Жанр: Любовные романы
Не играй с огнем
...брала воздуха. - Все, что я знаю, - это то, что с тех пор, как
вы появились, здесь все идет кувырком. Она перешла на крик. - Я хочу, чтобы вы убрались.
Подальше от меня.
- В таком случае не буду беспокоить вас без необходимости, - произнес Адам
холодно. - Вы вызовете полицию?
- Завтра - может быть. Не знаю. - Она пожала плечами. - В конце концов, ведь
действительно ничего страшного не случилось.
Он кивнул.
- Вы в порядке? Надеюсь, нежеланный гость больше вас не потревожит.
- Я в порядке. - Она взяла в руки Мелюсин, держа ее перед собой как щит. - Можете
не беспокоиться.
- Тогда я пошел. Поговорим завтра. Тара. При дневном свете все будет выглядеть иначе.
- Нет, - сказала она, - вряд ли. Верните фонарик, пожалуйста.
Он отдал ей фонарь, и она скрылась в кухне, оставив его в темноте. Захлопывая дверь, она
услышала лай Бастера. Тара заперла дверь на ключ и задвинула щеколду. Это было нелегко
сделать: все ее тело пронизывала дрожь.
Этот дом всегда был ее пристанищем. Надежным и безопасным. И вдруг все изменилось.
Здесь появилась опасность. И не исключено, что она исходила от мужчины, который - она
была в этом уверена - все еще стоял за дверью.
Тара чувствовала, что ей не удастся изгнать Адама из своего сердца с такой легкостью, с
какой она его выставила из своего дома, и что, когда ночь сменится днем, она снова будет
думать о нем и желать его увидеть.
Но как она может доверять ему, если знает о нем так мало?
Тара опустилась в кресло и взяла на руки Мелюсин.
- О малыш, - прошептала она, зарываясь лицом в ее шелковый мех, - что мне делать?
Несмотря на происшедший разговор, Тара надеялась увидеть Адама утром у дома. Он не
может так легко сдаться, думала она.
Но его не было. "Каролина" выглядела покинутой, несмотря на такой солнечный день.
После завтрака она отправилась в деревню, чтобы сообщить в полицию о попытке взлома. В
участке ее внимательно выслушали, но сказали, что вряд ли смогут помочь, так как
злоумышленник, скорее всего, не оставил отпечатков пальцев или каких-либо других улик.
Гораздо больше полицию заинтересовал рассказ о визите незнакомца, любителя антиквариата.
Ей дали понять, что она должна благодарить судьбу за то, что счастливо отделалась.
Единственное, о чем она сознательно не упомянула в полиции, было присутствие Адама
при этих событиях. Он не имел к этому никакого отношения. Но все остальные вопросы
оставались пока без ответа.
Прошлым вечером он был непринужденным, остроумным собеседником, старался
доставить ей удовольствие. Вчера она по-настоящему отдохнула душой. Уже давно она не
ощущала себя такой счастливой. Возможно, предполагаемый взломщик оказал ей услугу.
Потому что, если бы она пошла на "Каролину", кто знает, чем бы все закончилось.
Когда она возвратилась, около дома никого не было. Не доносилась музыка с реки, и на
пороге не было пса с грустными глазами и запиской в ошейнике.
Сначала Тара хотела докрасить гостиную, но потом передумала. Погода прекрасная, на
ярко-голубом небе ни облачка. Тара надела купальник и шлепанцы и, прихватив книгу и
транзистор, пошла полежать в раскидистой тени деревьев, выбрав самое отдаленное от Динз
Муринга место.
Сперва ей казалось, что она прекрасно отдыхает. Но постепенно ею овладело странное
беспокойство. Расхотелось читать книгу, стало скучно слушать радио. Неожиданно Тара
поняла, в чем дело: она все время невольно прислушивалась, ожидая появления Адама.
Наконец, накинув тонкую белую рубашку, она сказала: "Что я теряю?" - и внимательно
посмотрела в сторону "Каролины". Наверное, он отсыпается после стычки накануне. Ей
следует извиниться за вчерашний скандал. Это совсем нетрудно. Нужно только подняться на
катер и сказать: "Привет! Предложение насчет чашки кофе еще в силе?" или что-то в этом роде,
и сразу бы стало ясно, что она сожалеет о случившемся. Она бы также упомянула, что завтра
возвращается домой и пришла попрощаться.
