ласки руками. Ритмичные движения его губ и языка заставляли ее
трепетать. Анджелика не могла больше оставаться неподвижной, она начала
покачиваться. На лице ее появился легкий румянец, между бедрами выступила
липкая влага. Она почувствовала под собой его напрягшуюся плоть, во рту
пересохло от желания.
Будто прочитав ее мысли, Райли поднял голову.
Я хочу тебя, Эйнджел.
— Да...
Я хочу тебя сейчас, но ты тоже должна хотеть меня, — сказал Райли
глухим голосом.
Да, да, Райли, я тоже хочу тебя, — заверила его Анджелика.
Без промедления Райли скинул шорты.
Все его существо охватил испепеляющий огонь страсти. Он разорвал тонкие
нейлоновые завязки по бокам ее трусов и отбросил их прочь.
Анджелика чувствовала его горячую и настойчивую плоть. Он приподнимал ее,
прогибался сам и опускал ее вниз.
Вцепившись в его плечи, Анджелика скользила вверх и вниз. Она кусала губы,
глаза у нее были закрыты, веки дрожали. Медленные ритмичные толчки тела
Райли заставляли ее двигаться в такт его движениям.
Она чувствовала, как в ее крови закипает страсть. Только Райли мог разжечь в
ней такой огонь. Но это было еще не все. Их объединяли нежность, желание
заботиться друг о друге и делить себя с одним-единственным человеком на
свете. Она приподнялась на коленях, наклонилась вперед и слегка сдавила
зубами его губу.
Райли инстинктивно прогнулся, но Анджелика не стала спешить, стараясь
растянуть удовольствие. Медленно она опускалась вниз, смакуя каждый
миллиметр его бархатистой упругой плоти, до тех пор, пока клинок не вошел в
ножны.
Он больше не мог сдерживать себя. Стиснув ее недра руками, он помогал ей
подниматься вверх, прижимал ее к себе, когда она опускалась вниз,
одновременно прогибая спину ей навстречу. Он повторял это снова и снова. Ее
желание двигаться как можно медленнее куда-то пропало. Его заменило
горячечное желание обладать им.
— Черт подери! — Райли откинул голову назад. Его тело изгибалось в
такт ее движениям. — Анджелика, детка, не останавливайся.
Она посмотрела вниз. Его глаза были закрыты. Черные волосы прилипли к
влажному лбу, губы распухли от поцелуев. Она открыла в себе что-то новое.
Как будто внутри ее обрушилась какая-то стена. Эмоции переполняли ее.
Анджелика разрыдалась. По всему ее телу разлилось наслаждение. Сначала оно
набухало, как почка, потом распускалось, как бутон, и, наконец, выплеснулось
наружу.
Райли обвил ее руками, прогнулся. Она услышала, как он закричал. Затем он
прижался к ее губам, крепко обнял ее. Они оседлали волну вместе.
Какой же сегодня был ужасный день
, — подумал Райли. Он, растянувшись,
лежал на постели. Рядом, прижавшись к нему, лежала Анджелика. Ее тело было
мягким и теплым.
Он точно не помнил, когда они оказались здесь. И как. Их одежда была
разбросана по полу. Постельные принадлежности тоже валялись, где попало. Их
тела были только наполовину прикрыты простыней. Они лежали на одной подушке.
В его памяти пронеслись последние несколько часов. Они были наполнены
страстью и удовольствием. Райли зевнул. Лунный свет проникал в комнату.
Теплый ветерок шелестел занавесками. Он понял, что спал и только сейчас
проснулся. Но это было неудивительно — его жена утомила его. Губы Райли
тронула едва заметная улыбка. Каждая минута секса с Анджеликой — горячего и
стремительного, потного и дикого, неторопливого и щедрого — была
незабываема. Они с Анджеликой были во всех смыслах идеальной парой.
Мысли об этом беспокоили его в последнее время так же сильно, как неделю
назад. Сегодня ночью он наконец-то понял, что с этим все в порядке.
