Страсть рыцаря
Два брата-близнеца, два рыцаря, должны повести к алтарю — волей или
неволей — двух знатных наследниц из Уэльса. Таков приказ короля.
Только так может Англия подчинить мятежные валлийские земли
Вестминстерский дворец, Лондон Февраль 1164 года — Люсьен! Как приятно видеть тебя после долгой разлуки!
Генрих II, все еще моложавый, с густой вьющейся рыжей шевелюрой и
многочисленными веснушками на лице, радостно приветствовал Люсьена из
Айншема, входившего в королевские покои. Король поднялся с кресла и, чуть
косолапя, подошел, чтобы обнять молодого лорда, словно родного брата.
— Как поживаете, ваше величество? — спросил Люсьен, усаживаясь
напротив короля.
— Прекрасно, а как твоя семья?
— Адрианна и Лили расцветают с каждым днем. Жена снова на сносях. Моя
мать утверждает, что будут близнецы, поэтому осмелюсь спросить, зачем я вам
понадобился? Если это связано с каким-то поручением, то я собираюсь
выполнить его как можно скорее. Мне не хочется надолго оставлять Адрианну
одну.
— Не беспокойся о ней, Люсьен. — Король нетерпеливо взмахнул
рукой.— Женщины испокон веков рожают детей, мужчины помогают им зачать их,
но во время родов от нас мало проку. Однако ты заговорил о близнецах... Что
ж, это как раз касается цели твоего визита. Как поживают твои младшие
браться, лорды Питер и Рэйвен?
— Мои братья?
— Да. Каждый раз, оказываясь по эту сторону Ла-Манша, я замечаю, что
Рэйвен появляется при дворе чаще Питера. У обоих нет жен и детей, но мне
кажется, что Питер, так же как и ты, находит удовольствие в управлении
делами своего поместья, а Рэйвену все это кажется скучным. Ему куда
интереснее забавляться с красотками из свиты моей жены. Как, впрочем, и мне
самому, — добавил Генрих, лукаво подмигнув Люсьену.
Тот в ответ лишь молча кивнул.
— Я много думал, — продолжил король, — и решил, что твоим
братьям пора остепениться. Я желаю, чтобы они женились на молодых леди,
находящихся под моим покровительством.
О Господи! Люсьену стоило больших трудов держать себя в руках. Как любой
монарх, Генрих II считал своим долгом проявлять отеческую заботу по
отношению ко всем своим знатным подданным, что казалось Люсьену довольно
глупым занятием.
— Мои братья — близнецы, — сказал наконец Люсьен, — но они
похожи только внешне. Думаю, Питер послушно исполнит вашу волю, но Рэйвен...
Насколько мне известно, до сегодняшнего дня ни одной женщине, начиная с
прислуги и кончая придворными дамами, не удалось удержать его больше чем на
одну ночь.
— Брак не исключает романов на стороне, кроме, конечно, таких редких
случаев, как ваш брак с Адрианной. — Генрих внимательно посмотрел на
Люсьена. — Когда ты в последний раз видел Рэйвена?
— На Рождество. Но мне кажется, он еще недостаточно возмужал, чтобы
жена смогла остановить непрекращающийся поток женщин, проходящих через его
постель.
— Рэйвену из Стоунли придется подчиниться.
Слова короля красноречиво свидетельствовали о том, что вопрос уже решен и
Генрих не намерен идти на попятную.
— Не хочу спорить с вами, ваше величество, но кто эти леди, которым
вскоре суждено стать моими невестками? Они бывают при дворе?
— Нет. Скажем так, они выросли в местах, откуда трудно добираться до
столицы.
Интересно
, — подумал Люсьен и взял объемную флягу, стоявшую рядом с
его креслом, чтобы налить себе бокал вина.
— Они двоюродные сестры, — продолжал тем временем король. —
Их матерями были принцессы Серидвен и Рианнон.
— Уэльс? — изумленно воскликнул Люсьен, не обращая внимания на то,
что вино давно льется мимо бокала.
— Да. Их отцы, Артур и Седрик, были потомками последних лордов Уориков,
защищавших границы нашего королевства. Земли, которыми управляли Артур и
Седрик до самой смерти, граничили с владениями короля Оффы.
— Вот оно что! — Люсьен схватил бокал и сделал большой глоток.
Теперь он понял, почему король так добивался этих браков: наследницы столь
обширных и важных владений помогут ему получить контроль почти над всем
Уэльсом.
— Да, — подтвердил Генрих. Он наклонился, чтобы погладить по
голове спаниеля, вертевшегося у его ног. — Земли Артура носят название
Англфорд, а Седрика — Биттеншир. — Король снова посмотрел на
Люсьена. — У Артура и Серидвен не было сыновей, только дочь, Памела. Ей
едва исполнилось десять лет, когда ее родители умерли. Я не стал возражать,
когда Седрик и Рианнон взяли ее на воспитание. Рианнон была родственницей ее
матери, а Седрик направил своих людей на защиту Англфорда.
— Как я понимаю, лорд Седрик и его жена тоже умерли?
— Да.
— А их дочь, она вторая невеста?
— В ее жилах течет благородная кровь! Она младшая в семье. Леди Рианнон
родила десятерых детей, но все они девочки. И все писаные красавицы, я видел
их собственными глазами. Они удачно вышли замуж, за исключением последней,
Роксанны.
— Может быть, принцессы из Уэльса прокляли своих норманнских мужей и те
не смогли иметь наследников? — предположил Люсьен.