Тара спустилась к реке и крикнула, сложив руки рупором: "Эй, на "Каролине"! Пустите
на борт?" Ответа не последовало. Даже приветственного лая Бастера. Тогда она подошла ближе
и крикнула опять. Никто не отозвался. Тара взобралась на катер и ступила на палубу. По
сравнению с бедной маленькой "Наядой" это был настоящий дворец. Две двухместные каюты,
прекрасно оборудованный камбуз и салон, отделанный светлым деревом.
Она подошла к столу и посмотрела на листы бумаги. На них была нарисована не
Серебряная бухта, а нечто совершенно другое. Ряд коттеджей вдоль берега реки, квадраты
окон, фронтоны, аккуратно припаркованные машины.
Тара поморщила нос. Нарисовано было хорошо, может быть, даже блестяще, но не было
лиричности его акварелей. Но в то же время изображенное место казалось до странности
знакомым.
Тара взглянула на следующий лист. Тот же пейзаж, но в другой перспективе. На третьем
листе были изображены три ряда домов, а в нижнем углу подпись: "Разработка Динз Муринга".
Она тупо смотрела на буквы до тех пор, пока они, дрогнув, не заплясали и не утратили
ясных очертаний. Тара так крепко ухватилась за край стола, что суставы пальцев побелели.
Он назвал себя рисовальщиком. Но это была не вся правда. Адам Бернард архитектор и в
Серебряную бухту прибыл с совершенно определенной целью.
Тара брезгливо кинула план на стол.
Если он купит Динз Муринг и превратит его в дачный поселок, тогда Серебряной бухте
конец. Прощай покой и тишина, подумала Тара.
Под столом лежал портфель. Возможно, в нем были другие рисунки, которые подсказали
бы, что еще Адам Бернард намерен менять... и как далеко простираются его планы.
Тара встала на колени и открыла портфель неловкими от волнения пальцами. Там, однако,
никаких чертежей не было, только акварели. Местные пейзажи, а сверху - недавний, тот, на
котором он изобразил ее дом.
Она вгляделась в рисунок. Как же Адам мог так проникновенно изобразить хрупкую
красоту, зная, что разрушит ее? Или потому и рисовал - чтобы сохранить воспоминание...
Внезапно ее глаза расширились. Нет, это не тот рисунок, который она видела вчера. Здесь
кое-что изменено.
Дом по-прежнему виднелся сквозь золотую дымку, но в верхнем окне - фигура девушки.
Ее стройное обнаженное тело застыло в танце, лицо поднято к солнцу. Какой ужас... он видел
меня в тот день!
Вдруг до Тары донесся какой-то шум, и вскоре вихрем ворвался в салон Бастер. Через
секунду вошел и Адам. Тара, не спуская с него взгляда, очень медленно поднялась на ноги с
проклятой картинкой в руке.
Бастер подбежал к ней, ожидая, что она его узнает и погладит. Но Тара не двигалась. Она
могла только гневно смотреть на Адама. Тот, поняв, в чем дело, улыбнулся.
Последовала недолгая, но многозначительная пауза.
- Добро пожаловать на "Каролину", - тихо сказал он. - Я рад, что вы чувствуете себя
здесь как дома.
- Неужели? - спросила Тара. - Вы уверены? - Она повернулась и одним быстрым
сердитым движением швырнула на пол чертежи и бумаги. - Я не допущу, чтобы вы это
сделали.
- И как же вы собираетесь мне помешать? Человек, одно воспоминание о котором
будоражило ее кровь, мгновенно исчез. Перед Тарой стоял незнакомец.
Она презрительно посмотрела на него и с достоинством произнесла:
- Мы собираемся купить Динз Муринг.
- В самом деле? - спросил Адам. - И что это за королевское "мы"?
- Моя семья. И я.
- Вы уверены, что Динз Муринг продается?
- Конечно. Я собираюсь поговорить с юристом, который занимается собственностью
мистера Дина, после выходных.
- Я избавлю вас от лишних хлопот. Это место принадлежит внуку старика, а тот,
насколько мне известно, не собирается продавать Динз Муринг.