Последние две недели он практически не мог думать ни о чем другом. Его
удовлетворенность была абсолютно естественной. Острота в его отношениях с
Анджеликой снята. Невероятное напряжение последних дней уйдет навсегда.
Теперь в нем проснулись другие чувства — нежность, желание быть рядом с ней,
обладать только ею, и никакой другой женщиной. Этого ему было достаточно. По
крайней мере сейчас.
Сейчас он опять подумал о том, что теперь события развивались совсем не так,
как три с половиной месяца назад. В конце концов, Анджелика должна была
стать матерью его ребенка. Вполне естественно, что он хочет защищать ее,
заботиться о ней, быть рядом с ней. Он сам был сейчас счастлив, как никогда
раньше, но это теперь не имело большого значения.
Райли почувствовал, как Анджелика пошевелилась.
Ты проснулась? — спросил он нежно.
Гмм, — промычала та в ответ.
Райли лег на бок, перевернул ее на спину и положил руку ей на живот. Она
прижалась к нему.
Здорово, — произнесла она счастливо.
Что здорово?
Просто лежать здесь вот так.
Да, — подтвердил Райли.
Анджелика накрыла лежащую у нее на животе руку Райли своей ладонью.
Через месяц уже будет слышно, как ребенок шевелится.
Правда? — До этого момента все его представления об отцовстве были в
основном абстрактными. Они касались и его ответственности за свои поступки,
и его обязательств по отношению к ребенку и его матери. Но в это мгновенье
он неожиданно представил себе маленькую девочку с такими же, как у
Анджелики, зелеными глазами и такими же, как у него, черными волосами. У
Райли от волнения перехватило дыхание. — Как ты думаешь, то, что мы
делаем, не может повредить ребенку?
Конечно, нет. — Анджелика помолчала. — Кроме того, за день до
нашей свадьбы я была у врача. Он сказал, что заниматься любовью не
противопоказано.
Ты его об этом спросила?
Вовсе нет. — Анджелика сделала вид, что обиделась, но он расслышал
насмешку в ее голосе. — Врач сам сказал мне это.
Что ж, это хорошо, — улыбнулся Райли.
Ммм... — Анджелика явно не знала, как ей это сказать. — Райли?
— Да.
Мне очень жаль, что у тебя все так получилось с работой.
Да, я знаю. — Он провел рукой по ее длинным волосам, блестящие волосы
так и льнули к его пальцам. — Все закончилось совсем неплохо. Если бы я
знал, что жалость заставит тебя лечь со мной в постель, сделал бы это
намного раньше.
Райли, о чем ты говоришь! — смеясь, запротестовала Анджелика.
В ответ он тоже захихикал и обнял ее. Потом серьезно сказал:
Дело в том, что я просто не знаю, что мне делать со всем этим свободным
временем. Если бы не твои экзамены и не эта дурацкая ситуация со
следствием, — Райли не смог сдержать сардонические нотки в своем
голосе, — мы бы поехали в свадебное путешествие. А так мы должны
оставаться в городе.
Анджелика сжала его руку.
Это неважно. Твой дом лучше любого курорта. Где бы мы ни были, мы всегда
найдем время, чтобы получше узнать друг друга. Кроме того, если я не
ошибаюсь, ты хотел кое-что сделать по дому.
Да, действительно, — отозвался Райли. — Я должен подумать, каким
образом огородить бассейн. Моя мама будет счастлива. И я должен начать
обустраивать детскую комнату. Я покрашу ее или сделаю что-нибудь еще.
Конечно, стоит только начать. Все будет в порядке. Вот увидишь.
Какое-то время они молчали. Затем Анджелика снова заговорила:
Райли.
— Да.
Когда мы первый раз провели ночь вместе... почему ты тогда вот так ушел?
Почему не позвонил мне потом?
Наверное, он ждал этого вопроса. Но это вовсе не значило, что он обрадовался
ему.
Сам не знаю. Было много причин. Думаю, тогда я просто решил, что тебе больше
от меня ничего не нужно. Такой человек, как я, мог только осложнить твою
жизнь.
Придерживая простыню, Анджелика перевернулась на живот. Подперев подбородок
рукой, она посмотрела на Райли.