— Сомневаюсь. Большинство норманнов, осевших в Уэльсе, женились на
местных женщинах, — покачал головой Генрих. — Леди Памеле
семнадцать лет, и ее по праву можно считать величайшей драгоценностью. А
леди Роксанна... — Король неожиданно закашлялся. — Она на два года
старше, и, хотя в ее возрасте большинство молодых женщин уже замужем, отец
так и не отвел девушку к алтарю.
Люсьен кивнул, плохо понимая смысл этих пространных объяснений.
— Люсьен, мне нужно, чтобы эти девицы вышли замуж, и как можно скорее.
Артур и Седрик были моими преданными вассалами. Когда лорд Англфорда умер,
Серидвен умело сохранила его владения. А когда не стало и ее самой, Седрик
из Биттеншира взял под свое покровительство и владения, и Памелу. Но сейчас
пришло время предоставить Англфорду нашу защиту. Если этого не произойдет,
то Памела выйдет замуж за одного из местных лордов. А лорды из Уэльса не
настолько преданы мне, как мои собственные люди. Я не смогу смириться с
такой потерей, Люсьен, — добавил король. — Так как я стараюсь
упрочить свою власть в Уэльсе, было бы глупым завоевывать новые земли, теряя
при этом владения тех, кто многие годы преданно служил Англии.
Люсьен задумчиво покачал головой.
— Я понимаю, что дочери Артура нужен муж, чтобы управлять землями ее
отца, но мне не понятна ситуация с другой девушкой.
— С леди Роксанной?
— Да, вы сказали, что у нее девять сестер и все они замужем.
— Это так. — Король нервно теребил свою рыжую бороду. — Одна
из них, старшая дочь Седрика, уже живет в Биттеншире вместе со своим мужем и
детьми. Но не беспокойся об этом, Люсьен. Тот из ваших братьев, который
женится на ней, получит приданое лично от меня.
Люсьен задумчиво смотрел на короля поверх бокала.
— Милорд, я понимаю ваше желание пристроить этих зрелых девиц, но
почему именно за моих братьев? Они оба довольны теми владениями, которые вы
подарили им несколько лет назад, и ни один из них не обрадуется, узнав, что
им придется охранять владения на границе с Уэльсом.
— Потому что я так решил! — закричал король, вскакивая с кресла и
сбрасывая спаниеля, пристроившегося у него в ногах.
Люсьен почувствовал, что позволил себе слишком много, как и этот ни в чем не
повинный пес. Да, они с Генрихом были давними друзьями, но отнюдь не ровней.
— Прошу простить меня, ваше величество. Я не намеревался оспаривать
ваше решение, а просто проявил излишнее любопытство.
Король вернулся в кресло, молчаливо выражая свое прощение.
— Ладно, Люсьен. Что еще ты хочешь узнать? — Тот некоторое время
колебался, но потом спросил:
— Сир, почему вы вызвали меня, а не моих братьев? Ведь этот вопрос
касается именно их.
— О, Люсьен, я прекрасно понимаю, что твои братья могут воспротивиться
мне. А Рэйвен особенно настойчиво. Я хотел защитить их от них самих.
Увидев, что Люсьен вопросительно поднял брови, король продолжил:
— Понимаешь, если я отдаю приказ, то никто не смеет возразить мне, а
твои братья могут не только сделать это, но в гневе даже оскорбить меня.
Любой оскорбивший короля подвергается довольно суровому наказанию. Чтобы
избежать этого, я прошу тебя сообщить им о моем решении. Если они будут
кричать и ругаться, то это услышишь только ты.
— Ваше величество, вы мудрый и предусмотрительный правитель, —
поклонившись, произнес Люсьен.
Генрих улыбнулся и довольно хлопнул себя по колену.
— Я хочу, чтобы ты так же защитил и девушек Люсьен. Они сейчас во
дворце и готовы отправиться в путь. Теперь я поручаю тебе доставить их под
покровительство твоих братьев.
— Кого именно?
— То есть?
— Какая девушка предназначается, какому брату?
— Ах, это, — король задумчиво поднял глаза, — зная Рэйвена, я
думаю, он справится с управлением Англфордом.
Люсьен Айншем ехал по безжизненной, покрытой снегом равнине, везя с собой
два королевских приказа и сопровождая двух леди из Уэльса. Он почувствовал,
как сжимается его сердце, когда на горизонте показались замки его братьев.
Они были построены на землях, дарованных королем Генрихом II, и выглядели
довольно необычно, но не из-за архитектуры, а из-за своего взаимного
расположения. Они стояли как бы спиной к спине, словно высеченные из
цельного камня неприступные скалы. Замок Питера смотрел в сторону холмов,
открытых всем ветрам, а замок Рэйвена — в противоположную сторону. Первый
назывался Стоунвезер, а второй — Стоунли.
Когда-то это было единое владение, принадлежавшее барону по имени Ай. Король
пожаловал эти земли Люсьену и его братьям за верную службу, но так как
Люсьен уже являлся владельцем Айншема, Питер и Рэйвен поделили земли и
построили рядом два замка, которые на первый взгляд были совершенно
одинаковыми, как и сами близнецы. Но были повернуты в разные стороны, и это,
подумал Люсьен, отражало характеры братьев.
Он повернулся в седле и обратился к ехавшим за ним девушкам:
— Мы на месте. — Он протянул руку, указывая на замки: — Это
Стоунли и Стоунвезер.
Девушки ничего не ответили. Памела с интересом разглядывала строения,
Роксанна равнодушно уставилась перед собой. Люсьен стегнул коня и помчался
вперед. Больше всего на свете ему хотелось поскорее покончить с этим
поручением и вернуться к Адрианне в Айншем.
Закладка в соц.сетях