Тара в изумлении уставилась на Адама:
- У мистера Дина не было семьи.
- Это не правда, - ответил Адам резко. - У него была дочь, с которой он поругался и
после ссоры никогда не встречался. Но когда она написала, что у нее родился сын, старик
изменил свое завещание, оставив все внуку, которого никогда так и не видел.
- Откуда вы знаете?
Адам скривил губы в насмешливой улыбке:
- А как вы думаете? - Он помолчал. - Когда рылись в моих бумагах, вы не заметили
на них инициалы А. Д. Б.? Это означает Адам Дин Бернард. - Он услышал сдавленный вздох
удивления и кивнул. - Да, именно так, мисс Линдон. Я - внук Амброзия Дина. Динз Муринг
принадлежит мне. И, как видите, у меня есть свой взгляд на его будущее.
Глава 7
- Вы, кажется, удивлены? - услышала Тара ироничный голос Адама. - Вы бы
предпочли считать меня вором, не так ли, дорогая?
- А вы оказались просто лжецом.
- Я никогда не лгал вам, Тара.
- Вы заставили меня думать, что... Он предостерегающе поднял руку.
- Это не одно и то же. Я давал вам понять тысячу раз, но вы оставались глухи.
- Вы притворились, что приехали сюда для отдыха, побыть в тишине, - с горьким
упреком произнесла Тара, - а сами были заняты тем, что строили план разрушения
Серебряной бухты.
- Так решил речной департамент. - Адам пожал плечами. - Почему бы мне не
поддержать его? - Его лицо было угрюмым.
- Динз Муринг - дом вашего деда... часть вашего наследства.
- Теперь вы перешли на сантименты, - заметил Адам мягко. - Жестокий, эгоистичный
старик отгородился от всего мира, а я должен относиться к его крепости как к святыне? - Он
помолчал. - Или вас волнует судьба фамильного дома?
- Конечно, моим родителям это будет небезразлично, - ответила Тара.
- Тогда, может, они подумают о продаже дома? Это будет гораздо выгоднее для них.
- В гробу они видели эту выгоду, - выпалила Тара и промчалась мимо Адама.
- Эй, погодите! - крикнул он ей вдогонку. - По-моему, вы прихватили кое-что из моих
вещей.
Тара поняла, что до сих пор держит в руках ненавистную акварельку.
- Вы о чем? Об этой второсортной порнографии?
Она увидела, как задвигались желваки на загорелых щеках.
- Вы исключительно многосторонне одаренный человек, мистер Бернард, - продолжала
она. - Но вы здесь чужой. Уезжайте отсюда.
Она быстро обогнула его и устремилась к выходу. Бастер с радостным лаем увязался за
ней и чуть не налетел на Адама, который споткнулся и выругался.
Когда он вышел на палубу. Тара была на сходнях.
Перегнувшись через поручни, Адам настороженно наблюдал за ней.
- Я бы хотел получить мой рисунок обратно, - сказал он, щурясь.
- А я бы хотела, чтобы вы убрались подальше от дома моих родителей... И не рисовали
эту гадость. - И одним презрительным жестом она разорвала акварель.
Адам издал глухой стон и направился к ней. Тогда Тара порвала рисунок на мелкие
клочки и кинула их в воду.
Адам опять выругался, закрыл глаза и откинул назад голову. Казалось, он молился. На
мгновение он остановился, сжимая кулаки, явно стараясь сдержать себя. Затем подошел к Таре.
- Тара, послушайте... - Его голос дрогнул.
- Не хочу вас слушать! - Ей было стыдно, что он видел ее обнаженной и желавшей
его. - Убирайтесь отсюда, убирайтесь туда, откуда приехали.
Она размахнулась и ударила его по лицу. Бастер негромко зарычал. Несколько мгновений
Тара стояла неподвижно, с ужасом наблюдая, как проступают следы ее пальцев у него на щеке.
Затем сделала шаг назад, но натолкнулась на поручни.
- У вас слишком горячий темперамент, мисс. Надо его немного остудить, - тихо сказал
Адам.
В следующую секунду он схватил ее, наклонил так, что она потеряла равновесие, и
поднял на руки. Перепуганная, Тара отбивалась, но Адам был сильнее ее.