Так ты сделал это потому, что считал, что так будет лучше для меня?
Райли поморщился.
Нет... Да... Черт побери, Анджелика, я сам не знаю. Но я не хотел причинить
тебе боль. — Это, по крайней мере, было чистейшей правдой. —
Сейчас уже все в прошлом, неужели мы не можем забыть об этом? Хотя бы
сейчас.
Она посмотрела ему в глаза, немного помедлила с ответом, затем кивнула
головой в знак согласия.
Хорошо.
Он облегченно вздохнул.
Прекрасно. В конце концов, есть много других, более интересных занятий, чем
перебирать прошлое.
Неужели? — Анджелику не очень убедили слова Райли. — Ну,
например? — спросила она.
Ну, например, плавать голыми при свете звезд, — предложил Райли.
Нет, — Анджелика отрицательно покачала головой.
Никогда? — переспросил Райли.
Никогда, — подтвердила Анджелика, едва сдерживая смех.
Райли скинул простыню, вскочил с постели и, схватив Анджелику за руку,
сказал:
Леди, по-моему, вами пора заняться всерьез.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
— Смотри! — воскликнула Анджелика, дотронувшись до ноги Райли.
Чертово колесо
остановилось, чтобы люди могли занять свои места. Кабинка
Анджелики и Райли, слегка покачиваясь, повисла на самом верху. — Отсюда
видны огни бизнес-центра. Вот здорово!
Райли посмотрел на нее снисходительно.
Да. Здорово. Однако, если ты пришла в такой восторг от вида Пуэбло с
Чертова колеса
, ты совсем ничего не видела. Тебе нужно поменьше сидеть
дома.
Большое спасибо, — сказала Анджелика. Она опять прижалась к нему спиной
и добродушно засмеялась. Райли обнял ее и хитро ухмыльнулся.
Эта ухмылка всегда заставляла се сердце биться быстрей. Когда он так
улыбался, на его щеках появлялись складки, вовсе не похожие на добродушные
ямочки.
Не стоит благодарности, — ответил ей Райли.
Анджелика почувствовала, как ее лицо расплывается в улыбке, когда она
посмотрела на него. Она испугалась, что лицо выдает ее чувства, и
отвернулась. С колеса обозрения открывался восхитительный вид. Кругом сияли
и кружились разноцветные огни аттракционов. Внизу гуляли нарядно одетые
люди. Зазывалы соперничали друг с другом, привлекая публику в свои
аттракционы. Но, несмотря на все это великолепие, Анджелику не покидали
мысли о Райли и о том, что произошло на прошлой неделе.
Это были пять самых незабываемых дней в ее жизни. Она продолжала готовиться
к выпускным экзаменам. Но, помимо этого, они ходили в кино, занимались
любовью, купались в бассейне, опять занимались любовью, делали покупки для
детской комнаты, снова занимались любовью, разговаривали обо всем, опять
занимались любовью, вместе мыли Космо и вновь занимались любовью.
Они были так поглощены друг другом, а ее муж был так неутомим и так
изобретателен! Странно, что они вообще вылезали из постели.
Почему ты улыбаешься? — поинтересовался Райли. Она чуть было не
проговорилась, но что-то ее остановило. Когда дело доходило до секса, Райли
совсем не нуждался в одобрении — он сам прекрасно понимал, как хорош в
постели.
Здесь все так красиво, — слукавила Анджелика. Она показала рукой на
карнавальное шествие внизу. — Это возвращает меня в детство. Мне было
шестнадцать лет, когда я участвовала в карнавале.
Ты тогда в последний раз была на карнавале? — спросил ее Райли.
Я была на карнавале один-единственный раз в
жизни, — искренне призналась Анджелика.
Ты шутишь?
Нет. И то мне крупно повезло, что я туда попала. Отец, когда не пил, по-
настоящему хорошо работал. Правда, это случалось нечасто. Но однажды в один
из таких счастливых моментов он решил порадовать меня и Майка. Это было
настоящее веселье. — Анджелика пожала плечами и добавила: — На
следующий день он уже пил снова. Через два года в тот день, когда в городе
начался карнавал, родители попали в аварию. И оба погибли.