- Пустите меня! - Она увидела хищный блеск в его голубых глазах.
- Сейчас, - ласково сказал он и скользнул рукой под ее рубашку. Тара услышала его
тяжелое дыхание.
Он наклонился к ней, заслонив собой солнце. Когда он коснулся губами ее рта, ее тело
непроизвольно ответило на это прикосновение: ее губы раскрылись ему навстречу, жар
разлился по всему телу. Тара смутно понимала, что должна оттолкнуть Адама, но ее тело
перестало ей подчиняться. Ей было мало прикосновений его теплых пальцев, ей казалось, что
она парит в воздухе, летит.
И вдруг Тара с ужасом поняла, что в самом деле летит, и тут же шлепнулась в прохладную
воду. Это было так неожиданно, что она наглоталась воды. Волосы намокли и прилипли к лицу.
Придя в себя. Тара поискала взглядом Адама. Если сейчас она увидит, как он стоит и
смеется, то не успокоится, пока не отомстит ему. Так думала она, кружась на одном месте и
оглядываясь. Адама нигде не было. Тара еще некоторое время покружила в воде, а затем
поплыла к берегу. Она вышла на берег и посмотрела в сторону "Каролины". Яхта была уже
далеко, а через мгновение исчезла за излучиной реки. Тару охватила дрожь. Она обняла себя за
плечи, ей было обидно, как ребенку, и хотелось крикнуть: "Прощай! Желаю счастливо
утонуть!" Но единственное, что она могла из себя выдавить, было рыдание. И капли речной
воды смешались на ее лице со слезами.
Она надеялась, что к вечеру Адам вернется, и мысленно проговаривала весь монолог,
которым собиралась его встретить. Но наступила ночь, а у причала по-прежнему было пусто.
Прошло три дня. Адам не появлялся.
Тара съездила в "Хенман и Броу", и там ей подтвердили все, что сказал Адам. Ей
вежливо, но ясно дали понять, что Динз Муринг не продается.
Что ж, ничего не поделаешь.
Она попыталась с головой уйти в работу: красила, мыла полы, окна, передвигала шкафы,
стирала шторы и постельное белье, так что когда вечером добиралась до кровати, то засыпала
как убитая. Но над своими снами она была не властна. Тара не могла запретить Адаму
приходить к ней каждую ночь, обнимать ее, шептать слова, которые наяву она могла услышать
только в мечтах. Каждое утро она просыпалась в слезах.
Когда Тара уже не знала, чем себя занять, она шла к "Наяде", заводила мотор и проводила
день в полном одиночестве, посещая любимые места. Может, это в последний раз, думала она.
Тара не знала, как отнесутся родители к планам Адама насчет Динз Муринга. Может быть, они
решат продать свой дом с торгов. Кроме того, родители собирались больше путешествовать.
Так что Серебряная бухта скоро станет только воспоминанием.
Нет, так больше не может продолжаться, думала Тара. Отдых не пошел мне на пользу,
решила она, подплывая на "Наяде" к Серебряной бухте. И работа тоже. Надо возвращаться
домой. Собственно, что произошло? Я встретила мужчину... Почти влюбилась... а у него есть
где-то невеста. История стара как мир и столь же предсказуема. Он вовсе не загадочный
странник. Его привели сюда самые серьезные деловые соображения. Пора вернуться в Лондон.
Тем более что даже погода меняется, размышляла Тара, переведя взгляд на потемневшее небо.
Когда она причалила к берегу, дождь уже лил вовсю.
- Мелюсин, мы уезжаем! - крикнула она, когда вбежала в дом, и, наскоро
переодевшись, стала быстро собирать вещи.
Но Мелюсин не появлялась. Наверно, сидит обиженно под машиной, подумала Тара,
глядя, как капли дождя скатываются по оконному стеклу. Она подняла сумку с провизией и
направилась к задней двери.
- Мелюсин, - крикнула Тара, - сейчас не время... - и не договорила. Машина! Она
выглядит странно. Как будто стала ниже, приземистей...
Некоторое время Тара с недоумением смотрела на машину, не в силах поверить в то, что
видит. Потом повернулась и медленно потащила сумку обратно в дом.
Ну вот, сегодня она не поедет в Лондон: кто-то проколол шины, на всех четырех колесах.
Тара обхватила себя за плечи, стараясь не поддаваться панике. Сначала попытка взлома,
теперь машина. Это явно не бездумный вандализм какого-нибудь проходимца. Никто и никогда
прежде не заходил сюда случайно. Это сделано умышленно. Кем-то, кто знал, что она здесь
одна. Впрочем, не совсем одна. А Мелюсин? Где же ты в самом деле, Мелюсин? всполошилась
Тара. Она несколько раз громко позвала кошку, но ничего не услышала в ответ.
Река... подумала Тара и бросилась бежать. Перед глазами вставала страшная картина
тонущей кошки. Звук разбившегося стекла, донесшийся со стороны Динз Муринга, заставил ее
остановиться. А затем - или ей послышалось? - она услышала жалобное мяуканье. Все-таки
вандалы. Она поспешила к коттеджу. Входная дверь была приоткрыта. Тара с силой толкнула
дверь ногой.
- Я знаю, что вы здесь, - угрожающе заорала она в, темноту. - Полиция уже едет.
- Превосходно, - раздался знакомый голос. - В чем вы собираетесь обвинить меня на
этот раз?
Из темноты возникла знакомая фигура Адама. У его ног крутилась Мелюсин.
- Вы? - выдавила из себя Тара.
- К несчастью, да. - Он стоял в уверенной позе, держа руки на бедрах и глядя на нее с
вызовом. - А кого вы рассчитывали увидеть?
- Я... Я не знала, что подумать. Я слышала... стекло...
Он выразительно кивнул:
- Я попытался открыть окно на кухне, но оно неожиданно вылетело.
- А где же "Каролина"?
- Женщина или катер? - Он дал ей время осмыслить вопрос, а затем добавил:
- Кроме меня, здесь больше никого нет. И на этот раз я на машине.
- На машине? - процедила Тара сквозь зубы. - Уверена, вы знаете, что я не могу
воспользоваться своей.
- Вы слишком скромного мнения о себе, произнес Адам подчеркнуто любезно, - вы не
такой плохой водитель.
- Я не это имела в виду, будьте вы прокляты!
- Простите, я не знаком с шифром, которым вы пользуетесь сегодня.
- Хорошо. - Тара посмотрела на него презрительно. - Кто-то порезал шины на всех
колесах. Я этого не делала. Значит, остаетесь только вы. Поблизости больше никого нет.
Адам наклонился и взял Мелюсин на руки.
- Когда это случилось?
- О Господи! Вы что, решили меня разыгрывать?
- Я могу задать вам тот же вопрос, - резко ответил Адам. - Для чего мне это нужно? Я
что, сумасшедший?
- Вы швырнули меня в реку.
- Сами напросились.
- Я могла утонуть. Он рассмеялся.
- Только не вы! Вы отлично плаваете. - Он помолчал. - Когда вы в последний раз
видели вашу машину исправной?
- Вчера, наверное. Сегодня я ею не пользовалась. Я пошла к реке после завтрака.
Собиралась сегодня вечером уехать. В Лондон.
- Я видел, как ваша лодка отплывала, произнес он медленно. - Я приехал два часа
назад, но никого не заметил.
- И вы думаете, меня это убедит?
- Перестаньте. Посмотрите правде в глаза. Я не трогал вашу дурацкую машину. Храни
меня Бог задержать вас здесь хотя бы на час, добавил он с издевкой. - Но я готов взглянуть на
вашу машину. Попытаюсь что-нибудь сделать. Ну а если нельзя, - продолжал он таким тоном,
как будто не слышал ее обвинений, позвоню в полицию и гараж.
- Только не говорите, что вы привезли с собой мобильный телефон.
- Если вы не собираетесь искать ближайшую телефонную будку, я предлагаю
воспользоваться моим, - любезно ответил Адам.
Тара прикусила губу.
- А-а... Нет. То есть я хочу сказать - спасибо.
- Может, вы засвидетельствуете это письменно? - Он отпустил Мелюсин. - Идите
сюда, - сказал он коротко.