Райли слегка сжал ее руку:
Я так понимаю тебя, Эйнджел. Извини, что я заставил
тебя вспомнить это.
Не стоит извиняться. Это было так давно, что уже не больно. Но я всегда буду
помнить. Мое детство научило меня радоваться подаркам судьбы, какими бы
маленькими они ни были. —
Чертово колесо
дернулось и стало опускаться
вниз, раскачивая их кабинку. — А ты? Ты любишь ходить на карнавалы? Или
для Форченов это слишком несерьезное занятие?
О, я до пятнадцати лет не пропускал ни одного карнавала. Девушки любят
карнавалы, а я любил девушек. И сейчас люблю.
А что случилось, когда тебе было пятнадцать? — поинтересовалась
Анджелика.
Я нарвался на неприятности, и меня выгнали. Как
всегда, — констатировал Райли.
Дай-ка я попробую угадать. Ты тайком залез, куда не надо? Нарушил правила
игры? Бесплатно прокатился по второму разу на
Чертовом колесе
? —
Дети, среди которых выросла Анджелика, часто поступали так.
Ты мне не поверишь, но я никогда ничего подобного не делал, — с
притворным негодованием заявил Райли. — Нас с Марианной Милковской
застали в укромном местечке со спущенными трусами. В буквальном смысле
слова. К сожалению, ее дядя был шефом службы безопасности. После этого я
стал персона нон грата.
О боже! — Она изо всех сил старалась оставаться серьезной, но так и не
смогла удержаться от улыбки.
Чертово колесо
наконец начало вращаться без остановки. Райли хотел сделать
вид, что обиделся, но из этого ничего не вышло. Он обнял ее и прижал к себе
еще крепче.
Ты смеешься. Смейся, смейся. А вот моих родителей это вовсе не рассмешило.
Они просто рассвирепели. Отец прочитал мне лекцию об ответственности за свои
поступки. Я до сих пор не могу этого забыть. Еще хуже мне стало тогда, когда
моя мама сказала мне, как она разочарована.
Анджелике еще только предстояла встреча с отцом Райли. Двух встреч с его
матерью ей было вполне достаточно, чтобы понять, как та обожает сына.
Ты преувеличиваешь. Я уверена, что они вовсе не были так расстроены, как ты
думаешь. Они просто делали вид, что сердятся на тебя.
Я так не думаю. У них никогда не было подобных проблем с Шейном. Чего я
только не делал! Одному Богу известно, как я старался. Но, казалось, я
просто обречен попадать в неприятные ситуации. — Голос Райли оставался
спокойным, но в его тоне чувствовалась какая-то скрытая нотка. Это
настораживало Анджелику. К своему удивлению, она поняла, что он вовсе не был
снисходителен к прегрешениям своей юности. Скорее он хотел, чтобы она так
думала о нем.
Ты слишком требователен к себе. Из того, что ты рассказал, нетрудно понять,
что ты не состоял в бандитской шайке, не совершал поджога и не грабил ночных
магазинчиков. Кроме того, все это было очень давно. Теперь ты уже повзрослел
и стал ответственным и трудолюбивым гражданином.
О да. Если не считать, что меня подозревают в убийстве, то я просто само
совершенство. — Скрытая нотка зазвучала сильнее. В нем чувствовалось
отвращение к самому себе. Анджелике стало больно за него.
Не расстраивайся. Скоро все выяснится, — сказала она, умоляя Господа,
чтобы так оно и было. Она вспомнила о вещах Майка, которые давно хотела
просмотреть, и вдруг почувствовала себя виноватой.
Возможно, — отозвался Райли. При этом он так энергично пожал плечами,
что их кабинка закачалась еще сильнее. —
Я знаю
одно, — он попытался улыбнуться как можно беззаботнее, но это у него не
очень-то получилось, — я никому не позволю испортить нам этот вечер.
Идет?
Она внимательно посмотрела ему в лицо, затем кивнула.
Идет, — сочувственно согласилась она. Его переживания были такими
искренними.