Тара послушно последовала за ним. Всего несколько дней назад этот человек обнимал ее,
она чувствовала его руки, его губы. А сейчас они опять были чужие, разделенные пропастью
подозрения и враждебности. Тара не знала, как вернуть прежнее взаимопонимание, да и нужно
ли?
Следующие несколько часов прошли в сплошной суматохе и волнении. Приехала
полиция, изучила повреждения, обнаружила в углу двора следы покрышек, которые не
принадлежали ни машине Адама, ни машине Тары.
- Будьте со мной откровенны, - сказал один из полицейских. - Есть ли у вас враги,
мисс? Тара мельком взглянула на Адама.
- Если и есть, то я о них не знаю. Разве что... У меня произошел неприятный случай с
одним торговцем антиквариатом. А потом кто-то пытался взломать дверь. Я сообщила об этом.
- Я знаю, что вы имеете в виду, - кивнул полицейский. - Но того злоумышленника мы
уже арестовали. Попался на краже квартиры, - полицейский довольно улыбнулся, - а в
квартире была установлена сигнализация да еще скрытая камера. Так что тут орудовал кто-то
другой.
- Понятно, - сказала Тара тихо.
- Правда, он скрыл, что побывал и у вас, надо еще раз допросить его.
Чуть позже приехали рабочие из ремонтной службы и погрузили машину на эвакуатор,
пообещав, что завтра вернут ее в самом лучшем виде. Тара смотрела, как увозят машину. Адам
стоял рядом.
- Спасибо вам за все, - церемонно сказала Тара. - Не буду вас больше задерживать. У
вас должно быть много дел.
- Я приехал сюда работать, - коротко ответил Адам. - И никуда не уезжаю.
- И вы... остановились где-то неподалеку?
- Пожалуй, ближе некуда. - Он кивнул на Динз Муринг. - Я буду жить там несколько
дней.
- Там? - изумилась Тара. - Как же вы там будете жить без электричества, без воды?
- Очень мило с вашей стороны так беспокоиться обо мне, - иронично заметил Адам. -
Но сегодня провели и воду, и электричество. И телефон заодно. Мне еще нужно как следует
осмотреть дом... решить, что там необходимо изменить.
- А-а... - Тара растерялась. - Понимаю...
Вы не взяли с собой Бастера?
- Не в этот раз. Его скоро привезут.
- "Каролина", надо полагать? - Она постаралась, чтобы ее голос звучал как можно
суше.
- Естественно.
- Надеюсь, дождь не будет вам очень мешать. - Тара с отчаянием подумала о
неуместности своего замечания. - Наверняка вы найдете еще много дыр в этой крыше.
- Что ж, будем надеяться, что они не найдут меня. - Он одарил ее дежурной улыбкой и
удалился.
Тара, вздохнув, вошла в дом. Мелюсин с ласковым мяуканьем присоединилась к ней.
- Предательница, - проворчала Тара, взяв ее на руки. - Пойдем посмотрим, что там
осталось на ужин.
Она чувствовала себя слишком подавленной, но в то же время голодной.
Ей даже хотелось, чтобы шины порезал так называемый торговец антиквариатом. Это она
могла бы понять. Теперь же ее мучил страх, что был кто-то еще, хотевший причинить ей зло.
Мистер Икс.
Погода окончательно испортилась, послышались раскаты грома. Тара посидела немного с
книгой, но Мелюсин, боявшаяся грозы, так мяукала, что пришлось взять ее к себе на кровать.
Тара уже начала засыпать, как вдруг голубая молния осветила комнату, и спустя несколько
мгновений последовал сильнейший удар грома. Затем еще одна молния рассекла небо,
наполнив комнату холодным бледным огнем, и повторился тот же страшный грохот.
- Ну теперь я ни за что не засну, - сказала себе Тара. - Чаю, что ли, сделать?
Едва Тара дошла до двери в коридор, дом опять озарился. В ожидании жуткого грохота
молодая женщина зажмурилась, а когда открыла глаза, света не было.
- Не-ет, - застонала она. - Только не электричество. - Она подождала, не появится ли
свет, и затем пошла на ощупь.
Когда Тара была уже в коридоре, в дверь настойчиво постучали. Тара перепугалась и
молчала.
- Тара! Это я, Адам! Откройте!
- Сейчас, только ключи найду. - Она пошарила рукой, нашла ключ, кое-как совладала с
замком и сняла цепочку.
- С вами все в порядке? - Адам направил на нее луч фонаря.
- Да... только электричество вырубилось. Он зашел в коридор, и вместе с ним ворвался
прохладный чистый запах дождя.
- Я увидел, что свет вдруг погас, - резко сказал Адам. - Поэтому зашел.
- Вы... следили за домом? Следили за мной?
- Да.
Что-то в интонации Адама насторожило ее.
- Случилось еще что-то, да?
- Может быть. Не знаю...
- Расскажите. Он вздохнул.
- Около часа назад я заметил свет фар какой-то машины - вниз по дороге. Я вышел с
фонарем и увидел, как машина развернулась и уехала.
- О Боже! - Тара зажала рот.
- Я знал, мне не надо было это рассказывать, - сказал он расстроенно.
- Надо. Конечно, надо. Вы не заметили, какая это была машина?
- Какой-то большой темный фургон. - Адам обнял Тару за плечи и повел в сторону
кухни. - Давайте выпьем кофе. Бренди есть?
- В столовой, в буфете.
- Сначала зажжем свечи, поставим чайник. При свете и горячем кофе с бренди все
покажется не так уж плохо, вот увидите.
- Хотелось бы верить.
Тара села на ступ, слушая шум ливня и наблюдая, как Адам зажигает свечи. Кофе,
который он сварил, был очень крепкий, да еще бренди. Тара ощутила, как тепло разлилось по
всему телу.
- Спасибо, Адам. Я так вам признательна, сказала она несколько принужденно. Он
пожал плечами.
- Когда случается беда, люди должны помогать друг другу. - Он помолчал. - Кажется,
самое плохое уже позади.
- Да, - согласилась Тара и тут же добавила поспешно:
- Вы думаете, они не вернутся? Те, кто был в машине.
- Нет. - Адам покачал головой. - Побоятся, они поняли, что вы не одна. Но буду одна,
подумала Тара. Она покрутила в руках чашку.
- Жаль, Бастера нет. Я бы попросила вас оставить его у меня на ночь.
- Действительно, жаль, - согласился Адам.
Тара помолчала и тихо произнесла:
- Адам... вы не могли бы остаться здесь на ночь? Пожалуйста.
- Вместо Бастера? - спросил он. Его взгляд сделался задумчивым. - Не думаю, что это
хорошая мысль.
- Но я не хочу оставаться одна. - Ее голос дрожал. - Я никогда не чувствовала себя
здесь так плохо.
- Гроза скоро кончится, - произнес он тихо. - Электричество починят, а к утру вам
вернут машину в полной исправности. И у вас нет причин для страха.
- Вы не совсем уверены в этом. Иначе зачем вы следили?
- Потому что я свихнулся, - ответил Адам мрачно. Он помолчал, а затем вздохнул. -
Вы победили, Тара. Я схожу за вещами и приду.
- Я постелю вам в комнате родителей. - Она поднялась.
- Не беспокойтесь. Я возьму спальный мешок.
- Тогда я принесу полотенца. - Тара посмотрела на него, пытаясь улыбнуться. - Адам,
спасибо.
Его губы слегка дернулись.
- Давайте сначала переживем ночь, а потом будем обмениваться любезностями.
Тара была наверху, когда Адам вернулся, неся под мышкой свернутый спальный мешок, с
дорожной сумкой через плечо. Он положил спальный мешок на кровать, взглянув на ночник на
прикроватной тумбочке.
- Полный комфорт.
- Еще что-нибудь нужно? - спросила она, направляясь к двери.
- Спасибо, не беспокойтесь, - ответил он, растягивая слова. Затем, покачав головой,
добавил с неожиданным нетерпением:
- Идите спать, Тара. Скоро утро. Отдыхайте, а потом вам вернут вашу машину, и вы
сможете уехать.
Он пересек комнату и подошел к окну, пристально вглядываясь в темноту. Его спина была
напряжена.
Тара произнесла тихо:
- Адам, вы сердитесь на меня. Я сожалею, что так поступила с той акварелью и столько
всего н
...Закладка в соц.сетях