Чем ты хочешь заняться после того, как мы спустимся на землю? — спросил
Райли.
Не знаю, — ответила она задумчиво. — Может быть, съем немного
сахарной ваты.
Ты это серьезно? — усомнился Райли.
Да, — решительно подтвердила Анджелика.
Может быть, память изменяет тебе, но ты уже съела снежный фонарик,
карамельное яблоко, гигантский крендель. И все это в течение последнего
часа.
Не стоит портить мне аппетит, — сказала она нежно. — Если ты не
забыл, я ем за двоих. Не говоря уж о том, какие мне нужны силы, чтобы
угнаться за тобой.
Бедная девочка. Я так утомил тебя за эти дни?
В его глазах появилось заботливое выражение, от которого Анджелике стало
теплее. Он обнял ее. Она положила голову ему на плечо. В этот момент она
поняла, что еще никогда в жизни не чувствовала себя такой защищенной.
Ничего, я это как-нибудь переживу, — сказала она мягко.
Кончиком пальца Райли прочертил круг на руке Анджелики.
Но ты ведь не жалеешь?
О чем?
О том, что мы занимались любовью?
Какой раз ты имеешь в виду?
Он укоризненно посмотрел на нее.
Эйнджел...
Она улыбнулась.
Нет, конечно, нет. Но я не жалею и о том, что мы подождали несколько недель.
Мне эти недели показались целой вечностью, — пожаловался Райли.
Это потому, что терпение не входит в число твоих добродетелей, —
поддразнила его Анджелика.
Его черные брови изогнулись в недоумении.
Прошлой ночью ты говорила совсем иначе.
Эти слова Райли напомнили Анджелике прошлую ночь. По ее телу прокатилась
теплая волна. Они лежали возле бассейна и смотрели на звезды. Их тела
прикасались друг к другу. Он поцеловал ее. Затем еще раз.
То было тогда, а это сейчас, — сказала Анджелика, поджав губы. —
Если ты действительно любишь меня, купи мне что-нибудь поесть и еще вон ту
смешную розовую змейку. Тогда тебе, возможно, повезет сегодня ночью, и ты
покажешь мне, на что способен.
Неужели повезет?
Чертово колесо
медленно опускалось.
Да, я думаю, повезет.
Он наклонил голову и поцеловал ее.
Порция сахарной ваты и смешная розовая змейка, — повторил Райли, когда они выходили из кабинки.
Он сказал это таким странным голосом, что трудно было понять, обещание это
или угроза. Но Анджелика тут же забыла об этом. Ей так хотелось получить
сахарную вату и смешную розовую змейку.
Анджелика нежно погладила улыбающееся лицо Майка. Она рассматривала его
фотографию, сделанную в день окончания школы: сияющее лицо в форменной
кепочке. Как будто все это было только вчера. Эту фотографию Анджелика нашла
в куче старых квитанций на автомобильные запчасти. Она очень удивилась.
От неожиданности на ее глаза навернулись слезы. Она быстро поморгала, чтобы
прогнать их. Сейчас было вовсе не время для сантиментов. Хотя ее слезы были
абсолютно естественны. В последнее время она очень уставала. С карнавала
прошло три дня. Вчера днем она сдала свой последний выпускной экзамен, потом
занималась любовью с Райли. Понятно, что она очень мало спала.
Она хотела поспать сегодня утром. Но вчера вечером Райли сказал, что ему
нужно уладить кое-какие дела и, так как он будет в городе, он заскочит в
спортивный клуб и попробует найти себе партнера для игры в рэкитбол. Когда
Анджелика услышала об этом, она уже знала, чем займется.
Анджелика в последний раз печально посмотрела на фотографию Майка и отложила
ее в сторону — туда, где лежали вещи, которые она хотела сохранить.
Квитанции она кинула обратно в коробку, потом поднялась, взяла коробку и
отнесла ее к двери, куда складывала вещи, которые собиралась выбросить.
Когда она вернулась, то увидела, что ей осталось просмотреть только две
коробки. Ее охватило во
...Закладка в соц.сетях
